Дж. Кей
Невозможно представить…Часть 2

Дж. Кей

Невозможно представить…

Алекс и Джулия

Часть 2

1

– Алекс, милый, ты, как всегда, опаздываешь, – улыбнулась ему мать, протягивая руки. Припав на секунду губами к тонким, унизанным кольцами, пальчикам, он кивнул отцу, сидевшему на другом краю стола. Прежде чем сесть на стул, предупредительно отодвинутый старым дворецким отца Паркером, Алекс обвел глазами свою семью и еле заметно улыбнулся, предвкушая, как они отреагируют на его новость. Отец, без сомнения, поддержит его, мать будет только рада, Марку, в принципе, все равно, а Лили… А вот Лили до сих пор не забыла Джулию… И он не знает, как девушка отнесется к его словам. Хотя прошло уже больше двух лет, но он иногда ловил на себе странные взгляды младшей сестры, наполненные каким-то непонятным ему смыслом. Она словно каждый раз хотела у него что-то спросить, и раз за разом не решалась это сделать. И за последние месяцы сильно изменилась. Стала скрытной, по ровному гладкому лбу пролегла тоненькая морщинка сомнения, словно ее мучила какая-то неразрешимая проблема. Алекс несколько раз пытался поговорить с младшей сестрой, но все его попытки натыкались на стену вежливого непонимания.

– Мама, папа, – Алекс поднял бокал с вином и чуть поклонился родителям.

– Марк, Лили… – он повернулся в сторону брата и сестры, – у меня для вас новость.

– Обязательно объявлять ее стоя? – насмешливо поинтересовался Френсис Вентворт, приподняв левую бровь.

– Ты купил очередную компанию и хочешь рассказать нам об этом? – ласково спросила мать.

– Как это скучно, – пробормотала Лили, не отрывая глаз от тарелки с салатом.

Алекс еле заметно улыбнулся.

– Наверное, это можно назвать и так, – он задумчиво покрутил бокал в руке, наблюдая, как переливается всеми оттенками рубина вино. – Вы все время упрекаете меня, что я скрываю от вас свою личную жизнь. Что вы обо мне ничего не знаете. Что из-за неправдоподобных слухов, которыми наполнены газеты, вы часто не представляете, где я и что со мной. Ведь так?

Алина Вентворт кивнула, соглашаясь.

Все же остальные – отец, Лили, Марк – недоуменно смотрели на него, не понимая, к чему он клонит.

– Теперь больше не будет никаких газет и сплетен. Никаких женщин. Ничего. Моя жизнь, как выразилась Лили, будет самой что ни на есть скучной…

– Ты уходишь в монастырь, – мрачно пошутила сестра.

– Лили! – кинула на нее строгий взгляд мать. Девушка лишь равнодушно пожала плечами и опустила глаза в тарелку.

– Нет, – усмехнулся Алекс. – Я женюсь.

– Что? – охнула мать.

– Мама, этого еще никто не знает. Я еще не делал официального предложения. Но завтра я его сделаю.

– И кто она? – дрожащим голосом спросила Лили. Лицо ее было бледным, а огромные синие глаза исполнены такой надежды, что Алекс недоуменно нахмурился.

– Элис Миллер, – медленно произнес он, пристально наблюдая за сестрой.

– Нет! – выпалила Лили и вскочила.

Все, как по команде, повернулись к девушке.

– Лили, детка, мы все так долго этого ждали, – попытался урезонить ее отец.

Однако девушка не спускала напряженного взгляда со старшего брата, нервно комкая в руках белоснежную льняную салфетку.

– Только не она! – твердо произнесла Лили, глядя прямо в глаза Алексу. За последние два года она превратилась в красивую молодую женщину с потрясающей фигурой, и Алекс часто ловил себя на мысли, что без раздумий убьет каждого, кто бросит на нее хотя бы один похотливый взгляд.

– Мне очень приятно, сестренка, что ты так переживаешь за меня, но Элис устраивает меня во всех отношениях. Кроме того, она готова оставить свою карьеру, чтобы родить мне детей.

– Ты ни словом не обмолвился о том, что любишь ее! – синие глаза Лили сузились, как у кошки, увидевшей мышь.

– А я и не говорил, что это брак по любви! – цинично парировал мужчина. – И ею, и мной движет грубый расчет. Я даю ей свое имя и состояние, она мне – наследника. Вот и все. А если ты спросишь, почему именно она – я тебе отвечу. Это самая нормальная женщина в моем окружении. Она не алкоголичка, не наркоманка, у нее все в порядке с головой и со здоровьем…

– Значит, дело только в детях? – переспросила Лили, словно хотела убедиться, что правильно его поняла.

– Вопрос закрыт, – отрезал Алекс. – Через неделю во всех газетах появится сообщение о моей помолвке с Элис. Она так же даст пресс-конференцию через 2 недели об окончании актерской карьеры. И мне все равно, – он обвел взглядом сидящую за столом семью, – примите вы ее или нет. Она будет моей женой.

– И родит тебе сына? – с непонятным упрямством продолжала гнуть свою линию девушка.

– Да! – он поставил бокал с вином на белоснежную скатерть.

– И у тебя будет законный наследник?

– Да! – Алекс чувствовал, что терпение его на исходе.

– А если я скажу, что у тебя есть дети?

Тишина, повисшая в огромной столовой, едва не звенела от возникшего там напряжения. Сузившимися глазами Алекс смотрел на замершую с другой стороны стола сестру, совершенно не зная, что ей ответить.

– Состоится твой брак? Тебе нужна будет эта Элис? – презрительно процедила Лили.

– Лилиан Вентворт! Это уже не смешно! – подала голос мать.

– А я что, смеюсь? – резко повернулась к ней девушка. Длинные волнистые волосы, стянутые в хвост, скользнули по плечам.

– Дочь! – даже отец, чьей любимицей она была, поднялся из-за стола. – Это переходит всякие границы…

– У тебя есть 2 сына, – темно-синий взгляд сестры, словно дуло пистолета, уперся ему в лицо. – Два чудесных мальчика, которые родились больше года назад. Ты с детства привык получать все, что захочешь, не думая о последствиях. Ты получил Джулию. А она получила самый жестокий урок в своей жизни…

– Ты не знаешь, что произошло… – процедил Алекс.

– У тебя двое детей, Алекс. Вот что произошло. Может, лучше подумать об их воспитании, чем заводить новых с этой пустоголовой актрисой?

Алекс молчал, пытаясь осознать то, что сказала ему сестра. У него есть дети! Еще вчера он думал о том, что хотел бы иметь сына. Ведь ему уже почти тридцать пять. Большинство его друзей уже давным-давно обзавелись семьями, а многие даже не один раз, воспитывая по несколько детей от разных браков. И только он не чувствовал потребности связать свою жизнь с какой-то одной женщиной. До тех самых пор, пока не встретил Джулию…

Лили пристально смотрела в лицо старшего брата, ожидая проявления хоть каких-то эмоций. Радости, счастья, удивления в конце концов. Но ни один мускул не дрогнул на его окаменевшем лице.

– Извини, – пробормотала Лили. Весь ее воинственный настрой моментально исчез от острого разочарования. – Я зря тебе сказала.

– Извини, мама, – она чуть повернула голову в сторону матери. – Я не хотела срывать тебе семейный обед.

Та в ответ лишь кивнула, не в силах вымолвить и слова.

