Маргарита Абрамова
Сломанные

ПРОЛОГ

Она неважно себя чувствовала, но все равно согласилась поехать со мной на этот вечер. Долго собиралась, я уже начал злиться. Ну что там – надеть платье и подвести глаза. Ну, конечно, это у нас у мужчин все быстро, а как же прическа, сколько там занимает укладка? Раза три сходила в туалет по-маленькому. В ее положение это норма, но сегодня все злило, даже эти обычные естественные вещи, на которые бы вчера не обратил внимание. Но сначала споры из-за самого мероприятия, долго не соглашалась, а когда согласилась, началась истерика, что ее обязательно сглазят, искала булавки, потерявшиеся так некстати. «Ребеночка будут переговаривать и он родиться немой» всплывали обрывки фраз. Когда сели уже в автомобиль и выехали за ворота, она вспомнила, что забыла выключить утюжок для волос, которым делала эту чертову укладку. Молча остановился, вышел сам, не ей же идти. И только оказавшись в доме, позволил все же выругаться. Громко, всё равно никто не услышит. Закрыл дверь на ключ и поскользнулся на ровном месте. Погода стояла отличная, ни грамма осадков, откуда могла появиться лужа на пороге. Но я поскользнулся и упал, стукнувшись сильно коленом. Отряхнул брюки и направился все же к машине, где ожидала жена. Нога болела, настроение ушло в минусовую отметку. Надо хоть сказать «спасибо», что брюки остались целы и чисты. «Спасибо, вселенная, или кто там за это отвечает!».

– Весь день пекло страшно, как бы дождь не пошел, а мы без зонта…

– За зонтом я во второй раз возвращаться точно не буду, – рявкнул все-таки, хоть и собирался сдерживаться.

Она поджала губы, накрашенные розовым блеском, только бы не заревела в придачу. Какой же я мудак, не иначе, довел будущую мать. Еще полчаса на поправление макияжа и мы точно опоздаем. Но обошлось. Я хотел произвести хорошее впечатление на руководство и спонсоров. В нашей компании намечалось расширение и открывались перспективные места. Чем я и хотел воспользоваться. Прихватив с собой беременную супругу, больше для статуса. В глазах окружающих семьянин, ожидающий пополнение к тому же, выглядит благонадежно. Чем если бы приперся один. Одиночки не надежны, они легко рвут и уходят, их ничего не держит, нет ответственности за кого-то, месяц без денег перетерпят, пока найдут новую, спиногрыгов кормить не нужно, ипотека не грозит пенями. Да к тому же, Вероника обязательно прицепилась бы. Крутилась бы рядом, что окружающие восприняли ее моей спутницей. Она начинала раздражать. Ну потрахался с ней, пару раз, вовремя попалась в нужное время, когда Олеся лежала на сохранении, а я уже был готов волком выть, все колом стояло. А заботливая коллега все чаще выставляла свои прелести и крутила задом перед моим носом. Хотя и сказал ей, что все закончилось, может больше ни на что не рассчитывать. Но ум у нее то ли короток, то ли упертая такая, вцепилась своими лапами, даже угрожала, что позвонит жене и все ей расскажет. Пригрозил тогда, что уволю ее к чертовой матери, связи у меня действительно были. Затихла, но ждал подвоха, такие, как она, просто не отступают, угораздило же связаться.

Олесю я любил, не до потери пульса, конечно. Но уважал за ум, покладистый характер, за ее лучистую улыбку. Таких девушек только под венец, я и сделал ей предложение спустя три месяца знакомства. Год пожили для себя, а потом она забеременела. Не знаю готов ли я становиться отцом, вроде пора. Тридцать три, как никак. Хочу пацана, буду мужика растить. Первое УЗИ как раз его и показало, но Олеся говорит, что на втором точнее будет, а сейчас это не стопроцентно, чтобы я в случае чего был готов и к девочке. Вот что с девочкой делать? «Любить» – слышу снова ее голос. Наверно, я бы и любил, только… мне никто не дал, никто не позволил насладиться этим счастьем. Дождь все-таки начался, Олеся запричитала, что была права, а я гнал, злой, сквозь эту стену воды, ни черта не видя перед собой, так боялся опоздать. Зашибленное колено ныло.

– Родион, пожалуйста, мне страшно.

Выдохнул, уже собрался притормозить у обочины, но не успел. Со встречки на нас летел какой-то дебил, как я, который тоже не остановился и не переждал непогоду, а несся по своим определенно важным делам, обгоняя фуру.

Яркий свет, женский вскрик, тонкий и такой обреченный. Удар. Струи дождя, барабанящие по искорёженной машине, такие громкие…

В тот вечер я лишился не только жены, я лишился своего предполагаемого счастья, лишился права на него. Молить, чтобы я оказался на их месте, было бесполезно.

ГЛАВА 1

РОДИОН

«Любить». Ты должен идти вперед, не ставить на себе крест. «Ты ни в чем не виноват». Так говорит она в моих сновидениях, которые иногда приходят. Не каждую ночь, конечно, пару раз в неделю. Я не согласен с ней, и светлый облик Олеси и маленькой девочки, нашей нерождённой дочери (почему-то во сне я уверен, что это все же была девочка), сменяется ужасными картинами. Они стоят вместе, держась за руки, и кровь стекает по их лицам. Начинает моросить дождь, а затем он усиливается, превращая капли в битое стекло. Просыпаюсь от кошмара и не могу пошевелиться. Как тогда, зажатый металлом, не чувствую тело. Да плевать на себя! Только бы дотронуться до шеи Олеси и проверить пульс. Но лежу, парализованный и могу только смотреть. Лучше бы я потерял сознание. Хотя нет, это мое наказание – видеть ее запрокинутую голову с закрытыми глазами и живот весь в крови. Видеть их последние минуты жизни. Хотя судмедэксперт сказал, что Олеся скончалась на месте, не приходила в сознание, не мучилась. А я свои мучения заслужил.

Лежу в сумраке комнаты, резкий вздох спустя долгие секунды ожидания. Тело отпустило и снова могу шевелиться. Постельное белье опять насквозь мокрое, как и моя одежда. Иду на кухню, пью воду, хочется чего покрепче, сдерживаюсь, это не помогает, уже проходили.

Дом, в котором жили вдвоем, пришлось продать. Там кошмары снились каждый день. Все напоминало о трагедии. Жаль было неимоверно, не хотел забывать Олесю. Казалось, что если я продам этот дом, то предам ее, память о ней. А вдруг ее душе иногда захочется вернуться сюда, а тут будут совершенно чужие люди. Паранойя накрывала, родные уговорили все же. Ну как уговорили, подсунули документы, пока я был накачен сорокапроцентным «обезболивающим». А потом ничего не оставалось, как смириться и жить дальше. Жить ли? Для чего? Это какое-то кощунство, что я существую, а они нет. Что я отделался лишь месяцем в травматологии и шрамом на лице. Видимо, чтобы помнил, да я и без зеркала не забуду. Разве можно забыть все, что произошло. Уже так просто не вычеркнешь из своей памяти, это как клеймо. Только не на коже – на сердце.

Работу тоже сменил, иногда, кажется, что сменил все внутри, в душе. Стал верить в ее существование, не хотелось думать, что от них не осталось даже частички. И я – больше не я. К прежнему «Родиону» чувствую лишь омерзение. Все свои поступки вспоминаю и хочется повесится. Как можно было изменять беременной жене? Как можно ее тащить на этот гребанный вечер только ради престижа. Она же не хотела ехать… Не хотела. Это все я. Сколько раз смотрел на этот крюк в стене, который сам и вбил туда. Веревка лежала в шкафу. Слабак! Нет, я должен мучится, умереть было бы слишком легко. Я должен нести свое наказание.

За окном темно, три часа ночи. Как всегда призраки прошлого приходят в одно и тоже время. Как это работает? Подсознание или что-то иное? Никто не знает. Но это так, порой пробирает до костей, разум туманится, трудно отличить реальность от сновидения. Будто спишь и не спишь одновременно.

Лучший психолог для мужчины – стакан алкоголя. Ну не привыкли мы делиться чувствами с окружающими, да и с близкими редко это делаем. А те, кто посещает группы психологической помощи, действительно вышли на путь исцеления. Кто самостоятельно решил открыться, рассказать о своей проблеме, признать, что один не справиться, попросить помощи. Главное признать, что проблема есть, принять истинное положение дел, но не смириться. Это работает, если ты этого хочешь, а не по чьим-то давление и по указке. Только сам, когда будешь готов. Как понять что готов? Просто зайти туда и остаться.

Я не хотел исцеления, хотел и хочу лишь боли. Но жизнь, как будто, не слышала моих просьб. Течет размерено. Час за часом, день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом. Все так же цветут сады, также приходит весна, только ты стоишь на месте. Застыл в трясине и движение вперед не доступно. Да и не нужно оно это движение мне. Когда все расцветает, улицы наполняются улыбками прохожих и смехом детей, гомоном друзей, щебетом девчонок. В такое время всегда сложнее. Мозг предлагает возможные картинки, если бы не было той аварии. Это могли быть мы – той супружеской парой, что катит коляску по алее, или сидящими на лавочке родителями, пока их ребёнок играется в песочнице, а потом скатывается с горки. Да много таких моментов, образы сами преобразуются и заставляют зависнуть, а после понять, что это просто обман, иллюзия, созданная в голове. Видимо, мозг так защищается, пытается образумить хозяина, пусть на считанные секунды, но все же…

Не был на похоронах, лежал на вытяжке, весь в гипсе. Мать не хотела мне говорить, что Олеся погибла, но я итак это чувствовал. Нет, знал, слышал, как говорили на месте происшествия, они думали я без сознания. Да и взгляд, как она не старалась, не мог ничего скрыть.

– Не надо, мам, я знаю, – челюсть тоже болела, но в груди болело сильнее. Закрыл глаза, попросил ее уйти. Она приходила часто, осунувшаяся, но радостная, что ее единственный сын выжил. За это я еще сильнее злился на нее, не понимал – ну как можно. Но она приходила, вначале пробовала что-то рассказывать, какие-то новости, но я просил ее помолчать. На третий день она приняла правила игры – приходила, садилась на стул около постели, доставала журнал и читала. Про себя, а не в слух. Понимал, что жестоко поступаю с родным человеком, действительно сильно переживающим за меня. Раню ее сердце, но иначе не мог. Во мне была только вина и океан злобы, на всех и всё. И чтобы она не делала, ей не справиться в одиночку с моими душевными ранами, как бы не была сильна материнская любовь.

Не просто принять, что все изменилось, что ты теперь один. И она не просто ушла, ушла к другому, например. Ушла насовсем, нет – НАВСЕГДА! Ты больше никогда не увидишь ее, не встретишь случайно в магазине, в парке, да где угодно. Никто из знакомых не заговорит о ее делах. Просто исчез человек. А все дальше живут как жили. Соседи коллеги, все, это злит. Очень. Справедливости нет.

Как только выписали из больницы, отправился на кладбище. Постоял около могилы, цветы эти положил, две розы. Но все как сюрреалистическое какое-то, ну не может это быть правдой. Трудно принять, что там под двумя метрами – Олеся, особенно, когда сам не видел как ее погружают в эту холодную сырую землю.

Но осознание пришло позже. Когда дом был по-прежнему пуст и понимаешь, что она не придет. Сидишь за компьютером, а в восемнадцать тридцать никто не хлопает дверью. Ждешь, хотя знаешь. А сердце ждет. Страничка в социальной сети, на которую заходила в тот роковой день в десять ноль два утра. Не смог заставить себя удалить ее.

Удары кулаком в стену не помогают. Запил. Приходил в сознание урывками. Вот стою в магазине с бутылкой водки, а вот лежу мордой книзу на диване. Деньги имеют свойство заканчиваться, особенно, если второй месяц не посещаешь работу. И длительный запой сменяется похмельем. Ломкой и причитаниями матери, скорой, капельницами и успокоительными.

Как-то этот период закончился, благодаря стараниям родительницы. Наверное, если бы не она, так и превратился в забулдыгу. Видимо, нравоучения, что Олеси было бы стыдно, увидь меня в таком состоянии, подействовали, раз я все же собрался и завязал. Апатия, депрессия, новая работа. Вместо алкоголя, в особо тяжелые моменты, взял привычку бегать. Долго, чтобы остаться без сил, выбить все мысли напрочь. Оказывается, тоже помогает, формирует стержень, который удерживает эмоции и чувства в узде, и казаться более собранным.

Думаю, не стоит говорить почему, предельно ясно, что ее родители меня теперь ненавидели. Мать так совсем постарела лет на десять. Она так и сказала мне, что умереть должен был я. Да кто же спорит, я ее прекрасно понимал. Отец хоть и молчал, но все было понятно и без слов. Потерять любимую дочь, когда должны радоваться внуку или внучке.

И так год пробежал, а дальше просто день сменяет день. Смирился, что так и только так будет всегда. Утро приходит – завтракаем, идем на работу, обед – обедаем, молча, один в столовой, никаких компаний, вечер – ужин, фильм на ночь и сон.

Иногда вечера тянутся нескончаемо долго и сон не идет, но еще дольше длятся минуты после кошмаров. В дождь еще хуже, словно дежавю, сердце колотится как ненормальное. Когда дома один стараюсь выходить к людям, чтоб не сойти с ума, иногда забегаю в магазин, переждав непогоду там. Сложно объяснить, что происходит со мной, но я чувствую себя выбившим из цепочки звеном, без которой она прекрасно существует. Просто нет смысла.

ГЛАВА 2

РОДИОН

Новая работа меня устраивала. Народ уже понял – со мной много не разговоришься, что совсем не компанейский тип, поэтому оставили меня в покое. За это был премного благодарен. Не нужно ни с кем особо контактировать, только непосредственно с начальником, да и с айтишниками.

