RemVoVo
Космический библиотекарь для демона

Глава 1. Пробуждение в Звездной Бездне

Сознание вернулось ко внезапно и неприятно, будто к телу подключили провода под напряжением. Я не открыла глаза, а буквально заставила их разлепиться. Над головой простирался не потолок, а бархатная чернота, усеянная мириадами мерцающих точек. Они были слишком яркими, слишком близкими. Словно я лежала под самым куполом планетария.

Где я?

Память отказывалась работать. Последнее, что я помнила, – это шумный городской карнавал, огни, смех… и тот мужчина. Его лицо расплывалось в дымке, но я чувствовала тепло его руки на своей талии и вкус его губ – сладкий, как запретный плод. Он склонился ко мне, шепча что-то, а потом… пустота.

Я резко села, и голова закружилась. Комната была просторной, с минималистичной эстетикой. Стены переливались перламутром, излучая мягкий свет. Мебель – плавные, обтекаемые формы, будто выточенные из цельного куска полированного металла. Ничего лишнего. Ни пылинки.

Это был не отель. И уж точно не больница.

– Доброе утро, леди Вейн. – Голос прозвучал прямо в голове, бархатный и безличный. – Системы вашей жизнедеятельности стабилизированы. Вы испытываете дискомфорт?

Я вжалась в кровать, озираясь по сторонам. Никого.

– Кто здесь? – мой собственный голос прозвучал хрипло и испуганно.

– Голосовой интерфейс жилого модуля «Лотос». Рад вас приветствовать на борту космической станции «Элизиум».

Космической… что? Сердце заколотилось где-то в горле. Это сон. Нужно проснуться.

– Ваш супруг, лорд Гидеон Вейн, архивариус «Элизиума», уведомлен о вашем пробуждении. Он ожидает вас в обеденной зоне.

– Супруг? – Я рассмеялась, и смех вышел нервным и надтреснутым. – Какая чушь! У меня нет мужа. Меня зовут Элара… просто Элара. И я не могу быть на космической станции, потому что их не существует!

– Биометрические данные подтверждают вашу личность. Леди Элара Вейн. Бракосочетание состоялось тридцать стандартных циклов назад по договору Связки Душ.

Договор. Связка Душ. От этих слов стало физически плохо. Я соскользнула с кровати, обнаружив, что одета в странное одеяние – нечто среднее между шелковым халатом и туникой. Ткань была невесомой и приятной на ощупь.

Подойдя к стене, я увидела, что она не была сплошной. При моем приближении участок просто растворился, открыв панорамный вид в черноту космоса. Я отшатнулась, охваченная головокружением. Звезды плыли мимо, огромные и безразличные. Гигантская спираль туманности висела вдалеке, переливаясь фантастическими красками. Это было слишком реально, чтобы быть сном или розыгрышем.

Значит, правда. Я в космосе. И замужем. За кем-то по имени Гидеон Вейн.

Память снова подкинула обрывок: тот поцелуй на карнавале. Его губы, вкус… не просто сладость. Вкус пепла и звездной пыли. Вкус чего-то абсолютно чужого. Он что-то сказал тогда, перед тем как все исчезло: «Прости. Другого выхода не было».

Неужели это был он? Мой таинственный «муж»? И если да, то почему он сбежал сразу после свадьбы, оставив меня здесь одну? И что, черт возьми, такое «договор Связки Душ»?

– Леди Вейн? – снова проник в мои мысли безмятежный голос. – Лорд Вейн вежливо просит не задерживаться.

– А он не может прийти сюда? – выдохнула я, все еще глядя в бездну.

– Лорд архивариус следует протоколу. Первая встреча должна состояться на нейтральной территории.

Нейтральная территория. Звучало так, будто мы собирались не на завтрак, а на переговоры с инопланетянами. Что ж, судя по всему, так оно и было. Я была здесь инопланетяниной.

Собрав всю свою волю в кулак, я глубоко вдохнула. – Хорошо. Веди.

Дверь в противоположной стене бесшумно отъехала в сторону, открывая длинный, плавно изгибающийся коридор. Стены здесь тоже были живыми, излучавшими свет. Я вышла, и дверь так же бесшумно закрылась за моей спиной, став частью стены. Побега не было.

Я пошла, чувствуя себя лабораторной мышью в лабиринте. Коридор привел в просторное помещение с панорамным остеклением от пола до потолка. Вид был ошеломляющим. На фоне звезд проплывали причудливые конструкции станции – арки, шпили, сияющие огнями. Это был целый город, висящий в вакууме.

В центре комнаты стоял стол, а за ним – мужчина.

Он сидел спиной к звездному полотну, и его фигура казалась вырезанной из темного мрамора. Он был одет в строгий костюм глубокого серого цвета, почти черного, который идеально сидел на его широких плечах. Руки с длинными пальцами лежали на столе, неподвижные. Но больше всего меня поразило его лицо.

Он был красив. Смертельно, холодно красив. Скошенные скулы, твердый подбородок, темные волосы, собранные у затылка. И на верхней половине его лица – изящная полумаска из темного металла, скрывающая глаза. Она не выглядела неуместно; казалось, она была его частью.

– Элара, – произнес он. Его голос был живым, в отличие от голоса интерфейса, – низким, вибрационным, наполненным скрытой силой. В нем не было ни капли тепла.

Я заставила себя сделать шаг вперед. – Вы… Гидеон Вейн?

– Лорд Гидеон Вейн, – поправил он без всякой надменности, просто констатируя факт. – Да. Твоим супругом.

Он поднялся. Он был высоким, очень высоким, и его рост давил на меня, даже хотя он не сделал ни шага в мою сторону.

– Я понимаю, что ситуация для тебя нова и, вероятно, травматична. Наш брак – формальность. Договор, необходимый для стабилизации магико-технологического поля станции. Твоя роль отныне – помогать мне в управлении Великой Библиотекой «Элизиума».

Я смотрела на него, на его скрытые маской глаза, и чувствовала, как по телу разливается леденящий ужас, смешанный с бессильной яростью.

– Помогать? – мой голос дрогнул. – Вы украли меня! Вы привезли меня Бог знает куда и говорите о каком-то договоре! Я не хочу быть вашей… библиотекарем! Я хочу домой!

Он наклонил голову, изучая меня. Казалось, он видит меня насквозь, сквозь кожу, сквозь кости, прямо в душу.

– Домой? – он произнес это слово так, будто впервые слышал его. – Милая Элара, для тебя больше нет дома. Отныне твой дом – здесь. Со мной.

Он сделал шаг вперед, и я невольно отступила. Он замер, и в уголке его губ дрогнула тень чего-то, что можно было принять за улыбку, если бы в ней не было ни капли веселья.

– А теперь присаживайся. Нам нужно обсудить твои новые обязанности. И запомни главное правило «Элизиума»: ничему не удивляйся. Здесь возможно все. Даже продажа души за сущие копейки. На твоем месте могла оказаться любая. Тебе повезло.

Он повернулся и снова сел за стол, оставив меня стоять посреди комнаты, под взглядом невидимых глаз и холодным светом чужых звезд. Повезло? Это было похоже на начало самого страшного кошмара в моей жизни.

Глава 2. Лорд-архивариус в маске

Он произнес это с такой ледяной невозмутимостью, будто сообщал прогноз погоды. Не «мы поженились», а «заключили договор». Не «наш дом», а «стабилизация поля». Слова «повезло» отозвались в тишине зловещим эхом. Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль помогала не разрыдаться.

