# Инфернальный психотерапевт

Ян Ван Прат

Хогуй – неприкаянный дух сгоревшего в огне человека – свершил свою месть. Ему больше нечего хотеть. Его больше ничто не тревожит. Ему незачем существовать. Так почему бы не потратить оставшееся время на новинку демонического хайтека? Приложение “Инфернальный психотерапевт”: выбирай человека, исполняй его желания и приведи его к смертным грехам. Вот только, того ли человека он выбрал?

> Мертвые оживают лишь тогда, когда о них помнят живые.

> (с) Из инфернального сонника

## Пролог

Хогуй сидел на крыше небоскрёба и блевал. Как гигантская материнская плата под ним расстилался город, полный высоток и прямоугольных кварталов. Дальние края тонули в предрассветной дымке, густая синева неба светлела на востоке. Демон ждал восхода солнца, которое сразу же пожрёт его и испепелит своими лучами, как любого демона, не сумевшего спрятаться до рассвета. Он молчал и упрямо смотрел на восток, с нетерпением ожидая последних минут своей демонической жизни, от которой он чудовищно устал. Хогуй мечтал наконец-то отправиться к Янвану, владыке загробного царства, скатиться по Жёлтой реке прямо на восемнадцатый уровень Диюя и там обратиться в пыль. Он мало что помнил из своей человеческой жизни, точнее, почти ничего кроме причин, сделавших его хогуем, мстительным духом сгоревшего в огне человека. А ещё пламя, крики и безграничную обиду за такую болезненную смерть. Демоном он стал вполне заслуженно.

– Добро пожаловать в приложение для демонов, – проверещал из кармана голос больного гайморитом человека. – Введите желаемый логин и пароль, и нажмите кнопку «Регистрация».

Хогуй медленно отвёл взгляд от светлеющего неба и прислушался. Пахло всё также отвратительно, от одного лишь движения его тут же замутило. Чёрт знает, бывают ли у демонов слуховые галлюцинации или нет, но в целом, это его мало волновало.

– Для регистрации в приложении для демонов введите логин и пароль! – снова повторил тот же писклявый голос.

Хогуй неторопливо вдохнул воздух, который был ему по большому счёту не нужен, но человеческие привычки ещё не успели окончательно изжить себя, пошарил по карманам и выудил невесть как попавший туда мобильный телефон. Тот пискнул и разблокировался от лёгкого касания. Хогуй рыкнул, глаза вспыхнули красным, но сотовая шайтан-машина и не подумала испепеляться взглядом. Наоборот, выскочившая на полный экран регистрационная форма переливалась всеми лучами алого, электронные языки огня облизывали края. Как украшения в домах на Китайский новый год.

Демон хмыкнул, смахнул заставку, блокируя экран, затолкал это чудовищное устройство обратно в карман, тоже скорее по человеческой привычке, и продолжил ждать.

Солнце всходило неторопливо. Первые лучи как раз показались за дальними высотками.

Ближе к полудню хогуй забеспокоился. Сначала он думал, что ранние лучи слишком слабые, потом, что его закрывают тени от вентиляционных коробов, а под конец понял: взошедшее солнце его полностью проигнорировало. Он даже ощутил лёгкое разочарование и покинутость, было немного обидно: месть свершилась, и делать ему в этом мире было совершенно нечего. Больше нечего.

Макушку ощутимо напекло, согнутые в неудобной позе колени начало покалывать. А ещё этот тошнотворный запах… Просидев на крыше в компании расчленёнки несколько часов неподвижно, как каменная статуя, демон впервые с восхода солнца пошевелился, достал из кармана чёрный прямоугольник телефона и клацнул когтем по экрану, вводя первое пришедшее в голову имя.

– Здравствуйте, Джеки Чан! Спасибо за регистрацию. Чтобы сузить поисковый запрос, пожалуйста, выберите сферу интересов. Спасибо. А теперь уточните ваши компетенции и навыки. Желаемый пол и возраст объекта.

Хогуй сидел и равнодушно щёлкал по кнопочкам, что-то выбирая, что-то проматывая, где-то просто оставляя настройки по умолчанию. Солнце висело уже над самой макушкой и палило так, что он почти верил, что вот-вот воспламенится, но нет. Лучи лишь слепили его красные глаза. Пускающий блики экран тоже было не разглядеть. Но демон и не вглядывался в изображения, списки, опции, просто нажимая что-то вслепую. На последней вкладке приложение выдало чью-то крупнозернистую фотографию в красной рамке и стандартное напутствие.

– Поздравляем! Найден человек с идеальным профилем, соответствующим вашему запросу. Программа «Инфернальный психотерапевт» начинает сбор желаний. Через пять, четыре, три… можете приступать к работе. На тестовый период требуется только еженедельный отчет минимум с одной фотографией. По окончании трёхмесячного испытательного срока правила изменятся. Желаете добавиться в астральный демонический чат?

– Зачем? – невольно вырвалось у хогуя, хотя он даже на ответ не рассчитывал.

– Делиться своими достижениями, спрашивать совета, интересоваться успехами коллег… – приложение оказалось разговорчивым и интерактивным, похоже где-то в ядре была запрограммирована нейронная сеть; хогуй даже восхитился: демонический хайтек вовсю использовал последние достижения из мира людей.

– Каких коллег?

Поговорить всё равно было не с кем, просто так сидеть на крыше было скучно, других целей у него не было, поэтому он продолжил спрашивать, как-будто собеседник был живым и настоящим.

– Коллег, проходящих курс инфернальной психотерапии.

– А я зачем?

– Батенька, да вы сами себе признайтесь, – зафамильярничал голос из приложения. – Заскучали тут. Депрессия навалилась. Смысл жизни потерялcя…

– Кто сказал?

Психотерапевт из приложения оказался очень даже интересным собеседником, похоже демонические разработчики заморочились и написали усложнённый искусственный интеллект с зачатками иронии и самосознания. Хогуй оценил.

– А что вы тут тогда рассвета ждёте, а? Да не испепелит вас солнце! Чушь всё это. Старая байка новичков пугать. А вот пару сотен лет без цели для демона не шутки. Всё остопи… осточертеет. И никакой демонической пользы. А солнце – это так…

– Я ещё даже сотни лет демоном не прожил…

– …а уже в стрессе, да? Эх-х! Кто ж виноват, что у вас, молоденьких демонов, такой слабенький организм… Чуть что, сразу – незачем существовать, хорошо ещё, головой об бордюр не бьётесь. И уже нездоровые склонности к ранней саморефлексии… К самоиспепелению… До́жили!

Демон медленно перевёл взгляд на сияющий солнечный шар в небе, затем прошёлся по проснувшемуся городу: где-то внизу светофоры сноровисто перемигивались, перестроившись на дневной режим, кто-то натужно гудел клаксоном, в полусонной, туманной дымке проступали очертания продуктового рынка. На соседнем перекрёстке раскачивалась на ветру сирень. Он потянул носом, но поймал совсем не тот запах и поморщился. Может, и правда, не стоило торопиться со смертью.

– Ладно, что делать надо?

– Ничего! Ничего выходящего за рамки ваших компетенций. Всего лишь исполнение желаний человека. На начальном этапе это даст вам смысл жизни и позволит прожить хотя бы первый век существования.

