Ирина Ардо
Колыбельная для Леди. Песня первой любви

ГЛАВА 1 | Свобода

Айна

– Мама, как тут хорошо! – я кружилась по небольшой гостиной, радуясь тому, что, наконец, уехала из душной столицы.

Моё здоровье действительно оставляло желать лучшего, но постоянное посещение лекарей меня изрядно утомило, так что я была несказанно рада, когда получила рекомендацию больше бывать на свежем воздухе.

– Мы не думали, что тебе тут может понравиться, – с улыбкой проворковала главная в моей жизни женщина. – Зря я не слушала твоего дедушку.

Да, я знала, что мы из семьи нуворишей. Дед быстро разбогател за счёт фермерского дела и получил графский титул, когда спас жизнь Его Высочеству. Жаль, что многие были настолько узколобыми, что продолжали называть Майю Прем дояркой, пусть и за глаза. Хорошо, что у моего великодушного отца не было подобных предрассудков, и он очень быстро закрыл рты тем, кто начал посмеиваться надо мной, узнав, что я уезжаю на историческую родину.

– Мы здесь останемся на всё лето?

– Да, доктора сказали, что так будет лучше.

– Тогда я гулять!

– Погоди, стрекоза, – хохотнул отец, перехватив меня прямо у выхода. – Может, ты проголодалась? Дорога была долгая…

Желудок действительно готовился подать сигнал о том, что было бы неплохо его покормить, но мне было слишком интересно посмотреть на места, в которых выросла мама. Она часто рассказывала мне перед сном, как весело проводила время в горах, так что всё моё нутро было против любой задержки.

– Нет, всё отлично, пап, – я чмокнула отца в щёку. – Буду к ужину!

– Как к ужину? – мама всплеснула руками. – Без завтрака и без обеда? Айна!

Она продолжила что-то причитать, но я её уже не слышала, поскольку вылетела за дверь быстрее виверны.

У меня перехватило дыхание от вида: горы, царапающие небосвод острыми вершинами, как верные стражи охраняли долину, рассечённую рекой, от посторонних глаз. Я сделала глубокий вдох и на секунду почувствовала, что у меня закружилась голова. Чистый воздух наполнял мои лёгкие, а озорной летний ветер трепал волосы, которые я специально распустила, не желая вспоминать о столице с её бесконечными ограничениями и правилами.

Разувшись, ойкнула от неожиданности. Трава, которая казалась мягким ковром, покалывала ступни, не привыкшие к отсутствию обуви, но даже это не могло меня остановить.

Я подхватила туфли и побежала вниз, к реке, которая приветливо сверкала на солнце, словно уговаривала поскорее окунуться в её воды. Из груди непроизвольно вырвался детский смех.

Свобода! Вот она какая!

Хотелось расставить руки в стороны и представить, что они вот-вот превратятся в крылья, которые унесут меня ввысь, под самый купол хрустального неба, к тёплому солнцу, смотревшему на моё счастье.

Как только мои пальцы коснулись прозрачной воды, я едва не задохнулась от предвкушения и восторга. Дома всё состояло из камня, дорогих тканей, идеально выстриженных кустов и фальшивых улыбок, в то время как здесь ни одному существу не нужно было притворяться, чтобы быть прекрасным.

Пришлось сделать короткий и резкий выдох, чтобы поставить на каменистое дно другую ногу, ведь вода была просто ледяной. Приятное покалывание пошло от ступней по всему телу, вызывая у меня новый приступ смеха.

Почему дедушка и мама променяли всё это на столицу? Разве там лучше?

Внезапно кто-то дотронулся до моей ноги, заставив меня замереть и взвизгнуть:

– Ай! Мама! – я круто развернулась и, не удержав равновесие, плюхнулась в реку.

Было мелко и больно, кажется, я поранила локоть о камни.

Передо мной стоял пушистый ягнёнок, который в ужасе отскочил от меня. Уверена, в моих глазах читался такой же страх. Руки подрагивали, сжимая злосчастные туфли. Но, возможно, это было от холода, поскольку я умудрилась промокнуть до нитки, и ветерок уже не казался таким приветливым.

