Сергей Дымов
Пули и магия: Долгий путь домой

Пролог

– Лупа, так дела не делаются! – воскликнул с возмущением Арфус.

– Как именно? – вскинулась богиня.

– Ты не говорила, что у твоих людей есть такой персонаж! Ты хотела уравнять шансы, а сейчас у людей появился гигантский козырь.

– Да я и сама не знала! – ответила она – но не воспользоваться им было бы грешно, сам понимаешь.

– Наше веселье теперь под вопросом. Имея на своей стороне такого мага, люди становятся почти непреодолимой силой. Имба, как они сами говорят.

– Уже нет, – промурлыкала она, довольно потягиваясь, как большая сильная кошка.

– Ты про его небольшие неприятности?

– Ну да, – ответила Лупа – я вывела его из игры, чтобы все было по-честному.

Арфус отмахнулся.

– Я тебе не верю, – ответил он – ты создала ему временные трудности, не более того.

Лупа лишь пожала плечами.

– Думаешь, он справится? – вступил в разговор Деус, третий, самый старший бог.

– Не сомневаюсь, – ответил Арфус, создатель гоблинов.

– Пока не очень похоже, что он сможет. Выглядит жалко, и надежд никаких. Но сейчас он точно вне игры. Можем начинать?

– А что если в решающий момент этот человеческий маг все же обретет истинную силу?

– Тогда мы с тобой, Деус, введем в игру равных игроков.

– А у вас они есть? – удивилась Лупа.

– Найдем, – уверенно ответил Деус, – я так точно найду.

– Я тоже, – кивнул Арфус.

– Ну и ладно, – снова пожала плечами Лупа.

– Ну и хорошо, тогда начинаем? – уточнил Арфус.

– Да, но у меня есть предложение, – ответил Деус.

– Какое? – хором спросили двое его коллег.

– Сыграем на интерес, – усмехнулся старший бог.

– Ставка?

– По маленькой, – улыбнулся Деус – скажем, проигравшие тысячу лет не помогают своим.

– Нормально, – кивнул Арфус.

– Согласна, – хищно улыбнулась Лупа – но мы не вмешиваемся в их разборки напрямую, это мое условие.

– Как и договаривались, – кивнул Деус.

– Тогда погнали, – резюмировал Деус, и каждый из трёх богов хищно улыбнулся.

– Ты уж не подведи, князь, не подведи… – прошептала богиня так, чтобы другие боги её не слышали.

Глава 1

Два года. Прошло уже два года, как пропал король. Уехал инспектировать войска, и бесследно исчез.

Всех, кто сопровождал короля Сергея, с пристрастием допросили. Сначала просто, потом с медикаментами. Потом с магией. А потом и старым проверенным способом – пыткой.

Никто ничего не помнил. Память у всех, кто видел короля в этот день, оказалась словно стерта. Как король Сергей приехал в Дагобор они помнили, а дальше все, воспоминания заканчивались.

Искали поисковыми отрядами, искали с помощью магии, опрашивали местное население – никто ничего не знал.

Тогда Завьялов вместе с Дементьевым и сиром Энгертом собрали крупный отряд и совершили дерзкий рейд в пока еще оккупированный ангорцами Весгард. Там они навели шороху и взяли пленных, которые тоже ничего про исчезнувшего короля-консорта Каларии не знали.

Сир Аристан даже поехал на хребет Стрела, к старому алтарю Лупы, и принёс в жертву одного из магов Нефуса. О, это была та ещё мразь, и поверьте, после его страшной кончины ни одно живое существо во всем Многослойной мире не расстроилось.

И снова ничего. Точнее, почти. Лупа, получив богатую жертву, сказала только, что король жив, но…

И прервала связь. Что означало её «но», оставалось только догадываться.

Сир Донифан и генерал Шамков, прибывший в Каларию, совместно разработали детальный план разведки и поиска короля, но за два года он не дал никаких результатов. Сергей Дымовский исчез бесследно.

Придворные начали осторожно советовать королеве Елении надеть чёрное¹. Но она и слышать ничего не желала.

– Мой муж жив, и мы его найдем, – упрямо твердила она, хотя с каждым разом уверенности в её словах было все меньше.

В конце концов, она устала страдать, и как только принц Александр научился уверенно ходить и изъясняться на двух языках, русском и Едином, она приказала готовиться к походу, который отложили из-за исчезновения короля. Поход за горы, для освобождения Весгарда.

Сына Еления отдала на попечение нянек и военных, а сама с головой погрузилась в процесс подготовки похода.

Глава 2

– Вставай, грязный марвал! – меня разбудил жёсткий пинок под ребра.

Я с трудом разлепил глаз, но пинок повторился.

– Очухался, марвал? – хохотнул мучитель – вставай давай, работа сама себя не сделает!

И снова пинок. Больно…

Марвал это я. Точнее, это такое животное, толстое, с грубой шкурой, висящей складками, коротким хоботом, заканчивающимся пятачком, и небольшими гнутыми рогами. Тварь хоть и травоядная, но жутко агрессивная, обитает в наших горах, возле шахты, где я тружусь.

Почему меня называют марвалом? Я не знаю, может я на него похож? Этого я тоже не знаю, зеркала у меня нет. Можно посмотреть на отражение в воде, но там видно плохо, вроде на марвала не похож, но кто знает.

Зеркало? Что это, я тоже не знаю, откуда-то пришло это слово, а что это – без понятия.

Со мной такое бывает, какие-то обрывки памяти, слова, образы. Но кто я, откуда, я не помню. Снорик, наш бригадир говорит, что это от удара по голове мой разум помутился.

По голове меня действительно били, о чем свидетельствует длинный бугристый шрам. Он шёл от левого, отсутствующего глаза почти до самой макушки. Странно, как я вообще выжил от такого? Да, как я получил этот шрам, я тоже не помнил.

Было ли у меня имя?

Надсмотрщики звали меня или марвалом, или Одноглазым. Коллеги по работе в шахте так же величали Одноглазым, я же просил называть меня Харр². Откуда пришло это имя, я не знаю, ещё одна вспышка искалеченной памяти.

Чем я занимаюсь в шахте?

Целый день, от зари до зари машу кайлом, откалывая куски породы и складывая их в кучи. Другие мои товарищи по несчастью грузят породу в небольшие деревянные тачки и вывозят на поверхность. Хорошо им, хоть иногда видят солнце, в отличие от меня.

Что это за порода, что мы добываем? Понятия не имею. Возможно железо, или еще что-то. Вечером, когда мы выходим из шахты, приезжает караван из десяти больших подвод, запряженных двумя быками каждая, и увозит породу куда-то вниз, в долину. И так повторяется день за днем.

Живем мы в небольшом бревенчатом сарае, длиной метров десять и шириной метров шесть. Таких сараев у подножия горы стоит шесть штук. Возле каждого дощатый, загаженный до предела, длинный сортир с дырками в полу, на шесть эм… мест. В конце полянки бьет небольшой родник, где мы берем воду. Там же, чуть ниже по склону в небольшой естественной каменной ванне можно помыться, если получится выстоять очередь. И если тебе позволят старшие барака. Могут не позволить. А могут просто избить и не позволить, тут как повезет.

Но за пайку хлеба можно купить себе возможность помыться. Так что приходилось экономить и без того скудный рацион. Что за слово, откуда оно? Не помню, опять проделки памяти…

Кстати о рационе.

Кормили нас два раза в день. Утром перед работой, плошка каши из сильно разваренных злаков, с каплей какого-то жира, плюс кусок твёрдого чёрного хлеба. Медленные углеводы, снова подсказывала память, хотя кто такие эти углеводы, я и понятия не имел.

Вечером давали плошку каких-то варёных мелко рубленных овощей и снова немного каши из злаков. И снова кусок твёрдого хлеба.

Из питья была вода, иногда по утрам давали настой из какой-то травы, которая придавала бодрости, и работать было не так трудно.

Кстати, вы знаете, что чай и кофе изначально англичане давали рабочим, чтобы те могли больше и эффективнее работать? Вот, а я знаю³. Правда, я не знаю, кто такие англичане, и что такое чай и кофе…

В общем, один день у меня не отличается от другого. За одним исключением. Раз примерно в десять дней приезжал какой-то важный господин, которого встречал весь состав надзирателей шахты. Поэтому мы не работали в шахте и были предоставлены сами себе. Выходной, почти. В этот день мы были заняты уборкой барака, прилегающей территории и личного места жительства.

Так же можно было помыться, постирать и заштопать одежду, подлечить какие-то небольшие раны, так как с важным господином приезжал маг-целитель. В остальные дни приходилось справляться с ранами, травмами и болезнями самостоятельно. От этого, как вы понимаете, смертность на шахте была чрезвычайно высока.

Кстати, во время помывки и постирушек было время внимательнее изучить собственное тело, которое было для меня будто чужим.

Худой, но жилистый, с крепкими узловатыми мускулами. Кожа бледная, не видящая солнечного света, но в то же время тёмная, впитавшая в себя несмываемую шахтную пыль.

В сочетании с уродливым шрамом и отсутствием глаза, это давало ту ещё картинку, прямо писаный красавец!

На правой руке, в районе запястья виднелся шрам как от ожога, опоясывающий запястье почти по кругу. Откуда он? Я не помнил, но казалось, что тут, на руке, у меня когда-то было что-то очень важное. Временами я машинально сжимал правую ладонь, словно пытаясь что-то ухватить и… и дальше память подводила, что, зачем, ничего не помнил.

Я потер бок от болезненного пинка, встал с топчана и надел грубый балахон. Прихрамывая, я вышел из своего барака и направился в другой, где мы принимали пищу. Там уже колотили молотком в небольшой колокол, созывая работников на трапезу.

Я подошёл к столу раздачи и взял свою миску и хлеб. Прошёл к столу, где уже сидели мои коллеги по опасному бизнесу и сел есть.

Последним появился бригадир, Снорик, и уселся рядом со мной, бесцеремонно отодвинул в сторону какого-то бедолагу, новенького, я не знал его имени. Интересно, с чего это? Мы общались, но друзьями точно не были.

Снорик поставил свою миску рядом с моей, кивнул мне и принялся за еду. Я пожал плечами и занялся тем же.

– Скажи, Харр, кто ты такой? – спросил вдруг бригадир.

Я удивился и посмотрел на него.

– Не пялься на меня, жри спокойно, – прошипел Снорик.

Я вернулся к еде, пожимая плечами.

– Я не помню, ты же знаешь, – тихо ответил я – а что?

– А то, – прошептал Снорик – что тобой интересуется какой-то очень важный господин.

– Какой? – удивился я.

– Не знаю, – ответил Снорик – но я услышал, как к господину Эндимейну приезжал гонец. От кого не знаю, но гонец был одет весьма дорого, и на хорошем коне, уж я-то разбираюсь, – хохотнул Снорик, он ранее был профессиональным конокрадом, за что и попал сюда, на шахту – а значит, служит сей гонец кому-то весьма серьёзному.

Я снова пожал плечами.

– Так может он искал не меня? – спросил я.

– Может и не тебя, – согласился бригадир – но уж больно по описанию похож. Только в описании у интересующего его человека было два глаза. А у тебя один, причем шрам не вчерашний, давний, не меньше года.

Он пристально посмотрел на меня, затем хмыкнул и вернулся к еде.

– И что дальше? – тупо спросил я.

– А ничего, завтра этот господин должен приехать, – ответил Снорик – вот я и интересуюсь, кто ты такой, раз такие важные люди тобой интересуются.

Я вздохнул, но от еды не оторвался.

– Могу только повторить, я Харр. А больше я ничего не помню. Я даже насчет имени этого не уверен. Мне просто показалось, что меня так зовут.

– Где ты жил раньше, чем занимался, за что сюда попал? – не унимался Снорик.

Я снова пожал плечами, не ответив, а лишь зачерпнул ложкой очередную порцию варева.

Снорик пристально посмотрел на меня, затем сплюнул, хлопнул себя ладонями по коленкам и встал из-за стола.

– Доедай, и марш в шахту. Работу делать надо, кем бы ты ни был.

Я молча кивнул, а бригадир, слегка прихрамывая, вышел.

Признаться, слова Снорика меня озадачили. Важный господин ищет меня? С чего бы это? Кто я такой? Тля, калека, никому не нужный, разве нет? Я даже среди таких же бедолаг ничем не выделяюсь, кроме ужасного шрама и одноглазости.

Я отбросил эти мысли и, кряхтя, встал из-за стола, отставив пустую миску.

Вышел из барака и пошел в сарай с инструментами. Взял кайло и лопату и пошел в шахту. Снорик прав, если не хочу нарваться на плети, надо идти работать.

Полдня прошло спокойно и ничем не примечательно. Но вдруг в забой прибежал мальчишка посыльный. Глаза его блестели, и он был весь запыхавшийся от быстрого бега, да еще и в условиях спертого воздуха шахты.

– Одноглазый, тебя господин Эндимейн зовет, срочно! – выпалил он – бросай своё кайло и бегом к нему!

Я удивился. Вроде бы важный господин должен приехать завтра?

Но делать нечего. Я положил инструмент в тачку и вытер руки ветошью. Обтер от каменной пыли лицо и устремился к выходу.

В глаза ударил яркий солнечный свет, и я зажмурился. Обычно я выходил из забоя уже в сумерках, и глазам было куда легче.

Я прошёл в сторону административного барака, но по пути меня перехватил Фрай, один из писцов, служивших у господина Эндимейна.

– Стой, куда?! – воскликнул он – в таком виде? Быстро иди умойся и переоденься в чистое!

