Настасья Гадышева
Хухры-мухры

Глава 1. Солонка

Утренняя прогулка пришлась как нельзя кстати, несмотря на звенящую жару. Звуки стрекоз, пение птиц, шелест травы, треск деревьев, раскачивающихся на ветру- действует умиротворяюще. В такие моменты чувствуется единение со всем вечным-бесконечным. Будто-бы ваши энергии, некое сияние, выходящее за пределы тел, стволов, травинок, соприкасаясь образовывает всеобъемлющую силу вокруг. Удивительно какой силой обладает природа.

Почувствовав, как перегревается макушка моей головы, я приняла единственное верное решение топать читать домой, а не в парк, по пути домой зашла в магазин, где меня привлекло манящее холодненькое пиво, и аппетитный кусок форели холодного копчения, подумав, о том, какой идеальный будет обед в сочетании с молодым картофелем, который я так благоразумно приобрела накануне, я, захлёбываясь слюнями поторопилась к кассе самообслуживания (какое же счастье, что кто-то их изобрёл). Выходя из магазина, выяснилось, что набежали тучки, которые незамедлительно одарили меня парой капель дождя по лбу, за которыми последовала ноющая боль в висках, судя по всему атмосферное давление снизилось, заключила я в своей голове, и как существо метеозависимое дошла до дома на автопилоте.

Пиво в морозилку, картошечку вариться, предвкушая потрясающую обеденную трапезу, нашла лёгкий фильм и преступила к нарезке рыбки.

Слопав всё с большим аппетитом обнаружила, что за окном стеной льёт дождь. Молнии поражали всё небо своими разрядами. Обожаю будоражащие раскаты грома, есть в них какая-то магия, трогающая всё естество. А может в этой магии есть какая-то физика? Для людей, не учивших магию весь мир полон физики…

От всего этого великолепия потянуло в сон. Твёрдо решив заняться важными делами (поспать конечно), я пошла в качестве освежения слопать свежий огурчик и выпить таблетку от головы, так как, то ли от перегрева на солнце, то ли от смены погоды боль в висках не утихала и грозила перерасти в мигрень.

Разрезала вдоль, на две части, сделала прорези крест на крест по всей длине, как учил меня обожаемый прадедушка Виктор Иванович, и потянулась у большой банки с солью, стоявшей рядом с плитой. Купила её сразу после покупки квартиры, хотя и дала себе обещание о сокращении своих «потребительских припадков» в желании скупить всё мало-мальски эстетичное. Не о чём не жалею, она очень уютизирует пространство, изображённая белой краской курица, сидящая на корове, придавала этой посудине особый милейший вид, к тому же туда вмещалась целая килограммовая пачка соли, что несказанно радовало мелкого перфекциониста, внутри меня.

Так вот, я потянулась к этой огромной чёрной банке, чтобы зачерпнуть щепотку соли для огурца, но соль ссыпалась, как зыбучий песок, как только кончики пальцев касались солёной песчинки. Удивительно и странно, но любопытство не давало мне отступить, сначала снова кончиками пальцев-история повторилась, пытаюсь как-бы ухватить жмень-тот же итог. Озадачено, всё глубже и глубже я пытаюсь продвинуть руку, чтобы ухватить хотя бы маленькую горсть, неожиданно для себя осознаю, что локтя не видно, и вот я уже влезла в эту банку по плечо, а дна так и нет, будто бы своей маленькой рукой я продавила дно реальности…

Истерически расхохотавшись от абсурдности происходящего, резким движением вытащила руку из банки, которая на моё удивление вся была в солёной пудре. Судя по всему я сплю-подумала я, облизывая пальцы и закусывая огурцом, но на всякий случай пошла проверять срок годности таблеток. Антиголоваболин до 05.2028г, употреблябельно… Уставившись на банку, я думала о том, как это вообще возможно. Единственное, что приходило в голову, что я нашла сингулярность в своей солонке или я сплю. Щипать себя, разумеется я уже пробовала-явно будет смачный синяк.

Итак, единственным верным решением было идти дальше. Так мне во всяком случае казалось. Покормила кошку. Как чувствовала, что Кляксе придётся побыть самостоятельной кошкой. Чрезвычайно умное создание. В этом я не однократно убеждалась, и убеждаюсь до сих пор, как будто у нас одна душа на двоих.