– Зачем исполнять желания? Тем более человека. Я же не джинн.

– И это очень хорошо! Потому что джиннов не су-щест-ву-ет. По крайней мере у нас, в Китае. А зачем? Ради искушения, конечно же. Вот любит, допустим, человек вкусно поесть, а мы ему сначала картошечки с селёдочкой, посыпанной лучком, потом пельмени цзяоцзы, дальше гуйлиньскую черную лапшу, а потом – р-раз! – и грех чревоугодия во всей красе.

От описаний еды хогуя затошнило с новой силой.

– И как же найти правильные желания?

– Всё в приложении. Проверьте профиль вашего человечка. Там и задание на испытательный срок. Всё там.

– А если…

– Увы-увы, тут придётся постараться. Штрафные очки нам же не нужны?

– А ты сам-то кто такой?

– Спасибо, что используете голосового помощника из приложения «Инфернальный психотерапевт». Пожалуйста, оцените уровень сервиса по десятибалльной шкале.

– Три!

– Вы нажали десять! Спасибо за наивысшую оценку. Мы – работаем, вы – офигеваете!

– Я ничего не нажимал!

## Глава 1. Знакомство

С пронзительным писком, слышимым, казалось, во всех диапазонах демонических частот, программа отключилась, оставив одинокое окошко с профилем человека, очень похожим на страничку в каких-нибудь соцсетях. Хогуй замер, тупо уставившись на экран, с хрустом выпрямил ноги, поводил затёкшими плечами, ещё раз потянул носом, обернулся, а после – решительно зашагал к выходу на пожарную лестницу. Рассмотреть досье объекта можно было и в более аппетитной обстановке. Не горит.

Вкладка «Желания» – единственная активная ссылка на всей страничке – открылась сразу же.

Хогуй сидел на качелях на совершенно пустой детской площадке и ритмично отталкивался ногами. Ржавый, скребущий по ушам звук то уходил в высокие ноты, то напоминал тявканье песчаных шакалов. Желающих поиграть в песочнице, покрутиться на карусели или покататься с горки в учебное время не было. Рядом стояли две скамейки для родителей, но отчего то ему приглянулись именно качели, даже чудовищный скрип не отпугнул, не заставил пересесть с них.

В следующий раз нужно взять с собой солидол, отстранённо отметил демон и открыл страничку.

В качестве пояснительной записки в приложении сразу же вылезла картинка с книгой "Наиболее подходящие места в Китае для путешествия на велосипеде" с комментарием "Человек загорелся идеей проехать по трассе, проходящей через Сычуань и Тибет".

– Расстояние: 2166 км;

– Участников: трое;

– Транспорт: велосипед;

– Профессия: актёр, певец, модель.

– Уровень подготовки участников: нулевой.

Хогуй завис на последней строчке. Перечитал, поднеся поближе к глазам. Протёр экран. Ещё раз перечитал. Ничего не изменилось. Затем пожевал губу и следующим щелчком выбрал профиль этого самоуверенного человечка:

– Имя: Сяо Шу;

– Возраст: 21 год;

Рост, вес, образование, место рождения также присутствовали, но профессия исчерпывающе объясняла, как сильно демон вляпался. Если бы не стойкая неприязнь к огню, он бы даже закурил. Кажется, не следовало так бессистемно тыкать в кнопки при выборе объекта.

Демон открыл человеческий поисковик, вбил название маршрута и потом долго с нечитаемым выражением проматывал строки, хрипло угукая сам себе и закатывая глаза: «самые страшные пять дорог мира», «самая опасная и живописная трасса в мире», «участок Чэнду – Тибет славится постоянными обвалами и камнепадами», «путешественники рискуют потерять сознание из-за низкого уровня кислорода в воздухе», «нет обочин, а невнимательных водителей ждёт трёхсотметровая пропасть» … Но фотографии байду подсовывал, конечно, дух захватывающие. И не поспоришь. Увидеть Чэнду и умереть.

«Круто ты попал…» – хрипло напел хогуй китайскую попсу прошлых лет и закашлялся. Голосовые связки отказывались выдавать мелодичный звук, отчего-то напрягаясь сильнее обычного. Глаза вспыхнули красным и тут же погасли. Похоже что-то из этого всколыхнуло воспоминания о прошлой жизни. Или о прошлой смерти. Демон снова просмотрел досье, но эффект не повторился. Показалось, значит.

– Ну-с? С чего начнём? – голос из приложения даже перекричал скрип качелей, хогуй чуть с них сам не свалился.

– Хочу увидеть этого человечка вживую.

# # # #

Ветер принёс пригоршню сливовых лепестков и горстью бросил в лицо, заставив хогуя натужно закашляться. Он аккуратно отставил бутылку какого-то странного газированного пойла с пивной этикеткой на соседнее сиденье, затем наклонился вперёд и энергично затряс головой, помогая руками. Длинные, густые пряди щекотали лицо и липли к щекам. С одной стороны розовые лепестки в волосах играли на его образ одичалого тунеядца-безработного, с другой – почему-то именно мусор в волосах раздражал его сильнее обычного. Демон механически пригладил причёску, но сделал только хуже: вихры с двух сторон торчали словно настоящие демонические рожки. Он тяжело вздохнул и забрал бутылку обратно. Холодненькая шипучка давало ощущение хоть какой-то идейности происходящего.

Хогуй медленно просканировал спортплощадку, перевёл взгляд на полупустую улицу, где деликатно перешёптывались на ветру платаны. Светлые стволы почти сливались с окружающей застройкой, и лишь беспокойная крона создавала ощущение движения в этом горячем влажном воздухе, плотной массой лежащей на домах, заборах, автомобилях и плечах горожан. Откуда-то успокаивающе пахло острой едой. Почему-то любой запах съестного моментально придавал окружающему оттенок умиротворяющей стабильности и словно давал обещание почувствовать себя сытым. Так себе обещание для демона. Он облизнулся, но остался на месте. Поиски по улицам и кварталам с путаной нумерацией утомили его, в ведь хотелось всего-то одним глазком взглянуть на выбранного человека. Если бы хогуй был обычным смертным, то разозлился бы из-за потраченного времени, но демонам было всё равно, чем заниматься и где сидеть, лениво развалившись. Его непутёвый новый подопечный тренировался на спортплощадке прямо перед носом. Удобный пункт наблюдения покидать не хотелось.

Организация путешествия взбесила хогуя с самого начала. Худосочные, но рослые товарищи его человечка ленились даже на пробежках вокруг дома. Просыпали нужное время, неожиданно «заболевали», уезжали на помощь к каким-то дальним друзьям и новоявленным родственникам, либо просто тащили организатора этого непотребства посидеть в кафе, вместо серьёзного планирования. То есть отлынивали с непередаваемой виртуозностью! Саботажники! Демон смотрел на это и не находил слов, представляя, что такими темпами все они сгинут в этом путешествии, но потом вспоминал о задании в приложении, об испытательном сроке, тихо вздыхал и открывал новую бутылку пойла. Когтями это было делать особенно удобно, эдакая открывашка на все случаи жизни.