– У меня нет другой одежды, – возразил я – а до помывки ещё три дня.

– Пошли, я дам тебе чистое, – скривился он, и мы пошли в сторону ручья. Там я умылся и вымыл руки до локтей, а Фрай принёс мне чистую тунику.

Странно, я ожидал мешок с дыркой для рук и головы, такой же, как на мне сейчас.

– Быстрей, тебя ждут, – поторопил Фрай.

Я кивнул и быстро переоделся. Черт, приятно, эта ткань намного мягче той, что была на мне ранее.

– Давай, потом покрасуешься! – хохотнул Фрай, подгоняя меня вперёд, – господин Эндимейн ждет.

Я едва не бегом направился к конторе, и вошёл.

В помещении было прохладно, работал артефакт Прохлады. Откуда я это знал? Знал, и все. Видимо очередной отрывок памяти.

– Звали, господин? – спросил я, опустив глаза. Смотреть в глаза начальству запрещалось. Мы, заключённые работники шахты, вообще не часто видели руководство, но если что, смотреть им в глаза было нельзя.

Господин Эндимейн был высоким дородным мужчиной лет пятидесяти. Несмотря на избыточный вес, вполне себе спортивного телосложения, похож на штангиста в тяжелом весе.

Что? На кого? Брррр…

В общем, было видно, что сил у господина Эндимейна хватило бы, чтобы скрутить в бараний рог штук пять таких доходяг, как я.

– Да, подними голову, посмотри на меня, – властно велел Эндимейн, и я послушался.

В помещении был ещё один человек.

Невысокий, худой, весь какой-то костлявый и жилистый. С чёрными, глубоко посаженными цепкими глазами. Темноволосый. Взгляд хмурый, лоб прорезает глубокая вертикальная морщина. Это лицо, судя по всему, умело только хмуриться, и никогда не улыбалось.

Глядя на него, я почувствовал смутное, необъяснимое беспокойство, и слегка вздрогнул.

– Он? – спросил Эндимейн хмурого мужика.

Тот пристально посмотрел на меня, как будто хотел прожечь меня взглядом.

Я почему-то не отвёл взгляд, и посмотрел ему в глаза, долгим и таким же пристальным взглядом. Мы смотрели друг на друга около минуты, играя в гляделки, как вдруг я получил мощный удар под колени, и рухнул на пол.

– Не хами, грязь! – рыкнул на меня господин Эндимейн.

– Простите, господин, – ответил я, опуская глаза.

– Я не уверен, – голос у хмурого мужика был скрипучим и жутковатым, будто скрипела дверь склепа. Я опять невольно вздрогнул.

– Завтра прибудет Сир Фонтен, он точно скажет. Но если не смотреть на уродливый шрам, и отсутствие глаза, то похож, не так ли?

И он показал Эндимейну свиток. Тот посмотрел на него, потом на меня. Потом опять в свиток, опять на меня. Вытянул вперёд ладонь, заслоняя изуродованную часть моего лица, покачал головой.

– Как тебя зовут, одноглазый? – спросил господин Эндимейн.

– Харр, господин, – ответил я.

– Откуда ты?

– Я не помню.

– Король Нефус передает тебе привет, – сказал вдруг хмурый гость, пристально глядя на меня.

Не знаю почему, но я вздрогнул. Совсем незаметно, но от гостя это явно не ускользнуло.

– Король? – с удивлением ответил я – какое дело королю до презренного раба?

Эндимейн и гость переглянулись.

– Ладно, можешь идти, – властно махнул рукой господин Эндимейн – Фрай, передай Снорику, что Харр на сегодня и завтра освобождается от работы. И он может заниматься любым делом на своё усмотрение. Но не покидая зону возле рабочего барака и зоны отдыха и помывки. Проследите.

У меня от удивления расширились глаза. Точнее глаз. У Фрая тоже, только оба глаза.

– Да, господин, все сделаем, – ответил Фрай и поклонился – пошли, быстро, – он пнул меня под зад, выталкивая за дверь.

– Спасибо, господин, – я поклонился, пятясь к выходу, подгоняемый пинками Фрая.

– Рано благодаришь, – проскрипел гость без тени улыбки.

Я выскочил за дверь. Зачем я им нужен? Да еще этот тип…

Тревожно.

Глава 3

Елению разбудил посыльный.

– Ваше величество, генерал Лебедев на связи! – доложил он, когда его пустили в королевскую палатку.

Королева поблагодарила и отпустила бойца движением руки.

Что могло понадобиться Лебедеву?

Она оделась и вышла из шатра, пройдя в один из кунгов развёрнутой системы дальней радиосвязи.

Уселась за пульт, боец подал ей наушник с гарнитурой.

– Генерал, – произнесла Еления.

– Ваше величество, – ответили в наушниках – у меня плохие новости.

Королева вздохнула. За крайние два года на хорошие она уже и не рассчитывала.

– Говорите, – глухо произнесла Еления.

– Территория Новой России подверглась нападению одновременно с трёх сторон – нас атаковали Северная и восточная Орды, а так же эльфы Индерсиля. Поэтому я вынужден отозвать часть группировки обратно.

Еления сжала руки в кулаки.

– Какое количество войск вы нам оставите? – спросила она.

– Мотострелковый полк с усилением в виде двух арт дивизионов. С учётом того, что большую часть войск Ангории мы разгромили, этого хватит, чтобы удержать позиции, пока вы восстанавливаете армию Каларии.

В глазах королевы потемнело. Оставляемый наряд сил это было почти ничто. Тем более, что сам Нефус пропал. Был бы еще Сергей рядом, а так… Магов в ранге от Зелёного и выше было человек двадцать, ну и младших рангов еще сотня. Да, это не мало, но не сравнить с толпой высокоранговых магов Ангории. И хотя за время войны их количество поубавилось, преимущество в количестве и качестве магов все еще оставалось на стороне Нефуса.

– Господин генерал, – взяв себя с руки, молвила королева – этого не хватит даже чтобы удержать перевалы. Не говоря о том, чтобы освободить от врага наш Весгард.

– Ваше величество, я все понимаю, – ответил Лебедев – но прямо сейчас мы едва отбиваем накаты врагов, каждую минуту теряя людей и территории. Поэтому простите, но я уже отдал приказ о выдвижении войск на погрузку в порты Каларии. Прошу вас оказать содействие. Как только мы решим все проблемы тут, в Новой России, я верну часть войск обратно, вам на помощь.

– Да, конечно, я распоряжусь, – спокойным голосом ответила королева и сняла наушники.

О боги, ей хотелось рвать и метать!

Мало того, что муж пропал, так еще и это? Это чересчур, вам не кажется?

Еления распорядилась оказать содействие уходящим войскам и вызвала к себе своих доверенных лиц и командиров – сиров Аристана, Энгерта и Донифана.

К её удивлению, на совет пришли Завьялов и Егоров.

Увидев их, королева вопросительно изогнута бровь.

– Ваше величество, – ответил на невысказанный вопрос Виктор – мы остаёмся. Соответствующие приказы и разрешения получены. Дым… то есть, его величество наш друг, и мы хотим найти его.

– А если его нет в живых, то хотя бы защитить вас с Александром, – добавил Егоров.

– Если вы, конечно, не против.

Еления с благодарностью посмотрела на двух воинов.

– Конечно я не против, – ответила она – наоборот, я очень рада, что со мной остаются такие верные и преданные друзья.

– Какие будут приказы, Ваше величество? – спросил Донифан.

Еления задумалась. А что она сейчас могла? О взятии Весгарда не могло быть и речи. Держать перевалы? Это само собой, но это пассивная позиция, а больше ждать она не хотела и не могла. Она чувствовала, знала, что Сергей жив, и хотела его найти. Как? Она даже не знала, где его искать, в какой стороне Континента! Два года назад они, казалось бы, сделали все, чтобы найти короля, но безрезультатно. И, тем не менее, Еления хотела попробовать ещё раз.

– Посоветуйте мне, друзья, – попросила королева, пристально глядя на мужчин. – но, совет сидеть и ждать, я не приму.

Сказала, как отрезала.

– Ваше величество, – начал Донифан – предлагаю отправить разведку из числа моих людей. Пусть вынюхивают, выведывают, глядишь, что и узнаем.

– Прошло два года, – возразил Завьялов – информации ноль.

– Но мы знаем точно, где Сергей пропал, – добавил Егоров – и оттуда можем и начать новый поиск.

– Как именно будем искать? – осведомился сир Энгерт.

– Отправлюсь я со своим отрядом, – предложил Егоров – опытная армейская разведка, все с боевым опытом, и там, и тут, – он явно имел ввиду старую Землю – плюс я маг, хоть и не самый сильный.

– Нужны местные, – возразил Донифан – вы не сможете вести разведку в городах и сёлах. Ваш язык далек от совершенства, да и вообще, внешний вид, оружие, повадки…

Он критически покачал головой.

– Ваши сами не справятся, – уверенно сказал Завьялов – серьезный замес они своими силами не вывезут, там все и полягут.

Королева молчала, переводя взгляд с одного выступающего на другого.

– Поэтому пойдут мои, – уверенно сказал сир Энгерт – отряд тяжёлых всадников это отряд тяжёлых всадников. Возьмем для страховки парочку магов, и как нож сквозь масло пройдем быстрым рейдом по всему Весгарду. И найдем короля!

Остальные принялись горячо возражать, поднялся гвалт.

Еления вздохнула и подняла руку. Все замолчали.

– Нужен сводный отряд, – сказала она и начала загибать пальцы – разведчики сира Донифана и майора Егорова. Одни ведут разведку в населённых пунктах, другие в лесах и полях.

Мужчины кивнули, сделав пометки в своих блокнотах.

– Дальше, сир Аристан, – продолжила королева – понадобятся маги. Сильные, способные как воевать, так и творить бытовую и защитную магию. Трое, может четверо.

– Подберу, Ваше величество, – кивнул Верховный маг.

– Хорошо, – Еления кивнула – сир Энгерт, вашим рыцарям я дам другое поручение, в этом предприятии тяжёлые всадники не потребуются.

Тот кивнул, хотя явно был недоволен.

– Полковник Завьялов, я прошу вас лично участвовать в походе. Нам понадобится ваш опыт, плюс вы знаете Его величество лучше всех, и уже ходили с ним в разведывательный рейд.

– Если бы вы не попросили, я бы сам потребовал моего участия, – кивнул Виктор.

Королева кивнула ему в ответ.

– И самое главное, – Еления обвела всех присутствующих решительным и твёрдым взглядом – я пойду с вами.

Глава 4

Остаток дня и начало следующего я провёл в праздности. Я хорошо помылся и постирал свою одежду. Мне даже удалось кое-как побрить лицо, глядя на отражение в водной глади каменной ванны.

Туника, выданная мне Фраем, осталась при мне, и я с удовольствием надел её на чисто выскобленное тело.

Чем заняться невольнику, если его освободили от работы? Конечно же, спать! И я с наслаждением завалился на свою койку и проспал несколько часов. Когда я проснулся, был вечер, и я направился в столовую, благо из шахты уже подтягивались работяги.

Я совершенно отчётливо ловил на себе их завистливые взгляды. Злые взгляды, не сулящие ничего хорошего.

Нет, я не боялся драк и стычек, они среди заключённых случались нередко. Чаще всего мне удавалось отбиться от одного и даже двух противников. Беда была в том, что по одному они нападали редко. А отмахаться от троих было задачей нереальной. Тем более, когда у тебя всего один глаз, а соперники активно этим пользовались, заходя именно со слепой стороны.

Вот и теперь, я был уверен, когда все закончится, опять придется драться. Почему? Потому что норма выработки даётся на бригаду. Меня от работ освободили, а значит, кому-то приходится отрабатывать ещё и за меня, а это не добавляло мне популярности. Эх, опять мне наваляют, а потом прибегут охранники и добавят всем участникам веселья плетей.

Шкура на моей спине заранее заныла.

Под злобными взглядами коллег по опасному бизнесу я сходил к раздаче и взял свою порцию. Уселся за стол и принялся за еду.

Надир, один из главных забияк нашего отряда, недобро зыркнул на меня, и, как бы невзначай, толкнул меня под локоть. Да так, что каша, которую я уже набрал в ложку, вылетела как из катапульты и отправилась прямиком в глаз Ламару, громиле, сидящему напротив меня.

Горячее варево ошпарило гиганта, и он взревел, как раненый буйвол. Он поднял руки к глазам, затем резко выбросил их ко мне, пытаясь ухватить меня за ворот туники.

Я отпрянул и резким ударом отбил его лапищи. Вскочил и отступил к стене, держа наготове ложку, как единственное оружие, доступное мне сейчас.

Народ повскакивал со своих мест, немедленно поделившись на две группы, за и против меня. Как обычно, Кто-то заорал «наших бьют», и началась свалка.

Замелькали кулаки, ложки и миски, раздались крики ярости и боли, то и дело слышали треск, то ли столов, то ли чьих-то костей.

Пару раз мне крепко прилетело по разным частям тела, но в целом бой для меня пока проходил без серьезных потерь.

Внезапно кто-то подкрался ко мне и резко дёрнул за рукав. Да так, что я пошатнулся и едва удержался на ногах. Чисто машинально я качнул корпусом в сторону и занёс руку для удара. В последний момент я увидел Снорика, который аж зажмурился, ожидая получить от меня по роже.

– Харр, это я! – заорал он, поднимая руки вверх – быстро двигай за мной!

