# Кайли: История одного лета

Лиза Вьюгина

Кайли – своенравная студентка последнего курса, Николас – ее саркастичный профессор, которого волнует лишь его работа. Одна безрассудная выходка на глазах у всего университета и неприязнь между ними вспыхнула ярче любой химической реакции. Как теперь спокойно доучиться до выпускного, если судьба сталкивает их вновь и вновь? И куда же их, так привыкших к холодным формулам, приведут новые жгучие чувства, что не поддаются никаким правилам?

Глава 1

С самого утра в Вудвордском университете было чуть более оживленно, чем обычно. На научную конференцию, проходящую в главном зале, были приглашены студенты с химических факультетов всех ближайших университетов города.

Пока шумная толпа рассаживалась по местам, за кулисами сцены, торопясь, вносил последние штрихи в свою работу профессор, чья речь должна была быть в самом начале. Закинув ногу на ногу, он бегло просматривал лист за листом, то и дело вычеркивая и подписывая какие-то значения и формулы. Время поджимало и концентрироваться становилось все труднее. Не то, чтобы он переживал перед выходом на сцену, просто работа была еще слишком сырой, чтобы представлять ее студентам, но выбора не было и оставалось только пожертвовать своими принципами доведи-все-до-ума.

– Николас, будь готов, – сообщил ему приятный женский голос – ты выходишь сразу после объявления директора.

Он лишь выдал короткое «угу» себе под нос и размашисто вычеркнул целый абзац текста. Рядом неспешно прошел невысокий пожилой мужчина, поправляя свой серый пиджак. Они быстро обменялись взглядами прежде, чем он вышел к трибуне с микрофоном. Это был директор университета Вудворд. Кажется, будто он стар как мир, но все равно всегда одет с иголочки.

Вышедший на сцену человек заставил шум в зале постепенно стихнуть. Вот и все. Николас не привык доделывать что-то на коленке за минуту до выхода, эта конференция выбивала его из колеи, он был слишком ответственным и не терпел халатности, и уже миллион раз успел пожалеть, что согласился участвовать в этом.

Старик прокашлялся и хрипловатым монотонным голосом начал зачитывать свою речь.

– Дорогие студенты, я рад приветствовать вас на сегодняшней конференции.. – вряд ли хоть кто-нибудь вслушивался.

Николас встал и размял затекшие плечи. В полный рост, когда он не сутулился, его можно было назвать высоким, но вряд ли назовешь привлекательным в привычном понимании. Нос с горбинкой, легкая щетина, мешки под глазами из-за постоянного недосыпа. Иногда он так увлекался изучением данных о каком-либо новом исследовании, что мог просидеть за этим до рассвета. У этого человека работа была на первом месте в жизни. Может поэтому к своим тридцати восьми он до сих пор был одинок.

– Приглашаю на эту сцену преподавателя химии и химических наук профессора Николаса Кирхгартена! – под общие аплодисменты он вышел на сцену, держа в руках несчастную работу про селективное каталитическое окисление углеводородов, и директор передал ему микрофон.

Экран за его спиной переключился на презентацию, и, поправив свои очки, профессор начал свой монолог.

– Хочу поприветствовать всех собравшихся. Сегодня будем говорить об – он быстро заглянул в листок – использовании карбида кальция в качестве источника ацетилена в лабораторной химии.

Николас всеми силами пытался выглядеть естественно. По началу получалось не очень хорошо, но спустя несколько перевернутых страниц, его голос звучал все увереннее.

Вообще, Николас обладал на редкость притягательным тембром и, вкупе с интересной манерой подачи материала, им легко было заслушаться. Студенты любили посещать его лекции.

Он бодро расхаживал вдоль сцены, постоянно показывая что-либо на экране, и визуализировал жестами для более эффективного понимания. Скорее всего он делал это больше для себя, так как войдя в азарт терял контроль. Николасу действительно нравилась его работа.

Зал слушал его, затаив дыхание, пока не…

– Извините? – из толпы показалась чья-то поднятая рука. – Мне кажется, у Вас там ошибка. – мягкий женский голос звучал так самоуверенно, что весь запал Николаса тотчас растворился.

Взгляд заметался из стороны в сторону, а сердце ускорило ритм.

Любопытные студенты разом повернулись, чтобы взглянуть на ту, что одной фразой подпортила репутацию профессору университета.

Его поймали на ошибке. Да и к тому же обычная студентка. Что? В голове не укладывается. Мысли за долю секунды сменяли друг друга, и Николас просто замер от легкого шока, не найдя ответа. Тем временем девушка продолжала:

– Насколько я знаю, при нагревании гидроксид кальция превращается в оксид кальция, который и является стартовым реагентом в синтезе карбида, а не наоборот, как Вы сказали.

«Это же совсем незначительная ошибка, чтоб тебя, разве обязательно было заострять на этом внимание?» – мысленно выругался Николас.

Дальше работу он просмотреть не успел и оставалось только надеяться, что в оставшейся части все в порядке.

Эта студентка хоть и пыталась показаться вежливой, но что-то в ней вызывало у профессора неприязнь. Она сидела, скрестив руки на груди и облокотившись на спинку стула, а на лице – абсолютная уверенность в своей правоте. Дольше молчать уже нельзя, надо срочно спасать ситуацию.

– Да, благодарю за наблюдательность, мисс. – Николас постарался собраться и правильно подобрать слова, а потом снова посмотрел в распечатки – Надеюсь при подготовке своих работ вы так же внимательны. Я могу продолжить? – саркастично вскинув брови, для формальности спросил он.

Девушка лишь заносчиво цыкнула и отвела взгляд, оставив вопрос без ответа.

– Отлично – профессор завел руку с бумагами за спину, а другой обратил внимание студентов на экран.

Хоть он и терпеть не мог, когда указывали на его ошибки, – тем более так бестактно – но все-таки он имел опыт в работе с зазнавшимися школьниками.


***

На подоконнике университета Вудворд, отодвинув горшок с цветком, сидела студентка и недовольно попивала свой кофе.

«Нет, ну почему сахар закончился именно на мне? Проклятый автомат» – рассуждала про себя она, качая ногой.

– Чего дуешься? – словно из ниоткуда рядом нарисовалась знакомая фигура в длинной цветочной юбке.

– Мишель! – от неожиданности девушка чуть не разлила злополучный напиток – Ты меня напугала!

– Вообще-то, я кричала тебе еще с другого конца коридора, ты сама меня не заметила – Мишель слегка усмехнулась и пожала плечами – Кайли, дорогая, давай говори, что у тебя там случилось, я давно не видела тебя такой мрачной.

– Всю последнюю неделю неудача за неудачей – Кайли уткнула взгляд в свои испачканные в грязи новенькие кеды и содранные коленки, а потом снова посмотрела на подругу – и меня это просто бесит. Так сильно, что аж… – она со всей силы сжала кулаки, как будто прямо сейчас пойдет сражаться с кофейным аппаратом.

Мишель понимающе вздохнула, достала из своего шоппера розовый пластырь – где она только их берет? – и принялась самолично заклеивать им царапину, зная, что иначе Кайли просто откажется.

Мисс Содранные Коленки имела дурацкую черту характера делать что-то сгоряча не обдумав ни секунды, и хоть она и пыталась бороться со своими недостатками, получалось не всегда.

Наблюдая за тем, как эта круглолицая девушка заботливо клеит пластырь, Кайли невольно улыбнулась и поблагодарила подругу. Хоть она и не просила, и вообще, это было не обязательно, но ей все же приятны такие небольшие жесты доброты.

«Кайли» – нечто вроде псевдонима, который со временем стал вторым именем. Его придумала Мишель еще в детстве, составив первые буквы от ее имени и фамилии, и с тех пор Кассиопея Линетт представляется только так. Исключительно ради удобства и красоты, ведь ни одна другая сокращенная форма ее не устраивала, а проговаривать каждый раз по шесть слогов утомило бы не только всех окружающих, но и саму Кайли.

– Еще и эта конференция у химиков – девушка спрыгнула с подоконника, отряхнула юбку и аккуратно вернула горшок с цветком на место. В голосе слышалось уже чуть меньше раздраженности, чем до этого, но чуть больше обреченности от предстоящего участия в очередной учебной обязаловке от хим курса.

– Составить тебе компанию? – предложила подруга – У меня совсем нет настроения сидеть на занятиях у миссис Ти.


***

Большой просторный конференц-зал встретил гостей привычной чистотой и аккуратностью. Толпа приглашенных студентов рекой растекалась и занимала все свободные места. Разве в такой неразберихе можно заметить одну кудрявую блондинку с филологического факультета, пришедшую сюда ради подруги?

Мишель старалась держаться ближе к Кайли и шла за ней по пятам.

– Смотри – она указала в самый центр зала – Там места есть свободные. – к которым, к великому сожалению и с правой, и с левой стороны придется пробираться через уже рассевшихся слушателей. Но это их не остановило.

К слову, Кайли была одним из лучших студентов в потоке на протяжение всех четырех курсов. Ей, как никому другому, нравилась учеба. Эта девушка жила всякими химическими опытами, конспектами с шестиугольными формулами и чтением учебников в такое время, когда у обычного человека информация вряд ли сможет усвоиться. Она любила ставить перед собой цели, пусть и небольшие, и не спеша двигаться к их реализации. Кайли не будет собой, если бросит начатое. Ее горящие глаза и упрямый нрав невольно мотивировали Мишель тоже достигать маленьких побед в своей жизни.

Наконец расположившись, Кайли по привычке достала из сумочки карманное зеркало с нарисованной перманентным маркером ромашкой. Проницательный взгляд зеленых глаз, круги под которыми лишь слегка перекрывала пудра, небрежно упавшие на лицо русые пряди, прямой нос и аккуратные малиновые губы. Все это вместе с ее живыми эмоциями на удивление располагало к себе.

– Ты опять читала пол ночи? – обратила внимание Мишель.

– Именно – и она нисколько не сожалела об этом.

«Приглашаю на эту сцену преподавателя химии и химических наук профессора Николаса Кирхгартена!» – директор сделал шаг назад, взмахнул рукой в сторону выходящего на сцену человека и неспеша удалился за кулисы.

Кайли перевела взгляд на человека на сцене и захлопнула зеркальце. Похоже, это и был новый преподаватель, о котором говорил весь поток. Но если бы она посетила хоть одну его лекцию, то они бы познакомились гораздо раньше.

Высокий мужчина в белом не застегнутом халате уверенной походкой появился перед публикой. Одет он был весьма строго, клетчатые выглаженные брюки и черные оксфорды, если исключить, конечно, этот халат. Профессор прокрутил микрофон в руке и заглянул в распечатки, после чего представил всем свою работу.

«Использование карбида кальция в качестве источника ацетилена» – Кайли уткнула глаза в пол, пытаясь вспомнить. Кажется, она совсем недавно читала что-то похожее.

«Отлично. Это прекрасный способ проверить себя и свою память» – подумала она.

Пока все в зале были увлечены его выступлением, – на удивление, профессор умел цеплять к себе внимание – Кайли не покидало ощущение, что что-то не так с этой работой. Презентация за его спиной иногда будто не совпадала с текстом. «Может ее делал другой человек?.. Да ну, бред, не стал бы он использовать текст кого-то другого. Или..»

– Другими словами, гидроксид кальция является стартовым реагентом в синтезе карбида – профессор сделал небольшую паузу, чтобы перевести дыхание и перейти к другому подпункту.

– Миш, это банальнейшая ошибка – она сделала произвольный жест в сторону сцены.

– Может просто оговорка?

– Второй раз подряд? – она вскинула брови и посмотрела на подругу – Не нравится он мне. Я почти уверена, что работа не его.


***

Николас нервно кинул злосчастную работу куда-то в угол стола, а затем выдохнул и потер переносицу. Чтобы еще хоть раз он ввязался во что-то подобное.

– Как прошла конференция?

Профессор поднял взгляд на молодого парня, прямо сейчас сидящего на офисном кресле, бесцеремонно закинув левую ногу на правую коленку.

– Джереми, сколько раз я говорил тебе не есть в лаборатории?

Парень показательно сделал слишком громкий глоток, пытаясь убедить, что сок это не еда.