– Если хочешь искупаться, тебе стоит пройти вниз по течению, – повернула голову в сторону, откуда раздавался насмешливый мужской голос. – Там небольшое озеро.

А это ещё кто?

ГЛАВА 2 | Стыд и позор

Айна

Солнце светило говорящему в спину, так что я не могла увидеть его лица, даже прищурившись.

– Здравствуйте… Ой! – я попыталась встать, но нога соскользнула, и я вернулась в прежнее положение, вызвав приступ хохота у собеседника.

– Давай руку, солнце, – парень спустился ближе к кромке воды и протянул мне ладонь, которую я с радостью приняла.

Выбравшись на берег, я сумела рассмотреть своего нового знакомого: смуглый парень с чёрными, как вороново крыло волосами, и глазами цвета тёмного шоколада. Стоило ему повернуться лицом к солнцу, как в радужке заиграли золотистые прожилки. Красивые…

– Благодарю за помощь, – сделала книксен, придерживая мокрую юбку. – Айна Прем.

– Значит, не соврали, – парень обнажил белые зубы, – действительно леди пожаловала. Кэрис. Прошу прощения, я позволил себе вольность.

Он уже собирался поклониться, но я его остановила:

– Что вы?! Вы очень помогли. Боюсь, сама бы я ещё полчаса отсюда выбиралась, – покосилась на место, где только что барахталась и почувствовала, как щёки становятся пунцовыми.

Боже, это же надо было так опростоволоситься!

– Лучше на «ты», – усмехнулся Кэрис. – Здесь все свои.

– Ага, – я смущённо потупила глаза, лишь бы не смотреть этому парню в глаза. – Со мной тоже… лучше… – Какой позор! У меня же зуб на зуб не попадает! – Я, наверное, пойду, да? Ещё раз спасибо!

Бросив беглый взгляд на Кэриса, я побежала вверх по холму. Моя позорная капитуляция сопровождалась мальчишеским смехом и криком:

– Если что, сможешь найти меня у ивы возле второго притока!

Дома я оказалась в считанные минуты. Запыхавшаяся, зардевшаяся и промокшая.

Мне хотелось забыть всё, что только что произошло (или хотя бы часть), однако лицо парня, вытащившего меня из воды по-прежнему, не выходило у меня из головы. Никогда раньше я не видела настолько простого в общении человека. К тому же, он был ещё и очень симпатичный. За такие ямочки на щеках, как у него, столичные девушки бы перегрызли друг другу глотки.

– Айна! – мама услышала хлопок входной двери и охнула, оценив мой вид. – Что случилось?

– В реку упала, – буркнула себе под нос, стараясь скрыть неловкость. – Всё нормально, мам.

– Быстро переодевайся! Простудишься!

Она говорила что-то ещё, но я старалась не слушать. За этот год я три раза оставалась дома с лихорадкой. Особенно сильная была после бала дебютанток. Где я могла её заработать, ума не приложу, но вышло, что вышло.

Ни один лекарь не мог сказать причину, по которой я так часто болела, ведь оба моих родителя никогда не жаловались на здоровье.

Поднявшись в свою комнату, я раскрыла один из саквояжей и достала лёгкое домашнее платье с длинными рукавами-фонариками. Наверное, нужно было высушить волосы или отогреться в ванной, но я и без этого сгорала от стыда.

Надо же было познакомиться с кем-то именно вот так! Теперь вся соседняя деревня будет знать, что дочь лорда Према самая настоящая недотёпа!

Я подвязала волосы шёлковой лентой и спустилась к родителям, которые пили чай на веранде и что-то бурно обсуждали. С моим появлением они резко замолчали и принялись расспрашивать о произошедшем.

Пришлось рассказать им всё от начала до конца. В нашей семье всегда царило полное доверие, так что я не видела смысла скрывать что-либо от самых близких людей:

– Надо узнать, что это за мальчик, – отец нахмурился.