Поставив банку на пол, я начала своё исследование, касательно глубины и вмещаемости данного сосуда.

Ну вот я снова по плечо. И? Что-дальше-то? Немного поднажав я втиснулась ещё максимум на сантиметр и мне показалось, что я чего достигла кончиками пальцев и рванула вниз, дабы не упускать возможность ухватиться за что-то существенное, так в здравый смысл веры у меня уже не было я рванула с большим и упором и вуаля, физика проснулась и банка лопнула. Соль по всей кухне и в каких-то невообразимых количествах, просто бархан соли. В каком-то бессознательном состоянии, ещё не зная, как так и что делать дальше с этой солью, сделала шаг в сторону шкафа, где стоял веник с совком, но не сойдя с так называемого бархана, поняла, что меня начинает затягивать, а в центре образуется не большая лунка, естественно я отскочила. Сев на задницу, ещё минут десять смотрела на эту картину и думала, что ж Василиса Андреевна ты поехала кукухой окончательно…

Глава 2. Топи забвения

Я открыла глаза и посмотрела в приоткрытое окно. За стеклом я увидела зелёную листву и просвечивающее сквозь неё голубое августовское небо. Никаких признаков непогоды. Я сделала глубокий вдох: воздух был свежим и бодрящим. На лице чувствовалось лёгкое, приятное дуновение ветерка.

Я села на уголок кровати и вспоминая вчерашнее, понемногу приходила в себя отметая мысли о помутнении рассудка. Но что это если не повреждение мозга?

–Повредить мозг могут только те, у кого он есть, Василиса Андреевна. – тут же в слух ответила моя саркастическая натура.

Для меня всегда на первом месте по страхам было, не боязнь высоты, насекомых, есть кое-что похуже ощущаемого-это способность видеть то, чего на самом деле нет. Не различить в какой-то момент и где заканчивается реальностью и начинается фантазия. Не желая проверять реальность всё то, что произошло вчера или моё воспалённое воображение я быстренько поковыляла перекусить в ближайшую кофейню, прихватив с собой томик незыблемой классики.

День подходил к концу, закат разлился розовым киселём по голубому летнему небу. Какое непреодолимое чувство поманило меня в лес. Повинуясь порыву я не задумываясь двинулась в рощу. К счастью она была по близости, буквально пятнадцать минут и вот я уже смотрю на тоже место, где мне вчера напекло кочерышку, и почему меня так манит лесной массив.

Последняя ночь уходящего лета. Август отсчитывает свои часы.

Я естественно уже давно ничего не видела в темноте и просто наслаждалась звуками корабельной рощи, -место поистине открывающее полёт фантазии, все мифические существа оживают в образах коряг, папоротников, сосны-исполины делятся своей мудростью, но мои высокопарные размышления и созерцание прекрасной темноты нарушил треск в метрах ста от меня, что не хило так меня напугало, так как кроме книги в руках у меня ничего не было, а перцовый баллончик я благополучно забыла дома.

Я не трус, но я боюс-голосом прадеда пронеслось в моей голове, но это не чуть меня не успокоило. Волнение нарастало, я чувствовала, как жар охватил мои щёки и от нервного напряжения кровь пульсировала в ушах. Стараясь, не издавая звуков двигаться по направлению из леса вон, но разумеется листва и ветки предательски хрустели под моими ногами, что явно привлекло того, кто нарушил мой душевный покой. Я оцепенела, так как по звуку на меня во весь упор неслось что-то похожее на большое копытное. Я даже не успела взвизгнуть, как это что-то повалило меня на землю.

Но вместо грубого толчка, почувствовала скорее лёгкий удар подушкой, этого мне хватило, чтобы потерять равновесие. Ещё бы, с моей-то координацией. Я зажмурилась ожидая, что больно упаду на землю, но ощутила, что упала как будто, на когда-то очень модные водяные матрасы.