Так и длилось мое комфортное и спокойное существование в рабочем коллективе до сегодняшнего времени. Ходили, конечно, слухи, что обслуживание программы прекратиться с нового года, но в это особо никто не верил, продолжая просто делать свое дело. Даже не ожидал, что эти, казалось бы, незначительные изменения принесут мне проблемы. Вот тут-то я и ощутил себя старым динозавром, неспособным освоить что-то новое.

Специалисты, внедряющие современное "чудо-юдо", все объяснили не по одному разу, оставили инструкции. Ничего сложного не было, но постоянно что-то не выходило, зависало, глючило. Это неимоверно выводило из себя. Я хоть и не прочь был задержаться на работе, но не нажимая по сотому разу одну и туже операцию, которая не хотела поддаваться.

Неужели только у меня никак не получалось освоить эту долбаную навороченную программу, которая обещала упростить жизнь, а не наоборот?!

Вздохнул-выдохнул, звонить на горячую линию смысла не было, они как обычно бы перевели на курирующего специалиста, а на сегодня его рабочий день закончился.

На часах уже полвосьмого. И чую мне здесь сидеть еще долго. В принципе, я и не против, домой так или иначе не спешу, кто меня там ждет? Никто. Перекусить бы, правда, не отказался. Живот со мной согласен и громко урчит. Я здесь один, так что все равно, сам терплю и он потерпит. Целый день работал над проектом, оставалось лишь загрузить данные в новую программу. Это как раз и не получается. Олдскульник, дожил, капец, с парой кнопок справится не могу! В очередной раз неудача, матом вырвался не произвольно. Вздохнул, уставился в монитор. Будь у меня супер сила – испепелил бы этот гребаный компьютер.

Дверь тихонечко открылась. Вошла женщина. С ведром и шваброй.

– Простите, – голос тихий, – Я не помешаю? Просто все уже ушли…

Да и мне бы пора, самому не справиться, только время теряю и треплю нервы.

– Убирайтесь…, – буркнул не глядя, а сам уставился в программу, еще раз решил попробовать.

Эта странная дама замерла в проходе, лица за капюшоном было не разглядеть, что зависла-то? Прямо как и моя программа! А потом сообразил что сказал, ее ввел в ступор мой резкий ответ.

– Убирайтесь в смысле «уборка», а не уходите, – она кивнула, принимая мой ответ, а я зачем-то решил оправдаться:

– Просто у меня тут… запара, – рукой указывая на компьютер. Снова кивнула. В разговор не вступила, просто прошла в комнату и мы каждый принялся за свое дело.

Минут пятнадцать бился и все в пустую. Злой как черт!

– Нужно нажать "дефенц" и "загрузить". После обновить и еще раз с другим расширением.

Это сейчас мне? Медленно поднял голову. Уборщица стояла сбоку чуть позади моей спины и смотрела в экран. Когда только успела так подобраться близко?! Видимо, был так увлечен, что и не услышал даже.

– Дефенц, – повторила она, а сама смотрит не на меня, а куда-то в пол, ботинки свои что ли разглядывает. Голос довольно молодой, хотя лицо так сразу не разглядишь.

– Вы в этом разбираетесь? – не вежливо, но все же сомнение в голосе не удалось скрыть.

Она кивнула. Какая немногословная, странно, что вообще решила что-то подсказать.

– Немного, одна моя знакомая недавно билась с этой проблемой.

Слава все богам, не у одного у меня с этим проблемы, значит, есть еще надежда на дальнейшую работоспособность.

– Может тогда поможете? – я встал и указал на свое место.

Видно, что колеблется. Не знаю, чего она испугалась, или просто ее не понимает, а так ляпнула для словца.

– Да уж…

– Ладно, – отставила швабру к стене, сняла резиновые перчатки и аккуратно положила их на ребро ведра. Сдвинула капюшон, открывая свое лицо взору. Теперь я немного завис, рассматривая ее. Она нахмурила брови, недовольная тем, что на нее уставились. Отвел взгляд.

Совсем молодая девушка, а под этим тряпьём и не скажешь. Все такое мешковатое и серое. С другой стороны, она же убираться пришла, к чему ярко и стильно одеваться.

Теперь понятно, что ее насторожило. Молодой девушке опасно находится в пустой комнате наедине с мужчиной. Я еще не самый располагающий к себе тип. Со шрамом на лице.

Она села, придвинула ближе стул. Я же расположил руки аккурат с краю стола. Не нависаю, но и чтобы можно было видеть ее действия. Ее пальчики легко и быстро пробежались по клавиатуре, что-то нажали и пошла загрузка. Даже не успел заметить что именно, так как моим вниманием завладел этот странный пучок на ее голове. Как только поместился под капюшоном?! Высокий и небрежный он притягивал к себе взгляд. А потом живот напомнил о своей беде, может почуял рядом женщину и сразу понадеялся на что-то. Нет дружок, не стоит даже рассчитывать, только еще больше опозоришь нас, мало того что тупой, так еще и невежда.

– Простите, с обеда ничего не ел…

– Да ничего страшного, у меня есть бутерброды, будете? – мельком взглянула меня и перевела взор на свою сумку, стоящую около входа.

Наверное, отказаться было бы не вежливо, но и бутеры у незнакомого человека брать не хотелось.

– Брезгуете брать у уборщицы? – заметила мои сомнения, пристыдив меня.

– Да нет, ваша профессия тут совершенно не причем… просто неловко как-то…

– Да бросьте, пока загрузиться, вы и перекусите. А я доуберусь и закроем помещение. Мне нужно проверить и сигнализацию на выходе. Она работает только тогда, когда все двери закрыты. Иначе сбоит.

Встала, вытащила из рюкзака прямоугольный обычный контейнер с желтой крышкой. И достала пару бутербродов – один с колбасой и сыром, а другой – с красной рыбой.

– Антонина Степановна положила с собой, – будто я должен был знать кто это, – Бесполезно было ей доказывать, что не голодная и плотно поела, – продолжала моя собеседника, не замечая моего незнания этого имени, или ей было все равно знаю его или нет, – Да и к тому же рыбу совершенно не люблю. Пришлось взять, чтобы не обидеть, – протянула мне.

Я заметил ярко оранжевый маникюр. Он не вязался с образом, она выглядела серой мышкой, скромное поведение и осторожность. А тут такой яркий цвет. А она не такая простая, какой хочет казаться. Интересная персона.

– Извините, вы будете еще работать? – спросила, когда она закончила свои дела.

– Нет, вроде все сделал на сегодня, спасибо большое, – не знал что сказать «вам» или «тебе», странное у нас вышло знакомство.

– Тогда бы я закрыла здесь все…, – она так «ненавязчиво» меня спроваживала, еще бы мешаются тут всякие, не дают выполнять работу.

– Не буду вам мешать, – несколько шутливо бросил в ответ и направился на выход.

– Я – Родион, кстати, – оглянулся уже уходя.

– Дарья.

Хм. Даша. Красивое имя. Так звали мою бабушку. Ей всегда не нравилось мое имя, часто причитала по этому поводу: "Да, имя красивое, но оно должно что-то значит, как лодку назовешь… Вот мое, например, значит «сильная, побеждающая», а твое что? Розовый?» Часто ругала родителей, вздыхала, но что тут уж поделаешь…

А глаза и правда светло-карие. Угадал.

ГЛАВА 3

ДАША

Антонина Степановна сегодня выглядела бодро. Ничего не указывало на вчерашний приступ. Ну подскочило давление до двухсот, с кем в ее возрасте не бывает?! Она должна была в этом году пойти на пенсию, но случилась пенсионная реформа и настырно поменяла ее планы, напоминая, что возраст не главное, а главное – быть молодой душой.

Моя соседка обычная русская женщина. Она всегда хорошо ладила с моими родителями, а когда я осталась одна, то, по привычке, продолжали заходить друг к другу. Я интересовалась ее делами и здоровьем, да и просто вместе чаю попить, составить ей компанию. Мне она всегда нравилась тем, что не сплетница, можно тихонечко что-то с ней обсудить и быть уверенной, что об этом завтра не узнает весь двор. Веет от нее какой-то добротой что ли, умеет она расположить к себе человека. Вчера, как раз был день, когда я к ней решила заскочить на пару минут. Она собиралась на работу. Но резко стало плохо. Все уговоры остаться дома ничего не дали. Ведь ничего страшного в этом нет, все мы люди и порой попадаем в неприятные и непредвиденные ситуации. Она очень переживала, сказала, что уже отпрашивалась на этой неделе. А начальница ее, уж очень была недовольна, и если снова не придет, то может и место потерять.

– Кто меня в таком возрасте на работу возьмет?!

– Ну какой возраст?! Все знают, что пенсионный возраст подняли, – не сдавалась я, но все безрезультатно.

– Знать то все знают, а вот как в действительности дело обстоит…

Наверное, это было так, мне сложно судить, я еще в эти тонкости не вникала, не пришлось столкнуться.

Она оставалась непреклонна и в таком полуобморочном состоянии собралась идти убирать помещения. Ладно бы еще сторожем была, так нет же – физический труд. Мне ничего не оставалось, как предложить сходить за нее.

– Ну а что такого? Приду, помою все комнаты и тихонечко уйду.

Вызвала ей скорую, чтобы точно не передумала, а сама направилась по написанному на листочке адресу. В этом районе несколько раз бывала, поэтому добралась быстро, с пропуском бабы Тони беспрепятственно миновала проходную. Все прошло без происшествий, никто не заметил подмены, да и кому это надо рассматривать новеньких уборщиц.

Сегодня я тоже решила проведать соседку, поинтересоваться как она, и заодно удовлетворить свое любопытство.

– Антонина Степановна, а вы там на работе многих знаете?

– А что обидел кто вчера? – заволновалась она, обернулась ко мне, отвлекаясь от готовки своего фирменного пирога с яблоками.

– Да нет, – сомневалась стоит ли узнавать про того самого Родиона. Не знаю что, но что-то зацепило в нем. И этот его шрам на брови. Интересный образ… Красивый портрет бы получился…

– Даш, ты не молчи, скажи все как было, ведь из-за меня…

– Да правда, ничего страшного не случилось, просто познакомилась там с одним человеком. У него еще шрам на лице. Вот и стало интересно кто такой и откуда он у него.

Можно ли нашу короткую беседу считать знакомством? Скорее всего можно, раз мы все же представились друг другу.

– Со шрамом, – баба Тоня задумалась, – из какого отдела то?

Если честно, то отделом не очень-то и интересовалась, на табличку не посмотрела даже когда уходила, летала где-то в своих мыслях. Но раз он занимался с программой обработки данных, то либо экономист, либо аналитик.

– Кабинет, что на третьем этаже, напротив входа еще большая монстера растет. Родионом звать.

– Родионом говоришь, хм, дай подумаю, имя запоминающиеся, ааа, угрюмый этот, он частенько засиживается, видимо, никуда не торопится. Что и вчера уходить не хотел?

Да, действительно, «хмурый» ему подходит. Вот парочка вчера встретилась – один хмурый и нелюдимый, бутерброды брать боялся, и я – настороженная, всех опасающаяся. Не знаю почему, но перетрухнула вчера. Как открыла дверь и увидела там мужчину в пустом кабинете, освещенного одним светом от монитора. Сердце вскачь пустилось, ладони вспотели, еле пересилила себя и спросила можно ли приступить к уборке. Даже не сразу поняла, что он разрешил, видимо так мне хотелось уйти от подступивших страхов. А потом увидела его лицо. Хорошо, что он сидел уткнувшись в свой компьютер, а то бы точно принял меня за неадекватную полоумную девицу, которая шрамов не видела. Бестактно уставилась на него, очень не красиво, до сих пор стыдно. Всегда думала, что не важно какой человек наружности – главное внутренний мир, а тут в ступор впала. Видимо, просто все совпало, комплексное воздействие на мою слабою психику. Улыбнулась сама себе.

– Да ничего про него не знаю, что трудоголик только, ну и одиночка, ко всему прочему. В компаниях не замечала его особо.

Так и ничего не узнав про этого человека, почувствовала легкое разочарование и досаду, но придя домой пальцы сами потянулись к карандашу. Необходимо было успокоить свою эмоциональность, погасить, завершить, выплеснув на бумаге.

Рисунок получился похожим, но что-то не хватало, во взгляде. Было в нем что-то затаенное. Вот бы еще раз его увидеть. Отложила в свою папочку, аккуратно завязала веревочки на маленький бантик. В голове крутился мотив, когда я представляла образ этого человека. Не могла вспомнить, что за песня, словно легонько царапало, не давая покоя. Вымыла пальцы, черные от карандаша, остановилась у окна, рассматривая двор с высоты. Открыла двери балкона, впуская свежий воздух в комнату и в свои легкие. Так и не остеклили балкон. Отец всегда хотел мансарду, уютные пару кресел, где бы они с мамой отдыхали от тяжелых будней, обсуждая новости и делясь друг с другом радостями и переживаниями. Но не срослось. Может быть, позже, я все же доберусь до реализации этой цели, всего то и надо накопить не сильно кусачую сумму. Но с моими доходами это пока не удается. А хотелось бы сделать приятное папе, вот он вернется в свою квартиру и, наверняка, оценит.

Деревья вокруг зеленели, такие молодые листочки, смело раскрывшиеся после пары дождиков. Березе, что достает аж до пятого этажа, уже лет и лет, сколько себя помню, она всегда здесь росла. Не хотелось грустить этим майским днем, но и причин для хорошего настроения не было. На лавочках около подъезда собирались парочки, а я, по-прежнему, оставалась одна. Не такая юная как они, но и не повидавшая жизнь. Мне всего двадцать два! С большим хвостиком. А ощущаю себя, как минимум, сорокалетней женщиной.