– Эботт, – мама ласково погладила его по плечу, – пусть девочка поест нормально. Ну, что ты, в самом деле? Это же хорошо, что рядом с нашей дочерью оказался тот, кто смог протянуть ей руку помощи.

– Когда сам же в воду и толкнул.

– Нет, па! – возмущённо пискнула я, отложив брускетту с томатами, которую потихоньку надкусывала во время своего рассказа. – Я сама упала. Ко мне сзади подошёл ягнёнок, я испугалась, ну и…

– Ладно, пусть живёт, – махнул рукой он.

Дальше мы обсуждали какие-то несущественные темы, вроде природы и погоды, но я то и дело мысленно возвращалась к тому случаю на берегу.

– Мам, – тихо позвала родительницу.

– Что, моя фиалочка? – мы обе были земными магиссами, так что мама любила называть меня разными цветами, которые очень любила.

– А что такое «второй приток»?

ГЛАВА 3 | Солнце

Айна

На следующее утро родители отпустили меня на улицу, взяв с меня обещание, что я не полезу в воду, и вручив небольшую корзинку с перекусом. Пара бутербродов и два яблока на случай, если я проголодаюсь. Все мои попытки откреститься от угощения были безуспешными, поэтому я просто смирилась с тем, что мама и папа не отпустят меня без этого.

Вчера родительница рассказала мне, где находится этот самый второй приток. Оказалось, так в народе называли небольшую горную речушку, впадающую в ту, где я изволила искупаться накануне.

Придерживая шляпку, так и норовившую улететь при каждом порыве ветра, я дошла до назначенного места и действительно увидела там иву. Она раскинула свои ветви, укрывая сидевшего под ней молодого человека.

Не знаю, зачем я пришла. Возможно, он бросил ту фразу невзначай или просто, чтобы подшутить.

Подойдя ближе, я услышала тихую нежную мелодию, которую он играл… Овцам? Так, он пастух! Вот почему рядом с ним был ягнёнок.

Какое-то время я просто наблюдала за тем, как его пальцы ловко бегали по дырочкам на стволе свирели. Я слышала её только один раз – на ярмарке – но не заострила на этом своё внимание, а надо было бы. Оказывается, это инструмент с очень красивым голосом.

Спустя несколько минут я всё же решилась подойти:

– Привет.

Музыка стихла, и парень повернул голову в мою сторону. Его глаза расширились от удивления, а на губах появилась вчерашняя улыбка, сопровождаемая ямочками на щеках.

– Ничего себе! – он отложил свирель в сторону и поднялся на ноги. – Солнце, ты пришла!

Это панибратское обращение должно было возмутить меня. И возмутило бы, обращайся ко мне подобным образом какой-нибудь сынок высокопоставленного чиновника. Но почему-то с этим пастухом всё было совсем по-другому. Это самое «солнце», срывавшееся с его уст, звучало настолько естественно, что полностью обезоруживало.

– Почему ты меня так называешь? – перехватила корзину обеими руками, чтобы он не увидел мои подрагивающие пальцы.

Боже, что я творю? Никогда в жизни не позволяла себе общаться с кем-либо подобным образом.

– Потому что ты похожа на солнце, – Кэрис пожал плечами, словно всё было очевидно. – Ещё и в жёлтом платье была вчера. А что, не нравится?

– Никто раньше меня так не называл, – я заправила выбившуюся из-под шляпки прядь за ухо.

– Значит, я буду первым, – хмыкнул он и сел на землю, прислонившись к стволу. – Садись, чего как не родная?

Он похлопал по траве рядом с собой.

Я опешила, но всё же приняла приглашение. Пришлось немного придержать и расправить юбку, чтобы она не задралась, оголяя лодыжки. Мадам Монси, моя преподавательница по этикету, всегда говорила, что леди должна оставаться леди в любой ситуации.

Хотя, вряд ли она представляла меня сидящей на земле в компании обычного пастуха.

Невольно прыснула, представляя реакцию почтенной матроны на подобную картину.

