# Тайновидец. Том 10: Беглец

Алекс Рудин

В каждом томе – новая магическая история!

Молодому графу Александру Воронцову выпал уникальный магический Путь. Он стал Тайновидцем.

Теперь его призвание – магические тайны, интриги, загадки и преступления. Раскрывая их, Воронцов может развивать свой магический дар.

По законам Империи Александр не является наследником главы рода. Он – младший внук.

На его плечах не лежит ответственность за род. Зато он может наслаждаться другим сокровищем – свободой.

Александр селится в старом особняке на Каменном острове. Заглядывает по утрам в кофейню, где варит кофе тысячелетний джинн. Дружит с хранителем Незримой библиотеки.

Гуляет по волшебным кварталам Столицы, где за каждым углом творится магия.

Александр молод, умен и решителен. Глава рода Воронцовых прислушивается к его советам. А есть и другие влиятельные семейства. Иногда они попадают в трудные ситуации, выпутаться из которых можно только с помощью Тайновидца.

## Глава 1

После того, как мы с Черницыным вернулись из Лачанги, в Столице началась настоящая суматоха. Император узнал, что я побывал в другом магическом мире, и сразу же вызвал меня к себе.

Его величество принял меня в кабинете. Кивком отпустил слугу, заложил руки за спину и внимательно посмотрел на меня.

Я протянул ему меч, который передал мне великий визирь Лачанги.

– Это подарок для вас от владыки Лачанги, ваше величество. Великий визирь Лачанги надеется на сотрудничество между нашими мирами. Он готов принять у себя в городе посольство Империи.

Его величество принял меч. Достал клинок из ножен и несколько секунд любовался затейливыми узорами на отполированной стали. Затем отложил меч в сторону.

– Я знал, что вы снова меня удивите, Александр Васильевич, – признался он. – Но такого не ожидал даже я. Присаживайтесь. Нам предстоит долгий и серьезный разговор.

Я сразу же насторожился. Неужели император захочет отправить послом в Лачангу меня?

Нет, мне очень понравился этот магический город, населенный настоящими древними джиннами. Я с удовольствием вспоминал узкие улочки, зелень фруктовых садов и мелодичное журчание фонтанов. А шумная базарная площадь произвела на меня неизгладимое впечатление – как и нравы жителей Лачанги.

Но жить среди пустыни, под палящим солнцем? Питаться едой, при одном взгляде на которую горло жжет невыносимым огнем? Обходиться без снега, без дождей и туманов Столицы?

Нет уж!

Я приготовился вежливо отказать его величеству. Но разговор пошел о другом.

– Я хочу, чтобы строительством портала руководили вы, – сказал император. – Во всей Империи только вы, Александр Васильевич, можете раздобыть схему магического портала. Ведь вы дружите с господином Библиусом?

– Думаю, Всеволод Пожарский справится с этим куда лучше меня, ваше величество, – удивленно сказал я. – У него тоже есть доступ к Незримой библиотеке. К тому же, он артефактор и хорошо разбирается в схемах магического плетения.

– Да, я знаю, – кивнул император. – Вы можете привлечь к работе княжича Пожарского. И любых других мастеров, разумеется. Но вас я прошу быть главным.

– Почему? – изумился я.

– Потому что вы лучше всех нас слышите магию, Александр Васильевич, – серьезно объяснил император. – Магия на вашей стороне, и меня это полностью устраивает.

– А Императорская Магическая академия? – напомнил я. – Мне до сих пор приходится исполнять обязанности ректора, а это требует времени.

– Постарайтесь как-нибудь совместить, – по-человечески просто попросил император. – Пока у меня нет подходящего кандидата. Может быть, у вас есть кто-то на примете?

– Никого, – признался я. – Валериан Андреевич Чахлик был бы хорошим ректором. Но он наотрез отказывается от этой должности. Уверяет, что магические существа не годятся для бюрократической работы. И знаете что? Я с ним полностью согласен, ваше величество!

– Я даю вам самые широкие полномочия, – развел руками император. – Назначьте профессора Чахлика вашим заместителем, пусть он пока учит студентов. А вы займитесь порталом в Лачангу.

– Ладно, – вздохнул я. – Но взамен пообещайте выполнить мою просьбу.

– Сделаю все, что в моих силах, Александр Васильевич, – серьезно ответил император.

– Не уговаривайте меня отправиться в Лачангу послом. Я все равно откажусь.

– У меня и в мыслях такого не было, – расхохотался самодержец. – Назначить единственного на всю Империю Тайновидца послом в чужой мир? Я еще не сошел с ума.

Он наклонился ко мне.

– Только между нами. Послом в Лачангу поедет ваш дядюшка, Ярослав Игоревич. Ваш дед просил меня об этом, и я уважил его просьбу. Пусть наследник рода Воронцовых послужит Империи.

– И интересам рода заодно, – усмехнулся я.

– Не без этого, – улыбнулся император. – Но ваш род и вы лично столько сделали для Империи, что я счастлив наградить вас по заслугам.

Со стороны императора это был сильный ход. Теперь я не мог отказаться строить портал в Лачангу.

Да и не хотел, если честно. Мне всегда было интересно заниматься магией.

– Достаньте чертежи этого магического чуда, Александр Васильевич, – напутствовал меня император. – А я пока подберу для портала подходящее место с надежной охраной.

***

Я отправился в Незримую библиотеку прямо из императорского дворца. Сделал я это по личной просьбе его величества – императору очень хотелось посмотреть, как я исчезну.

– Вам придется отключить магическую защиту дворца, – предупредил я. – Через нее даже я не пройду.

– Ничего страшного, – махнул рукой император. – Я предупрежу начальника дворцовой охраны.

– И дворцового повара тоже предупредите, – напомнил я. – В гости к хранителю Незримой библиотеки принято являться с угощениями.

Повару понадобилось двадцать минут, чтобы испечь вкуснейшее печенье по секретному рецепту. Когда мне торжественно вручили перевязанную алой лентой коробку, я вдохнул запах корицы и ванили и довольно кивнул.

Библиусу понравится!

Затем по зову императора явился начальник дворцовой охраны – коротко стриженный здоровяк в чине полковника Императорской гвардии. Магический дар у него был такой силы, что даже стекла в окнах кабинета тихонько задребезжали.

Полковнику затея императора не понравилась, я понял это по угрюмому выражению его лица. Но свое мнение начальник дворцовой охраны благоразумно оставил при себе.

– У вас три минуты, – коротко предупредил он.

– Хватит и одной, – улыбнулся я.

Коснулся пальцами позолоченной дверной ручки, зажмурился и представил себе ряды книжных полок, уходящие в бесконечность, магический фонтан в центре Круглого зала и особый мягкий свет, льющийся из-под невидимого потолка.

Затем толкнул дверь и оказался в Незримой библиотеке.

Пока Библиус и Алексей Кириллович Стременной наслаждались печеньем с дворцовой кухни, я нашел несколько книг, в которых рассказывалось о том, как открывать порталы в другие миры. Автор одной из книг был так любезен, что оставил даже подробное описание с чертежами.

Несколько минут я старательно вглядывался в сложнейшее переплетение магических линий. Удостоверился, что разобраться в нем выше моих сил, и послал зов Севе Пожарскому.

Для этого мне пришлось ненадолго выйти из библиотеки. Дело в том, что Незримая библиотека представляет собой особое магическое пространство, и послать из нее зов в обычный мир невозможно.

Так что я на несколько минут вернулся в свой особняк на Каменном острове. Договорился с Севой о встрече и успел несколько минут поболтать с Лизой.

– В ближайшее время мы будем видеться только изредка, – предупредил я ее. – Постараюсь хотя бы ночевать дома, но обещать не могу. Его величество всерьез позаботился о том, чтобы моя жизнь была как можно меньше похожа на беззаботное существование.

– А мне кажется, тебе это нравится, – рассмеялась Лиза.

– Так и есть, – признался я. – Мне снова пора бежать. Припрячь для меня остатки ужина.

Когда я вернулся в Незримую библиотеку, Сева уже был там. Листая книги, мой друг старательно чертил на листе бумаги какую-то схему.

– Что скажешь о задании его величества? – спросил я. – Получится у нас проделать портал в Лачангу из нашего мира?

– Сама схема несложная, – кивнул Сева. – Но магической энергии понадобится не меньше, чем для Храма Путей.

Я озадаченно присвистнул.

Храм Путей был самым загадочным магическим сооружением. Для его создания требовались огромные магические накопители, они стоили невероятно много.

– И это еще не все, – добавил Сева. – Вокруг портала нужно выстроить мощный контур защиты. Иначе он может вобрать в себя магию нашего мира, а это грозит катастрофой.

– Значит, для портала нужно безопасное место, – понял я.

– Желательно, окруженное высокой стеной, – кивнул Сева.

– Передам эту новость императору, – усмехнулся я. – Пусть он подберет что-нибудь подходящее. Колбы для накопителей можно изготовить в мастерских рода Воронцовых. А насчет магии… есть у меня одна идея.

– Хочешь снова обратиться к Стражу Магии? – понял Сева.

– Вот именно, – кивнул я. – Заодно спрошу Стража, что он думает по поводу нашей сумасшедшей затеи. Вдруг она опасна для мира? Лучше вовремя отказаться от безумства, чем потом подыскивать другой мир для жительства.

– Мне и в этом мире хорошо, – согласился Сева. – Я только-только мастерскую отстроил.

– Слушай, в одной из книг написано, что портал отбрасывает какую-то Тень, – вспомнил я. – Ты разобрался, что это значит?

– Дай мне время, – возмутился Сева. – Я пока только вникаю в суть проблемы. Но у меня уже есть предположение. Я думаю, что Тень – это какое-то магическое возмущение. Портал стягивает к себе магию, и создает в другом месте аномалию. Понимаешь?

– Нет, – честно признался я.

– Представь, что магия – это вода, – объяснил Сева. – Она растекается по миру равномерно. Но если в каком-то месте магия прибывает, то в другом – убывает. Вот и получается Тень.

– А как же Места Силы? – удивился я. – Это же скопления магии.

– А черт его знает, – отмахнулся Сева. – Может, никакой Тени и нет, и все это просто выдумки. В других книгах о Тени не говорится ни слова.

– Пожалуй, спрошу об этом Стража, – решил я. – Кому и знать, как не ему?

***

А потом все завертелось с немыслимой скоростью.

Я назначил Валериана Андреевича своим заместителем.

– Помилуйте, Александр Васильевич! – взмолился Чахлик. – У меня же нет никакого опыта!

– Ерунда, – строго возразил я. – Займите студентов чем-нибудь полезным и проследите, чтобы они не шлялись по трактирам, вот и все. Анна Владимировна вам поможет.

Разговор происходил в моем кабинете в Магической академии. До сегодняшнего дня я был здесь ровно два раза.

Хорош ректор! Только и делаю, что перемещаюсь из одного магического пространства в другое, а учеников совсем не вижу.

– Мы с Валерианом Андреевичем справимся, – заверила меня Гораздова. – Работайте спокойно, Александр Васильевич.

– Надеюсь на вас, – кивнул я. – Кстати, Валериан Андреевич! Мне нужно срочно повидаться со Стражем Магии. Не возражаете, если я для этого воспользуюсь вашим домом в Сосновском лесу? Не хочется терять время и ехать на мобиле.

– Пользуйтесь на здоровье, Александр Васильевич, – обреченно кивнул Чахлик. – Все равно теперь мне придется ночевать в академии.

– Вот и договорились, – удовлетворенно кивнул я.

Все производственные проблемы я предусмотрительно свалил на деда. Игорь Владимирович отлично разбирался в магических накопителях, а еще лучше – в людях. Так что работу он организовал мгновенно.

Деньги для этого по указу императора выдало Имперское казначейство. Но и тут не обошлось без неприятностей.

Деньги казначейство, конечно, выделило – указ его величества, никуда не денешься. Но вместе с деньгами финансовое ведомство прислало чиновника, который должен был проверять, на что эти деньги тратятся.

Чиновник заявился прямо ко мне домой – как раз в тот момент, когда я собирался в Сосновский лес на встречу со Стражем Магии.

И я был неприятно удивлен.

– Господин Фискалов?

Да, это был тот самый чиновник, который пытался обвинить меня в ограблении Имперского банка, когда мы с Никитой Михайловичем расследовали дело кладовиков. Потом выяснилось, что деньги украл управляющий банком, и Фискалов от меня отстал.

Но осадочек, как говорится, остался.

– Что вам нужно? – спросил я, подходя к калитке.

– Я обязан убедиться, что деньги Имперского казначейства тратятся по назначению, – скрипучим голосом ответил Фискалов.

На меня он не смотрел. Похоже, чиновнику наша встреча тоже была неприятна.

– И почему вы явились ко мне? – удивился я. – Отправляйтесь в мастерские. Игорь Владимирович покажет вам все документы.

– Я там уже был, – ответил Фискалов. – На первый взгляд, все в порядке. Но для таких огромных накопителей потребуется немало магии. Я обязан поинтересоваться, где вы собираетесь ее взять, и в какую сумму это обойдется казне.

– Если я расскажу вам, где собираюсь взять магию, вы поверите мне на слово? – устало спросил я.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, но я должен во всем убедиться лично, – немедленно возразил чиновник.

– Так я и думал, – кивнул я. – Что ж, идемте.

***

Прогулка в Сосновский лес удалась на славу.

Стоило нам с ошарашенным Фискаловым появиться в бывшем домике лесничего, как нас встретили радостные кладовики.

– Тайновидец, ну наконец-то! – восторженно завопил Репей, кидаясь обниматься. – Устроим пирушку! Жабень наловит рыбы, а Акинфий Петрович принесет настойку!

– Непременно, – улыбнулся я. – Но не сейчас, а вечером. Сейчас мне нужно повидаться со Стражем Магии.

– А я еще один сундук золота насобирал! – похвастал Репей. – Хочешь, покажу? А это ты кого привел?