Единственный, кто его радовал – сам Сяо Шу. Парнишка изучал трассу, подбирал карты, смотрел видеоотзывы, читал чужие отчёты, составлял список необходимого и методично шёл по ним. И также методично готовился. Словно воин к решающему бою. «Если б при жизни я был как он, то возможно до сих пор бы не умер», – мелькнула странная мысль, и демон снова закашлялся кровью.

– Да что ж со мной такое!

– Уточните вопрос! – сотовая шайтан-машина неожиданно отозвалась после почти трёх недель молчания. Даже его отчёты демонический аппарат просто проглатывал, никак не комментируя в ответ. Словно затащить его в эту «игру» было самым важным событием, а дальше – гори оно всё синим пламенем. Или какого там цвета пламя в Диюе?

Были в этом и свои плюсы: хогую нравились правила, нравились эти короткие отчёты, немногословные опросы, конкретные формулировки и требования. Словно структурирование мыслей и дел давало основу всему его существованию. «Может этот инфернальный психотерапевт не так уж бесполезен», – нет-нет, да и приходила порой шальная мысль, но он гнал её прочь. Хогуй имел цель – завершить своё демоническое существование в смертном мире, – и не привык останавливаться на полпути, желая спалить все остатки собственной человечности дотла.

– Почему я так реагирую?

– Вы симпатизируете вашему человеку.

– Я? Симпатизирую? Этому потному бугаю? А нельзя было мне какую-нибудь милую и изящную девушку подсунуть, чтобы я ей симпатизировал, а не этому вот… пособию по боевым искусствам, – демон сидел на скамейке возле спортплощадки и наблюдал за бритым качком в одиночку уделывающем в баскетбол дворовую команду, попутно успевая отпускать шуточки на грани приличия, заливисто смеясь и провоцируя противников на нарушение правил. Если б хогуй сам участвовал в этом матче, то давно бы переломал противнику руки, ноги и вырвал поганый язык, потому что люди должны вести себя уважительно по отношению к другим людям, даже если те не умеют держать мяч двумя руками, и им не хватает ещё одной дополнительной пары ног, чтобы хотя бы не падать при быстром движении.

Демон печально вздохнул. С развитием технологий это было естественным результатом. Похоже, нормальный дворовый спорт стал настолько редким явлением, что его путают с байкальским осётром. Детишки прикипели к экранам мониторов и мониторчиков, напрочь игнорируя физическое развития обиталища своей души.

– Вы сами выставили желаемый пол…

– Я? – хогуй вспомнил, как меланхолично тыкал то туда, то сюда, сидя на крыше небоскрёба и вздохнул. За эти недели он уже не одну сотню раз успел пожалеть о своём тогдашнем настроении. Ладно хоть, это было объяснимо: в тот момент он уже попрощался с жизнью – какой бы она ни была у демона – и решительно ждал смерти. Кто в такой ситуации будет вчитываться в мелкий шрифт в странном приложении, открытом только чтобы скоротать последние часы?

– Да.

– А можно изменить?

– Да.

Хогуй прикрыл глаза, представляя на месте своего человека стройную длинноволосую красотку с игривым взглядом. Губы сами собой расползлись в предвкушающей улыбке.

– И как? – насколько он понял инфернальную бюрократию после регистрации в одном единственном приложении, скорее всего количество форм для заполнения превысит все разумные пределы, но ради результата, он был готов даже к такому.

– Уговорите его на операцию по смене пола.

– Ты! – зашипел демон.

– Внимание, к вам направляется объект.

– Мы знакомы? – Сяо Шу собственной персоной незнамо как подкрался прямо к хогую. То ли программа так отвлекла, то ли демонический слух сплоховал, то ли кто-то просто слишком замечтался, но даже так: любой другой на его месте побоялся бы подходить к загорелому бугаю с ожогом на левой щеке, да ещё и давно не стриженому – образ, который выбрал для себя демон, до сего момента благополучно позволял избегать ненужного общения.

– Чё?

– Вы постоянно приходите на мои тренировки и уходите сразу как только мы заканчиваем, – нарочито вежливо поинтересовался парнишка. – Мы знакомы?

"Какой внимательный паршивец", – демон посмотрел на человека снизу вверх, яркий свет золотил его мокрую от по́та короткую шевелюру, так что казалось, будто тот купается в солнце, как какой-то ангел со средневековых полотен. Вот только ангелы не носят красные майки со странными надписями на английском и числом восемнадцать. Или носят? Хогуй внезапно задумался, может стоит что-то разузнать про китайский ангельский пантеон, возможно есть какой-то скрытый смысл в нумерации. Или многие знания – многие печали?

"Видимо при жизни я был очень, некстати любознательным", – заключил он, – "за что, кажись, и поплатился". Но вслух сказал другое:

– Ты мешаешь мне пить пиво и закрываешь солнце.

– Прошу прощения, – засмеялся тот и шагнул чуть в сторону. – Вы похожи на… одного моего старого знакомого. Может вы хотите присоединиться к тренировке?

– Ты всё ещё мешаешь мне пить пиво.

Сяо Шу ехидно кивнул, вызвав у демона неоднозначные мысли – как можно выглядеть одновременно дружелюбно-покладисто и максимально вызывающе? – развернулся, взметнув вихрь лепестков из-под ног и пошёл той лёгкой, танцующей походкой, которая выдаёт человека, серьёзно занимающегося боевыми искусствами.

Хогуй хлебал своё пойло, которое импровизированно обозвал пивом, и смотрел ему вслед. Розовые лепестки крутили хороводы в воздухе. Демоническая шайтан-машина молчала.

# # # #

Следующий месяц хогуй всеми правдами и неправдами пытался выпихнуть неторопливых путешественников из дома, пополнив запас китайских ругательств английскими и русскими. Последние максимально чётко и лаконично описывали его мнение об участниках, об организации и даже о самом приложении «Инфернальный психотерапевт». На них он и остановился.

Список необходимого у участников не комплектовался, тренировки прогуливались, а благоприятный погодный интервал подходил к середине. Его испытательный срок, к слову тоже… А ведь надо было ещё добраться до места выброски.

Ждать одурманивающую жару июля либо августа – последнее дело для велосипедиста. Откуда-то демон это знал совершенно чётко. У него даже фантомно заболела пятая точка и возникло желание купить велосипедные трусы, но он вспомнил, что может просто чуть поменять структуру костей и конфигурацию мышц и на этом успокоиться. В любом случае, он собпланировалирался отслеживать каждый шаг этих самоуверенных профанов. То ли в прошлой жизни любил всё контролировать, то ли был передовиком и отличником.

В итоге приложение, насмотревшись на его мытарства, предложило присниться и уговорить. Идея понравилась хогую сразу, жаль, не к месту болтливый психотерапевт выдал эту информацию только сейчас, а то бы он уже давно начал внушать Сяо Шу важность планирования и своевременности. На волне энтузиазма демон даже подготовил духоподъёмную речь в стиле: "Пора выезжать, ведь если не сделаешь первый шаг, ты никогда не узнаешь, как будет выглядеть следующий! Никогда не приблизишься к цели!"