Свалка продолжалась, а я, то и дело уворачиваясь от летящих мне в голову и корпус кулаков, колен, локтей и предметов обстановки, юркнул за стремительно уползающим вдаль бригадиром.

За спиной раздались свистки охраны, их зычные крики и щелкание бичей. Если охранник в хорошем настроении, тот ударом бича по спине он может вспороть тебе одежду и нанести такую рану, что кожа просто лопается, как переспелый арбуз. Страшное оружие, в умелых руках.

Снорик вновь потянул меня за тунику, призывая упасть на пол. Я так и сделал, и заполз к нему под стол.

– В чем дело? – быстро спросил я, оглядываясь, не лезет ли кто-то к нам, с дурными намерениями.

– Не знаю, кто ты такой, но тебе надо бежать, – быстро проговорил он.

– Повторяю, что случилось? – я поднял голос.

– За тобой едет кто-то страшный! – выпалил бригадир – я подслушал разговор господина Эндимейна и пришлого гостя. Тот, кто приедет за тобой, никто иной, как Старший советник короля Ангории Нефуса, господин Фонтен.

– Да, они при мне говорили об этом. Но я не знаю, кто это.

– И лучше тебе не знать, – уверенно сказал Снорик – он маг Синего ранга и настоящий садист по совместительству. Любимая его забава, это содрать с человека кожу, оставив его при этом живым. А потом целитель приживет её обратно. Чтобы этот гад ещё раз мог содрать её. И так пока несчастный не расскажет все, что знает.

– Да я не знаю ничего! – воскликнул я – зачем я нужен помощнику короля, я, убогий калека, который даже своё истинное имя не помнит!

– Я не знаю, – мотнул головой Снорик – но лучше тебе это не узнавать. Короче – он рубанул воздух ладонью, прерывая спор – заваруха скоро закончится. Смотри, дверь открыта, выход свободен.

Он указал. Между тем, побоище в столовой продолжалось, но потихоньку начало стихать. Бичи охраны сделали своё дело. Тут и там на полу лежали окровавленные люди, стонущие и орущие от полученных травм.

Две группы заключённых забарикадировались столами, швыряли в охрану разные предметы, не рискуя, однако, подходить ближе, под удары бичей.

– Беги! – выкрикнул Снорик – сейчас все внимание охраны приковано туда, но долго это не продлится. Дуй вдоль бараков, к ограде за последним сортиром. Там в ограде есть дыра, прикрыта кустом, такой, с красноватыми листьями. Колючий, но ничего, потерпишь, – он нервно хохотнул – ныряй прямо в куст, за ним дыра. И беги, что тесть мочи. Дальше сообразишь, что делать. Давай!

Он подтолкнул меня к выходу.

Я рванул, но в последний момент остановился.

– Почему ты мне помогаешь? – спросил я.

– Не знаю, – коротко ответил он, и добавил – может мне не нравится, когда с людей сдирают кожу? Даже с таких никчемных, как ты. Все, вали отсюда!

Я кивнул.

– Я найду тебя и отблагодарю, – неожиданно для самого себя сказал я – спасибо!

Снорик лишь криво усмехнулся.

Я пулей вылетел из столовой и под прикрытием сгущающихся сумерек и резких теней от мечущихся факелов, рванул вдоль бараков.

Вот он, последний. Вон за ним дощатый сортир, за сортиром забор. Где этот долбаный куст?

Ага, вот он. Какого цвета листья, в темноте не видать, и я на удачу ломанулся прямо в куст, раздирая колючками тунику и царапая руки и лицо. Я ожидал удара об забор, но дыра в нём оказалась на месте. Я вывалился через неё и кубарем прокатился вниз по пологому склону.

Прокатившись несколько метров, я смог сгруппироваться и встать на ноги. Тело саднило от многочисленных порезов и ссадин, но я не обращал на это внимания. Что есть духу я припустил вниз, подальше от лагеря узников-шахтеров.

– Свобода! – хотелось вопить мне, но я промолчал. Сбежать было мало. Я ведь понятия не имел, где я нахожусь и кто я такой. И почему меня ищут такие важные люди.

К черту, все это потом. Сейчас главное сбежать, а там разберемся.

Глава 5

Спустя три недели после совещания у королевы, к перевалу Южному через Дагобор выступил небольшой отряд.

Зрелище было то ещё. Десять больших телег, груженых припасами, двадцать верховых всадников в лёгких доспехах. Две более лёгких изящных, и явно более мягких телеги, в которых ехали бойцы Егорова и Завьялова в количестве четырнадцати человек. Одна телега, скорее напоминающая укреплённую, обшитую металлом карету, для её Величества.

Предполагалось, что пока возможно, будут ехать скрытно таким табором, держась лесов и глухих мест. А на разведку выбираться пешим или конным ходом. В случае необходимости, можно совершить быстрый конный рейд. Или даже на мотоциклах, пять штук которых, с запасом топлива и запчастей, были погружены на одну из телег.

В случае необходимости, телеги могли быть брошены, ведь все упряжные лошади были заезжены под седло. Правда, разведчики Егорова и Завьялова не особо умели ездить верхом. Да, их усиленно тренировали десять дней, и прям сразу из седла они бы не выпали, но и умелыми всадниками их назвать было нельзя.

Кроме того, в отряде, помимо Егорова, было два мага, причем один из них Зелёного ранга. Это серьезно добавляло силы отряду, как в плане боевых действий, так и в маскировке, а так же в бытовом плане.

В итоге, общая численность отряда составляла тридцать девять человек. Серьезная сила, но и спрятать такую ораву было непросто, поэтому передвигаться решили по ночам, и под прикрытием маскирующих заклинаний.

Проход через перевал прошёл без проблем. На выходе стоял небольшой блок-пост в составе пяти человек, которых группа Егорова сняла без лишнего шума. И больше, до самых отрогов хребта, не было никаких признаков войск Нефуса. Завьялов даже забеспокоился, мол, это не нормально!

Когда местность стала более пологой, начался большой лесной массив, и отряд поспешил укрыться в нём, и встать на отдых.

Бойцы быстро разожгли бездымный костёр, местные рыцари смогли настрелять дичи, и люди уселись готовить ужин. Или завтрак, ведь наступило утро?

Егоров отправил две тройки бойцов разведать местность, остальных разбил на вахты отдыха и дежурства, а сам, вместе с королевой Еленией, Завьяловым, сиром Мероем, командиром рыцарей, и сиром Джори, Зелёным магом, уселся у костра, держать совет.

– Смотрите, я почитал прошлые отчеты разведчиков, – Завьялов расстелил бумажную карту, сделанную недавно по результатам аэрофотосъёмки и описаниям местных жителей и документов – они доходили до самого Весгарда, но никаких следов Сергея не нашли.

– Да, – сдержанно кивнула королева – и если честно, я не знаю, с чего начать. Но просто сидеть и ждать, третий год, я уже не могла.

– Понимаю, – кивнул Виктор – но у меня есть кое-какие идеи.

Еления вопросительно изогнута бровь.

– Смотрите, – он указал на карту – тут сходится три границы: Весгарда, Эрготрона, государства южных эльфов и Вольных баронств, так?

– Верно, – кивнула королева – и что нам это даёт?

– Давайте подумаем, – улыбнулся Завьялов – если бы Сергея похитили люди Нефуса, то за два года мы бы точно получили какие-то известия. Например, Нефус не упустил бы случая шантажировать нас. Или угрожать. Или злорадствовать. Ну или устроить какой-то яркий жест с участием своего главного врага. Например, прислал бы нам его голову.

Еления в ужасе прижала ладони к щекам, но Виктор успокаивающее улыбнулся.

– Но этого, слава богу, не случилось, так?

Королева мотнула головой, не в силах ответить словами.

– Значит вывод простой – он не в Ангории, не в лапах Нефуса. И это можно считать хорошей новостью.

– Разве не мог Нефус просто убить короля, молча и в тайне? – возразил сир Мерой.

– Нет, – ответил сир Джори – я согласен с сиром Виктором, его величество унизил короля Нефуса, одолев его в прямой магической схватке. Такое не прощается.

– Ну да. Не простил, похитил и убил, – подтвердил командир рыцарей.

– Нет, – отмахнулся маг – унижение было публичным, значит и ответ должен быть публичным. Максимально позорным и унизительным, например публичная казнь. Четвертовать, порубить тело на куски, и разослать их во все провинции. А голову насадить на кол на центральной площади в столице, в назидание… простите, ваше величество, – спохватился он, видя, как побледнела королева.

– Но повторюсь, – вставил Завьялов – хорошая новость в том, что ничего этого не произошло.

– И богиня Лупа хоть и скупо, но подтвердила, что его величество жив, – кивнул маг сир Джори.

Еления выдохнула и немного успокоилась.

– То есть, идею, что Сергей в плену у Нефуса, мы решительно отвергаем? – заключил Егоров.

– Уверен в этом почти на сто процентов, – кивнул Виктор – по крайней мере, на настоящий момент это не так.

– Что вы имеете ввиду? – спросила Еления.

– Наверняка в Ангории знают, что Сергей пропал. Но у них его нет. Значит, логично предположить, что они тоже его ищут.

– Зачем?

– За тем, о чем рассказал наш уважаемый маг. А еще, они должны быть уверены, что это не уловка, чтобы добить силы ангорцев. Наверняка Нефус затаил месть, и собирает силы для новой войны.

– Значит, мы должны найти Дыма, простите, его величество, раньше, – проговорил Егоров.

– Верно, – кивнул Виктор.

– Значит, в Весгарде, и тем более в Ангории искать нет смысла? – уточнила Еления.

– Уверен, что нет, – кивнул Завьялов.

– Тогда где? Рядом только вольные баронства и Эрготрон.

– Баронства ближе, думаю, стоит начать оттуда, – предложил сир Мерой.

– В Вольных баронствах не работает магия, – предупредил сир Джори.

– Да, я слышал, – кивнул Завьялов – это минус для нас, но и нашим потенциальным противникам тоже не помогает. В конце концов, пусть и без магии, но у нас огромный опыт в разведке, а огневая мощь такая, что в отсутствии магов нам вообще никто не страшен.

Егоров при этом плотоядно ухмыльнулся, похлопывая по цевью своего автомата.

– Что мы знаем о Вольных баронствах? – спросил Виктор.

– Во-первых, они не признают власть королей, им ни Калария, ни Ангория, ни Эрготрон не указ, – ответила Еления. – в их горах есть что-то такое, что блокирует магию, а без неё никто не сможет их одолеть в их родной местности.

Они сильные бойцы, хорошо вооружены и обучены. Многочисленны. Конечно, их меньше, чем рыцарей в любом королевстве, но вся местность состоит из ущелий и проходов в горах, перемежающихся широкими долинами и изредка плоскогорьями. Поэтому держать оборону тут они могут меньшими силами с высокой эффективностью.

– А что они тут едят? – уточнил Завьялов.

– Климат тёплый, поэтому в долинах растет все, что необходимо. И прекрасно жиреет и размножается скот, главным образом овцы и козы, это ох основная пища. Есть вода из горных ручьёв и источников, лекарственные растения для производства снадобий. В горах есть уголь и металлы.

– То есть, измором их взять не получится? – уточнил Егоров.

– Многие пытались на протяжении столетий, – покачала головой королева – последним был мой прадед. А до него прапрадед Нефуса, Гофус. Все его войско сгинуло там, в горах. А моему прадеду хватило ума до этого не доводить. В итоге, все плюнули на баронства, предоставив их самим себе.

– Сколько всего баронов?

– Одиннадцать, если ничего не изменилось.

– И как они ладят между собой?

– Как кошка с собакой, пока нет внешнего врага. Когда он есть – немедленно заключают союз, чтобы быстро навалять супостату и продолжить с увлечением резать друг друга, – улыбнулась Еления.

– Веселые ребята, – улыбнулся в ответ Виктор.

– С ними кто-нибудь торгует? – уточнил Егоров – не могут такие сообщества быть замкнутыми в себе.

– Эти могут, – мотнула головой Еления – но да, торгуют. Раз в год, осенью, они приезжают на ярмарку в Весгард. Там собираются… точнее, собирались, вообще все. Ангорцы, Каларийцы, бароны и даже эльфы! Месяц все торгуют со всеми, затем разбегаются по своим углам, до следующего года.

Она замолчала, а мужчины обдумывали её слова. Наконец, Завьялов сказал:

– Хорошо, давайте подумаем, почему мог пропасть Сергей? Он ушёл сам? Его похитили?

– Точно не сам, – уверенно ответил Егоров, пошерудив в костре веткой. В стремительно светлеющее небо устремились яркие, но быстро затухающие искры – у него были большие планы, я знаю.

– Я тоже, – кивнул Завьялов – тем более, он бы не покинул сам жену и сына.

Еления лишь молча кивнула.

– Значит, его похитили, но не люди Нефуса, – резюмировал сир Джори.

– Тогда кто и зачем мог это сделать? – задал вопрос Виктор.

– Выбор не большой, – вздохнула королева – или бароны, или эльфы.

– У меня интересует вопрос, как они смогли это сделать, – добавил Джори – ведь его величество самый сильный маг в этом мире! Все войско Нефуса или баронов не смогли бы с ним справиться.

– Застали врасплох? – предположил сир Мерой.

– Великого мага? – криво усмехнулся Джори – сир, попробуйте застать врасплох меня. А ведь я всего лишь маг Зелёного ранга. Уверяю, у вас ничего не получится, если я буду под прикрытием заклинания Бдительности.

– А если без него?