– Я ничего не подписывала, – выдавила я, делая шаг к столу. Мои ноги дрожали, но я надеялась, это незаметно. – Никакого договора. Никакого замужества. Это похищение.

Гидеон отпил из прозрачного бокала, в котором переливалась жидкость цвета серебристой туманности. – Договора подписываются не всегда чернилами, Элара. Иногда – кровью. Иногда – энергией души. В данном случае – фактом твоего присутствия здесь. Твоя биометрическая сигнатура теперь вплетена в матрицу станции. Без тебя… начнутся сбои.

Он говорил так уверенно, так отстраненно. Я чувствовала себя винтиком в чужом механизме. Винтиком, который не спрашивали, хочет ли он быть частью этой машины.

– Почему я? – прошептала я. – Почему выбрали меня?

Маска скрывала его взгляд, но я уловила легкое движение его бровей. Словно вопрос был неожиданным. – Случайность. Стечение обстоятельств. Твоя энергетическая матрица оказалась совместимой. Большего тебе знать не нужно.

Ложь. Я почувствовала это кожей. Он лгал. Или недоговаривал. Вспомнился тот поцелуй. Вкус пепла и звездной пыли. Это был он. Я была почти уверена. Но зачем? Зачем целовать меня, а потом украсть?

– Вы подходили ко мне на карнавале, – сказала я, глядя ему прямо в маску, пытаясь разглядеть хоть что-то в затемненных прорезях. – Вы… поцеловали меня.

Он замер на мгновение. Атмосфера в комнате сгустилась, стала тяжелой. – Не я, – отрезал он. – Тебе показалось. Стресс, диссонанс реальностей. Твоё сознание пытается найти опору в прошлом, связывая разрозненные обрывки.

Но он солгал. Я была уверена. В его голосе прозвучала та самая, едва уловимая фальшивая нота, которую не слышишь ушами, но чувствуешь нутром.

– А где мы сейчас? – спросила я, понимая, что сейчас не вытянуть из него правду. Нужно было действовать иначе. Узнать врага. Или союзника? Нет, союзника в нем я не видела.

– Обеденная зона моих личных апартаментов, – ответил он, явно довольный сменой темы.

– Нет. В глобальном смысле. Эта станция… «Элизиум». Что это?

– Научно-магический аванпост, – он отложил бокал. – База для изучения аномалий, библиотека знаний, собранных с тысяч обитаемых миров. И порт для тех, кто предпочитает не показываться на глаза Имперской Страже.

– Магия? – я не удержалась от усмешки. – Вы говорите о магии в космосе?

– Ты предпочитаешь термин «неизученные законы физики»? Пожалуйста. Суть не меняется. Здесь технологии и то, что твой мир называл бы магией, суть одно целое. Энергия. Ею нужно уметь управлять. Великая Библиотека – это не только хранилище информации. Это реактор, регулятор и оружие. Им нужно управлять. Нам.

«Нам». Это прозвучало так неестественно из его уст.

– А что… что случится, если я откажусь? Устрою истерику, буду бить посуду и кричать, что хочу домой?

Впервые за весь разговор он издал нечто, отдаленно напоминающее короткий выдох. Не смех. Скорее… снисходительное раздражение. – Тогда, – сказал он тихо, – матрица станции начнет деградировать. Защитные поля ослабеют. В лучшем случае, мы окажемся отрезанными в пустоте. В худшем… «Элизиум» станет могилой для всех, кто на нем находится. Включая тебя.

Он встал, и его тень накрыла меня. – Так что, леди Вейн, твои личные трагедии меня, честно говоря, мало интересуют. Ты здесь. Это данность. Ты будешь работать. Ты будешь подчиняться. Ты будешь учиться. И тогда, возможно, ты выживешь. И даже привыкнешь.

Он подошел так близко, что я почувствовала исходящий от него холод. Не физический, а какой-то внутренний, пронизывающий. Я замерла, не в силах пошевелиться.

– А теперь, – его голос упал до шепота, – мы идем в Библиотеку. Твое первое знакомство. Постарайся не трогать ничего, что светится. Или издает звуки. Или кажется тебе знакомым. Или незнакомым. Вообще, лучше ничего не трогать.

Он повернулся и направился к арке, которая вела в другой коридор. Я постояла секунду, переводя дух. Сердце бешено колотилось. Он был невыносим. Холодный, высокомерный и пугающий. Но в его словах не было пафоса. Только констатация ужасающих фактов.

Отказ – смерть. Согласие – рабство в непонятной роли жены-библиотекаря для демона в маске.

Я посмотрела на свое отражение в темной поверхности стола. Бледное лицо, испуганные глаза. Просто Элара. Теперь – леди Вейн. Архивариус поневоле.

Сжав зубы, я побрела за ним. У меня не было выбора. Но я дала себе слово: я выживу. Я разберусь, что здесь происходит. И я узнаю, почему он солгал про тот поцелуй.

Он шел впереди, не оглядываясь, уверенный, что я последую. И я следовала. По коридору, ведущему в неизвестность, под призрачным светом чужих созвездий, в сердце космической станции, где магия была наукой, а брак – холодной сделкой.

Глава 3. Великая Библиотека «Элизиума»

Коридор, ведущий в Библиотеку, был не похож на остальные. Стены здесь не просто светились – они дышали, переливаясь глубоким синим, как океан в лунную ночь. Воздух вибрировал, наполненный низким, едва слышным гудением, которое отзывалось в костях. Это был не звук механизмов, а что-то иное, живое и мощное.

Гидеон шел впереди, его темный силуэт казался инородным телом в этой пульсирующей лазури. Он не произносил ни слова, и я покорно следовала за ним, чувствуя, как тревога сжимает горло все туже с каждым шагом.

Впереди появился арочный проем, залитый ослепительным белым светом. Гидеон замедлил шаг и на мгновение замер на пороге, прежде чем переступить его. Я последовала за ним и застыла, пораженная.

Мое представление о библиотеке разлетелось в прах.

Это не было помещением с полками. Это был целый мир. Бесконечное пространство, уходящее ввысь и вглубь дальше, чем мог охватить глаз. Вместо полок здесь парили в воздухе, медленно вращаясь, голографические свитки, светящиеся сферы и сложные геометрические фигуры, внутри которых переливались потоки энергии. Одни объекты излучали ровный белый свет, другие мерцали всеми цветами радуги, третьи пульсировали кроваво-красным или глубоким фиолетовым.

Между ними, словно по невидимым рельсам, скользили платформы, на которых стояли существа, лишь отдаленно напоминающие людей. Я увидела высокого мужчину с кожей цвета вороненой стали и светящимися синими швами вместо волос. Другой, похожий на тень, перетекал с одной платформы на другую, не пользуясь ими. Воздух был наполнен шепотом – не голосов, а самых свитков, будто они переговаривались между собой на забытом языке.

– Не отставай, – сухо бросил Гидеон, и его голос прозвучал неестественно громко в этом многоголосом шепоте.

Он повел меня по прозрачному мосту, висящему над бездной. Внизу, в глубине, я разглядела структуры, похожие на кристаллические леса, и реки из чистой энергии. От высоты закружилась голова.

– Это… все это книги? – прошептала я, не в силах скрыть изумления.

– Носители информации, – поправил он, не глядя на меня. – Свитки содержат летописи. Сферы – карты звездных систем и аномалий. Кристаллы хранят заклинания… или, если угодно, сложные энергетические алгоритмы. Не трогай этот, – он резко одернул меня, когда моя рука сама потянулась к маленькому, приветливо мигающему золотому шарику. – Это самонаводящийся архив болезней. Он может решить, что твое тело – идеальный носитель для коллекции древних вирусов.