– Чиновник Имперского казначейства, господин Фискалов, – представил я.

– Из казначейства? – ужаснулся кладовик. – Про золото – это шутка была. Никакого золота у нас нет.

Он схватил меня за рукав и бесцеремонно оттащил в сторону:

– Предупреждать надо о таких гостях, господин Тайновидец!

Но Фискалов растерянно оглядывался по сторонам, не обращая внимания на испуг кладовика.

– Где это мы? – наконец спросил чиновник.

– В Сосновском лесу, – усмехнулся я. – Вы же хотели своими глазами увидеть, где я возьму магию. Извольте!

Я прихватил с собой корзинку и по пути к Сердцу Леса насобирал черных груздей и оранжевых рыжиков с зеленоватыми краями широких шляпок. Отнесу их Прасковье Ивановне, пусть насолит!

В лесу пахло сыростью, сосновой хвоей и грибами. Дышалось легко и вкусно, и я даже замедлил шаг, чтобы подольше наслаждаться этой свежестью и тишиной.

Фискалов угрюмо плелся за мной.

Я не обращал на него внимания – не потеряется. А потеряется – плакать не стану.

Но когда мы подошли к магической границе, я все-таки велел чиновнику держаться поближе.

К моему удивлению, магическое пространство пропустило Фискалова. Невидимая граница расступилась с еле слышным хрустальным звоном, и мы оказались на большой поляне, окруженной высокими корабельными соснами.

В тени сосен дремал Страж Магии.

Когда мы вошли, он поднял головы, и его глаза вспыхнули рубиновым светом.

– Кто это? – сдавленным голосом прошептал Фискалов.

– Это магия, – усмехнулся я.

И не оборачиваясь, пошел к Стражу.

– Ты снова решил вляпаться в чудеса, Тайновидец? – весело усмехнулась левая голова Стража.

– Да, – не стал отпираться я. – Хочу открыть портал в магический город Лачангу. И для этого мне опять нужна магия.

– А зачем это тебе? – неожиданно спросила средняя голова.

Она редко принимала участие в разговоре. Но сейчас терпеливо ждала моего ответа.

В моей голове промелькнули мысли о просьбе императора, о стихийных духах, которые собирались уйти в Лачангу…

Но затем магический дар коротко ударил в ребра, и я выбрал совсем другой ответ.

– Мне интересно, – честно ответил я. – Хочу попробовать – получится, или нет.

– Твое знаменитое любопытство? – гулко расхохоталась левая голова Стража.

– Ага, – кивнул я.

– Будет тебе магия, – решила средняя голова. – Но открывать портал здесь нельзя. Выбери защищенное место. И позаботься о том, чтобы доставить сюда эти смешные штуковины.

– Магические накопители? – уточнил я.

– Да, – кивнула средняя голова.

– В одной из книг я прочитал, что у магического портала есть Тень, – вспомнил я. – Ты знаешь, что это такое?

Правая голова Стража шевельнулась. Я уже знал, что она самая осторожная из всех и обрадовался ее интересу.

– У всего на свете есть Тень, – сказала правая голова. – И магический портал не исключение.

– Но эта Тень не опасна для мира? – поинтересовался я.

– Нет, – ответила средняя голова. – Сам увидишь.

***

Слова Стража успокоили меня. Вернувшись из Сосновского леса, я взялся за дело с утроенной энергией.

И не я один.

Мастера-стеклодувы делали сосуды для магических накопителей. Артефакторы изучали схемы, готовясь плести невиданную магическую паутину.

Когда накопители были готовы, их на огромной барже доставили к Сосновскому лесу и под завязку наполнили нужной магией.

А затем баржа неторопливо отправилась вверх по Неве.

Там, где река вытекала из Ладожского озера, выступал из воды небольшой островок. Этот клочок суши полностью окружали древние и высокие крепостные стены.

Ореховый остров.

Именно его император выбрал для строительства магического портала в Лачангу.

## Глава 2

Мы с императором стояли на берегу Орехового острова и смотрели, как тяжело поднимается против течения Невы плоскодонная баржа с огромными магическими накопителями.

Эти накопители должны были открыть портал в Лачангу.

Над нами нависали стены древней крепости, сложенные из серого известняка. По верху стен тянулась крытая галерея. На ней неподвижно замерли солдаты из полка крепостной охраны. Они были одеты в серые шинели, а над серой и холодной Невской водой клубились низкие серые тучи.

Осень заканчивалась, и даже столичные маги погоды ничего не могли с этим поделать.

С Ладожского озера налетел порыв пронзительно-холодного ветра. Его Величество плотнее запахнул теплый меховой плащ и весело улыбнулся.

– Не жалеете, что взялись за эту работу, Александр Васильевич?

– Не жалею, – честно ответил я, – хотя побегать пришлось изрядно. Честно говоря, я с трудом припоминаю, когда в последний раз спал.

– Сочувствую, – кивнул император, – но дело того стоит. Портал в другой мир – это историческое открытие.

Он покосился на чиновника Имперского казначейства, который вместе с нами встречал баржу, и добавил:

– Кроме того, это открывает огромные возможности для имперской торговли. Не так ли, господин Фискалов?

Фискалов недовольно поджал тонкие, посиневшие от ветра губы. Руки он прятал в рукава форменной шинели. Тонкие перчатки не спасали от холода.

– Время покажет, Ваше Величество, – скрипучим голосом ответил он. – Пока у казны только расходы. Нам пришлось потратить большие деньги на изготовление и доставку магических накопителей. А крепость? Ведь если авантюра господина Воронцова увенчается успехом, внутри крепости будет проходить государственная граница. Придется строить таможню и склады.

– Если? – удивился император. – Вы не верите в успех проекта?

– По долгу службы я имею право верить только фактам, Ваше Величество, – отозвался Фискалов.

Я устало поморщился. За последний месяц чиновник казначейства выпил у меня немало крови. Я надеялся, что встреча со Стражем Магии смягчит Фискалова, но получилось ровно наоборот.

Чиновник стал еще суше и придирчивее. Иногда мне казалось, что его грызет какая-то внутренняя боль.

– Может быть, вам самому ненадолго отправиться в Лачангу, господин Фискалов? – в шутку предложил я. – Там замечательный климат, поверьте мне на слово. Отдохнете, развеетесь.

– Некогда отдыхать, Александр Васильевич, – язвительно ответил чиновник. – Моё дело – служить Отечеству и следить за порядком.

Император изумлённо покачал головой.

– А вот я бы не отказался побывать в Лачанге, – усмехнулся он. – Надеюсь, тамошний великий визирь пригласит меня в гости.

– Уверен, что так и будет, Ваше Величество, – улыбнулся я. – Недаром магический портал будет везти прямо в сад великого визиря.

Тем временем тяжело груженая баржа подошла к причалу. Опытные маги воздуха начали разгрузку магических накопителей. Повинуясь их заклинаниям, тяжелые стеклянные колбы теряли вес и послушно взмывали воздух. Тускло сверкая стеклянными гранями, накопители один за другим вплывали в ворота крепости.

Маги воздуха хорошо знали свое дело, и вскоре все накопители были благополучно доставлены во внутренний двор.

– Ну что ж, подготовка окончена, – довольно кивнул император. – Теперь дело за артефакторами. Сколько времени им понадобится, Александр Васильевич?

– Княжич Пожарский уверял меня, что на активацию портала нужно не больше часа, – ответил я.

– Вот и хорошо. А мы с вами пока выпьем горячего чая. Господин Фискалов, вы идете?

***

Народу на активацию магического портала съехалось много. Но комендант крепости проявил чудеса изобретательности и умудрился разместить нас всех в казармах крепостного полка. В императорской свите прибыло несколько дворцовых поваров, так что в офицерской столовой подавали горячие напитки и еду.

Когда мы вошли в столовую, многоголосый гомон прервался. Чиновники почтительными поклонами приветствовали императора. Я разглядел среди них Игоря Владимировича. Дед тоже увидел меня и приветливо помахал мне рукой. Возле него, с недовольным, скучающим видом, стоял мой дядя, Ярослав Игоревич Воронцов.

Отношения у нас с дядей сложились непростые. Ярослав Игоревич был официальным наследником рода Воронцовых и очень неприязненно относился к нашей дружбе с дедом. Наверное, дяде казалось, что я собираюсь претендовать на его место.

Будь он хоть чуть-чуть рассудительнее, мы давно могли бы поговорить по душам и по-родственному всё выяснить. Но дядя предпочитал держать дистанцию и отделывался холодными колкостями в мой адрес.

А я тоже не собирался навязываться.

Народу в столовой было битком. Повара непрерывно подавали горячие напитки, и они пользовались большим спросом. В воздухе висел густой запах горячего пряного вина.

– Приготовить вам пунш, Ваше Величество? – с поклоном предложил дворцовый повар императору.

– Не хочу, – отказался император. – Завари-ка мне крепкого чая.

Он дружелюбно посмотрел на меня.

– А вы что будете пить, Александр Васильевич?

– Я бы отдал золотой за чашку горячего кофе, – улыбнулся я.

– Приберегите деньги, – расхохотался император. – Сегодня за все платит Имперское казначейство. Кофе Александру Васильевичу!

К моему удивлению, у поваров нашлось даже молоко. Я сделал первый глоток и блаженно зажмурился.

Хорошо-то как!

Ко мне протолкался Черницын. Худое лицо репортера светилось радостью.

– И вы здесь? – удивился я.

– А куда же в таком деле без прессы? – кивнул репортер. – Готовлю большую статью для вечернего выпуска. И это еще не все.

Похоже, Черницына распирали важные новости.

– Меня включили в состав посольства, – гордо сообщил он. – Так что теперь в магических сплетнях появятся новости из Лачанги.

– Вы все-таки решили перебраться в другой мир? – изумился я.

– Ну зачем же, – усмехнулся Черницын. – Это будет что-то вроде командировки. Надеюсь, на выходные я смогу возвращаться в столицу. Все-таки портал – невероятно удобная штука.

– Мы еще не знаем, как он будет работать, – напомнил я.

Но Черницына мое замечание нисколько не расстроило.

– Зная вас, Александр Васильевич, я убежден, что все будет в полном порядке, – улыбнулся он.

Я заметил, что Фискалов внимательно прислушивался к нашему разговору. Лицо казначейского чиновника было мрачным.

– Мне кружку грога и покрепче! – отрывисто бросил он повару.

Я удивлённо потер переносицу. Крепкие напитки с утра пораньше?

С Фискаловым явно творилось что-то неладное. Зажав кружку обеими руками, он нахохлился в углу и, ни на кого не глядя, принялся глоток за глотком цедить грог.

Тем временем маги воздуха доставили магические накопители во внутренний двор крепости. Их разложили прямо на серых каменных плитах в форме гигантской подковы. Император отставил пустую чашку и откашлялся. Разговоры мгновенно стихли.

– Ну что же, господа артефакторы, за работу! – торжественно произнес Его Величество.

Артефакторы под руководством Севы Пожарского гурьбой высыпали во двор и принялись. Император о чем-то заговорил с Игорем Владимировичем. Чтобы не мешать им, я отошел к окну и принялся наблюдать за работой артефакторов.

Там было на что посмотреть. Сверяясь с чертежами, мастера быстро и ловко соединяли накопители густой сетью магического плетения. Сосредоточившись, я смог даже увидеть магические нити и поразился тому, насколько искусно они переплетены.

Сева Пожарский уверенно руководил работой.

– Торжествуешь, племянничек? – раздался за моей спиной насмешливый голос.

Я обернулся и увидел дядю. Он с ехидным прищуром смотрел на меня.

– Вижу, постарался на славу, – едко усмехнулся Ярослав Игоревич. – Решил сплавить меня в другой мир? Хитро придумано.

Я с вежливым изумлением смотрел на него.

– Думал, что я поеду в этот пустынный городок торговать мобилями? – тем временем продолжал дядя. – Вот только просчитался ты. Думал мне навредить, но ничего не вышло. Я теперь имперский посол. Стану важной фигурой при дворе великого визиря.

– От души желаю вам успеха, – вежливо кивнул я.

– А когда вернусь, даже не надейся отодвинуть меня от наследства, – не унимался Ярослав Игоревич. – Я стану главой рода Воронцовых, а не ты. Что на это скажешь, племянник?

Отвечать немедленно я не собирался. Ну, не скандалить же, в самом деле, на глазах императора.

Но меня неожиданно выручил Фискалов.

– Его Величество доверил вам важный государственный пост, а вы тут затеваете семейные дрязги, – язвительно произнес он из-за моего плеча.

Лицо Фискалова покраснело, глаза блестели. Он взмахнул кружкой, и я заметил, что она пуста.

– Что? – изумленно проревел Ярослав Игоревич, – Вы еще кто такой?

– Чиновник Имперского казначейства, надворный советник Фискалов к вашим услугам.

– Ну так и командуйте в своем казначействе, – запальчиво выкрикнул дядя, – а мне указывать не смейте.

Неизвестно, чем бы все кончилось, но в спор своевременно вмешался император. Кивнув Игорю Владимировичу, он быстро подошел к нам.

– Господин Фискалов, вы отлично поработали, – сказал он чиновнику. – Теперь можете отдыхать. А вас, господин посол, я прошу на пару слов. Обсудим кое-какие дипломатические вопросы.

Ноздри Ярослава Игоревича гневно раздувались, но дядя благоразумно взял себя в руки.

– Как скажете, Ваше Величество, – с поклоном ответил он.

Поведение дяди не стало для меня неожиданностью, а вот вмешательство Фискалова сильно удивило. Мне показалось, что Фискалов очень зол, и я прислушался к его эмоциям. К моему удивлению, злости в нем не было вовсе, только пронзительное щемящее одиночество и тоска.

– Благодарю вас, Пётр Сергеевич, – негромко сказал я.

Фискалов молча кивнул и отвернулся, глядя во двор.