Легкий щелчок дверей, закрывшихся за его сестрой, вывел мужчину из оцепенения. Ошеломленным взглядом он обвел огромную столовую, не совсем понимая, что же изменилось. Еще пять минут назад он собирался жениться на Элис, завести с ней детей. Он рассматривал ее не как любимую женщину, а как партнера по бизнесу, надежного, обязательного, который будет следовать каждому пункту заключенного между ними контракта. А сейчас? Вся его жизнь снова перевернулась с ног на голову, как и два года назад…

– Алекс, милый, – донесся до него робкий голос матери.

– Не сейчас, – даже не взглянув в ее сторону, он в несколько шагов пересек столовую и распахнул дверь. Словно вспомнив о чем-то, он резко повернулся. Мать, отец, и даже Марк смотрели на него с немым ожиданием, словно думали, что он объяснит им то, что сказала сейчас Лили. Но он не мог этого сделать, так как сам с трудом понимал, что происходит. За несколько секунд он превратился из абсолютно свободного человека в мужчину с определенными обязательствами по отношению к двум маленьким мальчикам и той, чье имя он пытался забыть на протяжении двух долгих лет.

– Думаю, что моя помолвка с Элис переносится на неопределенный срок, – просто сказал Алекс.

2

Роясь в сумке, Лили лихорадочно гадала, куда же она девала эти проклятые ключи. Она помнила, что оставила их на большом серебряном блюде в холле, но их там не было. Значит, они должны быть в сумке… Или в ее комнате… Или где-то еще…

Зачем Алекс сказал, что собирается жениться на этой кукле? И кто ее саму тянул за язык? Ведь Джулия ее просила…

– Черт! – пробормотала девушка, сама не понимая, на что досадует больше – на себя или на затерявшиеся ключи.

– Не это ищешь? – поинтересовался вкрадчивый голос, и девушка вздрогнула. Подняв голову, она уставилась на вольготно развалившего в кресле старшего брата, крутящего на указательном пальце ключи от ее машины.

– Отдай! – резко сказала Лили, протягивая раскрытую ладонь.

– Не раньше, чем кое-что узнаю, – он сжал ключи в кулак и пружинисто поднялся. Подойдя вплотную к Лили, мужчина коротко кивнул и приказал.

– Начинай.

– Я думаю, мне лучше вызвать такси, – девушка окинула его взглядом прищуренных синих глаз и отступила назад, надменно вскинув голову.

– Плохая идея, – пожал плечами Алекс и перешел к действиям. Схватив сестру за плечи, он волчком развернул ее и подтолкнул к ближайшей двери.

– Я закричу, – предупредила Лили, однако в ее голосе не было уверенности.

– Пожалуйста, – кивнул головой Алекс. – Только ты уйдешь отсюда не раньше, чем я получу ответы на интересующие меня вопросы.

– Папа оторвет тебе уши, – предприняла свою последнюю попытку Лили.

– Возможно, – кивнул, соглашаясь, Алекс, втолкнул ее в библиотеку и закрыл дверь. Лили вздохнула. Даже если Алекс оглохнет здесь от ее воплей – их все равно больше никто не услышит. Все четыре стены огромной библиотеки были заставлены книжными полками. На полу лежал толстый персидский ковер, ноги в котором утопали по щиколотку. Совершенно некстати девушка вспомнила, что именно на этом ковре ее несносный старший брат, который сейчас запер дверь изнутри и положил ключ к себе в карман, прочитал ей сотни книжек.

– Итак, – сказал Алекс, скрестив руки на груди. – Чем раньше я все узнаю – тем раньше ты отсюда уедешь.

В ответ девушка лишь презрительно фыркнула, бросила сумку на пол и неторопливо пошла вдоль высоких, до потолка, стеллажей, выбирая себе подходящую книгу.

– Лили, – сменил тактику Алекс, почувствовав, что чем больше он давит на сестру – тем больше она сопротивляется. – Ты ведь тоже виновата в случившемся. Это ты настояла на том, чтобы она осталась, ты придумала аферу с помолвкой…

– У нее есть имя, – перебила его девушка, даже не подняв глаз от книги, которую она держала в руках. – Она не какая-то там твоя пятьсот пятая подружка. Она мать твоих сыновей…

– Довольно, – не выдержал Алекс, на секунду прикрыв глаза. Образ светловолосой невысокой девушки, который он так старательно пытался забыть, возник перед ним. – Я знаю ее имя.

– И? – приподняла бровь Лили, перелистнув прочитанную страницу.

– И я клянусь, что отниму у Джулии детей, так или иначе, если ты не будешь более покладистой.

Книга выскользнула у нее из рук и шлепнулась в густой пушистый ворс ковра. Ошеломленно вскинув голову, Лили с открытым ртом смотрела на старшего брата, словно не смела поверить в то, что слышала.

– Ты это серьезно? – прошептала девушка.

– Вполне, – кивнул Алекс, чувствуя, что шантаж, хоть и не самое приятное средство достижения цели, зато очень эффективное.

– Я богат. У меня достаточно денег отсудить у нее детей. Я могу судиться годами…. А если не получится законным путем – я просто выкраду их.

– Ты не посмеешь, – выдохнула Лили. Но почему-то сразу поверила ему.

– А ты будешь в этом виновата, – окончательно добил сестру Алекс, – потому что не захотела помочь мне.

– Алекс, я не могу, – на глаза сестры навернулись слезы. Но мужчина был неумолим. Скрестив руки на груди, он терпеливо ждал, пристально глядя на девушку, вытиравшую бегущие по щекам соленые дорожки.

– Это бесполезно, Лили, – мягко сказал он, намекая, что ее проверенные годами уловки теперь не действуют на него.

– Я дала Джулии слово, – пытаясь успокоиться, судорожно вздохнула девушка, – что ты никогда не узнаешь…

– Ты уже нарушила его, – возразил Алекс.

– Я не хотела, – шмыгнув носом, пробормотала Лили, старательно пряча взгляд. – Но ты сказал, что женишься на Элис… Этой бесчувственной кукле со стеклянными глазами, которая…

– Достаточно, – сухо оборвал ее старший брат. – В конце концов, она могла бы стать моей женой…

– Но ведь не стала… – с оттенком злорадства в голосе сказала Лили.

– А вот это, сестренка, теперь целиком и полностью зависит от тебя.

Она вскинула на него непонимающий взгляд огромных синих глаз, и Алекс на секунду устыдился того, что делает. Он обманывал двадцатилетнюю девушку, у которой не было никакого жизненного опыта. Джулия, вдруг подумал он, никогда бы не купилась на его слова о похищении. Но Лили – не Джулия… И ему осталось лишь чуть-чуть подождать, чтобы получить ответы на интересующие его вопросы.

– И я хочу знать все. Как ты узнала про нее, про… – он чуть замялся, – про детей. И самое главное – почему ты не сказала мне!

– Хорошо, – обреченно кивнула Лили, понимая, что у нее нет никакого выбора. – Я встретила ее совершенно случайно в Челси три месяца назад.

И, заметив, как вопросительно поползла вверх бровь Алекса, торопливо запротестовала.

– Она не по магазинам гуляла, нет! У нее на это нет денег. Да и живет она в Вентсворте. Она просто гуляла…

И добавила.

– С мальчиками. Я, выходя из бутика, в буквальном смысле слова налетела на нее.