Когда я открыла глаза был не ночь и не день, но было ощущение ностальгии. Да, определённо я здесь бывала раньше! В детстве! Да, определённо, только всё казалось намного больше, и светлее. Сейчас же воздух в этом месте стал густым и липким, всё в какой-то розоватой дымке, со сладковатым запахом гнили. Подвал, родной двор и по всюду подсолнухи, как странно, им нет конца и края, они всюду, болото подсолнухов, я делаю пару шагов и что-то зыбкое под ногами ухватывает меня. Пару секунд промедления и тебя затягивает в этот розовый кисель, а чем глубже, тем больше этих чёртовых подсолнухов, пол часа и уже солнце не пробивается сквозь них. Мысли роятся в голове, паразитирующий страх сковывает всё твоё существо, порождая бездействие, душит во́йна внутри и неизменно превращает существование в тлен.

–Какой интеллект пропадает хер пойми где. -как всегда вовремя и не без сарказма, еле слышно «выпало» у меня изо рта.

И в конце концов ты остаёшься один на один среди гнилостного запаха и треклятых подсолнухов, как будто в комнате для особо буйных пациентов, где вместо мягкой обивки головки подсолнухов, а впереди только тёмный подвал и воспоминания о нём из детства с огромными крысами с горящими глазами, холодным запахом сырости и лука.

У нашей семьи в подвале была своя кладовая, и в какой-то момент прадед обнаружил, что кто-то не хило поджирает овощи, мыло, шнуры от оборудования, и было собственно говоря решено поставить ловушки для крыш, мышеловки, на следующий день после установки всего этого добра мы спускаемся в подвал, открываем дверь кладовой, а там всё вверх дном, банки с соленьями и компотом побиты, с верхних полок снесены пустые склянки, все инструменты на полу, а в углу сидит огромная дура(по моим датским воспоминаниям, учитывая богатое воображение, животина была размером с алабая), из ноздрей, как у разъярённого быка на корриде валит пар, глаза горят и бликуют, как у дикой кошки в темноте, а на плече у неё красуется мышеловка, которая судя по всему и стала причиной погрома. Эта картина навсегда останется у меня в памяти, дальнейшей судьбы я не знаю, так как меня сразу же вывели, но думаю не сложно догадаться, что дед сделал с крысой за уничтожение его любимых закруток, так заботливо сделанных ручками его любимой Валентины Сергеевны (наша прабабушка).

Так вот вернёмся к исторически страданиям девочки, которая так боялась закончить там, где зародился её страх. Что ж, радует лишь только то, что Кляксу покормила. Если это сон, то хотелось бы, чтобы он поскорее закончился.

Погодите как…Что я вижу! Как будто услышав мои страдания на горизонте показался шерстяной хвост-флагшток. Но что она здесь делает, моя мудрая мудра, любимый шерстяной комок. Зеленоглазая Кляксочка несётся ко мне во весь упор, мякая и возмущаясь, моему глупому положению. Как странно, как только я увидела её милую возмущённую усатость, тут послышалось щебетание птиц, так сразу спокойно стало на душе. И о чудо! Прям хэппи энд какой-то, силуэт, она кого-то привела на помощь. И как вовремя, так как от меня осталась только голова суетливо заглатывающая воздух.

–Привет-отозвалась незнакомка. Лица её я не могла увидеть из-за грёбанных жёлтых лепестков, цветов, которых больше не хочется называть вслух, но голос был такой знакомый и такой родной. Невозможно объяснить, но я её как будто сразу почувствовала. Все её намерения и помыслы.

–Что творится? -спросила я.-И как оно творится?

–Не знаю, -сказала моя приятельница, -мне кажется, что никто не знает, как творятся подобные вещи. Но они творятся.

–Как понять не знаете? –ошеломлённо переспросила я. По какой-то неведомой причине, мне казалось, что этот человек должен знать абсолютно все ответы на мои вопросы.

–Наш разговор идёт не в то русло, -перебила она меня. – Скажи лучше, тебе здесь нравится?

–Не особо, но места эти очень знакомы, хотя на данный момент сводят меня с ума… и глупое положение, меня мягко говоря смущает.

–Понимаю…Топи забвения. Попадая в эти топи пропадаешь навсегда. Тебе повезло, тебе в след кинулась коша.

И подхватив меня под обе руки, лёгким движением вытащила меня из этого мерзкого, сладковатого плена.