Как и положено хогую, во сне он явился эффектно: в языках пламени с обожжённым лицом, но Сяо Шу даже бровью не повёл, невозмутимо рассматривая дух погибшего в огне. Поднял руку в европейском жесте приветствия, выдал рэперское "Ëу!", вопросительно обвёл взглядом демонстрирующий адское нутро антураж. Даже осмелился издевательски пошевелить бровью, словно видел весь этот маскарад насквозь. Тогда хогуй психанул и пнул его под коленку: «Быстро свалил в свой Тибет, чёрт тебя дери, Шу-шу! А то ноги выдеру и засуну другим концом в задницу».

Ранним утром следующего дня будущие туристы-велосипедисты-рекордсмены купили билеты на самолёт до Чэнду.

## Глава 2. Велопоход

За следующие тридцать дней путешествия хогуй проклял всё на свете. Этот Сяо Шу определённо был самым большим неудачником, которого ему доводилось встречать. Хотя, не сказать, чтоб он многое помнил из прошлой жизни, но… Двадцать два селевых потока, девять горных обвалов, нападение грабителей, травмы участников, кое-кто даже умудрился заинтересовать горного демона… И ещё кое-что по мелочи. Всё-таки хогуй был демоном, искушающим человека, а не долбаным ангелом-хранителем, работающим без выходных. Хотя, как выяснилось, ангелов, в общепринятом европейском понимании, в китайской мифологии не водилось, так что хогуй подрабатывал им всего на полставки. Безоплатно. Волонтёром. Думать об этом не хотелось, поэтому он просто сравнивал свои ожидания с конечным результатом и вздыхал.

Ведь начиналось всё так хорошо… В Чэнду путешественники закупились продуктами, гордо сфотографировались у магазина с местными детишками, натянули на макушки шлемы и отправились в Яань, откуда далее их путь лежал на запад по трассе G318.

– Скатертью дорожка!

Демон помахал им ручкой с крыши последнего в городе здания, поболтал ногами над пропастью в сорок этажей и пододвинул к себе ящик местного пойла. Он уже присмотрел автобус на послезавтрашнее утро, чтоб неторопливо и с комфортом добраться до той же точки, куда самоуверенные велосипедисты будут тащиться эти же самые два дня.

– Не волнуешься? – подал из кармана голос «инфернальный психотерапевт».

– Да что с ними случится? Молодые, спортивные, отдохнувшие. Едут по самому простому и наиболее изученному отрезку трассы…

– Тогда может съездим в питомник? Тут недалеко? Панд посмотрим? Их как раз по утрам кормят, – чересчур слащаво продолжил помощник, словно только и ждал повода ввернуть предложение, а на тираду про подопечных кивал только для вида.

– Тебе нравятся панды?

– Спрашиваешь! Такие милые создания, ну кому они могут не нравиться?

– А ты знаешь, что эти милые создания, в разъяренном виде способны наводить ужас на врагов? – демон мысленно расслабился, вытаскивая из какого-то неучтённого уголка памяти давнюю историю, вычитанную… да чёрт знает где и когда вычитанную. Хлебнул ещё пойла для смелости и начал. – Где-то четыре тысячи лет назад император Хуань победил войска императора Янь, используя натренированных боевых животных. До нас дошло их описание и изображения на фресках. Там были тигры, леопарды, медведи… Тадам! И панды.

– Ладно-ладно. Не милые. Когда пойдём?

Хогуй даже не стал спрашивать, где этот зверинец находится – весь город был увешан плакатами с рекламой питомника по их разведению “Giant Panda Breeding Research Basе” и милыми фотографиями потешно-неуклюжих медведей. Он примерно догадывался, почему люди любят такое – всё, что связано с пандами, выглядит умилительно – но вот подобный интерес от электронного помощника смущал.

Хотя, слегка прислушавшись к внутренним ощущениям… он понял, что и сам не прочь взглянуть на бамбуковых медвежат. Всё-таки в эту часть Китая немногие отваживались выбраться. Близость к Тибету сказывалась: даже законно проживающие в Китае иностранцы обязаны были делать отдельное разрешение для посещения.

Демон ничего не помнил о прошлой жизни, но смутное любопытство и жажда новых впечатлений то и дело прорывались сквозь его равнодушную, закалённую смертельным жаром толстую шкуру. По крайней мере в этом он чувствовал странное родство с «инфернальным психотерапевтом». Наверно, будь они человеками из плоти и крови, живущими в одном времени, в одном городе, то стали бы лучшими друзьями.

Стопроцентная влажность тем временем сконцентрировалась в мелкую морось, равномерно висящую в воздухе вопреки гравитации. Демон обвел взглядом небоскребы, то тут, то там выныривающие из влажных туманных облаков, и печально вздохнул. Внизу, сквозь улицы, увешанные иллюминацией, сновали яркие, шумные велосипедисты и мотоциклисты в разноцветных накидках от дождя, образуя непрекращающийся поток «частиц», напоминающий течение крови по венам города. Быстрый, нескончаемый, целеустремлённый и яркий.

– А я бы сходил в музей пива, – медленно опустил он глаза на бутылку Циндао. – Там вроде даже дегустация включена в билет, можно разное попробовать…

– И где, по-твоему, нам найти музей пива?

– В Бельгии. Если посчитать количество сортов, включая мелкие пивоварни и монастыри, то их там около семи сотен. И это на территории страны всего в два раза больше Чэнду.

– То есть ты предлагаешь нам по-быстрому смотаться в Бельгию? – даже электронные интонации не могли скрыть сочащийся сарказмом голос.

– Слушай! А если бы я выбрал кого-то… ну… из Бельгии, там же наверняка тоже есть китайцы, меня бы отправили присматривать за ним в Бельгию?

– Да. Но ты уже выбрал. Так что у тебя только один вариант, уговорить своего подопечного добровольно захотеть туда слетать… и сходить в музей пива. Он у тебя пьёт?

– Почти нет, – вздыхает демон. – Только ради компании. Его друзья как только не уговаривали, но он просто осёл какой-то. С места не сдвинешь. Без шансов…

– Без шансов…

– А можно мне случайно убить его, а? А потом выбрать какого-нибудь нормального бельгийского китайца?

Похоже приложение не ожидало такой откровенной подлости, потому что следующие минут тридцать они провели в тишине. Хогуй уже было решил, что ему придётся допивать весь ящик без собеседника, когда «психотерапевт» подал голос.

– Я тут почитал инструкции, и нет, боюсь такой вариант будет засчитан как нарушение правил. Нам же не нужны проблемы?

Демон медленно перевёл взгляд с ящика пойла, на утопающий в мокром тумане город, затем снова на него.

– Какие проблемы? Пиво, что ли, запретят пить? Ладно-ладно. Я пошутил. Не буду я его убивать.

– Тебе настолько хочется в Бельгию?

– Нет. Мне всё равно. Просто… – хогуй отсутствующе посмотрел сквозь морось, а затем, словно углядев там что-то важное, встряхнул лохматой головой, сбрасывая оцепенение. – Ладно. Я же пошутил. Говори сразу, куда ты там ещё хочешь? Только не слишком загоняйся.

– Ещё… мы должны обязательно сходить в местный ресторан, попробовать настоящую сычуаньскую кухню и в национальный парк Хуанлон, – залопотал «психотерапевт», словно только этого и ждал, с нетерпением развернув на весь экран список достопримечательностей.