– Чего смеёшься? – Кэрис настороженно посмотрел на меня.

– Представила лица своих учителей, если бы они увидели меня сидящей на траве, – ответила честно. – Половину из них точно бы удар хватил.

– А что в этом такого? – парень снова взял в руки свирель и принялся крутить её в руках.

– Не знаю. Просто леди так не делают. Обычно.

– Тогда хорошо, что их тут нет.

– Хорошо.

Некоторое время мы просто молчали, думая о своём. Теперь я могла получше рассмотреть молодого человека. Несмотря на то, что на вид он был моим ровесником, в нём было гораздо больше мужских черт, чем в большинстве моих знакомых. Заострённые черты лица, выдающиеся надбровные дуги, прямой нос. Я пожалела, что не взяла с собой блокнот и уголь. Руки чесались запечатлеть Кэриса в лучах рассветного солнца.

Внезапно он резко повернулся, посмотрел куда-то поверх моей головы и крикнул:

– Гром, стоять!

В следующую секунду я почувствовала, как что-то тяжёлое придавливает меня всем своим весом, не успела сориентироваться и оказалась зажатой между парнем и кем-то очень пушистым.

Даже вскрикнуть не успела, как шершавый язык от души прошёлся по моему лицу.

– Гром, фу! Фу, кому сказал! – Кэрис поднялся на ноги, придерживая меня за талию, пока я ошалело смотрела на огромную собаку, радостно вилявшую хвостом.

– Что-то не очень он тебя слушается, – хихикнула я.

– Совсем от рук отбился, – буркнул парень. – Ну, я тебе…

– Не надо, Кэрис! – испугавшись, повернулась к нему лицом. – Не наказывай его, пожалуйста. Он очень милый.

Пастух с удивлением посмотрел на меня, но ничего не сказал. В этот момент мы оба заметили, что стоим в совершенно непристойной позе. Его руки продолжали покоиться на моей талии, а я цеплялась за ворот его рубашки. Моментально вспыхнув, я отскочила и принялась отряхивать платье.

С каких пор я стала попадать в такие неловкие ситуации? Сама себя не узнаю.

– Кхм, – кажется, он тоже был смущён. – Кажется, это твоё.

Парень протянул мне мою нежно-зелёную шляпку, которая каким-то образом оказалась в его руках. Наверное, упала в неравной битве с бойким мастифом.

– Спасибо, – забрала свою вещь. – Ты же не накажешь его, правда?

– Не накажу, раз ты так просишь.

Не знаю почему, но это несказанно меня обрадовало.

– А ты, – немного замялась, не зная, стоит ли предлагать, – яблоки любишь?

ГЛАВА 4 | Гром

Айна

Уже через минуту мы хрустели сочными фруктами, что передали мне родители, и смотрели на стадо овец, напоминавшее огромное белоснежное облако.

– А я сразу понял, что ты непохожа на тех заносчивых снобов.

– Что, прости? – непонимающе уставилась на него.

– Ну, по всем окрестным деревням пролетел слух о том, что дочка графа Према приезжает с мужем и дочерью. Вот, гадали, какая ты. Боялись, что будешь ходить тут и командовать. Но все думали, что ты старше.

– Мне, между прочим, уже пятнадцать, – я вздёрнула нос повыше.

– Да ну?! – Кэрис выглядел по-настоящему шокированным. – Ты же мелкая!

– И ничего я не мелкая!

Я даже воздухом поперхнулась от возмущения.

– А я говорю, мелкая. Твою талию можно обхватить практически одной рукой. Вас что, вообще не кормят?

Кровь прилила к щекам от такой наглости, и я отвернулась от этого бестактного… человека.

– Ну, ладно тебе, – его рука легла на моё плечо, – не дуйся. Для девушек это, вроде как, комплимент, да? Или у вас, благородных, всё по-другому?

