# Маленький принц. Цитадель

Антуан де Сент-Экзюпери

Антуана де Сент-Экзюпери с ранних лет манило небо. Небо же и забрало писателя. Он пропал без вести во время разведывательной миссии. Сюжет «Маленького принца» стал пророческим, а «Цитадель» так и не была завершена.

Летчик, потерпевший крушение в пустыне Сахара, встречает странного мальчика – Маленького принца. Тот прибыл с астероида B-612, где жил один, заботясь о красивой, но капризной Розе. В своенравной Розе угадывается образ жены писателя, Консуэло, с которой у них были страстные и сложные отношения. Сказка-притча «Маленький принц» издается с авторскими иллюстрациями.

«Цитадель» – последнее произведение Экзюпери. Это книга, которую он считал своей любимой и в которую вложил свои самые глубокие мысли.

Поскольку «Цитадель» не была закончена (Сент-Экзюпери всегда повторял, что не закончит ее никогда), а сама книга оказалась слишком объемной и сложной для прочтения, французский литератор Мишель Кенель по просьбе семьи и наследников сделал попытку ее отредактировать, проведя некоторые сокращения и изъяв повторы, тем самым ярче выделив все художественные достоинства. Новый вариант получился более доступным и популярным, помог приблизить читателей к этому неподражаемому шедевру великого писателя-зодчего, строящего в сердце каждого собственную цитадель.

На русском языке оба произведения публикуются в переводе Марианны Кожевниковой.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

ANTOINE DE SAINT-EXUPÉRY

CITADELLE

LE PETIT PRINCE

© М. Кожевникова, перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

## Маленький принц

I

Мне было шесть лет, когда в книге о диких джунглях под названием «Непридуманные истории» меня поразила одна картинка. Удав душил зверушку. Я срисовал ее. Вот она.


И еще там было написано: «Удав заглатывает добычу целиком, не разжевывая. Потом он теряет возможность двигаться и спит полгода, пока ее не переварит».

Я долго размышлял над тем, что творится в джунглях. Потом взял цветной карандаш и нарисовал свою картинку. Первая моя картинка была такой:


Я пошел к взрослым, показал картинку и спросил: страшно, да?

– Шляпой нас не напугаешь! – ответили мне взрослые.

Я рисовал не шляпу. Я рисовал удава, который переваривал слона. Тогда, чтобы взрослые это поняли, я нарисовал внутренность удава. Взрослым всегда надо все объяснять. Картинка № 2 была такая:

Взрослые посоветовали мне оставить удавов в покое и заниматься географией, историей, арифметикой и письмом. То, что мои картинки, ни первая, ни вторая, на взрослых не подействовали, меня ошеломило. Вот так и вышло, что в шесть лет я распростился с замечательной профессией художника. До взрослых трудно достучаться, а детям не под силу им все объяснить.

Я нашел себе другую профессию и научился водить самолеты. Стал понемногу летать вокруг Земли. И география мне в самом деле пригодилась. Я с первого взгляда отличал Китай от Аризоны. А это помогает, если вдруг заблудился ночью.


Летал я себе, летал, и у меня было много случаев познакомиться со многими взрослыми людьми. Я немало повидал людей, взрослых и серьезных. Видел их совсем близко. Но думать о них лучше не стал.

Иногда мне казалось, я встретил не такого застегнутого и тогда экзаменовал его: показывал картинку № 1, она всегда была при мне. Мне хотелось узнать: а вдруг этот человек и вправду понятливый. Но я слышал всегда один и тот же ответ: «Шляпа, она и есть шляпа»… И мы уже не говорили об удавах, джунглях и звездах. Говорили про другое. Беседовали о бридже, гольфе, политике, галстуках. Взрослый был рад познакомиться с таким же здравомыслящим человеком…

II

В общем, я жил один и понятливые мне не попадались, пока шесть лет тому назад я не потерпел аварию в пустыне Сахара. У меня сломался мотор. Со мной не было ни механика, ни пассажиров, так что я должен был сам исправить очень сложную поломку. Починка была вопросом жизни и смерти. Воды едва хватило бы на неделю.

Настал вечер, и я лег спать на песке в тысяче тысяч километров от людей и домов. Даже потерпевший кораблекрушение в океане не был на своей доске так одинок, как я посреди пустыни. Поэтому вы даже не можете себе представить, что со мной было, когда на рассвете меня разбудил тоненький голосок.

– Пожалуйста… нарисуй мне овечку! – сказал он.

– Что-о?!

– Нарисуй мне овечку.

Меня словно громом ударило, и я вскочил. Протер хорошенько глаза. Огляделся. И увидел совершенно необыкновенного мальчугана, который серьезно на меня смотрел. Вот самый лучший из портретов, который потом я сумел нарисовать. Конечно, рисунок не идет ни в какое сравнение с оригиналом. Но моей вины тут нет. В шесть лет из-за взрослых я раздумал быть художником и умею рисовать только удава, закрытого и открытого.


Вот самый лучший из портретов, который потом я сумел нарисовать.


Я уставился на видение круглыми от изумления глазами. Не забывайте, я находился в тысяче тысяч километров от всего на свете. А мальчуган не казался умирающим от усталости. Или голода. Или жажды. Или от страха. Непохоже было, что он заблудился. Непохоже, что прошел тысячу тысяч километров. Когда ко мне, наконец, вернулся дар речи, я спросил:

– А-а… что ты тут делаешь?

А он тихо, будто доверяя мне что-то очень важное, повторил:

– Пожалуйста… нарисуй мне овечку!

Невозможно не послушаться, если имеешь дело с чудом. Я достал бумагу и ручку, хотя понимал, что веду себя страшно глупо, находясь в тысяче тысяч километров от людей и домов и в двух шагах от смерти. Достал и вспомнил, что изучал только географию, историю, арифметику и письмо, и я сказал мальчугану (немного насупившись), что не учился рисовать. А он ответил:

– Ну и что? Пожалуйста, нарисуй мне овечку.

Я никогда не рисовал овечек и нарисовал свою первую картинку: закрытого удава. И снова потерял дар речи, когда услышал:

– Нет! Мне не нужен слон в удаве. Удав страшный, слон громадный. У меня все совсем маленькое. Мне нужна овечка. Нарисуй овечку.

Я нарисовал.


Мальчуган внимательно рассмотрел ее и сказал:

– Она болеет. Нарисуй другую.

Нарисовал.

И удостоился от моего друга снисходительно-вежливой улыбки.

– Ты разве не видишь? Это не овечка, а баран. У него рога.

Пришлось рисовать снова.

Но и эта овца не угодила.

– Она старая. А я хочу, чтобы она жила долго.

Я потерял терпение. Я спешил, я должен был заниматься сложной починкой, и я нарисовал вот это:


И сказал:

– В этом ящике твоя овечка.

Каково же было мое изумление, когда строгий судья просиял.

– Наконец-то! Как раз то, что мне нужно. А ей надо много травы?

– А что?

– У меня все совсем маленькое.

– Ей хватит. Я дарю тебе маленькую овечку.

Мальчуган наклонился над рисунком.

– Не такую уж маленькую… Знаешь? А она спит.

Так я познакомился с Маленьким принцем.


III

Я долго не мог понять, откуда он появился. Маленький принц все время спрашивал меня, а моих вопросов как будто не слышал. Случайные обмолвки постепенно открыли мне его тайну. Когда Маленький принц впервые увидел мой самолет (я не буду рисовать самолет, для меня это слишком сложно), он спросил:

– Это что за вещь?

– Это не вещь. Он летает. Называется самолет. Это мой самолет.

Я гордился сообщением, что могу летать.

– Ты упал с неба? – изумленно воскликнул он.

– Да, – скромно подтвердил я.

– Надо же, как смешно!..

Смех Маленького принца был такой серебристый и очень меня рассердил. Со мной случилась беда, к ней надо относиться серьезно, такое у меня было мнение.

Потом он сказал:

– Значит, ты тоже с неба. С какой планеты?

В тайну его появления проник лучик света. И я сразу же спросил:

– Так ты прилетел с другой планеты?


Когда Маленький принц впервые увидел мой самолет (я не буду рисовать самолет, для меня это слишком ложно).


А потом Маленький принц сказал, как мне показалось, с грустью:

– Даже куда глаза глядят, далеко не уйдешь.


