# Последняя воля

Антон М

Проснуться в чужом городе. В чужой жизни?

Главный герой открывает глаза на незнакомой площади, он не помнит, как здесь оказался, но вскоре понимает, что случилось нечто куда более странное, чем просто потеря памяти: никогда до этого он не был столь шокирован, когда увидел собственное отражение в зеркале.

Единственные ниточки, связывающие его с реальностью, – это голоса из прошлого, доносящиеся из таинственных телефонных будок. Чтобы найти ответы, ему предстоит спуститься в самое сердце этого мира, где откроется последняя правда и будет предложен выбор, который изменит всё.

«Последняя воля» – история о том, что важнее: вернуться к жизни, которую ты знаешь, или получить шанс на ту, о которой ты всегда мечтал.

Архип Алексеевич открыл глаза. Перед ним была огромная людная площадь, окруженная высотными зданиями с гладкой стеклянной поверхностью. Сам он сидел на скамейке в метрах двадцати от фонтана в тени большого дерева. Он не мог вспомнить, почему оказался здесь, но у него было ощущение, будто он каким-то необъяснимым образом проспал целую вечность, оставаясь при этом незаметным для окружающих. Тем не менее, для проспавшего вечность он на удивление хорошо себя чувствовал, глазам даже не пришлось привыкать к дневному свету. Когда Архип Алексеевич попробовал встать, ему это не составило никакого труда. Он силился вспомнить, как он здесь оказался, но попытки были тщетны. Для того, чтобы хоть что-нибудь узнать о незнакомом месте, Архип Алексеевич попробовал обратиться к первому попавшемуся прохожему, им оказался короткостриженный человек средних лет азиатской внешности в деловом костюме. Он окликнул незнакомца:

– Добрый день! Прошу прощения, не могли бы вы мне помочь?

Мужчина приветливо улыбнулся и что-то ответил на языке, который был, к сожалению, незнаком Архипу Алексеевичу. Однако он решил не сдаваться и спросил на английском:

– Excuse me! Where are we, sir?

Незнакомец пожал плечами, виновато улыбнулся и удалился. После нескольких неудачных попыток хоть что-нибудь узнать у других прохожих, которые отвечали ему в похожей манере, Архип Алексеевич решил, что он, очевидно, никак не прояснит ситуацию, если останется в том же месте.

Он стал оглядываться по сторонам, чтобы выбрать направление, по которому двинется, и тут ему пришла идея, что проще будет выбрать какого-нибудь прохожего в общем потоке и просто идти за ним, а тот куда-нибудь, да и приведет. Ему приглянулась красивая девушка, одетая в светло-голубые джинсы с высокой талией и белую футболку с принтом группы Scorpions, на голове её был надет черный берет. Среди общего шума и обычной для большого города суеты Архипу Алексеевичу даже не приходилось стараться, чтобы девушка не заметила преследователя. Он перешел вслед за ней дорогу и они двинулись вдоль витрины. Судя по выставленным в ней пестро разодетым манекенам, это был магазин модной одежды. Девушка остановилась напротив пестро выряженного манекена, и принялась его рассматривать. Спустя некоторое время она зашла в магазин. Архип Алексеевич прошел за ней. Вскоре он упустил её из виду, поскольку то, что увидел Архип Алексеевич в зеркале неподалеку от входа, удивило его до крайней степени. Из зеркала на него смотрел молодой, статный человек азиатского происхождения возрастом примерно 25-30 лет, одетый в серое пальто. Что бы ни делал Архип Алексеевич: трогал себя за лицо, даже щипал за уши, молодой человек проделывал в точности то же самое. Архип Алексеевич стоял в полном остолбенении, уставившись на незнакомца в отражении. Из ступора его вывела молодая девушка с металлическим бейджем, прикрепленным на лацкане пиджака. Она взяла его за руку и повернула к себе лицом, попутно что-то расспрашивая.

Архип Алексеевич пришел в себя уже на улице, но до сих пор пребывал в состоянии шока. Нынешний облик Архипа Алексеевича, мягко говоря, не соответствовал с тем, как он привык себя видеть. До только что увиденного в зеркале он привык считать себя представителем европеоидной расы 58 лет с избыточным весом. Архип Алексеевич твердо был уверен в том, что необъяснимое изменение его облика произошло в момент пробуждения, будто ему каким-то неведомым образом удалось переместить свое сознание в тело другого человека. Однако, эта идея показалась ему нелепой и он подумал, что видит слишком реалистичный сон, поэтому со всей силы ущипнул себя за руку. Общеизвестная метода не сработала: Архип Алексеевич почувствовал пронзительную боль, а желаемого пробуждения не случилось.

Он сунул руки в карманы пальто в поисках какого-нибудь предмета, который мог бы послужить хоть малейшей зацепкой к разгадке происходящего. В левом кармане находилась пластиковая карточка с его фотографией (то есть молодого человека) и, видимо, личной информацией, написанной иероглифами, а в правом –  несколько жетонов с отверстием посередине, несколькими иероглифами неизвестного значения и латинскими буквами "O", "W", "С" по краям.

В поисках справочного бюро или его аналога, Архип Алексеевич прослонялся по улицам города вплоть до самого вечера. Было очевидно, что это крупный азиатский мегаполис, поскольку вывески магазинов были написаны исключительно иероглифами и сколько Архип Алексеевич не всматривался в лица прохожих, он не обнаружил никого кроме представителей монголоидной расы.

Решив отдохнуть, он встал у длинного барельефа и принялся его рассматривать, на нем изображались музыканты, одетые в красивые национальные костюмы, игравшие на древнего вида струнных инструментах. Тут внезапно раздался звон, заглушавший остальные звуки большого города. Архип Алексеевич невольно обернулся в ту сторону, откуда он исходил. Пройдя несколько метров, он увидел, что трезвонила красная телефонная будка. На верхней части будки горело табло, надпись на котором гласила "one-way communication", Архип Алексеевич сразу же вспомнил про жетоны и зашел в будку. Телефонный аппарат в ней оправдывал свое название – "односторонняя связь": вместо трубки висел большой наушник, а на самом аппарате не было ни кнопок, ни диска для набора номера, а только лишь разъем для жетонов. Архип Алексеевич поднял необычную трубку и услышал лепетание, очень неразборчивое, будто пробивавшееся сквозь водную толщу. После того как Архип Алексеевич скормил машине пару жетонов, голос зазвучал отчетливо. Женский голос на другом конце провода досадным тоном произнес: «Ну вот, теперь еще ты свалился на мою голову, сто лет не виделись» – Архип Алексеевич слегка опешил – он знал, чей это голос – его бывшей жены Людмилы. Тем временем женщина продолжала причитать: «Ты ведь что думаешь? Что у меня других забот нету? Нам с Олегом детей надо поднимать!» – как понял Архип Алексеевич, говорилось о детях от её нынешнего мужа – «Я хотела начать новую жизнь…». Смысл последующих её высказываний оставался неизменным, а впоследствии голос постепенно опять стал неразборчивым. Менялась лишь степень раздражения и негодования, с которой женщина обращала свои слова к Архипу Алексеевичу. Подумав некоторое время, он решил, что продолжать сеанс односторонней связи не имеет никакого смысла. Он не испытывал никаких чувств, кроме усталости и растерянности, а поскольку первое все крепло и крепло, Архип Алексеевич задумался о поиске ночлега.