– И она попыталась, как всегда, сбежать, – совершенно спокойно прервал ее Алекс.

– Нет. Совсем наоборот, – улыбнулась Лили, и мужчина увидел в ней ту озорную беззаботную девчонку, которой она была два года назад. – Я провела с ними целый день. Они такие чудесные, – она подняла на брата глаза. – Твои дети…

Алекс вздрогнул. Мысль, что кто-то в этом мире может назвать его папой, вдруг обрела реальные черты. А внутри стало очень тепло, словно он натощак глотнул виски.

– Она просила у тебя денег? – хрипло спросил он.

– Нет, – удивленно сказала Лили. – Я, конечно, ей каждый раз предлагаю, но она все время отказывается. Говорит, что пособия ей вполне хватает.

Алекс едва не застонал. Он мог купить в этом мире все, а его дети живут на пособие…

– Я хочу увидеть их, – твердо сказал он. – И ее…

– Алекс, – жалобно протянула Лили, умоляюще глядя на него, – я не могу…

– Лили? – прищурился мужчина.

– Я обещала… – сбивчиво пробормотала девушка. – К тому же, – голос ее понизился до еле слышного шепота. – Она не хочет тебя видеть…

– Сейчас дело совершенно не в том, чего хочет или не хочет Джулия, – резко оборвал ее Алекс. – Я, как ты утверждаешь, отец этих детей. И я имею право участвовать в их воспитании!

– Она никогда тебе этого не позволит, – обреченно сказала девушка. – Она имени твоего не выносит. А то, что ты отец мальчиков – про это знаем лишь она и я. В их свидетельствах о рождении написано только имя Джулии.

– Значит, скоро там появится и мое, – с силой сказал Алекс, кружа по огромной библиотеке, словно коршун в поисках добычи. – И я добьюсь этого, чего бы мне это не стоило!

– Ты слишком сильно обидел ее, – печально покачала головой Лили. – И она боится, что ты отнимешь у нее детей. Она будет бороться за них до конца!

– Лили, – остановившись напротив сестры, он заглянул в полное смятения личико девушки. – Но это и мои дети тоже! Это часть нашей семьи, хочет того Джулия или нет!

– Я все понимаю, Алекс, – прошептала девушка. – Извини…

– Ты должна помочь мне, – он положил свои ладони ей на плечи и осторожно сжал. – Лили, пожалуйста!

Сомнение отразилось в огромных синих глазах девушки. Закусив губу, она молча смотрела на старшего брата.

– Подумай, как будут рады наши родители, – приводил доводы Алекс, читая в ее лице, как в открытой книге. – У них есть два внука! Мама так этого хотела…

– А мальчики? Ты знаешь, сколько всего нужно маленьким детям? И Джулия все это может купить? На те крохи, что получает от государства?

– Алекс, – слабо запротестовала девушка, и он увидел, что она колеблется. Сняв с ее плеч свои руки, он отступил на шаг и просто сказал.

– Я все равно найду их, Лили. Рано или поздно. Так что, в интересах твоих и твоей подружки, помоги мне.

И это была уже не просьба.

– Хорошо, – вздохнула она, поняв, что проиграла. – Я помогу.

3

Три черных кадиллака, один за другим, катили по вечернему Лондону. Глядя в стекло, Алекс не замечал ни ярких витрин, ни людей, неторопливо гуляющих по теплым апрельским улицам. Ничего. Обрывки мыслей мелькали у него в голове, отказываясь складываться в общую картину. Дети… Джулия… Элис… Он… Все запуталось в одно мгновение, превратив его четкую, распланированную на десять лет вперед жизнь в абсолютный хаос…

– Надо было дождаться утра, – проворчала Лили, глядя на него обвиняющим взглядом. – Сейчас уже почти десять вечера. Никто не наносит визитов так поздно. Это дурной тон.

Алекс лишь отрицательно покачал головой. Он не говорил это вслух, но подсознательно боялся, что утром, проснувшись, все покажется ему сном, таким же нереальным, как и два года назад

Джулия… Он гнал от себя ее имя, ее образ, но иногда, просыпаясь темными ночами, он чувствовал ее рядом. Слышал ее дыхание, ее запах – включал свет, и все исчезало. И ему казалось, что он медленно сходит с ума.

– Расскажи мне о них, – попросил Алекс Лили. Та удивленно вскинула голову.

– Что ты хочешь узнать? – осторожно спросила она, глядя в окаменевшее лицо старшего брата.

– Все, – сухо сказал он и отвернулся. – Как она живет, – он чуть замялся, – с кем.

Девушка еле заметно улыбнулась. Не смотря на свой хладнокровный вид и равнодушный голос, Алекс не был таким безучастным, каким хотел казаться. Лили вдруг вспомнила, как он с трудом сдерживался, услышав имя «Джулия». И не был на своем острове около двух лет.

– Она живет в квартире матери. Та уехала в Америку с новым мужем. Платит за квартиру старший брат Джулии, Макс. За все остальное платит она сама. С детьми ей иногда помогает Айрис – это старшая дочь ее брата. Ну и я…

Алекс молчал. Все могло бы быть совсем иначе, вдруг подумал он. Если бы он тогда проявил к ней капельку внимания, разобрался бы в себе сразу и не списывал все на неудовлетворенное желание. Если бы быстрее понял, что она нужна ему больше, чем воздух, которым дышишь…

– Мистер Вентворт, мы приехали, – подал голос водитель, и машина плавно затормозила у большого жилого дома, освещенного уличными фонарями.

– Алекс, – негромко позвала его Лили и он повернулся. Лицо девушки выглядело озабоченным.

– Судьба дала тебе второй шанс, – сказала она, и он вдруг некстати подумал, что его сестренка наверняка вычитала эту фразу из дешевого бульварного романа. – Не упусти его.

– Миллиардер и плейбой Александр Вентворт и звезда Голливуда Элис Миллер посетили вчера премьеру фильма «Одна и без оружия», в которой мисс Миллер сыграла главную роль. В последнее время ходят упорные слухи, что эта пара, которая на протяжении нескольких последних лет то сходилась, то расходилась, в конце концов поженится. Мисс Миллер…

Дальше Джулия слушать не стала. Выключив телевизор, она мысленно пожелала мисс Миллер удачи. Бедняжка еще не знает, с кем связалась. Девушка криво улыбнулась, вспомнив единственную ночь, которую провела с этим человеком. Она много раз за последние два года задавалась вопросом – как одновременно можно быть таким нежным и таким жестоким, таким страстным и таким холодным, признаваться в любви одной, а заниматься любовью с другой… Как?

Тихо заплакал за стенкой ребенок, и девушка очнулась от своих мрачных мыслей. Алекс Вентворт не стоит того, чтобы спустя столько времени все еще думать о нем.

Джулия осторожно открыла дверь в спальню. На огромной кровати, изредка всхлипывая, сидел Майк, глядя на нее большими синими глазами, полными слез.

Джулия ласково улыбнулась мальчику и взяла его на руки. И вообще, она должна быть благодарна этому мужчине, подумала она. За чудо, которое, сам того не зная, он ей подарил.

– Тише, милый, – она приложилась губами к спутанным темным волосам на его головке, – разбудишь братика.

Она кинула взгляд на второго ребенка. Мэтт безмятежно сопел, изредка вздыхая.