Он не ответил. Покачивая головой, он рассматривал мой самолет.

– Вообще-то издалека на таком не прилетишь…

И о чем-то надолго задумался. Потом достал из кармана мой ящичек и стал любоваться овечкой.

Сами можете себе представить, как я был озадачен, услышав почти что признание о «другой планете». И, конечно, стал стараться узнать как можно больше.

– Откуда ты, мальчуган? Где это «у тебя»? Куда ты заберешь овечку?

Он подумал, подумал и ответил:

– Я рад, что ты дал мне ящик, ночью она будет в нем спать.

– Конечно! И если ты будешь хорошим мальчиком, я подарю тебе веревку и колышек.

Обещание, похоже, его не обрадовало.

– Чтобы ее привязать? Странная идея…

– Если не привязать, она уйдет неведомо куда и потеряется.

Как же мой друг рассмеялся!

– Неведомо куда? Куда глаза глядят?..

И прибавил очень серьезно:

– Ничего страшного. У меня все совсем маленькое.

А потом сказал, как мне показалось, с грустью:

– Даже куда глаза глядят, далеко не уйдешь.

IV

Я узнал еще одну важную вещь: планета Маленького принца величиной с дом.

Это меня не удивило. Мне известно, что кроме больших планет – Земли, Юпитера, Марса, Венеры, которые удостоились названий, есть сотни других, иной раз настолько крошечных, что их и в телескоп-то едва разглядишь. И если вдруг астроном разглядит такую каплю, он записывает ее под номером. Например, астероид-325.

У меня есть серьезные основания предполагать, что планета Маленького принца – это астероид-612. Он был замечен один-единственный раз в 1909 году турецким астрономом.

Турецкий астроном на Международной конференции астрономов сделал большой доклад о своем открытии, но ему никто не поверил, потому что он докладывал в шароварах. Это же взрослые, сами понимаете.

Но, к счастью для астероида-612, один турецкий паша приказал своему народу под страхом смерти носить европейское платье. Астроном прочитал свой доклад в 1920 году в европейском костюме, и все признали его открытие.

Я подробно сообщаю историю астероида и называю его номер из-за взрослых. Они очень любят цифры. Если им скажешь: у меня новый друг, они не спросят о главном: «Какой у него голос? Во что любит играть? Бабочек собирает?» Они спросят: «Сколько лет? Сколько братьев? Сколько весит? Сколько получает его отец?» И уверены, что познакомились. Если взрослым скажешь: «Я видел красивый дом, он из розового кирпича, на окнах герань, на крыше голуби…», они не обрадуются. Надо сказать: «Я видел дом за сто тысяч франков!», и они радостно воскликнут: «Какая красота!»


Астероид был замечен один-единственный раз в 1909 году турецким астрономом. (С. 19/12. IV)


Турецкий астроном на Международной конференции астрономов сделал большой доклад о своем открытии, но ему никто не поверил, потому что он докладывал в шароварах.


Если взрослым сказать: «Маленький принц, он настоящий, потому что он очень славный, он весело смеялся, хотел овечку. Если хочешь овечку, значит, существуешь», они пожмут плечами и скажут: «Какое ребячество!» Но если сказать: он с астероида-612, они поверят и не будут донимать лишними вопросами. Да. Они такие. Но сердиться на них не надо. Детям надо очень сочувствовать взрослым людям.

Но для тех, кто заодно с жизнью, цифры не главное. И я бы охотно начал свою историю по-сказочному. Вот как бы я написал:

«Жил-был Маленький принц на планете чуть больше его самого и очень хотел найти себе друга…» И тот, кто знает, что в жизни почем, сразу бы понял, что это очень серьезная история.

Я не хочу, чтобы к моему рассказу отнеслись легкомысленно. Вспоминать о прошлом мне больно. Шесть лет тому назад улетел мой друг и увез овечку. Я пишу, чтобы его не позабыть. Грустно, когда забываешь друга. Редко у кого был настоящий друг. И я тоже могу стать таким, как другие взрослые, которым интересны только цифры. Но пока этого еще не случилось, я купил коробку с красками и карандаши. Нелегко в мои годы приниматься за рисование, если за плечами только закрытый и открытый удав, нарисованный в шесть лет! Но я все-таки стараюсь, чтобы портреты получались похожими. Хотя не уверен, сумею ли. Один портрет вроде бы похож, другой нет. Главная трудность с ростом: Маленький принц то слишком большой, то слишком маленький. И какого цвета у него был костюм, я тоже подзабыл. Но, в общем, стараюсь. Пробую так и сяк. Наверняка ошибусь в чем-то и более важном. Но вы меня, пожалуйста, простите. Мой друг ничего мне не объяснял. Наверное, думал, что я такой же, как он. А я, к сожалению, не умею увидеть в ящике овечку. Наверное, стал ближе к взрослым. Наверное, постарел.


Астроном прочитал свой доклад в 1920 году в европейском костюме, и все признали его открытие.

V

Каждый день я узнавал что-то новое о его планете, о том, как он отправился в путешествие, о путешествии. Это получалось само собой, из разговоров. На третий день я узнал о трудностях с баобабами. Узнал тоже из-за овечки, потому что Маленький принц, словно его мучило какое-то сомнение, неожиданно спросил:

– А правда, что овцы едят кусты?

– Правда.

– Это хорошо. Я рад.

Я не понял, что хорошего в том, что овцы едят кусты. А Маленький принц задал следующий вопрос:

– Значит, они едят и баобабы?

Я объяснил Маленькому принцу, что баобаб не куст, а дерево, огромное, как собор, и, даже если привести целую толпу слонов, они с ним не справятся.

Толпа слонов насмешила Маленького принца.

– Слонов надо поставить друг на друга, – предложил он и очень разумно заметил: – Баобабы, они не сразу большие, они сначала маленькие.

– Это правда. Но почему овцы должны есть маленьких баобабиков?


Толпа слонов насмешила Маленького принца.

– Слонов надо поставить друг на друга…


– А как иначе? – сказал Маленький принц, словно иначе и быть не могло.

Мне пришлось здорово поворочать мозгами, прежде чем я понял, в чем же дело.

А дело вот в чем: на планете Маленького принца, как на любой другой, растет обычная трава и сорняки. Хорошее семя – хороший плод, дурное семя – дурной. Но семечек-то не видно. Они спят себе в земной толще, пока кому-то из них не придет фантазия проснуться. И вот потянулся к солнцу робкий безобидный росток. Если растет редиска или роза – на здоровье! Но если сорняк, его надо сразу выполоть, как только распознаешь. На планету Маленького принца занесло ужасные семена – семена баобабов. И к тому же столько! А уж если баобаб примется, от него не отделаться. Заполонит всю планету. Пронижет ее своими корнями. А маленькую планету три или четыре баобаба просто разорвут.

– С баобабами главное привычка, – сказал мне немного позже Маленький принц. – Встал, умылся, почистил зубы, потом помоги своей планете. Баобабы надо выпалывать каждый день, как только узнаешь их в лицо. Пока они мелкие, они похожи на розы. Работа нудная, но не трудная.

Маленький принц попросил меня постараться и нарисовать красивую картинку, чтобы дети на моей планете хорошенько ее запомнили.

– Они тоже отправятся в путешествие, – сказал он, – и картинка им пригодится. Работы бывают отложные и неотложные. Неотложные откладывать нельзя. Случится катастрофа! Нельзя прозевать баобаб! Я знал одну планету, на ней жил лентяй. Он не выполол три росточка…

Со слов Маленького принца я нарисовал планету лентяя. Нравоучений я терпеть не могу. Но опасные баобабы так мало изучены, а на астероиде может оказаться каждый, так что я твердо решил преодолеть свою нелюбовь и говорю: «Дети! Выпалывайте баобабы!»


– Встал, умылся, почистил зубы, потом помоги своей планете.


А маленькую планету три или четыре баобаба просто разорвут.


Я трудился над этой картинкой, чтобы предупредить всех друзей об опасности, она с ними рядом, и со мной тоже, но мы не хотим ее замечать.

Видите? Я не зря трудился над своей картинкой. Вы, возможно, спросите: почему в моей книжке не все такие замечательные картинки, как с баобабами? Ответ прост: я старался, но вышло хуже. А когда я рисовал баобабы, мне помогало чувство ответственности.