Я отдернула руку, как обожженную.

– Как вы в этом всем что-то находите? Здесь нет никакой системы!

Впервые он повернул ко мне голову. Маска казалась абсолютно непроницаемой. – Система есть. Она просто недоступна для твоего понимания. Пока. Твоя задача – научиться ее чувствовать. Видишь тот черный обелиск?

Он указал на мрачную глыбу, неподвижно висевшую в отдалении. От нее исходило ощущение холода и пустоты.

– Это история падшей цивилизации Та’Рук. Любой неприкаянный разум, подошедший слишком близко, рискует быть поглощенным коллективным отчаянием миллиардов погибших душ. А вон те, похожие на песочные часы? Хроники временных петель. Один неверный жест – и можно застрять в моменте навсегда.

У меня похолодели пальцы. Это была не библиотека. Это была ловушка для душ. Поле чудес, где вместо золота и славы находили безумие и смерть.

– И вы хотите, чтобы я здесь работала? – голос снова предательски задрожал. – Я же убью себя в первый же день!

– Сомневаюсь, – он ответил с ледяным спокойствием. – Твоя собственная энергетическая сигнатура, та самая, что стабилизирует станцию, действует как инстинктивный щит. Ты подсознательно будешь избегать самых опасных артефактов. По крайней мере, такова теория.

«Теория». Это слово прозвучало как приговор.

– А что… что мне конкретно нужно делать? – спросила я, стараясь говорить тверже.

– Пока – наблюдать. Запоминать. Мы начнем с малого. Секция сравнительной лингвистики. Она относительно безопасна.

Он повел меня по другому мосту, который сам складывался под его ногами и распадался за моими. Мы приблизились к скоплению мерцающих серебристых дисков, которые кружились, как стайка рыб.

– Эти архивы содержат базовые языки обитаемых систем. Твоя первая задача – научиться активировать их и понимать общий смысл потока. Протяни руку. Ладонью вверх.

Я нерешительно повиновалась. Гидеон стоял сзади, не прикасаясь ко мне, но я чувствовала его присутствие спиной.

– Теперь очисти разум. Не пытайся понять слова. Попытайся почувствовать намерение. Энергию, стоящую за ними.

Я закрыла глаза, стараясь не думать ни о чем. Это было невозможно. В голове крутились обрывки мыслей: «космос», «демон», «муж», «плен». Шепот свитков становился громче, превращаясь в навязчивый гул.

И вдруг один из серебристых дисков сорвался с места и плавно подплыл к моей ладони. Он завис в сантиметре от кожи, и его мерцание стало более интенсивным. Я почувствовала легкое покалывание, а в голове пронеслись обрывки образов: красное солнце, песчаные дюны, странные песни…

– Неплохо, – произнес Гидеон, и в его голосе впервые прозвучал оттенок чего-то, кроме холодности. Возможно, удивления. – Для первого раза. Ты интуитивно привлекла архив расы с пустынной планеты. Их язык основан на метафорах, связанных с водой. То, чего у них нет.

Диск отплыл обратно. Я опустила руку, чувствуя странную опустошенность, будто часть моих мыслей утекла вместе с этими образами.

– Значит, я… смогу? – в моем голосе прозвучала робкая надежда.

Он повернулся и пошел обратно к мосту, оставляя меня среди кружащих дисков. – Сможешь ли ты не уничтожить нас всех в процессе – вот главный вопрос. На сегодня достаточно. Интерфейс проведет тебя обратно в твои покои. Не заблудись.

И он ушел. Его фигура растворилась в лабиринте света и информации. Я осталась одна посреди этого чуда и ужаса, чувствуя, как вибрация всей Библиотеки проходит сквозь меня. Это было страшно. Невыносимо страшно. Но впервые за все время здесь, в этом кромешном аду, я почувствовала не только страх. В глубине души, под всей паникой, шевельнулось что-то еще. Крошечное, живучее, запретное чувство.

Любопытство.

Глава 4. Первый рабочий день

Мои новые покои оказались роскошной клеткой. Пространство было большим, с тем же панорамным видом в космос, собственной ванной комнатой с благоухающей водой и гардеробом, полным странных, но удобных одежд. Но дверь не открывалась изнутри. Я была пленником с комфортом.

Утром голос интерфейса бесстрастно объявил: «Леди Вейн, рабочий цикл начинается. Лорд архивариус ожидает вас в секторе 7-Гамма. Пожалуйста, проследуйте за световым маркером».

На полу загорелась мягкая голубая полоска света. Я, нехотя, пошла за ней. Сегодня мне было не до любопытства. Сегодня я чувствовала себя загнанным зверем, которого ведут на убой.

Сектор 7-Гамма оказался одним из самых спокойных уголков Библиотеки. Здесь висели ряды ровных, стабильных сфер, излучавших ровный белый свет. Воздух не вибрировал, а лишь слегка гудел, словно от работающего холодильника. Гидеон стоял спиной ко мне, изучая одну из сфер. На нем был тот же строгий костюм, маска на месте.

– Ты опоздала на 1.7 стандартные единицы, – произнес он, не поворачиваясь.

– Простите, – пробормотала я автоматически. – Я не знала, что здесь такой строгий учет времени.

– Время – единственная константа в этом хаосе. Его нужно уважать. – Он наконец обернулся. – Сегодня ты начнешь работу с каталогизации. Это самая простая и самая важная задача. Энергетические подписи некоторых архивов со временем «дрейфуют». Их нужно возвращать на свои места, иначе они создают помехи для соседей.

Он жестом призвал к себе одну из сфер. Она была размером с мяч и испускала ровный серебристый свет.

– Это архив флоры с планеты Вердант-4. Его место – здесь. – Он указал на пустующее место в идеальном ряду. – Но он сместился. Твоя задача – вернуть его.

– И… как это сделать?

– Сконцентрируйся. Почувствуй его энергию. Представь, где его место. Затем… подтолкни.

Я скептически посмотрела на сферу. «Подтолкни». Звучало так, будто нужно было подвинуть забавный стул.

– Мысленно, Элара, – добавил он, и в его тоне снова прозвучало легкое раздражение. – Физический контакт с большинством архивов нежелателен.

Я вздохнула и сосредоточилась на сфере. Я пыталась «почувствовать» ее, как вчера с диском. Но сегодня все было иначе. В голову лезли посторонние мысли. Я злилась на Гидеона, боялась этого места, хотела домой. Сфера оставалась неподвижной.

– У тебя не получается, – констатировал он.

– Я стараюсь!

– Стараешься слишком сильно. Ты борешься с собой, а не работаешь с архивом. Расслабься.

«Расслабься». Легко сказать, когда твой муж-демон в маске смотрит на тебя, как на неудавшийся эксперимент.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и попыталась представить себе этот идеальный ряд. Пустое место. И эту сферу, которая должна его занять. Я представила, как она плавно скользит по воздуху и встает точно в предназначенную для нее ячейку.

Когда я открыла глаза, сфера по-прежнему висела на месте.

Я почувствовала прилив досады. Это было так несправедливо! Меня выдернули из моей жизни, бросили в этот сумасшедший дом и заставляли делать что-то совершенно абсурдное.

Отчаяние и злость подступили к горлу. Я мысленно, со всей силы, крикнула на эту сферу: «Да стань ты уже на свое место, дурацкий шарик!»