Иногда казалось, что я не способная на отношения. Все говорят, что отношения нужно строить, постоянно поддерживать. А мне бы хотелось просто делиться заботой и чувствовать, что мое тепло кому-то необходимо и важно. Чтобы все было просто и легко. Не нужно было бы подбирать слова на свидании. Бояться выглядеть глупой и нелепой, не переживать от касаний и взаимодействия. Вот был бы у меня ребеночек. Может и рано. И странно об этом думать, но с мужчинами сложно и беспокойно. Не получается у меня с противоположным полом. А так я была бы действительно кому-то нужной и меня любили бы просто так, потому что я просто есть.

ГЛАВА 4

РОДИОН

Я ехал в общественном транспорте. По понятным причинам, теперь только так передвигаясь. Не могу себя заставить снова сесть за руль. О покупке новой машины даже не задумывался. За все это время был лишь пару раз в роли пассажира в такси, какой уж водитель.

Все устраивает, ничего страшного в том нет, если подождешь пятнадцать минут на остановке маршрутку или автобус. Есть, конечно, минусы, я бы сказал, один жирный минус – толпа народу в час пик. Вот уж удовольствие – ехать в консервной банке. Утром терпимо – мятое сонное царство, вечером же – усталое потное раздражение, суетное. Это ещё один повод задержаться попозже на работе, хотя бы на час. Движение не скованно пробками, дорога освобождается, можно спокойно доехать до дома, размеренно дыша.

Май подошёл к концу. Завтра за окном будет лето. Зелёный цвет удивительно успокаивает нервы, мысли текут ровным потоком, не зацикливаясь по кругу. Занял место у окна, слегка облокотившись на него, решив подремать полчаса. Сегодня это не выходило, но я так и сидел с прикрытыми глазами, закрывшись в себе, не впуская шум окружающих меня людей, отстранившись от него.

Уже привык, что на меня пялятся. Из-за шрама. Быстро отводят взгляд, если начинаю смотреть в ответ в упор. Дети опасаются, да и девушки часто держаться на расстоянии. На работе уже сжились. Хотя, по началу и там было также. Все люди. Всем интересно откуда и почему. Одним хватает деликатности не задавать вопросы, другие не деликатно поставлены на место.

Почувствовал, что рядом на сиденье кто-то присел. Кто-то легкий, совсем немного продавив поролоновую сидушку. Скорее всего, молодая женщина или подросток. Было не настолько интересно, чтобы посмотреть кто это. Но тут услышал смутно знакомый голос. Девушка разговаривала с подошедший к нашим креслам кондуктором.

– Пару секундочек, только карточку достану, – звенел рядом этот голос.

Глаза распахнулись сами, на рефлексах, заставляя мозг подтвердить мои догадки. Даша. Похоже, она меня не заметила. В ногах стоял большой пакет с маркой супермаркета. Расплатившись за проезд, уткнулась в телефон и увлеченно что-то в нем писала. Светлые волосы были распущены, спадали на лицо, немного загорожая его.

Видимо, ощутив мой взгляд на себе, мельком посмотрела в мою сторону. Ее настигло осознание, узнавание кто рядом с ней и меня одарили улыбкой. Искренней. Широкой. Несколько озадачивая. Вот так встреча. Моя нечаянная помощница. Сколько раз ездил этим маршрутом никогда ее не замечал ранее. Да и нечему удивляться – я не высматриваю молодых симпатичных девиц.

– Родион, здравствуйте!

– Даша…

Приятная девушка, за эту неделю не то, чтобы часто ее вспоминал, но загружая очередной файл, ее образ всплывал в воспоминаниях. Странный пучок и яркие ногти. Захотелось с ней поговорить, но вот подходящих тем для разговора в голову не приходили. Замолчал, просто смотря на нее.

– Как ваши успехи? – начала она первой разговор, робко улыбаясь.

– Знаете после вашей помощи все хорошо, вы как-то благотворно повлияли на мой компьютер.

– Я рада. Здорово. Домой едете?

Кивнул.

– Я тоже. Опоздала сегодня на свою маршрутку. Пришлось ехать с пересадками. Да еще с пакетами. Хорошо, хоть две остановки всего осталось.

Это значило, что она уже через пару минут встанет, заберет свои пакеты, и просто выйдет из автобуса.

– Давайте я вам помогу, – вырвалось само, когда она начала подниматься с сиденья. Хотел донести пакеты до выхода, но почему-то последовал с ней из транспорта.

– Вы тоже выходите здесь? – она вскинула на меня удивленный взгляд.

Мне было ехать еще три, но поддавшись какому-то неведанному импульсу, вышел вслед за своей новой знакомой. Почему? Сам не знал ответа на этот вопрос. Просто встал и направился помогать. И не спугнет ли ее эта правда? Девушка выглядит недоверчивой, хоть и улыбается. Заметно, что смутилась моих действий. Я же не цветы ей дарю, в самом то деле. Человек мне помог – отвечаю той же монетой. Вот и все, нет никакого скрытого подтекста. Надо донести не только ее сумки, но и этот смысл. Просто захотелось, чтобы она расслабилась и просто приняла помощь.

– Нет, – не стал врать, – Мне чуть дальше, но раз мы так удачно встретились, почему бы не прогуляться и заодно не помочь вам, как вы мне совсем недавно.

– Да не стоило себя утруждать, я сама бы прекрасно справилась, тут совсем недалеко.

– Вы мне помогли, теперь моя очередь. Считайте это моей маленькой прихотью. Ведите.

Вздохнула, сдалась. Вот и отлично.

Мы прошли вдоль парка. Действительно можно доехать намного быстрее, гораздо сократив путь. Мой же маршрут в объезд, по центральной улице к новостройкам, а затем сюда. Свернули через пару домов направо. Через арку. Обычные советские пятиэтажки.

– Или что я такой страшный?

– Нет, нет, не в этом дело, – быстро затараторила Даша, щеки заалели, – Ваш шрам… Вот я дура…, – видимо посчитав не уместными сказанные слова, смутилась. Пока не спрашивают откуда он у меня, все хорошо, иначе появляется раздражение, смешанное с горечью. Но в ее сторону не было ничего подобного.

– Украшает мужчину? Это вы хотели сказать? – даже немного пошутил.

Дарья шла, смотря прямо перед собой, молчала, возможно, уже жалела, что согласилась на мою помощь. Толком и не поговорив, повисло напряжение. Мы прошли еще метров двести и остановись около подъезда. Она доставала ключи из сумочки.

– Я вообще не хотела о нем говорить, не во внешности дело, просто…, – она замялась, подбирая слова.

– Опасно девушке доверяться малознакомому мужчине? – добавил за нее.

– Да… Именно, – кивнула соглашаясь, – Простите…

– Вам не за что извиняться, это правильно, – криво улыбнулся в ответ.

– Спасибо, но правда не стоило. Мне как то неловко …, – она протянула руки за пакетами.

– Какой этаж?

– Четвертый, я привыкла…

– Не бойся, донесу и сразу уйду, – совсем ее запугал, но уже собрался доделать дело до конца.

Она снова покраснела. Я бы тоже опасался на ее месте такого типа как я.

– Я вас не боюсь…

– А вот зря, мы почти не знакомы и благоразумнее было бы не впускать меня в подъезд.

– Вы такой странный…

Странный? Думаю, это не совсем то определение, но пусть будет так. Действительно, странно себя повел. Вызвался помогать девушке, сошел за несколько остановок до своей. Стою тут и уговариваю впустить меня в подъезд, при этом читаю лекции о безопасности.

– Пойдемте, что же вы остановились…

– Так уже пришли, четвертый…

Быстро, не успел заметить все эти пролеты, и вот мы уже на месте. Живу в частном доме и не привык ходить по лестнице, не помню, когда в последний раз это проделывал. Ощутил себя полным стариком. Старался держаться, дышать ровно, спасибо моим пробежкам, сейчас бы без них совсем облажался, весь потом покрылся бы. Вот бы помощничек был хорош!

– Вы живете одна?

– Вот это вы зря сейчас спросили.

– Согласен, – почувствовал как мои губы тронула усмешка.

– Одна, это квартира отца, но его сейчас нет в городе.

– Благоразумнее было сказать, что он скоро приедет.

– Согласна, – отзеркалили мой прежний ответ.

Мы оба замолчали, неловко смотря друг другу в глаза, стоя на лестничной площадке напротив квартиры шестьдесят один.

Даша открыла дверь. Два поворота ключом. Прошла, включая свет на входе, хоть и было достаточно светло. Видимо на автомате или от волнения. Повела рукой, указывая, что мне можно пройти. Переступил через порог, опуская пакеты на пол. Только собирался попрощаться, как Даша удивила меня. Нет, я, в самом деле, не напрашивался в гости, на чай там, не искал поводов задержаться. Просто хотел помочь, хоть со стороны это могло выглядеть иначе.

– Давайте я вас накормлю, вы наверно жутко голодный. Проходите, раз мы определились, что вы не маньяк.

– Мы не определились до конца, но будет уместно развеять все сомнения. И я все-таки пойду.

Конечно, я голодный. Какой еще может быть мужчина после долгого рабочего дня, почти часа дороги. Вот в этом, скорее всего, и дело, нужно быстрее уйти.

– Да ладно вам, это же просто еда. Наверняка, перекусите где-нибудь в кафешечке, я права? Готовить то вы вряд ли станете…

Она абсолютно права, какой уж там готовить. Точно не до этого. Когда я готовлю, моя голова не освобождается от мыслей, а, наоборот, шестеренки начинаю крутится активнее, руки делают все на автопилоте, могу посолить забыть или что-то добавить. Почему так – неизвестно. Должно же быть по-другому. Когда включаешься в деятельность, про все ненужное забываешь, с работой, по крайней мере, так. С готовкой все обстоит иначе. Поэтому не часто это делаю, проще действительно зайти куда-нибудь перекусить.

– С большей вероятностью, но это не важно. А то у вас еще войдет в привычку меня подкармливать, – вспомнились те бутерброды.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы накормить друга, – она вскидывает взгляд, ища одобрения на дружбу? – У меня мало друзей, общение дается мне тяжело, а с вами как-то само собой вышло.

Молчу. У меня есть друг. Один. Мне хватает.

– Что не верите? – понимает мое молчание по-своему, – Это с вами я трещу без умолку…

Не сильно она и разговорчива и со мной, вон полдороги прошли в молчании. Разуваюсь. Сдался ее простым уговорам. Дружба так дружба. Огляделся. Комнаты светлые, кое-где разбросаны вещи – сразу видно, что не ждали гостей. Но при этом все чисто и прибрано. Уютное девчачье гнёздышко с лимонными шторами. Прошли вглубь и расположились на кухне.

Неясное чувство, не ясно зачем я остался. Сижу за столом и жду пока меня накормят. Словно кот, подобранный с улицы. Снова захотелось встать и немедленно уйти, и только собрался воплотить задуманное, как она снова заговорила, успокаивая меня.

– У меня будет небольшая просьба, – улыбается, садится с противоположной стороны.

– Какая?

– Можете не называть меня на «вы», раз мы теперь друзья.

В принципе не трудно, и правда, девчонка совсем. Интересно сколько ей. Двадцать два? Двадцать три? Старше не выглядит.

– Тогда и ты на «ты», – соглашаюсь, глупо выкать, раз мы уж тут такое дело. Я хоть и чувствую себя значительно старше моего реального возраста, но, когда мне выкают не люблю.

– Как твое отчество?

Это что еще за финт, только договорились на «ты».

– Петрович.

Даша не сдерживается и начинает смеяться. Вот уж насмешил. Отчество как отчество.

– Серьезно? Родион Петрович? – еле выговаривает она сквозь смех, – Прости…Прости пожалуйста, но оно тебе совершенно не подходит.

Вот дурочка. Чем ей не приглянулось. Обычное. Не Вениаминович же.

– А какое подходит?

– Ну, например, Романович…

– Серьезно? Родион Романович?! Как Раскольников?

– Можно подумать, что все его отчество помнят, – возмутилась в ответ, – Вот Пушкина другое дело, а про «Преступление и наказание» помнят только то, что он бабку топором зарубил, – кивнул, скорее всего это так.

– Сочетание одинаковых букв действительно звучит, но это вы – девушки, подбираете что-то там по звучанию. Отец назвал Родионом в честь Малиновского, министра обороны СССР. Он хотел для меня карьеру военного, но не заладилось – меня в ту сторону не тянуло.

– Я такая дурочка, – вторит она моим мыслям, нет, не злым, просто мелкая еще. – Давай лучше покушать разогрею. У меня такие куриные рулетики, что пальчики оближешь.

– Давай уже свои рулетики, – бурчу, но злости нет. Что-то другое, пока мне непонятное.

ГЛАВА 5

ДАША

Похоже, я сошла с ума. Или все идет к этому. Где это видано пригласить в дом малознакомого мужчину! Еще его странным назвала – сама не лучше! Где моя прежняя осторожность и адекватность? Просто взяла и разрешила войти в свою квартиру. Не знаю, но внутри было абсолютно спокойно, когда мы шли рядом пол аллее. Чувство, словно я все делаю правильно, впуская его в свое жилище, мой личный мир. Вот так, наверное, и происходят всякие неприятности, а потом все сидят и обсуждают: «Да она сама его впустила, о чем только думала?!». У маньяка же не написано на лбу, что он маньяк. Нигде не написано. Они умело маскируются и это их «коронка» – пускать пыль в глаза, отводя от себя все сомнения. И я все это знаю. Да и Родион сам об этом поучал. Своего прошлого парня я впустила в дом после месяца общения. А тут…Глупо, очень не разумно с моей стороны. Но все обошлось. Я предложила этому угрюмому мужчине дружбу. Подумать только!