– Я так понимаю, не очень. Ты сегодня зануднее обычного. – он смял пустую коробочку и продолжил играть во что-то на телефоне.

Джереми Аддерли – племянник Николаса и головная боль на протяжении последних трех лет, когда его мать решила отдать сына в университет Вудворд и лично на воспитание профессору Кирхгартену. Предполагалось, что Джереми будет как младший помощник в лабораторных исследованиях, а в итоге Николаса просто записали в сиделки. Миссис Аддерли крайне находчивая особа. И хоть ее сыночку уже двадцать один и он в этом году заканчивает третий курс инженерной специальности, материнское сердце все равно беспокоится.

– Ты мыл вчера пол в лаборатории перед закрытием? – профессор решил оставить вопрос Джереми без ответа и сразу перейти к работе.

– Мыл.. – он понял, что напрочь забыл об этом.

– Как-то неуверенно – Николас протянул парню швабру – Иди перемывай. – выдав бездельнику работу, профессор прогрузился в свои мысли, представляя весь список задач на сегодня, и уже уходя, вполоборота добавил – И верни ключи, пожалуйста.

Самый Лучший Помощник похлопал по карманам толстовки, а потом полез в джинсы. Ключей не было. Медленный ужас начал подступать от осознания, как зол на него будет дядя Николас. К слову, Джереми почти никогда не видел дядю в гневе, но почему-то был точно уверен, что ему придет конец. Он быстро начал перебирать все места, где теоретически мог оставить ключи. Помимо самой лаборатории, на ум приходили только раздевалка университета и его собственная комната в общежитии. Конечно, теоретически он мог выронить их где угодно, но он предпочитал об этом не думать. В любом случае, у Джереми было не так много времени на поиски и начать желательно прямо сейчас.


***

– Я поверить не могу – выпалила Мишель – Ты…

– Да я сама не знаю, что на меня нашло – Кайли громко выдохнула – У тебя бывает, что человек тебя просто раздражает, хотя на это нет причин?

Подруга одарила ее непонимающим взглядом.

– А мне кажется, ты просто слишком заработалась. Тебе нужен отдых. – она положила руку на плечо Кайли и приободряюще похлопала пару раз.

Мишель была похожа на пушистое одеяло, которым укрываешься после тяжелого дня, на прохладный свежий смузи в жаркое лето, на звонкую песню в серые будни, на лаванду и танцы босиком. Рядом с ней непроизвольно начинаешь улыбаться и все проблемы сами собой уходят на второй план. Она заплетала свои кудрявые волосы в косичку, вязала свитера для себя и Кайли, носила пестрые цветочные юбки в пол и излучала положительную энергию одним своим присутствием.

Мишель умела поддерживать как никто другой, но сейчас все, что она могла сделать это просто быть рядом.

Вдруг внимание девушек привлекли лежащие в углу ступеньки чьи-то потерянные ключи. Кайли подняла и осмотрела находку. К небольшим серебристым ключам была прикреплена бирка с надписью..

– Лаборатория – вслух прочитала она и взглянула на подругу.

– Давай занесем – предложила Мишель – Она в соседнем корпусе, это ближе, чем приемная стойка в главном.

Решив, что в словах подруги есть смысл, Кайли вздохнула и убрала ключи в сумочку.

– Только по пути купим кофе – она слегка улыбнулась – Надеюсь хотя бы в том автомате будет сахар.

Кампус Вудворда представлял собой несколько учебных корпусов со множеством кабинетов, научную исследовательскую лабораторию при университете, большой стадион и общежитие для студентов. Администрация университета была расположена в главном из корпусов, вместе с огромной столовой, малый спортзал и актовый зал со сценой располагались в двух других. Лаборатория и библиотека находились в отдельном здании, самом дальнем из всех. Конечно, изредка там проводились практические занятия для групп с химического факультета, но в основном она использовалась бакалаврами, магистрами, кандидатами наук и даже настоящими учеными для проведения исследований, необходимых для дипломов, статей и прочих научных работ. Так или иначе, это было самое тихое местечко во всем кампусе: руководитель Николас Кирхгартен, его незаменимый помощник Джереми, парочка младших лаборантов и библиотекарша миссис Беккер, добрейшая женщина в мире. Не сосчитать сколько раз она поднимала моральный дух команде после очередного провала, угощая всех в лаборатории чаем с заварными пирожными. Ах эти заварные пирожные! Джереми был просто покорен их вкусом. Так как библиотека находилась прямо над лабораторией, он частенько сбегал туда, чтобы не слушать бубнеж дяди Николаса о том, где и как племянник опять накосячил с пропорциями ингредиентов.

Тяжелая железная дверь скрипнула и в помещение зашли две очаровательные студентки. В конце коридора виднелась распахнутая дверь, из которой на пол падал яркий белый свет. Напротив был вход на лестницу, ведущую в библиотеку. За почти четыре года, проведенных в этом университете, Кайли была тут, на удивление, не так много раз, а последний был еще на первом курсе. Всю литературу читала сидя за ноутбуком и посещать библиотеку просто не было необходимости.

Она аккуратно заглянула в лабораторию и не могла поверить своим глазам. Прямо перед ней появилась знакомая фигура в расстегнутом белом халате и клетчатых брюках. От удивления Кайли просто замерла, не в состоянии сказать хоть слово.

«О нет. Нет-нет-нет. Почему именно он и именно сейчас?»

Профессор тем временем невозмутимо записывал что-то на маркерной доске, периодически поглядывая на шипящие рядом колбы с жидкостью. Он был настолько сосредоточен на своих мыслях, что не обратил внимания на гостей.

– Джереми, ты куда пропал? – не отвлекаясь от работы спросил он. Не то, чтобы Николас пекся о нем как его матушка, но можно было хотя бы предупредить, когда уходишь, а не вот так внезапно исчезать.

Получив в ответ молчание, он все же обернулся и поднял взгляд на входную дверь.

– О, это вы – Николас сделал пару шагов вперед и, скрестив руки на груди, облокотился плечом о стену – Пришли извиниться, мисс?

От его самодовольной улыбки у Кайли внутри все мгновенно вскипало от злости.

Между ними было всего около метра, и Мишель показалось, будто между ее подругой и преподавателем сверкнула искра взаимной неприязни.

К слову, вблизи профессор казался куда более высоким, чем со сцены.

– По-моему это вам надо извиняться, что выдаете чужую работу за свою собственную.

Профессор резко удивился.

– С чего вы взяли что работа не моя? И какое вы вообще имеете к этому отношение?

– Меня возмущает такое неуважение к студентам. В тексте оговорки и презентация очень отличается, разный порядок, другие подтемы. Я готова поклясться, что ее делали не вы.

«Не ожидал, что кто-то заметит, как я отдал это дело Джереми. Черт, никогда больше!»

– Я понял, что вы достаточно способны и хорошо разбираетесь в химии, – Николас ловко перевел тему, ему не очень хотелось выслушивать безосновательные нотации от заносчивой студентки – но я вас раньше не видел. Из какой вы группы?

Мишель не рисковала вмешиваться в их разговор и неловко переминалась с ноги на ногу. В любых спорах она предпочитала оставаться в стороне, чего нельзя было сказать о ее подруге.

– Этого вам знать не обязательно. – Кайли достала из сумочки ключи и резко протянула Николасу – И советую не разбрасывать где попало такие ценные вещички. Всего хорошего – она развернулась и поспешно зашагала к выходу.

Мишель прошептала нечто похожее на «извините пожалуйста» и испарилась вслед за подругой.

Николас был так шокирован произошедшим, что не нашел ответа на такую наглость и молча проводил взглядом двух студенток вдоль всего коридора. Дверь привычно скрипнула, и только что вошедший Джереми оглянулся на девушек, которые, казалось, сильно чем-то потрясены. Не придав этому особого значения, он тихонечко попытался пробраться в лабораторию, не привлекая к себе лишнего внимания, пока не встретился лицом к лицу с дядей. Крайне неодобрительный взгляд был устремлен прямо в душу и на лбу парня проступили капельки пота. Джереми забывал подмести пол в лаборатории, путал ингредиенты, спотыкался об удлинители и по неосторожности ронял колбы, но сегодня впервые он действительно мог создать большие неприятности. Если что-то испортил, то хотя бы наберись смелости признаться в этом. Он резко втянул носом воздух и глядя прямо в глаза решительно произнес:

– Я потерял ключи.

После признания парень был готов ко всему: что дядя выставит его из лаборатории и закроет дверь прямо перед носом, что начнет кричать и злиться, хоть он и не делал так раньше, что позвонит его матери, ректору, да хоть самому президенту, чтобы его отчислили и он больше тут никогда не появлялся. Но Николас лишь устало вздохнул, потер переносицу и сдержанно ответил:

– Я знаю. – он прокрутил связку ключей на пальцах, привлекая к ним внимание Джереми – Тебе повезло, что пара добросовестных студенток уже их вернули, иначе я бы не пустил тебя в лабораторию пока не исправишь то, что натворил.

– Ой, как будто я тебе так важен тут. – с легкой ухмылкой и несерьезностью в голосе парировал он.

– И поставил бы в известность Маргарет.

Парень за мгновение изменился в лице.

– Пожалуйста, только не маму.

Конечно, Николас никогда бы так не сделал, но проучить парня бы не помешало.

Профессор сел в кресло, взял какие-то бумаги и прокатился вдоль всего стола прямо к компьютеру. Надо было возвращаться к работе.

На мониторе красовался желтый квадратный стикер, где женской рукой аккуратно было выведено «Протестировать новый состав сухого горючего».

Эми – прилежная тихоня-первокурсница, которой едва ли исполнилось восемнадцать, но на нее, в отличие от кое-кого, можно было положиться. Младшая помощница профессора самолично вызвалась помогать в лабораторных делах. По доброте душевной Николас просит оставлять все опасные эксперименты ему, ограждая ее от работы, требующей намного большей квалификации, чем та обладала.

Он взглянул на стикер, а затем переклеил его на страницу своего ежедневника с планом работы на день.


***

Закатное солнце заливало стены и пол лаборатории, отблескивая во всех стеклянных поверхностях. Николас сосредоточенно стучал по кнопкам клавиатуры. Даже держа в одной руке стаканчик с кофе, он все равно не уступал в скорости печати тем, кто делает это обеими руками. Конечно, можно было каждый раз прерываться, брать и ставить его обратно на стол, но по словам самого Николаса, это бы сбивало его концентрацию.

– Что ты там делаешь так долго? – Джереми зевнул и потянулся, словно ленивый сонный кот – У нас ведь еще какой-то эксперимент, оставленный Эми.

– Я помню про него. – ответил Николас – Если нечем заняться, принеси мне еще кофе – он подкинул монетку так, что парень ловко поймал ее в кулак.

– Пятый стаканчик за день? Дядя, ты уверен?

Вопрос был риторический. Он бы вряд ли передумал.

Работа совсем не клеилась. Это стало только заметнее, когда он остался наедине с собой. Мысли будто специально наводили беспорядок в его голове. Всегда собранный и организованный профессор почему-то думал о той своенравной студентке с конференции, подпортившей его репутацию.

«Эта девушка.. – тут же нарисовался ее образ – Почему я раньше ее не встречал? Она, кажется, умна. В любом случае, – он хмыкнул вслух – ее характер ее же и погубит. Поразительное упрямство и бестактность».

«Соберись. Сосредоточься на работе!» – он сделал последний глоток, запрокинув голову назад.

«Ну нет.. – проигнорировав самого себя он продолжил – Она сама принесла ключи в лабораторию. Значит, скорее всего, учится здесь..»

– Черный и без сахара! Как всегда! – своим появлением Джереми прервал этот бесконтрольный поток мыслей и протянул стаканчик профессору.

– Угу, спасибо – негромко ответил тот.

Парень развернулся и неспеша направился к кладовке, чтобы полакомиться сэндвичем из холодильника, как вдруг:

– Эй, Джереми!

– Мм?

– Помнишь тех девушек, что заходили к нам сегодня вернуть ключи?

– Да, а что? – от недоумения он приподнял брови.

– Ты с ними знаком? Я знаю, что ты общаешься с половиной университета.