И вдруг сфера дернулась. Резко, не плавно. Она метнулась в сторону своего места, но с такой силой, что, влетев в ряд, задела соседний архив. Тот, похожий на хрустальную ветку, затрещал, и из него посыпались искры. Серебристая сфера, не закрепившись, отлетела в другую сторону и врезалась в еще один объект – на этот раз в небольшой черный куб.

Куб, до этого момента неподвижный и безмолвный, вдруг ожил. Из его граней вырвались клубы черного дыма, которые стали сгущаться в призрачные, искаженные фигуры. Воздух наполнился леденящим душу шепотом – шепотом полным ненависти и отчаяния.

Гидеон, до этого момента наблюдавший за моими мучениями со спокойствием статуи, мгновенно преобразился.

– Назад! – рявкнул он, резко отталкивая меня за спину.

Его рука взметнулась, и из ладони вырвался сноп ослепительно-белого света. Свет ударил в черный куб, и шепот превратился в визг. Дымовые фигуры начали растворяться. Гидеон стоял, сосредоточенный, его пальцы были сжаты в кулак, из которого била энергия, сдерживая и подавляя вырвавшуюся на свободу тьму. Это длилось несколько секунд. Наконец, черный куб с глухим стуком упал на пол и затих. Воздух очистился.

В Библиотеке снова было тихо. Только треск поврежденной хрустальной ветки нарушал тишину.

Гидеон медленно опустил руку. Он повернулся ко мне. Его маска казалась ледяной глыбой. Я замерла, ожидая взрыва гнева, крика, обвинений.

Но его голос, когда он заговорил, был тихим и обжигающе холодным.

– Архив проклятий падшего мага, – произнес он, глядя на меня сквозь маску. – Один прикосновенный к нему луч чужой, неконтролируемой энергии мог бы высвободить их все. Они бы выжгли твой разум за секунду. А потом принялись за всех остальных в этом секторе.

Мне стало физически плохо. Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

– Я говорил тебе «расслабься», – продолжал он, и каждая его фраза была будто удар хлыстом. – Я не говорил тебе «впадай в истерику». Энергия следует за намерением. Твое намерение было хаотичным, полным гнева. Оно и породило хаос.

– Я… я не хотела… – прошептала я.

– Здесь «не хотел» не считается. Здесь есть только «сделал» и «не сделал». Ты едва не совершила катастрофу в своем первом рабочем цикле.

Он наклонился, поднял с пола черный куб и аккуратно поставил его на место. Затем подошел ко мне так близко, что я увидела свое испуганное отражение в темной поверхности его маски.

– Запомни, Элара, раз и навсегда, – его шепот был страшнее любого крика. – В Великой Библиотеке нет места человеческим слабостям. Твои слезы, твой гнев, твое отчаяние… все это – топливо для хаоса. Учись контролировать себя. Или в следующий раз я не стану тебя спасать. Поняла?

Я могла только кивнуть, с трудом сглатывая комок в горле.

– Хорошо, – он выпрямился. – На сегодня все. Возвращайся в свои покои. И подумай о том, что я сказал.

Он повернулся и ушел, оставив меня одну среди архивов. Я стояла, обняв себя за плечи, и дрожала. Дрожала от страха, от стыда, от унижения. Он был прав. Я едва все не разрушила.

Но вместе со страхом во мне поднималось и другое чувство – упрямство. Да, я ошиблась. Да, я чуть не натворила бед. Но он не имел права говорить со мной, как с никчемной букашкой. Я не сломаюсь. Я научусь. Я докажу ему.

Я посмотрела на ряды спокойных, упорядоченных сфер. И мысленно, уже без гнева, но с твердым намерением, приказала поврежденной хрустальной ветке перестать трещать.

Искры погасли. Треск прекратился.

Маленькая победа. Но для меня в тот момент она значила все.

Глава 5. Лорд Мэлори

Следующие несколько дней прошли в напряженной тишине. Гидеон занимался со мной сдержанно и холодно, как тренер с нерадивым учеником. Мы отрабатывали базовые навыки: удержание, перемещение, считывание общего настроения архивов. Я концентрировалась до головной боли, стиснув зубы, и постепенно у меня стало получаться лучше. Хаотичные выбросы энергии прекратились, я научилась направлять ее тонким, точным потоком. Гидеон не хвалил, но и не упрекал. Его маска скрывала любые эмоции.

Однажды утром голос интерфейса нарушил привычный распорядок: «Леди Вейн, вас ожидают в Зале Совета. Церемония представления членам правления «Элизиума»».

Зал Совета оказался круглым помещением с куполообразным потолком, на котором проецировалась реальная карта звездного сектора. Вокруг стола из темного полированного камня сидели несколько существ. Я узнала некоторых по их энергетическим сигнатурам – тех, кто бывал в Библиотеке.

Гидеон стоял во главе стола. Он был непроницаем. Рядом с ним сидел мужчина, который сразу привлек мое внимание. Он был красив, но его красота была отточенной и холодной, как лезвие бритвы. Серебристые волосы, гладко зачесанные назад, острые черты лица и пронзительные голубые глаза, лишенные тепла. Он был одет в безупречный костюм из ткани, которая меняла цвет от серого к синему, и с нескрываемым интересом разглядывал меня.

– Члены Совета, – голос Гидеона прозвучал формально и громко, – представляю ваему вниманию леди Элару Вейн, мою супругу и нового хранителя Великой Библиотеки.

Все взгляды устремились на меня. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

– Леди Вейн, – Гидеон жестом указал на серебристоволосого мужчину. – Лорд Мэлори. Наш главный техномант. Он отвечает за все технологические системы «Элизиума».

Мэлори медленно поднялся и склонил голову в едва уловимом поклоне. Его улыбка была идеальной и абсолютно фальшивой.

– Леди Вейн, – его голос был сладким, как мед, и острым, как яд. – Какая честь. Мы все с таким нетерпением ждали встречи с той, что смогла… стабилизировать нашу хрупкую реальность.

В его словах прозвучала легкая насмешка. Он говорил так, будто я была не более чем удачной находкой, подобранной на свалке.

– Благодарю, лорд Мэлори, – выдавила я, стараясь держаться уверенно.

– Мы все надеемся, что ваше пребывание здесь будет… продуктивным, – продолжил он, его взгляд скользнул по мне с головы до ног, оценивающе. – Великая Библиотека – сердце «Элизиума». Такой важный объект требует сильного и опытного руководства. Один неверный шаг может привести к катастрофе.

Он посмотрел прямо на Гидеона. В зале повисло напряженное молчание. Это была не простая любезность. Это был выпад.

– Леди Вейн осваивается, – холодно парировал Гидеон. – Ее прогресс удовлетворителен.

– Рад это слышать, – Мэлори снова улыбнулся, но его глаза оставались ледяными. – Конечно, учитывая ее… происхождение… многие сомневались в целесообразности этого союза. Примитивная цивилизация, нулевые знания о магико-технологических синтезах. Настоящее чудо, что она до сих пор в состоянии воспринимать реальность.

Я почувствовала, как по спине бегут мурашки. Он намеренно меня унижал, причем делал это с вежливой улыбкой.

– Я быстро учусь, лорд Мэлори, – сказала я, прежде чем Гидеон успел что-то ответить. Мой голос прозвучал громче, чем я ожидала.

Мэлори поднял бровь, явно развлеченный. – Не сомневаюсь. В конце концов, вы смогли привлечь внимание лорда Вейна. Должны же были быть за что-то цепкие… инстинкты.