Но Родион подавлял своей мужской энергией. Нет, не давил, а именно заполнял, какая-то она у него правильная что ли. Рядом с ним хотелось чувствовать себя молодой девушкой, коей и являюсь на самом деле. Но я успела утерять это чувство легкости, которое было прежде. А тут, он просто взял пакеты и понес их. Мне показалось, что он и сам не ожидал от себя чего-то подобного. Сначала так уверенно шел, указывая, что мне не помешало бы быть осторожной. А после не решался войти. Будто уличный кот. Сравнила же. Но именно такая ассоциация возникла, когда он решал что предпринять – уйти или остаться. Дикий, взъерошенный. А тут какая-то ненормальная решила пригласить его в дом, чтобы накормить. Никто не приносит таких котов в свой дом, взрослых, потрепанных жизнью. Все любят милых маленьких котяток, умиляются и играют с ними. А что делать с таким?!

Я почувствовала радость от того, что он все же остался. Разулся, оставаясь в серых носках, аккуратно поставил ботиночек к ботиночку на коврик. Прошел за мной на кухню. Присел, ненавязчиво разглядывая обстановку. Не оценивающе, а изучающе новое место. Ничего выдающегося. Обычная квартира. Светлый кухонный гарнитур, холодильник и уголок – полукруглая лавочка и пару стульев в комплекте. Лишь лимонные шторы выделялись своей яркостью, придавая помещению свежести и уютности.

Я любила готовить. Часто много оставалось, так как одной мне столько не съесть. Могла приготовить пирог, салаты, компоты, мясо. А потом смотреть на это все и удивляться самой себе. Но сегодня в моем холодильнике было не так много съестного. Из готовых блюд – куриные рулетики в лаваше, а из овощей можно быстро сварганит салатик. Щелкнула кнопку на чайнике, нагревая воду. Нужно накормить гостя, раз уж сама вызвалась. Мужчины любят сытное и побольше мясо, но в нашей ситуации будем довольствоваться тем, что есть.

Родион постоянно «выкал», а мне хотелось, чтобы он почувствовал себя здесь уверенно и спокойно. Хотелось сблизиться, духовно. Почему то он казался мне таким таинственным, есть в нем что-то, что хочется узнать. То, в чем кроется его история, загадки всегда притягиваю пытливый женский ум. Что поделать такова природа?! Не стала этому противится, раз уж мы здесь. Отброшу все свои страхи и пообщаюсь с человеком. А главное – почему я была спокойна – это то, что не было в его действиях ничего романтического, он не сыпал комплиментами, я не флиртовала с ним, не считая улыбок и моего смущения. Он и правда видел во мне только друга. «У меня уже есть один друг. Мне хватает» – стал он в оборонительную позицию, не привыкший к общению. Простому дружескому. Я тоже. Может поэтому увидела в нем себя, знакомое, неуловимо похожее. Спустя некоторое время успокоился и принял меня, согласился, ведь ничего не теряет. Может в любой момент встать и уйти. Никто не будет его держать. Он никому не обязан и ничего не должен. Если захочет больше вообще не будет со мной общаться. Свобода выбора позволяет быть собой. Легко общаться, когда за плечами не лежит груз будущей ответственности. Быть в моменте. В настоящем, не думать о том, что будет завтра, жить здесь и сейчас. Но это так трудно – не оглядываться на прошлое. Искать причины своих проблем, анализировать, когда и где ты совершил ошибку и строить планы, как их можно лучше реализовать или исправить, что предпринять. И так по кругу. Мой психолог говорит, что я слишком много думаю. «Живи в данный момент, ощути всю суть…»

– Я больше не видел тебя у нас в офисе…

– Я там не работаю.

– А что…

– Как я там оказалась? – перебила его, опережая заданный вопрос, – Я же говорила …тебе, – мне понравилось это «тебе», – Про Антонину Степановну.

– Не знаю эту женщину, ее имя мне ни о чем не говорит, – Родион слегка прищурился, от чего на лбу пролегла складочка. Она придала ему еще более хмурое выражение, но, скорее всего, он перебирал имена и пытался вспомнить или предположить о ком я говорю.

– Она работает у вас уборщицей, в тот день приболела и я подменила ее. Она моя соседка и просто хорошая женщина.

– А я все думал откуда уборщица может знать эту программу, да и на уборщицу ты была не похожа.

– Это почему? Убираться может кто угодно.

– Да, ты права, но меня смутил твой яркий маникюр – ярко оранжевый. Предполагал, что просто подработка иногда в клиринге.

Я оглядела свои ногти, которые я тоже красила сама. Сегодня на них красовался узор Леди Баг – красные в черную точечку. Почему так? Просто увидела этот мультик по телевизору и посетило вдохновение. Усмехнулась самой себе. Да не совсем по взрослому, но не хотелось чувствовать себя совсем серостью. Это такой маленький вызов, самой себе. Яркие цвета в одежде я не особо приветствовала, но вот так любила побаловаться.

– Ты руки помыл? – стол был «сервирован», можно приступать к трапезе.

– Когда бы я успел?

И правда, сидит тут на виду, наблюдает за моими несложными приготовлениями.

– По коридору, первая дверь слева, – квартиры стандартные, каких много, сложно заблудиться в пятидесяти квадратах.

– Полотенце то, что белое в зелёную полоску, – крикнула вдогонку.

А потом охватила паника, а не оставила ли я на полотенцесушителе свои труселя развешиваться. Стирка была недавно, не могло ли чего остаться, досушиваться так сказать. Захотелось зайти за ним вслед, оглядеться, удостовериться, что все прилично. Остановила себя, ну и пусть, даже если так, я никого не ждала, не должен он воспринять это как намек на что-либо. Я не собиралась гостей принимать, он не собирался заходить. Но вышло как вышло, и оставалось лишь принять этот факт и успокоится. Ничего страшного не произойдет, если взрослый мужчина заметит сохнущие вещи, можно подумать, не видел никогда. Не в дырках же они, вот тогда было бы стыдно. Может там и нет ничего, а я тут демагогию развела о женском нижнем белье в ванной. Где же ему еще сушиться как не там?! Не на балконе же, всем на обозрение? Пока себя успокаивала, Родион вышел, такой весь серьезный. Что могло его так озадачить?

– Что такое?

– У тебя там потоп небольшой, – указал на открытую дверь.

Тут то и поняла в чем дело. Кран давно протекает. Да вот все сантехника не могу вызвать. И вся сложность в том, что нужно всю плитку переделывать. Старую отбивать. А это время и деньги. Обычно за ремонт отвечал отец, и я все никак не могу возложить на себя и эту обязанность. Вздохнула. Опустила взгляд вниз и заметила промокшие носки гостя. Настроение испортилось. Так расстроилась – даже не сразу поняла, что меня о чем-то спрашивают.

– Ой и правда наслежу тебе тут, давай сниму.

Отправила человека руки помыть, в итоге вышел не с мокрыми руками, а ногами.

– Подожди, я тебе тапочки дам, у папы 43, не малы будут? – протянула предложенную обувь, но он отмахнулся.

– Давай сначала уберу все тут.

Я окинула его вид – хорошая светлая рубашка и брюки хоть и темные, но явно не дешевые. И в этом он собирался пол вытирать? Ну уж нет, и сама справлюсь.

– Не нужно, я сама, – решительно направилась в эпицентр событий, перекрывая вход Родиону.

Действительно потоп был, но воды оказалась меньше, чем я себе напредставляла. Достала сухие половые тряпки. Одну одела на швабру, отставила в сторону на потом, другой стала вбирать влагу и выжимать в ведро. Родион все же зашел и взял свободный оставшийся инвентарь. Стал помогать – вытирать шваброй за мной досуха. Вот же упертый.

Когда закончили, взглянула украдкой на полотенцесушитель, с радостью отмечая про себя, что он пуст. Хоть с этим повезло.

– Давно подтекает?

– Да порядком, обычно воды еще меньше.

– Плитку надо менять, так не дотянешься, – озвучил мою проблему, даже не пришлось объясняться и оправдываться.

– Материалы с тебя, а с меня работа, ну что согласна? – озадачил меня, слегка шокировав. Я не была уверена, но кивнула на автомате.

– Ну что кормить то меня будешь? А то и правда проголодался. Он надел папины тапочки, которые оказались немного маловаты, но за неимением большого.

Салатик был поглощен быстро, рулетики смаковались под ароматный чай и я осталась собой довольна.

Родион вежливо поблагодарил и направился на выход. У самой двери, переобуваясь в свою обувь, не глядя на меня, завязывая шнурки, предложил:

– Давай выберем день и съездим в строительный, выберем плитку, – выпрямился, глядя на меня и ожидая ответа.

И зачем ему это нужно, неужели своих дел нет? Улыбнулась. Деловой мужчина. Хороший друг. Такой в хозяйстве пригодится. У меня совсем нет опыта, в свои почти двадцать три умею лишь не плохо готовить. Остальному приходиться учиться, набивая шишки и совершая ошибки.

– Вбей мой номер, – продиктовал и ушел, оставив меня одну в недоумении от всего произошедшего в этот вечер.

ГЛАВА 6

ДАША

Легкий мандраж охватил меня, словно на экзамен иду. Будто я подготовилась, но в нескольких вопросах «плаваю». Позавчера мы договорились встретиться около строительного гипермаркета, расположенного недалеко от моего дома. В выходные не решалась набрать Родиону, но в понедельник все же собралась с духом и решилась. Телефон сжимала сильно-сильно, как только не треснул в моих ладонях. Всё глупости, он сам предложил и просто вселенная, наконец, решила помочь мне. Вот сделать ремонт в ванной. Давно же пора было. Надо учиться вести хозяйство, содержать квартиру в пригодном состоянии. Получать опыт самой и принимать помощь умеющих людей.

Ни в чем не повинный аппарат, издав пару продолжительных гудков, соединил меня с абонентом. Выхода не было, не молчать же в трубку. На той стороне послышались еще дополнительные голоса, кроме уже знакомого. Неудивительно, человек работает, но до вечера тянуть я не могла, итак извелась. Хотелось решить уже этот вопрос. Или позвонить или перестать пытаться, если не собираюсь этого делать.

– Здравствуйте, это Даша…

Так глупо, вроде перешли на «ты», сама предложила.

Две секунды молчания.

– Ах, Даша, ты не очень вовремя позвонила, давай я перезвоню на обеде или вечером. У нас тут утренний аврал, извини.

Кивнула, но он, конечно, не мог этого видеть.

– Ничего, хорошо, простите – промямлила, зачем-то извинилась и быстро повесила трубку. Бросила телефон на диван и подошла к окну. Опять ждать. И чего так разволновалась, сама не пойму. Обычный телефонный звонок, среднестатистический человек совершает около тридцати звонков в день. Я же стушевалась от одного единственного. Не на свидание же я его приглашала, да и отказ меня не удивил бы, мало чего он по глупости наобещал. Но, похоже, мой новый знакомый относился к человеку слова. Что воодушевляло и не могло не радовать. Приятно заводить такие знакомства. В похожие моменты кажется, что действительно разные люди встречаются в нашей судьбе, на нашем жизненном пути не случайно.

Пора бы и самой заняться делом. Уже тройка заказов лежит незавершенными, ожидая моего вдохновения. Ждут когда я, наконец, переборю свою лень, выкину ненужные бытовые мысли и уделю внимание только им. Но, если честно, это выходило плохо. После часа попыток, естественно, безуспешных, отложила проект в сторону, и зашла на электронную почту.

Мне часто приходили заказы на создание обложек. Это было больше хобби, чем подработка. Мне нравилось создавать макеты и дизайны к книгам. Авторы часто описывали, что конкретно хотят видеть на иллюстрации, присылали типажи своих героев, их характер и внешность. Я погружалась и представляла их настоящими людьми, а не персонажами историй.

Пару заказов во входящих сообщениях имелось, и мне все же удалось переключиться и занять себя делом. Одна из книг была про попаданку и я представила себя на ее месте. Засмеялась своему воображению, а на месте властного героя обязательно должен быть Родион, со своим шрамом он отлично впишется в картину. В итоге на обложке красовался мужчина, очень похожий на него. Интересно, что он бы сказал, узнай, что я сделала его главным персонажем любовного романа. Надо будет ему обязательно показать.

Так пролетело время до обеда. И в первых минутах первого мой живот заурчал в унисон рингтону мобильного телефона. Улыбка быстро сошла с лица, когда поняла, что звонит не он, а коллега.

– Да, Алла, привет, – мы все на работе, когда берем трубку придумали глупую шутку – говорить «Алла, алло!», простой каламбурчик, но прижилось, а тут я так расстроилась, что даже забыла про это.

– Что с голосом?

– А что с ним, вроде все нормально.

– Кислый какой-то, случилось чего?

– Да нет, просто настроения нет.

– Ты посмотри какая погода за окном, а ты все хмуришь, – погода действительно стояла отличная, солнышко так приветливо светило в окно, – Это все потому, что в эту пору нельзя быть одной, надо тебя с одним хорошим парнем познакомить.

– Алл, ты для этого позвонила?

– Уууу, какие мы сегодня злые. Да, ты права – это не телефонный разговор, а позвонила сообщить, что в три собрание. Шеф приезжает, с очередным грандиозным планом.

Аллочку назвать бы Амурой, она у нас в офисе знает все про всех – кто в каких отношения, где, когда и с кем. Ей как-то удается везде сунуть свой нос, но при этом деликатно, что никто не обижается. Она то ли секретарь, то ли администратор! Не знаю кто больше, но со всеми общается и всем дает советы, и, обязательно, у нее имеется идеальный кандидат на примете для любой женщины.