К нам торопливо подошёл Игорь Владимирович.

– Спасибо, что сдержался, Саша, – шепнул он мне. – Твой дядя должен тебя благодарить, а вместо этого он сходит с ума от зависти. Но это неважно, поверь. Сегодня мы все вместе сделали большое дело. И это благодаря тебе. Ты же знаешь, магия все видит.

– Да, магии виднее, – с улыбкой кивнул я. Но Ярославу Владимировичу лучше бы научиться держать себя в руках. Надеюсь, климат Лачанги его успокоит.

– Магия! – презрительно фыркнул себе под нос Фискалов. – А на кой черт она нужна, позвольте спросить? Ну, отправите вы посла в эту самую Лачангу, и что изменится? Жить в Империи станет лучше?

Игорь Владимирович сердито нахмурился.

– Господин Фискалов, я две недели терпел ваши ежедневные придирки, но сейчас ваше поведение граничит с хамством. Вы прекрасно знаете, что магический портал – это важное государственное дело. Деньги на его строительство выделены императорским указом, и все они до копейки пошли в дело. Вы ведь все счета проверили? Поводов для подозрений у вас нет?

– А вот не заработает ваш портал, и что тогда? – насмешливо ответил Фискалов. – Как тогда будете отчитываться за потраченные деньги?

Игорь Владимирович со свистом втянул в себя воздух. Его глаза метали молнии.

– Господин чиновник… – начал он.

Но я удержал деда.

– Не стоит, поверьте мне на слово. Господин Фискалов не желал вас обидеть.

Я нисколько не преувеличивал. Тоскливая злость Фискалова не имела никакого отношения к нам. Она была вызвана какими-то внутренними причинами.

Может быть, зря взял его с собой к Стражу Магии?

Фискалов тоже заметил, что все собравшиеся смотрят на него с искренним изумлением.

– Простите, – угрюмо буркнул он.

А затем повернулся к повару:

– Еще грога!

Да, напряжение последних недель давало о себе знать. Мы все устали, нам было трудно держать себя в руках. Но с Фискаловым придется поговорить начистоту. Надо понять, что его так раздражает.

Не успел я подумать об этом, как дверь с шумом открылась, впустив холодный воздух. На пороге стоял Сева Пожарский. На его покрасневшем от холода лице сияла торжествующая улыбка. Сева отыскал взглядом императора и выпалил:

– Портал готов к активации, Ваше Величество.

– Хорошо, – кивнул император, – мы можем присутствовать?

– Да, это совершенно безопасно, – ответил Сева, – только не подходите слишком близко.

Император повернулся к нам.

– Прошу всех во двор, господа, – пригласил он.

После тёплого и душного помещения мне показалось, что на улице стало ещё холоднее. Что-то ледяное коснулось моей щеки. Я машинально поднял голову и увидел, что с неба падают редкие крупные снежинки. Значит, не показалось. Зима уже была здесь, и только тепло ещё не остывшей земли сдерживало ее приход.

Я посмотрел поверх крепостной стены. Далеко от нас, над столицей, угрюмо клубились низкие серые тучи.

Теперь разложенные во дворе крепости магические накопители были замкнуты в единый контур. Запечатанная в них магия тускло светилась.

Артефакторы были готовы к работе.

Император взмахнул рукой:

– Начинайте!

Мастера немедленно взялись за дело, и я сразу же почувствовал, как магический фон во дворе крепости усилился. Мой дар отреагировал на это чуткой тугой вибрацией.

Сева Пожарский активировал накопители по одному, двигаясь слева направо. Касаясь ладонью холодного стекла, он чертил на накопителе рунный знак, и сразу после этого магическое сияние становилось ярче.

Где-то далеко послышался звук, похожий на треск разрываемой бумаги. Я удивленно повернул голову. Звук повторился, и я с изумлением понял, что это громыхает гроза.

Низкие тучи над далеким городом медленно вращались, образуя гигантскую воронку. Гроза в конце осени? Небывалое дело!

Тревога кольнула сердце, и я недоуменно нахмурился.

Не связана ли эта гроза с магическим порталом, который мы активировали прямо сейчас? Я снова вспомнил непонятные слова о Тени, которую отбрасывает каждый портал. Но ведь Страж Магии уверял меня, что тень безопасна…

С Ладожского озера снова налетел порыв холодного ветра.

Я бросил взгляд на Фискалова и увидел, что чиновник безнадежно съежился внутри своей шинели. Он с тоской следил за работой артефакторов.

– Что с вами происходит, Петр Сергеевич? – откровенно спросил я. – На вас так повлияла встреча со Стражем Магии?

Фискалов с трудом повернул голову.

– Хоть бы раз увидеть эту самую магию, – будто самому себе сказал он. – Хоть бы раз!

Тем временем все магические накопители загорелись ярким светом. Прямо на наших глазах из воздуха волшебным образом проступила мраморная арка магического портала.

Точно так же каждый год на плацу Императорского лицея возникал Храм Путей.

Арка портала дрожала, ее очертания расплывались в воздухе. Проем затянула серебристая пленка магического поля.

Снова раздался далекий гром, и мой магический дар откликнулся на этот звук тугой вибрацией. В тучах сверкнула молния.

Значит, и в самом деле гроза.

Удар молнии как будто послужил сигналом. Я почувствовал, что портал втягивает в себя магию. Вот мраморная арка вздрогнула в последний раз и замерла неподвижно.

Серебристая пленка магического поля медленно растаяла в полукруглом проеме, и я увидел сочную зелень деревьев в саду великого визиря Лачанги.

Мы благоразумно стояли чуть в стороне, но даже до нас долетело горячее дыхание пустынного ветра. Зрители изумленно зашептались, задвигались, сбрасывая с себя напряжение. Только солдаты крепостного полка неподвижно застыли на стенах.

– Портал активирован, Ваше Величество, – звонким голосом доложил Сева Пожарский.

И тут же послышалась незнакомая тягучая музыка. Она долетела из-за портала. Глухой рокот барабанов подчеркивал хрипловатое звучание флейты.

Вслед за музыкой из арки портала появился посол Лачанги в сопровождении свиты. Посланник великого визиря сурово хмурил черные брови. Он был одет в халат, расшитый серебряными нитями. На груди посла светился большой медальон в форме восьмиконечной звезды.

Под мерные звуки музыки посол неторопливо приблизился к императору и низко поклонился.

– Мое имя Джарит-ус-Сариф, – звучным голосом произнес он. – Я посланник великого визиря Лачанги. Счастлив приветствовать Ваше Величество!

С этими словами посол протянул императору свернутые в трубку верительные грамоты.

– Приветствую вас на земле Империи, глубокоуважаемый господин Джарид-ус-Сариф! – невозмутимо кивнул император, принимая бумаги. – Мы рады принимать у себя посла великого визиря Лачанги.

Я заметил, что Ярослав Игоревич вытянул шею, внимательно прислушиваясь к словам посла. Ну, конечно, ему ведь тоже предстоит представляться великому визирю. И дядя очень не хотел ударить в грязь лицом.

– Что скажете, господин Фискалов? – не удержался Игорь Владимирович. – Портал-то работает!

Фискалов нервно дернул головой, но благоразумно промолчал. А церемония тем временем продолжалась. Посол снял с шеи свой медальон и протянул его императору.

– Это магический ключ от Лачанги, Ваше Величество, – объяснил он. – Войти в город можно только с его разрешения. Пусть каждый из тех, кого вы хотите отправить в Лачангу, дотронется до медальона. Если медальон засияет магическим светом, значит, Лачанга готова принять гостя.

– Я чту традиции вашего мира, – понимающе кивнул император. – Уважаемый Джарит-ус-Сариф, может быть, вы сами покажете нам, как работает медальон?

Подозвав церемониймейстера, император отдал несколько коротких указаний. Повинуясь им, имперская делегация выстроилась во дворе крепости.

Посол Лачанги и император вместе подошли к ним.

Джарит-ус-Сариф протянул медальон военному атташе в генеральском мундире. Генерал недоверчиво дотронулся до медальона, и восьмиконечная звезда ярко вспыхнула.

Затем ту же самую церемонию проделал Черницын и радостно улыбнулся. Лачанга благосклонно допустила к себе любопытного репортера.

Настала очередь торгового представителя. Этот невыразительный человек средних лет был мне смутно знаком. Мы с ним виделись на каком-то приеме. Кажется, он принадлежал к роду Шуваловых.

– Должность торгового представителя пришлось уступить, – прошептал мне Игорь Владимирович. – Император не захотел обижать другие влиятельные семейства.

– Политика, – понимающе кивнул я, – но ничего, вы можете быть довольны. Полномочный имперский посол граф Воронцов. Звучит! Даже дядя это понимает.

Пока мы с дедом перешептывались, посол Лачанги подошел к Ярославу Игоревичу и протянул ему медальон. Дядя нехотя дотронулся до артефакта, но медальон никак не отреагировал на его прикосновение. Он остался темным.

– Что за чертовщина? – нахмурился Игорь Владимирович. – Только этого нам не хватало.

Дядя беспомощно оглянулся. Наткнулся взглядом на меня, и в его глазах сверкнула злоба. Видимо, он решил, что я как-то причастен к этому происшествию.

Затем Ярослав Игоревич нетерпеливо хлопнул ладонью по медальону, который все еще протягивал ему посол.

И тут мы облегченно выдохнули. Медальон все-таки вспыхнул магическим светом.

– Слава магии, – промотал Игорь Владимирович. – Мы только что чудом избежали катастрофы.

Получив подтверждение медальона, дядя горделиво приосадился. Прежняя уверенность моментально вернулась к нему.

Я подумал, что на этом церемония закончена, но ошибся. Посол Лачанги направился прямиком к нам. Остановился на расстоянии вытянутой руки и вежливо поклонился мне.

– Великий визирь просил меня засвидетельствовать вам мое почтение, господин Воронцов, – нараспев сказал он. – Великий визирь просил передать, что вам не нужен ключ. Вы всегда будете желанным гостем в Лачанге.

– Благодарю вас, господин Джарид-ус-Сариф, – улыбнулся я.

Посол снова поклонился, и тут медальон коротко вспыхнул, словно привлекая наше внимание.

Еще одна вспышка, и вот восьмиконечная звезда засияла устойчивым ярким светом.

– Лачанга желает видеть у себя в гостях этого господина, – удивленно произнес посол, указывая на Фискалова.

Чиновник Имперского казначейства растерянно завертел головой.

А я весело улыбнулся.

Вот она, встреча со Стражем Магии! Такое ни для кого не проходит бесследно.

Тем временем посол Лачанги церемонно обратился к императору:

– Ваше Величество, Лачанга будет счастлива, если вы вы включите этого господина в состав посольства.

– Разумеется, – мгновенно сориентировался император. – Господин Фискалов, прошу вас, подойдите ко мне.

Фискалов так растерялся, что застыл на месте. Мне пришлось его подтолкнуть.

– Вы согласны отправиться в Лачангу в составе посольства? – спросил император.

Фискалов раскрыл рот, но не смог выдавить из себя ни звука.

– Я назначаю вас финансовым советником посла, – продолжал император. – Какой у вас чин?

– Надворный советник, – нерешительно ответил Фискалов.

– Не годится, – поморщился император. – Именным указом я с сегодняшнего дня присваиваю вам чин действительного статского советника.

Императорская свита завистливо перешептывалась. Игорь Владимирович с весёлой усмешкой повернулся ко мне.

– Повезло, господину чиновнику. Сразу через три ступени прыгнул. Учись, Саша! Вот так и делается карьера.

– Учту на будущее, – улыбнулся я.

На глазах изумлённого Фискалова блестели слёзы. Я чувствовал, что он потрясён.

Ещё бы! Столько лет не верить в магию, а потом убедиться, что она всё-таки существует.

Да уж, магия любит и умеет подшутить.

– Поздравляю вас, господин действительный статский советник, – сказал император, пожимая Фискалову руку.

Чиновник растерянно оглянулся, нашел меня взглядом и вдруг хрипло выкрикнул:

– Спасибо, господин Тайновидец! Спасибо!

***

Церемония обмена посольствами затянулась до позднего вечера. Гроза над Столицей давно утихла, низкие тучи снова мирно плыли с севера на юг.

Но воронка из клубящихся облаков так и не выходила у меня из головы.

Что это было? Причуда ветра?

Или так проявила себя таинственная Тень магического портала?


## Глава 3

Настройка портала в Лачангу заняла целую неделю.

За это время я трижды побывал на приеме у великого визиря, гостил у моего друга Амираля и домой добирался только к ночи.

Но вот неделя прошла. Однажды утром я проснулся и с удивлением понял, что мне никуда не нужно спешить.

Я радостно улыбнулся и откинул одеяло. Шлепая босыми ногами по холодному полу, выглянул в окно и увидел чудо.

За оградой моего особняка желтел осенний Каменноостровский парк. Бронзовые колокольчики на ограде певуче вздрагивали от холодного ветра.

А в моём саду царило лето.

Вокруг дома зеленела сочная трава, а ветки старой вишни покрылись молодыми бутонами.

Это маленькое чудо устроили стихийные духи.

Несмотря на то, что духам открылся свободный доступ в Лачангу, большинство из них захотели остаться в родном мире. А несколько духов изъявили желание поселиться в моём саду.

Я настороженно отнесся к этой идее, но решил переговорить с домом. К моему удивлению, дом согласился принять магических духов. Тогда я тоже не стал возражать.

– Будете помогать по хозяйству, – сказал я духам, – хотя я с трудом представляю, какая от вас может быть польза.

И вот теперь я видел эту пользу своими глазами.

– Ну, надо же, персональное лето, – весело сказал я. – Что может быть лучше? Изумлённо покачал головой и отправился одеваться.

***

Прасковья Ивановна приготовила роскошный завтрак – напекла блинов с творогом и открыла банку клубничного варенья.

– Как вы тут жили без меня? – спросил я, делая первый глоток кофе.

