Алексей Колотов
Путешествие

В сентябре 1833-го года отправился я в обратную дорогу из Москвы, где пришлось мне заниматься делами издательскими и финансовыми. Путешествие из одной нашей столицы в другую всегда есть занятие многодневное, утомительное и дорогое. Впрочем, справедливости ради надо заметить, что нынешнее состояние дороги после недавно произведённого ремонта, может не радовать разве что того, кто не знает её прежних качеств. Да и почтовые станции на московском тракте не в пример лучшего свойства нежели на других, и содержатся все они за казённый счёт, а значит лучше ограждают путника от разного произвола.

Перед самым отъездом попросил я друга своего Соболевского дать мне в дорогу книгу для чтения. Он большой знаток по этой части и владелец богатой библиотеки, содержимым которой я так привык пользоваться. В этот раз я хотел, чтобы книга была непременно скучной и не требовала от читателя хоть сколько-нибудь ума. Книги умные я проглатываю очень быстро. Не возить же мне с собой целую библиотеку? В книгах же посредственных, я подолгу пережёвываю каждую фразу, пытаясь отыскать в ней хоть толику смысла, почасту откладываю, утомляясь чтением. Рассказал я ему о своих резонах и добавил:

– Дай-ка ты мне, брат, что-нибудь из Лоуренса Стерна или Ричардсона…

– Если я правильно понял тебя, Александр, тебе сейчас нужна книга наискучнейшая и, по возможности, не блещущая авторской остротой ума? Такая у меня есть. Уверяю, что ничего глупее ты никогда не читал, а кроме того, она на русском языке. Надо же тебе иногда и на родном почитать. Вот, держи…

И он протянул мне томик «Путешествия из Петербурга в Москву» 1790-го года издания. Весь тираж её был уничтожен почти полностью и остались редкие экземпляры лишь в коллекциях настоящих библиофилов. Я поблагодарил Сергея и подумал, что время затраченное мною на сей опус, потерянным не будет, ведь о нём до сих пор ходит множество слухов и пересудов.

Я так спешил скорее вернуться домой к своей любимой жене, которую не видел больше месяца, что проезжал за день по нескольку прогонов с одними короткими остановками на отдых. Но на четвёртый день я был совершенно измотан и ждал с нетерпением остановки в Тосне. Новёхонькая станция, построенная по проекту самого Руски с ухоженными каменными домами, в которых (как ни странно) совершенно нет клопов, просто просила меня принять её гостеприимство.

Я сделал остановку в столь замечательном месте и, в очередной раз похвалил себя за то, что не стал скупиться и не воспользовался в этот раз дилижансом. После ужина я не пошёл сразу в свою комнату, а прогулявшись по опрятному вымощенному двору, заказал себе чаю с любимым вареньем из белого крыжовника и сел у окна при свете ещё ясного неба с книгою. Скрипнула тяжёлая дверь – кто-то вошёл. Взглянув, я обомлел, узнав своего друга.

– Нащокин! – вырвалось у меня.

– Пушкин! – услышал в ответ я его восторженный возглас.

– Как ты здесь? – прокричали мы одновременно, бросаясь друг к другу и вместо ответа обнялись. Нелепо было бы и отвечать начать одномоментно. Он присел ко мне за столик, бросив мимолётный взгляд на захлопнутый впопыхах томик.

– Радищева читаешь? Как он тебе?

– Нелепейшая вещь. Набор пустых бессвязных полумыслей. Жалчайшее подражание Стерну.

– А сколько толковали о ней в своё время…

– Книга сия переполнена ненавистью. И не столько к угнетателям простого народу, как это принято считать, сколько ненавистью вообще ко всему русскому. Но не будем о ней. Ты откуда сейчас и куда?

– Возвращаюсь в первопрестольную. А ты, конечно, из Москвы домой?

– Да, я спешу к своей любимой. Переночую здесь, а завтра – домой почти без остановок. Оставайся и ты, мой милый Паша, наговоримся…

– Нет, друг, спешу. В свою благословенную Москву. Зачем ты только переехал?

– И я люблю Москву, Паша. Я там родился. И там я нашёл свою любовь. Но в ней мне ужасно скучно. Она так понятна мне. А Питер, – словно вечная загадка для меня.

– В Москве свобода, Александр. А в Петербурге – жандармы всюду. На каждом перекрёстке, в каждой подворотне. Они даже будто у тебя в душе. И лишь в Москве – ты совершенно вольный человек.

– Да, в Москве свобода. Всем напоказ сорить деньгами, да пошло одеваться. Там хорошо. В Москве я отдыхаю. А Петербург влечёт меня как Рок.

– Проклятое место. Мне хочется бежать оттуда поскорей.

– Так и должно быть. Ты же истинный москвич.

– Когда-то к Государю нашему Петру Алексеевичу приводили знающих людей. Из тех, особо чутких, что могут распознавать места силы, чтобы там ставить монастыри или, напротив, гиблые места, которые нужно обходить стороной и жилья там строить нельзя. Десять из десяти ведунов сказали, что не должно быть в этом месте не только стольного города, но и никакого другого тоже. Но Меньшиков, сказывают, тоже привёл одного знахаря. И тот с уверенностью заявил при всех, что город здесь поставленный, славнейшим будет. А потом ещё очертил на карте территорию, коей хватило бы на сто подобных городов, и прибавил: «Вот за эти границы только не выходи, в них град сей счастлив буде». А царь-то и обрадовался: мне, дескать, этой землицы лет на триста вперёд хватит, чтобы Питербурх мой умножать. Словно сам он собирался всё это время заниматься строительством. А кудесник тот не добрым видно был. Я каждый раз, оказываясь там, словно под гнетущий купол попадаю.

– А мне там хорошо. Как будто какой-то неведомый восторг меня пьянит.

– Что ж, брат, вот уж и лошадей мне поменяли. Поеду дальше. Передай поклон мой Наталье Николавне.

Мы вышли вместе с ним на двор и он, уже садясь в коляску, сказал, обнимая меня:

– Ты помнишь наши вечные разговоры в Англицком клубе? Мне кажется, что тема путешествия ещё не исчерпала себя в публицистике. Почему бы тебе не изложить свои идеи в форме путевых заметок о поездке из Москвы в Петербург?

На этом он уехал. А я остался в тяжёлом раздумье: чем же так влечёт меня этот город и почему тяжёлые предчувствия не покидают меня?

Я стоял перед дверью в офис небольшой консалтинговой фирмы в бизнес-центре «Сенатор» недалеко от площади Восстания. На красивой табличке вместо названия организации было написано: «Доктор геолого-минералогических наук, профессор Кафельников В.Н.». Я негромко постучал.

– Войдите. – услышал я приглушённо-рычащий бас.

Когда я вошёл, внушительных размеров совершенно седой человек посмотрел на меня поверх очков и произнёс:

– А, это ты…

Он сказал это так, словно мы с ним давно знакомы. А между тем, я видел его впервые. Вчера, и минуты не проговорив по телефону, напросился на консультацию. Странный тип. От таких обычно мало проку как от советчиков. Кабинет был просторней, чем я ожидал. Все стены были увешаны разнообразными картами. Вдоль них стояли шкафы с папками документов. Стулья были загромождены высокими стопками бумаг, а на полу разнообразные проекты лежали в подписанных коробках. Чертежи и схемы, стоящими торчком тубами, заполняли остатки пространства между шкафами и простенками и нависали со шкафов, скрученными в рулоны, вроде снежных навесов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.