# Великий Воин: Путь Небесного Дракона

Зохра

В мире, где духовная энергия пронизывает каждый камень и каждое дыхание, а смертные стремятся к бессмертию через культивацию, Линь Фэн – обычный юноша из второстепенной ветви могущественного Клана Лазурного Дракона. С рождения проклятый заблокированными меридианами, он считается бесполезным, посмешищем для своих сверстников и разочарованием для своей семьи. Его мечта о становлении великим воином и защитником кажется недостижимой фантазией. Но судьба, как и бурный речной поток, не всегда течет по предсказанному руслу. Во время ежегодного Испытания Горных Духов, когда его жизнь висит на волоске, Линь Фэн натыкается на древний артефакт – таинственный нефритовый кулон, хранящий в себе силу давно забытых времен. Этот кулон не только пробуждает его дремлющий потенциал, но и открывает путь к невероятным знаниям и техникам, способным перевернуть мир культивации…

## Пролог: Эхо Древних Времен

Ветер, несущий ароматы цветущих лотосов и озона после грозы, проносился над Небесными Пиками, где великие кланы и секты возвышались, словно древние титаны, высеченные из скал и облаков. Это был мир Сяньхуа – царство, пронизанное духовной энергией, что струилась по венам земли, питая мистических зверей, даруя жизнь тысячелетним деревьям и наполняя даньтяни смертных, стремящихся к бессмертию.

Культивация была не просто искусством, а смыслом жизни. От простейших адептов, едва освоивших Зарождение Ци, до Небесных Владык, чьи имена гремели сквозь века, каждый шаг по этому пути был борьбой, испытанием воли и духа. Сильнейшие могли одним взмахом руки разрушать горы, а одним словом – призывать молнии. Они парили в небесах, сражались с демонами и искушали судьбу, стремясь превзойти смертную оболочку и достичь вечного Дао.

Среди бесчисленных сект и кланов, разбросанных по обширным землям Сяньхуа, Клан Лазурного Дракона был одним из старейших и наиболее уважаемых. Его корни уходили в глубину тысячелетий, его история была высечена в камнях древних храмов, а его адепты славились своей доблестью и мастерством в боевых искусствах. Они были хранителями традиций, стражами мира, хотя и не без своих внутренних распрей и стремлений к власти.

Но даже в этом мире, где магия была обыденностью, а бессмертие – конечной целью, существовали легенды, что шептались лишь избранными. Легенды о Древних, чья сила превосходила понимание, о забытых царствах, что покоились под толщей времени, и о пророчествах, что предвещали как великое возрождение, так и полное уничтожение.

Одно из таких пророчеств, высеченное на обломке Небесного Камня, найденного в руинах исчезнувшей цивилизации, гласило:

“Когда тени падут на мир, а древнее зло пробудится от векового сна, Когда меридианы будут заблокированы, а истинный путь – сокрыт, Дракон, рожденный в ничтожестве, но несущий эхо Небес, Пробудит забытую силу, очистит путь и станет Великим Воином. Его дух будет огнем, его воля – сталью, его сердце – светом. И лишь тогда, когда Небесный Дракон взмоет ввысь, Мир Сяньхуа найдет свое спасение или погрузится в вечную тьму.”

В течение веков эти слова были лишь туманным предсказанием, вызывающим усмешки или тревогу, в зависимости от того, кто их слышал. Ведь как мог тот, кто “рожден в ничтожестве”, стать спасителем? Как мог “дракон” появиться среди обычных смертных, когда истинные драконы давно исчезли из этого мира?

Но эхо древних времен не умолкало. Оно шепталось в шелесте листьев Запретного Леса, гудело в глубинах горных пещер и пульсировало в сердце одного юноши, который еще не знал о своем предназначении. Он был лишь Линь Фэном, “пустым сосудом” из Клана Лазурного Дракона, чья судьба, казалось, была предопределена к забвению.

Однако Небеса всегда имеют свои планы, а судьба – свои причудливые повороты. И иногда, чтобы зажечь самую яркую звезду, нужно сначала пройти через самую глубокую тьму.


## Часть I: Пробуждение Дракона


Глава 1: Пробуждение Дракона

Холодный ветер пронесся по предгорьям, неся с собой запахи влажной земли и едва уловимую горечь осенних трав. На вершине одного из невысоких пиков, окруженных клубящимся туманом, расположился Клан Лазурного Дракона – оплот силы и древних традиций в царстве Сяньхуа. Здесь, где духовная энергия была столь плотной, что казалось, ее можно было потрогать, каждый мечтал о бессмертии и величии. Каждый, кроме Линь Фэна.

Семнадцатилетний юноша стоял у подножия тренировочной площадки, его тонкая фигура казалась еще более хрупкой на фоне внушительных адептов, что демонстрировали свои боевые искусства. Мечи свистели в воздухе, кулаки крушили тренировочные манекены, а отточенные движения излучали мощь культивированной Ци. Его глаза, обычно полные затаенной грусти, сейчас были устремлены на кусок полированного нефрита, что висел на его шее – единственный подарок от давно умершей матери. Он был его единственным утешением в мире, который, казалось, полностью отвернулся от него.

Линь Фэн был проклят. Его меридианы, каналы, по которым должна была течь духовная энергия, были заблокированы с рождения, словно древние русла, заросшие непроходимыми корнями. Это означало, что он не мог культивировать Ци, не мог стать воином, не мог даже надеяться на уважение в клане, где сила была всем. Он был “пустым сосудом”, “бесполезным отпрыском” – слова, которые преследовали его с детства, словно тени.

“Смотрите, вот и наш Великий Мешок для Риса!” – насмешливый голос прорезал утренний воздух.

Линь Фэн даже не повернул головы. Он знал этот голос – Ван Юэ, его двоюродный брат, который всегда находил изощренные способы унизить его. Ван Юэ был полной противоположностью: высокий, мускулистый, с надменным выражением лица и уже достигший пятого уровня Зарождения Ци, что считалось весьма впечатляющим для его возраста. Он был любимцем старейшин и гордостью своего отца, главы одной из влиятельных ветвей клана.