Встав на обе ноги, я покачивалась, как в лёгком опьянении. Вся в каком-то розоватом желе, понемногу старалась восстановить хронологию произошедшего в голове, но не могла ничего вспомнить, кроме последнего диалога.

–Коша? –тупо переспросила я.

–Ты пришла в мир Макоши, хоть и не так как она тебя приглашала, а Коши-это хранители женщин, не просто принявших свой путь, а тех немногих, кто сам прядёт свои нити судьбы. Напомни-ка, когда родилась твоя коша.

–Пятнадцатого июля две тысячи двенадцатого года.

–Если мне не изменяют подсчёты, тебе стукнуло шестнадцать годков, как раз тогда, когда ты поняла, что ограничена только теми стенами, которые сама же и возвела вокруг себя. Но разбивая свои сооружения, как всегда подошла к делу основательно, и разбила под шумок влияние Макоши на тебя. С тех самых пор, ты сама пряла свою судьбу и продолжаешь делать это по сей день. Кстати, одно из, так называемых побочек такого решения, острое желание вязать, прясть и шить. Но Макоша-мудра, она не могла оставить тебя без присмотра, тогда-то твоя Коша и выдвинулась присматривать за тобой. Поэтому ты и здесь. Только мне не понятно почему так…

–А что именно тебя смущает в моём появлении?

–Она призывает к себе более мягким и менее пугающим способом, относящимся к ассоциативному мышлению смертных, опережая твой немой вопрос, её обычно ассоциируют с матерью-сырой землёй. Но ввиду плохой усваиваемости земельных остатков, было принято решение использовать хлорид натрия.

И тут до меня дошло вообще всё, я наконец-то очнулась, тяга к лесу, банка с солью, твёрдая уверенность и чувство ответственности, за то, что всё всегда должно быть, как я хочу. Всё остальные варианты меня смертельно раздражали с детства. И нет, не так как у избалованных детей, а я чётко знала, как и что нужно именно мне.

–Вижу, что приходишь в себя, не мудрено, что так быстро, ты не раз здесь бывала в детстве, была любимицей её величества, да и она не раз к тебе захаживала, не удивляйся, – она насмешливо на меня посмотрела. -Ты её можешь вспомнить в качестве домового духа.

–Темнеет, – встревоженно оглядываясь, сказала моя спасительница. Нам нужно развести костёр, чтобы согреться и просушить тебя от остатков забвенческого холодца, да и устроиться поуютнее в роще, подальше от этих топей и их обитателей.

Она достала из своего рюкзака приятный байковый плед, последний раз меня таким укрывали на даче в глубоком детстве. Клякса, стоявшая всё это время рядом со мной, тут же запрыгнула, как это всегда бывало дома, мне на руки. Я её прикрыла уголком пледа и так мы побрели в сторону рощи, моя новая знакомая чуть впереди, Клякса мурлыкающая у меня на руках, что давало мне чувство теплоты и заботы, не давая с головой погружаться в странные мысли.

Я не стала долго раздумывать, не до конца раскрытые карты не давали мне покоя. Впрочем, выслушать подробности я всё равно хотела: из чистого любопытства.

–Ладно, допустим, мы сейчас устроимся в лесу на ночёвку, а что будет завтра? Кто такая эта Макоша и почему она меня приглашала? Да и почему всё пошло не так как должно было пойти? Наваждение с солонкой, я уже поняла, -её приглашение.

–Макоша-богиня судьбы и плодородия, а также покровительница деторождения, женщин и женских ремёсел. Она прядёт нити судьбы, и да она ждала тебя. Что касается твоего прибытия, ты не должна был угодить в топи забвения. Туда попадают не желанные гости, тебя ждали уже давно…такое теоретически может быть, хотя и на моей памяти ни разу не случалось. Когда тебя призывают несколько божеств, телесная оболочка начинает резонировать и её утягивает такое липкое состояние, как подсолнуховые топи. Хмм, но кто же это мог быть…-она хмуро улыбнулась, взглянув как бы сквозь меня. –Кстати, меня зовут Анна. Можешь не трудиться, я знаю, что тебя зовут Василиса. Ты удивишься, но я знаю о тебе куда больше чем ты можешь себе вообразить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.