На меня она давно свой своднический глаз положила, но я всегда отшучиваюсь, а вот сегодня грубовато ответила. Не люблю, когда негативные эмоции одерживают вверх, необоснованная вина поселяется внутри – же все верно сказала, так почему теперь стыдно?! Не нужны мне парни! Не получается у меня с ними, устала пробовать, вот чувствую опять всё будет кувырком. Заведу лучше котика!

Эта злость появилась потому что ты голодная, Даша! Ну может еще совсем чуть-чуть, что ты ждала другого телефонного звонка. Вот об этом я и говорю, что совсем не умею общаться с противоположным полом! Может выбрала верную тактику – просто дружить. Родион отлично подходит на эту роль. Нужно быть естественной, а не думать на очередном свидании или встрече как вести себя, подбирать слова, чтобы все не испортить. Постоянно натянутая пружина не дает остаться собой, побуждая странное беспокойство. Будто все пойдет не так и я сделаю что-то не верно. Видимо, если сильно ждешь, хочешь чего-то, то ничего не происходит. Постоянно надеешься построить нормальные отношения и этим все портишь.

Не хочу больше ждать от мужчины каких-то чувств, но и избегать полного общения, как я делаю обычно, глупо. Поэтому, для начала нужно опустить высоко возведенные барьеры, немного открыться и общаться с человеком, почувствовать себя безопасно с ним. Когда Родион был у меня в гостях как раз это мне и понравилось. Еще оставшись один на один с ним в его офисе, я не ощущала угрозы. Он выглядел угрюмо и враждебно, но что-то отзывалось внутри, на подсознательном уровне. Не было флирта или каких-то фразочек, за которыми был бы скрыт ко мне интерес, как к девушке. Он видел во мне не женщину, а просто человека, общался на равных. Ну да, вряд ли бы он вызвался помочь какому-либо парню с ремонтом. Здесь все же сыграла свою роль моя принадлежность к слабому полу. Хотя, может и помог бы, вовлекая его и обучая.

Открыла холодильник, продуктов много, но времени на готовку не хватит для того, чтобы успеть на работу. Взяв красное яблочко, но понимая, что им весь голод не утолишь, достала яйца – приготовлю омлет.

Фрукт оказался сочным, вкусным и только надкусила его, в комнате снова раздалась мелодия. Выплевывать было слишком жалко, поэтому старательно пережевывая большой кусочек, так жадно укусивший секундой ранее, уставилась на дисплей с высветившем номером Родиона. Проглотив последний кусочек слишком быстро, подавилась и закашлялась в уже поднятую трубку, чувствуя себя последней идиоткой.

– Теперь, кажется, я не вовремя, у тебя там все нормально? – он так легко обращался к ней на «ты», будто они и правда давно знакомы, не то, что она ранее, сама предложила, а язык еле слушался. Но вспомнив о том, что она рекомендовала себе, заставила улыбнуться и не придавать значения пустякам.

Даша откашлялась и засмеялась.

– Прости, просто подавилась, – сказала правду.

– Воздухом?

– Почему воздухом? Обычным куском яблока, – вот, говоришь как есть, ничего не придумывая, оставаясь собой, так как бы и сказала подруге.

Она была рада услышать его и еще больше довольна тем, что он сдержал обещание.

– Уже придумала какой хочешь видеть свою ванную?

– Если честно, то нет, – а ведь на самом деле она даже не задумывалась о дизайне, все мысли занимал телефонный звонок и необходимость его совершить, что сказать при этом, как назначить встречу.

– Ну давай дам тебе время день-два, ты подумаешь и в среду или четверг отправимся за покупками. В выходные хотелось бы уже начать, а не ходить по магазинам, тем более, по будням очереди меньше, в субботу – не протолкнешься.

– Хорошо, – как раз узнает сегодня на собрании какой день лучше выбрать, когда она будет более-менее свободна, – Давай я вечером скажу среда или четверг? Сегодня узнаю свои планы.

– Да, давай, ну тогда всё…

– Подожди, – ей было стыдно признаваться, но она все же решилась, – Я не особо во всем этом разбираюсь, что выбрать, из чего выбирать, – быстро скороговоркой выдала, и даже зажмурилась от чего-то.

– Ничего, тогда на месте и разберемся.

– Спасибо.

– Пока не за что, – его голос звучал спокойно и обыденно, что и она, наконец, успокоилась.

– Пока, – с полным удовлетворением, что они, наконец, поговорили, попрощалась с ним.

– Пока, – ответили на той стороне и отключились. Даша пошла готовить себе обед и собираться в офис.

Ей было интересно для чего шеф сегодня всех собирает. Быстро собравшись и наспех покидав вещи в рюкзак, она покинула дом. Во дворе прошла мимо темного автомобиля, печально на него взглянув. Отец просил его продать, чтобы не гнил просто так, ведь машина должна быть в работе. Но она не могла почему-то разместить объявление в интернете. Все чаще у нее появлялись мысли, а не пойти ли и не сдать на водительские права. Не нужно будет продавать, можно будет самой ездить, но окинув еще раз старенькую Киа, подумала, что ей бы хотелось машину поменьше. Она часто видела, что женщины управляют огромными внедорожниками и каждый раз удивлялась этому. Вот к примеру, та же Алла на шикарном Range Rover. Говорит ей так безопаснее, а что расход бензина большой, так она не бедствует и муж все оплатит, он у нее хорошо зарабатывает и всем обеспечивает ее. Действительно было бы странно, что такая сваха не смогла бы найти себе достойного мужчину.

Когда она приехала, многие уже собрались в конференц-зале, со всеми поздоровалась, ни на кого конкретно не глядя, заняла свободное место около Ольги, которая также занималась графическим дизайном. Почувствовав на себе чей-то взор, подняла голову и столкнулась с разглядующими ее голубыми глазами, которые совсем недавно так нравились ей. Она отвернулась, хотела сначала ему улыбнуться, показать, что ее не задевает как они расстались при последней встрече, но передумала. Не стоит он того. Чего так уставился на нее?

Мысли сбились, зачем шеф пригласил на собрание еще и продажников? Скорее всего, намечается какой-то рекламный проект. Об своих предположениях она сообщила тихо Ольге, немного склонившись к ней, чтобы могла расслышать только она. Та просто кивнула, соглашаясь, а Даше хотелось поговорить, чтобы не думать об мужчине, сидевшим напротив. С ним ее как раз познакомила Алла. Сейчас она не знала куда смотреть, не хотелось снова пересекаться с ним взглядами, лучше рассматривать свой яркий маникюр. Но потом подумала насколько это глупо, гордо вскинув подбородок, она улыбнулась, но не ему, а рядом сидящему мужчине. Его она тоже знала, редко общалась, но все же решилась задать вопрос.

Улыбка голубоглазого пропала, когда он понял, что его проигнорировали, а я, наоборот, злорадно ухмыльнулась от маленькой победы.

– Вас тоже позвали, это как-то связано с рекламой? – спросила у Арсения.

– Виталий Алексеевич, – так звали начальник отдела продаж, – Самим толком ничего не сказал, они долго с директором общались, потом вышел какой-то взвинченный и отправил сюда.

Все внимание переместилось на нас, в другое время не стала бы привлекать внимание к себе, а сейчас только была рада этому.

– Даже кофе не дали попить, – пожаловался Сергей, тот самый голубоглазый, надеясь включиться в наш разговор, но я даже не посмотрела на него, но на его высказывание уже откликнулись сидевшие по соседству девушки. Он что-то хотел сказать еще, но в помещение зашел Александр Александрович, собственно наш босс, с сопровождавшим его начальником отдела продаж. Все разговоры затихли и собравшиеся люди замерли в ожидании слов начальства. Но я, по-прежнему, чувствовала странный взгляд напротив. Вот что ему надо? Хоть и было немного интересно, но не настолько, чтобы погружаться в это мыслями и не слушать руководителя. Что и принялась делать, сосредоточившись на работе. Но и его новости не принесли ничего хорошего.

Под конец собрания сидела расстроенная. Наш любимый начальник жаждал тесного сотрудничества с отделом продаж. Я же этого как раз и боялась. И это же получила. Теперь предстоит работать с неприятным мне человеком, хорошо хоть не один на один, а основную работу можно проделать дома – подготовить варианты, но вот от планового отчета, увы, не убежать.

После собрания выскочила одной из первых, настолько хотелось покинуть эту комнату и ни с кем не общаться. Пару раз даже воровато оглядывалась, не догоняет ли меня Сергей. Уж больно не понравился мне его взгляд, он не обещал ничего хорошего. Может просто хотел наладить дружеские отношения, ведь расстались мы на довольно некрасивой ноте. Но за мной никто не шел, на улице вдохнула полной грудью, успокаиваясь. Было чувство, что вот-вот накатит паническая атака, но я справилась, постояла немного за углом здания, окончательно приходя в себя. Когда мозг смог адекватно мыслить, поняла насколько сильно была напугана. Причин на такое поведение не было, лишь странное предчувствие. Я не любила ему доверяться, в последнее время оно меня подводит. Часто накручиваю себя, переживаю из-за того, чего не следовало бы.

Сойдя на своей остановке, решила немного прогуляться. Идти домой не хотелось. Скоро парк заполнится спешащими с работы людьми, так что у меня есть около часа для уединенной атмосферы. Сейчас здесь в основном пенсионеры, молодых мамочек обычно больше в первой половине дня. Я прошлась по вымощенным плиткой дорожкам, остановилась у ларька с мороженным, купила свой любимый – ананасовый, и присела на лавочку, смакуя лакомство и наслаждаясь теплой летней погодой. Анализируя события дня, вспомнила про Родиона, которому обещала сообщить, когда будет удобно совершить поездку за стройматериалами. Что среда, что четверг – было без разницы какой день выбирать. Тем более мы собрались делать это вечером, до шести часов я успею сделать многое, а даже если нет – не вхожу в ту категорию людей, продуктивность которых просыпается к ночи.

Мне хотелось скорее его увидеть, снова пообщаться, проверить останется ли та легкость дружественного общения, что возникла между нами. А вдруг нет? Я боялась этого, еще сильнее страшилась самой этой потребности в общении с ним. В голове был сумбур, но я обещала себе не торопиться и не забивать мысли спамом. Не нужно спешить. Взглянув на телефон в своих руках, раскрыла сообщения, а затем подумала, что он же, наверняка, как и все, пользуется вацапом. Кто сейчас отправляет простые сообщения? Люди, у которых нет смартфонов, но у него то есть. Открыла упомянутое приложение, убедившись, что к его номеру привязан аккаунт. Зависла на пару секунд – нужно ли представляться, глупо, ведь у него высветится, я же у него добавлена в контакты.

«Привет еще раз! Это Даша) Давай поедем в магазин в четверг?»

Может надо было позвонить?! Минут пять я сидела и пялилась на экран в открытом диалоге, но переживания были напрасны – значок загорелся синим цветом, оповещая, что Родион прочел сообщение, а затем высветилось, что абонент печатает ответ…

«Привет. Давай в четверг в 17:30 около «Мегастроя» в твоем районе».

«Хорошо. До встречи».

ГЛАВА 7

ДАША

Строительный магазин – вот где проверяются браки на прочность. Только вошли, а уже три семейные пары переругались при нас. Я вздрогнула, может, ну этот ремонт, в другой раз придем, когда будет более дружелюбная атмосфера.

– Ты чего? Мы ругаться не будем из-за цвета плитки в твоей ванной, – успокоил меня Родион.

Я улыбнулась. Это очень хорошо, но неуверенность в себе не давала покоя. Растерялась, не зная, что делать. А что знала, то забыла.

– А вдруг она покажется вам…– снова перешла на «вы», какая же я дурочка, – Тебе… неподходящей, глупой?

Родион и не заметил этого «скачка», я слишком много придаю значения ерунде, а он идет как ни в чем не бывало – собранный и сосредоточенный.

– Цвет не важен, главное качество, а так хоть черную или в милые арбузики, – он уже вышагивал в сторону отдела, где, видимо, должна располагаться плитка. Не знаю, как он ориентировался – был здесь ранее или читал указатели, а может просто по наитию, но его уверенный шаг указывал, что первый вариант самый вероятный, и, скорее всего, мужчина и раньше закупался в этом магазине и ему все знакомо. Я же быстро шла за ним, подстраиваясь под его скорость, рассматривая мельком по пути расставленные товары. Глаза разбегались от разнообразия ассортимента, а когда мы подошли в нужный нам отдел, мозг вообще перегрелся от обилия вариантов. Что он там говорил про арбузы?

– Почему арбузики?

– У тебя такие лимонные шторы, что почему-то представились арбузики, – а я и не думала, что мои занавески выглядят такими экстравагантными. Может это для угрюмого Родиона они показались слишком яркими. И, тем более, была удивлена его предложением. Думала он предложит что-то более классическое, нейтральное, серое и черно-белое. А тут – яркие летние арбузы. Наверное, погода навеяла, не иначе. А вот, правда, почему бы и нет?

– А интересно и правда есть такой орнамент?

– Ты же графикой занимаешься, откуда столько неверия в свою фантазию? – подначил меня Родион.

Оглянулась вокруг, прошлась между рядами, но ничего похожего не заметила.

Много цветочных вариантов, дельфины, ракушки на пляже и просто однотонные или с добавлением узоров и орманемтов.

– Я в строительных и не бывала особо.

Меня снова охватила неловкость, что привлекла Родиона к ремонту своей ванной. Он из вежливости предложил, а мне следовало отказаться. И нанять ремотно-строительную бригаду, коих объявлений, наверняка, много на сайтах предложения услуг. Но я согласилась, мы уже были здесь и еще глупее было бы дать обратный ход. Как бы это выглядело – будто я немножечко "ку-ку", хотя он итак, возможно, так и думает. А, может, просто наговариваю на него и ему совсем не трудно.