“Наверное, пришел полюбоваться на настоящих воинов, прежде чем отправится собирать грибы для кухни,” – хохотнули другие адепты, вторя Ван Юэ. Их смех был острым, словно клинки.

Сердце Линь Фэна сжалось, но он привык. Он давно научился скрывать свою боль за маской безразличия, позволяя словам отскакивать от него, как капли дождя от камня. Сегодня был день ежегодного Испытания Горных Духов, где каждый адепт должен был отправиться в Запретный Лес, чтобы добыть редкие травы или сразить низкоуровневого мистического зверя. Для Линь Фэна участие было лишь формальностью – он знал, что не сможет ничего принести, но не явиться было бы еще большим позором, подтверждающим его бесполезность.

“Линь Фэн!” – прозвучал строгий, но усталый голос старейшины Ли, отвечающего за испытание. – “Твоя очередь. Помни, безопасность превыше всего. Если почувствуешь опасность, используй сигнальный талисман.”

Старейшина Ли, пожилой мужчина с длинной седой бородой и глубокими морщинами вокруг глаз, бросил на Линь Фэна взгляд, полный жалости. Он был одним из немногих, кто еще помнил его мать и отца, погибших в давней битве, защищая клан. Он знал, что Линь Фэн был не просто “Мешком для Риса”, но не мог изменить его судьбу.

“Да, старейшина,” – тихо ответил Линь Фэн, низко поклонившись. Он взял из рук старейшины несколько пустых мешочков для трав и тусклый бронзовый кинжал – единственный, что ему был дозволен. Даже этот кинжал был скорее символом, чем оружием.

Когда он вошел в Запретный Лес, густая листва сразу поглотила звуки тренировочной площадки. Здесь было прохладнее и влажнее, воздух был насыщен запахами древних деревьев и скрытых опасностей. Линь Фэн не питал иллюзий. Он знал, что не сможет сразить даже самого слабого Духовного Кабана, не говоря уже о более опасных существах. Его цель была проста: продержаться несколько часов, создать видимость поиска и вернуться с пустыми руками, чтобы не нарушать традицию.

Он осторожно продвигался по узкой тропе, внимательно осматривая кусты. Даже без культивации, у Линь Фэна была обостренная интуиция и удивительная наблюдательность, развитые годами выживания в тени других. Он мог заметить редкие травы, которые другие пропускали, и слышал шорохи, которые предвещали опасность. Его тело было натренировано не силой, а выносливостью и ловкостью, что помогало ему избегать неприятностей.

Пройдя глубже, чем обычно, он наткнулся на небольшую поляну, где рос редкий вид Лунной Мяты – травы, которая могла бы принести ему хоть какую-то ценность. Он присел на корточки, чтобы собрать ее, когда земля под ним внезапно задрожала.

Глубокий рык раздался неподалеку, сотрясая воздух. Линь Фэн поднял голову и увидел его – Горного Волка, мускулистого зверя с серой шерстью и горящими красными глазами. Это был низкоуровневый мистический зверь, но для Линь Фэна он был смертельно опасен. Волк, вероятно, защищал свою территорию или охотился. Он был в два раза больше обычного волка, а его клыки были остры, как кинжалы.

Сердце Линь Фэна заколотилось. Он схватился за кинжал, зная, что это бесполезно, но инстинкт самосохранения был сильнее страха. Волк припал к земле, готовясь к прыжку. Линь Фэн отступил, споткнулся о корень дерева и покатился вниз по крутому склону, проваливаясь сквозь заросли, словно кукла.

Он катился долго, ударяясь о камни и ветки, пока наконец не приземлился на твердую, холодную поверхность. Боль пронзила все его тело. Он с трудом поднял голову, оглядываясь. Он оказался в узкой расселине, скрытой от внешнего мира густой растительностью. В глубине расселины виднелся вход в пещеру, скрытый плющом и замшелыми камнями. Воздух здесь был неподвижен и тяжел.

Возможно, здесь он сможет укрыться от волка, который, кажется, не стал преследовать его по такому крутому склону. С трудом поднявшись, Линь Фэн, опираясь на стену, медленно двинулся к пещере. Внутри было темно и сыро, воздух был тяжелым и пах древностью, словно здесь никто не бывал тысячи лет. Он достал из мешочка огниво и зажег маленький факел, который всегда носил с собой для таких случаев.

Свет факела раскрыл древнюю картину. Это была не просто пещера, а, похоже, заброшенное святилище. Стены были покрыты вырезанными символами и изображениями, которые Линь Фэн никогда раньше не видел. Они казались чужими, принадлежащими к давно забытой эпохе. В центре пещеры, на потрескавшемся каменном алтаре, лежал предмет.

Это был нефритовый кулон, по форме похожий на того, что висел на его шее, но гораздо более древний и внушительный. Он был вырезан в виде свернувшегося дракона, чьи глаза, казалось, светились тусклым, внутренним светом, несмотря на тысячелетия забвения. Воздух вокруг него ощущался более плотным, почти осязаемым, словно сама пещера дышала древней силой.

Линь Фэн подошел ближе, его рука непроизвольно потянулась к артефакту. Он почувствовал странное притяжение, словно кулон звал его. Как только его пальцы коснулись холодного нефрита, пещера наполнилась мягким, золотистым сиянием. Кулон на алтаре вспыхнул, и в тот же миг кулон на шее Линь Фэна тоже загорелся, отвечая ему.

Два артефакта, словно давно потерянные братья, резонировали друг с другом. Затем древний кулон на алтаре начал медленно растворяться, превращаясь в поток золотистой энергии, который устремился прямо в кулон на шее Линь Фэна.