Тихо брякнул звонок, и Джулия вздрогнула. Электронные часы показывали начало одиннадцатого. Для Айрис – очень поздно. Лили сказала, что заскочит завтра днем…

Сигнал повторился. Держа засыпающего ребенка на руках, Джулия быстрым шагом вышла в коридор, гадая, то бы это мог быть. Надеясь, что у пришедшего хватит ума еще раз не позвонить, она заглянула в дверной глазок. Из-за слабого освещения на площадке было почти ничего не видно. И тот, кто звонил, стоял к ней спиной. Но черные, коротко стриженые волосы, деловой костюм, и высокая фигура не могли ее обмануть. Усмехнувшись, она открыла замок и распахнула дверь.

– Макс, – прошептала она, – ты зачем пришел? И как тебя…

Мужчина медленно повернулся, и все слова застряли у девушки в горле.

Даже в самом страшном сне она не могла представить такого. Засунув руки в карманы, одетый в темный деловой костюм и белоснежную рубашку, подчеркивающую смуглое лицо, Алекс Вентворт смотрел на нее сузившимися синими глазами. За два года он совсем не изменился. Только кудри исчезли, уступив место короткой стрижке, да у красивого рта пролегла глубокая жесткая складка.

Джулия попятилась, сильнее прижимая к себе спящего сына.

Растянутая старая футболка, вся в пятнах, спутанные светлые волосы, завязанные в небрежный узел, отсутствие макияжа, исхудавшая фигура, пополневшая грудь – его глаза жадно скользили по стоящей перед ним девушке, отмечая малейшие изменения, происшедшие с ней за последние два года. Она держала на руках спящего ребенка. Его ребенка! Он поднял взгляд на ее лицо. Огромные карие глаза были переполнены ужасом. И он разозлился. На себя – за то, что собирается сделать. На нее – за то, что так и не смог забыть.

– Здравствуй, Джулия, – протянул он, перешагивая через порог. Не сводя с него расширившихся карих глаз, девушка медленно отступала, пока не уперлась спиной в стену.

– Что вам надо? – слова вырвались из ее горла тихим хрипом.

– Я думаю, ты знаешь ответ на этот вопрос, – он не мог оторвать глаз от побледневшего лица девушки, остановившись от нее всего лишь в нескольких шагах. Метнув затравленный взгляд в открытую дверь, где маячили два его телохранителя, она судорожно вздохнула и на секунду прикрыла глаза, собираясь с силами.

– У вас ничего не выйдет, – твердо сказала Джулия, спустя несколько долгих минут. Высокомерно вздернув подбородок, она смотрела на него потемневшими до черноты карими глазами, огромными на исхудавшем личике.

– А это мы еще посмотрим, – мрачно усмехнулся Алекс, пытаясь побороть в себе вспыхнувшее вдруг желание прикоснуться с ней.

– Они не нужны вам! – прошипела она, стараясь не разбудить спящего на руках мальчика. – Для вас это не дети, а всего лишь очередная игрушка, которую вы вознамерились получить! Но в этот раз я не позволю вам это сделать!

– Ты просто не представляешь, с кем связываешься! – тихо процедил Алекс сквозь зубы.

– Да нет, почему же, представляю! – язвительно усмехнулась девушка. – Злобный двуличный ублюдок! Все газеты трубят о вашей скорой помолвке с мисс Миллер! Интересно, бедняжка знает, что ее жених ведет нечестную игру? Что у него двое внебрачных детей? Хорошенький подарочек на свадьбу!

Алекс прищурился.

– Ты что это, – медленно произнес он, сделав из тирады Джулии какие – то свои выводы, – ревнуешь?

Она долго смотрела на него, а затем тихо сказала.

– Убирайтесь из моего дома и больше никогда не смейте здесь появляться.

Алекс лишь отрицательно покачал головой.

– Мне нужно уложить сына в кровать, – обреченно сказала девушка спустя какое – то время, поняв, что он не собирается уходить, и разговор еще не окончен.

Едва лишь она скрылась в спальне, он резко повернулся. Кивнув двум стоящим на площадке телохранителям, Алекс закрыл входную дверь и направился на кухню. Даже если Джулия ему ничего не скажет – он сам узнает, как у нее обстоят дела. Как всегда говорила ему старая Марта? Хочешь узнать, как живет человек – загляни в его холодильник!

Мужчина распахнул дверь холодильника и остолбенел. Начатый пакет молока, два йогурта и яблоко – вот и все, что он там увидел.

– Проголодались? – поинтересовался усталый голос, и Алекс с силой захлопнул дверь холодильника. Злость захлестнула его, настолько сильная, что он с трудом сдержался, чтобы не схватить ее за плечи и не встряхнуть как следует.

– У тебя что, диета? – зловещим голосом поинтересовался он.

Джулия проигнорировала его вопрос, прислонившись к подоконнику. Скрестив руки на груди, она молча смотрела, как он медленно наступал на нее с перекошенным от гнева лицом.

– Ты что, решила уморить себя голодом? И детей тоже? Эти два йогурта! Они на сколько дней? На два? На пять? Ты вообще питаешься чем-нибудь? Ты могла бы попросить денег у Лили, если так сильно ненавидишь меня!

Алекс и сам не заметил, как перешел на крик. Эта женщина была просто невозможна!

– Моим детям вполне хватает! – выпалила она. – А остальное вас не касается!

– Да ты вообще соображаешь, что делаешь?

– Какое вам до нас дело? – ее характер ничуть не изменился за прошедшее время. То же ослиное упрямство и желание делать все всегда по-своему.

– Я отец этих мальчиков! – Алекс навис над ней, злобно сверкая глазами.

– Да неужели? – язвительно протянула она. – С чего вы взяли? Вы не имеете к ним никакого отношения!

Карие глаза девушки почернели, а бледная кожа порозовела от гнева. Полные губы сжались в упрямую полоску, и Алекс на минуту забыл про разговор, залюбовавшись ей.

– Позволь с тобой не согласиться, – тихо сказал он, а взгляд мужчины застыл на ее лице. – Я принимал в этом самое непосредственное участие. Надеюсь, ты помнишь?

Джулия вспыхнула. Та единственная ночь изменила ее жизнь. Стоящий в метре от нее мужчина навсегда забрал ее сердце. А теперь хочет отобрать и то, что принадлежит исключительно ей.

– Это еще надо доказать, – сказала она, упрямо вздернув подбородок.

– Думаю, что экспертиза ДНК без труда сделает это, – недобро усмехнулся Алекс.

– Ну, хватит! – не выдержала девушка. – Этого не будет! Я никогда не соглашусь!

– Тебя может принудить суд, – голос Алекса источал мед. Только вкус у него был очень горький. – Как отец…

– Прекратите повторять это слово! – сорвалась Джулия. – Вы не отец моим детям и никогда им не будете! У вас сотни женщин – не сомневаюсь, что любая с радостью родит вам ребенка! А эти дети – мои! И только мои!

– Хочешь ты этого или нет, но тебе придется признать факт моего существования в жизни этих мальчиков! – в голосе мужчины зазвучала ни чем не прикрытая угроза. – Я не пожалею на это никаких денег! И никто не даст гарантии, что дети останутся с тобой!

– Ублюдок! – коротко замахнувшись, она залепила ему пощечину.

Для Алекса это послужило сигналом к началу военных действий. Сделав шаг, он схватил ее за предплечья и притянул к себе.