– А что там?

– Там самая обширная травертиновая формация в мире!

– Далеко?

– Где-то в четырёхстах километрах к северу.

– Э-э-э… А ты берега не попутал? То есть, я должен бросить свой тестовый образец без присмотра на два дня и катать тебя по местным достопримечательностям?

– Хорошо, – скуксился шайтан-аппарат, – тогда только панды. И ресторан. И…

– А если… если вдруг что-то случится с ними. Я как-то смогу об этом узнать?

– Если только твой человек тебя позовёт.

– О? И как он меня позовёт?

– По имени, дубина!

– А какое у меня имя? Джеки Чан?

– Это ты так пользователя в программе назвал. Откуда я знаю, на какое имя ты откликаешься. Ты даже мне не сказал! – с наслаждением отчитывал его голосовой помощник, звуча немного обиженно.

– Не знаю, – прошелестел хогуй и отхлебнул сразу полбутылки. – А откуда он вообще знает, что может меня позвать?

– А он и не знает.

– В смысле?

– Ну ты же с ним в контакт не вступал, координатами не обменивался, свою миссию не объяснял… Откуда он вдруг узнает, что есть демон, который его опекает. Ты сам-то себя слышишь? Где логика, а?

– А так можно было?!

– А зачем, по-твоему, демонический чат, а? – хогуй практически слышал, как «инфернальный психотерапевт» бьётся электронным лбом о динамически восстанавливающиеся стены интерфейса и завывает. – Чтобы там вы, демоны, делились полезной информации, а не задавали одни и те же идиотские вопросы. Я тебя сразу же туда направил! Что с тобой не так, а?

– Я думал, ты всё сам знаешь. Ну, голосовой же помощник подразумевает именно такие консультации.

– Голосовой помощник инфернального психотерапевта! Консультации психотерапевта! – нравоучительно оборвал тот, – а это значит, у меня нет цели сделать тебя умным, мне нужно просто вернуть тебе вкус к существованию. Только психическое здоровье и вкус к существованию! Всё! Желание жить и баста! Знания, пожалуйста, добывай себе сам.

– Если они вообще у меня когда-то были, – слишком тихо пробормотал хогуй и открыл ещё одну бутылку. – Ладно, понял я, понял. Прости. Пошли в ресторан.

# # # #

– Не надо прятать телефон. Просто обопри его о вазочку и делай вид, что разговариваешь с кем-то из другого города. Никто тебя из-за этого идиотом считать не станет. Сейчас видеосвязью все пользуются, – не прекращал наставлять его помощник. С тех пор как они вошли в ресторан местной кухни, рот у "громкоговорителя" не закрывался, он требовал поворачивать себя камерой в разные стороны и всё-всё комментировал.

– Я так и делаю, – пробурчал хогуй, но всё-таки аккуратно оглядел других посетителей, маскируя взгляд под спутанной чёлкой. Парень в углу также разговаривал, жестикулируя в телефон, удерживаемый в вытянутой руке. Ещё одна девушка за столиком возле входа зачем-то ползала с телефоном вокруг уставленного блюдами стола, то нависая слишком опасно над, то почти присаживаясь на пол сбоку.

– В инстаграм постит, – прошептал из телефона голос. – Не надо так напряжённо за ней смотреть. Если интересно, могу научить. Пара фильтров и правильная фокусировка и ты в топе. Ах, да, еще тэги надо правильно выставлять и фрэндиться с нужными людьми.

– А инстаграм разве не под запретом?

– Ты… Ты, вообще, что ли телевизор не смотришь? Про ВПН слышал? Давай, я не буду тебе ещё и про это рассказывать?

– Ну не рассказывай. Ты же сам говорил, что у тебя нет цели прибавить мне ума.

– Так это ума и не прибавляет, – хохотнул психотерапевт, а демон меланхолично раскрыл меню.

– Что бы ты заказал?

– Мм… – сразу же сменил тон голос из телефона. – Как насчёт курицы с чили?

– Я не люблю острое.

– Что?! Не понял…

– Я не люблю острое.

– Подожди? Тогда… тогда зачем ты сюда пришёл, вообще?? Это же сычуаньский ресторан. Что ты собирался тут есть? Вся провинция Сычуань славится своим особым видом перца.

– Ну, у них же должны быть в меню и неострые блюда. Правда же? Вот, например, капуста на пару…

– Она острая.

– А, вот это – шуэй чжю ю? "Рыба в воде". Варёная рыба?

– Сычуаньская варёная рыба. Рыба, приготовленная по-сычуаньски в горячем масле чили. Экстремально острая. Самое острое блюдо в меню. Не рекомендую.

– Ты серьезно? А звучит как обычный рыбный суп…

– Ты когда-нибудь ел сычуаньскую кухню? Ладно. Это был риторический вопрос. Заказывай что-нибудь выпить и пошли смотреть на панд.

– Может всё-таки попробуем? Ты же хотел?

– Хотел, да. Это было в путеводителе по провинции Сычуань. Но кто ж знал, что ты такой… бракованный. Ты китаец, вообще, или нет?

– Китаец, конечно, – намеренно прищурился демон, сузив глаза. – Хорошо, хорошо. Я попробую раз обещал. Что-нибудь небольшое.

Двадцать минут спустя демон с выпученными глазами блевал в туалете ресторана, а психотерапевт издавал звуки утешающего похлопывания по плечу, что ничуть не успокаивало, а только сильнее бесило. После двух стаканов молока, бутылки воды и бегающих за ним официантов, он был готов прямо тут провалиться сквозь землю или случайно воспламениться.

– Не переживай. Завтра ещё раз поболит, а потом всё.

– Что завтра поболит? – жалко простонал хогуй, а потом сообразил что именно и заблевал с новой силой.

– Вот, смотри, что про местную кухню пишут. «Британские ученые обнаружили, что вкусовые ощущения при поедании сычуаньского перца идентичны вибрации: они возникают из-за работы механорецепторных нервных волокон типа RA1. В частности, сычуаньский перец ощущается как вибрация в пятьдесят герц».

– Я не хочу вибрации, я хочу пива…

– Сначала панды.

# # # #

Десять негритят пошли купаться в море, Десять негритят резвились на просторе, Один из них утоп, ему купили гроб,
И вот вам результат стало девять негритят…

Именно эта песенка откуда-то всплыла в голове в тот момент, когда хогуй, полный впечатлений от неуклюжих, но упрямых чёрно-белых медведей, сидел в автобусе из Яаня, который как раз лихо пронесся мимо двух фигур, упрямо и безграмотно транспортирующих третьего пострадавшего на импровизированных носилках. Слава китайскому богу удачи Цай-Шэню, это был приятель Сяо Шу, а не он сам.

– Какого чёрта! – зашипел демон и чуть не вспыхнул от злости. По его плану этим троим следовало находиться в паре десятком километров западнее, живыми, здоровыми и в полном составе. Оставил их на пару дней одних, понимаешь…

Водитель и без демонических подсказок сжалился, притормозив недалеко от парней, хогуй тут же выскочил и пошёл навстречу. Пассажиры тоже высыпали наружу, размять ноги, посмотреть на начинающиеся предгорья, посочувствовать неудачникам.