Юноша вскрикнул от неожиданности и боли. Поток энергии был обжигающим, но не разрушительным. Он хлынул в его тело, пронизывая каждую клетку, каждый меридиан, который до этого был наглухо заблокирован. Линь Фэн рухнул на колени, его тело билось в конвульсиях, а из пор кожи выходила черная зловонная субстанция – годами накопленные токсины и застойная энергия, которая мешала его развитию.

Боль была невыносимой, но сквозь нее Линь Фэн почувствовал нечто невероятное. Его меридианы, которые всегда были глухими и мертвыми, теперь открывались, словно древние реки, чьи запруды были разрушены. Духовная энергия мира хлынула в его даньтянь, очищая и наполняя его.

Он чувствовал, как его тело преображается. Его мышцы становились крепче, кости – прочнее. Зрение обострилось, слух стал тоньше. И что самое удивительное, он ощутил Ци! Истинный поток духовной энергии, циркулирующий внутри него, питающий его даньтянь.

Бум!

В его сознании раздался взрыв, когда он прорвался на первый уровень Зарождения Ци. Затем, словно мощный поток, энергия продолжала расти, и спустя несколько мгновений он почувствовал второй взрыв – второй уровень! И еще один, третий!

Линь Фэн, который всю свою жизнь был “пустым сосудом”, теперь обладал третьим уровнем Зарождения Ци! Это было невероятно, чудо, которое не поддавалось никакому объяснению. Он тяжело дышал, его тело горело, но это был огонь новой жизни, нового потенциала.

Когда золотистое сияние утихло, пещера снова погрузилась в полумрак. Древний кулон исчез, оставив лишь пустой алтарь. Кулон на шее Линь Фэна теперь ощущался теплым и живым, словно в нем билось сердце. Он был наполнен древней силой, ожидающей своего часа.

Линь Фэн поднялся. Его тело было легким, полным энергии. Он посмотрел на свои руки – они были чистыми, а кожа – здоровой и блестящей, словно он только что родился заново. Он ощутил прилив силы, уверенности, которой никогда раньше не знал.

Он вышел из пещеры, и мир вокруг него изменился. Он видел каждую травинку, каждое движение насекомого, слышал шелест листьев и далекий крик птицы с невероятной ясностью. Его чувства были обострены до предела.

Горный Волк, который, видимо, ждал его, стоял неподалеку. Но теперь Линь Фэн не чувствовал страха. Он смотрел на зверя, и в его глазах не было ни паники, ни мольбы, лишь спокойная решимость. Волк, словно почувствовав перемену, зарычал, но его рык звучал уже не так уверенно, как прежде. Он почувствовал исходящую от юноши энергию, которая была чуждой, но мощной.

Линь Фэн не стал вступать в бой. Он просто поднял голову и уверенно двинулся прочь, оставляя позади и пещеру, и волка, и свою прежнюю, бессильную жизнь.

Когда он вернулся на тренировочную площадку, солнце уже клонилось к закату. Многие адепты уже вернулись, некоторые с добычей, другие – с пустыми руками, но уставшие. Ван Юэ стоял посреди группы, хвастаясь огромными рогами Духовного Оленя, которые он якобы добыл.

“О, смотрите, наш Мешок для Риса вернулся!” – воскликнул Ван Юэ, заметив Линь Фэна. – “Наверное, заблудился и только сейчас нашел дорогу домой. Что, и на этот раз ничего не принес, чтобы опозорить клан?”

Линь Фэн не ответил. Он просто прошел мимо Ван Юэ, его взгляд был спокоен, но в нем читалась новая, скрытая глубина. Он сдал свой пустой мешочек старейшине Ли, который лишь тихо вздохнул, ожидая привычного ответа.

“Ты в порядке, Линь Фэн?” – спросил старейшина, заметив, что юноша не выглядит таким изможденным, как обычно. Более того, в его осанке появилось что-то новое, едва уловимое достоинство.

“Я в полном порядке, старейшина,” – ответил Линь Фэн, и его голос звучал крепче, чем когда-либо. – “Возможно, даже лучше, чем когда-либо.”

Старейшина Ли внимательно всмотрелся в глаза Линь Фэна, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с легкой тревогой. Он почувствовал некую перемену, едва уловимую ауру, но не мог определить, что именно. Он лишь покачал головой, списывая это на усталость.

Линь Фэн ушел, оставив за собой шепот и недоуменные взгляды. Он покинул тренировочную площадку, направляясь к своей скромной комнате. В его груди горел огонь. Он больше не был пустым сосудом. Он был пробужденным.

Его путь Великого Воина только начинался. И он знал, что теперь ничто не сможет его остановить. Кулон на его шее пульсировал, словно сердце древнего дракона, готового взмыть в небо.


Глава 2: Секрет Нефритового Кулона

Ночь опустилась на Клан Лазурного Дракона, укрывая его в покрове теней и тишины. Лишь далекие огни в окнах старейшин и редкие патрули нарушали покой. Линь Фэн, однако, был далек от сна. В своей маленькой, обшарпанной комнате, освещенной тусклой масляной лампой, он сидел, скрестив ноги, его глаза были прикованы к нефритовому кулону на шее.

Этот кулон, который когда-то был лишь символом памяти о матери, теперь пульсировал незримой энергией. Он был теплым на ощупь, и от него исходил едва уловимый аромат древности и силы. Линь Фэн закрыл глаза, сосредоточившись. Он чувствовал, как Ци свободно течет по его меридианам, наполняя даньтянь, словно весенний ручей – пересохшее русло. Это ощущение было опьяняющим, невероятным. За несколько часов он прошел путь, на который другие тратили годы.

Но что же это за кулон? И какая сила в нем заключена? Он осторожно взял артефакт в руку. Как только его пальцы коснулись гладкой поверхности, в его сознании возник образ. Это было не видение, а скорее ощущение, поток информации, который хлынул в его разум. Он видел древние письмена, сложные диаграммы и фигуры, выполняющие движения, которые были одновременно грациозными и смертоносными.