– Ой, дядя, ты мне льстишь – парень слегка ухмыльнулся, поняв, что можно расслабиться – Ту, что пониже, – он сопровождал свои слова активной жестикуляцией – блондинку, вижу впервые, а вторая, та, что с каре, довольно известна на хим факультете. Кайли, одна из лучших по успеваемости на протяжении всех четырех лет, что она здесь учится.

– Кайли? Это псевдоним?

– Что-то вроде. Кассандра? Или Карина?.. Она никогда не представляется своим настоящим именем. Я слышал его только на награждении в прошлом году, поэтому не помню точно.

– Подожди-ка.. – профессор задумался на секунду – Ты сказал четырех лет? Мне казалось, она новенькая. Я веду у них пары с начала этого семестра и ни разу не видел ее на занятиях.

Джереми пожал плечами.

– Она часто где-то пропадает, но из-за отличных оценок все преподаватели закрывают на это глаза. Любого другого студента уже бы давно отчислили, но Кайли у нас в любимчиках, блин – в голосе парня звучала едва уловимая нотка зависти.

– Ну, кем бы она ни была, ей все равно придется сдавать итоговый экзамен вместе со всеми, а раз она не ходит на мои лекции, то она даже не догадывается, кто его принимает – Николас прищурил глаза и растянул уголки губ в ехидной улыбке.


Глава 2

Кайли нельзя было назвать скучным и не привлекающим внимание человеком. И дело даже не в природной красоте и обаянии. Решительно опровергая все стереотипы о занудах-отличниках, она являлась незаменимым членом любой компании и примером для подражания. По крайней мере, в делах учебных.

К слову, ее очарование все же играло весомую роль, этого не отнять. Светло-русые волосы, будто нагретый на солнце песок, точеные скулы, обрамляющие прямой аккуратный нос, ее искрящийся прищур зеленых глаз в моменты игривых улыбок. Кайли часто улыбалась. Искренне и непритворно, что невероятно помогало располагать к себе. Добавить ко всему этому щепотку врожденной харизмы и вуаля! Этой девушке просто не отказать!

Конечно, когда это не касается романтики. Иногда складывается ощущение, что на эту потерянную душу наслали очень мощное проклятие одиночества. Иначе чем еще можно объяснить двадцать шесть провальных свиданий подряд. Двадцать шесть! «Эх, Коди, это точно было последнее! Кажется, с меня хватит» – упав с разбегу на кровать клялась она своему плюшевому мишке когда-то. А потом нарушала свои слова снова и снова. А если быть точнее – пересматривала приоритеты и желания в конкретный временной промежуток. Кайли старается держать свое слово.

В маленькой квартирке-студии никогда не было так уютно до момента, пока одна студентка не приложила к этому свою руку и особо утонченное женское чувство стиля. Заезжая, хозяйка разрешила делать тут что душе угодно, лишь бы платили вовремя, поэтому Кайли разыгралась на полную. Не без помощи Мишель, конечно. Признаться, это было даже весело: не боясь запачкаться, ломать кирпичные перегородки, вскрывать старые трухлявые полы, красить стены и друг друга, а потом по часу отмываться до красноты, ведь кто же знал, что краска перманентная. И после тяжелого дня пить чай из термоса со вкусом дружбы и терпкими нотками перемен к лучшему.

На сумеречном небе понемногу пробивались первые звезды. Кайли сидела – сползла на кресле в позу креветки – скрестив ноги и уже как полчаса сверлила взглядом пустоту. Она теребила карандаш в руках, то настукивая им по столу какую-то мелодию, то по-детски зажав его между верхней губой и носом, то просто хаотично вращая между пальцами.

Кофе на столе так и не дождался своего часа, окончательно остыв. Сквозь приоткрытое окно были слышны звуки проезжающих машин, полностью заполняя комнату.

У Кайли был огромный гардероб на все случаи жизни, но домашней одеждой служила огромная футболка на три размера больше и шорты до колен на завязках. Футболка частенько была мятая после сна, но какая разница если никто этого не увидит. Приближалась летняя жара, а значит спать можно было и вовсе нагишом. Летняя жара и приближающийся диплом. Думать об этом совсем не хотелось, но мысли об окончании учебного года были как снежный ком, который рано или поздно придавит Кайли, если она с этим что-нибудь не сделает. Она громко выдохнула, а затем обеими руками быстро растрепала собранные в пучок волосы, словно прогоняя все ненужные переживания из своей головы.

– Да что б тебя! – вслух выругалась она.

Кайли резко вскочила с кресла и оглядела комнату. Вдох-выдох.

Она даже не заметила в какой момент раздражающая физиономия профессора стала появляться в мыслях все чаще и чаще. Диплома как будто мало.

«Пришли извиниться, мисс?» – и перед глазами всплывает эта самодовольная легкая улыбка.

– Ага, конечно! Не дождешься.

Кайли взяла кружку со стола, отпила немного и сразу заворчала на остывший кофе. Было бы жалко выливать так много, поэтому в качестве исключения, она поставила ее в микроволновку, хлопнув дверцей. Желтый свет электрической коробочки падал на столешницу, пока девушка искала телефон на кровати среди подушек и одеял. Она набрала знакомый контакт и поставила телефон к графину с водой. Подруги почти всегда общались по видео-звонку, ведь это почти как личная встреча.

– Дай угадаю, ты опять натворила что-то не подумав и теперь не знаешь что с этим делать?

– Мишель!!

По ту сторону экрана раздался звонкий смех.

– Неужели я не могу позвонить своей любимой подруге просто так? – наигранно обижаясь, протянула она.

– Напомни, когда ты делала это в последний раз? В пятом классе? – иронично хихикая ответила собеседница.

– Врешь и не краснеешь, Миша.

Микроволновка пиликнула, сообщая что этот кошмар любого бариста готов.

Мишель очень много времени проводила на кухне, постоянно экспериментируя и пробуя разные рецепты. Она специализировалась больше на выпечке, но могла без проблем приготовить практически все что угодно. В глазах подруги, она была как чудесная фея тортиков и круассанчиков, ведь максимум Кайли – с горем пополам сваренные макароны. Возможно поэтому когда-то она была записана в телефоне как «Мишлен» и розовое сердечко рядом. Премию за оригинальность Кассиопее Линетт.

Мишель крепко держала глубокую полупрозрачную миску, аккуратно, но уверенно помешивая тесто. Видео-звонок ее совсем не отвлекал, она машинально закидывала в емкость все что было на столе: яйца, сахар, соду и немножко ванилина. Кайли, услышав жужжание миксера, приблизилась к экрану и спросила:

– Ты готовишь что-то?

– Угу, планируются кексы, но там как получится, потому что – она осторожно лизнула венчик – я как-то не уверена в этом тесте. Вообще загустевать не хочет, сколько бы муки не сыпала – смелость куда-то резко пропала – Боюсь, что опять могу все испортить.

– И что? От этого ведь не случится конец света – Кайли приободряюще улыбнулась – Испортишь – сделаешь новое. Выше нос, дорогая. В готовке ты лучшая, у тебя все получится.

Мишель растянула губы в смущенной улыбке, было видно, как ей приятна похвала. Возможно, ей не хватало веры в себя и в то, что она делает, но она любила этим заниматься. Готовка приносила ей удовольствие и даже являлась отдыхом в каком-то смысле.

– О, а помнишь, как мы в детстве решили пожарить оладушки?

– Ты про тот случай, когда мы потом два часа отмывали кухню моих родителей от муки, масла и разбитых яиц?

– Зато какие воспоминания! – довольно проурчала Кайли.

– В этом вся ты – Мишель хихикнула и продолжила попытки реанимировать не загустевающее тесто – Придумываешь очередную сумасшедшую идею и растворяешься в ней, не замечая ничего вокруг. Признаться честно, мне даже не хватает твоей решимости в делах, за которые берешься впервые.

– По большей части, я и сама не уверена в конечном результате. Если все получается – прекрасно, а если нет – главное сделать вид, что так и задумывалось изначально.

Подруга хмыкнула себе под нос, поражаясь такой стратегии. Только Кайли умела проворачивать нечто подобное, не теряя лица.

– И-и-и.. – интригующе протянула Мишель – Кажется, все! Я постаралась сделать что-то похожее на тесто для кексов. Осталось только разлить по формам и в духовку.

Кайли по ту сторону экрана запищала от удовольствия.

– Кажется, я уже чувствую их манящий запах!

Мишель заулыбалась.

– Думаю сначала надо поставить их запекаться – она приблизилась к камере, прикрылась ладошкой с одной стороны, будто прячась от кого-то, и шепотом проговорила – И ты как раз успеешь попробовать их тепленькими – и подмигнула уже светящейся от счастья Кайли.

– Уже собираюсь! – она быстро отключилась и перевернула телефон экраном вниз.

Незапланированные посиделки с лучшей подругой и чудесными свежими кексами. Пожалуй, это именно то, что было необходимо Кайли прямо сейчас.

Погода с каждый днем становилась все теплее. И, вероятно, забывшись, девушка могла бы выбежать прямо в домашней одежде, ведь Мишель жила через две улицы. Переодевшись в свои привычные джинсовые шорты и черную майку, Кайли бегом спустилась с лестницы, перепрыгивая через каждую вторую ступеньку. Как будто содранные на днях коленки ничему не научили.

В воздухе пахло приближающимся летом. Первые фонари зажигались, роняя желтые лучи на тротуар. Несмолкающие пешеходы сновали туда-сюда по улице. Казалось, час-пик давно прошел, но каждый спешил поскорее вернуться к кому-то, кто ждет его дома. Цветочная на первом этаже закрывалась, провожая последнего посетителя. Мимо со звонким смехом пронеслась пара на скутере. Кайли шла, почти пританцовывая и обращая внимание на каждую мелочь вокруг, а в наушниках какая-то француженка мурлыкала про любовь.

Музыкальный вкус Кайли представлял собой собрание романтичных песен про самое возвышенное человеческое чувство, душевные мелодии, создающие подходящее настроение, и изредка нечто потяжелее, оставшееся еще с бунтарского детства.

Она знала дорогу до Мишель лучше, чем кто-либо, и казалось, нашла бы вслепую. Если не торопясь прогуливаться, вдыхая весенний воздух, то весь путь занимал примерно пять песен, конечно, если без форс-мажорных ситуаций.

В подземном пешеходном переходе почти всегда играли уличные музыканты. За столько времени Кайли уже запомнила большинство из них в лицо. Но, кажется, сегодня здесь появился кто-то новенький.

Высокий худощавый парень с растрепанными темно-рыжими волосами ловко перебирал струны своей гитары. Он покачивался из стороны в сторону в такт музыке и что-то напевал. Кайли вынула один наушник и замедлила шаг. Звонкий, еще совсем юношеский, голос захватил внимание девушки, и та остановилась в паре метров от музыканта.

Она просто стояла и дослушивала его выступление. На удивление, она одна. Из-за миловидной внешности и лучезарной улыбки обладатель этой чудесной гитары в наклейках не выглядел старше восемнадцати. А оверсайз джинсовка и майка под ней делали его еще больше похожим на подростка.

Из ниоткуда появившаяся зрительница удивила парня, но тот быстро вжился в роль. Он проказливо подмигнул девушке, рьяно ударил по струнам, а голос его, как будто, стал громче. А может, это просто особенности акустики подземок, кто знает. Музыкант всеми силами пытался делать вид, что это чистой воды совпадение и он вовсе не играет так ради нее, единственной его слушательницы, но воспылавший огонек в глазах и краснеющие щеки было не скрыть. И Кайли это видела.

Признаться, харизмы ему не занимать. Такой, подростковой, хаотичной и жизнерадостной.

Последний звук эхом прокатился по стенам подземного перехода. Парень так заигрался, что чудом не порвал струны. Не опуская рук с гитары, он быстро вдыхал ртом воздух и довольная улыбка не сходила с его лица.

Начинающего человека искусства могло воодушевить любое, пусть даже самое незначительное, проявление внимания к его творчеству.

Выждав пару секунд пока музыкант отдышится, Кайли захлопала в ладоши. Эта игра пусть и не тянула на звезду мировых масштабов, но точно заслуживала маленьких аплодисментов. Хотя кто знает. У юного таланта еще все впереди.

– Сам сочинил? – она тепло улыбнулась – Я такой не слышала.