– Камешек попал в тормозной механизм, ну и колёса встали, а он шварк – и два раза через голову, – рассказал первый неудачник, по совместительству демонический подопечный Сяо Шу.

– И всё это на спуске. После подъема. Там же тяжело-тяжело, в гору-в гору, а потом сразу легко. Ну, когда разгоняешься. Так что у него даже одежда в лохмотья. Каску помял. Штаны изорвал и куртку тоже, – подытожил второй.

– Аааа! – простонал третий и закашлялся.

Демон мрачно ухмыльнутся и пошёл ловить попутку обратно в город.

# # # #

Этот вечер закончился почти также, только теперь он сидел на крыше больницы и выпивал в одиночестве. Даже «инфернальный психотерапевт» его проигнорировал. Странное поведение для электронного помощника, хотя, кто этот, демонический хайтек, разберёт, что за алгоритмы в них заложены, одному цзянши известно. Иногда терапевт вёл себя как самый заядлый раздолбай c едва законченными двенадцатью классами, а порой как занудный руководитель, уставший от постоянных рационализаторских идей подчинённых.

Через три дня его подопечные снова отправились в путешествие, но уже группой из двух человек. И в этот раз хогуй решил не отходить от них ни на шаг. Панд он посмотреть успеет: в конце концов, за каждой из них присматривает по нескольку специально обученных человек, досконально знакомых с их повадками и режимом, а за этими двумя идиотами один единственный разнесчастный демон без опыта работы и с в/п.

Так что он приобрёл велосипед, красный шлем с имитацией огненных всполохов и отправился за ними, старательно держась на расстоянии, проклиная идиотские мечты, кол в чьей-то заднице, любуясь пробегающими мимо пейзажами и стадами яков. Всё-таки одна из самых красивых дорог в мире. Можно созерцать неспешно сменяющиеся окрестности, аккуратно съезжая со старого крутого серпантина на новый. Изрезанные дорогами склоны, горные вершины – казалось протяни руки, и вот они тут – выжженная солнцем трава, местами с избалованными погодой зелеными лугами – всё это возбуждало в нём какую-то странную жажду приключений, любопытство, восторг и желание… жить. Вот те чёрные точки на травянистом склоне – пасущиеся яки – так и просились на заставку телефона.

Ему даже не понадобились велосипедные трусы. Грунт в Тибете был идеальным: проехавший бульдозер всё разровнял, и дорога готова. Теперь по ней спокойно тарахтят грузовики, катаются автомобили, телеги, велосипедисты, кони, но она почти не разбивается. Дёшево и сердито.

– Полу-витки серпантина идеальны для велосипедистов – короткие спуски-подъёмы и долгие горизонтальные проходы. Комфортно: успеваешь отдохнуть между наборами высоты, – с откуда-то взявшимся профессионализмом выдал хогуй.

– Крути педали, давай. Вон на самой высокой точке надо сфоткаться. Рядом с названием перевала. А потом обратно, – не переставал подзуживать его психотерапевт, но демон был только за. В отличие от непоседливого подопечного человека с электронным помощником ему повезло. Их характеры гармонично дополняли друг друга, делая общение лёгким и насмешливым.

– Зачем обратно?

– Да ты оптимист, – хмыкнуло из кармана, но никаких объяснений не последовало.

Через час он осознал, что уже сколько любуется природой, а его подопечные всё никак не появляются в поле зрения. Хогуй достал сотовую шайтан-машину, повздыхал, а потом развернул железного коня в обратную сторону. Спустя ещё один час он обнаружил этих красавцев в обществе яков, валяющихся на травке, болтающих с местными и угощающих пастушьих детишек печеньем. Хогуй мысленно прикинул, насколько они следуют плану поездки, а точнее – отстают от него, и захотел огреть Сяо Шу ежедневником. Из кармана презрительно хмыкнула сотовая шайтан-машина, но, словно чуя настроение демона, от комментариев воздержалась.

# # # #

Нет, но эти двое оказались упёртыми как стадо горных козлов. Хогуй их даже зауважал. Они падали, обгорали на солнце, мокли под дождём, мучились с горным давлением и разреженным воздухом на перевалах, спали в косо-криво-наспех поставленной на склоне палатке, но всё равно ползли медленно, но верно в направлении Лхасы.

Хогуй делал то же самое в нескольких сотнях метров от них. И иногда, засыпая в тесной палатке, по чьей натянутой поверхности барабанил дождь, он очень мечтал выбраться наружу и пристукнуть Сяо Шу за его выбешивающий оптимизм. Или хотя бы сорвать с велосипедов цепи и унести их в каменистые тибетские дали… Но испытательный срок, на который он подписался не иначе как в момент помутнения рассудка – интересно, а есть ли у демонов рассудок? – врождённая добросовестность – разве эта черта присуща демонам? – и зарождающееся любопытство не позволяли бросить задачу на полпути.

– Если мы выживем, нам будет всё нипочем! – каждое утро Сяо Шу начинал с какой-нибудь банальной, оптимистичной тирады. Аж зубы сводило.

– А если нет? – уныло бурчал его спутник, чьего имени хогуй так и не запомнил, но зато активно разделял его пессимизм и сочувствовал в меру демонических способностей.

– Давай о скучном сейчас не будем думать, а!

– Слушай, а что с велосипедами? – спутник оказался куда внимательнее их всех, первым заметив украденную часть инвентаря.

– Что? Куда делись цепи?? – наконец-то посерьёзнел Сяо Шу, начал бегать вокруг, махать руками, громко кричать и ругаться, но починить их железных коней это не помогло.

Горе-путешественники ругались, потом ползали по округе, раскисшая от дождя земля должна была сохранить следы бессовестного вора, но их не было. В итоге цепи обнаружились за грудой валунов в паре сотен метров ниже по склону. Одинокий хилый ручей струился в объезд камней, вымывая из металлических сочленений грязь, смазку и другой мусор, набившийся туда с начала поездки.

Ещё пару часов парни потратили на обратную установку. Потому что сначала искали в байду инструкцию – хогуй мысленно поблагодарил богов Саньсин за изобретение интернета – потом перепутали цепи, потом переругались, а в конце проголодались.

– Это ты? – подал из кармана голос психотерапевт, доселе молчавший.

– Что я? – не понял демон.

– Цепи у них снял и спрятал?

– Как бы я смог? Мы всё время вместе были, я от тебя ни на шаг не отлучался.

– Я отлучался.

– Ты можешь выходить наружу? – хогуй достал телефон и начал крутить в пальцах, словно пытался обнаружить дверцу с надписью «Выход» либо выдвижные ножки.

– Не фигурально! Беспроводную связь зачем, по-твоему, придумали? Значит не ты. Ну ладно.

– Да и зачем мне бы это понадобилось? – почему-то хогуй стойко не переносил вот такие недопонимания относительно своих намерений. Либо он виноват заслуженно, либо иди в жопу со своими намёками.

– Я так и сказал, ладно. Верю тебе. Потому что помнишь, ты же планировал его убить, так откуда я знаю, вдруг ты всё ещё передумал. Но если ты говоришь, что нет, то нет. Сколько мы ещё тут сидеть будем? Ты куда пошёл?