Я недовольно фыркнула и тряхнула волосами. Для замужних дам, может быть, это и комплимент. А вот для меня это было всё равно, что ножом по сердцу. Все в моём возрасте уже выглядели по-взрослому, и лишь меня воспринимали, как ребёнка из-за моего телосложения.

– Айн. Айна. Солнце, ну, не обижайся…

– Ай! Ты меня за волосы дёрнул?!

– А как ещё мне было заставить тебя повернуться? – спросил он всё с той же улыбкой.

Нет, мне определённо хотелось ударить его чем-нибудь тяжёлым, но только поначалу. На Кэриса было невозможно злиться. Не тогда, когда он смотрит в душу своими карими глазами с лисьим прищуром.

– Так что, – он протянул мне руку, – мир?

– Только, если обещаешь больше не называть меня мелкой.

– Договорились.

Я пожала его ладонь, и меня будто молнией прошибло. Пришлось прервать рукопожатие, чтобы снова позорно не раскраснеться.

– Гром, зараза, фу! – рыкнул парень.

Я проследила за его взглядом и рассмеялась. Пёс времени даром не терял и перевернул мою корзину, в которой ещё оставались хлеб и сыр. Он мило сопел и причмокивал, добравшись до лакомства, и совершенно не испытывал вины перед покрасневшим от злости хозяином.

– Похоже, твои друзья совсем тебя не слушают. Будь ты магом-анималистом…

– Я и так анималист, – фыркнул он. – Просто кто-то давно без свиных костей не оставался.

Гром воспринял угрозу серьёзно и резво отскочил от корзинки, которая накренилась и покатилась по холму к реке.

Кэрис старался догнать её и перехватить, но сам поскользнулся и направился в ту же сторону, ведомый силой земного притяжения. С хохотом я последовала за ним, хоть и на своих двоих.

Пастух сидел растрёпанный и грязный, но довольный, потому что мою вещь он всё же поймал.

– Кэрис, ты как?

– Лучше просто Кэр. Полным именем меня маменька кличет, когда я где-то напортачил.

– Хорошо… Кэр, ты как?

– Лучше не бывает, леди-солнце! – он с гордостью протянул мне корзинку и отвесил шутливый поклон. – Полагаю, это ваше.

– Моё, – приложила ладони к болевшим от смеха щекам и поддержала игру. – Вы так любезны, сударь.

– Ради прекраснейшей из дам рад стараться.

После этого случая мы только и делали, что болтали обо всём. Кэр познакомил меня со стадом, за которым он следит, и назвал каждую овечку по имени, но я так и не смогла научиться их отличать. Всё время путала.

– Нет же, – парень то и дело дёргал меня за руку, переводя от одного животного к другому, – у Мэгги одно ухо больше другого, видишь? А это Лили, у неё точка на носу.

– А это Лана? – показала пальчиком на очередное белое облако.

– Это Овен, – осуждающе посмотрел на меня Кэр, будто я его родное дитя обидела. – Он баран. Его ты точно ни с кем не перепутаешь, он же рогатый.

– Ой!

Да, рассказывая мне о жизни на периферии, матушка как-то забыла рассказать мне о таком нюансе. Зато мы с Кэром посмеялись.

Когда солнце находилось в зените, мы вернулись под иву, спасаясь от его лучей. Пастух сказал, что сейчас оно особенно опасно, ведь под прохладным ветром ты совершенно не чувствуешь, как сгораешь, а у меня, видите ли, слишком бледная кожа.

Он залез на одну из веток и протянул мне руку, приглашая уместиться на соседней.

– Я не умею лазать по деревьям, – развела руками, – да и как я полезу в туфлях?

– Так сними их, зачем они нужны?

Действительно, зачем?

Скинув обувь, я схватилась за протянутую ладонь одной рукой, а второй устремилась за ветку. Неловко перебирая ногами, я всё же смогла залезть на дерево.

Боже, я на дереве! Мадам Монси точно упадёт в обморок, если узнает!

– Ну как? – Кэр подмигнул мне.

– Здорово, – шепнула, глядя на него в ответ.