VI

Маленький принц! Мало-помалу я понял, что жилось тебе совсем не весело. Очень долго твоим единственным развлечением были закаты. Я узнал об этом на четвертый день утром, когда ты сказал:

– Я очень люблю закаты. Пойдем, посмотрим!

– Посмотрим, когда дождемся.

– Чего?

– Когда солнце будет садиться.

До чего же ты удивился! А потом рассмеялся.

– Я все время забываю, что я не дома…

А ведь правда, и это всем известно: когда в Соединенных Штатах солнце в зените, во Франции оно садится.

Если бы за одну минуту мы оказались во Франции, мы бы увидели заходящее солнце. Но, к сожалению, Франция очень далеко. А вот на своей маленькой планете ты, Маленький принц, мог понемногу передвигать стул и любоваться закатами сколько захочешь.

– Однажды я видел сорок четыре заката.

Прошло немного времени, и Маленький принц сказал:

– Сам, наверное, знаешь, когда тоскливо, помогает смотреть на закат…

– Значит, в тот день тебе было очень тоскливо?

Маленький принц, как обычно, не ответил на мой вопрос.


– Я очень люблю закаты. Пойдем, посмотрим!

VII

На пятый день все из-за нашей овечки мне открылась главная тайна Маленького принца. Он спросил, словно проверял серьезный вывод, сделанный после долгого размышления:

– Овца ест кусты, значит, и цветы тоже?

– Овца ест все, что ей попадется.

– Даже цветы с шипами?

– Да. Даже с шипами.

– А зачем тогда шипы?

Этого я не знал. Я был очень занят. Отвинчивал гайку в моторе, а она не отвинчивалась. Я был очень озабочен. Поломка серьезная. Воды все меньше. Думалось о самом худшем.

– Зачем тогда шипы?

Маленький принц всегда добивался ответа, если задавал вопрос.

Я злился на гайку и ответил, лишь бы отделаться:

– Да не зачем! В чистом виде вредность.

– Да?!

Маленький принц помолчал и сказал с какой-то даже обидой:

– Я тебе не верю. Цветы нежные. И наивные. Они так себя утешают. Им кажется, если у них шипы, их все боятся.

Я не ответил. Я соображал: болт не поддается, значит, придется выбивать молотком. А Маленький принц опять за свое:

– Вот ты думаешь, что цветы…

– Да не думаю я про цветы! Ничего я про них не думаю! Ответил, и все! Не видишь, серьезное дело делаю?!

Он посмотрел на меня, широко раскрыв глаза.

– Серьезное?

Он оглядел меня внимательно с головы до ног – я с молотком в руках, весь в смазке, вожусь с каким-то уродом…

– Ты говоришь, как взрослый.

Мне стало стыдно. А он сурово прибавил:

– У тебя все вверх ногами! Неправильно!

Маленький принц сердился. Очень. Он так тряхнул головой, что волосы разлетелись, а волосы у него были золотистые.

– Я был на одной планете, там живет человек с кирпичным лицом. Он никогда не нюхал цветов. Никогда не смотрел на звезды. Никого не любил. Он заполнял счета и квитанции и повторял, как ты: «Я занят серьезным делом, я человек серьезный!» И раздувался от гордости. Но он не человек, он мухомор.

– Кто-кто?

– Мухомор.

Маленький принц побелел от гнева.

– Миллионы лет розы растят шипы. Миллионы лет овцы едят розы с шипами. Так почему никого не волнует, что цветы мучаются, растят шипы, а они их не защищают? Это что, не серьезно? Овцы едят цветы, это не серьезно? Может, это серьезнее всех счетов кирпичного толстяка! Ты только представь себе: у меня на планете выросла редчайшая роза, другой такой больше нет во всей вселенной, и вот однажды утром маленькая овечка возьмет и ее съест. И даже не поймет, что она сделала? Это не серьезно, да?


– …у меня на планете выросла редчайшая роза, другой такой больше нет во всей вселенной…


Продолжая говорить, он покраснел.

– Если кто-то любит единственную розу на планете, единственной среди миллионов звезд, он счастлив, глядя на звезды, потому что знает: «Там моя роза…». Но если розу съест овечка, все звезды для него разом погаснут! Но для тебя это не серьезно…

Маленький принц уже не говорил. Он плакал.

Опустилась ночь. Я плюнул на болты и гайки, на жажду и смерть. У меня на звезде, на моей планете Земля, самым главным было утешить Маленького принца. Я взял его на руки. Я его покачивал. Говорил: «Твоей розе ничего не грозит. Я нарисую овечке намордник… Для розы нарисую загородку… я…» Я не знал, что еще сказать. Я чувствовал себя таким беспомощным. Не знал, как его окликнуть, как вызволить… Страна слез – всегда большая загадка.

VIII

Вскоре я узнал о его розе намного больше. На планете Маленького принца всегда рос обыкновенный шиповник, скромные цветки, пять лепестков. И никаких с ними хлопот: раскрывались утром, опадали к вечеру. Но эта роза появилась из семечка, которое ветер принес неизвестно откуда. Маленький принц сразу стал следить за необычным ростком. А вдруг это новая разновидность баобаба? Но росток вскоре закустился и занялся бутоном. Маленький принц наблюдал, как бутон увеличивается с каждым днем.

Он ждал чуда, но чудо все прихорашивалось внутри своей зеленой комнатки. Роза подбирала цвет. Неспешно прилаживала один лепесток к другому. Она не хотела появиться растрепой, как какой-нибудь мак. Она хотела всех ослепить своей красотой. Да, эта роза была отчаянная кокетка. Таинственные приготовления длились не одну неделю, не две. Но однажды чудо-красавица все-таки приоткрылась навстречу первому лучу солнца. Она так трудилась, так старалась, но сказала, зевая:

– Извините, только проснулась… Еще не причесана…

– Вы прекрасны, – с восхищением проговорил Маленький принц.

– Как солнце, мы же расцвели вместе, – сказала роза.

Маленький принц догадался, что розе ничего не известно о скромности, но он так был взволнован ее красотой…

– Мне кажется, время завтрака уже настало, – сказала роза чуть позже. – Окажите любезность, позаботьтесь обо мне!


Маленький принц ждал чуда, но чудо все прихорашивалось внутри своей зеленой комнатки.


Маленький принц сконфузился и побежал за лейкой. Он напоил чудо ключевой водой.

Очень скоро Маленький принц замучился с розой, не знал, что делать с ее обидчивой самонадеянностью.

Как-то раз она показала ему четыре шипа и сказала:

– Накинься на меня даже тигр с когтями, я его не побоюсь!

– У меня на планете нет тигров, и тигров трава не интересует, – возразил на это Маленький принц.


Маленький принц сконфузился и побежал за лейкой. Он напоил чудо ключевой водой.


– Я трава?.. – тихо спросила роза.

– Простите меня! Пожалуйста!

– Тигров я не боюсь. Мне страшны сквозняки. У вас есть ширма?

«Боится сквозняков… Не повезло бедняжке! Она же растение. Плохо быть таким прихотливым растением…» – вздохнул Маленький принц.

– Вечером извольте накрывать меня стеклянным колпаком. У вас тут очень холодно. У вас плохой климат. Вот там, откуда я…

Роза замолчала. Прилетело семечко. Что она могла знать о других планетах? Скажи она еще хоть слово, ее сочли бы выдумщицей. Лгуньей. Роза почувствовала себя униженной. Она громко-громко кашлянула, один раз, второй, третий… Маленький принц должен почувствовать, как он виноват!


– Где же ширма?

– Я собрался идти за ней, но вы со мной разговаривали.

Роза раскашлялась еще сильнее. Пусть Маленького принца замучают угрызения совести.

Маленький принц, вопреки доброй воле своей любви, отчаялся. Он принимал близко к сердцу слова и стал очень несчастным.

– Зачем я ее только слушал? – сказал он мне. – Не надо слушать цветы. На них надо смотреть, ими дышать. Моя планета благоухала, а я этому не радовался. Мне бы растрогаться из-за тигра, а я расстроился.


– Вечером извольте накрывать меня стеклянным колпаком.

У вас тут очень холодно.