Это была техника культивации, но не та, что преподавали в Клане Лазурного Дракона. Она была гораздо сложнее, глубже, словно пришедшая из совершенно другой эпохи. Линь Фэн почувствовал, как его разум расширяется, впитывая эти знания. Кулон был не просто источником энергии, он был хранилищем древней мудрости.

Первая техника, которую он начал интуитивно понимать, называлась «Девять Небесных Преобразований Дракона». Она описывала путь не только к увеличению Ци, но и к укреплению тела, очищению сознания и слиянию с самой сущностью дракона. Это была не просто техника, а целый путь, философия.

Линь Фэн провел остаток ночи, погруженный в изучение. Он начал выполнять первые движения, описанные в «Девяти Небесных Преобразованиях». Каждое движение было плавным, словно танец, но при этом требовало невероятной концентрации и контроля над Ци. По мере того как он двигался, Ци в его теле циркулировала быстрее, очищая его меридианы еще глубже, делая их шире и прочнее.

Он чувствовал, как его тело отзывается, как каждая клетка жадно поглощает духовную энергию. К утру, когда первые лучи солнца пробились сквозь щели в ставнях, Линь Фэн почувствовал, что его культивация значительно возросла. Он был уже на четвертом уровне Зарождения Ци! Это было немыслимо. Обычный адепт его возраста, как Ван Юэ, достигал пятого уровня за годы упорных тренировок, а Линь Фэн прорвался на четвертый за одну ночь!

“Это невероятно…” – прошептал он, глядя на свои руки. Они были крепкими, а кожа светилась здоровьем. Он чувствовал, что может разорвать камень голыми руками.

Но кулон хранил не только технику культивации. В его глубинах Линь Фэн обнаружил еще одну способность – «Глаз Истины Дракона». Это была пассивная способность, которая позволяла ему видеть духовную энергию мира. Он закрыл глаза, а затем открыл их, и мир вокруг него преобразился. Воздух замерцал тысячами крошечных огоньков – это была Ци. Он видел, как она струится по стенам, как концентрируется в редких травах за окном, как пульсирует в теле каждого существа.

Эта способность была бесценной для культиватора. Теперь он мог видеть слабые места в защите противника, определять качество духовных трав и камней, чувствовать приближение мистических зверей по их ауре.

“Я должен хранить это в секрете,” – решил Линь Фэн. – “Никто не должен знать о кулоне, иначе это принесет мне только беду.”

Он спрятал кулон под одеждой, убедившись, что его не видно. Его жизнь изменилась, но внешний мир оставался прежним. Ему предстояло научиться жить с этой новой силой, скрывая ее от тех, кто когда-то унижал его.

Следующие дни Линь Фэн продолжил свои тайные тренировки. Он уходил в лес под предлогом сбора хвороста или редких трав, находя уединенные места, где мог практиковать «Девять Небесных Преобразований Дракона». Его тело становилось все сильнее, его Ци – плотнее и чище. Он чувствовал, как энергия кулона постоянно питает его, ускоряя процесс культивации.

Ван Юэ и его компания продолжали свои насмешки, но Линь Фэн теперь реагировал на них с удивительным спокойствием. Он больше не чувствовал жгучей обиды. Он знал свою истинную ценность, и это давало ему внутреннюю силу. Иногда он ловил на себе взгляды старейшины Ли, который, казалось, все еще пытался понять, что изменилось в юноше.

Однажды, во время очередного “сбора хвороста”, Линь Фэн наткнулся на небольшого Духовного Зайца. Раньше он бы даже не рискнул приблизиться к нему, но теперь, благодаря «Глазу Истины Дракона», он видел, как Ци циркулирует в теле Зайца, где его слабые места. Он решил попробовать свои силы.

Он не использовал кинжал. Вместо этого, он применил одно из базовых движений из «Девяти Небесных Преобразований Дракона», которое учило, как направлять Ци в конечности, увеличивая скорость и силу. Он двигался быстро, бесшумно, его движения были точными. Заяц, почувствовав опасность, попытался убежать, но Линь Фэн был быстрее. Он поймал его одним точным ударом, не убив, а лишь оглушив.

“Я действительно могу это сделать,” – прошептал Линь Фэн, глядя на Духовного Зайца. Это была маленькая победа, но она значила для него больше, чем все богатства мира. Она подтверждала, что его новая сила была реальной.

Он отпустил Зайца, не желая его убивать. Его цель не была в охоте, а в проверке своих способностей.

Возвращаясь в клан, Линь Фэн чувствовал себя совершенно новым человеком. Он был не просто культиватором, он был хранителем древней тайны, частью чего-то гораздо большего, чем он мог себе представить. Нефритовый кулон на его шее был не просто артефактом, а ключом к его истинному предназначению.

Путь был опасен и полон неизвестности, но Линь Фэн больше не боялся. В его сердце горел огонь, а в его даньтяне пульсировала сила дракона. Он был готов к испытаниям, которые ждали его впереди.


Глава 3: Тень Зависти

Дни превращались в недели, и перемены в Линь Фэне становились все более очевидными, хотя он и старался скрывать свою истинную силу. Его тело окрепло, походка стала увереннее, а глаза, прежде полные отчаяния, теперь светились скрытой решимостью. Он больше не сутулился, не избегал прямых взглядов. Это не осталось незамеченным.

Первым, кто почувствовал неладное, был, конечно, Ван Юэ. Его острый, цепкий взгляд не мог пропустить изменения в том, кого он считал своим личным посмешищем.

“Что-то не так с Мешком для Риса,” – пробурчал Ван Юэ своим приятелям, наблюдая, как Линь Фэн с легкостью поднимает тяжелую охапку хвороста, которую раньше едва волочил. – “Он стал… другим.”

“Да ладно тебе, Ван Юэ,” – отмахнулся один из его прихвостней, Линь Хуэй. – “Наверное, просто повзрослел. Все равно он бесполезен.”