– А разве мог его величество быть без него, находясь в разведывательной поездке? – удивился маг – тем более, что его уровень магии беспрецедентный.

– Ну значит мог, – пожал плечами Мерой – он же пропал. Следов поединка мы не нашли, значит он не сопротивлялся. Стало быть, его застали врасплох.

– Логично, – кивнул Завьялов – но кто это мог быть?

– Кто-то, кому он доверял? – предположил Егоров – сделать внезапную гадость может только такой человек.

– Тут нет таких людей, – покачала головой Еления – откуда им взяться на границе? Почти все, кому он доверял, сейчас тут.

– Кто-то из его сопровождающих? – спросил сир Джори – может кто-то пропал?

– Нет, – мотнул головой Завьялов – никто не пропал, и всех допросили, с пристрастием. Включая сира Шекснера, командира отряда магов. По словам всех допрошенных, в вечер, когда был запланирован отъезд, его величество вышел на минутку подышать воздухом, и больше его никто не видел.

– Вышел без сопровождения?! – воскликнул Сир Мерой – и это на границе? Потрясающая халатность, я надеюсь, виновных повесили и их наследников лишили имущества.

Еления лишь горько улыбнулась.

– Если бы это помогло…

– Ладно, – подвел черту Виктор – что решаем, двигаемся на юг, в Вольные баронства?

– До них ближе, чем до Эрготрона, – пожала плечами Еления – значит начнем поиск оттуда.

Глава 6

Я шёл всю ночь и весь следующий день. Шел, не особо выбирая маршрут, просто старался уйти как можно дальше от «родной» шахты и её тюремного лагеря. И от высоких господ, желающих меня найти. Да и не мог я ничего выбирать, ведь данная местность была мне незнакома. Да и вообще… все, что я знал и помнил, это последние примерно полтора-два года моей жизни. И местность в окрестностях тюремной шахты. Все остальное или неизвестно вовсе, или как в тумане.

Я не знал, была ли за мной погоня, я не заметил. Но все равно, старался идти без остановок, насколько хватало сил.

Пару раз за ночь я останавливался и придремывал в укромных местах, типа полости под корнями вывороченного дерева и небольшой пещерки на склоне.

К вечеру второго дня захотелось есть. В лесу и горах вокруг меня я видел, слышал и чувствовал присутствие различных животных, которых можно было бы употребить в пищу, но как их поймать, если у тебя из орудия только драная туника и голые руки? А если бы и поймал, как разделать и приготовить дичь?

В общем, о мясной диете можно было и не мечтать. Пришлось стать вегетарианцем. Что, кем стать? Опять странное слово, всплывшее из глубин сознания.

В общем, пробираясь сквозь заросли я несколько раз натыкался на кусты дикой малины и заросли лебедяжника. Последний был травянистыми растением с длинными стеблями, на которых сверху было крупное соцветие. Когда лебедяжник отцветал, на конце стебля образовывался крупный мясистый плод, который изгибал стебель растения на манер лебединой шеи. Плод был не сказать, чтобы вкусным, но позволял хотя бы не умереть с голоду.

Откуда я знал про малину и лебедяжник, если я лишился памяти? Малину иногда давали нам на десерт, по праздникам или в честь перевыполнение нормы. А переваренные плоды лебедяжника были весомым ингредиентом овощной баланды, которой нас кормили.

Еда попадалась редко, а кушать хочется регулярно, поэтому я стал думать, как набрать плодов впрок, ведь никаких сумок или мешков у меня не было.

Решение нашлось довольно быстро. У ближайшего ручья я нашел острый камень и отрезал изрядный кусок ткани от своей туники, по кругу. Получилось большое кольцо из ткани. Одну часть я подвернул с двух краёв, подвязав из тонкими веточками ивняка, наподобие веревочек так, чтобы ткань сложилась в чашу, типа лодочки.

Таким образом, у меня получилось что-то типа сумки-слинга, которую можно было закинуть на плечо. Удобно. Не очень вместительно конечно, но лучше, чем ничего. В получившуюся тару я сложил штук десять мясистых плодов. Хватит кое-как протянуть примерно сутки. Дальше разберемся.

Следующим номером требовалось найти хоть что-то, похожее на оружие, так как ночью я отчётливо слышал чье-то утробное голодное рычание. И чуть позже, душераздирающие звуки заживо поедаемой пищи. В этот раз поедали не меня, но в следующий не повезти могло именно мне. Этот вопрос надо было как-то решать.

Хотелось бы, конечно, иметь копьё, или хотя бы меч. Я нашел молодое высокое деревце с ровным, длиной около двух метров стволом. Выше ствол начинал ветвиться.

Кое-как я смог сломать ствол с двух сторон, и получил в своё распоряжение размочаленную палку. С этим дрыном я пошел к скалам у речки, и попытался отпилить измочаленные концы об острые края камней. М-да, не быстро, но куда мне спешить? Погони, судя по всему, нет.

Не знаю, сколько времени я с этим возился, но к концу процесса у меня руки покрылись волдырями и отваливались от усталости. Но дело своё я сделал, концы будущего копья были отпилены чуть хуже, чем если бы я пилил пилой.

Теперь требовалось заточить один конец. Где взять нож? Я нашел большой камень и примерно час долбил им по другим камням поменьше, надеясь отколоть достаточно крупный и острый кусок, который послужит мне режущим инструментом. В конце концов, в моем распоряжении оказался обломок, длиной примерно с ладонь, и шириной около трёх пальцев. Острота обломка вызывала вопросы, но древесину он, с горем пополам, царапает, а значит, с огромной натяжкой это можно было назвать ножом.

Спустя какое-то количество титанических усилий я смог заточить один конец палки. Попробовал пальцем – острый. Ткнул остриём в подошву своего сандаля – острие проминается, древесина не очень твёрдая. Черт…

Я критически осмотрел своё творение и понял, что отмахаться такой палкой можно только от крысы, максимум от двух. Любое более крупное животное при встрече со мной если и умрет, то только от хохота, глядя на мое нелепое оружие.

Что делать?

На помощь опять пришла ненадежная союзница, собственная память.

Я аккуратно расколол каменным осколком своё копье с тупой стороны и вставил этот осколок в получившуюся щель. Крепко стянул половинки раскола ивняком, зажав между ними каменный обломок. Попробовал рукой – достаточно прочно, не болтается. Получилось копье с каменным наконечником, прямо как у неандертальцев… опять странное слово, ну да ладно. Я подумал было затупить второй конец копья, который я до этого так тщательно затачивал, но передумал. Во-первых, было лень, во-вторых, пусть будет два острия, мало ли что… А так будет дополнительный шанс.

Покрутив копье в руке, я понял, что и управляться с ним мне почему-то привычно, хоть я и не чувствовал, что это мой основной навык. Но тело само вспомнило правильные движения.

Хм, кем я был раньше?

Одного копья мне показалось мало, и я решил обзавестись ещё и дубиной. Для этого прекрасно подошло небольшое, кем-то вывороченное с корнем деревце. Его стволик стал рукоятью дубины, а комель с корневищем и острыми кусками корней – ударной частью. Получился эдакий импровизированный шестопер, или Моргенштерн, как его называли… где? Не помню, но не суть. Оружие получилось увесистым и по-настоящему опасным. Таким, если что, можно и кости переломать, если удачно попасть. А можно и метнуть, масса дубинки позволяет.

Я тут же испытал дальность и меткость метания оружия. Примерно с двадцатой попытки я научился попадать в ствол большого дерева на нужной мне высоте с расстояния метров десяти-двенадцати. Годится.

Засунув дубину под лямку «сумки», взяв в руки копье, я двинулся дальше. Что-то мне подсказывает, что пора отсюда валить.

Глава 7

– Как это, он сбежал?! – взревел от ярости господин Эндимейн – да я вас в шахте сгною! Запорю насмерть! Скормлю живьём стервятникам! Я вас…

Лицо его покраснело, руки затрусились, того и гляди, удар хватит.

Снорик, Фрай и другие бригадиры и подручные Эндимейна стояли потупив взоры. Многие громилы щеголяли фингалами на пол лица, некоторые берегли явно покалеченные конечности. Видок у них был не сильно бодрый. Да, смутьянов они угомонили, а сегодня провели показательную порку зачинщиков, но и сами они пострадали изрядно.

Господин Эндимейн продолжал орать и брызгать слюной, пока господин Фонтен тихо, но очень отчётливо не произнёс:

– Довольно.

Ор из глотки Эндимейна прекратился мгновенно, воцарилась мёртвая тишина. Людям казалось, что они слышат, как бьется кровь в их жилах, хотя этого быть не могло, ведь из-за окон доносились пение птиц, шум ветра в ветвях деревьев, мычание тягловых волов и прочие звуки природы и хозяйственной деятельности.

Сир Фонтен встал со своего стула, и молча, прошёл вдоль шеренги притихших подручных Эндимейна. Тот, сам того не желая, инстинктивно притих и встал в один ряд со своими людьми.

Советник Фонтен был ещё довольно молодым мужчиной, сорока шести лет. Тёмные, с лёгкой проседью волосы, зачесанные назад. Тонкий орлиный нос, глубоко посаженные умные глаза. Любой, кто сталкивался взглядом с этим господином, понимал, что тот опасен. Что он элита, из высшего общества и высшей аристократии. Сира Фонтена можно было одеть в дерюгу и отправить работать в поле, но одного взгляда ему в глаза было бы достаточно, чтобы сказать себе – беги. Многие при дворе короля Нефуса говорили, что Советник был даже пострашнее своего босса. И если бы он обладал хоть маленькой толикой магии, то смело мог бы подвинуть Нефуса на его посту.

Но магией Сир Фонтен не обладал. Более того, он буквально по-собачьи был предан королю Нефусу. И все знали, что Советник скорее умрет, чем не выполнит задание. От этого визит Фонтена в богами забытую тюремную шахту пугал еще сильнее. Да кто такой, боги его раздери, этот Харр?! Кто он, если его ищет сам сир Фонтен?

– Меня не интересует, как он сбежал, – холодно процедил Советник – я надеюсь, вы сами выясните, кто ему помог, и примерно накажете виновных.

Он пристально посмотрел в глаза Эндимейну, и тот вздрогнул.

– Меня интересует информация, – продолжил Фонтен – кто он, как выглядел, с кем тут общался, о чем говорили, что замышлял, что необычного было в его поведении. Вся возможная информация. Даже то, что он ел и как посрал в день побега. Это ясно?

Вся шеренга перед ним с готовностью закивала, с риском оторвать головы.

– Если к вечеру я не получу информацию, то вас примерно накажут. Всех.

И он снова обвел тяжёлым взглядом присутствующих.

– Осмелюсь заметить, – подал голос Эндимейн – что мы не являемся подданными Ангории, мы вассалы Вольного барона сира Дагоберта, и при всем уважении… ну… вы извините, но… вы знаете… я… и все мы тут… конечно, мы безмерно уважаем… и приложим все силы… то есть…

Сир Фонтен молча смотрел на Эндимейна, и голос последнего с каждым словом становился все тише, а речь все сбивчивей. В конце концов, придавленный свинцовым взглядом собеседника, он замолк, потупив взор.

Фонтен дождался, пока Эндимейн замолкнет, затем сказал:

– Безусловно, вы правы, это земли вольных баронств, и мой господин не имеет тут власти. Но имеет влияние. А барон Дагоберт является добрым другом короля Нефуса. Поэтому у нас есть все полномочия. Можете проверить сами.

И Фонтен хищно оскалился, пытаясь изобразить улыбку.

Эндимейн судорожно сглотнул густую липкую слюну, заполнившую его рот, и с трудом ответил, яростно кивая:

– Конечно, господин Фонтен, непременно! Мы примем все меры, виновных накажем, и предоставим вам всю информацию, к вечеру, как вы того и пожелали!

И он подобострастно посмотрел в глаза Советнику. Тот смерил его долгим пристальным взглядом и кивнул.

– Распорядитесь разместить и накормить моих людей, – велел он, резко повернулся на каблуках и вышел из комнаты.

Громко хлопнула дверь, и всем почудилось, что тяжёлый плотницкий молоток ударил по гвоздю, прибивающему крышку их гроба.

Глава 8

На пятый день моих странствий я вышел к небольшому посёлку. К тому времени я успел изрядно изголодаться. Плоды лебедяжника и ягоды дикой малины давно закончились, а добыть по-настоящему питательную еду у меня не вышло. Мелкая дичь, типа зайцев и прочих сусликов успевала от меня удрать, а парочка попавшихся мне оленей умирать от попавшей в шею и в бок дубинки не пожелали. Оба раза животные как-то странно на меня посмотрели, и были таковы.

Единственное, чем я мог пробавляться, это разорением птичьих гнёзд, благо их было в достатке. Но все равно, на одной яичной диете, притом весьма скудной, долго не протянешь.

Я спрятался в кустах на опушке леса, и принялся следить за посёлком. Тот, судя по всему, был весьма не бедным. На окраине паслись несколько небольших стад овец, было слышно кукареканье петухов и мычание. Как минимум, живность у населения была. Так же были видны поля, засеянные какими-то злаками и ровные ряды деревьев на окрестных склонах, очевидно, что какие-то сады.

Это радовало, тут явно можно было найти пропитание. Я раздумывал, попробовать что-нибудь украсть или честно заработать, например, наколоть кому-нибудь дров, или еще как-то. Плюсы и минусы имели оба варианта.

Если пытаться украсть, то можно и попасться, тогда меня или убьют, или покалечат. В лучшем случае, сдадут обратно на мою «родную» тюремную шахту. А там меня ищут, да еще и за побег не похвалят. Из плюсов, если все получится, меня никто не заметит, а значит, не сможет сдать.