– Такой потрясающе исполненной? Я польщен – парень захихикал себе под нос. Конечно, он и сам понимал, что до идеала еще далеко, но как себя преподнесешь, так к тебе и будут относиться.

Кайли рассмеялась. Уверенности в себе ему не занимать.

– Я похвалить тебя хотела, но ты и так уже обо всем догадался. – она показательно начала разворачиваться и медленно делать шаг, притворяясь что уходит – Тогда до встречи!

– Ну брось! Не так скоро. – он аккуратно приставил гитару к стенке – Я все еще не узнал твой номер.

«Какой интересный мальчик! Давно таких не встречала»

– А имя сначала спросить не хочешь?

– Не-а. Его я и так знаю.

Глаза резко округлились от удивления. Не может быть.

– Видела бы ты себя сейчас – он усмехнулся, а потом сделал небольшую паузу – Не переживай так, мы просто учимся в одном универе.

Кайли выдохнула и, оглядев его еще раз, подметила:

– Я думала ты еще в школе.

– А вот это обидно было – он наигранно надулся и сделал расстроенный голос.

Девушка коротко рассмеялась. Он был похож на уличного котенка, такого растрепанного, но забавного и смешного.

– С какого ты курса? Я не видела тебя раньше.

– Это не удивительно. – парень пожал плечами – Ты вроде как лучшая на всем химфаке, а я просто.. – он замялся – А в прочем не важно. Я, наверно, тебя отвлекаю, у тебя ведь и свои дела есть. Еще увидимся!

Точно! Вкуснейшие кексы в мире стынут с каждой минутой.

– Приятно было познакомиться – Кайли помахала ему на прощание и уже собиралась уходить – А, кстати, – она развернулась, забыв кое-что важное – Я так и не знаю твоего имени.

– Я Джереми, будем знакомы.

***

Просторная кухня наполнялась чудесным ароматом свежей выпечки. Пастельные тона мебели, бежевая плитка над столешницей, деревянные лопатки, висевшие на стене. Все это как будто отражало саму хозяйку, частенько создающую здесь произведения кулинарного искусства. За окном уже совсем стемнело и теплый свет лампы добавлял особого уюта. Кайли, подогнув ногу под себя, сидела за очаровательным круглым столиком с плетеными подставками под горячее. Кстати, небольшие креслица тоже были плетеными. Любила Мишель такие штучки.

Желудки обеих предвкушающе урчали. Запах кексов пленил и сводил с ума. Особенно голодную Кайли, которая пообедала чашкой кофе из микроволновки.

Таймер на духовке издал короткий звук и Мишель, взяв прихватку, аккуратно достала противень.

– Неплохо получилось! – она взглянула на зарумянившиеся шапочки, выглядывающие из форм для запекания.

Ждать пока кексы остынут было даже тяжелее, чем пока они готовились. Сейчас они были вот тут, на столе, прямо перед глазами, и соблазн попробовать их прямо так был очень велик.

– Кстати! – воскликнула Мишель – Это же твой последний курс – она оперлась руками на столешницу и развернулась лицом к Кайли. – Уже решила что-то с дипломом?

Она задумалась на несколько секунд, а потом медлительно протянула:

– Ну.. Я пока не начинала. – честно призналась она – Сейчас только этап выбора научного руководителя.

– Есть идеи?

Она снова призадумалась. Позаботиться об этом надо было раньше, но лучше поздно, чем слишком поздно. Спасибо Мишель.

– Может к миссис Палмер? Она у нас математику преподает. Женщина, конечно, с характером, но меня она любит.

Кайли довольно хихикнула, осознав, что у нее только что появилась неплохая идея, а потом отхлебнула кофе, заботливо приготовленный ее подругой.

– Тебя все преподы любят, зазнайка.

– О, да ты просто завидуешь!

– Все, – Миша коротко рассмеялась, прикрывшись ладошкой – кроме одного.

«О нет! Нет-нет!!» Но как бы Кайли не сопротивлялась, в мыслях все равно возник этот образ, который она так старательно пытается забыть. Высокий засранец в белом халате. Безответственный недопрофессор. «Не надо было тогда ему помогать. Он бы потерял свою лабораторию, его бы уволили, и я бы никогда с ним больше не пересекалась.»

– Не напоминай мне о нем! – она громко втянула носом воздух, пытаясь успокоиться и охладить голову, а потом добавила – Пожалуйста.

«Чтоб его, этого профессора»

– Апчхи! – Николас потер нос рукой.

– Как хорошо, что он объявился на последнем семестре последнего курса! Еще каких-то пару месяцев, – еще один глубокий вдох – я справлюсь. – и улыбнулась.

Гостья наконец прикоснулась тыльной стороной ладони к верхушкам кексов, стоящих посреди стола и воодушевляюще сказала:

– Давай садись! Уже остыли!

Кайли подождала пока хозяйка займет место напротив, а потом спешно надкусила один и тут же замурчала от удовольствия. Едва успев прожевать до конца, она проговорила:

– Потрясающе! Ты чудо, Миша – она была готова осыпать подругу комплиментами, но на эмоциях всегда говорила первое, что приходило в голову, простое и незамысловатое.

Готовить та начала еще в детстве. Родители сутками пропадали на работе и дочь была предоставлена самой себе. Мишель девочка порядочная, поэтому, когда все интересные книги в доме были перечитаны, она нашла себе новое хобби. Прогулкам на улице она предпочитала домашние увлечения. Поэтому, для маленькой стеснительной девочки было проблемой подружиться со сверстниками. Кайли стала для нее спасением и единственной подругой на долгие годы. Мишель знала сколько ложек сахара она любит класть в кофе и как много добавлять молока. Могла перечислить всех ее сериальных любимчиков и исполнителей. Она напоминала ей всякие мелочи, про которые та могла забыть и была рядом в трудную минуту. Для нее Кассиопея была даже больше, чем просто подруга. Она была ей как старшая сестра, которой она полностью доверяла. Кстати, только при ней и только дома Мишель могла ходить в коротких шортах и не стесняться этого.

Вечер был просто чудесный. Маленький праздник на двоих, такой спокойный и свободный от проблем. Казалось, ничто не может его испортить.

Раздался телефонный звонок. Кайли вскользь посмотрела на экран. Как же ей захотелось в тот момент, чтобы это оказалось неправдой, что на том конце просто ошиблись номером, не попали по кнопке или что-нибудь еще. В груди защемило, а по спине пробежал едва заметный холодок. Она так надеялась не слышать этот контакт еще как можно дольше и у нее были основания для этого. На экране с маленькой буквы было написано «мать», сухо и безэмоционально.

Девушки переглянулись. Мишель понимающе взяла Кайли за руку и почти шепотом спросила:

– Ответишь?..

Она кивнула, сняла трубку и приложила телефон к уху. Разговаривать совсем не хотелось, но она решила хотя бы выслушать.

Из телефона донесся сиплый слабоватый голос:

– Касси?.. Доченька, это ты? – она говорила медленно, делая паузы практически после каждого слова.

– Да, это я. Здравствуй. Что ты хотела? – девушка пыталась говорить сдержанно и не хотела показаться грубой, но быть милой и приветливой доченькой заставить себя не могла.

Женщина пару секунд помолчала, осознав, что ее дочь не настроена на пустой диалог, и, прокашлявшись, продолжила:

– Мне тяжело это говорить, но.. – было слышно, как она глубоко вздохнула – Я хочу, чтобы ты приехала.

Кайли не знала, что на это ответить. Беспокойство смешалось с возмущением и непрощенными детскими обидами и все-таки эмоции взяли верх. Она вскочила с места и выпалила:

– Зачем? Зачем мне это делать?! – послышался едва заметный надлом, как будто задели за больное – После того как ты выгнала меня из дома?!

Каждое слово отдавалось как ножом по сердцу, тянув одно за другим неприятные воспоминания и старые недосказанности.

– Тебя не волновало, где я и как я пять лет! Пять лет, мам!! – голос дрогнул и на глазах выступили слезы – А сейчас ты просишь приехать?!

На другом конце вновь раздался хрип:

– Мне жаль.. что так вышло. Ты, наверно, очень злишься на меня..

Нет. В душе Кайли была только горечь и досада от постоянно гнетущего чувства ненужности собственной матери. Сколько бы не пыталась отпустить не получалось, стоило хоть мимолетно вспомнить те времена.

Она закрыла рукой микрофон внизу телефона и громко всхлипнула.

– Ты ведь слышишь.. Мне становится все хуже и хуже. И я не знаю.. – снова послышался сухой кашель.

Девушка вздохнула в попытках успокоиться и вытерла запястьем слезы. А затем уже спокойнее, насколько это было возможно, произнесла:

– Ладно, я приеду.

Глава 3

Все следующее утро от кровати до автобусной остановки было как в тумане. С рюкзаком на плече и тяжестью в сердце Кайли ожидала предстоящую поездку. Промозглый ветер заставлял девушку поморщиться и еще раз мысленно проклянуть особенности погоды начала апреля. Серые облака затянули небо, не позволяя пробиться ни одному солнечному лучику.

Автобус с табличкой Хартмин – округ Минфилд на лобовом стекле не торопясь подъехал, а затем остановился, зашипев и выпустив клубы выхлопного газа. Дверь со скрипом открылась, и девушка зашла внутрь. Вскоре полупустой автобус тронулся, а Кайли невольно погрузилась в себя. В голове прокручивались противоречивые мысли, от которых было не спрятаться, как бы ни хотелось. Вскоре, измотав себя утомительными размышлениями, Кайли прикрыла глаза, и облокотившись на кресло впереди, провалилась в сон. Свой самый беспокойный и чуткий сон за последнее время, который не помог восстановить и крупицу ее обычной бодрости.

– Конечная! – резко прокричал водитель, разбудив пассажирку.

Протирая глаза, она медленно брела по местам, знакомым до боли. Затекшая шея неприятно ломила, а тяжелый рюкзак тянул вниз. Она оглянулась вокруг. Почти ничего не изменилось, улица оставалась такой же пустой, а соседские домики лишь стали чуть более обветшалыми от времени. Все это место было пронизано воспоминаниями, где на каждое приятное находилось два досадных. Но Кайли помнила все. Вот тут она поверила в себя и попыталась перепрыгнуть на крышу соседнего дома, но не рассчитала силы и, под громкие возгласы приятелей, скатилась по крыше крыльца, свалившись в куст малины. А вон там, через две улицы, на детской площадке впервые встретила Мишель, маленькую, запуганную девочку, которая только что переехала в этот район.

Подумать только, ей и самой не верилось. Столько лет прошло. И теперь пришлось снова приехать в дом, где минуло все ее детство и откуда ее потом выкинули, как безродного котенка. Но как бы тяжело не было, мать была единственным членом семьи. Кайли не могла поступить иначе, ведь сама бы себя не простила, если бы отвернулась от нее в такой ситуации.

На белом деревянном заборчике облетела краска, как и на перилах у крыльца. За двором уже давно никто не ухаживал. Ступеньки скрипнули под неуверенными шагами Кайли. Руки нервно дрожали, словно что-то из глубин подсознания вырывалось, истошно крича «Беги!» Дыхание перехватывало, а ноги предательски подкашивались. Липкий страх неминуемо подступал и с каждым сердечным ударом отдавался стократным звоном в ушах. Кайли облокотилась на стену и медленно сползла вниз.

Сглотнув подступающую панику и отдышавшись, она просидела так еще какое-то время, пытаясь найти в себе силы позвонить в эту чертову дверь.

Раздался треск. Кайли от раздражения с силой ударила кулаком деревянный пол крыльца. В моменте она почувствовала себя настолько жалкой, что стало стыдно и противно от самой себя. С мыслью «Я сильнее этого» она встала, вытерла ладонью вспотевший лоб и позвонила в дверь. Но ей никто не открыл. Ни через минуту, ни через пять. Кайли не слышала даже маминого голоса, который беспечно сообщал, что она сейчас подойдет. Девушка потянула за ручку и дверь спокойно поддалась, оказавшись не запертой.

– Мам? – она осторожно спросила у глухой пустоты – Это я.

Едва Кайли переступила порог, в нос ударил все тот же запах красных «Лаки Страйк» с ванилью. Как же она его ненавидела.