Наверное, сейчас я чувствовала себя по-настоящему счастливой, сидя в ветвях ивы, как дриада из детских сказок, и прислушиваясь к звукам самого настоящего лета.

ГЛАВА 5 | Маленький секрет

Айна

Домой я вернулась ближе к закату. Сама не заметила, как пролетело время. Наши с Кэром разговоры прерывались, когда он брал в руки свирель. Не знаю, сколько он оттачивал своё мастерство, но музыка была просто волшебной. Простой, но не менее чарующей, чем у оркестра в столичной филармонии.

«Музыка должна идти от сердца, а не с бумажки, на которой кто-то ноты накарябал,» – вспоминала слова парня, сидя над блокнотом на веранде. Я истратила уже несколько листов в попытках нарисовать его. Рука выдавала каждый раз разное: Кэр на ветке, Кэр под деревом со свирелью, Кэр треплет Грома по макушке… И всё не то. Нет, он, конечно, был похож, но казалось, что недостаёт какой-то детали. Чего-то очень важного…

– Это тот самый мальчик? – мамин голос, раздавшийся за моей спиной, заставил меня подскочить на месте и выронить уголь из дрогнувших пальцев. – Я видела вас сегодня.

Уши запылали от такого заявления. Мы не делали ничего предосудительного, но почему-то мне казалось, что меня поймали на месте преступления.

– Когда? – сипло спросила я.

– Когда ты пыталась с его помощью залезть на дерево, – со смешком отметила родительница. – Тебе нужно оттачивать навык, дорогая.

– Что?

Я повернулась и посмотрела в родные серые глаза, чтобы убедиться в том, что мне не послышалось.

– Что? – мама подняла брови. – Я сама любила на ветках сидеть, так что ничего предосудительного в этом не вижу. Только мадам Монси и отцу об этом не рассказывай.

Она заговорщически улыбнулась и потрепала меня по макушке.

– Кстати, как его зовут?

– Кэр, – ответила машинально. – Кэрис. Он живёт в деревне у Второго Притока.

– Знаю это место. Раньше там были очень хорошие люди. А, может, просто в детстве трава была зеленее…

Задумавшись, мама ушла в дом, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Я быстро собрала все рисунки и захлопнула блокнот, чтобы папа не увидел. Он и так каждого, кто хотел просто потанцевать со мной, был готов испепелить, а тут… Конечно, в нашей семье не было классовых предрассудков, учитывая мамино происхождение, мы ценили любой труд. Но иногда мне казалось, что отец слишком меня опекает.

Что он скажет, когда узнает о моих встречах с Кэром?

При одной мысли о нём на мои губы наползла глупая улыбка, которую я не могла, да и не хотела убирать. Почему-то с ним было легко и весело. Он не расшаркивался передо мной, не строил из себя светского денди и говорил то, что думал.

Было ощущение, что мы знакомы всю жизнь, настолько рядом с этим парнем было просто. Мне тоже не нужно было притворяться, контролировать осанку и громкость моего смеха. Даже стыд за вчерашний инцидент прошёл, что странно.

Мне не терпелось пойти спать, чтобы поскорее наступил новый день, и мы снова встретились под раскидистой ивой.

По дороге в свою комнату я столкнулась с отцом и неосознанно прижала блокнот к груди.

– А-а, моя егоза, – папа ласково провёл пальцем по моей щеке. – Снова углём испачкалась, – он продемонстрировал мне руку, на которой были чёрные разводы. – Рад, что ты вернулась к своему занятию. Как прошёл день?

– Хорошо. Даже отлично! – честно ответила я.

– Это замечательно, – вдруг родитель нахмурился, рассматривая моё лицо. – Да ты обгорела, жизнь моя. Нос красный.

– Я всё время просидела в тени… Ничего, завтра пройдёт!

– Посмотрим, конечно, но я скажу слугам, чтобы принесли тебе мешочки со льдом. Приложишь их к носу и щекам ненадолго.