Это был уже прямой намек. Кровь ударила мне в голову. Я сжала кулаки, чувствуя, как гнев закипает внутри. Но я помнила урок. Энергия следует за намерением. Хаос рождается от потери контроля.

Я сделала глубокий вдох и посмотрела ему прямо в глаза. – Цепкие инстинкты часто оказываются полезнее застывших догм, лорд Мэлори. Они позволяют адаптироваться. И видеть то, что другие предпочитают не замечать.

В зале воцарилась тишина. Кто-то из членов Совета сдержанно кашлянул. Мэлори перестал улыбаться. Его взгляд стал острым и колким.

– Очаровательно, – прошипел он. – Наивная мудольство из глубин космоса. Надеюсь, твоя… адаптивность… не подведет тебя, когда на кону будут жизни всех обитателей станции.

– На этом представление считаю завершенным, – властно вмешался Гидеон. Его голос прозвучал, как удар хлыста, разрезавший напряженный воздух. – Леди Вейн, тебя ждут дела в Библиотеке.

Это был приказ. Я кивнула, в последний раз бросила вызовующий взгляд на Мэлори и вышла из зала, чувствуя, как дрожат колени. Я не знала, что именно было между ним и Гидеоном, но одно было ясно: лорд Мэлори был врагом. И теперь, по всей видимости, он считал врагом и меня.

Вернувшись в Библиотеку, я пыталась сосредоточиться на работе, но мысли были в смятении. Почему Мэлори так враждебен? Он завидовал положению Гидеона? Или он знал что-то о нашем «браке», чего не знала я?

Вечером, когда я уже собиралась возвращаться в свои покои, Гидеон неожиданно появился рядом.

– Ты держалась достойно, – произнес он негромко.

Я удивленно посмотрела на него. Это было почти похоже на похвалу.

– Он ненавидит меня, – констатировала я.

– Он ненавидит все, что угрожает его амбициям. Наш союз… наша Связка… является стабилизирующим фактором. Это мешает его планам по установлению единоличного контроля над станцией.

– Значит, это политика? – спросила я.

– Это выживание, – поправил он. – Мэлори считает, что технологии должны доминировать над магией. Он видит в Библиотеке пережиток прошлого. Он не понимает, что одно не может существовать без другого. И он никогда не простит тебя за то, что ты помогла мне сохранить равновесие.

Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге замер.

– И, Элара? – он сказал мое имя без привычной холодности, почти мягко. – Твои «цепкие инстинкты»… сегодня они были к месту.

И он ушел, оставив меня в полном смятении. Это была первая капля тепла за все время нашего знакомства. И она заставила меня понять, что несмотря на весь ужас и непонимание, здесь, возможно, есть не только враги. И что битва за «Элизиум» только начинается.

Глава 6. Союзник в синих швах

После стычки с Мэлори я чувствовала себя загнанной в угол. Враждебный взгляд техноманта стоял перед глазами, а ледяная похвала Гидеона лишь усилила смятение. Мне нужен был кто-то, кто говорил бы на человеческом языке. Хотя бы отдаленно.

На следующее утро я снова следовала за световым маркером, когда услышала приглушенное ругательство и шипение, похожее на утечку пара. Маркер привел меня в технический отсек, примыкавший к Библиотеке. Здесь пахло озоном и горячим металлом. Среди щитов с мигающими индикаторами возилось знакомое существо – высокий мужчина с кожей цвета вороненой стали и светящимися синими швами, расходившимися по его скальпу вместо волос. Он что-то яростно колотил по панели многофункциональным ключом.

– Эй! – раздался его голос, глуховатый и полный досады. – Прекрати мигать, упрямая железяка! Я же тебя починил!

Панель в ответ злобно замигала красным. Существо отбросило ключ, который с грохотом упал на пол, и схватилось за «голову».

Именно в этот момент оно меня заметило. Его глаза, такие же синие, как и швы, широко раскрылись.

– О! Леди Вейн! – он выпрямился, смущенно потирая руку о штаны из грубой ткани. – Я не знал, что вы… э-э-э… здесь.

– Я шла по маршруту, – объяснила я, показывая на уже погасший световой маркер. – У вас проблемы?

– А? Да нет, так, мелочи, – он махнул рукой, но затем его плечи обвисли. – Вру. Полный бардак. Этот контур должен стабилизировать энергопоток из Библиотеки в жилые сектора, но он постоянно перегружается. Думаю, Мэлори специально заложил нестыковку в алгоритмы, чтобы потом героически все «починить» и выглядеть спасителем.

Он говорил быстро, горячо, и его откровенность меня ошеломила.

– Вы… недолюбливаете лорда Мэлори? – осторожно спросила я.

Он фыркнул, и из его ноздрей вырвалось облачко легкого дыма. – Детектор, что ли? Конечно, недолюбливаю! Полстанции его недолюбливает. Он считает, что все, что не вписывается в его схемы, – мусор. А живой разум Библиотеки – это мусор вдвойне. – Он посмотрел на меня с внезапным любопытством. – А вы? Я слышал, вы ему в Зале Совета нос утерли. Шикарно!

Я невольно улыбнулась. Его энергия была заразительной. – Я просто сказала то, что думала.

– Здесь это редкая роскошь – говорить то, что думаешь, – он поднял с пола ключ и протянул мне руку для приветствия. На ощупь его кожа была теплой и твердой, как отполированный металл. – Я Лиам. Старший инженер. Ну, так сказать, главный по всем этим железякам, которые вечно ломаются.

– Элара, – ответила я, пожимая его руку.

– Знаю, знаю, вся станция знает, – он широко улыбнулся, и его синие швы засветились ярче. – Пришелец из глубин, спасший нас всех браком по расчету. Романтика!

От его прямолинейности у меня перехватило дыхание. Но в его словах не было злобы, лишь добродушная ирония.

– Вы не боитесь так со мной разговаривать? – удивилась я. – Вдруг я пожалуюсь своему «мужу»?

Лиам рассмеялся, и его смех напоминал грохот пустой бочки. – Гидеон? Да он сам о нем такого мнения. Только вслух не говорит. К тому же, – он понизил голос, – я видел, как вы в Библиотеке работаете. После того инцидента с архивом проклятий. Вы не сломались. Значит, вы крепкая. А крепких я уважаю.

Меня тронула его искренность. В этом мире холодных масок и скрытых угроз он был как глоток свежего воздуха.

– Спасибо, Лиам. Честно говоря, я… я немного потерялась здесь.

– Еще бы! – он сочувственно хмыкнул. – С планеты дикарей – прямиком в сердце «Элизиума». Это как новорожденного младенца бросить в бассейн с кислотой. Ну, почти. – Он осекся, увидев мое выражение лица. – То есть, я хочу сказать, вы держитесь молодцом!

Он снова принялся возиться с панелью, на этот раз более аккуратно. – Слушайте, леди Элара, если что – я всегда тут поблизости. Если какие-то технологии взбунтуются, или магия захочет вас съесть, или просто станет скучно – зовите. Я покажу вам, где тут кофе варят. Ну, его аналог. Зеленый, противный, но бодрит знатно.

– Вы называете это «кофе»? – не удержалась я.

– А что еще? – он удивленно поднял бровь. – Горячий, темный, горький… Кофе и есть. Только из плесневых грибков с спорами. Не думайте об этом.

Я рассмеялась. Впервые по-настоящему с тех пор, как оказалась здесь.

– Спасибо, Лиам. Я буду иметь в виду.