– Скучали, – весело рассмеялась Лиза.

– Это понятно, – важно кивнул я, – но меня интересуют подробности.

– В мою бывшую комнату въехал новый жилец. Прасковья Ивановна на него не нарадуется.

Когда мы с Лизой познакомились, она снимала комнату в квартире Прасковьи Ивановны.

– Правда? – заинтересовался я. – И чем же этот жилец такой замечательный?

– Он профессор, – с гордостью сказала Прасковья Ивановна. – Такой воспитанный господин и при этом веселый и совсем не важничает.

– Профессор, – удивился я, – и где же он преподает?

– Этого я не знаю, – призналась Прасковья Ивановна. – Он не сказал, а я постеснялась спрашивать. Но заплатил за месяц вперед и сказал, что ему у меня нравится. Я так думаю, что он не из столицы, а приехал откуда-то издалека.

– Почему вы так решили? – удивился я.

– Потому что он каждое утро уходит гулять по городу и возвращается только вечером. И обязательно рассказывает о том, что видел. А у самого глаза так и сияют, как будто ему вся столичная жизнь в диковинку.

– Очень может быть, – согласился я. – Ну, главное, чтобы этот профессор вовремя платил.

– Какие у тебя сегодня планы? – спросила Лиза.

– Сразу после завтрака поеду в Магическую академию, – ответил я. – Чудеса чудесами, но нужно хоть изредка появляться на своем рабочем месте. Господин Чахлик периодически присылает мне зов и уверяет, что все в порядке. Но я хочу взглянуть своими глазами.

– Тогда тебе непременно нужно надеть новый мундир! – обрадовалась Лиза. – Его как раз вчера прислали от портного.

– Вовремя! – обрадовался я. – Наверняка, студенты и преподаватели давным-давно забыли, как я выгляжу. А в мундире они меня точно узнают.

Как ректору Императорской Магической академии, мне полагался темно-синий мундир с серебряным шитьем. И две недели назад я как раз выбрал время, чтобы заказать его у лучшего столичного портного.

Надев мундир, я придирчиво взглянул на себя в зеркало.

А неплохо!

В строгом форменном костюме я выглядел немного старше своих лет и куда строже, чем был на самом деле.

Именно то, что нужно для большого начальника.

***

Попрощавшись с Лизой, я вышел из дома, и над моей головой сразу же закружились магические духи.

Кажется, они собрались сопровождать меня, а я и не возражал – при условии, что они не перепугают извозчика.

Извозчик уже дождался возле ворот, я вызвал его заранее.

Разместившись на удобном заднем сиденье, я на всякий случай пододвинулся. Вдруг духи тоже захотят прокатиться?

Но бесплотные магические существа предпочли добираться до Академии самостоятельно. Для них это было совсем не сложно. Стихийные духи не хуже меня умели путешествовать через магические пространства.

– Куда едем, ваше высокоблагородие? – почтительно спросил извозчик, впечатленный моим мундиром.

Я назвал адрес и с удовольствием откинулся на мягкую спинку сиденья.

Мобиль медленно перебрался через Шепчущий мост и свернул на набережную. Я рассеянно любовался осенним городом.

С молодых лип вдоль набережной почти облетела листва. Вода в Неве угрожающе потемнела и приобрела серо-стальной оттенок, а великолепные фасады дворцов покрылись сырыми потеками.

Последняя неделя выдалась дождливой. Я не без оснований предполагал, что к этому приложили руку столичные маги погоды. Вот-вот должно было наступить теплое бабье лето, и маги погоды давали горожанам возможность хорошенько соскучиться по сухой погоде.

Затем мы проехали мимо Императорского дворца, и это заставило меня улыбнуться. В нашу последнюю встречу император объявил мне, что скоро пришлет официальное приглашение во дворец. Я честно сделал вид, что удивлен и обрадован, хотя еще за два дня до этого Игорь Владимирович намекнул, что за успешное открытие портала в Лачангу меня ждет повышение в чине.

– Станешь статским советником, Саша, – улыбнулся дед. – Я в твои годы мог о таком только мечтать.

– Ну, вам-то не к лицу жаловаться, – рассмеялся я. – Вы уже давно тайный советник.

– Бери выше, – подмигнул дед. – Действительный тайный советник Его Величества.

– Ого! – изумился я. – Получается, выше вас по званию только государственный канцлер? А почему я об этом ничего не знал?

– Какая разница? – пожал плечами Игорь Владимирович. – Для меня все эти чины давно-давно не имеют значения. Кроме того, о таких вещах лучше помалкивать, чтобы не вызывать излишнюю зависть.

– Пожалуй, вы правы, – подумав, согласился я. – Попрошу Его Величество не устраивать торжественную церемонию в честь моего повышения.

Голос извозчика выдернул меня из размышлений.

– Приехали, ваше высокоблагородие.

– Благодарю вас, – кивнул я, расплатился и вылез из мобиля.

За черными решетками ограды желтел парк магической академии, а над верхушками деревьев возвышалось угрюмое серое здание, похожее на средневековый замок.

Подходя к воротам, я с удивлением услышал во дворе академии громкие голоса. Они о чем-то спорили, перебивая друг друга.

Странно. Насколько я помнил расписание, у студентов сейчас вовсю должны были идти занятия. Но студенты почему-то толпились во дворе и вовсе не спешили в аудитории.

– А я вам говорю, что артефакторики сегодня не будет, – услышал я голос Михаила Долгорукова. – Вы как хотите, а я уезжаю домой. И вам советую сделать то же самое.

Он направился к своему мобилю, но тут увидел меня и остановился.

– Добрый день, господа, – поздоровался я, подходя к студентам. – Что происходит?

– Занятия отменяются, – злорадно сообщил мне Долгоруков.

– По какой причине? – спокойно уточнил я.

Но он промолчал, насмешливо глядя на меня.

– Преподаватель артефакторики опаздывает уже на полчаса, – озабоченно развела руками Елена Разумовская. – Александр Васильевич, я думаю, с ним случилось то же самое, что и с остальными.

– С какими остальными? – еще больше изумился я. – Елена Николаевна, будьте добры, объясните толком, что происходит в академии?

– Конечно, Александр Васильевич, – торопливо кивнула Разумовская и принялась рассказывать.

Выслушав ее, я озадаченно потер лоб. Оказывается, в Императорской Магической академии за время моего отсутствия творилось что-то странное. Один за другим на работу не вышли преподаватель стихийной магии и профессор рунологии.

Никаких объяснений от руководства учебного заведения не последовало. Лекции пропавших преподавателей временно заменили другими предметами. А сегодня не пришел на службу и преподаватель артефакторики.

– Никто не хочет здесь работать, – злорадно усмехнулся Михаил Долгоруков. – Скоро все разбегутся, вот и увидите. И от Императорской Академии останется только памятник.

– Уверен, до этого не дойдет, – машинально возразил я.

Сейчас мне было не до нападок Долгорукова. Я неожиданно столкнулся с серьезной проблемой.

Чего я не мог понять, так это почему Валериан Андреевич Чахлик мне ничего не сказал. Посылая мне зов, он всякий раз уверял меня, что в Академии все в порядке.

Но спрашивать об этом студентов я, конечно, не стал. Выясню все у самого Чахлика.

– Ну что, разъезжаемся по домам, господин ректор? – не унимался Долгоруков. – Занятий-то, похоже, не будет.

Настойчивость молодого княжича заставила меня повнимательнее присмотреться к нему.

А что он здесь делает, собственно говоря?

После того, как Никита Михайлович с моей помощью арестовал главу рода Долгоруковых, я был уверен, что княжич покинет Императорскую академию. Но он остался, и это меня сильно удивило.

Делая вид, что, раздумываю над сложившейся ситуацией, я незаметно присмотрелся к Долгорукову. И перехватил взгляд, который он бросил на Елену Разумовскую.

Это многое проясняло. Я уже знал, что свадьба Разумовской и Долгорукова окончательно расстроилась. Но княжич, похоже, все еще не терял надежды.

– Так что, по домам? – никак не мог успокоиться Долгоруков. – Елена Николаевна, прошу вас в мой мобиль! С удовольствием подвезу вас до дома.

– Обойдусь, – фыркнула Разумовская.

– Занятие состоится, – твердо сказал я. – При необходимости я проведу его сам. Прошу всех спокойно подождать.

Первым делом я послал зов Чахлику.

– Валериан Андреевич, вы сейчас в академии?

– В академии, Александр Васильевич, – наигранно бодрым тоном ответил Чахлик.

– Я тоже здесь, – сообщил я ему. – И только что узнал удивительную новость. За две недели у нас пропали три преподавателя. Вы в курсе?

– Конечно, – мгновенно перестав притворяться, ответил Чахлик. – Простите, что не сообщил вам об этом раньше, Александр Васильевич. Вы были так заняты магическим порталом, и я посчитал, что должен справиться с этой проблемой самостоятельно.

– И как успехи? – поинтересовался я.

– Так себе, – честно признался Чаклик. – Прямо сейчас сижу в вашем кабинете и в сотый раз перекраиваю расписание. Мы с Анной Владимировной взяли на себя двойную нагрузку. Но нельзя же учить студентов только магии природы и магической истории. Кто-то должен преподавать и другие предметы.

– Через несколько минут я к вам загляну, – пообещал я. – А пока попробую кое-что придумать.

По счастью, у меня не было недостатка в знакомых артефакторах. И я очень надеялся, что один из них согласится меня выручить. Секунду подумав, я послал зов Владимиру Кирилловичу Гораздову.

– Слушаю вас, Александр Васильевич, – сразу же откликнулся артефактор.

– Добрый день, Владимир Кириллович, – поздоровался я. – У меня к вам неожиданная просьба. Не могли бы вы провести занятия для студентов Императорской Магической академии?

– На какую тему? – помолчав удивленно, спросил Гораздов.

– Расскажите им о практической стороне вашей работы, – предложил я. – Думаю, им будет интересно, как на практике создаются магические артефакты.

– Ну, хорошо, – согласился Владимир Кириллович. – Если это важно, я попробую подготовить лекцию. Думаю, дня за три-четыре управлюсь.

– К сожалению, этого времени у нас нет, – вздохнул я. – Мне очень нужно, чтобы вы приехали в академию немедленно и провели занятия прямо сейчас. У меня куда-то пропал преподаватель, и студенты слоняются без дела. А вы же знаете – мало какое стихийное бедствие сравнится со студентами, которым нечем заняться.

– Но я никогда не преподавал, – растерялся Гораздов.

– Вы не поверите, но я тоже, – с улыбкой ответил я. – Не нужно ничего выдумывать. Просто покажите им, как создается простенький артефакт, и дайте самим попробовать. Я уверен, что у вас все получится.

– Хорошо, – наконец согласился Гораздов. – Я выезжаю.

Мастерская, которой руководил Гораздов, располагалась совсем недалеко. Я очень надеялся на то, что Владимир Кириллович быстро доберется до Академии.

– Проблема решена, господа, – объявил я студентам. – С минуты на минуту здесь появится новый преподаватель артефакторики, и я с удовольствием передам вас в его опытные руки. Это замечательный практик. Уверен, вам будут интересны секреты его мастерства. А пока расскажите мне: что случилось с вашими преподавателями?

Я спрашивал не из праздного любопытства.

Большинство студентов принадлежали к влиятельным аристократическим семьям. Слухи о внезапном исчезновении преподавателей академии наверняка расползлись по столице. Их вовсю обсуждали в светских салонах, и я надеялся узнать что-нибудь важное.

– Я не знаю, куда они подевались, – сказала Разумовская. – Слышала только, что они не отвечают на зов. Но полиция нас ни о чем не спрашивала. Значит, с ними все в порядке.

Данила Изгоев молча пожал плечами. Молодой маг крови оставался таким же сумрачным и немногословным, как и всегда. Но я был уверен, что это скорее привычка, а не свойство его характера.

Зато княжич Долгоруков и на этот раз не промолчал.

– А я думаю, они просто не хотят работать с вами, господин ректор, – широко улыбнулся он, – уж простите за прямоту.

И Долгоруков отвесил мне дурашливый поклон.

– Вы бы и нового преподавателя поберегли, а то вдруг и он куда-нибудь исчезнет.

– Надеюсь, этого не случится, – спокойно ответил я. – Мне сейчас интересно другое, Михаил Александрович. Судя по вашему поведению, вы не горите желанием учиться в Императорской Академии?

– С чего это вы взяли? – приосанился Долгоруков.

– Прямо перед моим появлением вы собирались уехать, – равнодушно бросил я. – И теперь изо всех сил стараетесь, чтобы занятия не состоялись. Может быть, вам и в самом деле отправиться домой? Уверен, ваш отец может подыскать вам подходящее место для учебы.

Я намеренно провоцировал Долгорукова, а сам внимательно наблюдал за его эмоциями. И это подсказало мне, что княжич знает об исчезновении преподавателей больше, чем говорит.

– Благодарю вас за заботу, господин ректор, – ответил Долгоруков. – Но я, пожалуй, останусь. Любопытно посмотреть, что станет с Императорской академией дальше. Я ведь пока не отчислен?

– Пока нет, – кивнул я, сделав упор до слова «пока».

В эту секунду у ворот Академии остановился мобиль, а из него вылез Владимир Кириллович Гораздов. Я махнул ему рукой, и Гораздов подошел к нам.

– Вот и ваш новый преподаватель, – объявил я. – Он проведет сегодняшнее занятие. Елена Николаевна, будьте добры, покажите Владимиру Кирилловичу, где находятся мастерские.

Студенты неохотно направились в холл академии, а я попросил Михаила Долгорукова задержаться.

– Я ничего не имею лично против вас, Михаил Александрович, – сказал я. – Вы не в ответе за преступления вашего деда. Поэтому предлагаю вам вести себя благоразумно и продолжать учиться. Если я пойму, что вы провоцируете конфликты, мне придется принять меры.