И еще он сказал:

– Я тогда не понимал, что значит понимать. Судить надо по делам, а не по словам. Роза дарила мне аромат, все вокруг освещала. Не стоило мне убегать. В ее жалких уловках я должен был разгадать нежность. Цветы, они такие противоречивые. Я был еще слишком маленький. Я не умел любить.


– Где же ширма?

– Я собрался идти за ней, но вы со мной разговаривали.

IX

Думаю, он решил улететь с перелетными птицами. В день прощания он с утра стал наводить порядок у себя на планете. Начал с чистки действующего вулкана. Действующих вулканов у него было два. Удобная вещь для приготовления завтрака. Третий был потухший. Но как говорил Маленький принц: никогда не знаешь… Он прочистил и потухший вулкан. Хорошо прочищенные вулканы булькают себе потихоньку и не извергаются. Извержение вулкана все равно что возгорание сажи в трубе. Но мы у себя на Земле слишком маленькие, мы не можем прочищать свои вулканы. И они доставляют нам много бед.

Маленький принц с тяжелым сердцем выполол ростки баобабов. Он знал, что никогда уже не вернется. И каждая из прискучивших работ в то утро была ему в радость. Он в последний раз полил розу и, собираясь накрыть ее стеклянным колпаком, почувствовал, что сейчас расплачется.

– Прощай, – сказал он цветку.

Роза не ответила.

– Прощай, – повторил он.

Роза кашлянула, но не потому, что простудилась.

– Я глупо себя вела, – сказала наконец роза. – Прости меня. Постарайся стать счастливым.


Он знал, что никогда уже не вернется. И каждая из прискучивших работ в то утро была ему в радость.


Маленький принц удивился, он ждал упреков. И замер в замешательстве со стеклянным колпаком в руках. Тихая нежность розы… Что случилось?

– Ну да, я тебя люблю, – сказала роза. – Ты об этом не догадался по моей глупости. Но это не имеет значения. Ты тоже был не умнее. Постарайся стать счастливым. А колпак унеси. Не хочу больше никаких колпаков.

– Но ветер…

– У меня не такой уж сильный насморк. Ночная свежесть будет мне на пользу. Я цветок.

– А дикие звери?

– Потерплю тройку гусениц, если захочу полюбоваться бабочками. Говорят, они красивые. А больше меня некому навещать. Ты же будешь далеко. Больших зверей я не боюсь, у меня шипы.

И роза, святая простота, показала свои четыре шипа. И сказала:

– Да не тяни же! Не зли меня! Собрался – скатертью дорожка!

Роза не хотела, чтобы Маленький принц увидел ее слезы. Она была очень гордым цветком.

Х

На пути Маленького принца были астероиды 325, 326, 327, 328, 329 и 330. Он решил побывать на них, потому что искал себе занятие и готов был чему-нибудь научиться.

На первом жил король. В пурпурной с горностаями мантии он восседал на скромном, но величественном троне.

– Вот и слуга! – воскликнул он.

«Почему он так решил? Он в первый раз меня видит», – задумался Маленький принц.

Маленький принц не знал, что у королей все просто: им все люди – слуги.

– Подойди поближе, я хочу тебя рассмотреть, – распорядился король, страшно гордый, что может побыть королем.

Маленький принц огляделся, ища, на что бы ему присесть, но вся планета была одета горностаевой мантией. Пришлось стоять, а он очень устал. Маленький принц зевнул.

– По придворному этикету не полагается зевать при монархе, – сказал король. – Я запрещаю тебе зевать.

– Я не знал, у меня так вышло, – смутился Маленький принц. – Я путешествую и совсем не спал.

– Тогда приказываю тебе зевать, – милостиво сказал король. – Сто лет не видел, как зевают. Любопытное, должно быть, зрелище. Зевай. Я тебе приказываю.

Маленький принц застеснялся и покраснел.

– Не получается…

– Так, так, так. – Король задумался. – Тогда я приказываю тебе зевать и не…

Он немного запутался, насупился и замолчал.

Преклонение перед королевской властью – вот что важно для королей. Они не терпят непослушания. В особенности ничем не ограниченные монархи, как этот. Но этот монарх был добрым, он властвовал разумно.

– Если я прикажу генералу превратиться в чайку, – говорил он, – а генерал меня ослушается, виноват будет не генерал, а я.

– Можно мне сесть? – осторожно спросил Маленький принц.

– Повелеваю тебе сесть, – кивнул король и немного подобрал горностаевую мантию.

Маленький принц заинтересовался, над чем же властвует король такой крошечной планеты.

– Сир, – заговорил он, – прошу меня простить, но я хотел бы узнать..

– Повелеваю, узнавай!

– Над чем вы властвуете, сир?

– Надо всем, – с величайшей простотой ответил король.

– Над чем надо всем?

Король обвел рукой свою планету, другие планеты и звезды.

– Значит, надо всем? – переспросил Маленький принц.

– Надо всем, – повторил король.


Маленький принц не знал, что у королей все просто: им все люди – слуги.


Потому что он был не только неограниченным, но даже вселенским монархом.

– А звезды вас тоже слушаются?

– Конечно, – кивнул король. – Беспрекословно. Я бы не потерпел неповиновения.

Маленького принца восхитило королевское всемогущество. Если бы у него было бы такое же, он увидел бы не сорок четыре, а семьдесят два, или даже сто, или даже двести закатов в один день, не передвигая стула!

Ему стало грустно, потому что он вспомнил свою планету, и он решился попросить короля:

– Я бы очень хотел посмотреть на закат… Сделайте милость… Повелите солнцу зайти…

– Если я повелю генералу летать с цветка на цветок, как бабочка. Повелю написать трагедию или превратиться в чайку, а этого не произойдет, кто будет виноват – генерал или я?

– Вы, – с полной уверенностью ответил Маленький принц.

– Вот именно. От каждого надо требовать возможного, – продолжал король. – Здравый смысл – основа власти. Погони я народ топиться в море, он устроит революцию. Я имею право требовать повиновения, потому что мои приказы разумны.

– А как с закатом солнца? – напомнил Маленький принц, он всегда добивался ответа, если задавал вопрос.

– Ты увидишь закат солнца. Я его потребую. Но по своей государственной мудрости дождусь для этого благоприятных обстоятельств.

– И когда они наступят? – поинтересовался Маленький принц.

– Так, так, так, – сказал король и заглянул в толстый календарь, – они наступят… Сегодня вечером в семь часов сорок минут. И ты увидишь, как беспрекословно послушается меня солнце.

Маленький принц зевнул. Ему было жаль, что он не увидит заката. Но он уже немного соскучился с королем.

– Мне нечего у вас делать, – сказал он королю. – Я ухожу.

– А я предлагаю тебе остаться, – сказал король. Он был так горд иметь настоящего подданного. – Я сделаю тебя главным.

– Главным в чем?

– Главным судьей.

– Тут судить некого.

– А это мы еще посмотрим, – сказал король. – Я еще не осмотрел всего своего королевства. Я слишком стар, карета здесь не помещается, а пешком ходить я уже не могу.

– Я уже посмотрел, – сказал Маленький принц. Он наклонился и еще раз заглянул на противоположную сторону планеты. – Там тоже никого нет.

– Ты будешь судить самого себя, – сказал король. – Это самое трудное. Судить самого себя гораздо труднее, чем других. Если научишься судить себя, станешь воистину мудрым человеком.

– Судить себя я могу где угодно, – сказал Маленький принц. – Мне необязательно оставаться здесь.

– Так, так, так, – задумался король. – Знаешь, где-то у меня на планете есть старая крыса. Я слышу, как она скребется по ночам. Ты будешь судить старую крысу. Иногда можешь приговаривать ее к смерти. Ее жизнь окажется в руках закона. Но мы ее будем миловать. Из соображений экономии. Она у нас одна.

– Мне не нравятся смертные приговоры, – сказал Маленький принц. – Я ухожу.

– Нет, – сказал король.

Маленький принц хоть и собрался улететь, не хотел огорчать старичка-монарха.

– Если ваше величество желает беспрекословного повиновения, вы можете отдать мне разумное повеление. Повелите мне улететь через пять минут. Обстоятельства сейчас самые благоприятные.

Король ничего не ответил. Маленький принц вздохнул и отправился в путь.

– Я назначаю тебя своим послом, – крикнул ему вслед король.

Вид у него при этом был, конечно, очень величественный.