– Ты все равно проиграешь, – тихо сказал он, борясь с внезапно вспыхнувшим желанием поцеловать ее.

– Я не позволю, чтобы моих детей воспитывала ваша очередная любовница! Какая-нибудь пустоголовая блондинистая дура-манекенщица! – прошипела девушка ему в лицо. – У которой на уме одни тряпки и драгоценности!

– Очень жаль! – вздохнул Алекс, не в силах больше сопротивляться ее близости, и накрыл губы девушки голодным поцелуем.

Ей это снилось столько раз, что Джулия сначала даже не поняла, что происходит. Он целовал ее так, словно ждал этого момента два года. Жадно, исступленно, настойчиво, как будто пытался доказать ей что-то. На какую-то секунду она подумала, что он действительно помнил о ней все это время, но язвительный голос рассудка живо привел ее в чувство. Он встречался за эти два года едва ли не с сотней женщин. И она глубоко сомневалась, отличил бы он в толпе ее от других. Собрав все свои силы, она уперлась в грудь держащего ее мужчины и толкнула.

– Перестаньте! – выпалила она в удивленное лицо Алекса. – Этим способом вы от меня ничего не добьетесь! Темная ровная бровь мужчины вопросительно поползла вверх.

– Уходите, прошу вас, – устало сказала девушка. Одним лишь прикосновением он лишил ее всех сил, лишил желания ему сопротивляться. Она вдруг до боли захотела почувствовать, как его сильные руки скользят по ее телу, как он сжимает ее в своих объятиях, увидеть, как синие глаза становятся фиолетовыми от переполняющего его желания. Но Алекс лишь подозрительно смотрел на нее, и на его окаменевшем лице не отразилось ничего, кроме презрения.

– Хорошо, – медленно сказал он, отступая. – Но только сначала один из моих людей сбегает до ближайшего супермаркета и купит тебе продуктов. И ты возьмешь их. Ты поняла?

Джулия лишь молча кивнула головой, желая больше всего на свете, чтобы он немедленно ушел. Она бы и стакан яду выпила, если бы он предложил. Поцелуй всколыхнул в ней такие ощущения, которые, казалось, были навсегда забыты

– И еще, – он окинул ее взглядом, от которого Джулии вдруг стало стыдно за свою растянутую грязную футболку и застиранные джинсовые шорты, ставшие от времени почти белыми. – Два моих человека будут круглосуточно дежурить около твоего дома. И это делается, – оборвал Алекс все ее попытки что-то возразить, – ради безопасности моих детей. И только. Я буду знать о каждом твоем шаге. Не вздумай совершить какую-нибудь глупость. Если моим людям покажется, что ты собираешься сбежать – они просто привезут тебя вместе с мальчиками ко мне. Я ясно выражаюсь?

– Вполне! – скрипнула зубами девушка. – И прекратите угрожать мне, словно я не мать этих детей, а какая-то преступница? Я не причиню им вреда!

– Я не уверен! – отрезал мужчина.

– Достаточно! – обойдя его, девушка вышла в коридор и распахнула входную дверь, давая ясно понять, что ему пора идти.

Алекс лишь еле заметно усмехнулся. Поравнявшись с Джулией, которая смотрела куда угодно, но только не на него, он чуть наклонился к ней и тихо прошептал:

– В любом случае, победа будет за мной, – и вышел на лестничную площадку.

Ответом ему была захлопнувшаяся с треском дверь.

4

– Итак, каковы мои шансы? – он взглянул на старое сморщенное, словно печеное яблоко, лицо Сайруса Криспи, давнего друга его отца и адвоката их семьи. Часы только-только пробили шесть утра, но Алекса это мало волновало. Он провел бессонную ночь, показавшуюся ему самой длинной в жизни. Бесконечно бродя из угла в угол, он обдумывал сотни вариантов развития событий и не находил ни одного подходящего.

Сайрус сосредоточенно пожевал губами и поднял на Алекса орехового цвета глаза.

– Знаешь, сынок, – Сайрус всех, кто был младше его хотя бы лет на пять, называл сынками, – самые что ни наесть минимальные. А уж если быть до конца откровенным, то нулевые.

– Что, вообще никаких вариантов? – подал голос из глубокого кресла Френсис Вентворт, где он пил свой утренний кофе.

– Ну почему же, – так же невозмутимо сказал Сайрус, перебирая ручки за письменным столом красного дерева, – варианты всегда есть. Алекс может подать в суд на признание его права отцовства. Может, даже его выиграет…

– И? – нетерпеливо перебил адвоката Алекс. Словно загнанный зверь, он метался по огромному кабинету лондонского дома своих родителей, не сводя напряженного взгляда с блестящей лысины адвоката.

– И ты получишь право посещать детей в определенные часы. Может, даже дни… Будешь выплачивать деньги на их содержание…

– И это все? – процедил Алекс.

– Даже это ты получишь в том случае, если мать твоих детей пойдет тебе навстречу, – спокойно сказал адвокат. – Все зависит исключительно от нее. Твое имя нигде не фигурирует. Она является единственным опекуном мальчиков. И худо-бедно, но может содержать их. Смирись с этим.

– Никогда! – мужчина навис над маленьким сгорбленным адвокатом. – Это мои дети. И они будут жить со мной.

– Алекс! – попробовал было урезонить его отец, и тот молниеносно повернулся к нему.

– Мне этого мало! – кивнул Алекс в сторону Криспи. – Несколько несчастных часов!

– Закон, в данном случае, на стороне матери. Юридически ты им никто. Хотя, – прищурился Сайрус, – для тебя есть одна возможность…

– Какая? – Алекс весь подобрался, как пантера перед прыжком, а глаза вспыхнули.

– Ты можешь жениться на матери своих детей. И усыновить их. Это обойдется тебе куда дешевле, чем судебные издержки.

– Вы что, с ума сошли? – расхохотался Алекс в лицо старому адвокату. – Да она меня на дух не выносит! Представляешь, – он повернулся к отцу и криво ухмыльнулся, – вчера я получил от Джулии очередную пощечину.

– На ее месте, – герцог Ратнер уселся в кресло поудобнее, – я бы гнал тебя пинками до самого дома!

– Спасибо за поддержку, папа! – язвительно пробормотал Алекс.

– Всегда рад помочь! – отец отсалютовал ему чашкой с кофе и уже серьезно добавил. – Подумай над тем, что говорит тебе Сайрус. Одним выстрелом ты убьешь сразу нескольких зайцев. Ты собирался жениться на этой женщине, Элис Миллер, чтобы завести детей. Дети, как оказалось, у тебя уже есть. Женись на Джулии – какая теперь разница?

– Это легко сказать, папа…

– Я могу составить брачный контракт, – подал голос Сайрус Криспи.

– Да какой, к черту, брачный контракт! – вспылил Алекс, кинув на него злобный взгляд. – Она ненавидит меня! Грубит мне при каждом удобном случае…

– Пускает в ход кулаки при каждом неудобном случае, – с невинным видом поддел отец.

– Папа! – сквозь сжатые зубы выдавил Алекс.

– Отважная девушка! – пробормотал Сайрус с уважением себе под нос.

– Она не девушка, она – заноза в заднице! – парировал Алекс.

– И вместе с тем, факт остается фактом, – спокойно подвел итог их полемике Френсис Вентворт. – Чтобы получить возможность воспитывать своих детей, тебе надо жениться на Джулии.