– Хочу разобраться, кто украл цепи.

– Ты решил поменять человека? Теперь хочешь заняться каким-то горемычным тибетским шутником?

– А вдруг это не человек?

– Мы живём в материальном мире. Здесь есть сотовая связь, антибиотики и самолёты, а ты ударился в какие-то дремучие суеверия.

– А ты сам разве не суеверие?

– Нет! У меня есть материальный носитель, дата выпуска, номер релиза и разработчик. Интерфейс used-friendly и даже доступ в демонический чат. Хватит дурью маяться, поехали. Вон, твои подопечные уже куда умотали.

Хогуй снова вдохнул ненужный, – кажется, этот человеческий жест прочно закрепился среди его привычек, – многозначительно выдохнул и пошёл обратно. Психотерапевт, как это часто случалось, был прав.

# # # #

На следующее утро история повторилась с поправкой на другую запчасть. Кто-то открутил сиденья, и теперь велосипедисты с жаром обсуждали, смогут ли их задницы приспособиться к езде на металлическом подседельном штыре по тряским горным дорогам, а в кармане у демона словно на последнем издыхании захлёбывался смехом психотерапевт.

– Если это всё-таки ты, я готов признать твоё чувство юмора великолепным. Даже неподражаемым, – хрюкнул телефон, что-то вспомнил и снова залился хохотом, напоминающим вой пустынного шакала.

– Это не я, – буркнул хогуй. Ему отчего-то было совсем не смешно, а тревожно, он с жадным подозрением осматривался вокруг, затем вытащил смартфон из кармана и зашуршал интернетом.

– Что ты делаешь?

– Книжку хочу одну скачать, почитать. Давно хотел.

– Тебе скучно, что ли? По-моему, всё очень весело. Отменного придурка ты себе выбрал. Давно так не смеялся.

# # # #

– Это уже не смешно!

На третий день у них пропали передние колёса. Хогуй, не дожидаясь, пока парни проснутся и ударятся в поиски, спустился вниз к продолжающему виться вдоль их маршрута ручейку и выловил их там. Затем что-то поискал в воде, огляделся по сторонам, присмотрелся и тяжело вздохнул:

– Мне кажется, это чжуганьгуй…

– Кто?

– Чжуганьгуй, водный дух, заманивающий людей в реку. По терминологии Гроота – один из шэн и цзай, то есть из существ созданных из «несчастий, насылаемых природой».

– Терминология Гроота? Звучит вообще не по-китайски.

– Сейчас, – хогуй потянулся к телефону и открыл читалку. – Считается, что гуй боится крика, чтения классических конфуцианских книг или буддийской «Сутры Авалокитешвары», календарей, меча, которым зарубили много людей, тростника, персикового дерева и различных амулетов. Так говорится в книге "Демонология древнего Китая", автор Ян де Гроот.

– Да ты псих, – с какой-то нечеловеческой интонацией выдал психотерапевт. – Антирекурсивный псих. Это как призрак, читающий книгу о том, что призраков не существует.

– Про призраков там тоже есть. Цзяо – своенравный и несущий вред призрак, дэн – призрак, летающий по воздуху, гу – безголовый призрак, лэй…

– Знаю-знаю, уволь меня от прослушивания терминологии, ты ещё расскажи мне легенду, как Великий Юй шесть раз мимо дома проходил. Мог бы просто в демонический чат записаться. Давай, решай уже, что там с твоим человеком делать?

– Не уверен, что у них есть меч, тростник или персиковое дерево, но покричать и почитать сутры они вполне способны.

– Вот только как подкинуть им эту идею?

– Не надо, я сам.

# # # #

– Прекращай, а? Или отключи микрофон. Я так больше не могу!

– О, почитаемый Миром! Поклоняюсь трём драгоценностям! – завывал в который раз начало куплета хогуй, держа перед лицом смартфон с развёрнутым на полный экран текстом сутры. Складывалось впечатление, что демон и психотерапевт застыли лицом к лицу, и последний отчаянно пытается заткнуть уши. – Нельзя прерываться! Поклоняюсь татхагате Величественному Царю Всеосвещающего Сияния Океана Священной Мудрости!

– У тебя что, синдром отличника? Зачем до конца дочитывать?

– Ну я же не знаю, подействовало или нет, – успел выпалить тот во время паузы для вдыхания.

– Подействовало. Вон твой чжуганьгуй корчится.

– О, почитаемый Миром! Где? Нет там никого?

– Включи демоническое зрение, а?

– О, почитаемый Миром! У меня есть демоническое зрение?

– Если бы ты только хоть раз зашёл в демонический чат…

– О, почитаемый Миром! О! Получилось! Я его вижу! Офигеть! Хорош трепаться, он сматывается!

– За хвост хватай! Да не за тот, за другой! Этот шайтан может обрасывать демонический хвост! Прыгай сверху! Что тупишь! Ты же тяжелее! Врёшь, не уйдёшь, падла! Э-ге-гей!

# # # #

– Надо было его сжечь, – сокрушался голос из кармана. – Ну какой идиот отпускает демона, который нацелился на его человека, даже контракта не заключив.

– Он обещал прекратить.

– Ты не понимаешь совсем, да? Этот человек для него теперь, как бутерброд надкушенный и изо рта вытащенный. А ты как тупой придурок, которого можно разжалобить слезливой историей, про «сами мы неместные…»

– Ну может он и правда всем подряд за погибшую семью мстит. И заманили их сюда другие демоны…

– Ага, пятьсот лет назад. Неместные они! Ну-ну! Ты видел статистику гибели в горах Тибетского автономного региона, а? Конечно же нет, о чём я спрашиваю. Я, кажется, догадываюсь как ты умер. Няшка-наивняшка, которого подловили на просьбу о помощи.

Хогуй ощутил, как его глаза вспыхнули красным, а из пальцев непроизвольно выщелкнулись когти. Внутри стало горячо, очень жарко, как за мгновение до взрыва.

– Закрой рот, – прошипел он, и телефон, жалобно пискнув, отключился.

# # # #

Следующие дни, и правда, никаких неприятностей не принесли, хотя хогуй бдил окружающий ландшафт со старанием достойным снайпера, замаскировавшись под куст с веточками за ушами.

А потом началось. Неприятности посыпались как из ведра. Его подопечный падал с велосипеда, царапался обо всё цеплючее, рвал одежду, ломал детали, терял вещи и протыкал шины – хогуй неустанно благодарил предусмотрительность своего человека, который набрал с собой кучу мелочей, казавшихся поначалу лишними, – травился какой-то пакостью – пока хогуй не вычислил, что кто-то подменил таблетки для обеззараживания воды – пару раз едва успевал увернуться от проезжающих машин, но упрямо полз к цели. Как-то в гостинице на них даже напали грабители. Хогуй решил, что вот тут и вправду конец, но нет. Сяо Шу выкрутился.

Апофеозом подлянок стал селевой поток, сошедший на дорогу прямо перед их выездом. Как будто они уже не были достаточно мокрыми после бесчисленных дождей. Как ляпнул на одной стоянке Сяо Шу: «И на самую идеальную подготовку к непогоде всегда найдется идеальный погодный катаклизм».