«Чудаки эти взрослые», – подумал Маленький принц и полетел дальше.

XI

На следующей планете жил очень тщеславный человек. «Поклонник!» – обрадовался он, увидев издалека Маленького принца.

Для тщеславных людей жизнь не в жизнь без поклонников.

– Добрый день, – поздоровался Маленький принц. – Что за странная у вас шляпа!

– Необходима, чтобы приветствовать. Благодарить за аплодисменты. Жаль, мало кто приезжает.

– Понятно, – сказал Маленький принц. Хотя, если честно, ничего не понял.

– Пожалуйста, похлопай в ладоши, – попросил тщеславный.

Маленький принц похлопал.

Тщеславный со скромным поклоном приподнял шляпу.

«Здесь, пожалуй, повеселее, чем у короля», – подумал Маленький принц и снова захлопал в ладоши.

Он хлопал в ладоши, а тщеславный приподнимал шляпу и кланялся.

Поиграли минут пять, и Маленькому принцу игра наскучила.

– Скажите, а что мне надо делать, чтобы вы бросали шляпу на землю? – спросил он.


Тщеславный со скромным поклоном приподнял шляпу.


Тщеславный его не услышал. Тщеславные слышат только похвалы.

– Аплодисменты! Ах, какие аплодисменты! Я тебя восхищаю? – спросил он Маленького принца.

– Что значит «восхищаю»?

– Значит, я для тебя самый красивый, нарядный, богатый и умный на всей планете!

– Но кроме тебя тут никого нет.

– Порадуй меня! Восхищайся!

– Восхищаюсь, но не понимаю, какая тебе от этого радость, – пожал плечами Маленький принц и полетел дальше.

«Взрослые точно чудаки», – думал он про себя, продолжая путешествие.

XII

Вот и еще одна планета. Маленький принц познакомился на ней с человеком, который пил. Знакомство было недолгим, но оно огорчило Маленького принца.


Когда он увидел человека, сидящего за столом, заставленным бутылками: с одной стороны пустые, а с другой – полные, он спросил:

– Что ты делаешь?

– Пью, – мрачно ответил пьющий.

– Почему пьешь? – спросил Маленький принц.

– Хочу забыться.

– Почему? – спросил Маленький принц и сразу его пожалел.

– Стыжусь, – признался пьющий и опустил голову.

– Чего? – спросил Маленький принц, готовый броситься ему на помощь.

– Того, что пью, – сказал пьющий и замолчал.

Маленький принц растерялся.

«Взрослые не просто чудаки, они странные», – подумал он и полетел дальше.


– Стыжусь, – признался пьющий и опустил голову.

XIII

На четвертой планете жил бизнесмен. Он был так занят своей работой, что даже не взглянул на Маленького принца, когда тот появился.

– Добрый день, – поздоровался Маленький принц. – У вас сигарета погасла.

– Три плюс два пять. Пять и семь двенадцать. Двенадцать и три пятнадцать. Добрый день. Пятнадцать и семь двадцать два. Двадцать два и шесть двадцать восемь. Некогда зажечь. Двадцать шесть и пять тридцать один. Фу-у-у… Вышло пятьсот один миллион шестьсот двадцать две тысячи семьсот тридцать один.

– Пятьсот миллионов чего?

– Как? Ты еще здесь? Пятьсот миллионов?… Не могу сказать. Работы невпроворот! Я человек практичный, попусту не разговариваю! Два и пять семь.

– Пятьсот миллионов чего? – переспросил Маленький принц, который всегда добивался ответа, если задавал вопрос.

Бизнесмен поднял голову.

– За пятьдесят четыре года, что я живу на этой планете, мне мешали работать трижды. Первый раз двадцать два года тому назад залетел неизвестно откуда майский жук. Гудел страшно, и я сделал в отчете четыре ошибки. Второй раз одиннадцать лет назад меня прихватил ревматизм из-за сидячего образа жизни. Я человек практичный, время на прогулки не теряю. И третий – сегодня – ты! Я сказал пятьсот миллионов…

– Пятьсот миллионов чего?

Бизнесмен понял: в покое его не оставят.

– Маленьких штучек, которые появляются на небе.

– Мух?

– Нет, блестящих.

– Пчел?

– Нет, маленьких, серебристых, их лентяи обожают. А я человек практичный, мне на них глазеть незачем.

– Я понял! Звезд!

– Да. Звезд.

– И что ты делаешь с пятьюстами миллионами звезд?

– Звезд пятьсот миллионов шестьсот двадцать две тысячи семьсот тридцать одна. Я человек практичный, у меня все по местам.

– Что ты делаешь со своими звездами?

– Делаю?

– Да.

– Владею.

– Владеешь звездами?

– Да.

– Я был у короля, он…

– Короли не владеют, они владычествуют… Это разные вещи.

– А зачем тебе владеть звездами?

– Чтобы быть богатым.

– А зачем быть богатым?

– Чтобы покупать еще звезды, когда их откроют.

«Бизнесмены, оказывается, похожи на пьяниц», – подумал Маленький принц.

И продолжал расспрашивать дальше:

– А как ты завладел звездами?

– Звезды, они чьи? – насупился бизнесмен.

– Не знаю. Ничьи.

– Значит, мои, потому что я первый догадался, что их можно забрать себе.

– Этого достаточно?

– Достаточно. Нашел ничейный алмаз, он твой, открыл ничейный остров, он твой, набрел на интересную идею, она твоя, если оформил патент. Я забрал звезды, потому что они ничьи.

– Вот оно как, – сказал Маленький принц. – И как же ты ими владеешь?

– Держу в порядке. Считаю, пересчитываю, – сказал бизнесмен. – Дело непростое, но я человек практичный.

Маленький принц все же хотел докопаться до истины.

– Послушай, вот я владею шарфом, обмотал им шею и взял с собой. Владею цветком, могу сорвать и тоже забрать с собой. Ты можешь собрать звезды и взять с собой?

– Нет. Я могу положить их в банк.

– Как это?

– Напишу на бумажке число моих звезд и запру бумажку в ящик.

– И все?

– Этого достаточно.

«Интересно, – подумал Маленький принц, – даже необыкновенно. Но не серьезно».

Маленький принц по-своему понимал серьезность, не так, как взрослые.

– Вот я, например, владею розой, – продолжал он. – Я каждый день ее поливаю. Владею тремя вулканами и каждую неделю их чищу. Один из них не работает, но я его все равно чищу. Ведь никогда не знаешь… Моим вулканам, моей розе полезно, что я ими владею. А твоим звездам от тебя никакой пользы.

Бизнесмен открыл рот, но ничего не ответил.

И Маленький принц полетел дальше.

«Взрослые, они очень, ну, очень странные люди», – размышлял он по дороге.


– Моим вулканам, моей розе полезно, что я ими владею. А твоим звездам от тебя никакой пользы.

Бизнесмен открыл рот, но ничего не ответил.

XIV

Пятая планета оказалась самой забавной. Маленькой-премаленькой. На ней хватало места только для уличного фонаря и фонарщика. Маленький принц не понял, как случилось, что в небе затерялась крошка-планета без домов, без жильцов, только с фонарем и фонарщиком. И подумал он вот что:

«Может, и фонарщик чудак. Но не такой нелепый, как король, любитель похвал, бизнесмен и пьющий. В его жизни есть смысл. Он зажигает фонарь, и в небе как будто зажигается новая звезда. Или распускается цветок. Когда гасит фонарь, цветок и звезда засыпают. У него красивая работа. Полезная и красивая».

Когда Маленький принц приземлился, он поздоровался с фонарщиком с уважением:

– Доброе утро. Почему ты погасил фонарь?

– Так положено. Доброе утро.

– Что значит «так положено»?

– Значит, пора гасить. Добрый вечер.

И он зажег фонарь.

– А почему ты его зажег?

– Так положено, – ответил фонарщик.

– Не понимаю, – признался Маленький принц.

– Тут нечего понимать, – сказал фонарщик. – Что положено, то положено. Доброе утро.


«Может, и фонарщик чудак. Но не такой нелепый, как король, любитель похвал, бизнесмен и пьющий».


И он погасил фонарь. Потом вытер лицо большим носовым платком в красную клетку.

– Никудышное у меня занятие. Когда-то оно имело смысл. Я гасил фонарь утром, зажигал вечером. Днем у меня было время отдохнуть, ночью поспать.