– Знаешь, я сейчас спрошу еще раз и ответь честно…

– Боже, у тебя такое серьезное лицо, мне уже стоит волноваться? – он перевел взгляд с полок на меня.

– Вот же, не знаю как и начать…

– У тебя нет денег? Или не вся сумма? Ничего страшного, я могу одолжить.

– Нет, ты что! – брови сами от ужаса поползли наверх, – Я не об этом, а о твоей помощи в целом, … Деньги у меня есть, – невпопад добавила и уставилась на него, не зная какое выражение лица будет сделать правильным.

– Ты такая стеснительная, что с тебя станется отказаться от моей помощи из-за денег.

– Ты меня второй, то есть третий раз в жизни видишь и уже предлагаешь денег, это не правильно. И если бы ты дал мне их, и если бы я взяла их. И вовсе я не стеснительная, – а у самой щеки окатил легкий румянец.

Просто это все сказываются мои проблемы в общении с противоположный полом. Но он об этом, естественно, не знает, вот и понимает все по-своему. Предложил мне денег, делает ремонт и просто за красивые глаза? Да и глаза у меня совершенно обычные. Разве так бывает? Всех нас с детства учили, что бесплатный сыр только в мышеловках. Нет, я, конечно, верю, что есть хорошие люди, альтруисты по натуре, стремящиеся просто так помогать людям, но столкнувшись с таким в жизни, это настораживает. Да и не похож Родион на альтруиста, скорее на интроверта.

– Зачем бы я согласилась, если у меня нет денег?

– Может случилась какая-то непредвиденная трата и ты вынуждена была потратиться.

– Нет, ничего такого, спасибо, но я имела в виду, что ты можешь отказаться, вовсе не обижусь. У тебя много дел и без меня…

– Ты сама предложила дружбу, так что теперь пользуйся ее привилегиями.

– Хорошо.

– Вот же я дурак!

– Что такое?

– Я же замеры не сделал…

И не думала никогда, а ведь действительно, нужно же точное количество материала.

– Надо ехать к тебе, они до восьми часов работают, успеем вернуться, только давай такси вызовем, а то опоздаем.

– А может, как-то на глаз? Ванная то стандартная, как у всех.

– Нет, Даш, так не пойдет.

– Может, тогда завтра? Что ты будешь мотаться туда-сюда уставший после работы.

– Да брось, обо мне не беспокойся, я взрослый мужик, часто в это время на работе еще, вот тебя не хочется мотать, уж прости…

– Ничего, мне с утра не надо рано вставать.

– А как же работа?

– Я работаю ночью, – еще специально поиграла бровями, не знаю, зачем так сделала, – Шучу, у меня сейчас свободный график.

Но Родион моих шуток про ночную работу не оценил, он был расстроен, что допустил ошибку.

– Сейчас быстро в такси позвоню.

– Давай лучше я через приложение, быстрее приедут.

Желтый автомобиль с семью семерками на корпусе приехал через двадцать минут. Родион приоткрыл мне заднюю пассажирскую дверь, пропуская в салон, а сам сел спереди. Обеспокоенно посмотрела на время, казалось, мы не успеем. До моего дома добираться минут двадцать, плюс на обратный путь, полчаса на закупку должно остаться. Но мы так и не выбрали дизайн. Не особо хотелось делать закупки в попыхах. Ну, ничего, выберем и правда что-то классическое, и по соотношению «цена-качество» приемлемое.

Накаркала, называется. Еще бы – самый час-пик и это нам еще повезло, вместо двадцати мы ехали тридцать три минуты. В квартире старались сделать все быстро, даже водителя не отпускали, а то жди еще тьму времени. В итоге вернулись мы за десять минут до закрытия магазина.

– Да уж, вот что значит с самого начала не задалось, – усмехнулся мой спутник. Трудно было с ним не согласиться. Но получилось, как получилось.

– Может, еще успеем быстро выбрать? Они же работают до последнего покупателя.

– Можно было бы, если мы имели представление, что брать, а так… Сама говорила, что не знаешь какой дизайн хочешь, да и мне хотелось бы ассортимент по качеству и цене соотнести, проанализировать какой лучше взять и выгоднее.

– Ты прям как настоящий специалист, – похвалила мужчину, это было приятно хвалить его.

– Все же в аналитической службе работаю. Пошли хоть посмотрим эти десять минут.

– Ну пойдем…

Мы еще немножко покружили, система оповещения объявила, что магазин зарывается и просит всех посетителей покинуть магазин.

– Знаешь, у них, наверняка, есть сайт, можно посмотреть там если что… – неуверенно предложила, и даже стыдно стало, что столько времени промаялась дома, могла бы и проверить и сайт, да и просто плитку просмотреть, а не идти, надеясь на Родиона, свалив все на него.

– Скорее всего есть, сейчас у большинства имеются.

– У меня с собой планшет есть как раз, я так и не выложила его из рюкзака, когда мы забегали домой.

– Ты голодна? … Что я спрашиваю, конечно, давай в кафе зайдем покушаем и посмотрим как раз все онлайн.

– Кафе?

– Ну да, не на улице же смотреть, хоть и не холодно, но так хоть поужинаем. Знаешь, что тут есть рядом?

Задумалась на пару секунд, вспоминая.

– "Чудо-пицца" есть через пару домов.

– Отлично, пицца то, что нужно!

На выходе мы взяли коллаж со всеми товарами, там и контакты сайта имелись. Как и сказал Родион, можно даже все через сайт заказать, так даже пятнадцатипроцентная скидка будет, доставят в выбранные дату и место. За имеющиеся десять минут мы походили с дельным видом, по крайней мере я. Родион что-то прикидывал, я же шла рядом молча, оценивая что нравится. Вроде много всего, выбирай себе на здоровье, но что-то не могла сосредоточиться. Так что даже обрадовалась, когда вышли из магазина и направились в кафе.

– А мне понравилась твоя идея с арбузиками, интересно, у них есть что-то похожее? Когда смотрела в магазине ничего подобного не увидела.

– Вот и посмотрим сейчас на сайте.

Аромат свежей выпечки заполнял помещение, заставляя желудок громче урчать, а рот наполняться слюной. Мы присели за свободный столик, находящийся в уголке, подальше от присутствующего народа, которого в это время, на удивление, было достаточно. Видимо, многие люди предпочитают перекусить в кафе после рабочего дня, чем готовить стряпню дома. Это экономит время, если отсутствие сил и желания, а тут зашел – сытый и довольный. Я, пожалуй, так поступаю второй или третий раз на своей памяти. Обычно, еду домой, сама готовлю, ну или кушаю полуфабрикаты, быстрые в употреблении.

– Что такое? – Родион удивленно спросил, увидев, как я еще раз окидываю толпу взглядом.

– Да нет, ничего, просто удивлена, что здесь столько посетителей.

– Да здесь ажиотаж, в моем кафе, где я обычно ужинаю, людей поменьше, хоть готовят вкусно. Сейчас здесь заценим.

Я не удивилась, что он предпочитает кушать вне дома, собственно, так и предполагала в прошлый раз.

– Ну что? Что-то вредное или жутко полезное и правильное?

Усмехнулась, супчик могу и дома поесть, так что выбор очевиден!

– Конечно пиццу, все-таки это их основное блюдо.

– Я за.

Мы выбрали большую мясную ассорти и по чашке чаю с облепихой и медом. Пока выполняли заказ, зашли на сайт магазина, чтобы посмотреть возможные варианты. Родион достал листик, выписывал и рассчитывал. А я заинтересовано смотрела, не беспокоя и не отвлекая вопросами, ожидая вердикта.

– Посмотри, вот из этих трех вариантов, может что понравится. Тут есть и арбуз, но в наличии нет.

Жаль, конечно, прикольно было бы, но увы. Будем выбирать из того, что есть. Остановившись на светлом верхе и зеленом низе, мой «бригадир» стал рассчитывать приблизительную цену. В этот момент принесли наш заказ.

– Давай налетай, пока горячая, обожаю этот расплавленный сыр.

Пока он чиркал что-то ручкой, я уже во всю надкусывала кусочек лакомства.

– Да тут одна секунда осталась, – глянул на меня, усмехнулся моим набитым щекам, и все же отодвинул свой листик и потянулся за своей порцией.

– Вкусно, – оценил пиццу, кивнула, полностью с ним соглашаясь, а, когда сделала глоток чая, поняла почему здесь столько посетителей. Да ради такого чая, готова сама сюда ездить, надо будет попробовать такой сделать дома. Вроде ничего сложного, надо только посмотреть в интернете как правильно смешивать и настаивать, буквально вызнать все секреты.

Осилив два куска, с жалостью посмотрела на третий, он явно в меня не влезет.

– Даша, – оторвала взгляд от тарелки и направила на говорившего, а им оказался Сергей, внезапно стоявший около нашего стола и очень удивленный, судя по всему, что застал меня здесь. Да еще и не одну, а с мужчиной.

Вчера, во вторник, мы с ним не пересекались. Проект был еще на стадии планирования картинки и поэтому контактировать с отделом продаж на данном моменте не имело смысла. Но вот на собрании он о чем-то хотел поговорить и явно не о деле. Я надеялась, что он не станет начинать никакой разговор здесь, тем более при Родионе. Но ошиблась.

– Привет, – как более нейтрально и совсем не враждебно поздоровалась.

– Привет, – а сам смотрит не на меня, а разглядывает Родиона, причем было что-то в его взгляде оценивающее, что мне сразу не понравилось. Негатив внутри всколыхнулся, но я не позволила ему выбраться наружу.

– Ты что-то хотел?

– Поговорить…

– Давай разговоры о работе там и оставим, – в душе понимала, что не трудовые процессы он собрался обсуждать, но попробовать донести до него, что я не хочу общаться стоило, аккуратно намекнуть.

– Я не про работу, – ах, жаль не удалось…– Не познакомишь меня…, – явно не зная как назвать моего спутника, но хотел это выяснить.

– Родион, – он сам встал и протянул Сергею ладонь для рукопожатия, они схлестнулись взглядами.

– Какие-то проблемы? – спросил Родион, не отводя взгляда.

– Нашла себе постарше, а со мной все строила из себя, – Сергей уже не смотрел на Родиона, разрывая рукопожатие. Он будто не услышал заданного ему вопроса, или сделал вид, что не услышал. Он предпочел «зайти» сразу с гадостей в мой адрес, видимо, в нем сыграло чувство уязвленности.

– Я бы попросил не оскорблять девушку, – Родион переместил руку ему на плечо, не отталкивая, но показывая, что лучше бы обидчику замолчать.

– Прости, Даш, не знаю, что на меня нашло, просто увидел вас вдвоем…

Сергей, по-прежнему, не смотрел на Родиона и не обращал внимания на его действия, пребывая в своих мыслях.

Я оцепенела, горький ком заменил ароматный вкус облепихи, почувствовала как отхлынула кровь от лица, боже как же стыдно.

– Молодой человек, вам лучше уйти…

– Да, конечно, – он, наконец, перевел взгляд на Родиона, а потом снова извиняющийся на меня:

– Даш, извини еще раз, лучше поговорим потом…

Он ушел, а осадок остался…

– Все в порядке? Ты бледная…

– Прости, так некрасиво получилось, надо было поговорить с ним.

Родион просто неопределенно кивнул, ни подтверждая, ни отрицая мое утверждение. Я была благодарна, что он не начал расспросы. Хотя чему удивляться – это как раз в его стиле. Он всегда немногословен, что придает ему оттенок хмурости и одновременно загадочности. Мне нравилась его лаконичность, как он быстро и по сути решает дела.

– Может пойдем домой? – предложила я, он как раз допивал свой чай.

– Пойдем, конечно, что засиживаться, – позвал официанта расплатился и попросил упаковать оставшийся кусочек с собой. Вручил его мне в руки.

– Заметил как ты на него печально смотрела, так что не стоит разлучать вас, – улыбнулась такой простой заботе, отгоняя плохие мысли об испорченном Сергеем вечере. Если задуматься ничего страшного не произошло, все могло быть гораздо хуже, но он вовремя остыл и ушел. Ни к чему эти разговоры. Мне нечего ему сказать.

– Смотри, вот такую сумму я насчитал, – Родион протянул свернутую бумажку, на которой он ранее подсчитывал варианты.

– Отлично, мне как раз хватает, – сумма действительно была в районе отложенных сбережений, не придется краснеть или влезать в долги.

На ближайшей остановке мы попрощались и разошлись в разные стороны, ведь ехать нам в разные направления. Договорились встретиться завтра в это же время и все купить.

Домой я приехала в странном смятении. Не ясное и не полностью сформировавшиеся непонятное чувство поселилось внутри. Словно что-то должно произойти в скором будущем. Выглянула в окно, папин автомобиль стоял на том же месте. Недавно перепаковала его, чтобы было хорошо видно из окна квартиры. Как раз после ежегодного технического обследования. Прав у меня не было, но водить я немного умела – папа учил. Я скучала по отцу. В его отсутствие, переложила заботу о машине на себя, хоть и он говорил каждый раз о продаже. Но мне было спокойнее, когда я выглядывала в окно, а автомобиль стоял на месте. Создавалось ощущение присутствия отца, будто он в любой момент придет. Поставила перед собой цель, что когда он вернется, преподнесу «его ласточку» в хорошем состоянии. Думаю, ему будет приятно. Поэтому я регулярно звонила мужчине из автосервиса, где папа ранее обслуживался, просила его немножко поддерживать «на ходу».