Поток из грязи, земли, камней и веток раскурочил мост, залил чавкающей, засасывающей жижей брод и притормозил их «марш-бросок» ещё на неопределённое время. Кто знает, сколько тут придётся ждать дорожные службы Тибетского автономного региона.

– Наверно, его сглазили. Зря ты того гуя отпустил.

– Чжуганьгуя.

– Неважно. Он небось кому вышестоящему пожаловался. Сейчас ещё набежит гуев, что мы тогда с тобой делать будем?

– Надо поискать в байду инструкцию по защите от селя, – хогуй достал смартфон, щёлкнул когтем для разблокировки и углубился в поиски.

– Да я тебе прямо так скажу. От селевого потока можно спастись, только избежав его. Кстати, что это твой подопечный подписывает для полиции?

– Услышав шум приближающегося селевого потока, следует немедленно подняться со дна лощины вверх по стоку, не менее чем на сотню метров. При этом нужно помнить, что из ревущего потока на большие расстояния могут выбрасываться камни большого веса, угрожающие жизни. От селевого потока можно спастись, только избежав его.

– Что я и говорил. Иди, проверь, чем там твой человек занимается.

# # # #

Хогуй изучал документ, украденый им из полицейского протокола, и не мог сообразить, хорошо это или плохо. С одной стороны, это развязывало ему руки: можно будет без последствий заставить случайно потеряться уже порядком надоевшего человека, а потом выбрать кого-нибудь из Бельгии. Музей пива начинал маячить перед взором всё более и более реалистично. Демон облизнулся.

С другой стороны… Его даже было как-то жалко. Сяо Шу, этот идиот подписал «Соглашение о жизни и смерти», специальный документ, чтобы в случае его гибели в горах Тибета никто не мог никого обвинить, в данном случае – полицию, что те не проинформировали его о рисках и опасностях местности. Кажется, это была стандартная процедура в этих местах. Они с приятелем вписали в соглашение свои имена, номера удостоверений личности, предоставили отпечаток пальца, взяв на себя и только на себя полную ответственность за всё, что может случиться с ними в дальнейшем. У Сяо Шу после неудачного падения окровавленный большой палец даже не потребовал красных чернил для печати.

– Дата письменного отчета сегодня, – напомнила сотовая шайтан-машина. Они сидели за огромным грязным валуном, откуда открывался одновременно вид на дорогу и на суетящихся внизу людей. – Фотография объекта обязательна. Раз в месяц нужно подтверждать своё личное присутствие рядом.

Хогуй поскроллил пальцем альбом в соседней вкладке и ухмыльнулся.

– Тебе какую лучше: где он в резиновых сапогах перетаскивает велосипеды через реку грязи или пытается поставить палатку под каменным навесом в ливень? Или вот, смотри, он пытается уцепиться за зеркало джипа на подъёме, а водитель против, отталкивает и хочет его сбросить?

– А ты похоже воспрял духом. Выбери что поприличнее. Только залепи лицо каким-нибудь стикером.

– Зачем?

– Ты так и не сходил в астральный демонический чатик?

– Что я там забыл. Небось какую-нибудь хрень обсуждают. Гуи же.

– Ты удивишься.

– Ладно, удивлюсь. Скорее всего, неприятно. Просто расскажи про стикеры. Зачем они?

– Чтоб душу никто не спиз… не украл.

– Аааа! Логично. А может тогда такую фотку?

– Ты снял соглашение «о жизни и смерти»?

– На память. Там его данные, отпечаток кровавый. Почти демонический договор.

– В детстве многие этим балуются. Пишут договора и скрепляют кровавыми отпечатками. Смешная и нелепая традиция.

– Мне кажется… я тоже так делал когда-то. Что-то очень знакомое.

– Ах, да. Ты же раньше был человеком. Договор продажи души?

– Договор дружбы. Мы обещали помогать друг другу и отомстить, если с кем-то из нас что-то случится. Кажется так, но, когда пытаюсь вспомнить детали, голова болит.

– Ну ты-то уже отомстил?

– Да, – хогуй совершенно по-человечески сглотнул, вспомнив окровавленную крышу с расчленённым телом и сверкнул красными угольками глаз, спустя мгновение вернувшись к образу задолбанного жизнью туриста с обветренным лицом и неделю нечёсаными волосами.

– Но ты всё-таки открой астральный демонический чат, там много полезного обсуждают. Вдохновением делятся.

# # # #

– Я не могу на это смотреть. Хочу пива. Без пива как-то совсем тухло, – они сидели выше по склону и наблюдали за копошащимися возле разрушенной дороги людьми.

Сяо Шу в сапогах по колено и в грязи примерно по сюда же таскал через очередной грязевой поток сумки, баулы, тюки, чужих детей, чужие велосипеды, в общем всё, что помещалось в руки. Из всех местных жителей и туристов, скопившихся на берегу селевой реки, он единственный притащил через тысячи километров с двумя пересадками на разных транспортах резиновые сапоги. Его друг, с примерно таким же выражением лица, как и хогуй, созерцал всю очередь желающих приобщиться к подобной переправе.

– Попробуй посмотреть на это под другим углом. Он заработает себе карму, а ты получишь душу редкой чистоты. Если… хм… когда доживёшь до конца его жизни.

Хогуй тяжко вздохнул.

До конца путешествия оставалось не так уж много километров, какая-то пара несчастных сотен – ничто по сравнению с уже преодолёнными двумя тысячами. C двенадцатью перевалами и несчитанными горными реками. За прошедшие дни Хогуй ещё четырежды ловил возле него гуев, на этот раз всех сжёг, но неприятности не прекращались, становясь всё более изощрёнными и сложно избегаемыми. Он мечтал, как посадит этих придурков на самолёт в Лхасе, выкинет на помойку их раздолбанных железных коней и запрётся на неделю на пивзаводе. Он уже всё выяснил про лхасское пиво – хвала байду! – единственное тибетское пиво, которое продавалось на международном рынке.

– Я до конца испытательного срока боюсь не дожить, а ты мне про жизнь заикаешься. Срочно нужно выпить!

– А не слишком ли много ты пьёшь, мой дорогой друг? Алкоголизм – это тоже порок, знаешь ли.

– В этом-то и смысл, запятнать себя пороками. А то так получается, что я – молодой непорочный демон, только начинающий свою инфернальную карьеру с чистого листа. Не хочу выглядеть слишком идеальным на фоне остальных… приходиться напиваться и вести себя как свинья.

– Вообще-то, в Китае свинья – это символ изобилия и богатства…

Окончание фразы потонуло в приближающемся рокоте.

– Второй сель сразу после первого? – выкрикнул кто-то из толпы, и все побежали в стороны. Один Сяо Шу замер в самом центре затопленного русла с недонесённым до другого берега велосипедом. Чьим-то чужим велосипедом.

– Беги! Что стоишь! Беги! – сам от себя не ожидая, заорал хогуй, но его голос потонул в приближающемся гуле. Вместо того, чтоб поторопиться, парнишка растерянно попытался найти глазами кричавшего (вообще непонятно каким образом его услышав), грязь зачавкала под ногами с неохотой выпуская сапоги.