Но Ван Юэ не был так наивен. Его инстинкты, отточенные годами борьбы за положение в клане, кричали об опасности. Он заметил, как Линь Фэн стал быстрее, как его движения стали более скоординированными. Он даже однажды видел, как Линь Фэн, споткнувшись, восстановил равновесие с невероятной грацией, которая была под силу лишь опытным культиваторам. Это было слишком странно для “пустого сосуда”.

“Сегодня на тренировочной площадке мы проведем спарринги,” – объявил старейшина Ли. – “Это поможет вам отточить навыки и подготовиться к грядущим соревнованиям.”

Линь Фэн стоял в стороне, наблюдая за другими адептами. Он не был обязан участвовать, так как не считался культиватором. Но Ван Юэ, с его вечной жаждой унижения, увидел в этом шанс.

“Старейшина Ли!” – крикнул Ван Юэ, подходя с наглой ухмылкой. – “Я думаю, Линь Фэну тоже стоит поучаствовать. Ведь даже “Мешок для Риса” должен знать основы самообороны, не так ли? Чтобы не позорить клан, если на него нападет какой-нибудь кролик.”

Послышался смех. Линь Фэн почувствовал, как его кулаки непроизвольно сжимаются. Но он глубоко вздохнул, вспомнив наставления кулона о контроле над Ци и эмоциями.

Старейшина Ли нахмурился. Он знал, что Ван Юэ лишь ищет предлог для издевательства. “Ван Юэ, не переходи границы. Линь Фэн не культиватор.”

“Но старейшина, это же всего лишь тренировочный спарринг!” – настаивал Ван Юэ. – “Я буду очень осторожен, клянусь! Просто легкая разминка.”

Линь Фэн, к удивлению всех, сделал шаг вперед. “Я согласен,” – спокойно сказал он.

Все замолчали. Даже Ван Юэ опешил. “Что? Ты уверен, Мешок для Риса? Я ведь могу случайно сломать тебе кость.”

“Я уверен,” – повторил Линь Фэн. Его голос был ровным, без тени страха. Он знал, что это неизбежно. Пришло время показать, что он больше не тот, кем был. Но он должен был быть осторожен, чтобы не раскрыть всю свою силу.

Старейшина Ли тяжело вздохнул. “Хорошо. Но никаких серьезных техник, Ван Юэ. Это лишь спарринг.”

Они встали друг напротив друга на тренировочной площадке. Ван Юэ ухмылялся, уверенный в своей победе. Он уже представлял, как будет хвастаться тем, что “проучил” бесполезного Линь Фэна.

“Готов, Мешок для Риса?” – Ван Юэ принял стойку, его даньтянь светился тусклым светом Ци.

Линь Фэн просто кивнул, приняв скромную, почти незаметную стойку, которую он выучил из «Девяти Небесных Преобразований Дракона». Она выглядела обычной, но позволяла ему мгновенно адаптироваться к любому движению противника.

Спарринг начался. Ван Юэ не стал церемониться. Он сразу же атаковал, направив кулак, наполненный Ци, прямо в грудь Линь Фэна. Это был мощный удар, способный сломать ребра.

Линь Фэн же, используя «Глаз Истины Дракона», увидел поток Ци в кулаке Ван Юэ, увидел его траекторию и даже слабое место в его стойке. Он не стал блокировать удар напрямую. Вместо этого, он сделал едва заметное движение в сторону, уклонившись от основного удара, и слегка отклонил кулак Ван Юэ, используя минимальное усилие.

Ван Юэ промахнулся. Его кулак прошел мимо, и он потерял равновесие на мгновение.

“Что?!” – выдохнул Ван Юэ, пораженный. Он ожидал, что Линь Фэн упадет, а не уклонится.

“Может, ты уже слишком стар, Ван Юэ?” – кто-то из толпы хихикнул.

Раздраженный, Ван Юэ атаковал снова, на этот раз быстрее и яростнее, используя технику “Удар Лазурного Дракона”, одну из базовых техник клана. Его движения были мощными, но предсказуемыми для Линь Фэна.

Линь Фэн едва заметно уворачивался, парировал и отклонял удары, используя лишь часть своей силы. Он двигался словно тень, его тело было легким и гибким. Он не наносил ответных ударов, просто избегая атак Ван Юэ. Он не хотел раскрывать, что его культивация уже достигла пятого уровня Зарождения Ци, а его физическая сила превосходила многих, кто был на более высоких уровнях.

Ван Юэ же становился все более разъяренным и уставшим. Его Ци истощалась, а его удары становились менее точными. Он не мог поверить, что этот бесполезный юнец, который никогда не культивировал, мог уклоняться от всех его атак.

“Хватит!” – наконец воскликнул старейшина Ли, заметив, как Ван Юэ задыхается, а Линь Фэн стоит, словно и не участвовал в спарринге. – “Спарринг окончен. Ван Юэ, ты слишком сильно выложился для тренировки.”

Ван Юэ, с покрасневшим лицом и бешено бьющимся сердцем, смотрел на Линь Фэна. В его глазах читалась смесь ярости и неверия. Он не смог даже ударить его!

Линь Фэн низко поклонился старейшине Ли, а затем повернулся к Ван Юэ. “Спасибо за тренировку, брат Ван Юэ.” В его голосе не было ни насмешки, ни высокомерия, только спокойствие.

Толпа адептов разошлась, шепчась и переглядываясь. Что-то изменилось. Линь Фэн больше не был “Мешком для Риса”. Он был загадкой.

После этого случая Ван Юэ и его сторонники стали еще более подозрительными. Они пытались подкараулить Линь Фэна, устраивали ему мелкие пакости, подбрасывали ему под ноги камни на тропе, пытались “случайно” толкнуть его в грязь. Но каждый раз Линь Фэн с легкостью избегал этих ловушек, словно у него были глаза на затылке. Он использовал свою обострившуюся интуицию и «Глаз Истины Дракона», чтобы предвидеть их действия.

Однажды Ван Юэ подложил в его еду горькую траву, которая должна была вызвать сильную тошноту. Но Линь Фэн, взглянув на еду с помощью «Глаза Истины Дракона», увидел в ней темную ауру. Он просто отодвинул тарелку, сказав, что не голоден.