Я кивнула и, пожелав ему доброй ночи, умчалась к себе, чтобы забыться крепким и здоровым сном, слушая, как за окном поют соловьи. Блокнот был спрятан под подушку, как самое дорогое сокровище, которое всегда должно быть рядом.

Не помню, когда в последний раз что-то прятала от родителей… Но сейчас мне нравилось это ощущение маленького секрета, о котором не знает никто, кроме меня. Пусть мама нас и видела, но точно не слышала. А значит, что-то всё же осталось тайным.

ГЛАВА 6 | Искра

Айна

Выскользнув из дома с первыми рассветными лучами, я помчалась к уже знакомому дереву, где уже должен был сидеть Кэр. Вчера он сказал, что все деревенские начинают работать с раннего утра, так что я была уверена в том, что он уже на месте.

Чуть не подпрыгнула на месте, когда поняла, что не ошиблась. Парень что-то сказал Грому, и пёс принялся бегать вокруг стада, подгоняя оторвавшихся от стада овец и ягнят.

– Привет! Почему они не могут гулять спокойно? – спросила, подойдя поближе. – Зачем Гром их гоняет?

– И тебе не хворать, солнце. Особи не должны уходить далеко от стада. В горах легко потеряться, к тому же я не могу следить за ними, когда они расходятся по всему полю и прячутся за холмы. Вдруг хищники подберутся или малолетние живодёры?

После этих слов я поморщилась и отвернулась. Дети действительно бывают крайне жестоки, особенно когда накидываются на беззащитных животных.

– И много их здесь?

– Кого?

– Живодёров, – даже это слово вызывало у меня приступ тошноты.

– Есть парочка. Одному накостылял на прошлой неделе. Он кошке банки к хвосту привязал и смотрел, как она носится, стараясь снять с себя эти штуки.

– Ты ударил ребёнка? – я в ужасе округлила глаза.

– Ребёнка? – хохотнул Кэр. – Этот лоб через полгода меня перерастёт, а ему двенадцать!

– А тебе сколько?

– Шестнадцать исполнилось в прошлом месяце, – он гордо выпятил грудь и хитро прищурился. – Мелкая.

– Эй, – я подскочила к нему и толкнула в плечо, – ты же обещал!

Кэр смеялся, но смотрел на меня с таким теплом, что вся моя злость моментально улетучилась. Солнце и мелкая… Два абсолютно дурацких прозвища, которые он мне дал, хотя прекрасно запомнил моё имя.

Раньше я бы просто обиделась и ушла, больше никогда бы не заговорила с тем, кто позволил себе так со мной разговаривать. А тут чуть ли не с кулаками кинулась!

Рядом с этим человеком я будто становилась другой. Нет, не так. Настоящей. Все вечно диктовали мне, как себя вести, что носить, каким тоном говорить. Кэр же ни разу не посмотрел на меня с упрёком, даже когда узнал кто я, хотя предположения у деревенских были самые разные. Многие ожидали, что приедут надменные дворяне, которые либо и носа из своего поместья не высунут, либо будут наводить свои порядки. Эти предположения возмутили меня вчера, но они не были лишены смысла.

– Извини. Ты мило злишься, – Кэр поцеловал мои пальцы и отшатнулся, когда понял, что сделал.

Я же убрала руки за спину и продолжила строить из себя оскорблённую леди не столько для приличия, сколько для того чтобы скрыть охватившее меня смущение.

Мужчина не должен касаться руки женщины без перчатки, если только он не находится с ней в близких отношениях, официально закреплённых перед обществом. Да, и я тоже хороша, ведь совершенно забыла об этом предмете гардероба. Но никто же не мог предположить, что так будет, верно?

Кэрис сделал это шутя, как проделал бы… с деревенской девчонкой!

Вот почему я чувствовала себя так свободно. Пастух забывал о том, кто я. Он не просто не акцентировал внимание на моём статусе, а вообще не думал о нём. Для этого парня я была обычной девушкой, приехавшей на лето в эти края.

– Прошу прощения, – краем глаза отметила, что у Кэра покраснели уши. – Я позволил себе лишнего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.