– Я, пожалуй, пока продолжу учиться, господин ректор, – оскалился Долгоруков. – Не думаю, что это продлится слишком долго.

– Вы что-то знаете об исчезновении преподавателей? – прямо спросил я.

– Какая разница, что я знаю? – ушел от ответа Долгоруков. – Вам надо, вы и выясняйте.

– Хорошо, – кивнул я. – Можете отправляться на занятия.

Следом за студентами я вошел в просторный холл академии и по широкой деревянной лестнице поднялся на второй этаж. Там находился кабинет ректора.

Мои шаги гулко звучали в тишине коридора. А с каменных стен сурово косились портреты ученых мужей, которые когда-то преподавали в этих стенах.

Магические духи весело летели вслед за мной, я ощущал их присутствие. И внезапно подумал – есть ли среди этих картин портрет ректора Разумовского?

Надо будет как-нибудь выяснить, если найду свободную минуту.

С этой мыслью я потянул на себя тяжелую дубовую дверь и вошел в приемную.

– Валериан Андреевич занят и просил не беспокоить, – бросилась ко мне секретарша.

Но тут же узнала меня и растерянно покраснела.

– Александр Васильевич!

– Прошу меня простить, но я не помню вашего имени, – улыбнулся я.

– Машенька, – еще сильнее покраснела секретарша. – Сергеевна…

– Очень приятно, Мария Сергеевна, – рассмеялся я. – Как видите, я вернулся и готов приступить к своим непосредственным обязанностям. Будьте добры, сделайте мне кофе. А Валериану Андреевичу… не знаю, что он любит.

– Валериан Андреевич пьет травяной чай, – сообщила мне секретарша. – Говорит, что это его успокаивает.

– Вот и прекрасно, – кивнул я. – Значит, заварите ему чай.

***

В кабинете ректора ничего не изменилось. Разве что починили дверь, которую когда-то выломала ожившая статуя туннеллонца. Резные дубовые панели, которыми были покрыты стены, делали помещение мрачным. Пожалуй, придется все-таки сменить обстановку, если я надумаю задержаться на должности ректора.

Валериан Андреевич Чахлик сидел за столом, с головой закопавшись в бумагах.

– Выглядите усталым, – сочувственно улыбнулся я.

– И не только выгляжу, – кивнул Валериан Андреевич. – Третий сутки без сна. Скажу вам честно, только магия смерти помогает мне оставаться в живых.

– Забавно, – рассмеялся я.

– А вы не знали? – устало усмехнулся Чахлик. – Маги смерти очень живучие существа.

– Сейчас я отпущу вас отдыхать, – успокоил я Чахлика. – Но сначала объясните толком: что происходит с преподавателями Академии? Вы говорили с ними?

– Говорил, – кивнул Чахлик. – Преподаватель стихийной магии сам прислал мне зов и сказал, что нашел себе другое место. А профессор рунологии даже не соизволил ответить.

Пришлось ехать к нему домой. Он жив-здоров, но преподавать в Академии больше не собирается.

– Почему? – удивился я.

– Этого он мне не сказал, – пожал плечами Валериан Андреевич. – Хотя я и настаивал.

– И что вы обо всем этом думаете? – поинтересовался я.

– Мне кажется, кто-то хочет сорвать работу Магической Академии, – ответил Чахлик.


## Глава 4

– Значит, вы считаете, что преподавателей кто-то заставил уволиться? – уточнил я.

Валериан Андреевич пожал плечами:

– Это первое, что приходит в голову. Заставили или настоятельно попросили. Возможно, их даже и уговаривать не пришлось.

Я с интересом взглянул на Чахлика.

– Почему вы так думаете?

– Люди не любят перемен, – усмехнулся Валериан Андреевич. – И всегда опасаются нового. А вы так неожиданно стали ректором. Вы хотя бы представляете, какие слухи ходят о вас по столице?

– Только приблизительно, – признался я. – Никогда не интересовался сплетнями. Скажите, Валериан Андреевич, а вам никто не предлагал уволиться из академии?

– Нет, – твердо ответил Чахлик, – ко мне никто не обращался. Честно говоря, я и с коллегами-то не успел как следует познакомиться. Сразу столько дел навалилось. Общались исключительно по работе. А потом начались эти увольнения.

Валериан Андреевич посмотрел на меня покрасневшими от недосыпа глазами.

– Анну Владимировну тоже никто не уговаривал уволиться. Я спрашивал у неё.

Он угадал вопрос, который вертелся у меня на языке. Для магического существа в этом не было ничего удивительного.

– Хорошо, – кивнул я, – это упрощает дело. Ну, а каковы ваши ощущения от работы преподавателя? Сильно устали?

– По правде говоря, я устал только от того, что мне приходилось замещать вас, – улыбнулся Чахлик, – а учить студентов мне нравится. Очень необычный опыт. Ребята в основном любопытные, и живо интересуются магией, если не считать некоторых. Но дело даже не в этом.

Чахлик запнулся, подбирая слова.

– Они такие молодые. Жизнерадостные. Приятно проводить с ними время. Я как будто сам становлюсь моложе.

– Отлично вас понимаю, Валериан Андреевич, – кивнул я.

Магу смерти, который сидел передо мной, было не меньше четырех сотен лет. И я хорошо это знал. Впрочем, для магических существ время течёт по-особенному. Наверняка это от того, что они с годами не теряют любопытства.

– Валериан Андреевич, сейчас я хочу, чтобы вы всё взвесили и ответили откровенно, – спросил я. – Хотите и дальше преподавать в академии? Или неожиданные трудности изменили ваше мнение?

– Конечно, хочу, – без колебаний ответил Чахлик. – Какие же это трудности, Александр Васильевич? Из таких трудностей и состоит жизнь, к ним нельзя относиться серьезно. Вот что я вам скажу: в ближайшую сотню лет вы можете твердо на меня рассчитывать. А там посмотрим.

– Замечательно!

Я рассмеялся, не скрывая своего облегчения. В большом деле трудно обойтись без надежных союзников.

В дверь робко постучали, и на пороге показалась секретарша с подносом.

– Ваш кофе, господин ректор.

– Спасибо, – улыбнулся я, забирая чашку.

Кофе оказался горячим, но неожиданно горьким. Робуста, конечно. Самый невкусный сорт, такое ни с чем не спутаешь. К тому же в кофе не оказалось ни капли молока.

Но я не стал ничего говорить, только благодарно улыбнулся Марии Сергеевне и сделал еще глоток.

– Валериан Андреевич, ваш травяной чай.

Секретарша поставила на стол перед Чахликом большую чашку. Отвар в чашке был светло-соломенного цвета и пах мокрой травой.

– Я, пожалуй, воздержусь, – покачал головой Чахлик. – После этого чая меня сразу потянет в сон, а нам с вами еще работать.

– Пейте смело, – улыбнулся я. – Еще пять минут, и я отпущу вас отдыхать до завтра.

– Ну, если так… – с облегчением вздохнул Валериан Андреевич.

Не договорив, он обеими руками вцепился в кружку и сделал большой глоток.

– Позвольте спросить, Александр Васильевич, вы надеетесь вернуть ушедших преподавателей?

– Пока не знаю, – честно ответил я, – мне нужно подумать и посмотреть их личные дела.

– Они вот здесь, в верхнем ящике стола.

Валериан Андреевич хлопнул ладонью по столешнице.

– Я и сам собирался их посмотреть, но не успел.

Он в три глотка допил чай и вопросительно посмотрел на меня.

– Отправляйтесь домой, отдохните хорошенько, – кивнул я. – Спасибо за то, что подменили меня.

– Не могу поверить, что уже через минуту я буду лежать в своей постели, – мечтательно протянул Валериан Андреевич.

– Леший так быстро отведет вас в Сосновский лес? – удивился я.

– Да зачем мне Леший? – отмахнулся Чахлик. – Я и сам кое-что умею. Уж дорогу домой найду.

Отойдя к окну, он взмахнул левой рукой, и в воздухе открылся портал. Он напоминал большую дыру с рваными краями.

Сразу за порталом знакомо зеленел Сосновский лес.

– Вам даже дверь не нужна? – изумился я.

– К сожалению, я могу перемещаться только по нашему миру, – поворчал Чахлик, пролезая в дыру. – Порталы в другие миры я открывать не умею. Так что в этом плане вы посильнее меня, Александр Васильевич.

– Хороших снов, – рассмеялся я.

– Благодарю вас, – кивнул Чахлик.

Дыра тут же захлопнулась с лёгким треском, и Валериан Андреевич исчез.

Не сдержав любопытства, я подошел к тому месту, где секунду назад был портал. Провел в воздухе рукой, но ничего особенного не почувствовал.

Только ощутил слабый запах озона. Такой запах бывает после грозы.

Интересно, неужели у магических порталов электрическая природа?

Надо будет уточнить это в Незримой библиотеке. Но не сейчас, сейчас есть дела поважнее.

Захватив пустую чашку, я вышел в приемную. Секретарша подняла голову.

– Сварить вам еще кофе, Александр Васильевич?

– Не сейчас, – улыбнулся я, присаживаясь на стул для посетителей. – Мария Сергеевна, вы что-то знаете об увольнении преподавателей?

– Я слышала кое-что.

Мария Сергеевна покраснела и опустила глаза.

– Можете говорить смело, – подбодрил я ее. – Это очень важно.

– Ну… Я слышала разговоры. Не все были довольны тем, что вас так неожиданно назначили ректором. Понимаете, они привыкли работать с господином Собакиным. У господина Собакина все было строго. Учебная программа, занятия по расписанию, соответствие темам.

– А я начал сразу вводить новшества, – рассмеялся я.

– Ну да, – не поднимая взгляд, кивнула секретарша.

– А вы давно здесь работаете? – поинтересовался я, прислушиваясь к ее эмоциям.

– Два года. Я окончила Смольный институт, и Вениамин Сергеевич принял меня на работу.

Мне показалось, что девушка чего-то опасается. Но это опасение не было связано с моими вопросами.

– А вы не собираетесь уволиться вслед за преподавателями? – прямо спросил я.

Мария Сергеевна вскинула голову. Голос ее задрожал.

– А вы считаете, мне нужно уволиться? Я, наверное, не очень подхожу вам.

Вот в чем дело: девушка опасалась, что новый ректор захочет нанять для себя новую секретаршу, а ей придется искать работу.

– Нет, я как раз хотел попросить вас не увольняться, – улыбнулся я. – Мне нужна помощь опытного секретаря.

– Конечно, я останусь, – радостно согласилась Мария Сергеевна. – Это так интересно. Я имею в виду новые методы и все вот это. Нас в Смольном институте так не учили.

– Я очень рад, что вам нравится, – рассмеялся я. – И прямо сейчас у меня будет для вас очень важное поручение.

С этими словами я выложил на стол несколько монет.

– Скажите, у нас в приемной есть холодильный шкаф?

– Есть, – кивнула секретарша.

Ее глаза стали круглыми от любопытства.

– Замечательно, – усмехнулся я. – Сходите, пожалуйста, в лавку и купите хороший кофе и побольше молока. А когда вернётесь, проследите, чтобы меня никто не беспокоил. Мне нужно хорошенько подумать.

– А Валериан Андреевич? – с любопытством спросила секретарша. – Он тоже будет думать вместе с вами?

– Валериан Андреевич отправился отдыхать, – ответил я.

– Но он не проходил мимо меня, – растерялась Мария Сергеевна.

И тут же просияла:

– А, я поняла! Он опять ушел через портал. Я уже видела, как он это делает. Он однажды забыл закрыть дверь, и мне все было видно.

– Вы угадали, – рассмеялся я. – Валериан Андреевич ушел через магический портал.

– Вы, наверное, тоже так умеете? – предположила секретарша. – Можно вас попросить, Александр Васильевич? Если соберетесь уходить, предупредите меня. Тогда я буду знать, что могу запереть кабинет.

– Непременно, – кивнул я, – а сейчас отправляйтесь в лавку. Когда вернетесь, сварите мне, пожалуйста, еще кофе. И не забудьте добавить в него молока.

***

Затем я вернулся в кабинет, сел за стол и откинулся на спинку кресла.

Стихийные духи беспокойно кружили по комнате. Я отчетливо ощущал их присутствие.

Странно, что остальные их не замечали. Даже Валериан Андреевич не обратил на духов никакого внимания.

Хотя, может быть, он просто слишком устал?

В любом случае сейчас присутствие духов было мне на руку. Мне нравится рассуждать вслух, когда я думаю. А рассуждать в присутствии собеседников куда приятнее, чем самому с собой.

– И что вы обо всем этом думаете? – спросил я, обращаясь к духам. – Трое преподавателей уволились почти одновременно по странному совпадению? Или кто-то опять принялся строить козни?

Конечно, духи не могли ответить мне словами. Но я чувствовал малейшие перемены в их настроении, а это куда лучше любых слов.

Сейчас в духах ощущалась решительность, готовность действовать, и я довольно кивнул.

– Вот и я думаю, что все это неспроста. Беспокоиться ни к чему, все равно рано или поздно выяснится, кто стоит за этими увольнениями. Сейчас важно ответить на другой вопрос. Что делать? Кто будет учить студентов?

Духи снова промолчали, как будто предоставляли мне полную свободу действий.

Я усмехнулся.

– Понятно, что решением этого вопроса займусь я. Ведь я же ректор. Думаю, для начала нужно взглянуть на личные дела этих беглецов.

Я достал из стола картонные папки, разложил их перед собой и погрузился в чтение.

Ничего интересного я не обнаружил, кроме скудных биографических данных, изложенных сухим казенным языком.

Кое-что совпадало.

Каждый из преподавателей проработал в Академии не меньше десяти лет, а профессор рунологии – почти двадцать.

На всякий случай я записал их домашние адреса, хотя не был уверен, что они мне пригодятся.

– Честно говоря, у меня нет никакого желания уговаривать их вернуться, – честно объяснил я духам. – Разве что заглянуть из любопытства, послушать, что они скажут о причинах своего ухода.