– Не за что, – он щелкнул по панели, и та наконец загорелась ровным зеленым светом. – Вот! Сделано. Еще один день без катастрофы. – Он повернулся ко мне и подмигнул. – Добро пожаловать в клуб.

Я шла обратно в свои покои, и на душе было непривычно светло. У меня появился союзник. Пусть чудаковатый, пусть простой инженер, но настоящий. И он заставил меня понять, что «Элизиум» – это не только Гидеон, Мэлори и опасная Библиотека. Здесь были и обычные люди. Ну, или не совсем обычные. Но живые.

И ради этого уже стоило бороться.

Глава 7. Дипломатический прием

Через несколько дней голос интерфейса огорошил меня новостью: «Леди Вейн, вам предстоит посетить дипломатический прием в честь делегации из системы Лиры. Протокол требует вашего присутствия рядом с лордом Вейном. Гардероб предоставлен».

Мысль о том, чтобы провести вечер среди этих существ, заставляла меня содрогнуться. Но приказ был озвучен в той форме, что не предполагала возражений.

Вечером я стояла перед зеркалом в своих покоях, разглядывая незнакомку. Платье, предоставленное «гардеробом», было великолепно. Темно-синее, как космос за стеклом, оно переливалось при движении, словно усыпанное звездами. Ткань была невесомой, а фасон – одновременно скромным и подчеркивающим каждую линию тела. Я почти не узнавала себя. Почти.

В Зал Галактик, где проходил прием, меня проводил все тот же световой маркер. Помещение было огромным, с прозрачным куполом, открывающим вид на проносящиеся мимо звезды. В воздухе витал тонкий аромат неизвестных цветов и пряностей. Существа в богатых одеяниях чинно беседовали друг с другом, в руках у них были бокалы с искрящимися жидкостями.

Гидеон уже ждал меня у входа. На нем был темный, почти церемониальный мундир с минималистичными знаками отличия. Маска, как всегда, на месте. Он молча подал мне руку, и я, после секундного колебания, положила свои пальцы на его предплечье. Прикосновение через ткань было прохладным.

– Держись рядом, – тихо произнес он, не глядя на меня. – Говори мало. Улыбайся. Если не знаешь, что сказать, – молчи.

– Прекрасные инструкции, – пробормотала я в ответ.

Он проигнорировал мое замечание и повел меня в толпу. На нас сразу же обратили внимание. Шепот пробежал по залу. Я чувствовала на себе десятки любопытных, оценивающих, а иногда и откровенно враждебных взглядов.

К нам подошел лорд Мэлори в сопровождении двух высоких существ с перламутровой кожей и большими, бездонными глазами – делегатов с Лиры.

– Лорд Вейн! Леди Вейн! – Мэлори сиял подобно отполированному драгоценному камню. – Позвольте представить вам послов Лирианской Империи. Они проявляют большой интерес к нашим… методам управления.

Лирианцы склонили головы в почтительном, но отстраненном поклоне. Их взгляды скользнули по мне с холодным любопытством.

– Мы слышали, стабильность «Элизиума» была укреплена недавним… союзом, – произнес один из них, его голос звучал как перезвон хрустальных колокольчиков. – Необычный метод. Для нас, лирианцев, чистота энергетических линий превыше временных политических выгод.

Я почувствовала, как рука Гидеона под моими пальцами слегка напряглась.

– Стабильность – это и есть высшая политическая выгода, ваше превосходительство, – парировал он бесстрастно.

– Конечно, – второй лирианец устремил на меня свой бездонный взор. – И как находит свое новое положение… леди Вейн? Говорят, ваш мир был весьма примитивен. Вы не чувствуете себя подавленной величием «Элизиума»?

Все взгляды устремились на меня. Мэлори смотрел с едва скрываемым удовольствием, ожидая моего провала. Гидеон оставался невозмутимым, но я чувствовала его настороженность.

Я вспомнила его наставление. «Молчи». Но что-то внутри меня возмутилось. Я не была экспонатом в зоопарке.

– Подавленной? – я сделала шаг вперед, освобождая свою руку из-под руки Гидеона. – Скорее… очарованной. На моем мире мы только начинали познавать космос. Здесь же я вижу, как множество цивилизаций научились не просто выживать в нем, но и создавать нечто удивительное. Как, например, эта музыка.

Я указала на воздух, откуда лились сложные, неземные мелодии.

– Она построена на гармонии сфер, не так ли? На моей планете над этой теорией смеялись. А здесь я слышу ее воплощение. Это заставляет задуматься, что истинное примитивство – не в отсутствии технологий, а в нежелании видеть красоту в том, что не укладывается в твои собственные узкие рамки.

В наступившей тишине был слышен лишь перезвон музыки. Лирианцы переглянулись. На их невозмутимых лицах промелькнуло нечто, похожее на уважение. Мэлори побледнел, его идеальная улыбка сползла с лица.

Один из лирианцев медленно кивнул. – Глубокомысленно, леди Вейн. Возможно, мы поторопились с выводами о… примитивности.

Гидеон, к моему величайшему удивлению, легонько коснулся моей спины, едва заметно подталкивая меня вперед. – Моя супруга обладает уникальной перспективой, – произнес он, и в его голосе впервые за весь вечер прозвучали ноты чего-то, кроме ледяной формальности. – Что, несомненно, является благом для «Элизиума».

Мы провели еще несколько минут в беседе, на этот раз более равноправной. Когда лирианцы отошли, Мэлори бросил на меня взгляд, полный такой лютой ненависти, что мне стало холодно. Он что-то пробормотал Гидеону на ухо и удалился.

– Ты нарушила правило, – тихо сказал Гидеон, когда мы остались одни.

– Я знаю, – выдохнула я, чувствуя, как дрожу от выброса адреналина. – Вы сказали «молчи».

– Но ты выбрала правильные слова, – он повернулся ко мне, и его маска казалась менее отчужденной. – Ты превратила оскорбление в комплимент и заставила их усомниться в собственной догме. Это… искусно.

Он предложил мне руку снова, и на этот раз я взяла ее без колебаний.

– Значит, я не опозорила вас? – спросила я, пытаясь шутить, хотя голос все еще дрожал.

– Наоборот, – он на секунду задержал свой взгляд на мне, и мне показалось, что в затемненных прорезях маски мелькнула искра. – Ты заставила их увидеть в тебе личность. А не просто инструмент. Это опаснее, чем ты думаешь. Но и… многое меняет.

Он не стал объяснять, что именно. Но когда мы шли через зал, и на нас снова смотрели десятки глаз, я чувствовала не только страх. Я чувствовала нечто новое. Уверенность. Крошечную, но настоящую. Я была не просто пешкой. Я могла влиять на игру. И, возможно, именно это пугало моих врагов больше всего.

Глава 8. Намек на правду

После приема что-то между мной и Гидеоном сдвинулось. Лед тронулся. Он не стал внезапно общительным и теплым, но его бесконечная холодность сменилась сдержанным, почти профессиональным уважением. Наши уроки в Библиотеке стали более продуктивными. Он объяснял, я слушала и делала. Иногда у меня получалось с первого раза, и он коротко кивал: «Приемлемо». Для него это была высшая похвала.

Однажды вечером мы работали позже обычного. Библиотека погрузилась в полумрак, лишь слабое свечение архивов освещало бесконечное пространство. Мы занимались сортировкой коллекции резонирующих кристаллов, которые реагировали на малейшую эмоциональную вибрацию. Нужно было сохранять абсолютное внутреннее спокойствие. Я была сосредоточена как никогда.