Зависть и злоба Ван Юэ росли с каждым днем. Он не мог смириться с тем, что его бывшая жертва теперь стала неуловимой и загадочной. Он начал подозревать, что Линь Фэн каким-то образом получил внешнюю помощь или обнаружил секретную технику, но не мог найти доказательств.

Линь Фэн, тем временем, продолжал свои тайные тренировки. Он углублялся в «Девять Небесных Преобразований Дракона», открывая новые слои силы и мудрости. Он чувствовал, что его путь только начинается, и что эти мелкие интриги – лишь прелюдия к гораздо большим испытаниям. Тень зависти Ван Юэ была постоянным напоминанием о том, что его сила должна оставаться скрытой, по крайней мере, пока. Он был драконом, который только начинал пробуждаться, и еще не время было показывать свои когти всему миру.


Глава 4: Первое Сражение и Откровение

После унизительного спарринга, в котором Ван Юэ не смог даже задеть Линь Фэна, атмосфера вокруг “Мешка для Риса” стала еще более напряженной. Шепот следовал за Линь Фэном по пятам, но теперь в нем было не только насмешка, но и недоумение, и даже легкий страх. Ван Юэ же, снедаемый яростью и унижением, не мог смириться с таким положением дел. Его гордость была задета до глубины души.

“Он жульничает!” – кричал Ван Юэ своим приспешникам, размахивая руками. – “Никто, кто не культивирует, не может так двигаться! Он что-то скрывает!”

Его слова дошли до ушей старейшины Ли, который, хоть и был озадачен, но не видел причин для серьезных обвинений. Однако Ван Юэ не собирался отступать. Он решил устроить Линь Фэну “случайное” столкновение, где тот не смог бы увернуться.

Однажды вечером, когда Линь Фэн возвращался из своего тайного места для тренировок в лесу, Ван Юэ и трое его приспешников поджидали его на узкой тропе, ведущей к общежитиям. Сумерки сгустились, и тени деревьев делали место идеальным для засады.

“Ну-ну, куда спешит наш Великий Мешок для Риса?” – Ван Юэ шагнул вперед, преграждая путь Линь Фэну. Его глаза горели злобой. – “Может быть, ты хочешь объяснить нам, как тебе удалось избежать моих ударов? Или ты думаешь, что можешь вечно прятаться за своей хитростью?”

“Я не прячусь,” – спокойно ответил Линь Фэн, остановившись. Его рука непроизвольно потянулась к нефритовому кулону под одеждой. Он чувствовал, как Ци начинает бурлить в его даньтяне, готовясь к действию. «Глаз Истины Дракона» уже сканировал противников, отмечая их уровень культивации: Ван Юэ – пятый уровень Зарождения Ци, его приспешники – третий и четвертый.

“Ох, значит, ты стал смелым?” – Ван Юэ оскалился. – “Что ж, посмотрим, насколько ты смел, когда мы не будем играть по правилам тренировочной площадки. Братья, дайте ему понять, где его место!”

Приспешники Ван Юэ двинулись вперед, формируя полукруг. Они были вооружены тренировочными мечами, но их намерения были далеки от игры. Линь Хуэй, один из них, замахнулся мечом, целясь в ногу Линь Фэна.

Линь Фэн знал, что уклоняться вечно не получится. Он должен был действовать. В его сознании вспыхнули движения из «Девяти Небесных Преобразований Дракона». Это была не просто техника, а философия, позволяющая использовать силу противника против него самого.

Когда меч Линь Хуэя опустился, Линь Фэн не уклонился, а сделал шаг навстречу, его тело стало подобно гибкой иве, что гнется под ветром. Он схватил запястье Линь Хуэя, используя его собственную инерцию, и резко дернул, одновременно нанеся точный удар ладонью в солнечное сплетение. Удар был не слишком сильным, но точным, направленным на точки Ци.

Линь Хуэй ахнул, его меч выпал из рук, и он рухнул на землю, скрутившись от боли. Он не был серьезно ранен, но его Ци была временно заблокирована, и он не мог пошевелиться.

Остальные приспешники застыли от удивления. Они ожидали, что Линь Фэн будет умолять или убегать, но никак не отвечать такой эффективной контратакой.

“Что ты сделал?!” – зарычал Ван Юэ, его лицо исказилось от ярости. Он понял, что Линь Фэн скрывал гораздо больше, чем просто ловкость.

“Я лишь показал ему его слабость,” – спокойно ответил Линь Фэн, его взгляд был острым, как клинок.

Ван Юэ, не сдерживая себя, бросился в атаку. Он призвал всю свою Ци, его кулак засветился слабым синим светом – это был “Кулак Лазурного Дракона”, одна из мощнейших атак клана. Его цель была ясна: сломать Линь Фэна.

Линь Фэн встретил его атаку. Он не стал уклоняться. Вместо этого, он принял стойку, которую выучил из кулона, и направил свою Ци в правую руку. Его кулак, маленький по сравнению с кулаком Ван Юэ, вспыхнул едва заметным золотистым светом.

Бум!

Два кулака столкнулись. Раздался глухой удар, и по земле пробежала волна энергии, заставив листья взлететь в воздух. Ван Юэ отшатнулся назад, его лицо побледнело от шока. Он почувствовал, как мощная, чистая Ци пронзила его руку, парализуя ее на мгновение. Рука Ван Юэ дрожала, а его лицо исказилось от боли.

Линь Фэн же стоял неподвижно, его кулак слегка дымился. Он почувствовал, как сила кулона не только усилила его Ци, но и защитила его от обратного удара.

Двое оставшихся приспешников, увидев это, попятились назад. Они никогда не видели, чтобы кто-то мог противостоять “Кулаку Лазурного Дракона” Ван Юэ, не будучи намного сильнее его.

“Ты… ты культиватор!” – прохрипел Ван Юэ, держась за свою поврежденную руку. – “Ты скрывал это! Как?! Твои меридианы заблокированы!”