Коридор провел ее прямо в гостиную, где она увидела мирно сидящую в кресле мать. Она уснула, пока читала утреннюю газету, не изменяла своим привычкам даже в таком состоянии. В глаза сразу бросилось ее болезненно исхудавшее тело. От той, которой Кайли ее помнила, она отличалась на несколько десятков фунтов. Впавшие глаза и слабые тонкие руки, покрытые сморщенной кожей. Редкие седые волосы были собраны в маленький хвостик на затылке, из-за чего эта женщина казалась гораздо старше своих лет.

Словно почувствовав появление гостьи, она внезапно проснулась и подняла взгляд на дочь.

– Ты действительно приехала. – прошептала она – На беспорядок не обращай внимания, у меня в последнее время – женщина сухо прокашлялась, закрыв рот рукой – совсем нет сил.

Кайли оглянулась вокруг. Комоды, подоконники и даже рамки фотографий были покрыты толстым слоем серой пыли. Кроме одной. Той, которая всегда стояла на прикроватной тумбочке. На ней молодая мама, счастливая, рядом с мужчиной, которого всю жизнь любила и, скорее всего, любит до сих пор.

Своего отца Кайли не знала. Знала лишь, что это мужчина с той фотографии. Ни писем, ни подарков. Он словно исчез с ее рождением, не выходя на связь уже двадцать три года, а мать все так и не смогла его отпустить. Она грезила мечтами, что однажды сможет снова быть вместе со своим возлюбленным, и со временем ее надежды переросли в ненависть к своему ребенку, которая была ни в чем не виновата, но в которой она видела причину столь дорогой потери. Как жаль, что Кайли поняла это слишком поздно. Эта больная зависимость была для ее матери единственной отдушиной и, растворившись в ней с головой, она перестала замечать так отчаянно жаждущую любви собственную дочь.

– Как давно ты начала себя плохо чувствовать? – спросила Кайли.

– Когда снова начала курить. – она кивнула на пепельницу рядом, где дымился совсем свежий окурок – Около полугода назад. – она мучительно вздохнула – Я слишком скучаю по нему.

Кайли уже давно привыкла, что скучают не по ней, но что-то в груди неприятно кольнуло.

Примерно в то же время, как этот мужчина бросил мать, она и начала курить, оказавшись не в силах пережить утрату. И это являлось одной из многих причин, почему маленькая Кассиопея шаталась по округе, избегая нахождение дома. Невыносимый табачный дым, от которого становилось дурно.

Незадолго до того, как выгнать дочь из дома, она попыталась снова бросить, но вот к чему это привело. Спустя столько лет она опять сорвалась, безвозвратно поставив крест на остатке жизни.

– А меня зачем позвала? – сухо спросила Кайли.

– У тебя его глаза. Моего Генри. – она приложила руку к груди – Мне стало совсем плохо, я чувствую, что конец близок. И если он уже на том свете, то мы наконец-то встретимся. – на ее губах появилась едва заметная уставшая улыбка больного человека – Я хочу спокойно уйти. Не надо врачей и больниц.

Кайли глубоко вздохнула. Осознание, что придется наблюдать за медленно умирающей матерью, гнетущим облаком повисло над ней.

– Я привезла немного еды. Ты голодная наверно.

Но мать лишь отрицательно покачала головой.

– Убери в холодильник на кухне и… – ее тощая рука указала на комод в другом конце гостиной – Пожалуйста, подай новую пачку из верхнего ящика.

В эту ночь Кайли не смогла заснуть. И в следующую. Каждый раз, ложась в кровать, она слышала задыхающиеся вздохи матери за стенкой и глухой кашель и засыпала лишь тогда, когда бессилие побеждало тревогу. Вина за свою беспомощность давила и заставляла вновь и вновь упрашивать ее вызвать врачей.

– Если проблема в деньгах, то твоя страховка все покроет, я проверила! – не оставляя попыток убедить маму проговорила Кайли.

– Я тебе уже все сказала и не заставляй меня повторять – холодно, как отрезала, ответила миссис Линетт.

На следующее утро Кайли подскочила от пронзительного треска бьющегося стекла о кухонный кафель, а затем послышался глухой звук падающего тела. Испуганно выбежав из комнаты, она увидела то, чего боялась больше всего. Мать лежала на полу без сознания.

– Мам! Мам!! – прокричала она, подбегая к ней.

Пульс едва ощущался, но был. Кайли без раздумий взяла телефон и набрала 911. Так продолжаться больше не могло.

Прибывшие на место парамедики, оперативно погрузили маму на носилках в карету скорой помощи. Кайли лишь успела схватить необходимые вещи и выбежать за ними.

– Что с ней? – спрашивает она у парня, оказывающего необходимую помощь.

– Кислорода в крови намного ниже нормы в следствии сужения дыхательных путей. Точный диагноз вам озвучит лечащий врач после подробных исследований – спокойно озвучил тот.

Кайли кивнула. Судя по его лицу, ситуация была относительно стабильная. Но это все равно еще не значило, что жизнь матери в полной безопасности.

Следующие несколько часов прошли в зале ожидания. Кайли даже не переживала о своем неопрятном внешнем виде, она собиралась впопыхах и без утренних процедур, почти не спавши, но сейчас это было далеко не главное. Вдруг ее окликнул мужской голос:

– Это вы родственница миссис Линетт? – он говорил спокойно и нерасторопно.

– Да, Паула Линетт моя мама.

– Я Ричард Хендерсон, ее лечащий врач. Я постараюсь быть краток. У вашей матери выявлена крайне запущенная форма хронической обструктивной болезни легких. Никаких гарантий пока дать не могу, ей необходима длительная интенсивная терапия, но полностью излечиться невозможно.

– Страховка же это покроет?

– Да, можете не переживать об этом. Миссис Линетт некоторое время побудет здесь под круглосуточным присмотром опытных врачей, но сейчас ей требуется отдых. Идите домой, с ней все будет в порядке.

– Спасибо вам большое.

Кайли кивнула в знак благодарности и устало поплелась домой. С души упал огромный груз и теперь она могла спокойно выспаться зная, что мама в безопасности, а затем вернуться к учебе, ведь пропустила она немало.


Глава 4

Подходя к кабинету, где должна быть следующая лекция по аналитике, Кайли громко и четко сказала сама себе «Так! Соберись!» и заглянула внутрь. Сейчас она ничем не должна выдавать свое состояние после вчерашнего дня и всей минувшей недели, чтобы избежать ненужных вопросов, ведь таким она могла поделиться лишь с Мишель.

В аудитории все было по-старому, словно она никуда не пропадала. Фил, странноватый нелюдимый парень, все так же сидел за первой партой, занимаясь своими делами. Шумные ребята с последних мест у окна, смеясь, обсуждали недавний матч с их любимой футбольной командой. Они громко галдели, заполняя своими голосами все помещение, а девочки, сидящие перед ними, умоляли их быть немного потише. Ах эта прекрасная атмосфера.

Кайли приветственно помахала одногруппница, с которой она неплохо общалась и по совместительству подрабатывала в одном заведении. Она приглашающими жестами подозвала ее присесть рядом, чтобы успеть обсудить то и се, пока не пришел преподаватель.

– Марин! Привет! – Кайли бросила сумку на свое место.

Длинноволосая шатенка сидела за соседней партой, подпирая голову рукой. Жуткая сплетница, но при этом донельзя простая и всегда говорила то, что думала.

– Кайли! Ты как раз вовремя! – голос ее был низковат, но полон энергии – Пайпер опять гадает мне на любовь.

– Звучит интересно. – подметила Кайли – Привет, Пайпер.

А вот жуткая сплетница номер два, они с Марин отлично спелись с первого курса. Блондинка, задумчиво разглядывая четыре карты перед ней, приветственно махнула рукой. Где появлялась одна, там появлялась и другая. Что знала одна, то знала и другая. В целом, были безобидны, так как общались только между собой, но дружба у них весьма специфичная.

Пайпер сидела прямо перед Марин и по характеру являлась полной ее противоположностью. Претенциозная модница, моментами напоминающая изнеженную принцессу девятнадцатого века. Она всегда завязывала прямые блондинистые волосы в высокий хвост и была крайне ленива, если дело не касалось ее внешнего вида и увлечений.

– Я вижу, что свою любовь ты еще не встретила. Она где-то рядом, но что-то мешает вам наконец познакомиться.

Марин хмыкнула.

– Моя единственная любовь – это текила со льдом и мы встречаемся каждую пятницу – она иронично улыбнулась.

– Может тебе твоя текила и мешает? Потому что на прошлой неделе в клубе ты…

– Тихо! – не дав Пайпер договорить она молниеносно прикрыла ей рот своей рукой.

– Ой, как будто я не знаю на что ты способна – захихикала Кайли.

– А что насчет тебя? – Пайпер освободилась и снова принялась ловко перемешивать колоду.

– В смысле?

– Не хочешь узнать, что для тебя приготовила вселенная в делах любовных?

– Ой, я и так знаю, что ничего хорошего, если судить по количеству провальных свиданий. – она отмахнулась от этой идеи – На что еще гадают обычно?

Кайли не сильно верила в таро и предсказания от вселенной, но всегда подыгрывала Пайпер, когда она с таким увлечением о чем-то рассказывала.

– На успех в работе, на ближайшее будущее… – начала перечислять та.

– О! Давай вот это.

Пайпер еще раз перетасовала и вытащила две случайные карты.

– Ты завалишь диплом.

– Это тебе карты сказали? – уточнила Марин.

– Нет, ее посещаемость.

Кайли зажмурилась и коротко зашипела как будто только что ударилась мизинцем о ножку стола.

– Диплом..

– Да не переживай так, я же это в шутку – Пайпер развела руками.

– Дело не в этом! – воскликнула Кайли, она выглядела обеспокоенно.

– Только не говори, что ты забыла? – на лице Марин поползла ехидная улыбка.

Она забыла.

– Ну вообще я выбрала руководителя, но не успела пока договориться – поясняет она.

– Что ж, ты опоздала! – подметила Марин и, видя перед собой лицо, полное непонимания, продолжила – Почти все уже набрали себе студентов за эту неделю, пока тебя не было.

План Кайли стремительно терпит крах. Но может все еще не так плохо, как может показаться?

– А у кого еще остались места?

– Только у профессора Кихр.. Кирагт.. У господина Николаса. – она ухмыльнулась и пожала плечами – Не повезло тебе.

Кайли скривилась. Эта новость навалилась на нее, вмиг расплющив все светлые надежды на хороший выпускной.

«Да быть этого не может. Ну почему опять он?!»

– Н-ну.. Может меня возьмут? Кто-нибудь да точно! – не отчаивалась Кайли.

– Это вряд ли. – прервала ее Марин – Миссис Палмер говорила, что из-за большого количества выпускников в этом году, дополнительных мест никто брать не будет. Возможно, она сказала это из-за своей вредности, но скорее всего, так и есть.

Эта новость была будто поставленная подножка на пути спокойного окончания университета. «Ни за что не буду работать с ним!» Бесконтрольный поток мыслей захватил сознание девушки, и она погрузилась в оживленный диалог с самой собой. Эту весьма удручающую информацию стоило хорошенько обдумать и не принимать решений сгоряча, чем очень часто грешила Кайли.

«От одного его вида во мне кипит все от злости, а тут еще следовать его указаниям» – она раздраженно хмыкнула себе под нос. «Может.. есть какой-то способ избежать этого? Можно ли писать диплом без руководства преподавателя? Так кто-нибудь уже делал?» – в душе Кайли на мгновение поселилась надежда и она глубоко вдохнула, помогая себе успокоиться. Она достала телефон и зашла на сайт Вудворда.

«Черт!!»

Спустя несколько минут поиска лазеек в порядках университета, Кайли наткнулась на строку об обязательном руководстве преподавателя над выпускным дипломом каждого студента. Девушка возмущенно убрала телефон обратно в сумку и, потерев переносицу, стала убеждать саму себя, проговаривая каждое слово все громче и громче: «Почему я избегаю этого человека? С чего вдруг меня так напугала мысль о работе с ним? И кто я вообще такая, чтобы бежать от неприятностей, а не встречать их лицом к лицу?» Она выдохнула и уже более спокойно продолжила рассуждения: «Это просто работа. Последний рывок, я выпущусь из универа и разбежимся с ним как в море корабли. Ха! Не отчисляться же мне с последнего курса из-за какого-то надменного недопрофессора». Она взглянула на часы и мысленно вписала в список дел на сегодня встретить лицом к лицу эту лабораторную неприятность в халате.