За закрытой дверью кабинета послышались быстрые легкие шаги, затем мягко хлопнула дверца холодильного шкафа. Я услышал, как льется вода из графина, и почти сразу джезва звякнула о металлическую жаровню.

Понятно.

Мария Сергеевна вернулась и сразу же принялась варить для меня кофе.

Через минуту она деликатно постучала в дверь.

– Войдите, – отозвался я.

– Ваш кофе, Александр Васильевич.

– Ну вот, совсем другое дело, – одобрительно кивнул я, пробуя напиток.

Теперь, кроме горечи, в нем чувствовалась отчетливая кислинка, присущая лучшим сортам кофе, а молоко добавляло легкую сладость.

Вот это настоящее наслаждение. С таким кофе и думается лучше.

– Благодарю вас, Мария Сергеевна.

– Спасибо, – снова покраснела секретарша и быстро скрылась за дверью.

– Значит, возвращать беглецов мы не станем, – продолжил я вслух, обращаясь к духам. – Разве что кто-то из них сам захочет вернуться. А мы с вами постараемся придумать другой выход.

Мои рассуждения прервал зов артефактора Гораздова.

– Александр Васильевич, мы закончили занятие, – сообщил он.

– Ну и какие у вас впечатления? – поинтересовался я.

– Это интересно, – осторожно ответил Гораздов. – Необычно, но интересно. Правда, молодые люди почти ничего не знают об артефакторике, все их знания исключительно из учебников. Мне пришлось объяснять им самые простые вещи. Но знаете, мне даже понравилось.

– Это очень хорошо, – улыбнулся я, – потому что я собираюсь предложить вам проводить такие уроки на регулярной основе. Что скажете?

– А что скажет Игорь Владимирович? – возразил Гораздов. – Я ведь сейчас работаю на вашего деда.

– Если дело только в этом, то с Игорем Владимировичем я договорюсь, – пообещал я. – А у вас появится уникальная возможность поделиться своим богатым опытом. Кто знает, возможно, из этих студентов в будущем получатся хорошие подмастерья. Если вы согласитесь, то официально станете преподавателем Императорской Магической академии. Будете получать жалование.

– Вообще-то я не против, – откровенно ответил Гораздов. – Любопытно будет попробовать.

– Вот и договорились, – обрадовался я. – Еще раз благодарю вас за помощь, Владимир Кириллович. Я попрошу секретаршу подготовить все документы.

Пока я говорил с артефактором, в моей голове промелькнула смутная идея, но я не стал торопливо хвататься за нее.

Пусть отлежится, оформится. А там и посмотрим.

– А что делать со студентами? – напомнил Гораздов.

– Скажите им, чтобы подождали меня во дворе Академии. Я сейчас выйду.

– Мария Сергеевна, на сегодня работа окончена, – сказал я секретарше, выходя из кабинета. – Вы можете отправляться домой.

– Благодарю вас, – обрадовалась девушка.

– А завтра с утра подготовьте документы на Владимира Кирилловича Гораздова. Он будет новым преподавателем артефакторики.

– Ничего себе, – восхитилась секретарша. – Вы нашли преподавателя, не выходя из кабинета.

– Чрезвычайные времена требуют чрезвычайных мер, – улыбнулся я и бегом спустился в холл Академии.

Студенты ждали меня во дворе.

– Надеюсь, вы поладили с Владимиром Кирилловичем, – сказал я. – Это в ваших же интересах, потому что с сегодняшнего дня преподавать артефакторику будет он. И я полностью доверяю его опыту.

– Он же просто мастер, – возмутился Долгоруков, – рабочий. Он даже никогда не преподавал. Это сразу видно.

– Вот именно мастер, – кивнул я. – Владимир Кириллович передаст вам практические навыки, а они намного ценнее скучных теоретических знаний. По всем остальным предметам мы тоже будем делать упор на практику. Если кому-то это не нравится, прошу за ворота. В столице хватает учебных заведений. Завтра извольте не опаздывать, занятия начнутся вовремя. Расписание вам сообщат утром. А сейчас все свободны. Вопросы?

Вопросов не было – студентов ошеломил мой напор.

Долгоруков опомнился первым – негодующе фыркнув, он направился к своему спортивному синему мобилю. Резко вдавил педаль газа и, взревев мотором, выкатился за ворота.

Остальные студенты тоже разъезжались.

Рядом со мной остались только Изгоев и Разумовская. Они молча смотрели на меня, не решаясь заговорить.

– У вас какие-то вопросы? – поинтересовался я.

– Нет, – покачала головой Разумовская, – мы только хотели сказать… Мы рады, что вы вернулись, Александр Васильевич. И рады, что занятия продолжаются.

– А у вас были сомнения? – усмехнулся я.

– Нет, – коротко ответил Изгоев.

– Александр Васильевич, если мы чем-нибудь можем вам помочь, мы готовы, – сказала Разумовская.

– Спасибо, – улыбнулся я, – это очень важно. Данила, как твои занятия с Леонидом Францевичем?

По моей просьбе эксперт Тайной службы взял молодого мага крови под свое крыло. Он потихоньку обучал Изгоева некромантии, но не это было главным.

Общение с добродушным Леонидом Францевичем потихоньку меняло характер Изгоева в лучшую сторону. До него постепенно начала доходить, что некромант не обязан быть угрюмым и нелюдимым.

Он вполне может быть веселым и ценить хорошую кухню, как Леонид Францевич.

– Леонид Францевич иногда берет меня с собой, когда выезжает на расследование, – признался Изгоев. – Учиться у него очень интересно. Я и не подозревал, что некромант может приносить пользу Империи.

– Приносить пользу может кто угодно, – рассмеялся я. – Было бы желание.

– Я пойду, – кивнул Изгоев. – Сегодня Леонид Францевич обещал показать мне, как допрашивают призраков.

– Это очень ценный навык, – улыбнулся я. – До встречи завтра утром.

Изгоев отправился на встречу с Леонидом Францевичем пешком.

Я отметил, что юноша так и не обзавелся мобилем, хотя доходы его отца вполне это позволяли. Видимо, скромность вошла у Изгоева в привычку.

Разумовская тем временем заметила духов, которые летали неподалеку. Прямо сейчас она настороженно прислушивалась, будто пыталась расслышать их голоса.

– Эти духи везде сопровождают вас, Александр Васильевич? – удивилась она.

– Да, нам удалось подружиться, – улыбнулся я. – Они даже поселились у меня в доме.

– Я так испугалась, когда впервые заметила их, – призналась Разумовская. – А теперь вижу, что они совсем не страшные.

– Не преувеличивайте, – возразил я. – Вы испугались не духов, а того, что можете превратиться в одного из них. От такой перспективы кто угодно перепугался бы.

– Вы считаете, что преподаватели академии увольняются не случайно? – став серьезной, спросила Елена.

Я пожал плечами.

– Пока не знаю. Рано или поздно все выяснится.

– Я могу спросить у отца, – предложила Разумовская. – Вы же знаете, высший свет столицы очень тесен. Если это чья-то затея, то по городу наверняка уже поползли слухи.

– Спросите, – кивнул я. – Почему бы и нет? Только предупредите отца, что собираетесь пересказать его слова мне. Не стоит действовать исподтишка.

Щеки Разумовской тронул легкий румянец.

– Хорошо, – ответила она и, помолчав, добавила:

– Спасибо вам, Александр Васильевич. Вы ведь из вежливости не спрашиваете, что у нас с Севой?

– Это ваше личное дело, – улыбнулся я.

– Конечно, – кивнула Елена, – но я все-таки хочу сказать вам, что у нас все хорошо.

При этих словах она покраснела еще больше.

– Поезжайте, – посоветовал я. – Когда я учился в Императорском лицее, то всегда старался не задерживаться в его стенах дольше необходимого. Увидимся завтра.

Мобиль Разумовской полностью соответствовал ее сдержанному характеру.

Тёмно-серебристый, с элегантными обводами и солидным рокотом мотора.

Помахав мне рукой, Елена подъехала к воротам, но вовремя остановилась. Навстречу ей въехал чёрный хищный мобиль Никиты Михайловича Зотова.

Его можно было узнать с первого взгляда. Больше ни у кого в столице не было такой машины.

– А я к вам, Александр Васильевич, – окликнул меня Зотов, вылезая из мобиля. – Решил, что вы отсыпаетесь после открытия портала, и заехал к вам домой. А там мне сообщили, что вы здесь.

– Добрый день, Никита Михайлович, – улыбнулся я. – У вас что-то случилось? Нужна моя помощь?

– Нет, – жестко усмехнулся Зотов. – На этот раз помощь требуется вам, Александр Васильевич.

## Глава 5

– А это что такое? – насторожился Зотов. – Александр Васильевич, вы что, промышляете контрабандой стихийных духов?

На секунду мне показалось, что Зотов говорит всерьез, но он тут же весело улыбнулся.

– Это мои друзья, – объяснил я. – Они поселились у меня в доме.

– В вашем доме кто только не селится, – согласился Никита Михайлович. – Но зачем вы прогуливаетесь с ними по всему городу?

– Эти духи ни для кого не представляют опасности, – поморщился я.

– Это мы еще до конца не выяснили, – нахмурился Никита Михайлович. – Ну, да ладно. Я хотел поговорить с вами о другом.

– Вы упомянули о том, что мне понадобится помощь, – напомнил я. – Так что я слушаю вас очень внимательно.

– Натворили вы дел, открыв этот портал в Лачангу, – покачал головой Никита Михайлович. – Теперь вся столичная аристократия ополчилась против вас.

– Вообще-то это было решение Его Величества, – напомнил я.

– А кому сейчас есть до этого дело? – возразил Зотов. – Не станете же вы отрицать, что ваш род благополучно собрал все сливки? Вы считаетесь первооткрывателем портала, ваш дед его построил и, поверьте, заработал на этом немалые деньги. А ваш дядя теперь полномочный посол, есть чему завидовать. Вот, те, кто остался не у дел, как раз старательно вам и завидуют. Настолько старательно, что изо всех сил желают восстановить справедливость – так, как они это понимают.

– И как же они это понимают? – заинтересовался я.

– Например, посадить вас в лужу – это самое малое. Рассорить с императором или еще что-нибудь похуже.

– Ну, с этим я как-нибудь разберусь, – усмехнулся я.

– Надеюсь, – кивнул Зотов. – На ситуации, куда серьезнее, чем вам кажется, Александр Васильевич. Например, вас могут просто-напросто убить.

– Убить? – изумился я. – А вы не преувеличиваете?

– Нисколько, – совершенно серьезно ответил Зотов. – Совсем не сложно найти на Стеклянном рынке пару-тройку безработных головорезов. За несколько золотых монет они убьют кого угодно, и вы не исключение, поверьте. Не люблю говорить банальностями, но вы разворошили осиное гнездо, господин Тайновидец.

– Жизнь полна опасностей, – философски заметил я. – Что же тут поделаешь?

– Во-первых, не нужно этой бравады, – поморщился Зотов. – Я прекрасно знаю, что вы смелый человек, Александр Васильевич. Но сейчас вам стоит быть осторожным. Я не могу приставить к вам охрану, у меня слишком мало людей. К тому же, это вызовет ненужные разговоры. Но кое в чем я хотел бы убедиться лично.

– В чем же? – полюбопытствовал я.

– Например, в том, что вы сможете себя защитить в случае нападения.

– Как и все аристократы, я проходил военную подготовку, – напомнил я. – Занимался фехтованием.

– Все это ерунда, – жестко заявил Никита Михайлович. – Никакие фехтовальные умения не помогут вам в уличной драке. А приемам магического боя вы, конечно же, не обучены.

– Совсем немного, – признал я. – Вы же знаете, в учебных заведениях такое не преподают.

– И правильно делают, – кивнул Никита Михайлович. – Не хватало нам еще, чтобы молодые горячие головы швырялись огненными шарами на улицах столицы. Но вы достаточно благоразумны, поэтому я покажу вам пару приемов. На победу даже не рассчитывайте, но вы сможете ошеломить противников и оторваться от них, а потом позвать на помощь. Поверьте, это куда умнее, чем погибнуть в нелепой драке.

– Да, погибать не хочется, – согласился я.

– Вот и замечательно, – кивнул Никита Михайлович. – Найдется здесь у вас укромное местечко, где нам никто не помешает?

– Может быть, парк академии? – предложил я.

– Нет, не то, – поморщился Зотов. – Там могут попасться случайные прохожие.

– Тогда спортивный зал. Студенты уже разъехались по домам, и в зале пусто.

– То, что нужно, – кивнул Никита Михайлович.

Спортивный зал был важной частью любого учебного заведения для аристократов.

Физической подготовке уделялось самое пристальное внимание, так же как и урокам фехтования.

Зал Императорской Магической академии был прекрасно оснащен. Посреди просторного помещения с высокими окнами выделялась площадка для тренировочных поединков.

– Какой стихийной магией вы владеете лучше всего? – спросил Зотов.

– Магией воды, – сразу же ответил я.

Вода с детства была моей стихией. Дар Тайновидца прекрасно сочетался с этой способностью.

– Отлично, – кивнул Зотов. – Значит, с магией воды мы с вами и будем работать. Я воспользуюсь магией земли, но принцип один и тот же. Внимательно следите за моими движениями, Александр Васильевич.

Начальник Тайной службы медленно поднял левую руку и сложил пальцы, будто для щелчка. Затем резким движением вытянул руку ко мне и щелкнул пальцами.

Я почувствовал, что мои ноги окаменели. Хотел шагнуть вперед и чуть не упал. Ниже коленей ноги потеряли чувствительность и не слушались.

– Ну, как вам эффект? – спросил Зотов.

– Не могу двинуться, – признался я.

– И не сможете, – довольно улыбнулся Никита Михайлович. – Заклинание действует около пяти минут. Но его можно снять.