Если заработать честно, то все ровно наоборот – бить не будут, но я засвечусь, а значит, меня проще будет найти.

Что же делать?

А делать что-то надо, потому что желудок от голода начал призывно урчать.

Пока я решал, как поступить, из посёлка вдруг выехала группа всадников в количестве человек десяти. Я насторожился и присмотрелся к ним внимательнее. Кони крупные, холеные, в красивой сбруе. Всадники одеты дорого, но не в доспехи, а в какие-то хоть и красивые, но утилитарные одежды. Что-то они мне напоминали, но что, я вспомнить не мог.

Одно было ясно, этот не воины, а скорее охотники. У некоторых были длинные пики, у некоторых к седлам были приторочены колчаны со стрелами и луки в чехлах. Точно охотники, подумал я, и решил проследить, куда и зачем они поедут.

До моей позиции в кустах всадникам было около километра, и я поспешил уйти глубже в лес, чтобы не попасться им на глаза. Всадники неспешно преодолели пустое пространство и въехали в лес, неспешно двигаясь шагом. Не совсем осознавая зачем, я осторожно проследовал за ними.

Мужчины, явно молодые аристократы, постоянно о чем-то беседовали и время от времени разражались хохотом. Не очень умное поведение на охоте. Хотя откуда мне знать? Но я откуда-то знал.

Так они двигались минут двадцать, затем постепенно их голоса становились тише, а смех исчез вовсе. Всадники расчехлили пики и луки, и поехали тихо, внимательно осматривая окрестности. Я старался поменьше двигаться, передвигаясь максимально скрытно.

Охотники остановились и обменялись несколькими жестами. В центре осталось трое, остальные разошлись в стороны и пошли по широкой дуге вправо и влево, стараясь охватить как можно более широкое пространство. Теперь они двигались бесшумно, и даже их кони перестали ржать и фыркать, что было удивительно.

Троица оставшихся так же медленно двинулась вперёд. Один держал в руке пику, двое наложили на тетиву стрелы, изготовившись к выстрелу.

Некоторое время ничего не происходило, затем откуда-то слева, далеко впереди раздался звук охотничьего рожка. Через пару секунд ему ответил второй, справа. Всадники молча переглянулась и к чему-то изготовилась. Обстановка накалилась.

Снова раздался рожок, уже ближе. Потом еще раз, и опять ближе. Затем послышался какой-то рёв и хруст ломающихся ветвей. Двое с луками натянули их, пристально всматриваться в чашу перед собой. Я ждал, затаив дыхание.

Вдруг из кустов перед тремя всадниками выскочил олень. Огромный, с ветвистыми рогами! Он шумно дышал, шкура его на груди была покрыта белой пеной, ноздри раздувались, а бока высоко вздымались от тяжёлого дыхания. Очевидно, ушедшие вперед охотники подняли его с лежки и выгнали на оставшихся троих людей.

Олень на секунду остановился, затем взревел, набычил голову, опустив рога, и кинулся в отчаянную атаку на ждавших охотников. Те не растерялись, а тут же выпустили стрелы в нападающего зверя. Одна стрела вонзилась оленю в грудь, другая ушла четко под голову и пронзила шею. Брызнула кровь, олень вновь заревел, но атаку не прекратил.

Всадник с копьём выставил своё оружие вперёд, надеясь остановить оленя, а двое с луками разъехались в стороны, пропуская атакующую тварь. Перезарядка луков заняла у них считанные секунды, и в следующий миг они выпустили новые стрелы. Одна из них ушла куда-то в область сердца животного. Тот вздрогнул, и у него подломились передние ноги.

Олень рявкнул, успел глянуть мутнеющими, наполненными кровью глазами на охотника, и завалился вперёд и набок, зацепившись рогами за землю, и пропахав ими широкую борозду.

Один из всадников резво спрыгнул с коня и подскочил к раненному оленю. Ловко увернувшись от отчаянного удара рогов, он протянул руки. Второй всадник кинул ему свою пику. Первый ловко поймал её, перехватил на лету, и одним движением вонзил острие под лопатку раненному зверю. Олень заревел, дернулся, но мужчина удержал копьё и лишь сильнее надавил на него, вонзая его глубже в тело животного.

Зверь рыкнул еще раз, несколько раз дернулся и затих.

– Отличный выстрел, отличный удар, ваша милость! – крикнул второй лучник, и ловкий убийца поднял голову и посмотрел на коллегу. Лицо его светились радостью.

– Да уж, неплохой трофей! – воскликнул он – скорее, надо его освежевать, пока хищники не набежали на запах крови.

Двое других спешились, привязали коней и вытащили кинжалы, чтобы разделать тушу.

Я смог наконец рассмотреть главного, нанесшего финальный удар. Да, я не сомневался, что именно он был главным, ведь и одет он был богаче остальных, и распоряжения отдавал, и остальные его слушали, да и обращение «ваша милость» как бы намекало.

Молодой, лет двадцати пяти, с красивым мужественным лицом. Тёмные волосы, аккуратная бородка и усы.

Он стоял и смотрел, как коллеги разделывают оленя, как вдруг я почуял неладное. Нет, я ничего не услышал, но именно почувствовал некую опасность. Я с опаской посмотрел по сторонам и крепче сжал рукоять своего неказистого копья.

Ничего.

Но я не расслаблялся и оставался начеку. Своей интуиции я уже привык доверять. А троица видимо не чувствовала ничего. Мужчины продолжали разделывать трофей, периодически переговариваясь и обмениваясь шутками.

Вдруг из-за спин людей метнулась быстрая чёрная тень и с коротким рыком обрушилась на человека, орудующего ножом у туши оленя. Раздался удар, затем влажный шлепок, брызнула кровь. Атакующий зверь взревел.

– Зульгар! – раздался дикий вопль второго охотника.

Зверь поднялся на ноги, быстро посмотрел на него, и резко махнул лапой. Человек пытался защититься рукой с кинжалом, но длинные, острые как бритва, когти располосовали руку и мазнули по груди, порвав одежду и оставив длинные кровавые борозды. Человек отлетел в сторону и упал на недоразделанную тушу оленя, потеряв сознание.

Зверь вновь зарычал и посмотрел на последнего оставшегося человека. Того самого, главного, который так ловко заколол оленя.

Мужчина не испугался и выхватил кинжал.

– Ну давай, тварь блохастая! – процедил он, выставляя оружие перед собой и встав в боевую стойку.

Зверь припал к земле, злобно глядя на человека, наблюдая за каждым его движением.

Лошади, наконец, с диким ржанием сорвались с привязи и ускакали в лес.

Зверь и человек не обратили на них никакого внимания.

Охотник быстро глянул в сторону, где прислоненное к дереву стояло копьё его коллеги. Далеко. Он стал плавно отступать, стараясь приблизиться к оружию.

Хищник явно понял его замысел, и двинулся наперерез, преграждая путь.

Человек пошел в другую сторону, пытаясь добраться до копья иначе, но зверь прочитал и этот план. Умная скотина, подумал я, наблюдая этот поединок издалека.

Так они топтались несколько минут, пытаясь выиграть позицию. Признаться, я не понимал, почему зверь не атакует. То, с какой лёгкостью он разделался с двумя охотниками, показывало, что убить еще одного, слабо вооружённого человека, не представляло бы для него проблемы. Но зверь почему-то медлил.

И тут случилось то, чего человек не ожидал. Отступая назад, он запнулся ногой о торчащий корень какого-то дерева, и, опрокинулся назад, громко вскрикнув. Хищник победно взрыкнул и присел для финального прыжка. Еще секунда, и все будет кончено.

И в этот момент я, сам от себя того не ожидая, ринулся в атаку.

Я метнул дубинку в голову хищнику, и пока она летела, схватил своё копьё и рванул вперёд.

Дубинка ударила зверя в голову за мгновенье до момента прыжка.

Хищник как-то обиженно мяукнул, дернулся, но прыгать не стал. Упавший человек тоже ошалело посмотрел в мою сторону.

Не теряя времени, я подскочил к зверю и что и есть силы ткнул его копьём в морду. Зверь дернулся, от неожиданности пропуская удар. Каменный наконечник попал в щеку хищника, располосовав её.

Он взревел и ударил лапой по древку копья. Я успел отвести его, и удар пришёлся по касательной. Но даже от такого скользящего удара у меня заныли руки. Я отскочил в сторону, выставив вперёд копьё. Зверь повертел головой, выбирая, кого сожрать первым, и пошел на меня.

Вот же тварь, а?

Молодой охотник, увидев, что я отвлёк внимание хищника, тут же подскочил и метнулся к стоящему у дерева копью.

Зульгар повернул на движение голову, а я в тот же миг снова ткнул его копьём. На сей раз не попал.

Охотник, вооружившись копьём, подскочил к зверю сзади и нанёс ему мощный удар куда-то в район задницы. Зверь дернулся, а я скривился – ты его убить хочешь, или обесчестить?

Тем не менее, внимание он отвлёк. Зверь обернулся и дернулся на охотника. Я в этот момент успел нанести удар в шею. Наконечник пробил шкуру, но держащие его в древке ивовые прутья лопнули. Так что в руке у меня осталась лишь палка. Я в панике посмотрел по сторонам в поисках другого оружия. В метрах пяти валялся короткий кинжал одного из раненых (погибших?) охотников. Сгодится, лучше все равно ничего нет.

– Отвлеки! – крикнул я, и охотник с пониманием кивнул.

Он громко закричал и замахал руками, привлекая внимание зверя, и ткнул в него копьем, нанеся еще одну рану.

Хищник обернулся, а я кинулся к кинжалу. В несколько прыжков я достиг цели и схватил оружие. Удобная рукоять легла мне в руку, а клинок сверкнул сталью.

Охотник еще раз ткнул хищника копьем, но тот увернулся и прыгнул на него, сбивая с ног. Человек завалился на спину, но успел перехватить копьё за древко двумя руками.

Зверь навис над ним, клацая зубастой пастью, но человек сдерживал его копьём, не давая сомкнуть челюсти на своем лице. Зверь зарычал, и навалился сильнее. Руки, держащие копьё, опустились ниже, под весом массивной туши.

Понимая, что еще немного, и парню конец, я прыгнул на спину хищнику. Одной рукой я схватил его сзади за ноздри и потянул голову вверх. Ногами я обхватил туловище зверя, а другой рукой нанёс кинжалом мощный удар в шею хищника. Потом еще, и еще. Затем перенёс точку удара в район сердца и ударил туда несколько раз. Из горла и груди хищника потоком хлынула кровь, он заревел, задергался и перевернулся на спину. Меня придавило так, что я едва не потерял сознание.

Но я успел еще пару раз ткнуть зверя кинжалом в бок.

Мой коллега уже вскочил на ноги и подбежал к нам. Пока зверь лежал кверху пузом, придавив спиной меня, охотник нанёс несколько ударов копьём в живот хищнику, а затем ударил куда-то в грудь, всем телом навалившись на копьё.

По телу хищника прошла крупная дрожь, из раны снова хлынула кровь, он задергал лапами, вспахав землю вокруг себя, и, наконец, затих.

Я чувствовал себя так, будто по мне проехал каток. Что это такое, я не помнил, но в ощущениях был уверен.

Молодой охотник откинул в сторону копьё и стянул с меня тушу поверженного хищника. Я глубоко вдохнул и застонал – ребра болели при каждом вдохе, очевидно парочка их них была сломана.

– Живой? – спросил охотник, и я кивнул.

– Еще не уверен, но вроде да, – прохрипел я.

Тот хмыкнул и протянул мне руку. Не без труда я поднялся, сморщился от боли и уселся на поверженного зверя. Охотник уселся рядом. Несколько минут мы молчали, потом посмотрели друг на друга, и внезапно расхохотались. Да уж, видок у нас был тот еще: грязные, оборванные, залитые своей и чужой кровью, израненные, но с довольными рожами.

– Радислав, первый баронет де Сейн, – он слегка поклонился и протянул мне руку – я у вас в долгу.

– Харр, – представился я, отвечая на рукопожатие.

– Харр… ?

– Просто Харр.

Глава 9

Разведчики опросили сотни людей по пути в Вольные баронства. Это были и крестьяне, и мелкие дворяне, и даже парочка разбойников, пойманных разведчиками Егорова в лесу близ Теландиса, небольшого городка в предгорьях Пограничных гор.

Никто ничего подозрительного не видел.

Проблема была ещё в том, что разведчики не знали, что им искать. Как могли перевозить похищенного короля? Связанным? Вести на верёвке, как каторжника? А может его спрятали в какой-нибудь телеге, чтобы никто ничего не видел? Это было бы логично. А можно было спрятать на виду, просто включив его в какую-то группу каторжников или пленников. В толпе затерять нужного человека очень просто, не так ли?

В общем, никаких результатов, и не понятно, что делать дальше.

– Надо сходить в Теландис, – предложил сир Мерой – потолкаться, порасспрашивать народ. Это ближайший к Баронствам городок. Если его величество тут был, то кто-то мог его видеть.

Завьялов кивнул, соглашаясь. Еления посмотрела на мужчин, секунду подумала и тоже кивнула.

– Да, пойдемте, – твердо сказала она.

– Ваше величество! – запротестовал рыцарь – вам идти совсем не обязательно. Разведка это мужское дело!

– Я достаточно ждала, пока вы раз за разом ходили в разведку, – возразила она – но более сидеть и ждать я не могу, это выше моих сил. Я пойду с вами.