– А что потом изменилось?

– Для меня ничего, в том-то и беда. Планета год от года вращается все быстрее. А я делаю, что положено.

– Как это?

– А так. Теперь она делает оборот за минуту, а у меня теперь нет ни минуты отдыха. Каждую минуту я зажигаю и гашу фонарь.

– Значит, день у тебя пролетает за минуту? Вот смешно!

– Ничего смешного, – сказал фонарщик. – Мы с тобой проболтали целый месяц.

– Месяц?!

– Да, месяц. Тридцать минут. Тридцать дней. Добрый вечер.

И он зажег фонарь.

Маленький принц посочувствовал фонарщику, который, что бы ни случилось, делает, что положено. Он вспомнил закаты, на которые смотрел, передвигая стул, и решил помочь новому другу.

– Я знаю, как ты можешь отдохнуть, если захочешь.

– Я всегда хочу отдохнуть.

И лентяй может оказаться надежным.

– Твою маленькую планету можно пройти за четыре шага. Иди медленно, и ты все время останешься на солнце. Хочешь отдохнуть, перебирай ногами еле-еле, и день будет такой длины, какой захочешь.

– Мне это мало поможет. Больше всего на свете я люблю спать.

– Тогда тебе не повезло.

– Да. Мне не повезло, – согласился фонарщик. – Доброе утро.

Маленький принц отправился дальше и сказал сам себе:

– Король, бизнесмен, пьющий и любитель похвал – они бы все посмеялись над фонарщиком, а я считаю его дельным человеком, потому что он думает о деле, а не о себе.

Вздохнул и грустно прибавил:

– С фонарщиком я мог бы дружить. Но планета у него такая маленькая… Вдвоем на ней не поместиться…

Маленький принц не признался даже самому себе, как ему обидно, что на планете, где за двадцать четыре часа можно увидеть тысячу четыреста сорок закатов, ему не нашлось места.

XV

Шестая планета оказалась в десять раз больше предыдущей. Жил на ней пожилой господин, который писал очень толстые книги.

– Разведыватель! – воскликнул он, как только увидел Маленького принца.

Маленький принц сел на стул, чтобы немного передохнуть: он так долго был в пути.

– Откуда приехал? – спросил его старый господин.

– А что это у вас за книга такая толстая? – спросил Маленький принц. – Вы чем занимаетесь?

– Я географ, – ответил пожилой господин.

– А географ это кто?

– Ученый, который выясняет, где располагаются моря, реки, горы, пустыни.

– Какая интересная профессия, – сказал Маленький принц. Наконец-то он встретил человека, который занимался настоящим делом. Маленький принц огляделся вокруг – никогда он еще не видел такой красивой планеты, как планета географа.

– Красивая у вас планета, – сказал он. – А океан у вас есть?

– Точно сказать не могу, – ответил географ.

– Да? – огорчился Маленький принц. – А горы есть?

– Еще не знаю, – ответил географ.

– А города? Реки? Пустыни?

– Ничего не могу сказать, – ответил географ.

– Но вы же географ!

– Да, – сказал географ, – но не путешественник. Путешественников не хватает. Города, реки, моря, горы и пустыни открывают не географы. Географ – человек важный, он не разгуливает по свету, он сидит у себя в кабинете и принимает путешественников. Расспрашивает, записывает. Если заинтересуется рассказом, начинает выяснять, что за человек этот путешественник.


– Географ – человек важный, он не разгуливает по свету…


– Зачем выяснять?

– Затем, что выдумщик и сочинитель будет для географии катастрофой. Пьющий тоже.

– Почему?

– У пьющих в глазах двоится. С его слов географ запишет, что стоит две горы, а там только одна гора.

– У меня есть знакомый, он был бы плохим путешественником.

– Вполне возможно. Так вот, выяснив, что путешественник надежен, географ проверяет его открытие.

– Он туда едет!

– Нет. Это слишком обременительно. Он просит представить ему доказательства. Если путешественник открыл большую гору, то должен принести большой камень.

Тут географ спохватился.

– А ты откуда? Ты путешественник? Опиши мне свою планету!

Географ раскрыл книгу и наточил карандаш. Рассказы путешественников записываются сначала карандашом. Когда прибывают доказательства, их обводят чернилами.

– Я жду, – сказал географ.

– У меня ничего интересного, – сказал Маленький принц. – У меня все совсем маленькое. Есть три вулкана, два действующих, один потух. Но никогда не знаешь…

– Никогда не знаешь, – повторил географ.

– У меня есть цветок.

– Цветы не записываю, – сказал географ.

– Почему? Роза – это же самое красивое.

– Цветы эфемерны.

– Что значит «эфемерны»?

– География, – сказал географ, – самая надежная наука на свете. Она не устаревает. Гора есть гора, всегда на своем месте. Море есть море. Мы записываем то, что вечно.

– Но потухший вулкан может проснуться… – прервал его Маленький принц. – Что значит эфемерный?

– Главное, что вулкан наличествует, а действует он или бездействует, безразлично, – сказал географ.

– Что значит эфемерный? – спросил Маленький принц. Он всегда добивался ответа, если задавал вопрос.

– Значит подверженный скорому исчезновению.

– Моя роза подвержена скорому исчезновению?

– Естественно.

«Моя роза эфемерна, – подумал Маленький принц, – и у нее всего четыре шипа, чтобы защищаться от всех на свете. Зря я оставил ее одну!»

Он впервые пожалел, что отправился в путешествие. Но не поддался минутной слабости и спросил:

– Какую планету вы мне посоветуете?

– Планету Земля, – ответил географ. – У нее хорошая репутация.

И Маленький принц полетел на Землю и думал по дороге о розе.

XVI

Седьмой планетой была Земля.

Земля не какая-нибудь захудалая планета. На ней сто одиннадцать королей (в том числе и цветных). Семь тысяч географов, девятьсот тысяч бизнесменов, семь с половиной миллионов людей пьющих, триста одиннадцать миллионов тщеславных, то есть примерно два миллиарда взрослых людей.

Для того чтобы вы представили себе размеры планеты Земля, скажу, что до того, как изобрели электричество, на ее шести обитаемых континентах приходилось содержать четыреста шестьдесят две тысячи пятьсот одиннадцать фонарщиков.

Если отойти в сторону и посмотреть на их работу – залюбуешься. Движения армии фонарщиков были отлажены, как в балете. Сначала вспыхивали фонари Новой Зеландии и Австралии. А фонарщики тут же ложились спать. Но за ними на сцену сразу выходили фонарщики Китая и Сибири. Зажигали и тоже прятались за кулисы. Потом загорались огни Индии. Потом Африки и Европы. Потом Южной Америки. Потом Северной. Фонарщики никогда не ошибались и всегда вовремя появлялись на сцене. Феерическое зрелище.

Ленились только два фонарщика – на Северном полюсе и на Южном, потому что зажигали фонари только два раза в год.

XVII

В шутке всегда только доля правды. Про фонарщиков я, конечно, пошутил. И боюсь, как бы у тех, кто не знает, какая наша Земля, не возникло о ней неправильного представления. Люди на Земле занимают очень мало места. Если два миллиарда человек, которые составляют население Земли, встанут плечом к плечу, как на митинге, они займут площадь величиной в сорок тысяч квадратных миль (двадцать тысяч метров на двадцать тысяч метров). Все человечество можно уместить на одном из островков Тихого океана.

Взрослые, конечно, в это не поверят. Они воображают, что занимают много места. Представляют себя этакими баобабами. Но вы посоветуйте им сделать подсчет. Им понравится, они любят цифры. Но сами не занимайтесь такой ерундой, поверьте мне на слово.

Маленький принц, прилетев на Землю, очень удивился, что никого вокруг не видит. Он уже решил, что ошибся планетой, но тут вдруг в песке шевельнулось золотистое кольцо.

– Добрый вечер, – наудачу поздоровался Маленький принц.

– Добрый вечер, – отозвалась змея.

– На какую планету я попал? – спросил Маленький принц.

– На Землю. В Африку, – ответила змея.

– И что же… На Земле никого нет?

– Это пустыня. В пустыне никого. Земля большая, – объяснила змея.


– Это пустыня. В пустыне никого. Земля большая.