Очень захотелось увидеть отца, можно, по крайней мере, позвонить, услышать родной голос, который всегда успокаивал меня. Новое знакомство и сразу же активировались старые раны. Моя тихая размеренная жизнь встрепенулась, выводя меня из зоны комфорта. Будто в тихое озеро бросили камень, образовывая круги на воде, постепенно расходящиеся от места удара.

Легла пораньше спать, но сон не шел, мысли ходили по кругу. Старалась просто закрыть глаза и ни о чем не думать, чтобы голова была пустой. Наконец, это все же сработало, и я провалилась в сон. Мне снились ели. Высокие. А может это были сосны как в лесу. Да это был лес, я бежала по нему или скорее убегала от кого-то. Начинался дождь, а я все бежала, надеясь отыскать выход. «Ориентируйся по солнцу» – всплывал голос отца в подсознании – «Тогда никогда не заблудишься». Я подняла голову вверх. А если солнца нет и одни свинцовые тучи? Обернулась на шорох и увидела поляну, через хвойные стволы просвечивались солнечные лучи. По лицу хлестал дождь, а там словно все жило своей жизнью, тучи не дотягивались. Я сделала шаг в сторону света, еще один, лишь бы только подойти, лишь бы он не отдалился. Оставалось совсем чуть-чуть, ощущалось словно солнечные лучи касаются кончика носа и слышатся щебетания птиц. Я прислушалась и нахмурилась, почему вдруг птицы стали петь голосом Эда Ширрана? Распахнула глаза, за окном было светло и солнечные лучи и правда падали мне на лицо, заставляя соню проснуться, которую во всю уже будил будильник.

ГЛАВА 8

ДАША

Следующий день прошел, на удивление, спокойно. Так хотевший поговорить Сергей, сегодня не объявлялся. Нужно было проработать вопросы из офиса, переговорить с отделом продаж, а дальше уже большую часть можно выполнять дома, что очень радовало. К продажникам я отправила коллегу, разузнать какие у них планы. Она без вопросов согласилась, через полчаса вернулась с отчетом, что у них ничего еще не готово, в стадии разработки, в придачу, Сергея не было на рабочем месте. Вот и выяснилась причина. Как сказали Сергей приболел. А вчера выглядел вполне бодро.

В отличие от прошлых дней, вечером я спокойная поехала на встречу к Родиону в строительный магазин. Четверг явно лучше среды, на этой неделе так точно! Зашли, быстро заказали то, что вчера нам понравилось, и даже бонус получили. Говорю же, отличный день! В шутку обмолвилась с продавцом про арбузы, которые все мне не давали покоя, и он предложил красно-зеленую плитку, которая вместе образовывает узор напоминающий арбуз. Оказывается не одна я такая оригинальная и были люди, желающие нечто подобное. Вопросительно посмотрела на Родиона, ожидая, что он скажет.

– Почему нет, поэксперементируем.

Только после сообразила, что такой орнамент ему труднее будет делать и стоило остановиться на простом варианте.

– А знаешь, лучше не надо…

– Так, ты что сомневаешься, что я смогу сделать? – неужели так легко прочитать мои мысли? Что так явно отражаются на моем лице?

– Не сомневаюсь, боюсь это займет больше времени, а ты, наверное, хотел бы побыстрее все закончить.

– Спешка нужна только в двух случаях, – и уже продавцу, – Оформляйте, мы берем.

– Вышло немного дороже, – ну вот, мысленно уже ругала себя, что обмолвилась об этих ягодах-гигантах. И, как оказалось, не зря, сумма не слишком, но превышала мой бюджет. Можно, конечно, доплатить из денюшек на еду, но тогда кушать еще две недели будет нечего. Есть вариант еще – в долг занять, но не хотелось у кого-то просить – я это очень не любила.

– Знаете, давайте вернем прежний заказ, – предложила самый разумный вариант в моем случае, ну в самом деле, что там за плитка такая, что на столько дороже. Да, во мне проснулся жлоб, я его в себе не любила, но частенько он оказывался прав.

– Нет-нет, берем с красно-зеленый, я добавлю, – продавцу.

– Никаких возражений, – уже мне, вовсю собравшейся протестовать, – Тут немного, после отдашь, как сможешь.

Что за мужик?! Помогать вызвался, сумму, пусть небольшую, но доплатил. Замуж за таких надо, а не дружбу предлагать. Может я слишком спешу с выводами, знаю Родиона меньше недели. И доверять и впускать его в свою жизнь очень опрометчиво. Снова вернулись тревожные мысли, но я их прогоняла, нечего селиться в моих извилинах и плодиться как сорняки. «Сорнякам» и почву благодатную не нужно, чуточка сомнения – взошли, с корнем не вырвешь!

– Даш, что зависла? Все можем идти, завтра обещали материалы привезти к вечеру.

– Отлично.

– Сегодня перекусить не хочешь?

– Нет, я, пожалуй, поеду домой…

– Ну тогда пока! Как доставят сообщи, распланирую, когда приехать и начать.

– Хорошо. Пока!

Не успела опомниться, как и материалы привезли, так и Родион пришел вечером для того, чтобы отбить старую плитку. Он с собой принес рабочую одежду и выглядел в ней как заправский бригадир. И тут до меня дошло, а мыться то теперь негде!

– Так давай по-быстрому в душ и я начну, что время тянуть.

Закрыла дверь на засов, так не уютно стало. В доме мужчина, а я мыться собралась, как-то это провоцирующе. Ну я же не собираюсь в одном полотенце перед ним расхаживать – светить оголенными плечиками и ножками. Сменную одежду с собой взяла, а мокрые волосы это просто мокрые волосы, совершенно ничего соблазнительного, только в рекламе шампуня или геля для душа умеют грамотно преподнести.

Так что я наспех за пять минут вымыла голову, еще быстрее ополоснулась и принялась одеваться. К Родиону вышла полностью одетая, с тюрбаном на голове, сооруженного из полотенца на влажные волосы.

– Вот это скорость, – поразился моей поспешности и засмеялся.

Я же почувствовала себя глупым ребенком, пугливым зайцем, будто волк за ним гнался.

Он окинул мое полотенце взглядом и на миг нахмурился.

– Что такое? – рука непроизвольно потянулась к тюрбану.

– Ничего, просто напомнила кое-кого.

Фух, уже подумала, что он заподозрил во мне соблазнительницу, хотя какая я должна была выйти из ванной?!

– Пойду голову феном посушу, – хоть обычно, если никуда не тороплюсь, жду, когда она естественно высохнет, меньше вреда и секущихся кончиков. Волосы мои итак достаточно тонкие и ломкие, поэтому стараюсь не подвергать их дополнительным испытаниям таким как термическая сушка.

– И футболку переодень, ты ее на изнанку надела, – донеслось мне с усмешкою в спину.

Щеки опалило жаром, прислонилась к закрытой двери в спальню и выдохнула. Ничего страшного не произошло, наоборот, заставила мужчину улыбнуться, это уже здорово.

Пока он там стучал, жужжал, я решила приготовить ужин. Наработается ведь, устанет – нужно накормить. Пюрешка вышла воздушной, так и просилась на тарелочку к поджаренной рыбке. Но я накрыла ее крышечкой, чтобы дольше сохранить тепло и дожидаться встречи с моим работником.

Весь в пыли, вынес четыре мешка мусора и отходов, умылся на кухне, тщательно вымыл руки и сменил рабочую одежду

– Я весь потный, не буду тебя смущать и поеду домой.

– Ну еще чего не хватало, голодным не отпущу.

– Может тебе дать ключи от папиной машины?

– Нет, я не вожу больше…

Это его «не вожу больше» заставило задуматься о причинах, расспрашивать не стала, захочет – сам расскажет.

Бытует мнение, что в воскресенье стены для перфоратора самые мягкие. Мы с Родионом в выходные вплотную проверяли эту теорию. Но сжалились над соседями, дав им отдохнуть и поспать в тишине до десяти часов. Уверена такие люди есть, некоторые могут спать и подольше.

Ремонт – классная штука, особенно, когда ты сидишь и смотришь как его делают другие. Я вызывалась помочь хоть в чем-то, но Родион всегда говорил, что помощь не нужна, так что готовила кушать, а в перерывах пялилась на дверь в ванной и на периодически выходившего из нее мужчину.

За выходные он подготовил стены и пол для чистовых работ, а с понедельника по среду приходил после работы. Я задавалась вопросом – и хочется ему после работы еще трудиться здесь у меня. Предлагала делать это по выходным. Но он был непреклонен, говорил, что смена деятельности с умственно на физическую – то что надо каждому мужчине. И зачем затягивать, когда можно сделать быстро, мыться мне где-то нужно ведь, но я уже договорилась с соседкой, с бабой Тоней, чтобы принимать душ у нее. Она не отказала, о чем сообщила и Родиону, но он только отмахнулся на это.

А потом подумала, что, скорее всего, ему не хотелось еще и вторые выходные подряд проводить за ремонтом, лучше устать в течение недели, а потом спокойно отдыхать, а не тревожится по поводу не законченных дел.

В среду он завершил ремонт. Все было примерно так, как я себе и представляла. Аккуратно и хорошо сделано, никакие нюансы не бросались в глаза, хоть и до этого не сомневалась в его способностях.

Не знала чем его отблагодарить. Попыталась позвать его в кафе, но он отказался, сказал как-нибудь попозже. Знаю я эти неуточненные «завтра». Специально, ведь, сказал, чтобы я просто отстала. И немного подумав, решила, что сделаю ему подарок. Правда какой, я не представляла, даже смутно. А на следующий день, он меня застал врасплох, воспользовавшись моим методом. Спросил по смс дома ли я, и когда ответила, что «да», пришел с подарком. Им оказался пушистый ковер в ванную. В виде арбуза!!!!! Где только нашел?!

Я смотрела на Родиона и понимала, что именно такого мужчину хотела бы видеть рядом с собой. Простого и сложного одновременно. Меня не пугала его сложность, я понимала, что у него тяжелое прошлое, но этот факт не отталкивал от него.

ГЛАВА 9

РОДИОН

– Что-то ты сегодня задумчивый. Аль случилось что?

Встрепенулся, посмотрел на Егорыча. Его правда – летаю мыслями далеко.

– Да нет, ничего, все как всегда…Хотя…

Хотя что? У меня появился еще один друг. Точнее сказать – подруга. Молодая девушка. Необычная и располагающая к себе.

– Где пропадал то неделю? Про старика совсем забыл, – попенял за мое отсутствие.

– Прости, Егорыч, просто помогал тут одному человеку.

– Это кому интересно, матери что ли?

– Нет, не ей.

С Егорычем мы сдружились при весьма неоднозначных событиях. Горемыки кладбищенские. В очередной раз, посещая могулу Олеси, услышал неподалеку чьи-то глухие всхлипы. Удивляться не стал, кто-то оплакивает, в этом нет ничего удивительного. Так что даже не стал обращать на это внимание, оставляя человека наедине со своим горем. А чуть после, возвращаясь домой, заметил человека у дороги. Это был старик, он сидел прямо на земле, облокотившись спиной о ствол березы. Он был бледен. Что заставило заволноваться, скорее всего, плохо человеку, быть может, это он убивался по кому-то. Да так, что самому плохо стало.

Вокруг было тихо, погожий солнечный день, легкий ветерок обдувал надгробия. Ни одной живой души в округе не заметил. Я подошел ближе.

– Эй, дед, тебе плохо? Может помощь нужна?

Он отрицательно покачал головой, махнул рукой «мол иди». Да только внутри все запротестовало. Пройти мимо не давала совесть. Быть может, чей-то отец. Жаль стало.

Присел на корточки напротив него.

– Давай-ка скорую вызову…

– Не надо… У меня таблетки есть.

– А чего не пьешь тогда?

– Может к Томочке быстрей попаду…

Все ясно. Ну как я и думал… Цель жизни утеряна. Как его понимаю. Отговаривать и читать нудню о необходимости идти вперед несмотря ни на что было бы с моей стороны лицемерием. Вздохнул тяжело, мысленно ругая кого-то свыше. Издевается или насмехается?

– Видимо не сегодня, раз я тут оказался. Не могу тебя теперь здесь бросить.

– Больно сердобольный?

– Да не особо… Может лучше пойдем помянем?

Дед вскинул на меня взгляд, прищурил глаза то ли от солнца, то ли с подозрением. Скорее второе.

– Вот прицепился же. Что выпить не с кем?

– Не с кем, – абсолютная правда. Из прежней жизни ни с кем не общался. Все эти жалостливые взгляды, которые пытаются плохо маскировать. Ну уж нет. Лучше в одиночестве. И опять те же лекции о том, что нужно жить дальше. Бесит все это слушать. Только тот, кто оказался на моем месте, в похожей ситуации, поймет. Вот этот дед к примеру.

Приподнял его с земли под локоть, бледность немного сошла с лица, может просто давление от нервов скакнуло.

– Я – Родион, – протянул руку, но тот не спешил ее пожимать. Отряхнул одежду, пригладил седую бороду, бросил еще один короткий взгляд исподлобья, но все же протянул ладонь в ответ.

– Илья Егорович.

– Ну, пойдем, Егорыч!

В тот день я и узнал, что дед недавно похоронил свою горячо любимую жену – Томочку. Любовь на всю жизнь. Возможно ли такое? Мой родной дед, по батиной линии, тот еще ходок был, несмотря на возраст. Не успело и сорок дней пройти со смерти жены, как он нашел себе новую. Отец злился на него, но списывал все на старческий маразм. Присматривал, чтобы не учудил чего, ненароком не переписал квартиру. Итак накупил первой бабули диванов с коврами и прочей мебели, а после прибежал домой, выжатый до нитки, гол как сокол. Потом была еще одна и еще. И так пока не нашел свою репортершу. Все разговоры о ней, какие внуки ее хорошие, какая она молодец, готов был ее на руках носить. Тогда как бабушку бил и гонял по всей деревне в пьяном угаре. А с этой ругаться перестал, только «елки-палки». Сложно это. Надо ли искать оправдания или нужно чувствовать сердцем. У каждого своя правда.