***

Кайли собралась с духом и потянула тяжелую дверь. Ее неспешные шаги по длинному пустому коридору приглушенным звуком отражались от стен и вскоре, из приоткрытой двери ведущей в лабораторию, послышалось какое-то суетливое шуршание.

Девушка, как полагается, предупредительно постучала пару раз прежде, чем заглянуть внутрь. Сердце почему-то стучало сильнее обычного, но каково было ее облегчение, когда она там увидела…

– Ты!

Джереми неловко стоял посреди лаборатории, пытаясь срочно изобразить полезную деятельность. В руке он держал наушники, так и не придумав за пару секунд куда их можно спрятать и был пойман с поличным.

– Ты! – одновременно с Кайли вскрикнул он.

– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила гостья.

– К тебе такой же вопрос – он коротко засмеялся – ты тогда явно не хотела сюда больше возвращаться. Что же заставило?

Кайли смутилась на секунду, не понимая откуда он знает, но все же решила ответить:

– Мой диплом. А из свободных руководителей остался только профессор Кирх-как-то-там – произнесла это с нотками недовольства в голосе – Не видел его?

– А, дядя – парень отвел взгляд – Его здесь нет, но он обещал скоро вернуться. Примерно час назад. – и виновато пожал плечами, не в силах, что-либо сделать.

Собеседница пребывала в крайнем удивлении. Кто-кто?

– Дядя?! – переспросила она.

– Агась, а я присматриваю за лабой. И иногда помогаю ему с исследованиями – он хихикнул в кулачок – своим отсутствием. Признаюсь, это лучшее, что у меня получается.

Из коридора послышался скрип двери, звук неспешных шагов и шелест каких-то бумаг. Кайли нервно сглотнула, предчувствуя очередные колкости в свой адрес, и переглянулась с Джереми.

– О, это опять вы. – профессор приветливо улыбнулся, а в глазах читалась вся его неприятно-саркастичная натура, которую ни за какой улыбкой не скроешь – Если вы по поводу своих отсутствующих извинений, я готов вас выслушать завтра с девяти до шести. – он взглянул на часы на руке – Потому что мой рабочий день закончился пять минут назад.

Николас вальяжно прошелся мимо сгорающей от возмущения девушки, не удостоив ее даже короткого взгляда, будто не замечая, как ее брови резко поползли вверх, а рот широко открылся от удивления. Он небрежно кинул бумаги на стол и сел в свое рабочее кресло. Эта ситуация будто бы приносила ему удовольствие.

– Не отказался бы и от символического презента в знак прекращения вражды между нами. – он сделал произвольный жест куда-то в сторону – К слову, я люблю шоколад.

– Вы сейчас шутите надо мной?!

– Мисс, у меня сейчас отличное настроение, и если вы пришли только для того, чтобы мне его испортить, я попрошу вас удалиться.

Тут его внимание привлекли разлетевшиеся от стопки бумаг письменные принадлежности. Его лицо приобрело сосредоточенный вид, и он принялся складывать их обратно в стакан, бросив недовольный взгляд на Джереми. Тот в свою очередь смущенно пожал плечами, мысленно поблагодарив Кайли за то, что отвлекает внимание дяди на себя.

Несколько секунд она, оторопев наблюдала, как он не спеша прибирается на своем столе. Тряхнув головой, она тотчас пришла в себя. Нет, такой наглости Кайли выдержать не могла. Она за секунду преодолела расстояние в пару шагов, оперлась на стол, слегка ударив ладонью по поверхности. Профессор совершенно спокойно поднял голову и, выгнув одну бровь, посмотрел ей в глаза. Она наклонилась к нему так близко, что видела свое отражение в его очках.

«Чем он надушился? Вонючкой для автомобилей?» – подумала она.

Не смотря на столь вызывающее поведение со стороны студентки Николас не дрогнул и продолжил держать зрительный контакт.

– Я бы вам многое сказала, но вы мой профессор.

– Как прискорбно.

– И мне – в голосе трепетали нотки потерянной, как казалось Кайли, гордости – нужно ваше руководство над моим выпускным дипломом.

Обычно сдержанный низковатый, подобный бархату, голос раздался резким громогласным смехом. Столь неожиданная просьба превышала все мыслимые и немыслимые ожидания Николаса. Щеки девушки залились алым румянцем. Она была готова провалиться сквозь землю со стыда прямо в ту же секунду.

«Что он себе позволяет?!»

Профессор, засунув руки в карманы халата, ловко поднялся с кресла и увеличил расстояние между ними до хотя бы полутора метров. Она была чересчур близко.

– А если я откажусь?

Кайли даже не задумывалась об этом. Казалось, только она имела моральное право отказаться в данной ситуации.

– Вы думаете, если бы у меня был выбор я бы пришла сюда? От вас ничего не требуется кроме подписи – пыталась убедить его Кайли. – Войдите в положение!

Николас поправил сползающие очки, выждал пару секунд и произнес:

– Только с одним условием.

– Каким?

Он довольно хмыкнул себе под нос, ведь игра будет по его правилам.

– Вы будете следовать каждой моей рекомендации – произнес он, четко выделяя последние три слова, будто подчеркивая и обращая особенное внимание к ним.

Кайли уже собиралась возразить, как профессор продолжил:

– Представьте что будет, – он взмахнул рукой – если диплом, на котором стоит подпись весьма амбициозного и подающего надежды профессора, будет… – Николас взглянул прямо ей в глаза и сделал паузу – посредственным. Думаю, вы и сами понимаете, так что к чему лишний раз это обсуждать. Вы что-то хотели добавить?

В его словах была доля правды и частичка логики. Но все же, основной целью Николаса было отнюдь не это и Кайли это видела. Вся его ничуть не прикрытая язвительная манера выдавала его с головой. Отрезав все обходные пути, загнал Кайли в угол, вынуждая поступиться строптивым характером и пойти по заранее заготовленной тропинке. Хитрый эгоист. Страшно было представить на что был способен его разум, дай только ему волю. И это раздражало до безумства. Кайли нервно вздохнула. Ей ничего не оставалось как принять его предложение.

– Нет, ничего. Я согласна.

Он развернулся к своему столу, оторвал один стикер и протянул его вместе с карандашом Кайли.

– Отлично! – бодро сказал он – Приходите, когда будет готова теория. Я сброшу вам материалы на электронную почту, вот здесь запишите адрес.

Девушка быстро написала на листочке свою почту. Обычно ее почерк имел характерные округлые черты и завитушки, что делало прочтение легким и незатрудненным, но сейчас, полностью отражая состояние его владелицы, его с трудом можно было разобрать. Будто обиженный ребенок, раздосадовано шлепнула кусочком бумаги по столу, выплеснув малую частицу накопившегося недовольства.

Перед тем как уйти, она взглянула на профессора и Джереми, так и стоящего в стороне. Парень, обычно избегающий конфликтов, был не прочь понаблюдать за чужими. Он расселся за столом поодаль и, сложив руки в замок, безмолвно подсматривал. Ему не хватало лишь попкорна и стаканчика газировки. Кайли хмыкнула и уже развернулась как вдруг:

– По возможности, печатайте сразу. Люблю работать с бумажным носителем. – он пожал плечами – Заодно и мотивация не совершать ошибок будет. – он ухмыльнулся самой своей неприятной улыбочкой из всех – Всего хорошего!

Студентка фыркнула через плечо, что-то похожее на «И вам» и поспешно удалилась.


***

Кое-как разувшись, Кайли кинула все вещи на пол в коридоре и не глядя, на ощупь, включила свет в ванной. Девушка еле держалась на ногах. Неприятный белый свет особо сильно подчеркивал в зеркале уставший вид. Полухвостик на затылке, чтобы короткие волосы не лезли в лицо, и много тонального крема под глазами, скрывающего последствия бессонной ночи. Отношения Кайли с косметикой были весьма сомнительными. В обычной рутинной жизни она спокойно обходилась без нее и красилась только при крайней необходимости, к примеру особо замученный вид или торжественное мероприятие.

Сейчас ей хотелось только одного – упасть на кровать и проспать все на свете. Чтобы было чем платить за квартиру, девушка после учебы подрабатывала в кафе за углом. На бумаге – официанткой, на деле – еще и кассиром, менеджером и уборщиком, так что каждый день после очередной смены ползла домой и падала без сил.

Но диплом сам себя не напишет. Так что приходилось, превозмогая себя, садиться и до утра листать справочники, вычитывая из невообразимого объема информации необходимые крупицы, и стучать по клавишам ноутбука, набирая уже который десяток страниц. За последние несколько дней, сильно подняв кофейную экономику ближайшего магазина, она наконец закончила с теоретической частью и это не могло не радовать. Кайли с облегчением потянулась и упала на диван, чтобы с чистой совестью проспать до обеда.


***

Миниатюрная девчушка в белом лабораторном халате, еле-еле обхватив руками, с трудом несла найденную в кладовке непонятную коробку. Внутри что-то отчетливо позвенькивало, а сбоку красовалась наклейка «хрупкое».

Джереми, привычно ничем не занимавшийся, заметив это, подскочил и бодро отозвался:

– Давай помогу! – и ловким движением перехватил вещицу.

– Осторожней! Разбить ведь можешь – забеспокоилась девушка.

Он с особой аккуратностью поставил коробку на стол, но содержимое в ней все равно тихонько зазвенело. Парень отряхнул руки и засунул их в карманы толстовки.

– Вот и все. Эми, в следующий раз сразу зови меня и не пытайся сделать все самостоятельно. Хорошо?

– Угу! – она расплылась в улыбке и, кажется, слегка покраснела – Спасибо.

– Чем вы там шумите? – Николас выглянул из-за монитора на этих двоих.

– Это я подготавливаю место для повторного эксперимента. Ну, про сухое горючее – она поправила защитные очки на макушке, показывая, что она не забыла про безопасность. – Я перечитала отчеты и мне показалось там неверны кое-какие данные.

Всегда жизнерадостная Эми горела нескончаемыми амбициями. С момента как ее взяли стажером, она всячески пыталась всем помочь, ведь энергии в ней было на порядок больше, чем роста. Это не скрылось от искрометного чувства юмора Джереми, которому она была до плеча в прыжке с табуретки. И иногда, особо эмоциональную девушку это задевало, ведь похоже, он был ей не безразличен.

– Ты так думаешь? – снова уткнувшись в экран, спросил профессор – Я перепроверю записи еще раз и, если будет необходимо сам займусь этим, не подвергай себя опасности.

Эми поникла. Хоть она и не подавала виду, но было заметно как она хочет быть во всем полезной. С одной стороны, ей была приятна такая забота, но с другой она видела, как профессор постоянно засиживается допоздна и хотела ему помочь.

– Можно мне хотя бы посмотреть? – жалобно проговорила та.

– Ну.. – Николас растерянно махнул рукой – Если так хочешь, я не против. Впервые вижу, чтобы кто-то так отчаянно желал помочь мне с исследованиями, да, Джереми?

Парень отвел взгляд, словно не понимая о ком идет речь.

– Да-а – выразительно протянул он – Какая решительность!

Николас помотал головой, утомившись от постоянных театральных спектаклей племянника, и взглянул на свои часы.

– В любом случае, этим мы займемся позже. Если хотите, можете сходить перекусить. И мне кофе возьмите.

– Вы уверены, профессор? У нас ведь так много запланированных дел! Не стоит откладывать и..

– Давай быстрей, пока он не передумал – перебив девушку, Джереми потянул ее за рукав к выходу.

Только скрипнет напоследок входная дверь, как тишина и спокойствие заполняют стены лаборатории. Совершенная идиллия. Если бы не необычайно громкие мысли, появляющиеся из ниоткуда, стоит только остаться одному.