Маленький принц уселся на камень и стал смотреть на небо.

– Я вот что подумал: а что, если звезды светятся для того, чтобы каждый мог найти свою звезду? Посмотри, вон там моя, она как раз над нами… Но она так далеко!

– Красивая, – сказала змея. – А зачем ты сюда прилетел?

– Возникли сложности с одним цветком, – сказал Маленький принц.

– Угу, – сказала змея, и они замолчали.

– А где же люди? – поинтересовался Маленький принц. – В пустыне немного одиноко.

– С людьми тоже одиноко, – сказала змея.

Маленький принц долго ее рассматривал.

– Какая ты странная, – наконец сказал он. – Тоньше моей руки.

– И могущественнее руки короля, – ответила змея.

Маленький принц улыбнулся.

– Ты слабее… У тебя нет ног. Далеко тебе не уйти.

– Я в силах отправить тебя дальше любого корабля.

Змея обвилась вокруг ноги Маленького принца блестящим кольцом.

– Мое прикосновение возвращает земле всех, кто ей сродни. Но ты чист, ты не отсюда.

Маленький принц ничего не ответил.

– Мне тебя жаль, ты слаб для здешней тверди. Но я смогу тебе помочь, когда ты затоскуешь по дому. Я смогу…

– Я понял, что ты хочешь мне сказать. Не понял, зачем говорить загадками?

– Затем, что я решение, – сказала змея.

И они опять замолчали.


– Я вот что подумал: а что, если звезды светятся для того, чтобы каждый мог найти свою звезду?

XVIII

Маленький принц прошел всю пустыню и встретил только один цветок – три лепестка, маленький, неказистый.

– Привет! – поздоровался Маленький принц.

– Привет, – поздоровался цветок.

– А люди где? – вежливо спросил Маленький принц.

Цветок когда-то видел мимоидущий караван.

– Люди? Я думаю, их всего-то шестеро или семеро. Я однажды их видел, но давно. Где их искать, не знаю. Их носит по белу свету. У них плохо с корнями, в этом их проблема.

– Пока, – попрощался Маленький принц.

– Пока, – ответил цветок.


Маленький принц прошел всю пустыню и встретил только один цветок…

XIX

Маленький принц поднялся на высокую-превысокую гору. До этого он видел только три своих вулкана, они ему были по коленку. На потухшем он обычно сидел, как на табуретке.

«С этой высокой горы я сразу увижу всю Землю и всех людей», – решил он. Но увидел только острые вершины других гор.

– Здравствуйте! – поздоровался он на всякий случай.

– Здравствуйте… здравствуйте… здравствуйте… – откликнулось эхо.

– Кто вы? – спросил Маленький принц.

– Кто вы… кто вы… кто вы… – откликнулось эхо.

– Будем дружить… я один, – крикнул он.

– Один… один… один… – повторило эхо.

«До чего же странная планета, – подумал Маленький принц. – Сухая, острая, соленая. И у людей совсем нет фантазии, повторяют, что им скажут. У меня на планете есть роза, и она говорит всегда первая…»


– Здравствуйте! – поздоровался он на всякий случай.

ХХ

Маленький принц долго шел через пески, скалы, заснеженные равнины и наконец вышел на дорогу. А дороги всегда ведут к людям.

– Здравствуйте! – поздоровался он.

Он поздоровался с садом, полным роз.

– Здравствуй, – ответили ему розы.

Маленький принц посмотрел на них, они все были такие, как роза на его планете.

– Кто вы? – спросил он на всякий случай.

– Мы розы, – ответили розы.

– Вот как, – кивнул Маленький принц.

И почувствовал себя очень несчастным. Роза ему сказала, что среди роз она единственная и неповторимая. А он видит пять тысяч точно таких же в одном саду.

«Как бы она расстроилась, если бы их увидела», – подумал он. Раскашлялась бы до невозможности, притворилась, что умирает, лишь бы не уронить себя в его глазах. И ему пришлось бы притворяться, что он ей верит, ухаживать за ней, потому что иначе она бы умерла по-настоящему, чтобы он был виноват и несчастен.

И еще он подумал: я верил, что у меня есть сокровище, верил, что больше таких роз, как моя, нет на свете, а она, оказывается, самая обыкновенная. Обычная роза и три вулкана по коленку, один из которых потух, скорее всего навсегда. Какой из меня принц?

Он упал на траву и заплакал.


XXI

Вот тогда-то и появился Лис.

– Здравствуй, – поздоровался Лис.

– Здравствуй, – ответил вежливый Маленький принц. Он огляделся вокруг и никого не увидел.

– Я здесь, – сказал голос. – Под яблоней.

– А ты кто? – спросил Маленький принц. – Ты такой красивый.

– Я Лис, – сообщил Лис.

– Пошли, поиграем, – позвал лиса Маленький принц. – А то мне так грустно.

– Не могу, – сказал Лис, – я не ручной. Меня надо сначала приручить.

– Жаль, – вздохнул Маленький принц, задумался и спросил: – А что значит «приручить»?

– Ты, я вижу, издалека. Чего ищешь? – спросил лис.

– Людей, – ответил Маленький принц. – Что значит «приручить»?

– Люди охотятся, у них есть ружья. Это плохо, – сказал Лис. – У людей есть куры. Это хорошо. Тебе нужна курица?

– Нет, мне нужен друг. Что значит «приручить»?

– Забытое занятие. Значит, научиться дорожить друг другом.

– Дорожить?

– Да, – сказал Лис. – Пока ты для меня мальчик и мальчик, каких сто тысяч на свете. Ты мне безразличен. И я тебе тоже, лис как лис, каких сто тысяч на свете. Но если ты меня приручишь, мы научимся дорожить друг другом. Ты станешь для меня единственным в мире мальчиком, а я для тебя единственным в мире лисом.

– Кажется, я понимаю, – сказал Маленький принц. – Одна роза… Похоже, она меня приручила.

– Может быть, – согласился Лис. – На Земле чего только не бывает…

– Это не на Земле, – сказал Маленький принц.


Вот тогда-то и появился лис.


Лис навострил уши.

– А где? На другой планете?

– Да.

– Там есть охотники?

– Нет.

– Вот это да! А куры?

– Тоже нет.

– Не жди от мира совершенства.

Лис вздохнул и вернулся к тому, с чего начал:

– Живешь, и каждый день одно и то же. Люди охотятся на меня, я охочусь на кур. Одинаковые куры, одинаковые люди. Уныло. Приручи меня, и жизнь заиграет разными красками. Я буду отличать твои шаги. Они станут особенными. Сейчас, заслышав шаги, я забиваюсь поглубже в нору. Но заслышав твои, я буду выбегать тебе навстречу. Твои шаги станут для меня музыкой. Видишь пшеничное поле? Я не ем хлеб. Мне нет дела до колосьев. Поле для меня – пустое место. Это обидно. У тебя золотистые волосы. Приручи меня, и случится чудо. Золотистое поле станет мне напоминать о тебе. Я полюблю шуршание колосьев на ветру…

Лис замолчал и долго смотрел на Маленького принца.

– Приручи меня. Прошу.

– Ладно, только у меня мало времени, – сказал Маленький принц. – Мне хочется найти друзей, много чего узнать.

– Узнаёшь, только когда приручаешь, – сказал Лис. – Люди расхотели приближаться к желанному медленно. День за днем. Они торопятся, им понравилось покупать в магазине готовое. Но нет магазина, где можно купить себе друга, и люди разучились дружить. Если тебе нужен друг, приручи меня.

– А что надо делать? – спросил Маленький принц.

– Набраться терпения, – ответил Лис. – Сначала ты сядешь на травке вдали от меня, вот так, как сейчас. Я буду на тебя украдкой поглядывать, а ты сидеть и молчать. Слова, они только все запутывают. И каждый день ты будешь придвигаться ко мне чуть ближе…


– Там есть охотники?


На следующий день Маленький принц снова пришел под яблоню.

– Приходи примерно в одно и то же время, так будет лучше, – попросил Лис. – Если будешь всегда приходить к четырем, в три я уже почувствую себя счастливым. Чем ближе к четырем, тем счастливее. А в четыре я испугаюсь и разволнуюсь, потому что пойму: счастье так ненадежно… Если нет определенного времени, не настроишь сердца. Нужен обычай.