“Мои меридианы больше не заблокированы,” – ответил Линь Фэн, его голос звучал твердо. – “И я больше не тот, кем был.”

Ван Юэ посмотрел на него, и в его глазах, помимо ярости, появилась доля истинного страха. Он увидел в Линь Фэне не просто противника, а нечто неизвестное, нечто, что могло угрожать его положению в клане.

“Ты пожалеешь об этом!” – прошипел Ван Юэ, отступая вместе со своими приспешниками, которые помогли Линь Хуэю подняться. – “Я расскажу старейшинам! Они узнают о твоей лжи!”

Линь Фэн лишь покачал головой. Он знал, что Ван Юэ не отступит. Но теперь он был готов. Он больше не боялся.

Он продолжил свой путь к общежитиям, его сердце было наполнено смешанными чувствами. Это было его первое настоящее сражение, и он одержал победу, пусть и не полностью раскрыв свои карты. Он почувствовал прилив адреналина, но также и удовлетворение. Он доказал себе, что может постоять за себя.

В ту ночь Линь Фэн снова погрузился в медитацию. Он чувствовал, как его Ци стала еще плотнее, еще чище. Он был на пороге прорыва на шестой уровень Зарождения Ци. Кулон на его шее мягко пульсировал, словно одобряя его действия.

Он впервые почувствовал себя по-нанастоящему живым, по-настоящему сильным. Он больше не был жертвой. Он был воином. И это было лишь началом его пути. Откровение о его силе теперь было частью игры, и он был готов к следующему ходу.


Глава 5: Внутреннее Испытание Клана

Слухи о стычке на узкой тропе распространились по Клану Лазурного Дракона быстрее, чем лесной пожар. Сначала им не верили: как мог “Мешок для Риса” не только избежать избиения от Ван Юэ, но и ранить его? Но когда Ван Юэ появился на следующий день с перевязанной рукой и мрачным лицом, а Линь Хуэй жаловался на боли в груди, сомнения уступили место любопытству и тревоге.

Старейшина Ли, услышав об инциденте, вызвал обоих юношей. Ван Юэ, пытаясь сохранить остатки своей гордости, обвинил Линь Фэна в вероломном нападении и использовании “темных искусств”.

“Он не культиватор, старейшина!” – восклицал Ван Юэ, указывая на Линь Фэна дрожащей рукой. – “Его меридианы заблокированы! Но он двигался невероятно быстро, а его удар… в нем была какая-то странная сила! Он лжет!”

Линь Фэн стоял спокойно, его взгляд был ровным. “Я лишь защищался, старейшина. Брат Ван Юэ и его друзья напали на меня в сумерках. Если они и получили травмы, то лишь из-за своей собственной неосторожности.” Он не стал отрицать, что культивирует. Время скрывать это прошло.

Старейшина Ли внимательно посмотрел на Линь Фэна, затем на Ван Юэ. Он чувствовал, что Линь Фэн говорит правду о нападении, но также чувствовал, что юноша недоговаривает о своей силе. “Линь Фэн, ты утверждаешь, что твои меридианы больше не заблокированы?”

Наступила тишина. Все присутствующие старейшины, вызванные для разбирательства, внимательно уставились на Линь Фэна. Это было серьезное обвинение.

“Да, старейшина,” – твердо ответил Линь Фэн. – “Во время Испытания Горных Духов я наткнулся на древнюю пещеру. Там произошло нечто… что очистило мои меридианы. Я начал культивировать.”

По залу пронесся шепот. “Невозможно!” – воскликнул один из старейшин. – “Заблокированные меридианы – это приговор! Такое чудо встречается раз в тысячелетие!”

“Я не прошу вас верить мне на слово,” – продолжил Линь Фэн. – “Я готов доказать это на предстоящем Внутреннем Испытании Клана.”

Предложение Линь Фэна было смелым. Внутреннее Испытание Клана проводилось раз в год, чтобы определить самых талантливых молодых адептов и выбрать тех, кто будет представлять клан на внешних соревнованиях. Это было серьезное мероприятие, где каждый показывал свою истинную силу.

Лидер клана, почтенный Линь Цзянь, мужчина с проницательными глазами и величественной осанкой, наконец, заговорил. “Если ты действительно желаешь этого, Линь Фэн, ты будешь допущен к Испытанию. Но помни, оно не для слабых духом. Ты будешь сражаться с теми, кто культивировал с детства.”

“Я готов, лидер клана,” – Линь Фэн низко поклонился. В его сердце не было страха, только предвкушение.

День Внутреннего Испытания Клана наступил спустя неделю. Главная тренировочная площадка была заполнена членами клана – от самых юных адептов до почтенных старейшин. Атмосфера была наэлектризована, ожидание витало в воздухе.

Испытание состояло из нескольких этапов: демонстрация базовых техник, спарринги и, наконец, битва на арене. Линь Фэн был одним из последних в списке, что было обычным делом для самых слабых адептов.

Когда пришла его очередь демонстрировать базовые техники, многие усмехались. Как мог “Мешок для Риса” показать что-то, кроме неуклюжих движений? Но когда Линь Фэн начал двигаться, смех замолк. Его движения были плавными, точными и наполненными скрытой силой. Он выполнял базовые удары и блоки, но в каждом движении чувствовалась некая завершенность, нечто, что превосходило простое механическое повторение. Старейшина Ли, наблюдавший за ним, с удивлением отметил чистоту его Ци и совершенство его стойки.

“Неплохо,” – пробормотал один из старейшин, впечатленный. – “Его база удивительно крепка, словно он тренировался годами.”

Затем начались спарринги. Линь Фэну достался противник – адепт по имени Чэнь Юань, который был на шестом уровне Зарождения Ци. Чэнь Юань, уверенный в своей победе, сразу же бросился в атаку, используя свою скорость и опыт.