Он откинулся на спинку кресла, одной рукой устало снял очки и потер переносицу. Работать было почти невозможно, когда перед глазами постоянно возникал ее образ. Этой своенравной зеленоглазой студентки, решительно отказывающейся покидать его сознание. Чтоб ее. Каждое ее появление было для Николаса как борьба с самим собой, и если обычно он действовал согласно голосу разума, отринув эмоции, то сейчас был слегка удивлен, что мысли ему не поддавались. Переживал за нее – громко сказано, но вопрос «Что-то давно она не заходила» все равно всплывал, отвлекая от важных дел. Он зажмурился на пару секунд в попытках прогнать лишние раздумья, быстро надел очки и вернулся к отчету на мониторе компьютера, который следовало бы закончить сегодня. Расслабляться было нельзя и он принялся за перечитывание недавно написанного, как в лабораторию заглянула причина его душевных метаний, снова перемешав все в его сознании.

– Здравствуйте – ее голос звучал спокойнее, чем обычно.

Чувство неловкости повисло в воздухе. Кайли неторопливыми шагами подошла к рабочему столу и передала профессору свежераспечатанную теоретическую часть диплома.

Он потянулся за бумагами, случайно коснувшись ее руки, мягкой, но такой холодной. Это смутило его лишь на секунду, но всему виной были недавние слишком откровенные мысли. Он тут же поправил свои очки и принялся читать ее работу. Быстро бегая глазами по строчкам, Николас перелистывал страницу за страницей, иногда возвращаясь к предыдущей, делая отметки карандашом.

– Вот здесь неправильная формулировка.

Резким движением он обвел один абзац, а затем пролистнул две страницы.

– Вот это – его карандаш очертил небольшую часть текста – не складывается с этим. – он ткнул грифелем, так что тот слегка раскрошился – Вы сами себе противоречите в своих выводах.

Продолжив изучать написанное, он иногда делал небольшие пометки, подчеркивая фразы и предложения. Закончив прочтение, он поднял взгляд на недоумевающую девушку и произнес:

– Мне кажется, вы недостаточно постарались, мисс.

– А мне кажется, вы слишком некомпетентны в своей специальности, профессор – она хмыкнула себе под нос и скрестила руки на груди. – Я же писала по вашим материалам.

– У меня складывается четкое ощущение, что вы вообще не использовали материалы, которые я вам прислал.

Кайли допускала, что от усталости после работы могла сделать ошибки, но сейчас, в ней как будто снова нарочно пытались раздуть огонь возмущения, старались уличить в обмане, но больше она не поведется на его дешевые провокации. С ее языка сорвались язвительные нотки:

– Вы считаете, что я способна самолично написать это без учебника? Я польщена – она слегка подалась вперед и притворно ухмыльнулась.

Причиной ее уверенности было то, что все ошибки, на которые указывал профессор, являлись косвенными и зависящими от конкретных вводных данных. И она это знала. Кивнув на первую страницу с самой большой пометкой, она в подробностях принялась разъяснять почему его претензии несправедливы и притянуты за уши, пытаясь доказать что ее утверждения корректны. Делая четко выраженный акцент на каждом аргументе, она упивалась своей правотой, не давая вставить и слова.

Николас терпеливо ждал конца представления, а затем одарил девушку неодобрительным взглядом а-ля «это все?» и глубоко выдохнул.

– Если такие проблемы возникают с теоретической частью, то что будет с практической боюсь представить. Там все-таки требуются точные вычисления – очки неприятно поблескивали, подчеркивая ироничный прищур его серовато-голубых глаз.

«Ему и этого мало. Я не намерена ему еще что-то доказывать. Какой в этом смысл, если ему лишь бы надо мной посмеяться»

За мгновение Кайли подошла почти вплотную и смотря прямо на него, сквозь зубы процедила:

– Не смейте сомневаться в моих знаниях.

– А вы в моем профессионализме, мисс.

Девушка не глядя схватила бумаги и театрально зашагала к выходу, планируя не появляться здесь еще как минимум пару недель.


***

И хоть Кайли и не планировала встречаться с профессором еще пару недель, выпускные экзамены никто не отменял. То, что один из них принимает именно он, стало для нее крайне неприятным сюрпризом.

Измученная ночной подготовкой в сжатые сроки, девушка кое-как собиралась с мыслями перед аудиторией в назначенный день.

Экзамен хим курса представлял собой небольшой письменный тест. Практическую часть решили убрать несколько лет назад из-за постоянных жалоб студентов на чрезмерную загруженность в конце года. Хоть какие-то плюсы.

Стараясь отвлечься от волнения, некоторые одногруппники болтали и шумели, мешая тем, кто пытался в сотый раз повторить заученный материал. Не то, что бы Кайли не волновалась. Скорее она понимала, что это мало что может изменить. Да и сил тревожиться как будто уже не оставалось. Ее пассивный настрой не сбивали даже ехидные подшучивания одногруппников, о том, как она со своей посещаемостью точно провалит этот экзамен, и каким же образом ей в итоге придется его закрывать.

Когда-то, своим появлением в университете, мистер Кирхгартен спровоцировал огромную кучу сплетен и слухов. Харизматичный высокий профессор не остался без внимания юных девичьих сердец. Неизменная классика студенческих времен, но самому мистеру Кирхгартену абсолютно не было до этого дела. А Кайли уже надоели донимать с этим, каждый раз отсылаясь на ту ее выходку на конференции.

«Если бы они только знали какой он на самом деле, от этих ванильных сплетен не осталось бы и следа. Как же вам успешно удается скрывать свою настоящую личность, профессор!»

Заходя в аудиторию, она пересеклась с ним взглядом. Лишь на секунду, но кажется этого хватило, чтобы он заметил. Заметил ее катастрофическую усталость. Сложно было сказать о чем он подумал. Профессор никогда не показывал эмоций. Да и не важно. Сейчас Кайли хотела поскорее написать тест и пойти домой отсыпаться.

Оглядев взглядом выданные распечатки, она благополучно выдохнула. Большую часть она знала, а что не знала, решит находу. В любом случае, она справится. Привычно покрутив между пальцев ручку, она принялась отвечать на поставленные вопросы, не замечая эти мимолетные взгляды профессора в свою сторону.

Не без трудностей, конечно, но вскоре тест был завершен, и Кайли размашисто подчеркнула несколько букв и цифр в последнем задании. Она откинулась на спинку стула, отложила ручку в сторону и пробежала глазами по листку, проверяя правильность своих ответов. Убедившись в написанном, она встала с места, и, подойдя к преподавательскому столу, аккуратно положила свою работу.

Там уже лежало парочка бланков студентов, которые сдали раньше, но почему-то только у нее профессор спросил:

– Уже закончили? Не хотите проверить еще?

– Я уверена в своем результате – со спокойной сдержанностью в голосе ответила Кайли.

– Как хотите. – он быстрым постукиванием по столу выровнял стопку бумаг – Второго шанса я не даю. Вам так точно – мужчина невозмутимо взглянул из под своих прямоугольных очков вслед выходящей студентке.

Кайли в ответ лишь фыркнула и хлопнула дверью, а профессор быстро пресек тихий шепот и хихикания, расползающиеся по аудитории. Студенты, опомнившись, тут же замолкли и уткнулись в свои тесты, а внимание Николаса привлек лежащий сверху стопки листок – работа Кайли. Внезапно ему стало до жути любопытно узнать, что же она написала в своих ответах, и он решил не дожидаться конца экзамена, а взглянуть прямо сейчас.

«Да уж. Надо признаться, я был к ней слегка предвзят. Если бы не ее заносчивый характер и сомнительная посещаемость, бесспорно могла бы стать лучшей студенткой всего факультета»

«Не учитывая фактор личных качеств, можно сказать, что этой девушке второй шанс и не понадобится. К моему удивлению, я совсем не нашел неправильных ответов»

Профессор продолжил заинтересованно вчитываться в работу.

«Способы, которые она здесь использовала, отличаются от тех, которые показывал я на лекциях… Куда более сложные и неочевидные. Это уровень магистратуры или даже выше. Откуда она знает такое? Даже не просто знает, а умеет правильно применять»

Николас задумался, как же ему следует поступить, а затем едва заметно ухмыльнулся и потянулся за красной ручкой.

«Вообще, в данной ситуации регламент диктует мне снижать балл, но я считаю, такой уникальный случай не стоит расценивать по этим устаревшим инструкциям»

Уверенной рукой он написал число «100» в верхнем правом углу ее работы, а затем аккуратно отложил ее в сторону.


***

Вонь больничных коридоров неприятно била в нос, заставляя Кайли сморщиться на секунду.

Белые халаты, капельницы, слепящие глаза яркие лампы под потолком и тошнотворный запах стерильности, который вместе с бактериями убивал и всю радость в жизни. В детстве малышка Кассиопея вдоволь натерпелась этой больничной обстановки, когда в очередной раз попадала с разбитыми в кровь коленками или лбом. Ей даже казалось милым, как тетенька врач, по-доброму ворча, накладывала ей швы, а потом давала шоколадку за храбрость. Впрочем, оглядываясь назад, это было одним из немногих хороших моментов, ведь при слове «больница» первое, что приходит в голову – воспоминания о тихом одиночестве. Будучи девочкой восьми с половиной лет Кайли не могла понять почему ее не навещают. «Вот сегодня мама точно придет!» – каждое утро она просыпалась с этой мыслью и искренне верила, что такое возможно. Но мама пришла только чтобы забрать ее домой, когда та восстановилась после операции. Ребенком она предпочла закрыть глаза, что до нее просто никому не было дела, но со временем разочарование копилось и сейчас Кайли сама задавалась вопросом почему она идет навестить этого человека.

«Четыреста семь, восемь и.. девять» – досчитала она про себя и остановилась у последней палаты с карточкой пациента рядом. Еще раз убедившись, она взглянула на надпись «миссис Паула Линетт», наверняка сделанную какой-нибудь медсестрой практикантом, ведь для опытного врача она была слишком удобно читаема.

Кайли настороженно заглянула в палату. Женщина, очевидно услышавшая появление гостьи, даже не повернулась в ее сторону и продолжила своевольно смотреть в окно.

– Здравствуй – девушка сделала паузу, перед тем как продолжить – Как ты? – она так и стояла рядом с дверью, не подходя к пациентке.

Миссис Линетт лежала полусидя на больничной кровати, сложив руки на коленях. Она была подключена к датчикам, которые следили за ее состоянием. Рядом с кроватью равномерно пищал какой-то прибор. После слов дочери она перевела свой измученный взгляд на нее и едва слышно произнесла:

– Я тебя не об этом просила.

– Ты хотела, чтобы я до конца своих дней вспоминала, как ты умирала у меня на руках? – сухо ответила Кайли – Хоть раз в жизни подумай обо мне наконец.

Она притихла. В воздухе повисла нагнетающая неловкость и Кайли уже успела пожалеть, что пришла сюда по воле совести.

– Ладно. Расскажи хоть как на учебе дела? – она решила прервать дискомфортное молчание неожиданным вопросом.

Кайли громко вдохнула.

– Нормально. Через месяц защита диплома и потом выпускной – будто монотонно отчитываясь произнесла она.

– А на работе как? – она старалась казаться искренне заинтересованной, но это больше походило на формальность. – Ты до сих пор работаешь в Пончики и Кофе?

– Я уволилась из этой забегаловки четыре года назад, мам.

– Ясно – сдержанно ответила она. – А сейчас где?

Девушке тяжело давался этот разговор. Больничные стены сдавливали со всех сторон, высасывая ощущение безопасности и спокойствия. Или это была эта женщина. А может все вместе. Как бы она ни старалась, за ее наигранным интересом было не спрятать холодное безразличие, которое Кайли видела в отношении себя годами.

– Зачем тебе? – спокойно спросила она.

Миссис Линетт не нашла ответа. Причины действительно не было. Промямлив себе под нос какое-то оправдание, она притихла.

– Почему ты вдруг решила поиграть в любящую мамочку? – ее речь становилась тверже с каждым словом. – Зачем все это? Я же как никто другой знаю, что тебе все равно – она решительно подошла к матери, чтобы сказать ей это в глаза.

– Я просто.. – женщина замолчала, запнувшись о собственный эгоизм.