– Она всегда тебе нравилась, – заметил Алекс, бросив на отца непонятный взгляд.

– Смею заметить, что она нравилась и тебе, – парировал сэр Френсис. И, в упор взглянув на сына, добавил. – И не просто нравилась…

В огромной библиотеке повисла тишина. Сайрус Криспи, внезапно потерявший нить разговора, удивленно поворачивал голову то к одному мужчине, то к другому, напоминая старого подслеповатого попугая.

– Папа, как? – устало выдохнул Алекс. Эта мысль не давала ему покоя всю ночь, он гнал ее как абсурдную и совершенно нереальную, но иного выхода так и не нашел.

– Мальчик мой, тебе 35 лет, и ты спрашиваешь своего старого отца, как заставить женщину выйти за тебя замуж? Ты, который продумал сотни операций по слиянию, поглотил несколько десятков фирм! Неужели ты не придумаешь, как заставить одну единственную женщину принять твое предложение?

И чуть тише добавил.

– У каждого человека есть свои слабости… Своя Ахиллесова пята… Уязвимое место…

– У нее его нет, – задумчиво пробормотал Алекс, а мысль его уже витала где-то далеко.

– Поверь мне, оно есть!

Тихий скребущийся звук разбудил Джулию. С трудом подняв голову, она огляделась, не в силах сообразить, где находится. Ноги затекли, спина болела от неудобной позы, и девушка еле-еле разогнула онемевшие конечности. Только под утро она заснула сидя на полу около кровати, где спали ее дети. После ухода Алекса Вентворта ей все время казалось, что в маленькую квартирку ее матери вот-вот ворвутся его телохранители и силой отберут у нее мальчиков. Его искаженное злостью лицо все время стояло у нее перед глазами, и Джулия всю ночь не могла сомкнуть глаз. Потому что знала, что этот человек всегда делает то, что говорит.

Поднявшись, она осторожно прошла в кухню и поставила чайник. Она старалась не смотреть на то место, где он вчера стоял, но глаза сами, против ее воли, постоянно возвращались туда.

Машинально доставая чашку и выключая чайник, девушка думала о том, как сильно она ошибалась. Она убедила себя за это время, что забыла его, что он ничего для нее не значит, но стоило лишь Алексу Вентворту появиться на пороге ее дома, как прежние, уже забытые, ощущения всколыхнулись с новой силой. И она испугалась, что, как и два года назад, не сможет противостоять им. Как и ему.

В дверь тихо постучали и девушка вздрогнула, неосторожно расплескав чай.

Выругавшись себе под нос, она затерла коричневую лужицу салфеткой и пошла открывать дверь, надеясь на то, что там окажется не вчерашний гость.

На пороге с виноватым видом, увешанная кучей пакетов, стояла Лили. Заглянув ей за плечо, Джулия увидела двух рослых мужчин, одетых в костюмы, с пакетами из супермаркета в руках.

– Джулз, – жалобно протянула Лили, и девушка, тяжело вздохнув, отступила в сторону. Лили проскользнула в квартиру, а вслед за ней туда протопали телохранители. Оставив свои пакеты в кухне на столе, они так же молча вышли из квартиры. Прикрыв за ними дверь, Джулия повернулась к Лили.

– Прости меня, – прошептала Лили. – Я не хотела говорить, но он сказал, что женится на этой жуткой Миллер… И я не удержалась. Все получилось само собой. Прости.

Джулия молча пошла на кухню.

– Пожалуйста, Джулз! – в голосе Лили послышались слезы.

Джулия вдруг почувствовала огромную усталость. Вчера – Алекс, сегодня – Лили… Все от нее что-то хотели. Но никто не спрашивал, чего хочет она. Опустившись на стул, она вцепилась обеими руками в чашку с горячим чаем, тупо уставившись на темно-коричневую жидкость.

– Ты меня ненавидишь? – срывающимся голосом спросила Лили.

– О Боже, Лили, конечно же нет! – устало сказала Джулия. Да и какой в этом смысл? Вентворт все равно бы узнал. Рано или поздно.

– Я знаю, что ненавидишь! – всхлипнула девушка. Присев перед Джулией на корточки, она заглянула в ее лицо. – Джулз! Ты моя единственная подруга! Ты мама моих племянников! Ты отличная модель! У тебя классные волосы! И вчера ты утерла нос одной голливудской актрисе, уведя у нее самого завидного жениха в Европе!

– Что? – вздрогнула Джулия.

– Ну да, – подтвердила Лили, поднимаясь. На лице ее было написано полное удовлетворение. – Алекс никому не собирается делать предложение. Официальной информации еще нет, но свадьбы не будет!

– Я не хотела, – протянула Джулия, растеряно глядя на Лили снизу вверх. Та лишь многозначительно пожала плечами.

– Я принесла тебе одежду, – Лили принялась ворошить многочисленные пакеты. «Версаче», «Булгари», «Марк Джейкобс» – от многообразия брендов и сумок у Джулии голова пошла кругом.

– Зачем? – сухо спросила она у Лили.

– Алекс велел купить, – еле слышно ответила та, торопливо сворачивая джинсы «Левис», вытащенные из очередного пакета.

– У меня есть одежда, – упрямо сказала Джулия.

– Он сказал, – прошептала Лили, – что мать его детей не должна носить обноски, – голос ее стал почти неслышным.

– И как это все это понимать? – прищурилась Джулия, вскинув голову. – Вчера грозил отобрать у меня мальчиков, а сегодня задаривает дорогими тряпками! У твоего брата с головой все в порядке? Я не возьму это!

– Он велел передать, что если ты не возьмешь, – Лили смотрела на нее виновато, – он приедет и лично наденет все это на тебя.

Джулия задохнулась от возмущения.

– Он не имеет ко мне никакого отношения! Не имеет права диктовать мне, что носить, что есть, что пить! Как кормить моих детей! Он не имеет права вмешиваться в мою жизнь! И я не обязана плясать под его дудку только потому, что ему так хочется! Ему не нравится, что я не соответствую его звездному статусу? Да пошел он!

– Джулз! – в шоке отпрянула от нее Лили.

Джулия закрыла лицо руками.

– Прости меня! Я не хотела…

– Ладно, забыли, – девушка принялась укладывать вещи в пакеты. По резким движениям, по тому, как старательно Лили отводила глаза, Джулия поняла, что обидела девушку.

– Он поцеловал меня вчера, – тихо сказала она.

– Он что? – пакеты выпали из рук Лили. Моментально забыв про них, она впилась в лицо Джулии недоверчивым взглядом.

– Мы ругались… – путано начала объяснять та, пряча взгляд. – Алекс был злой, как черт…

Лили лишь хмыкнула.

– А потом… Я даже не знаю, как это получилось…Но он поцеловал меня.

– А ты? – требовательно спросила Лили.

– А я выгнала его из дома, – упавшим голосом закончила Джулия.

– Ну, дела! – Лили даже присвистнула и сгребла в кучу рассыпавшиеся по полу пакеты с одеждой. – И что ты собираешься делать дальше?

– В смысле? – не поняла Джулия.

– С Алексом, – терпеливо пояснила Лили, многозначительно закатив глаза. – То, что он тебя поцеловал – это не просто так. Это ведь что-то значит! Мужчина целует женщину накануне своей свадьбы с другой…

– Лили, я тебя умоляю, – оборвала полет фантазии подруги Джулия. – Это значит только то, что он как был бабником, так им и остался! А его поцелуй – это лишь один из излюбленных способов Александра Вентворта добиться своего! И больше ничего.