Вид у неё был самый решительный, поэтому спорить никто не рискнул.

– Надо придумать легенду, – сказал наконец Завьялов.

– И думать нечего, – сказал Сир Джори – благородная дама из Весгарда, в сопровождении своей свиты, двигается в Пограничные горы к святилищу Лупы, есть тут недалеко. Прямо на границе, где перестает действовать магия. Туда нередко ходят паломники, в том числе и дворяне. Так что подозрения это не вызовет.

– Отличная идея! – поддержала Еления – я буду зваться… ммм… ну например, леди Луция. Осталось подобрать мою свиту.

– Я точно иду, – отозвался тут же Сир Джори – отпустить королеву без мага просто невозможно!

– А я вообще начальник охраны её Величества, – добавил Егоров – так что иду, без вариантов.

– А разведчик из вас только я, – улыбнулся Завьялов – так что тоже иду.

– Благородная дама не может путешествовать без сопровождения рыцарей, а значит я, и минимум пятеро моих воинов пойдут с нами.

– Итого десять человек, – подвела итог Еления – вполне представительная компания.

– Простите, командир, – вставил слово Замай, один из снайперов группы Егорова – а что делать нам?

– В город пойдете, но не с нами. Оденетесь крестьянами, будете ошиваться где-то рядом с нами, прикрывать, если что. Но не маячьте лишний раз. Ясно?

– Так точно, есть не маячить, – улыбнулся Замай – тяжёлую поддержку готовить?

В одной из телег было сложено три 120-миллиметровых миномёта. Запасливый Егоров добавил их к грузу в последний момент, «на всякий случай».

Егоров задумался.

– Лес подходит к городу километра на два, в самой ближней точке. Поставите батарею там, и держите наготове. Если что, я дам красную ракету, это будет значить, что нужна поддержка.

– Принял.

– Но я надеюсь, не потребуется, – добавил Игорь.

Замай кивнул.

На том и порешили. Сочинцы переоделись в местную одежду благородных дворян, спрятав под нее современное оружие. Пять рыцарей и их командир, сир Мерой облачились в легкие доспехи. Замай, Фред и еще трое бойцов оделись крестьянами и на одной из телег поехали в город раньше остальных.

Еления и ее свита выехали спустя несколько часов, когда Замай по рации доложил, что они в городе, разместили телегу на городском рынке, официально с целями поторговать вяленым мясом, а сами, оставив при телеге одного бойца, заняли удобные снайперские позиции на крышах окрестных зданий.

В Теландис они въехали без проблем. На въезде в город заплатили пошлину в половину сольдо за человека, а еще за один сольдо получили совет, где благородной даме и господам можно остановиться, не оскорбляя себя соседством со всякой сволочью.

Таким местом оказался трактир «Веселая Марла», расположенный на площади перед ратушей. Очень удобно, ведь это совсем рядом с рыночной площадью, где уже засели снайперы, готовые к любым неожиданностям.

Они заняли целый этаж в достаточно большом и чистом трактире, вызвав восторг хозяина и неудовольствие других постояльцев. Дама была хоть и неизвестная, но явно знатная и богатая. А значит, все внимание трактирщика будет неизбежно отдано ей и её свите. Ну кому это понравится, верно? И поэтому значительная часть постояльцев поспешила съехать. Но так было и лучше Елении, и её людям. Меньше народу, больше кислороду.

Был только один минус – с этими людьми можно было побеседовать и выяснить, может они что-то знают или что-то видели? Теперь уж и не спросишь…

Несколько дней они ходили по городу и пытались выяснить хоть что-то, но безрезультатно.

Еления и сир Джори, в сопровождении двух гвардейцев и Егорова, сходили на пару светских мероприятий, устраиваемых местной знатью каждую неделю, что-то типа клуба избранных. Скучное и чопорное сборище, где местные дворяне играли в карты, хвастались богатством и обсуждали последние сплетни. Именно последний пункт и интересовал Елению.

Увы, ничего полезного они не узнали. Кто-то убил кого-то на дуэли, какой-то барон обрюхатил чужую графскую жену, у кого-то отжали имение, а кого-то посадили в темницу, за то, что назвал его величество короля Нефуса сволочью.

Сир Мерой, тем временем, прошелся по заведениям, которые условно можно было назвать офицерскими клубами. Там собирались служилые дворяне победнее и поменьше калибром. Простые и прямые, как мечи у них на поясах, и грубые, как солдатская каша. И развлечения у них соответствующие – выпивка, карты и шлюхи. Не самый плохой набор, отметил Сир Мерой. Он сам, будучи моложе, в начале своей службы, провёл в таких заведениях немало времени, так что сейчас он был там как рыба в воде.

Он всячески пытался выяснить хоть что-то интересное и хоть потенциально полезное, но, увы, никто ничего не знал и не слышал. Никаких важных пленников за последние годы тут не перевозили и не видели.

По вечерам все члены группы собирались в трактире и обсуждали результаты. Два дня, три, пять. Все безрезультатно.

И вот когда они уже решили было, что тут они ничего не узнают, интересную информацию принес Завьялов. Как и положено профессиональному разведчику. Хотя, его навыки тут были не причём, разве что интуиция подсказала, где копать.

Он, как и положено оперативному работнику, решил опуститься на самое дно общественной жизни Теландиса. Начал он с рынка, где под прикрытием Замая и Фреда пристально выискивал кого-нибудь из криминального сообщества города.

Долго искать не пришлось. Довольно скоро его внимание привлёк подозрительный персонаж, который кружился на рыночной площади и выбирал наиболее людные места, залезая в самую гущу толпы. Карманник? Виктор усмехнулся – так и есть! Полюбовавшись тем, как ловкий воришка освободил от кошельков троих горожан, Виктор аккуратно пошел за ним. Догнав, положил ему тяжёлую руку на плечо. Воришка вздрогнул и повернулся.

– Стой спокойно и не дергайся, – с улыбкой, больше напоминающей оскал, сказал ему Виктор.

Тот дёрнулся, было, но Завьялов крепко держал его за рубаху.

– Кто ты такой и что тебе надо? – испуганно спросил его воришка – я ничего не сделал!

– Тихо, не ори, – с той же улыбкой, но с явной угрозой в голосе прошипел Завьялов – мне плевать, кого ты обчистил, мне…

– Я не понимаю о чем ты! – запротестовал карманник.

– Заткнись, – с нажимом повторил Виктор, до хруста сжимая плечо воришки.

Тот сморщился от боли и замолчал.

– Мне нужен твой старший. Ты понял о ком я, – перебил он готовое сорваться с языка вора возражение – устрой мне встречу.

– А ты кто такой, из городской стражи что ли? – скривился карманник, – тогда какая мне разница? Или ты меня убьешь, или Кабан, за то, что сдал его.

– Старшего зовут Кабан? – уточнил Виктор. Карманник закатил глаза, обзывая себя последними словами.

– Я ничего тебе не скажу, – упрямо ответил он.

– Зря, – беспечно ответил Виктор – я все равно его найду, с тобой или без тебя. Но тебя я сейчас отведу сначала к тем, кого ты обокрал, мои люди за ними следят…

Карманник побледнел.

–… а затем, если останешься жив, мы отведем тебя в управление Городской стражи. И там ты точно быстро не умрешь. Или…

– Или?

– Или ты отведешь меня к Кабану, или кто тут вас в городе Смотрящий.

– Кто? – не понял воришка.

– Самый главный в вашем достойном ремесле, – пояснил Виктор.

Карманник облизнул пересохшие губы и затравленно посмотрел по сторонам. Виктор молча ждал.

– Хорошо, – сказал наконец тот – но ты мне заплатишь.

Завьялов вопросительно выгнул бровь.

– Золотой дукат, – выпалил вор, и у Виктора поднялась вторая бровь, теперь уже от удивления.

– Да ты наглец! – воскликнул он – все, пошли к твоим терпилам.

И он потащил воришку в сторону, откуда они недавно пришли.

– Я не наглец, но я хочу жить! – выкрикнул вор – а если я сдам Кабана, то мне срочно надо бежать. А это деньги. Так что решай, или встреча с Кабаном и золотой дукат, или ищи его сам.

Виктор усмехнулся. Эталонный уголовник, наглый, беспринципный, но при этом предприимчивый и смелый, этого не отнять.

– Как звать-то тебя? – спросил он.

– Дим, – ответил воришка – Дим Трехрукий.

– Почему Трехрукий? – удивился Виктор.

– Потому что я могу украсть что угодно, у кого угодно и когда угодно, – с гордостью ответил карманник, и даже вздернул вверх нос.

– Ой ли? – усмехнулся Завьялов – а попался так легко.

– И что? – усмехнулся в ответ Дим, и, повернувшись лицом к Виктору, показал свою открытую ладонь. На ней лежал запасной магазин от пистолета Стечкина, спрятанного под одеждой разведчика.

– Твою мать, – выругался Виктор, а карманник расплылся в улыбке – ну-ка отдай!

И он выхватил магазин и поспешно спрятал под одежду.

– Так что, мы договорились?

Виктор на секунду задумался, и ответил.

– Я дам тебе дукат, и даже возьму с собой, если встреча с Кабаном будет успешной.

– С собой? – удивился Дим – но я не хочу с тобой, кто ты нахрен такой, и зачем мне с тобой идти?

– Я бы на твоем месте не спешил отказываться, – покачал головой Завьялов – но поверь, это для тебя лучшее решение. Возможно во всей твоей никчемной жизни.

Карманник снова облизнул губы.

– Ладно, я устрою тебе встречу. Но насчет остального я решу потом.

– Договорились, – ответил Завьялов – веди.

Дим явно не ожидал, что устроить встречу надо прямо сейчас, но выбора не было.

– Где мой дукат? – поинтересовался он.

– Получишь, раз я обещал. Веди, и не вздумай смыться, все равно не уйдешь, – Виктор подтолкнул Дима, и тот, вздохнув, пошел вперёд.

Завьялов следовал за ним.

Они вышли с рыночной площади и пошли куда-то в сторону от центра.

У Завьялова шикнула рация.

– Шеф, куда движемся? – спросила рация голосом Фреда.

– С местными авторитетами пообщаться, – ответил Виктор – прикрывайте.

– Принял, веду вас, – ответил Фред и отключился.

– Магия? – поднял удивленно брови карманник.

– Ещё какая, – не стал спорить Виктор – говорю же, не вздумай смыться, хуже будет.

– Да я и не думал, больно надо… – буркнул Дим, и продолжил движение вперёд.

Спустя полчаса они вошли в какую-то подворотню, где, очевидно, располагался доходный дом. Не самого высшего пошиба, все было скромно, но хотя бы чисто.

Они вошли во двор колодцем и подошли к дверям, окованным железом. Дим взялся за висящий на верёвке деревянный молоточек и ударил по двери три раза: два коротких удара, и третий через паузу.

Условный стук?

Спустя десяток секунд за дверь послышалось шаги, и в двери открылось маленькое окошко, в которое выглянуло заспанная одутловатая рожа.

– А, Дим, – сказала рожа – ты чего приперся?

– Хомяк, мне нужен Кабан, срочно! – выпалил он.

Рожа, она же Хомяк, пристально посмотрела на Дима, затем на Виктора, и опять на Дима.

Виктор мысленно усмехнулся. Хомяк, Кабан… с погонялами они тут не парятся, как я погляжу…

– А это кто с тобой? Я его не знаю, – в голосе Хомяка звякнул металл.

– Он не местный, – голос Дима дрогнул – очень уважаемый человек из…

– Из Весгарда, – подсказал Завьялов – мне надо увидеться с уважаемым Кабаном. Я не вооружён.

И он откинул плащ, показав, что при нём нет меча или кинжала.

– Ждите, – буркнул Хомяк, и окошко захлопнулось.

Завьялов подал плечами и уселся на пустой бочонок, стоявший у входа дом. Дим остался стоять, нервно переминаясь с ноги на ногу.

Спустя минут десять окошко открылось, снова появилась рожа. Хомяк выглянул и осмотрелся. Окошко закрылось, и открылась вся дверь.

– Входите, – сказал Хомяк.

Они вошли и оказались в широком коридоре, где за спиной Хомяка стояли двое мрачных типов с тесаками наготове.

– Мы вас обыщем, – это был не вопрос, и Завьялов пожал плечами, подняв вверх и в стороны руки. Тоже самое повторил и Дим.

Громилы быстро обшарили одежду Виктора и достали пистолет и два запасных магазина, рацию и брикет пищевого армейского концентрата, взятого им с собой.

– Что это? – спросил Хомяк, указывая на предметы, выложенные на небольшой столик, стоящий у двери.

– Не оружие, и это главное, – ответил Виктор.

Под пристальными взглядами всех троих бандитов они взял в руки пистолет, достал твёрдый брикет концентрата и стукнул по нему рукоятью. Брикет раскололся, и Виктор взял кусочек и закинул его в рот.

Хомяк с подозрением посмотрел на него, а Завьялов предложил ему кусок. Хомяк, слегка поколебавшись, принял угощение и с опаской надкусил.

Злаки, орехи, что-то непривычно сладкое. Хомяк озадачился, он такого никогда не ел. Откуда он там, из Весгарда? Ну мало ли что они там в Восточной столице придумали?

Он кивнул и указал на вещи на столике, которые Виктор быстро спрятал под одежду. Видимо, все остальное подозрения у Хомяка не вызвало.

– Пошли, – сказал он, и они проследовали по коридору.