Но Линь Фэн был готов. Он использовал свои «Девять Небесных Преобразований Дракона», которые позволяли ему предвидеть движения противника. Он уклонялся, парировал, отклонял удары, двигаясь с невероятной грацией. Его тело было подобно текучей воде, уходящей от любого удара, но при этом готовой нанести ответный. Чэнь Юань, сбитый с толку, начал терять Ци, пытаясь попасть по неуловимому Линь Фэну.

Наконец, Линь Фэн увидел возможность. Он сделал ложный выпад, заставив Чэнь Юаня раскрыться, а затем нанес быстрый, точный удар ладонью в плечо, временно парализовав его руку. Чэнь Юань отшатнулся, его лицо было полно шока.

“Победа Линь Фэна!” – объявил старейшина Ли, его голос звучал громче обычного.

Площадка взорвалась от изумления. “Он победил Чэнь Юаня?!” “Как это возможно? Чэнь Юань на шестом уровне!”

Ван Юэ, наблюдавший за этим с бледным лицом, чувствовал, как его мир рушится. Его “Мешок для Риса” не только культивировал, но и превзошел его самого, а также многих других адептов.

Наконец, пришло время для финальной битвы на арене. Линь Фэн, к всеобщему шоку, прошел в финал, где его ждал Ван Юэ. Ван Юэ также победил всех своих противников, но его победы были омрачены завистью и злобой, которую он испытывал к Линь Фэну.

Когда они вышли на арену, напряжение было почти осязаемым. Это было больше, чем просто Испытание; это было личное противостояние.

“Я не знаю, как ты это сделал, Линь Фэн,” – прошипел Ван Юэ, его глаза горели. – “Но я не позволю тебе опозорить меня снова! Я покажу всем, что ты всего лишь обманщик!”

“Пусть наши действия говорят за нас,” – спокойно ответил Линь Фэн.

Битва началась. Ван Юэ не стал сдерживаться. Он сразу же выпустил всю свою Ци, его тело окружила синяя аура, а его атаки были мощными и быстрыми. Он использовал все свои знания клановых техник, пытаясь сломить Линь Фэна.

Но Линь Фэн был готов. Он не просто уклонялся; он контратаковал. Его движения были похожи на танец, каждое действие было наполнено скрытой силой. Он использовал «Девять Небесных Преобразований Дракона», чтобы поглощать часть энергии ударов Ван Юэ, превращая ее в свою собственную Ци, и наносить ответные удары, которые были точными и сокрушительными.

Бум!

Линь Фэн нанес удар ладонью, наполненной золотистой Ци, прямо в грудь Ван Юэ. Удар был настолько мощным, что Ван Юэ отлетел на несколько метров, врезавшись в барьер арены. Он повалился на землю, задыхаясь, его Ци была полностью подавлена. Он был побежден.

Тишина. Абсолютная, оглушительная тишина воцарилась на тренировочной площадке. Никто не ожидал такого исхода. Линь Фэн, “Мешок для Риса”, победил Ван Юэ, гордость младшего поколения клана!

Лидер клана Линь Цзянь поднялся со своего места, его глаза сияли смесью удивления и восхищения. “Победа Линь Фэна!” – его голос пронесся над ареной.

Толпа взорвалась аплодисментами и восторженными криками. Это было не просто признание победы, это было признание нового таланта, новой надежды для клана.

Линь Фэн стоял посреди арены, его грудь тяжело вздымалась, но на лице была спокойная уверенность. Он чувствовал, что прорвался на шестой уровень Зарождения Ци прямо во время боя, используя давление битвы. Кулон на его шее пульсировал, словно ликуя.

Лидер клана Линь Цзянь подошел к нему. “Линь Фэн,” – произнес он, его голос был полон уважения. – “Ты доказал свою силу. Твои меридианы действительно очищены. С этого дня ты больше не изгой. Ты – один из самых талантливых адептов Клана Лазурного Дракона.”

Он повернулся к старейшинам. “Линь Фэн будет принят в основную ветвь клана. Ему будет выделена лучшая комната для культивации и доступ к нашим библиотекам. И ему будет предоставлен личный учитель.”

Линь Фэн низко поклонился. Он чувствовал гордость, но также и понимание, что это лишь начало. Он выиграл битву, но война за признание и за свое место в мире только начиналась. Тень зависти Ван Юэ, хоть и была повержена, но не исчезла. Она лишь затаилась, ожидая нового шанса.

Но Линь Фэн больше не боялся теней. Он сам был восходящим драконом, и свет его силы начинал озарять мир.


Глава 6: Учитель и Предназначение

После Внутреннего Испытания Клана жизнь Линь Фэна изменилась кардинально. Смех и насмешки сменились уважительным шепотом, а его скромная комната – просторным жилищем с собственным тренировочным залом. Он получил доступ к библиотеке клана, где хранились древние свитки и техники культивации, которые раньше были для него недоступны.

Ван Юэ, хоть и был побежден и унижен, не исчез из его жизни. Его глаза по-прежнему горели ненавистью, но теперь он избегал прямого столкновения, предпочитая распространять грязные слухи. Многие адепты, завидуя быстрому возвышению Линь Фэна, поддерживали его, но большинство теперь относилось к Линь Фэну с настороженным уважением.

Но самым значимым изменением стало появление его учителя. Лидер клана Линь Цзянь, после долгих размышлений, поручил наставничество Линь Фэна одному из самых почтенных и загадочных старейшин – старейшине Мо.

Старейшина Мо был известен своей мудростью, глубокими познаниями в древних писаниях и необычными методами обучения. Он был человеком немногословным, с проницательными глазами, которые, казалось, видели сквозь саму душу. Когда Линь Фэн впервые предстал перед ним, старейшина Мо просто кивнул, его взгляд задержался на нефритовом кулоне, скрытом под одеждой юноши.

“Итак, ты тот, кто пробудил спящего дракона,” – произнес старейшина Мо, его голос был низким и глубоким, словно рокот древней реки.

Линь Фэн вздрогнул. “Старейшина, вы… вы знаете?”