– Что такое обычай?

– Еще один забытый помощник, – сказал Лис. – Обычай помогает проживать дни по-разному, выделять один час из череды других. У охотников есть обычай плясать по четвергам с деревенскими девушками. Четверг мой самый любимый день, я гуляю и добегаю даже до виноградников. Пляши охотники, когда вздумается, все дни для меня стали бы одинаковыми, не было бы дня, когда можно отдохнуть.

Маленький принц приручил Лиса. Но настал час прощанья.

– Я буду очень плакать, – всхлипнул Лис.

– Я не хотел тебе горя, – сказал Маленький принц. – Ты сам захотел приручиться.

– Сам, – согласился Лис.

– А теперь будешь плакать, – сказал Маленький принц.

– Буду, – всхлипнул Лис.

– И что же вышло хорошего?

– Хорошо вышло с пшеничным полем…

Лис помолчал и прибавил:

– Пойди, повидайся с розами. Ты поймешь: твоя роза единственная на свете. А потом приходи попрощаться со мной, я подарю тебе подарок: открою один секрет.

Маленький принц отправился к розам.


– Приручи меня, и случится чудо. Золотистое поле станет мне напоминать о тебе. Я полюблю шуршание колосьев на ветру…


– Да, – сказал он, – вы не похожи на мою розу. Вас никто не приручил. Вы никого не приручили. Вы пока одинаковые. Лис тоже был одинаковым со всеми лисами на свете, но теперь он мой друг, и второго такого на свете нет.

Розы смущенно молчали.

– Вы прекрасны, но вам не хватает главного – никому не хочется ради вас умереть, – сказал Маленький принц. – Человеку со стороны может показаться, что моя роза такая же, как вы. Он не знает, как дорога мне моя роза, потому что я поливал ее каждый день. Потому что каждый вечер я накрывал ее стеклянным колпаком. Потому что загораживал ее ширмой от ветра. Спасал от гусениц (оставлял две или три ради бабочек). Потому что вслушивался в ее жалобы, похвальбы и даже в молчание, пусть очень редкое. Она часть меня – моя роза.


Маленький принц вернулся к Лису.

– Прощай, – сказал он.

– Прощай, – ответил Лис. – Дарю тебе мой секрет, он прост: глаза видят не главное, главное видишь сердцем.

– Глаза видят не главное, – повторил Маленький принц, чтобы запомнить.

– Ты не пожалел для розы времени и принял ее в свое сердце.

– Не пожалел времени… – повторил Маленький принц.

– Люди забыли про эту истину, – сказал Лис, – но ты ее запомнишь: за все, что принял в сердце, отвечаешь ты. Ты отвечаешь за свою розу…

– Я отвечаю за свою розу… – повторил Маленький принц, чтобы хорошенько запомнить.


– Люди забыли про эту истину, – сказал Лис, – но ты ее запомнишь: за все, что принял в сердце, отвечаешь ты.

XXII

– Добрый день, – поздоровался Маленький принц.

– Добрый день, – ответил стрелочник.

– Что ты делаешь? – спросил маленький принц.

– Отправляю поезда с пассажирами, тысяча пассажиров в одну сторону, тысяча в другую, одних налево, других направо.

Мимо, сверкая стеклами, промчался скорый, и от его грохота будка стрелочника задрожала.

– Спешат, – сказал Маленький принц. – Что им нужно?

– Сами не знают. И тот, кто везет, не знает.

С грохотом промчался скорый в другую сторону.


– Уже обратно? – удивился Маленький принц.

– Это другие, – ответил стрелочник. – Они все меняются местами.

– Не понравилось, куда приехали?

– Хорошо там, где нас нет, – вздохнул стрелочник.

Прогрохотал третий скорый, сверкая стеклами.

– Решили догнать первых, – догадался Маленький принц.

– Ничего они не решили, – ответил стрелочник. – Спят или зевают. Одни дети смотрят в окна, прижав носы.

– Потому что дети знают, что им нужно, – сказал Маленький принц. – Они могут целыми днями возиться с тряпичной куклой и принять ее в свое сердце. Отними куклу, будут плакать.

– Хорошо детям, – позавидовал стрелочник.

XXIII

– Добрый день, – поздоровался Маленький принц.

– Добрый день, – поздоровался продавец. Он продавал чудодейственные таблетки от жажды. Проглотишь одну – и неделю не хочешь пить.

– Зачем они нужны? – спросил Маленький принц.

– Для экономии времени, – объяснил продавец. – Специалисты подсчитали: экономишь пятьдесят три минуты в неделю.

– И зачем эти минуты?

– Можешь потратить на что захочешь!

– Свои пятьдесят три минуты я потратил бы на родник, сходил бы и попил водички.

XXIV

После аварии в пустыне прошла неделя. Я слушал про таблетки от жажды, допив последнюю каплю воды.

– Хорошо рассказываешь, – сказал я Маленькому принцу, – а у меня самолет не починен, вода кончилась, я бы тоже сходил на родник.

– Мой друг Лис…

– Знаешь, дружок, мне сейчас не до Лиса!

– Почему?

– Потому что я умираю хочу пить.

Маленький принц меня не понял.

– А по-моему, умирая, очень хорошо иметь друга. Я рад, что у меня был друг Лис.

«Он не понимает, что значит умирать от жажды, – подумал я. – Ему не надо ни еды, ни питья. Он сыт лучом солнца…»

Маленький принц взглянул на меня и ответил на мои мысли:

– Мне тоже хочется пить… Пойдем поищем колодец.

Я только махнул рукой: брести наугад по пустыне в поисках колодца… Бред какой-то! И все-таки мы двинулись в путь.


Мы молча прошагали много-много часов. Настала ночь. Засветились звезды. Я видел звезды, будто сквозь сон, в голове мутилось от жажды. Я вспомнил слова Маленького принца.

– Значит, тебе тоже захотелось воды? – спросил я.

Он не ответил на вопрос, он сказал:

– Воды может хотеться сердцу.

Я не понял, что он имел в виду, но спрашивать не стал. Я знал, что спрашивать не имеет смысла.

Маленький принц устал. Сел. Я сел с ним рядом. Он помолчал, а потом сказал:

– Мне светло от звезд из-за розы, хотя ее и не видно…

Я ответил «конечно» и замолчал, глядя на волны песка, серебристые в лунном свете.

– В пустыне красиво, – сказал Маленький принц.

Это правда. Мне всегда нравилась пустыня. Сядешь на песчаном бархане – смотреть не на что, слышать нечего, но в тишине будто светится что-то.

– Красота пустыни в спрятанной где-то воде, – сказал Маленький принц.

И меня осенило – я понял, откуда таинственный свет песка. В детстве я жил в очень старом доме, про него ходили легенды, говорили, в нем спрятан клад. Конечно, никто никогда не нашел в нем сокровищ. Да и не искал. Но клад окутывал дом волшебным светом. Мой дом, он прятал в своем сердце сокровище.

– Да, – сказал я Маленькому принцу, – дома, звезды, пустыня прекрасны тем, что у нас не на глазах.

– Я рад, что ты согласен с моим другом Лисом, – сказал Маленький принц.

Он заснул, я взял его на руки и пошел дальше. Сердце у меня щемило. Мне казалось, я несу драгоценность. Мне казалось, нет ничего более хрупкого на Земле. Я смотрел при свете луны на бледное личико, на закрытые глаза, на волосы, которые трепал ветер, и думал: «Я вижу внешнее. Главное внутри, его не увидишь».

Приоткрытые губы Маленького принца слегка улыбнулись, и я подумал: «В этом маленьком мальчугане дороже всего его преданность, даже во сне роза горит в его сердце, как лампада…»

Меня пронзила его беззащитность. Свет надо защищать. Ветер его задувает.

На рассвете я вышел к колодцу.

XXV

– Люди мчатся на поездах, но о том, что ищут, на самом деле не знают, – сказал Маленький принц. – Суетятся.

Потом добавил:

– Без толку.

Мы вышли к колодцу, совсем не похожему на колодцы Сахары. Колодец в Сахаре – это яма в песке. А этот был каменный, добротный, настоящий, как в деревне. Но до любой деревни была тысяча тысяч километров, и мне показалось, что я сплю и вижу колодец во сне.

– Надо же, все как положено: ворот, веревка, ведро.