Они прошли два помещения насквозь, потом спустились по лестнице вниз, и оказались перед ещё одной дверью. Кабан постучал, и дверь открылась.

Виктор вошёл, а Хомяк и Дим остались снаружи, им тут находиться было не по статусу. Завьялов мысленно усмехнулся – типичная воровская «малина», будто с Земли не улетал.

Большой стол, за которым сидели четверо мужчин. Одеты прилично, но чем-то напоминали наших земных сутенеров из американских фильмов. Или негритянских рэперов – яркие одежды, массивные украшения на шее, пальцы в перстнях. Не хватает только солнечных очков в страхах и кепки Dolce Gabbana.

На столе стояли различные закуски и большой кувшин, видимо с каким-то алкоголем. Шла игра в кости.

Во главе стола сидел мужчина, назвать которого Кабаном можно было только в шутку – худой, жилистый, с острыми чертами лица, близко посаженными глазами, как лазеры буравящими оппонента.

– Вечер в хату, – поздоровался Виктор, чем вызвал несказанное удивление у присутствующих.

Мужчина, сидящий по правую руку от главаря, оскалившись спросил:

– Нам сказали, что ты некий уважаемый человек из самого Весгарда. Это так?

Завьялов усмехнулся и посмотрел в глаза Кабану, игнорируя его подручного. Тот молча смотрел на Виктора.

– Не совсем, – ответил Завьялов.

Присутствующие удивились, на столе появились кинжалы, а на лицах мужчин заиграли не добрые улыбки.

– Уважаемый человек, наверное. Но не из Весгарда, – ответил он – гораздо дальше. Из такого далека, что вы и представить себе не можете.

– И откуда же? – вновь спросил подручный.

– Не важно, – ответил Завьялов – но в последние годы я обосновался в другом месте, поближе к вам.

– Ты нас утомляешь, чужеземец, – скривился мужчина – какое нам до этого дело, мы…

В этот момент Кабан поднял руку. Мужик тут же умолк.

– Пусть скажет, – тихо сказал главарь.

Завьялов кивнул и улыбнулся.

– В последние годы я живу в Калантисе, и сюда прибыл по важному делу.

Бандиты вскочили из-за стола и схватили кинжалы. Завьялов не шелохнулся, как и Кабан. Они лишь пристально смотрели друг другу в глаза. Главарь снова поднял руку, и его подручные опустились на места.

– Калантис далеко, это правда, – проговорил Кабан – и он в другом королевстве.

– Так было не всегда, – заметил Виктор.

– Но теперь так.

– Это ненадолго.

– Серьезно? – поднял бровь Кабан.

– Более чем, – кивнул Виктор.

Главарь бандитов ещё пару секунд помолчал, потом кивнул одному из мужчин. Тот вскочил и принёс удобный мягкий стул и приставил его к противоположному концу стола. Кабан указал Виктору рукой на стул, тот кивнул и уселся.

– Почему я должен тебе верить? – спросил Кабан – может ты пришёл, чтобы убить нас всех?

– Потому что если бы я этого хотел, вы уже были бы мертвы, – ответил Завьялов и выхватил пистолет. В мгновение ока он скинул предохранитель и выстрелил в большое блюдо, висящее на стене. Громыхнул выстрел, блюдо с треском раскололось и осколки брызнули по комнате.

Все вздрогнули и замерли. Кроме Кабана, тот полностью контролировал свои эмоции. Железный дядька, уважаю, подумал Виктор.

Кабан повернулся к своим подручным.

– Когда мы закончим, выясните, кто его обыскивал, – почти с ласковой улыбкой проговорился Кабан, и Виктор понял, что у Хомяка намечаются большие проблемы.

Главарь повернулся к Виктору.

– Выпьешь с нами?

Завьялов кивнул. Ему подали серебряный кубок и сначала налили вина Кабану, затем Виктору. Кабан первым сделал большой глоток, Виктор последовали его примеру. Хм, довольно неплохое вино, отметил он и кивнул.

Ещё немного помолчав, Кабан сказал:

– Но ты не из наших, – это был не вопрос.

– Я скорее наоборот, – кивнул Завьялов – но тут у меня другие интересы. Я ищу важного для нас человека.

– Короля Сергея, – и опять это был не вопрос.

Виктор хмыкнул.

– Ты смелый человек, – сказал он – и удачливый, ведь с такой догадливостью обычно долго не живут.

Кабан пожал плечами.

– Меня хорошо охраняют… точнее, раньше я так думал, – поправился он – но я это решу. А так да, я не глуп, как мне кажется. Да и в принципе, догадаться было не сложно.

– В самом деле? – удивился Завьялов.

– Смотри сам, – Кабан начал загибать пальцы – незнакомец, явно безопасник, из столицы Каларии, ищет кого-то важного. При том, что, в Каларии при невыясненных обстоятельствах пропал король. После того, как победил в магическом поединке другого короля. И вот вопрос, кого же может искать в наших краях безопасник из Калантиса? Не самая сложная задачка, правда?

И Кабан усмехнулся.

– Не самая, – согласился Виктор – и что ты можешь про это сказать?

Главарь бандитов развел руками.

– Я ничего не знаю про похищенного короля Каларии, – ответил Кабан, а Виктор нахмурился – но!

– Но?

– Не так давно через наш город прошёл отряд…

– Тааак?

– И отряд этот возглавлял ни кто иной, как Сир Фонтен, старший советник короля Нефуса.

Виктор встрепенулся.

– Продолжай.

– И они тоже кого-то искали, явно кого-то важного. И вот я подумал, не ищете ли вы одного и того же человека?

Завьялов встал и прошелся по комнате. Затем оперся руками о стол и наклонился к Кабану.

– Куда они направились?

Бандит усмехнулся.

– В Вольные баронства, в земли сира Дагоберта.

Виктор едва сдержался от возгласа – наконец-то хоть какая-то конкретика! Но внешне он ничем не выдал эмоции, а лишь кивнул. Затем встал из-за стола.

– Спасибо за информацию, – сказал он и направился к выходу.

Когда он протянул руку, чтобы открыть дверь, Кабан окликнул его.

– Что-то ещё? – спросил Виктор.

– Калария придёт?

Завьялов кивнул.

– Даже не сомневайся.

– Ты замолвишь за меня словечко, в случае чего?

– Я смотрю, ты не очень любишь Нефуса?

– Он и его люди отняли у меня почти все, – скривился Кабан.

– Но и мы не будем потакать твоим преступным наклонностям.

– Я и не прошу. Просто, если потребуется, замолви словечко. Услуга за услугу.

– Обещаю, – кивнул Виктор и вышел.

Глава 10

– Извините, но выглядите вы так себе, сир Харр, – заметил Радислав, кивая на мой шрам и отсутствующий глаз – да и одежда у вас…

Он покачал головой.

Я усмехнулся.

– Может я вовсе не сир, – заметил я – поэтому и выгляжу как обычный бродяга.

– Нет, – уверенно мотнул головой баронет де Сейн – я видел, как вы дрались. Движения правильные, хоть и слегка неловкие. Но эта неловкость может быть от плохого обзора. Или от истощения, вы в последнее время явно не доедали, верно?

– Что есть, то есть, – вздохнул я.

– Таким движениям можно научиться только у опытного наставника, и отточить практикой. Уверен, вы и с мечом неплохо управляетесь, и на коне ездите уверенно.

Я задумался. Не знаю, как насчет меча, но насчет коня я был точно уверен – умею. Странно, что я раньше об этом не думал. Я посмотрел на Радислава и пожал плечами. Тот усмехнулся.

– Будет возможность, проверим, – сказал он, и тут же воскликнул – ну где эти чертовы егеря?

Легки на помине. С холма по широкой дуге спустились ушедшие загонять дичь всадники.

– Явились, не запылились, – сварливо встретил их баронет – пока вы там ходили, меня чуть зульгар не порвал! Бедные Ловен и Магрель, им повезло меньше.

Он указал на мертвого зверя и двух лежащих в крови мужчин. Егеря в обалдении уставились на тушу хищника, на своих погибших коллег, затем на меня.

– Хорошо ещё, что господин Харр оказался рядом, иначе лежать бы тут сейчас мне, рядом с этим дурацким оленем и нашими друзьями.

Я встал и посмотрел на егерей.

– Что за мерзкая образина, – проворчал один из всадников, указывая копьём на меня – ваша милость, кто это такой?

– Фролин, лучше заткнись, – посоветовал ему Радислав – и прояви уважение к сиру Харру.

Тот, кого назвали Фролином, смутился и нахмурился.

– Прошу прощения, сир Харр… – это обращение далось ему с явным трудом – но ваш вид… вы должны понимать…

Он развел руками.

Я усмехнулся и кивнул.

– Все нормально, – ответил я – понимаю вашу реакцию, сир Фролин. Я бы и сам так отреагировал.

– Простите, сир Радислав, – вмешался другой всадник – откуда взялся зульгар? Их в округе уже лет пять как не видели!

– Майер, ты можешь сам у него поинтересоваться, – проворчал баронет – вон он лежит, не стесняйся, спрашивай.

Майер вздрогнул и отвёл глаза, а остальные всадники засмеялись.

– А вы чего ржете? – прикрикнул на них Радислав – зульгара вы все вместе проспали!

Те потупили взор, это видимо был серьезный косяк с их стороны.

– Ладно, – распорядился баронет – надо забрать тела, ну и туши оленя и зульгара, не пропадать же… Разделайте оленя, Ловен не успел, и ждите. Мы с господином Харром поедем в замок и пришлем вам телеги. Фролин, отдай своего коня сиру Харру.

Тот что-то недовольство заворчал, но с коня слез, и передал мне поводья. Он окинул меня таким взглядом, что я понял – спиной к этому господину теперь лучше не поворачиваться.

Я пожал плечами – что же, одной неприятностью больше, что это меняет?

Сам того не осознавая, я ловко запрыгнул на коня. И правда, сидеть мне было комфортно и явно привычно. Сир Радислав, который пристально смотрел на меня, облегченно улыбнулся и сказал:

– Я же говорил!

Я смущенно улыбнулся в ответ.

– Простите, я ничего не помню о своём прошлом.

– Всему виной это, – баронет кивнул на мой шрам – но то, что вы дворянин, лично у меня нет никаких сомнений. Техника боя, конь, ваша манера говорить. Нет, вы точно дворянин, Просто вам где-то сильно досталось.

Хе, хоть кто-то в чем-то уверен, уже хорошо.

– Знаете, у нас тут магия не действует, но если пойти на восток, к эльфам Эрготрона, то там у отца есть знакомый маг-целитель. Возможно, он поможет вам вернуть память!

– Было бы неплохо, – с надеждой ответил я.

– Правда, сейчас с эльфами у людей не самые лучшие отношения, – нахмурился Радислав.

– Война? – спросил я. И сам удивился, за все время, что я провёл на шахте, и собственно помнил себя, я ни разу не слышал про эльфов, и ничего не знал об их существовании. А тут вон как, даже не удивился. Более того, я даже точно знал, как они выглядят. Чудеса…

– Не то, чтобы война, – ответил баронет – так, периодические набеги. Но частые, и довольно жестокие.

– А гоблины не балуют? – сам не зная почему, спросил я.

Все мужчины уставились на меня.

– Гоблины? – удивился Радислав – нет конечно, через Пограничные горы им не пробраться. А вы имели дело с гоблинами?

Я задумался и пожал плечами.

– Видимо да, – ответил я – хотя ничего о том не помню.

– Интересно, откуда же вы, Сир Харр, что имеете опыт общения с уродцами? В Вольных баронствах их не видели никогда. Теоретически их можно встретить разве что на юге Каларии, но там, говорят, большая река и цепь острогов, гоблинам тоже не перебраться… хотя и полностью исключать нельзя. Получается, вы родом с юга Каларии?

Я лишь со смущенной улыбкой развел руками.

– Возможно, – ответил я – раз больше нигде я не мог встретиться с гоблинами.

Сир Радислав неуверенно сказал:

– Ну вообще, тесное знакомство с гоблинами можно свести на Северном континенте, там гоблины и люди часто вели войны…

– Правда? – без особого энтузиазма спросил я.

– Именно, – подтвердил баронет – плюс, северяне активно участвовали в войне Каларии против Ангории. Может вы из северян?

И он пристально посмотрел на меня. Я лишь пожал плечами.

– Нда… это вполне могло быть. Вы получили свою ужасную рану во время войны, потеряли память, такое бывает.

– Но это не объясняет, почему я тут, – возразил я – за сотни километров от Каларии. Как я тут оказался, ума не приложу.

– Нда… – задумчиво повторил молодой де Сейн – загадка.

Я снова кивнул, и какое-то время мы ехали молча, мерно покачиваясь в седлах. Я даже слегка закемарил.

– А вот и Ниитс! – вдруг сказал Радислав, указывая рукой вперёд.

Я проснулся и посмотрел по направлению его руки. Мы приближались к давешнему посёлку.

– Сейчас распоряжусь, чтобы отправили людей и телеги в Оленью падь, и поедем дальше, в замок Сейн.

Он глянул на меня. Видимо, выглядел я не очень.

– А впрочем, нет, – сказал он – сначала мы подкрепим силы и выпьем лучшего вина! В конце концов, вы спасли меня, так что я угощаю.

При словах о еде, рот мой самопроизвольно наполнился слюной. Я судорожно сглотнул, чтобы слюни не брызнули изо рта, как у плюющейся кобры.

У кого? Хм…

Вот интересно, в который раз на ум мне приходят какие-то слова, образы, названия, аналогии. А простое, типа, как меня зовут и откуда я – не помню, хоть убей.