– Что «просто»? Не надо говорить со мной будто ты не пропала из моей жизни на пять лет – голос заметно дрогнул, но она продолжила – Ты не сможешь наверстать упущенное, как бы не пыталась. Уже поздно. Я научилась жить без тебя.

Девушка посмотрела сверху вниз на нее и сделала шаг к выходу.

– Меня совесть замучила, пришла навестить. А ты совсем не изменилась. Все также думаешь только о себе.

Она ушла, хлопнув дверью, и оставила мать наедине с собой и своими несбыточными мечтами, походящими больше на безумную одержимость.


***

Сроки сдачи диплома поджимали, а практическая часть была еще не закончена. Для точности требовались результаты опытов, которые проводить в домашних условиях было бы практически невозможно. Были необходимы особые реагенты, поэтому ответ не заставил себя долго ждать – лаборатория университета. Местечко неприятное, но деваться было некуда. «Ничего сложного. Кое-какие кислоты смешаю и все. Это быстренько, не переживай» – отправила Кайли на телефон Мишель, чтобы держать ее в курсе. Девушки часто переписывались в моменты, когда не были рядом. Предварительно посмотрев расписание занятий профессора Кирхгартена, Кайли со спокойной душой заглянула в лабораторию.

«Без него даже дышится легче» – промелькнуло в голове, и она довольно хихикнула.

Вообще, она не была уверена, что сюда можно заходить всем желающим без спроса, но если было открыто, то вопросы уже не к ней – мысленно успокаивала она себя.

Кайли оглянулась по сторонам. Джереми скорее всего снова прогуливал, но без профессора он здесь точно не появится. Тишину в лаборатории нарушала только слабо шуршащая вентиляция и сама девушка, начинающая подготовку к опытам.

Особенно выделялся рабочий уголок профессора Кирхгартена. На столе только необходимые вещи, словно выровненные линейкой, какие-то бумаги. Ни единой пылинки, все начищено до блеска, а на стене над столом гордо висели многочисленные грамоты и именные благодарности. Обратив на это внимание, Кайли лишь пренебрежительно фыркнула.

«Ну и чистоплюй»

Кайли отмахнулась, прогоняя любые мысли о нем. Пора было начинать то, за чем она сюда пришла. Чтобы все было по инструкции.. Черт возьми! Джереми! Девушка посмотрела на забитую доверху корзину для грязного белья и пустой шкаф рядом. Кое-кто забыл постирать халаты.

Поворчав себе под нос, она решила работать прямо так, но крайне осторожно. Девушка стащила с ближайшего стола несколько пустых листов для записей и расставила необходимые колбы. Натянув защитные очки и уверенно надев перчатки, она последний раз окинула взглядом рабочее место. Теперь можно было приступать.

Разноцветные кислоты шипели и бурлили. В этом деле была необходима полная собранность и концентрация и, признаться, отсутствие посторонних людей в помещении было несказанно кстати. Кайли поглядывала на часы, следом на жидкости в стеклянных емкостях, а затем фиксировала промежуточные результаты. Все шло на удивление гладко и первый этап был закончен довольно быстро. Студентка довольно поставила галочку рядом с начальным пунктом в своем списке. Далее – разбавить водой кислотные смеси и повторно записать итоги. Она взяла большой мерный стакан и до краев заполнила его у ближайшего крана. Достав из шкафа несколько чистых колбочек поменьше, начала разливать по ним воду в равных пропорциях. Девушка, полностью погрузившись в процесс, была на редкость сконцентрирована.

– А что не предупредили о своем визите, мисс? – мягкий голос послышался откуда-то из-за спины.

От неожиданности Кайли дернулась и стакан моментально выскользнул из ее рук, выплеснув почти все содержимое на сухую секунду назад футболку. Она резко обернулась и взглянула на внезапно вошедшего.

– Что вы тут делаете?! – выпалила она.

– Вообще-то это моя лаборатория, – профессор был в некотором недоумении от вопроса девушки – если вы забыли.

Взгляд Николаса непроизвольно упал на ее мокрую одежду. Было даже немного забавно, как всегда уверенная в себе стойкая мисс Кайли сейчас была похожа на маленького котенка, облитого проезжающей машиной. Она стояла немного растерянно, держа в руках полупустой стакан, и спешно пыталась придумать как исправить ситуацию. Профессор усмехнулся и ловким движением снял с плеч свой халат, который по неизвестной причине никогда не застегивал. Аккуратно перекинув через руку, он молча протянул его девушке.

Кайли озадаченно перевела внимание на этот маленький жест помощи. В ее планы явно не входило разгуливать тут в одежде самого раздражающего человека на всей планете.

– Не нужно – она помотала головой.

Продолжая держать халат будто не услышав отказа, профессор убедительно произнес:

– Возьмите и переоденьтесь. Я не могу допустить проведение опытов в мокрой одежде, это нарушение техники безопасности. Если решите отказаться, я вынужден отправить вас домой. Приходите завтра, я буду здесь весь день.

«У меня сроки горят!! – прогремело в голове как набат – Мне сегодня надо! Я работаю завтра».

Осознав, что выхода нет, она недовольно цыкнула себе под нос и потянулась за предложенной профессором одеждой.

– А что, вы беспокоитесь за мою безопасность? – она растянула уголки губ в ехидной ухмылке.

Он развернулся к своему рабочему столу.

– Нет, мне все равно – не оборачиваясь ответил он. – Я просто получу серьезный выговор от начальства, а мне это ни к чему.

Лишь хмыкнув в ответ, она направилась в кладовку переодеваться, ведь практическую работу нужно было закончить сегодня во что бы то ни стало.

Все оставшееся время они занимались каждый своим делом не замечая друг друга, будто в лаборатории проводился турнир по игре в молчанку.

Кайли решительно подчеркнула последнее число в листе со своими вычислениями и с облегчением положила ручку на стол. Она вскользь пробежалась глазами по всем расчетам с самого начала и убедившись, что все верно и повторно перепроверено, окликнула профессора:

– Мистер Кирхгартен!

Николас выглянул из-за компьютера с вопросительным «Мм?» Она первый раз назвала его по фамилии и оказалась одной из немногих, кто сделал это без ошибок. Он заметил это, хоть и мелочь, но все же.

– Посмотрите сразу вычисления для практической части?

– Давай – спокойно произнес он и протянул руку.

Вложив несколько исписанных бумажек в его ладонь, девушка встала рядом, ожидая вердикта. Николас поправил очки и открыл калькулятор на экране компьютера.

«Быстро» – подметила про себя Кайли. Она даже не успевала следить за его пальцами, бегающими по клавиатуре. Профессор не глядя вводил данные одной рукой, сверяя только итоговый ответ.

– Ну-с – он просмотрел последний лист и отложил его в сторону, к остальным – Желательно бы более точные значения и подробные промежуточные вычисления, но в остальном замечаний нет.

«Мало того, что она выбрала запутанную сложную тему, так еще и расчеты верно провела. Признаться, я не ожидал, что все будет гладко с первого раза. У нее уровень подготовки на голову выше, чем у всех, чьи работы я проверял»

– Вы неплохо постарались, мисс.

От этой похвалы на лице Кайли непроизвольно поползла улыбка.

– Спасибо.

– Если ваша одежда еще не высохла, халат можете оставить себе, у меня еще есть – его голос звучал мягко и искренне.

Она коротко кивнула и удалилась прибирать свое рабочее место. Большая часть диплома была уже сделана и это не могло не радовать.


Глава 5

Убранные в небольшой хвостик волосы, красная форма с выглаженным белым воротничком, фартук с карманами, напичканными всем необходимым. Впереди предстояла еще одна тяжелая ночная смена. Насколько бы сильно не осточертела Кайли ее работа, появлялась в зале она всегда минута в минуту.

«Вельвет» – кафе, которое упрямо делало вид, будто оно ресторан. Невероятной мягкости подушки на каждом кресле, живые цветы на всех подоконниках, изысканные подвесные светильники, пластинки и множество фотографий в рамках, украшающих стены этого заведения. Для гостей создавалась чудесная атмосфера с расслабляющей музыкой и широким выбором горячих блюд, напитков, десертов и много чего еще, что Кайли с таким трудом запоминала. Сразу после первого рабочего дня она осознала всю отвратительную изнанку этого милого на первый взгляд места, но отступать было уже поздно. Начальство снова требует невозможного – переживем, переработки и нет сил – зато больше денег. Живя постоянно в таком режиме Кайли, казалось, уже привыкла постоянно мотивировать себя, но что-то в голове не давало покоя.

На кухне что-то привычно булькало и жарилось. Смена для Кайли сегодня начиналась прямо в вечерний час пик, только успевай бегать туда-сюда. На ходу завязывая фартук, она скользящей походкой быстро направлялась в зал через склад и кухонную зону, здороваясь по пути со всеми поварами. За то время, пока она здесь работала, общительная Кассиопея Линетт успела познакомиться практически со всеми.

– Как всегда вовремя! – поприветствовал ее низковатый женский голос.

– Вечерочка, Марин.

Шатенка-одногруппница на ходу дружелюбно кивнула. Она с такой скоростью разносила заказы, как будто не держала в одной руке этот огромный поднос с четырьмя тарелками сразу.

– Видишь гостей за тем столиком? – Марин указала взглядом на пару, чье свидание явно разваливалось прямо на глазах – Спорим парень попросит разделить счет?

Кайли вскользь оглядела молодых людей. Девушка не проявляла никакой заинтересованности, а парень трещал без умолку. Одет он был весьма прилично, на столе недешевые позиции меню, так что скорее всего обеспеченный.

– На что спорим? – заинтересованно сверкнула глазками Кайли.

– На первые чаевые.

– По рукам.

Марин использовала нечестные приемы. Она не стеснялась расстегнуть пару верхних пуговиц для элегантного декольте, обслуживая столик с щедрыми гостями, так что чаевые у нее не редкость. Пересчитывая после смены свои бумажки, она довольно урчала, каждый раз обгоняя по их количеству других официантов.

– Подойдите пожалуйста! – крикнул парень, решивший оставить попытки реанимировать умирающее свидание – Нам счет, раздельный, если можно.

– Да, конечно! – Марин насмешливо хихикнула и переглянулась с Кайли, которая только что лишилась первых чаевых за сегодня.

Колокольчик на двери коротко прозвенел и в зал ввалились две нагловатого вида полные женщины. Предчувствие Кайли подсказало, что ничего хорошего можно не ждать, но сейчас была ее очередь принимать заказ, так что она привычно потянулась за парой меню и со всей своей доброжелательностью поприветствовала гостей громким «Здравствуйте!»

Дамы лишь бросили в сторону девушки неодобрительные взгляды и проследовали к первому свободному столику.

– Прошу прощения, но этот столик забронирован. Вам придется пересесть. – мягко проговорила Кайли – Давайте я вас провожу.

– Не будем мы никуда пересаживаться – начала тучная женщина в слишком большой шляпе – Вы специально покажете нам самые убогие места и скажете, что свободны только они! Знаю я вас!

– Верно говоришь! – бесстыдно поддакивала ей вторая.

«Ну началось» – промелькнуло в мыслях.

– И вообще тут не написано, что он занят! Имеем право.

Кайли показала рукой на табличку с крупными буквами «БРОНЬ» прямо у нее перед носом прежде, чем она успела договорить.

Женщина, явно не желающая принимать факт своей ошибки, разозленно толкнула столик и, бурча что-то о том, как у них тут все не для людей, пересела вместе со своей подружкой за соседний.

Марин, заметившая сию сцену, сочувственно переглянулась с Кайли и продолжила наводить порядок после только что ушедшей парочки.

– Вот меню! Как будете готовы сделать заказ позовите.

– А может посоветуйте нам что-нибудь на свой вкус? – не унималась пышная дама, которая очевидно не знает, что головные уборы в помещении принято снимать – Если он у вас есть, конечно.

Ее подружка мерзостно захихикала, будто это самая остроумная и искрометная шутка во всем мире.

«Терпения, Кайли» – шептала она себе.

– На первое могу предложить тыквенный крем-суп, на второе вкуснейшую пасту карбонару, из десертов…

Женщина бесцеремонно перебила официантку и в приказном тоне заявила:

– Короче, принеси нам две порции этой твоей карбораны и попить чая какого-нибудь налей. И побыстрее!