Начальник Тайной службы быстро повел перед собой правой ладонью. Я снова почувствовал свои ноги. И тут же пошевелил пальцами, чтобы убедиться в этом.

– Повторите это движение, – попросил я. – Хочу получше его запомнить.

– А вам это ни к чему, – расхохотался Зотов. – Чем дольше заклинание будет действовать на ваших противников, тем лучше. Честно говоря, я очень удивлюсь, если в первый раз заклинание продержится хотя бы минуту. Ну, пробуйте. Помните? Левая рука, складываете пальцы как для щелчка, затем резкий взмах вперед и щелчок.

– С моей памятью все в порядке, – вежливо напомнил я.

– Ну-ну, не ершитесь. Попробуйте сначала без магии.

Я несколько раз повторил движение левой рукой, и каждый раз Никита Михайлович был недоволен.

– Выше руку! – безапелляционно командовал он. – Щелчок жёстче!

Я повторил движение раз двадцать, прежде чем удостоился похвалы.

– Ну, это хотя бы на что-то похоже. А теперь самое главное. В момент щелчка представьте, что вы швыряете мне в лицо водяную волну. И не просто представьте, а ощутите ее. Почувствуйте, какая она мокрая и соленая, теплая или холодная. А затем толкните волну в меня не только рукой, а всем телом.

– Вам не терпится принять душ? – поинтересовался я. – Может быть, я лучше попытаюсь заморозить ваши ноги?

– Это мы тоже попробуем, – кивнул Зотов. – Поймите, Александр Васильевич, ударные заклинания разных стихий могут выглядеть по-разному, но суть всегда одна. Атаковать противника в своем воображении. А движение руки просто задает направление атаки. Не бойтесь, я не промокну. Вряд ли в первый раз вы сможете выжать из себя больше пригоршни воды.

– Ну, глядите, – усмехнулся я. – Потом не говорите, что я вас не предупреждал.

С воображением у меня всегда все было в порядке. К тому же Никита Михайлович здорово рассердил меня своими насмешками. Так что я живо представил себе холодную океанскую волну. Я даже услышал ее грозный рокот и ощутил на лице колючие брызги.

Затем резко взмахнул рукой и щелкнул пальцами.

Результат меня обескуражил – до Никиты Михайловича долетело всего несколько капель.

– Не впечатляет, – заметил он, вытирая каплю со лба и пробуя ее на вкус. – Соленая, надо же. Ну, пробуйте еще.

Зотов измывался надо мной больше часа. Пальцы у меня заболели от щелчков. Но все, чего я добился, – вызвал у него над головой моросящий дождь.

– Тренироваться вам нужно, господин Тайновидец, – укоризненно сказал Никита Михайлович.

– А я и тренируюсь, – огрызнулся я.

– Вообще-то, для того чтобы освоить это заклинание, нужно не меньше месяца упорных тренировок, – усмехнулся Зотов. – Но я надеялся, что у вас с вашими талантами получится быстрее. Ладно, давайте попробуем щит. Запоминайте, щит ставится правой рукой. Вот так.

Зотов вытянул правую руку вперед и растопырил пальцы, словно пытаясь остановить меня открытой ладонью.

– А теперь задействуем магию.

Он быстро повторил движение, и между нами возникла стена песка.

Песок вихрился в воздухе, как будто его нес ураганный ветер, но при этом песчинки оставались на месте.

Песок полностью скрыл от меня фигуру Зотова.

– Будьте уверены, эту стену не пробить никакой магией, – услышал я его довольный голос.

Песок взмыл к потолку и растаял в воздухе, но не весь. Несколько песчинок с сухим шуршанием упали на деревянный пол.

– А теперь попробуйте вы, – предложил Зотов. – Постройте перед собой стену воды.

На этот раз у меня получилось лучше, но ненамного. Тонкая дрожащая пленка воды повисла между нами. Я смог удержать ее несколько секунд, затем вода пролилась на пол.

– Концентрации вам не хватает, Александр Васильевич, – усмехнулся Зотов. – А ведь вы занимаетесь опасным делом – исследуете чужие магические тайны. Мало ли кому это не понравится.

В его голосе я услышал странное удовлетворение, как будто Никита Михайлович радовался моей неудаче.

Хотя почему “как будто”? Он именно радовался.

– Да, я рад, что у вас ничего не вышло, – словно угадав мои мысли, сказал Зотов. – Свои слабости лучше знать, тогда вы не будете чересчур самоуверенным. Ну-ка, попробуйте сделать щит еще раз.

Я сжал зубы и послушался без споров. Снисходительный тон Зотова раздражал меня, а еще больше раздражало то, что он говорил, в общем-то, правильные вещи.

Видимо, злость способствовала концентрации, потому что на этот раз стена воды получилась ощутимо толще и уверенно зависла в воздухе.

Вот только это не помогло.

Зотов резко взмахнул левой рукой и швырнул в меня плотный комок песка, похожий на хвостатую комету.

Песок врезался в водяной щит и без труда его пробил, а заодно впитал в себя воду и шлепнулся мне в грудь комком жидкой грязи.

Удар был таким сильным, что я пошатнулся, а по новенькому мундиру потекли бурые грязные потёки.

Разозлившись ещё больше, я достал из кармана платок и принялся оттирать грязь.

– Лучше бы вам пока пореже ходить в одиночестве, Александр Васильевич, – сказал Зотов. – И постарайтесь не влезать ни в какие расследования. От бандитов вы вряд ли отобьетесь.

Невидимые стихийные духи возбужденно кружили под высоким потолком спортивного зала. Их взбудоражила наша схватка.

Я почувствовал, что духи буквально рычат от нетерпения – так им хотелось поучаствовать.

– Вы забываете, что я и здесь не один, Никита Михайлович, – усмехнулся я. – Меня сопровождают магические духи.

– А они каким-то образом могут вас защитить? – насмешливо поинтересовался Зотов.

– Можем проверить, – предложил я. – Мне и самому интересно.

– Ну так пусть они начинают! – встав в боевую стойку, кивнул Никита Михайлович.

Стихийные духи только этого и дожидались.

Они напали на Никиту Михайловича сразу со всех сторон, и я увидел самый настоящий бой.

Обжигающее вспыхивало пламя. На него с яростным шипением обрушивались потоки ледяной воды. Порывы ветра были такими резкими, что сбивали с ног. Воздух трещал от электричества. Пахло палёным.

Спортивный зал академии затянуло горячими клубами водяного пара.

Никита Михайлович мужественно отбивался. Он сразу ушёл в глухую оборону и прикрылся щитом из серого гранита. Стихийные духи яростно бросались на этот щит, пытаясь его пробить.

Я искренне восхитился мастерством Зотова. Его атаковали сразу со всех сторон, а он умудрялся не только отбиваться, но и пару раз переходить в ответное нападение.

Вот только это ему не помогло.

В отличие от Никиты Михайловича, стихийные духи не имели тела. Они были воплощением чистой магии, и поразить их заклинаниями у Зотова никак не получалось.

Меньше чем через минуту все было кончено.

Духи зажали Никиту Михайловича в углу и непрерывно колотили по его щиту огнем, водой и режущим как бритвой ветром.

Только дух земли держался в стороне от схватки.

Сначала мне показалось, что он не хочет нападать, потому что чувствует в Зотове родственную душу, ведь Никита Михайлович тоже был магом земли.

Но потом я догадался, что дело не в этом.

Я видел, как Никита Михайлович каким-то чудом исхитрился, выиграл долю секунды и резко взмахнул левой рукой. Этим движением он как будто потянул окружающее пространство на себя. Стихийные духи протяжно застонали. Я почувствовал, как их магия медленно перетекает к Зотову.

Ничего себе, оказывается, можно и так?

Это продолжалось всего секунду, а затем духи отлетели и разорвали контакт. Им помогло то, что Никита Михайлович использовал другую магическую стихию.

Я интуитивно догадался, что духа земли Зотов легко подчинил бы полностью.

Эта успешная атака дала Никите Михайловичу секундную передышку, но духи тут же насели на него с новой силой.

– Александр Васильевич, остановите их! – задыхаясь, выкрикнул Зотов. – Это уже не шутки!

Я был так заворожен схваткой, что не сразу понял, о чем он говорит. Но тут же опомнился и послал духам мысленный приказ:

– Хватит!

Но духи разгорячились так, что мне пришлось повторить:

– Хватит! Прекратите!

На этот раз стихийные духи послушались. Они прекратили атаковать Зотова, но все так же кружили под потолком, готовые к повторению схватки.

Никита Михайлович еще несколько секунд держал оборону. Затем убедился, что духи успокоились, и убрал потрепанный магический щит. Устало вытер со лба пот, перемешанный с грязью, и изумленно посмотрел на меня.

– Ну, у вас и помощники, Александр Васильевич!

– Вам сильно досталось? – спросил я.

– Ерунда, – отмахнулся Зотов. – Как выяснилось, стихийным духам знакомы дуэльные правила. Они били не в полную силу.

– Ничего удивительного, ведь в прошлом они были аристократами, – машинально согласился я.

И тут же спохватился:

– Вы говорите, они били не в полную силу? Ничего себе! Мне показалось, что они вас вот-вот убьют.

– Если бы они захотели, то это им бы удалось, – честно признался Зотов. – Никогда не сталкивался с такими неуязвимыми существами. Думаю, с вашими духами не справился бы ни один маг. Да что там говорить! Даже если на вас нападет небольшая армия, то не завидую я этой армии.

Я почувствовал, что настроение духов сменилось – им понравились слова Зотова.

– Духи благодарят вас за прямоту и честность, Никита Михайлович, – усмехнулся я.

– На здоровье, – широко улыбнулся Зотов и принялся отряхивать свой черный мундир от налипшего песка. – Что ж, господин Тайновидец, я вынужден взять свои слова обратно. С такой охраной вам не нужны никакие тренировки. Для столичных бандитов будет лучше, если они станут обходить вас стороной. Пожалуй, я напрасно потратил время, предлагая вам свою помощь.

– Не напрасно, – возразил я. – Не забывайте, Никита Михайлович, что у меня есть близкие люди, и им тоже угрожает опасность. Поэтому я попрошу магических духов защищать в первую очередь их, а сам постараюсь справиться своими силами. Кажется, ваша схватка с духами кое-чему меня научила. Ну-ка, поставьте щит!

Я нисколько не преувеличивал.

Во время схватки Никиты Михайловича с магическими духами я в полной мере ощутил убийственную ярость обеих сторон. И сейчас попытался вызвать эту ярость в себе самом.

Увидев, что Зотов прикрылся щитом, я резко взмахнул левой рукой и послал в этот щит всю свою магическую силу.

Прямо передо мной возникла тяжелая водяная волна.

Я даже увидел на ней грозный пенный гребень. С оглушительным плеском волна ударила в щит Зотова и расколола его на гранитные брызги. Самого Никиту Михайловича отбросило к стене.

– Вот черт, – пробормотал я, бросаясь к нему. – Кажется, я и тут перестарался.

По счастью, Никита Михайлович оказался в сознании. Вот только глаза у него стали круглыми, но я списал это на удивление.

Немного полежав, начальник Тайной службы осторожно сел и ощупал себя руками.

– Не ожидал, – медленно сказал он. – Как это у вас вышло?

– Поймал нужное настроение, – объяснил я. – Ну и застал вас врасплох.

– Да, это вам здорово помогло, – согласился Зотов, – но удар все равно вышел отличный. Постарайтесь не терять это настроение, Александр Васильевич, однажды оно вам здорово поможет.

– Вы можете встать? – поинтересовался я.

– Могу, – кивнул Зотов, – но дайте мне пару минут посидеть. Нужно прийти в себя.

Я оставил его в покое и обратился к духам.

– Думаю, вы слышали наш разговор, и знаете, что моим близким грозит нешуточная опасность. Я не могу вам приказывать, поэтому просто прошу. Защитите их от возможной угрозы.

Духи не стали тратить время на слова. Все равно они прозвучали бы невнятным бормотанием. Вместо слов они ответили теплым ментальным импульсом, точно так же, как отвечал мой дом.

– Спасибо, ребята, – улыбнулся я. – Уверен, вы меня не подведете. Отправляйтесь прямо сейчас, а я предупрежу Елизавету Федоровну.

Договорившись с духами, я послал зов Лизе.

– У нас возникли серьезные разногласия с влиятельными аристократами столицы, – честно сообщил я. – Я смогу все уладить, но на это потребуется какое-то время. А сейчас мы все в опасности, и тебе лучше знать об этом. Так сказал Никита Михайлович, и я ему доверяю. Постарайтесь пока не выходить из дома. А если все-таки потребуется выйти, каждого из вас будут сопровождать стихийные духи. Я только что отправил их к тебе.

– Они уже здесь, – ответила Лиза. – Саша, произошло что-то серьезное?

Она старалась говорить спокойно, но дрогнувший голос выдал ее тревогу.

– Пока не знаю, – честно ответил я. – Похоже, столичные аристократы злятся из-за того, что я открыл портал в Лачангу. Не переживай, я разберусь с этим.

– Хорошо, – послушно ответила Лиза.

Она даже не спросила, когда меня ждать. Понимала, что сейчас я вряд ли смогу ответить на этот вопрос.

После схватки Зотова со стихийными духами спортивный зал академии выглядел ужасно. Пол был засыпан песком и залит водой. На стенах и потолке чернели свежие подпалины.

– Придется делать ремонт, – вздохнул я.

– Пусть это будет меньшей из ваших проблем, Александр Васильевич, – махнул рукой Зотов.

А затем поднялся на ноги.

– Между прочим, из Академии только что уволились три преподавателя, – вспомнил я. – Как вы считаете, возможно, их заставили это сделать?

– Даже не сомневайтесь, – кивнул Зотов. – Есть еще одна новость, которую я не успел вам сообщить. Несколько семей собираются открыть свой собственный магический университет, и с большим удовольствием переманят из Академии не только преподавателей, но и учеников.