Мы подъехали к трактиру. Я удивился, ведь посёлок был совсем небольшой, зачем такое великолепие. На мой вопрос баронет де Сейн просветил меня, что через Ниитс, так назывался этот посёлок, шли две дороги. Одна вела в Весгард, другая в Эрготрон, причем в саму столицу эльфов, город Иллемдел. И раньше, до войны Ангории и Каларии, дороги эти были весьма оживленными. Ходили караваны, путники, ездила почта. Все это есть и сейчас, но в значительной степени подзавяло. А большой трактир, с неплохой кухней и комнатами на верхнем этаже, остался.

Плюс, окрестные горы были любимыми охотничьими угодьями местного барона и его сына, и они частенько останавливались тут. Что, собственно, и спасало трактир от разорения.

Едва войдя в трактир, баронет распорядился отправить людей к своим охотникам, и велел подать нам на стол.

Примерно час мы ели молча, только отвешивали здравницы в адрес друг друга, опрокидывая в себя очередную чарку.

Видимо, вина я не пил очень давно, потому что после третьей я почувствовал, что окосел на последний глаз, по телу разлилось приятное тепло, а в голове зашумело. Хотелось прилечь…

Молодой де Сейн наоборот, был бодр и свеж, будто и не пил.

Увидев, что я почти окуклился, он усмехнулся и велел приготовить мне комнату. Спустя минут десять прибежала молодая дородная девушка, чтобы проводить меня наверх. Я пробормотал слова благодарности баронету, девушке, и снова баронету, и на подгибающихся ногах прошёл по лестнице наверх.

Угасающим сознанием я успел заметить, что в комнате было чисто и уютно, хоть и довольно скромно.

Было окно с белыми занавесками, массивная деревянная кровать, накрытая ярким лоскутным покрывалом, стол и два стула, примитивная вешалка на стене и небольшой сундук для вещей.

Девушка, краснея и смущаясь, поинтересовалась, не желает ли господин, чтобы она согрела ему постель. Я отрицательно мотнул головой, и как был, в одежде, рухнул на кровать и провалился в тяжёлый сон.

Глава 11

– Сын, ты уверен? – барон Ладимир де Сейн говорил так, будто меня не было рядом. Но я был, и слегка нервничал, хотя и находил ситуацию любопытной.

Мы прибыли в замок Сейн на следующий день, хорошо отдохнув. Радислав, даже не дав мне прийти в себя с дороги, тут же потащил меня к отцу. Там он представил меня, и красочно рассказал обо всех наших приключениях. Барон, надо отдать ему должное, выслушал все молча и спокойно. На лице его не дрогнул ни один мускул.

Когда баронет закончил свой рассказ, старший де Сейн встал, и обошёл меня, стоящего у его небольшого трона, вокруг.

Вольный барон Ладимир де Сейн был весьма представительным мужчиной. Под пятьдесят лет, но сильный, крепкий и кряжистый, как ствол столетнего дуба. Ростом на пол головы выше меня. Радислав был на него похож лицом, но статью не вышел, видимо пошел в мать. Он был лёгким, изящным и подвижным, хотя и силушкой боги его тоже обидели.

– Хм… – задумчиво промычал барон, обходя меня уже вторым кругом и тщательно разглядывая.

Я, конечно, хорошо отмылся в трактире, и переоделся, но морда лица как была калеченной, так и осталась, а это наводило на разные мысли.

– Как, вы говорите, вас зовут? – поинтересовался барон.

– Истинного имени я не помню, – с лёгким поклоном ответил я – но в последние два года я отзывался на имя Харр.

– И где вы провели последние два года? – уточнил Ладимир де Сейн.

– На тюремной шахте в баронстве Дагоберт, – честно ответил я.

Барон даже бровью не повёл.

– И почему ты решил, что он дворянин? – задал барон вопрос сыну – нет, я, конечно, ценю, что… ммм… господин, – это слово далось ему с трудом – Харр спас тебя, и он будет вознагражден, но…

Он развел руками.

– Испытай его, – предложил Радислав.

– Вот как? – удивился отец и повернулся ко мне – что предпочитаете, конное копьё или пеший меч?

Я прислушался к своим ощущениям.

– Меч, – без колебаний ответил я, сделав выбор. Почему-то мне казалось, что так у меня будет больше шансов.

Барон усмехнулся так, что я засомневался в своём выборе.

– Извольте пройти в гимнастический зал, – сказал Ладимир и жестом указал к выходу.

Радислав подошёл ко мне и увлёк с собой.

– Пойдем, я покажу, – сказал он, и мы быстрым шагом вышли в длинный коридор.

– Ты сможешь, я уверен, – сказал мне баронет – отец сильный мечник, но он уже не так молод, так что шансы у тебя есть.

Я лишь пожал плечами, чего от себя ожидать, я не представлял.

– Он всегда ведёт атакующий бой, в высоком темпе, с большим количеством финтов. Следи за его ногами.

– Фехтование это унары, господа ноги⁴, – буркнул я, сам не зная, откуда пришедшую в голову фразу.

Баронет в недоумении глянул на меня, но махнул рукой на очередную странность нового товарища.

Мы вошли в гимнастический зал, и я слегка обалдел. Если честно, тут и конный поединок можно было провести, не то, что пеший, настолько зал был велик.

Вдоль стен стояли многочисленные стойки и стеллажи с оружием, причем как учебным, так и боевым. Мечи, кривые сабли, что-то похожее на рапиры. Множество кинжалов. Так же было представлено и дробящее оружие – дубинки, палицы и булавы, моргенштерны и прочие шестоперы. Копья и боевые топоры, а также оружие, которому я названий даже не знал.

На отдельных стойках были доспехи, турнирные, боевые и учебные. Мягкая поддоспешная одежда, подшлемники и колеты. В общем все, чтобы благородные господа могли хорошо провести время.

Пока я оценивал все это великолепие, в зал вошёл барон.

– Ну что, Харр, – он усиленно игнорировал правила хорошего тона, называя меня как простолюдина – выбирайте оружие!

И он обвел зал рукой.

Я хмыкнул и прошёл к стойке с тренировочными мечами. Рука сама потянулась к одному из мечей. Я осмотрел его.

Простая рукоять, сверху довольно большое перекрестье, навершие в виде капли, не даст мечу выскользнуть из руки.

Клинок длинный, сантиметров девяносто, узкий. Память подсказала, что меч похож на сайсворд, только без защитной дужки над рукоятью и колец на перекрестье.

Взбесил клинок в руке – не тяжелый, около килограмма, отлично сбалансирован. Лезвия наведены, но не заточены, все же тренировочное оружие. Взмахнул, кивнул удовлетворённо – меч отлично лежит в руке.

Я повернулся к барону.

– Я выберу этот.

Ладимир улыбнулся, как кот, наевшийся сметаны.

– Отлично, – сказал он – советую взять к нему дагу⁵, и надеть доспех.

Я покачал головой.

– Хватит и колета⁶, а от кинжала не откажусь, – ответил я и выбрал себе подходящий.

Барон кивнул и тоже прошёл к стойке. Быстро взял схожий с моим меч, дагу брать не стал. От колета тоже отказался. Он посмотрел на меня и сделал приглашающий жест в центр зала.

Мы встали метрах в пяти друг от друга, Радислав взял на себя функцию судьи.

– Готовы? – спросил он, посмотрев на нас.

Оба кивнули.

Баронет снял с полки большие песочные часы и перевернул их.

– Бой! – крикнул он, махнул рукой и отскочил назад, чтобы не мешать.

Барон усмехнулся и молниеносно кинулся в атаку. Я ожидал чего-то подобного от него, но не знал, чего ждать от себя. Поэтому я не стал думать, а просто отдал инициативу своему телу, пусть само разбирается, а я понаблюдаю.

Тело, надо признать, справилось неплохо. Ноги пошли по кругу, смещаясь с вектора атаки барона, не давая ему загнать меня в угол или к стене, а меч, круговыми движениями парировал или отводил все его удары.

На мгновение мне показалось, что барон был обескуражен. Потом я понял, что мне не показалось, это действительно было так!

Он нахмурился и усилил атаки, взвинтив темп и силу ударов. И мне стало действительно не легко. Я с трудом парировал атаки, особенно те, что шли слева, со стороны отсутствующего глаза. Барон увидел эту слабость, и стал грузить мою левую сторону ещё большим количеством атак, часто после финтов.

Отбиваться становилось всё сложнее и сложнее. И вот я пропустил первый болезненный удар. Барон оскалился.

Потом пропустил ещё. И ещё.

Левое плечо заныло, и я вытащил дагу, которую до этого момента не использовал. Стало чуть легче, хотя об атаках я по-прежнему не помышлял, тут бы отбиться.

Барон, казалось, был трехжильный. Он непрерывно отгружал мне такое количество ударов, что я боялся, что не выдержит клинок. Хорошо если его, а если мой? Но мечи пока держались.

По моему телу градом тек пот, но…

Неожиданно для себя я понял, что отбиваться мне стало легче. Нет, барон не снизил натиск. Просто я его просчитал. Сначала с трудом, но затем все легче и легче я стал предугадывать все действия противника. И если до этого я действовал реактивно, под атаку барона, то теперь я действовал на опережение, фактически срывая атаки до их начала.

И вот я осмелел настолько, что решился на контратаку. Во время очередного наката Ладимира, я ушёл в сторону, поднырнул под атакующую руку и нанёс укол снизу вверх, а потом повернув кисть, по дуге нанёс удар в голову.

Барон пропустил укол, но от удара смог уклониться. Он даже успел достать меня в руку на отходе, но…

На лице его мелькнуло недоумение!

Я, тем временем, провёл ещё две атаки, правда, безуспешные.

Спустя ещё пару минут мне удалось выровнять бой, и вести свою контригру. Это уже был успех, потому что от обороны выиграть крайне маловероятно.

Лицо барона из беспечного стало сосредоточенным, было видно, что если раньше он не воспринимал меня всерьез, то теперь он бился в полную силу.

И, тем не менее, он стал пропускать удары. Все чаще и чаще. Пропускал и я, но игры в одни ворота уже не было. И вот, улучив момент, когда барон чуть выдохся, я кинулся в решительную атаку. Я бил и колол, переводил атаки в разные сектора, финтил, снова бил, пригибался, уворачивался, делал выпады. Удары сыпались на барона со всех сторон, казалось, что у меня выросло ещё две руки с мечами.

Ладимир отбивался и изредка атаковал, он явно сдавал позиции.

Я успел взглянуть на песочные часы – поединок подходил к концу. И тут мои глаза встретились с глазами баронета. И что-то я такое в них прочитал…

Я все понял.

Проводя очередную атаку, я чуть не довёл удар, и немного раскрылся. Этим мгновенно воспользовался барон, и отгрузил мне в появившуюся брешь целую серию ударов. Большую часть я отбил, но несколько довольно болезненных прилетели мне в корпус, а один из ударов едва не выбил из меня дух.

– Время! – выкрикнул Радислав, и бой остановился.

Мы замерли, потом отступили на шаг назад и отдали друг другу салют. А затем, не сговариваясь, рухнули в изнеможении на пол!

Мы лежали, тяжело дыша, а Радислав позвонил в колокольчик.

Вбежал слуга, и баронет распорядился, чтобы нам принесли чего-нибудь выпить, и подготовили ванну барону и мне. Когда напитки принесли, мы с бароном, кряхтя и скрипя суставами, встали и взяли с принесенного подноса по бокалу.

– Господи, как же это было не просто, – просто сказал я, отхлебывая прохладное разбавленное водой вино.

– Отец, что скажешь? – спросил Радислав.

– Скажу, что таких тумаков я не получал лет двадцать, – хохотнул, кривясь от боли барон – с тех пор, когда покойный папа нынешней королевы Елении пытался прибрать нас к рукам. Был в его войске один рыцарь, такой же шустрый…

Когда прозвучало имя королевы Елении, что-то внутри меня больно сжалось. Почему?

… – как бишь его звали? Эдуард, Эдгар…

– Энгерт? – подсказал я.

– Точно! – согласился барон – постойте, сир Харр, вы знаете его? Вы вспомнили?

Сир? Очень интересно… я прошёл проверку?

Отметив этот факт, я пожал плечами.

– Просто всплыло в памяти, – ответил я – видимо я и правда родом из Каларии, и где-то слышал это имя. Но я ничего больше не помню.

– Ясно, жаль, – покачал головой барон, делая длинный глоток из своего бокала. Жидкость перелилась через край, и потекла по бороде и груди барона. Он обтер рукавом рот и грудь и усмехнулся.

– Так что отделал ты меня знатно, молодец, – и он хлопнул меня по плечу, так, что я едва на пол не упал.

– Ваш удар был последним, так что вы выиграли, – возразил я.

Барон нахмурился.

– Дураком меня не считай, ладно? Я же видел, что ты не довёл удар, который я не успевал отбить. И защиту не поставил, считай, намеренно пропустил контратаку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Признать смерть супруга, а себя признать вдовой

Вернуться

2

Одно из имен скандинавского верховного бога Одина. Он тоже был одноглазым.

Вернуться

3

Это истинная правда. Чай и кофе давали английским рабочим, чтобы они могли эффективно отработать длинную смену. Со временем чай и кофе из рабочих стимуляторов стали аристократическими напитками, а затем и общедоступными.

Вернуться

4

Цитата из сериала «Этерна, начало»

Вернуться

5

Дага – кинжал

Вернуться

6

Колет – тут, поддоспешная куртка

Вернуться