– Неплохо, – произнес Гидеон, наблюдая, как я аккуратно перемещаю очередной кристалл на его место. – Твой контроль улучшается.

– Спасибо, – ответила я, не отрывая внимания от работы. – Я учусь у лучших. Имею в виду архивы, конечно, – не удержалась я от колкости.

Он не ответил, но я почуяла, что он не то чтобы раздражен. Скорее… задумчив.

– Тот прием, – начал он негромко, нарушая тишину. – Ты держалась достойно. Многие на твоем месте сломались бы от одного взгляда лирианцев.

Я закончила с кристаллом и обернулась к нему. – Вы уже говорили это. – Я говорю это снова. Потому что недооценил тебя. И, кажется, не только я.

Он подошел к краю платформы, глядя в бездну Библиотеки. Его спина, обычно такая прямая и неуязвимая, казалась уставшей.

– Почему вы солгали? – спросила я, пользуясь моментом. – Про поцелуй.

Он замер. Тишина зазвенела напряжением. – Я не лгал. Это был не я.

– Но вы знаете, кто это был! – я подошла ближе. – Вы знаете, почему это случилось. Почему я здесь.

Он медленно повернулся. В полумгле его маска казалась частью ночи, а не лица. – Знаю. Но некоторые истины… они как те кристаллы, Элара. Одно неверное движение, одна сильная эмоция – и они могут разбиться, поранив тебя осколками.

– Я уже ранена! – вырвалось у меня. – Я похищена, я заперта здесь, я вынуждена делать то, чего не понимаю! Я имею право знать почему!

Он смотрел на меня, и мне снова показалось, что сквозь маску я чувствую его взгляд, тяжелый и пронзительный. – Ты права, – на удивление, согласился он. Его голос прозвучал приглушенно. – Ты имеешь право. Но я не могу рассказать тебе все. Не сейчас. Потому что правда… она изменит все. И я не уверен, что ты готова. И что… я готов к последствиям.

Он поднял руку и на мгновение прикоснулся пальцами к холодной поверхности маски, как будто хотел ее снять, но не посмел.

– Тот, кто поцеловал тебя… он был частью меня. Но не той, что сейчас перед тобой. Это была тень. Импульс. Отчаяние. – Он сделал паузу, подбирая слова. – Я искал способ стабилизировать станцию. Ритуал Связки Душ требовал… точки соприкосновения. Искры. Я нашел тебя. Я наблюдал. И в тот момент, на твоем празднике… я поддался слабости. Я взял то, что не имел права брать. Чтобы зажечь эту искру.

Я слушала, затаив дыхание. Это было не объяснение. Это было признание.

– Значит… это был все-таки вы. – Да. И нет. Это был я, но лишенный всей этой… шелухи, – он указал на себя, на свой безупречный костюм, на маску. – Голое намерение. И оно было… эгоистичным. Я использовал тебя.

В его голосе прозвучала неподдельная, горькая боль. Я никогда не слышала, чтобы он так говорил.

– А теперь? – прошептала я. – Теперь вы тоже меня используете?

Он посмотрел на меня, и на этот раз его взгляд, казалось, прожигал маску. – Теперь все иначе. Теперь я вижу тебя. И я не знаю, что с этим делать.

Он резко отвернулся. – На сегодня достаточно. Иди отдыхай.

Он ушел, растворившись в тенях Библиотеки, оставив меня одну с гудящей в ушах тишиной и обрывками странного, пугающего признания.

Он использовал меня. Он украл тот поцелуй, чтобы привязать меня к этому месту. Это должно было вызывать у меня ярость. Отвращение. Но почему-то я чувствовала нечто иное. В его словах не было оправдания. Была лишь горечь. И что-то еще… что-то, что звучало как сожаление.

Он сказал: «Теперь я вижу тебя». И в этих словах было больше правды, чем во всех его предыдущих холодных фразах, вместе взятых.

Я стояла в полумгле, среди мерцающих кристаллов, и понимала, что игра изменилась. Враги остались врагами. Союзники – союзниками. Но сам лорд Гидеон Вейн, мой муж-демон в маске, внезапно перестал быть просто тюремщиком или начальником. Он стал человеком. Со своими слабостями, своими ошибками и своей, как ни странно, болью.

И это пугало куда больше, чем любая магия в этой Библиотеке.

Глава 9. Сбой

Слова Гидеона висели между нами невысказанной угрозой и обещанием. Мы продолжали работать вместе, но теперь в наших взаимодействиях появилась новая, натянутая осторожность. Он стал внимательнее наблюдать за мной, а я ловила себя на том, что ищу в его скрытом маской взгляде хоть крупицу того «голого намерения», о котором он говорил.

Именно в этот день на станции произошел сбой.

Сначала просто погас свет. Не везде, а выборочно. Панели на стенах потухли, голос интерфейса смолк. Затем послышался нарастающий гул, исходящий отовсюду – из стен, от пола. Он вибрировал в зубах и отзывался тупой болью в висках. Из Библиотеки донесся тревожный, разноголосый вой – архивы чувствовали нарушение гармонии.

Гидеон, с которым мы как раз проверяли энергетические узлы в одном из переходов, замер, прислушиваясь. – Это не техногенный сбой, – произнес он, и в его голосе прозвучала тревога, которую я слышала впервые. – Это магическая обратная связь. Что-то нарушило баланс.

Мы выбежали в главный зал Библиотеки. Картина была пугающей. Голографические свитки метались по воздуху, как перепуганные птицы. Сферы беспорядочно вращались, сталкиваясь друг с другом и высекая снопы искр. Некоторые кристаллы потускнели, другие, наоборот, светились ядовито-ярким светом. Воздух гудел от хаотичных энергетических разрядов.

– Станция пытается перераспределить энергию, но не может! – крикнул Гидеон, едва перекрывая грохот. – Источник сбоя нужно найти и изолировать!

В этот момент из соседнего технического коридора выкатилось облако дыма, и из него появился Лиам. Его одежда была испачкана сажей, а одна из светящихся синих швов на голове мигала неровно.

– Гидеон! – он закашлялся. – Это везде! Системы жизнеобеспечения работают на пределе! Искусственная гравитация дает перебои! Если так продолжится, мы либо задохнемся, либо нас разорвет на куски!

– Техномаги пытаются стабилизировать? – спросил Гидеон, его пальцы сжимались в кулаки.

– Пытаются, но это не помогает! Это как латать дырявое ведро! Нужно найти пробой!

Я стояла, чувствуя себя абсолютно бесполезной. Страх сжимал горло. Вокруг нас рушился целый мир, а я могла лишь наблюдать.

И вдруг я вспомнила. Несколько дней назад, проходя по одному из бесчисленных коридоров, я заметила странную панель. Она была старой, потрескавшейся, и от нее исходил едва уловимый, неприятный гул. Тогда я не придала этому значения, списав на очередную причуду станции. Но сейчас, в этом хаосе, воспоминание всплыло с кристальной четкостью.

– Я… я думаю, я знаю, где это! – выкрикнула я, перебивая их.

Оба – и Гидеон, и Лиам – уставились на меня.

– Что? – Гидеон нахмурился.

– Панель! В секторе 12-Дельта, около архивов с картами! Она горела красным и… гудела! Я тогда подумала, что это нормально!

Лиам посмотрел на Гидеона. – Сектор 12-Дельта… старые энергопроводы. Резервные линии. Мэлори докладывал, что они давно отключены и неопасны.

– Очевидно, он ошибся, – холодно произнес Гидеон. – Лиам, бери команду и дуй туда. Я попытаюсь удержать Библиотеку от полного коллапса.