– Это слухи или точная информация? – нахмурился я.

– Точнее некуда, – ответил Никита Михайлович. – Не забывайте, что я начальник Тайной службы. У меня везде есть свои люди.

– А что думает по этому поводу император? – поинтересовался я.

Зотов сердито потер левую бровь, на которую налипли песчинки.

– Его Величество ничего не может поделать, – откровенно сказал он. – Законы Империи не запрещают открывать учебные заведения. Наоборот, это толкуется как общественно полезное дело.

– А переманивать преподавателей законы тоже не запрещают?

– Если при этом не применялась магия, то нет, не запрещают.

– Ясно, – кивнул я. – И все-таки думаю, что мне стоит обсудить возникшую ситуацию с Его Величеством.

– Император тоже так считает, – неожиданно согласился Никита Михайлович. – Он просил меня передать, что ждет вас сегодня в Летнем дворце.

Зотов мельком взглянул на часы и добавил.

– Через два часа.

– Меня ждут во дворце, а вы устроили тренировку? – изумился я. – И как я появлюсь перед Его Величеством в грязном мундире? Гвардейцы примут меня за бродягу и вышвырнут на улицу. Благодарю за беседу, Никита Михайлович, но теперь вынужден отклониться. Мне срочно нужно домой – переодеться.

– И не вам одному, – ухмыльнулся Зотов. – Хорошо, что у меня в управлении есть сухая одежда.


## Глава 6

– Никита Михайлович, у меня же академия без охраны, – вспомнил я, берясь за ручку двери. – Прежний сторож так и не отучился гнать самогон, и Валериан Андреевич Чахлик был вынужден его уволить. Да и толку с этого сторожа, откровенно говоря, было немного.

Я, конечно, могу нанять кого-нибудь, но хочется, чтобы это был человек, который реально способен следить за порядком, а не просто с комфортом проводить время за казённый счет. Можете мне кого-нибудь посоветовать?

– Ну, переводить в сторожа сотрудника Тайной службы, – это слишком большая роскошь, – отозвался Никита Михайлович. – А вот у полиции могут найтись подходящие работники. Почему бы вам не поговорить со своим другом Михаилом Кожемяко?

– Отличная идея! – обрадовался я. – Спасибо за подсказку, я непременно с ним поговорю.

– Как только у вас возникнут затруднения, сразу же присылайте мне зов, – напомнил Зотов. – Как вы помните, я тоже неплохо научился перемещаться через магические пространства. Если не успею вам на помощь, то хотя бы задержу преступников по горячим следам.

– Спасибо, вы меня очень успокоили, – расхохотался я. – Ладно, до встречи.

***

Вернувшись, я собрал всех обитателей дома на Каменном острове в столовой. Включая и магических духов, разумеется – им предстояло в ближайшее время сыграть очень важную роль в нашей жизни.

К моему удивлению Фома тоже оказался дома.

– А ты что здесь делаешь? – удивился я. – Почему не в лицее?

По моей настоятельной просьбе домового зачислили в Императорский Магический лицей и дали ему комнату в спальном корпусе. Так что дома он должен был появляться только на выходных.

– Меня отпустили, ваше сиятельство, – опасливо ответил Фома. – В лицее учителя с пониманием. Разве можно домовому надолго из дома отлучаться?

– Я правильно понимаю, что ночевать в лицее ты не хочешь? – уточнил я.

Фома отчаянно замотал головой:

– Не хочу, ваше сиятельство. Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше.

– Зато там ты будешь в безопасности, – вздохнул я.

Но и Фому можно было понять. Домовому и в самом деле тяжело подолгу находиться далеко от своего дома.

– Ладно, – кивнул я, – в таком случае наш разговор касается и тебя. Сегодня Никита Михайлович втайне предупредил меня, что влиятельные аристократы столицы недовольны усилением рода Воронцовых. Выступать против нас в открытую они не станут, но вот устроить пакость исподтишка могут запросто.

– Какую пакость? – сурово насупился Игнат.

– Например, наймут парочку головорезов на Стеклянном рынке, – объяснил я. – Здесь, в доме, никому из вас ничего не угрожает. Но с сегодняшнего дня я ввожу новое правило. Каждого, кто выйдет за ограду дома, будут неотлучно сопровождать стихийные духи. Поверьте, это самая лучшая охрана, которую только можно найти. Никита Михайлович Зотов лично проверил духов в деле и остался доволен.

Стихийные духи, незримо присутствовавшие в столовой, выразили своё одобрение невнятным гулом.

– Ишь, расшумелись, – пробормотал Игнат.

– А ты их тоже слышишь? – удивился я.

– Как же не слышать, Александр Васильевич? Эвон как галдят!

Получается, простой способ, о котором говорил джинн Умман, отлично работал. Тесно общаясь с людьми, магические духи потихоньку начинали возвращать себе человеческие черты.

Ещё одна хорошая новость.

– Я очень надеюсь, что вы все отнесётесь к моим словам серьёзно, – повторил я, строгим взглядом обводя домочадцев.

– Конечно, – кивнула Лиза.

– Не беспокойтесь, ваше сиятельство, – согласился с ней Игнат. – Если понадобится, я любому бандиту своими руками шею сверну. Но зря геройствовать не стану.

Фома молча шмыгнул носом, поэтому я обратился персонально к нему:

– Фома, ты понял, что я сказал?

– Да мне это без надобности, ваше сиятельство, – неожиданно возразил Фома. – Я же домовой. А значит, где бы я ни был, дом меня защищает. Никакие бандиты меня тронуть не смогут. Они и глазом моргнуть не успеют, а я уже окажусь здесь. Мгновенное перемещение, не хуже, чем через эти ваши магические пространства.

– А ты не врёшь? – напрямик спросил я.

Фома обиженно отвернулся, а дом коротким ментальным импульсом подтвердил, что домовой говорит чистую правду.

– Значит, и из лицея домой ты тоже можешь попасть мгновенно? – усмехнулся я.

– Ну да, – не чувствуя подвоха, кивнул Фома.

– А теперь повтори-ка ещё раз – ты точно предупредил служителей лицея о том, что отлучился домой, или просто воспользовался магией?

– Ну…

Фома запнулся и густо покраснел.

Я строго покачал головой.

– Смотри у меня. Выгонят тебя из лицея, я заступаться не стану.

– Да никто и не заметит, ваше сиятельство, – возразил Фома, и этим окончательно выдал себя.

– Ладно, военный совет закончен, – усмехнулся я. – Через час меня ждёт император.

– Александр Васильевич, может быть, поговорите с профессором, который у меня поселился? – неожиданно предложила Прасковья Ивановна. – Уж больно ему в столице нравится, да и человек хороший, сразу видно. Службы у него нет, вдруг пригодится вам в академии?

– Почему бы и нет, – секунду подумав, кивнул я. – Но это будет зависеть от того, что скажет мне император.

***

Его Величество назначил мне встречу в Летнем дворце на набережной Фонтанки. Прибыв туда, я прошёл мимо гвардейцев, которые строго вытянулись при моём появлении.

И застал удивительную картину.

Великая княгиня Мария Алексеевна копала картошку.

Вернее, картошку копали двое угрюмых плечистых охранников, а великая княгиня внимательно наблюдала за их работой.

Увидев меня, Мария Алексеевна расцвела в приветливой улыбке.

– Александр Васильевич, как же я рада вас видеть!

Мы с Марией Алексеевной познакомились, когда я ловил таинственного невидимого жильца, поселившегося в доме скульптора Померанцева. Помнится, тогда великая княгиня даже угощала меня чаем.

– Собираете урожай? – улыбнулся я.

– А как же, – невозмутимо кивнула Мария Алексеевна. – Не зря же я всё лето на этих грядках надрывалась.

– Не бережёте вы себя, ваше высочество, – пробормотал один из охранников с надеждой, глядя на меня.

Кажется, он рассчитывал, что моё появление отвлечёт великую княгиню от огорода, и они с напарником смогут немного передохнуть.

– Полезный труд продлевает жизнь, запомни, Фёдор, – величаво ответила Мария Алексеевна. – И не втыкай лопату так близко к кусту, картошку порежешь. Да поторапливайтесь, нам ещё помидоры в теплице снимать.

Мария Алексеевна обернулась ко мне и доверительно добавила:

– Хорошие помидоры в этом году уродились. Последние зелёными снимать приходится. Уже не вызреют, солнышка мало. Но ничего, я их и зелёными в банки закатаю. В зимнем салате объедение получится. А у вас, Александр Васильевич, есть огород?

– Я плохо разбираюсь в земледелии, – развёл я руками, едва удерживаясь от смеха. – У меня этим занимается Игнат.

– Какие ваши годы, – улыбнулась Мария Алексеевна, – ещё научитесь. Хотите чаю?

– Я бы с удовольствием, но его величество назначил мне встречу, – тактично отказался я.

– Знаю, – неожиданно усмехнулась великая княгиня. – Поверьте, обсуждать важные дела за чашечкой чая куда приятнее, чем в официальной обстановке. Его Величество не будет против.

– Но тогда и я не возражаю, – улыбнулся я.

Княгиня принялась заваривать чай, а я помог охранникам погрузить выкопанную картошку в мобиль. Моя помощь заключалась в том, что я придерживал дверцу мобиля, а охранники таскали тяжеленные мешки.

Это могло бы показаться несправедливым, но ведь я был гостем императора, а они состояли на службе.

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – пропыхтел охранник, закинув в мобиль последний мешок.

И с такой силой захлопнул дверцу мобиля, словно хотел выместить на ней всё своё раздражение.

***

Стоило мобилю охранников выкатиться за ворота, как из дворца, словно по волшебству, появился император. Я даже заподозрил, что он специально дожидался, пока мы погрузим всю картошку. Может быть, и в окно подсматривал.

– Добрый день, Александр Васильевич, – с вежливой, но усталой улыбкой поздоровался он. – Благодарю вас за то, что откликнулись на моё приглашение.

Его Величество всегда старался быть безукоризненно вежливым. Он считал, что этим подаёт хороший пример своим подданным.

Я тоже не остался в долгу и ответил церемонным поклоном:

– Добрый день, Ваше Величество. Спасибо, что удостоили меня аудиенции, несмотря на хлопоты, связанные с переездом.

– Это всё проклятые традиции, – поморщился император. – Мне нравится Летний дворец. Он достаточно благоустроен, я с удовольствием жил бы в нём весь год. Но дворец-то называется Летним, и, по мнению моих придворных, оставаться в нём зимой решительно невозможно. А если я начну нарушать традиции, то мои придворные подумают, что и им всё дозволено, и чего доброго устроят бунт. Вот и приходится переезжать.

– А пища со своего огорода – это тоже традиция? – рассмеялся я. – Действенная мера против отравителей?

К моему удивлению, император серьёзно кивнул.

– Вот именно. Хотите верьте, хотите нет, но овощи, которые вырастила Мария Алексеевна, просто невозможно отравить. К тому же они очень вкусные, а я люблю побаловать себя простой пищей. Мне это, знаете ли, не часто удаётся. Но хватит любезностей. У нас с вами, Александр Васильевич, сегодня два важных дела, и я бы хотел начать с приятного. Благодарю вас за то, что вы открыли портал в Лачангу. Вы совершили то, что до сих пор не удавалось ни одному магу. Проложили дорогу в новый магический мир. Поверьте, Империя ценит это по достоинству, а лично обо мне и говорить нечего. В скором времени я собираюсь нанести великому визирю Лачанги официальный визит, и это стало возможным только благодаря вам.

Без всяких усилий император заговорил чуть громче, и его голос стал официально торжественным:

– Граф Александр Васильевич Воронцов! За заслуги перед Империей я награждаю вас чином статского советника. Благодарю за службу.

– Спасибо, Ваше Величество, – улыбнулся я.

Всё случилось так, как я и хотел. Награждение прошло в неофициальной обстановке и вряд ли вызовет среди столичных аристократов какие-либо пересуды. Я от души радовался этому, но тревога за будущее Магической Академии никуда не делась.

Его Величество отлично это понимал и не стал тянуть время.

– А теперь поговорим о том, что происходит в моей Магической академии, – сказал он. – Но сначала выпьем чаю.

– Прошу к столу, – радушно улыбнулась Мария Алексеевна.

Я удивлённо нахмурился. До этого момента я не слишком хорошо понимал, зачем при нашем разговоре присутствует великая княгиня. И вот сейчас в моём мозгу промелькнула догадка.

А что, если родная тётушка императора играет в империи куда более важную роль, чем все привыкли считать?

Мария Алексеевна явно обладала государственным умом. Похоже, император не стеснялся советоваться с ней в трудных случаях.

Великая княгиня собственноручно наполнила мою чашку крепким, вкусно пахнущим чаем. – Благодарю вас, – улыбнулся я.

Стол, как и в прошлый мой визит, был накрыт на удивление просто. На нём стояла хрустальная сахарница с неровными желтоватыми кубиками сахара и небольшая вазочка с сушками. Сушки были посыпаны маком.

Как там говорила великая княгиня? Чем дольше живёшь, тем больше начинаешь ценить простые удовольствия?

Мне такое чаепитие тоже нравилось, и я всерьёз заподозрил, что старею. Но сразу же весело улыбнулся.

– Рад, что вы не теряете настроения, Александр Васильевич, – заметил император. – А меня сложившаяся ситуация, честно говоря, здорово рассердила.

Он замолчал и бросил рассеянный взгляд на дворцовую ограду. За ней уже собралось несколько зевак. Я отлично понимал их любопытство. Не каждый день увидишь, как император пьёт чай со своими гостями.

Между нами и оградой было порядочное расстояние, кроме того, дворцовая охрана недаром ела свой хлеб. Я был уверен, что никто не сможет подслушать наш разговор.

Император тоже не обратил на зевак почти никакого внимания. На мгновение нахмурил брови, но сразу же повернулся ко мне и совершенно забыл об их существовании.