– Я бы так не сказала, – пробормотала девушка себе под нос.

– Что? – не расслышала Джулия.

– А дети? – спросила Лили.

Джулия вся сникла.

– Он пригрозил, что в любом случае отберет их у меня, – отвернувшись, в сторону пробормотала она.

Лили лишь вздохнула. Расстраивать Джулию еще больше тем, что Алекс уже с утра совещался с адвокатом их семьи, ей совсем не хотелось.

– Мне пора на лекции, – пробормотала она, аккуратно ставя пакеты с одеждой на подоконник. – Я заскочу вечером, – она чмокнула застывшую на стуле Джулию в щеку. И, пытаясь приободрить девушку, лучезарно улыбнулась.

– Не грусти, все обойдется.

Джулия лишь молча покачала головой, давая понять, что глубоко сомневается. И Лили была с ней, в принципе, согласна. Обе они знали, что Александр Али Вентворт слов на ветер не кидает.

5

Опираясь на стеклянные перила, Алекс с нетерпением рассматривал сотни кричащих и машущих руками людей. Лондонская фондовая биржа жила своей обычной сумасшедшей жизнью. Иногда до него долетали обрывки фраз, все внизу на секунду замирало, а потом крики возобновлялись с новой силой. Он взглянул на пестрящие цифрами электронные табло, висящие на стенах, лишь для того, чтобы на секунду отвлечься, забыть о галдящей внизу людской массе. Его не интересовал сегодня ни индекс Доу-Джонса, ни стоимость барреля нефти. Его не интересовала даже стоимость акций собственной компании. Его интересовал лишь один человек там, внизу, от которого зависело его собственное будущее. И он пристально вглядывался в поднимающихся по лестнице мужчин, стараясь понять, кто же из них брат Джулии.

– Александр Вентворт? – от голоса, раздавшегося за его спиной, Алекс вздрогнул и повернулся. Высокий красивый мулат лет около сорока протягивал ему раскрытую ладонь, чуть улыбаясь. Ошарашенный, Алекс машинально пожал протянутую ему руку.

– Мне сказали, что вы хотели меня видеть? – полувопросительно сказал темнокожий мужчина.

– Если вы – Максимилиан Клептон, то да! – сказал Алекс, справившись с потрясением. Он рассчитывал увидеть светловолосого невысокого блондина лет сорока, начинающего, может быть, лысеть. Может даже с брюшком. Но никак не этого высокого красавца, которому на первый взгляд не дашь больше тридцати пяти лет.

– С утра я им точно был! – широко улыбнулся мужчина, показав идеально ровные белые зубы. – Прошу за мной, – он махнул рукой куда-то в сторону и пояснил. – Из-за этого гвалта здесь нет никакой возможности нормально поговорить.

– Итак, чем обязан? – поинтересовался Максимилиан Клептон, едва лишь за ними закрылась дверь маленького кабинета. В нем с трудом умещались компьютерный стол, шкаф для одежды да пара стульев. Проигнорировав кивок хозяина на один из них, Алекс замер посреди кабинета.

– Вы знаете, кто я? – задал он вопрос темнокожему мужчине, свободно расположившемуся за столом.

– Ну, кто же не знает одного из самых крупных финансовых воротил! – лучезарно улыбнулся ему тот, а в его голосе Алексу послышалась легкая насмешка. – Вы Александр Али Вентворт. Вам рассказать вашу биографию?

Алекс отрицательно качнул головой.

– Спасибо, я и сам ее знаю.

– Отлично. Сэкономим несколько драгоценных минут. В нашей работе, как впрочем, и в вашей, время – деньги.

– Я понял, – чуть склонил голову Алекс. – Поэтому, перейдем сразу к делу. Я хочу жениться на вашей сестре.

Клептон медленно выпрямился в кресле. Улыбка сошла с его лица, а шоколадного цвета глаза подозрительно прищурились.

– Правильно ли я вас понял? – с сомнением спросил он.

– Если Джулия Фиона Корбин – блондинка с карими глазами и отвратительным характером – является вашей сестрой, – отчеканил каждое слово Алекс, – то вы поняли меня совершенно верно.

– Вы хотите жениться на моей сестре? На Джулии? – еще раз уточнил у Алекса темнокожий мужчина.

Алекс молча кивнул.

– И это не розыгрыш? – по-прежнему сомневаясь, спросил Макс Клептон.

– А я что, похож на клоуна? – скривился Алекс.

Макс шумно вздохнул и пожал плечами.

– Ну, раз вы хотите на ней жениться – то пожалуйста! Кто вам мешает…

– В том-то все и дело, – невесело усмехнулся Алекс. – Ваша сестра навряд ли пожелает выйти за меня замуж.

– Погодите немного, – предостерегающе поднял правую ладонь Клептон. – Я не совсем понимаю. Любая в Англии, молодая или старая, замужняя или одинокая, бегом побежала бы под венец с вами…

– Вот именно, – кивнул головой Алекс. – Любая. Но не ваша сестра. После того, что между нами произошло…

– И что же такое произошло? – перебил его Макс, медленно поднимаясь из-за стола. Лицо его потемнело, руки сжались в кулаки, и Алекс отвлеченно подумал, что ему, вероятно, не надо особо сопротивляться, если потенциальный родственник захочет угостить его оплеухой.

– Я думаю, что это и так понятно, – сухо сказал Вентворт.

– Значит, это ты тот ублюдок, от которого моя младшая сестра родила двоих детей? – зловеще поинтересовался Клептон, медленно приближаясь к Алексу. Вся доброжелательность, которую он источал в начале их встречи, исчезла.

Алекс лишь молча склонил голову, подтверждая свою вину.

– Неудивительно, что Джулия отказывается выйти за тебя, – Макс вплотную подошел к Вентворту, и в почерневших глазах Клептона Алекс прочел страстное желание как следует врезать ему.

– Во-первых, я еще не делал ей предложения, – холодно отрезал Алекс, – а во-вторых, я не собираюсь оправдываться перед вами за то, что никого, кроме меня и вашей сестры, не касается!

– Ну, еще бы! – злобная гримаса исказила красивое лицо Макса. – Тебе же можно все!

– Скажем так, два дня назад я не знал, что у меня есть дети, – спокойно сказал Алекс, не отводя взгляда от лица Клептона.

– И в твоей жизни все вдруг резко изменилось! – не удержался от язвительного выпада Макс.

– Да, – твердо сказал Алекс. – Я сам хочу воспитывать своих сыновей.

– Да неужели? – осклабился Клептон, обнажив красивые ровные зубы в акульем оскале. – Моя сестра прекрасно справится и без тебя!

– Я не уверен, – процедил Алекс сквозь зубы, чувствуя, что начинает заводиться. – Дети – дорогое удовольствие! И Джулии оно не по карману!

– Денег ей вполне хватает! – чересчур поспешно парировал Макс, и Алекс усомнился, что Макс знает, как на самом деле обстоят дела у его младшей сестры.

– Сколько раз в неделю ты бываешь у Джулии? – требовательно спросил он Клептона. Взгляд Макса метнулся в сторону.

– Один раз? Два раза? – не отступал Алекс. Макс молчал.