– Я покажу дорогу! – вызвалась я, но Гидеон резко схватил меня за руку.

– Нет. Ты остаешься здесь. С тобой нет скафандра. Если гравитация откажет…

– Но я знаю короткий путь! – настаивала я, вырывая руку. – Через сад светящихся мхов! Я видела его на схеме! Лиам может потерять драгоценные минуты!

Наши взгляды скрестились. В его – ярость и страх. В моем – отчаянная решимость.

– Пожалуйста! – крикнула я. – Я могу помочь!

Гидеон сжал губы. Казалось, целая вечность прошла за секунду. – Хорошо, – сквозь зубы произнес он. – Но будь осторожна. Лиам, не спускай с нее глаз.

Мы помчались по коридорам. Станция содрогалась. Огни мигали, пол под ногами вибрировал. Лиам бежал впереди, я – за ним, показывая повороты. Мы ворвались в сектор 12-Дельта. Воздух здесь был густым и пах гарью. Та самая панель пылала алым светом, из ее щелей валил едкий дым.

– Вот черт! – Лиам отшвырнул панель. Под ней клубилась масса перегретых проводов и кристаллов, которые сияли зловещим красным светом. – Это старый стабилизатор! Он должен был быть отключен! Но его перегрузили… снаружи! Кто-то специально направил сюда энергию, чтобы вызвать цепную реакцию!

– Можешь это остановить? – крикнула я, прикрывая лицо от дыма.

– Попробую! – он уже орудовал инструментами, выжигая перегретые узлы. – Но нужно сбросить избыточный заряд, иначе он взорвется!

Я огляделась. Мой взгляд упал на большой, похожий на конденсаторный блок неподалеку. Он был подключен к той же системе.

– Лиам! А если направить энергию туда? – я указала на блок.

Он мельком глянул. – Да! Он выдержит! Но нужно перенаправить поток вручную! Помоги! Держи этот провод! Только не касайся голой кожи!

Я схватила толстый, покрытый изоляцией кабель. Он вибрировал в моих руках, как живой. Лиам в это время перерезал другую линию. Искры полетели во все стороны.

– Теперь! – заревел он. – Подключай к клемме Б-7!

Я изо всех сил потянула тяжелый кабель к указанному месту. Руки дрожали от напряжения. Еще немного…

Раздался щелчок. Кабель встал на место. Ядовито-красное свечение внутри панели погасло, сменившись ровным зеленым. Гул стих. Мерцание огней прекратилось.

Тишина, наступившая после грохота, была оглушительной.

Я опустилась на пол, тяжело дыша. Лиам, весь в саже, облокотился на стену и вытер лицо.

– Черт возьми, леди Элара, – выдохнул он, глядя на меня с новым, безграничным уважением. – Вы только что спасли всем задницы.

В этот момент в коридоре появился Гидеон. Он бежал. Его одежда была в беспорядке, маска слегка сдвинута. Он окинул взглядом дымящуюся, но теперь безопасную панель, затем Лиама, и наконец его взгляд упал на меня.

Он не сказал ни слова. Он просто подошел, протянул руку и помог мне подняться. Его пальцы сжали мои, и в этом прикосновении не было ни холода, ни отстраненности. Была лишь тихая, безмолвная благодарность.

И в тот момент я поняла, что больше не была просто гостьей или пленницей. Я стала частью «Элизиума». И я только что доказала это всем. В первую очередь – себе.

Глава 10. Первый урок

На следующий день после сбоя на станции царила непривычная тишина. Повреждения устраняли, но основная угроза миновала. Я проснулась с ощущением странной легкости. Страх никуда не делся, но его оттеснило новое чувство – принадлежности. Я что-то значила здесь. Не просто стабилизирующий элемент, а человек, способный действовать.

Гидеон ждал меня в Библиотеке, в том самом секторе с кристаллами, где мы разговаривали в прошлый раз. Он стоял, глядя на упорядоченные ряды, и на сей раз его поза была менее напряженной.

– Ты справилась вчера достойно, – начал он без предисловий. – Ты не поддалась панике. Ты вспомнила важную деталь и действовала решительно.

– Спасибо, – ответила я, чувствуя, как на щеки выступает румянец. – Я просто… сделала то, что должна была.

– Именно это и ценно, – он повернулся ко мне. – Многие знают, что должны делать. Немногие – делают. Сегодня мы начнем твое настоящее обучение.

Я насторожилась. Его тон был серьезным, но без привычной холодности.

– До сих пор ты училась управлять энергией на интуитивном уровне. Теперь нужно понять ее природу. – Он указал на один из кристаллов, висящих неподалеку. – Этот архив содержит базовые энергетические матрицы. Они – основа всего. Как буквы в алфавите. Из них складываются «слова» – заклинания, и «предложения» – сложные ритуалы.

Он жестом призвал кристалл. Тот мягко подплыл и завис между нами.

– Я научу тебя чувствовать их по отдельности. Не просто как поток силы, а как отдельные ноты. Ты должна научиться их различать, чтобы в будущем не просто толкать энергию, а составлять из нее осмысленные комбинации.

Он протянул руку над кристаллом. От его пальцев потянулись тонкие, едва видимые нити света, которые коснулись поверхности кристалла.

– Сосредоточься, – сказал он тихо. – Не пытайся понять умом. Просто слушай. Что ты чувствуешь?

Я закрыла глаза, повинуясь его указанию. Сначала – ничего. Лишь легкое покалывание в воздухе. Затем я начала различать едва уловимые вибрации. Одна была теплой и ровной, как солнечный свет. Другая – прохладной и текучей, как вода. Третья – резкой и колючей, как иголки.

– Я… чувствую разное, – выдохнула я. – Тепло, холод… что-то острое.

– Хорошо, – его голос прозвучал ободряюще. – Это и есть базовые матрицы. Тепло – энергия созидания, исцеления. Холод – энергия защиты, барьеров. Острота – энергия разрушения, рассечения. Теперь попробуй выделить одну из них. Самую теплую. Представь, что ты протягиваешь руку не к кристаллу, а к солнцу.

Я снова сосредоточилась, отсекая все остальные вибрации. Я представила себе светлый, теплый шар у себя в груди, который медленно растет и выходит через мои пальцы. Я не толкала энергию, как раньше. Я приглашала ее.

И она откликнулась. Тонкая струйка тепла потекла из моих ладоней и коснулась кристалла. Он замерцал мягким золотистым светом.

– Отлично, – произнес Гидеон, и в его голосе прозвучало неподдельное удовлетворение. – Теперь удерживай этот поток. Не дай другим матрицам его заглушить.

Это было сложнее. Холод и острота пытались прорваться, смешаться с теплом. Я чувствовала, как на лбу выступает пот, но я не сдавалась. Я дышала ровно и глубоко, удерживая в сознании образ солнца.

Прошла минута, другая. Поток оставался чистым и ровным.

– Достаточно, – сказал Гидеон. – Можешь отпустить.

Я открыла глаза. Кристалл все еще светился мягким золотым светом, который постепенно угасал. Я чувствовала приятную усталость, как после хорошей физической тренировки.

– Это… это было по-другому, – сказала я, опуская руки. – Раньше я просто слышала. А сейчас… я слушала.

– Именно, – он кивнул. – Силу нельзя заставлять. Ей нужно позволять. Ты должна быть не молотом, высекающим искры, а дирижером, управляющим оркестром. Сегодня ты сделала первый шаг к этому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.