Здесь же история совсем наоборот – и жили они душа в душу, но умерли, к сожалению Егорыча, не в один день. Оторвавшийся тромб не оставил никаких надежд на выздоровление. Был сын у них, да тоже умер лет десять назад. Связался с плохой компанией, влез в долги. Как вспомнит так лицом посереет. Не любил он про него рассказывать.

С того дня и общаемся. Делиться особо не чем. Так по хозяйству ему часто помогал, дом старый – нуждается в уходе. Крышу бы новую навести. Да Егорыч все помирать собирается, говорит, что ни к чему уже. Что тут скажешь. Но просто чахнуть ему не даю, приобщаю к совместной работе. «Поднеси-подай» в его возрасте самое то. Хотя итак не чахнет со своим огородом, но коллективная работа полезнее.

Так вот, сидели мы на веранде его ветхого жилища. Я думал рассказывать ему о своем новом знакомстве? Это не то, чтобы тайна. Даша бы ему понравилась. И в этом то и проблема. Егорыч мог подумать, что в моей жизни появилась женщина. Вроде ничего удивительного – я теперь свободный мужчина. Но это не так! Предрассудки о дружбе между женщиной и мужчиной никто не отменял. Все внутри дрожало и противилось всем возможным словам. Словно озвучь он это, пусть и не в правду, это обретет смысл. Пусть я и собирался оставить рамки нашего общения такими, какими как сейчас.

– Ее зовут Даша, я помогал ей с сантехникой, – сказал и отвернулся, не смотрел на деда, но ощущал его взор.

Ясное дело, что он не мог знать кто такая эта Даша, я никому о ней не говорил, да и кому бы сказал.

А дед молчал и не спрашивал, вот хитрец, знает, если начнет расспросы и психануть могу. Хотя сам себя не понимал, наверное, чувствовал как это выглядит со стороны. Мужчина просто так, бескорыстно, не требуя оплаты, делает ремонт молодой женщине. Всю неделю мы вместе провели довольно много времени, действительно сдружились. Она все больше работает дома и лишь несколько раз ездила в офис, почему-то с таким недовольным видом, что можно догадаться – ей туда не особо хочется.

Иногда она выходила в магазин за продуктами, оставляя меня одного дома. И в один из таких случаев, к ней заглянула та самая соседка, благодаря которой произошло наше знакомство, рассматривала меня придирчиво. Хоть Даша и говорила, что она работает у нас в офисе уборщицей, ее так и не вспомнил. Когда услышала, что девушки нет дома, стала мне мораль читать, чтобы я Дашку не обижал, что не везет ей с мужчинами, даже не успел объяснить что мы не пара. Да этой старушке и не требовались подтверждения, она для себя все решила. Вот почему-то, казалось, что Егорыч также решит, что я нашел себе девушку. Но он молчал, выбрал верную тактику выжидания. Знает, если захочу – сам расскажу. Рассказывать особо не о чем, но если замолчать, то точно решит, что скрываю, а значит там что-то большее, чем просто помощь.

– Что и не спросишь как познакомились?

– Сам расскажешь, если захочешь. Нашел бабушку-сплетницу все обсуждать с ним.

– Не хочу. Да и нечего тут рассказывать, познакомился недавно, она мне по работе помогла и так получилось, что я попал к ней в ванную…, – черт, кажется, сам себя закапываю, – А там страшно смотреть, что даже вызвался помочь. Она помогла мне по работе, я ей по дому. Вот такой обмен.

– Ясно, – умеют же люди одним словом, коротким, но емким, вывести из себя.

– Что тебе ясно?

– Молодец! Когда помогаешь человеку и тебе прибудет. Да и общение – это хорошо, а то все с дедом и с дедом, а сам молодой еще. Я вот с тобой общаюсь и омолаживаюсь душой, – усмехнулся, – И тебе с ровесниками надо.

Не стал говорить, что Даша и не моего возраста вовсе, моложе.

– Вот была у нас одна Дашка на деревне, бойкая женщина…

ГЛАВА 10

РОДИОН

Я не сидел в интернете, лет сто не заходил в социальные сети, не следил за трендами приложений и всяческими новинками. Телевизор и тот не смотрел, довольствуясь новостями … и радио в транспорте. Люди вокруг что-то обсуждали, от них улавливал часть информации. Ну и, конечно, Егорыч! Всё, что касалось государства и политики – его тема. Был также чат в вацапе, по работе пришлось установить. И вот теперь и Даша изредка присылала туда сообщения.

Валялся в кровати, давно проснулся, но так и остался лежать, смотря в свой любимый потолок, ничуть не изменившийся с прошлого просмотра. Телефон зажужжал, завибрировал под подушкой.

Даша. Открыл сообщение. Улыбнулся. Прислала мне какую-то картинку. С подписью «Забыла тебе показать». Не понял в чем смысл, увеличил фото – на меня смотрел, точнее не на меня, а на обнимающею его и целующую в щеку блондинку. Сердце пропустило удар.

«Что это?» – отправил в ответ. Откуда она могла знать как выглядит Олеся?! Девушка, изображенная на присланной картинке, была очень на нее похожа. Но приглядевшись получше, заметил, что цвет глаз другой, да и улыбка, хоть и похожа, но иная. Бывает же, накатило волной воспоминаний. А вот мужчина был вылитый я. В недоумении смотрел на изображение, ожидая ответа от Даши.

«Это обложка книги, я их периодически делаю, решила сделать тебя прототипом героя».

Ответ оказался очень неожиданным для меня, даже и предположить такое не мог, что когда-нибудь стану персонажем чей-то книги. Как ей в голову пришло такое, первым порывом было сказать ей, чтобы все удалила. Но она ведь работала, старалась и, видимо, сказалось наше общение. Еще раз взглянул на себя, этот человек внешне очень похож, но он так улыбался, так светились его глаза. Смотрел ли я когда-нибудь так на свою жену?! Был ли в прошлой жизни так счастлив? Сейчас сложно ответить на эти вопросы. Всё воспринимается иначе, вина и произошедшее заставляет видеть все искаженно.

«Красиво, но сделай героиню брюнеткой или лучше рыжей» – отправил ей.

«Почему? Не любишь блондинок?»

«Не знаю, почему-то кажется, что так будет лучше».

Не стал писать ей, что моя жена была блондинкой. Я не рассказывал ей о своей прошлой жизни. Не хотелось видеть в ее глазах жалость. Может со временем, но не сейчас. И тем более не вот так – в телефонной переписке.

«Хорошо, я переделаю, но если автор согласится».

«Что за роман?»

«Хочешь прочесть?»

«Конечно, я же теперь герой».

«Будешь смеяться. «Во власти страсти».

«Нуу, это ты погорячилась, сделав меня прототипом».

Я давно забыл, что такое страсть. Эти эмоциональные порывы уже не про меня. Стар я стал для этого.

«Я передумал читать».

«Тогда прочту я, и все тебе расскажу».

«Договорились».

«Есть планы на сегодня?».

«Дом, милый дом».

«Заходи на обед».

Подумал, а почему бы и нет. Вместо кафе можно заглянуть к Дарье. Отписался, что зайду в первом часу, а сам дальше продолжил любоваться потолком. Придумают же «Во власти страсти». Усмехнулся, закрыл глаза и на минуту представил себя героем бразильского сериала. Нет, совершенно не выходило, такие глупости.

Пролежав так около часа, все же встал и решил принять душ, хоть немного привести себя в порядок. Закончив процедуры, часы показывали начало одиннадцатого. Ехать до Даши примерно полчаса. И приходить рано не хотелось, но оставаться дома тоже. Решил пройтись пешком. Заодно и мышцы размять. Погода как раз располагала к прогулкам. Так что бодрым шагом направился в гости. По пути размышляя не стоит ли что-нибудь приобрести к обеду. Заявиться с пустыми руками казалось неловко. Хоть тортик какой или фруктов. Решил, что все же заглянуть в продуктовый.

К Даше я пришел немного уставший от прогулки и реально голодным в пятнадцать минут первого с пакетом фруктов на перевес. Она открыла мне дверь широко улыбаясь, но негодуя по поводу покупок, заладила, что не нужно было, что у нее все есть.

– Да ладно, брось, не красиво приходить в гости с пустыми руками.

– Может и было бы некрасиво, если бы ты ранее мне не помогал с ремонтом. А так это мне не комфортно принимать еще и подарки.

– Да какие это подарки! Так, килограмм фруктов…

– Домой же ты их, как я понимаю, вес равно не заберешь, так что давай их сюда, а сам мой руки и проходи на кухню, я еще в процессе готовки. Но через полчасика, все как раз будет готово.

– Хорошо, – быстро вымыл руки, еще раз оценивая качество проделанной работы в ванной. Улыбнулся ковру-арбузику в центре композиции и направился на кухню к Даше, располагаясь за столом. Спросил не нужна ли ей какая-нибудь помощь, на что получил отрицательный ответ, принялся наблюдать за ее действиями.

И тут случилось это. На меня как лавина сошла.

Я перевел взгляд со штор на Дашу. Она так непринужденно, чувствуя себя в своей тарелке, нарезала овощи, даже не предполагая какие мысли проникли ко мне в голову. Эти мысли и для меня самого стали полной неожиданностью, ударом под дых со всей силы. Один локон выбился из закрепленного на макушке пучка, лаская ее щеку. Я сглотнул ставшую вязкой слюну, и невольно спустил свой взор вниз. Лучше бы я этого не делал! Что, черт возьми, нашло на меня?!!

Как я раньше не замечал ее грудь. В этой майке, облегающей тело, подчеркивающей изгибы ее фигуры, трудно не смотреть на проступающие сквозь нее соски. Приковали взгляд железобетонно. Даша была так увлечена, что не замечала моих взглядов. Да и надо бы поскорее поднять глаза выше, а то ненароком поднимется кое-что другое или, чего хуже, меня поймают с поличным. Нет, бюстгальтер на ней точно одет, контуры лямок прослеживаются, но, видимо, настолько тонкий материл, что не спасает, плюс ко всему открытое окно с прохладным ветерком. Мы же просто друзья, а я чертов извращенец. С трудом перестал пялится, но мысли не покидали, а лишь распыляли воображение. Так и представлялись ореолы сосков. Интересно они нежно розовые или все же темно насыщенные? Вот черт!!! Думай о лимонных шторах! Виной всему эти разговоры о романе, в котором я стал отображением главного героя, захлестнувшего страсти и чувства. Будь эта обложка неладная!

– Что-то ты задумчивый. Ты и обычно не разговорчив, а сегодня особенно…, – Даша развернулась ко мне всем корпусом, подозрительно разглядывая. После нахмурилась, а я старался подавить в себе из ниоткуда возникший негатив.

Я увидел в ней женщину, мне не понравилось. Нет, не она не понравилась. Она то как раз очень привлекательная. Эти ее… Не хочу это чувствовать, я не должен это чувствовать! Просто надо как и прежде избегать женщин, тело подводит. Лучше сходить в спортзал или пробежать десяток километров. Пять лет прошло и что-то колыхнулось в душе. Отозвалось теплотой, дружеской, так приветливо. Что стало стыдно. А после совсем злостью накрыло, и чтобы не напугать ее, решил скорее уйти.

– Прости, мне надо уйти, я вспомнил…, – не договорил, резко сорвался с места, ракетой пролетая мимо нее, обескураженно смотрящей мне во след.

– Ты только пришел и как же обед? – догнала в коридоре, пока завязывал шнурки. Один лопнул, не выдержал моей силы, с трудом сдержал мат.

– После позвоню и все объясню, – соврал. Дверь за спиной негромко хлопнула, закрываясь и разделяя нас по две разные стороны. Мы параллельные прямые, не должны и вовсе были пересекаться, все я со своим ремонтом.

Вылетел из ее дома как на пожар, наверняка, все же испугал ее. Эти желания всколыхнули старые раны, слегка затянувшиеся, но не залеченные до конца нарывы. Да и нет такого лекарства, что помогло и полегчало бы от них.

Вину хорошо заглушает вино. Напиться и отключиться, просто необходимо перезагрузиться.

ГЛАВА 11

ДАША

Он так и не позвонил мне. Ни вчера, ни сегодня вечером, и, наверное, завтра ждать звонка не нужно. На третий день телефон из рук не выпускала. Все ждала, сама множество раз открывала его номер в журнале вызовов, но на зеленую трубочку так и не решилась нажать. Не знала что ему сказать.

Этот мужчина мне нравился. Он отличался от всех тех, с кем я общалась ранее. А главное, в его присутствии чувствовала себя собой. Все волнения и тревоги отступали. После выхода из клиники прошло достаточно времени. Хватит, чтобы прийти в себя и попытаться жить обычной жизнью. Встречаться с парнями, общаться, да целоваться, в конце концов! Не помню, когда испытывала от поцелуя то нежное тепло, то сладкое послевкусие после него, которое он должен нести. Только обмен слюнями. Никогда не любила эти влажные поцелуи. Интересно как целуется Родион? Он такой взрослый и эта его борода. Наверняка колючая. Усмехнулась своим мыслям. Просто провести бы эксперимент. Вот как позвоню сейчас и предложу поцеловаться. Скажу, что мне очень надо узнать могу ли я быть полноценной. Обычной девушкой. Теперь уже грустно вздохнула, ощутив в полной мере свою никчёмность и глупость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.