– Раз в две недели? – напирал Вентворт.

– Раз в месяц, – выдавил виновато Макс. – Когда приношу ей деньги на квартиру.

– Я готов побиться об заклад, что дальше порога ты не проходишь, – поддел его Алекс.

Максимилиан Клептон молчал, с удивлением пытаясь сообразить, как из обвиняющей стороны он превратился в обвиняемого.

– И ты не представляешь, как на самом деле живет твоя сестра! – холодно резюмировал Алекс.

– Она каждый раз говорит, что ей ничего не нужно, – попытался защититься Макс.

– А что она тебе еще может сказать? – прищурился Алекс. – У тебя у самого трое детей. Их тоже нужно как-то содержать. Айрис осенью пойдет в колледж, – Макс даже не удивился, что Вентворт показывает такую осведомленность о его семье. – Как она может требовать от тебя что-то еще? Ты и так делаешь для нее слишком много! И поэтому она не говорит тебе, что голодает, что денег ей хватает только на то, чтобы накормить мальчиков. На себя уже совсем ничего не остается…

– Но Айрис каждый раз мне рассказывает, как дела у Джулии, – сделал последнюю попытку оправдаться Клептон.

– Нашел у кого спрашивать, – презрительно повел плечами Алекс. – У шестнадцатилетнего подростка.

Макс Клептон долго смотрел на него. Он всегда подозревал, что младшая сестра не до конца честна с ним. Но у него никогда не было времени выяснить это. То Айрис нужна новая форма, то у Джанет концерт для пап в школе, то Роуз нужно отвезти на каток к подружкам. Стоящий перед ним мужчина всего лишь за один раз выяснил, как на самом деле живет его сестра.

– Дай мне шанс исправить ситуацию, – мягко сказал Алекс, видя, как чувство вины все больше прижимает к полу темнокожего мужчину. – Без твоей помощи мне не обойтись.

– Джулия никому не позволяет лезть в ее жизнь, – глухо сказал Макс. И Алекс услышал в его голосе капитуляцию. – Даже мне.

– А я и не собираюсь лезть в ее жизнь, – парировал Алекс и еле заметно улыбнулся. – Я собираюсь стать частью ее жизни.

– Допустим, – медленно сказал Макс. – Но от меня-то ты что хочешь?

– Ты единственный человек, который сможет заставить ее принять мое предложение.

– Она не будет слушать меня, – задумчиво пробормотал Клептон. – Джулия далеко не дура и прекрасно понимает, чем может закончиться для нее брак с тобой. Ты разведешься с ней и заберешь детей. Разве не так?

– Мне бы не хотелось прибегать к радикальным мерам, – ушел от ответа Алекс. – Я не хочу затевать судебную тяжбу, которая может продлиться несколько лет. Мои дети к тому времени, когда это все закончится, будут воспринимать меня, как врага. Кроме всего прочего, это привлечет внимание прессы. Как только журналисты узнают – жизнь Джулии и мальчиков превратится в ад. Поверь мне, я знаю, что это такое. И смогу защитить ее только в том случае, если она будет носить мое имя.

Макс Клептон внимательно слушал его. По застывшему выражению лица старшего брата Джулии он никак не мог понять, что же происходит в его голове. Стоящий перед ним темнокожий мужчина был его последней надеждой на мирное решение вопроса. Как бы Джулия не относилась к нему, как бы сильно его ненавидела, он не хотел, чтобы она стала объектом травли желтой прессы. У него достаточно сил и денег, чтобы выстоять. А она? Она останется совершенно одна против своры безжалостных, жадных до сенсаций журналистов. Которые на все пойдут, лишь бы продать свои грязные измышления.

– Иного способа нет? – в темных глазах Макса Клептона что-то дрогнуло.

– Нет, – отрицательно покачал головой Алекс. – Твоя сестра никогда по своей воле не подпустит меня к детям.

– Хорошо, – глубоко, как перед прыжком в воду, вздохнул Макс, – что я должен сделать?

6

Стоя на маленькой, плохо освещенной лестничной площадке перед квартирой Джулии, Макс никак не мог заставить себя нажать на дверной звонок. Вентворт дал ему пять дней, чтобы поговорить с сестрой, но он даже не представлял, как это сделать.

«Ты единственный, ради кого Джулия пойдет на любые жертвы! – убеждал Алекс Вентворт несколько дней назад в его маленьком душном кабинете.

Макс, глядя невидящим взглядом на собеседника, лишь отрицательно качал головой.

– Нет! Я не могу поступить с ней так! Она моя сестра! Она никогда мне этого не простит!

– В конце концов, она даже будет тебе благодарна! – не отступал Вентворт. – Ты снимешь с ее плеч груз финансовых проблем. Дашь возможность спокойно воспитывать детей, не думая о том, где взять денег на элементарные вещи.

– Ты очень плохо знаешь Джулию, – криво ухмыльнулся Макс. – Дело здесь не в деньгах…

– Я очень хорошо знаю Джулию, – парировал Алекс. – И брак со мной – не самое страшное, что с ней может случиться.

Максу задумчиво взглянул на него. Смутная мысль, не дававшая ему покоя с самого начала их странного разговора, наконец-то обрела черты.

– Зачем тебе это? – спросил он стоящего перед ним мужчину. Репутация Александра Вентворта была известна всем. Безжалостный финансовый воротила, сколотивший себе многомиллиардное состояние на торговле нефтью и финансовых слияниях. Его корпорация поглотила несколько десятков крупных фирм, и Макс дал бы руку на отсечение, утверждая, что Вентворта ни секунды не мучила совесть, когда он разорял менее удачливых конкурентов. Так почему же к Джулии он проявляет такую терпимость? Ведь он мог без особых хлопот отобрать у нее детей, и никто бы не смог ему помешать.

Алекс замер. А на стене секундная стрелка часов начала отмерять минуты его молчания.

– Назови мне хотя бы одну причину, которая убедила бы меня помочь тебе, – добавил Макс.

– Причину? – медленно протянул Вентворт. – У меня их очень много. И одна из них заключается в том, что я хочу вырвать Джулию и моих детей из нужды. Этого тебе пока достаточно?»

– Папа? – дверь квартиры неожиданно распахнулась, и Макс с удивлением уставился в прозрачные серо-зеленые глаза своей старшей дочери. – Что ты тут делаешь?

– Макс? – за спиной Айрис возникла Джулия. – Ты за Айрис?

– Нет, – растерянно пробормотал мужчина, переводя взгляд с дочери на сестру. – Я хотел бы поговорить с тобой.

– Хорошо, – недоуменно протянула Джулия, отступая вглубь квартиры. – Проходи. Мальчики спят. Айрис…

– Она подождет меня в машине, – торопливо перебил ее Макс, протягивая девушке ключи. Джулия неопределенно пожала плечами.

– У тебя что-то случилось? – поинтересовалась Джулия, закрывая входную дверь и взмахом руки приглашая его в маленькую кухню.

Макс промолчал. Усевшись на стул, он с интересом разглядывал свою младшую сестру, которая с ловкостью заправского повара намазывал масло на бутерброды, резала помидоры, доставала тарелки. Через три минуты скромный ужин, состоящий из хлеба, ветчины и овощей, был накрыт.

– Ты вроде изменилась, – неуверенно пробормотал Макс, пытаясь сообразить, в чем именно.

– Чай? – спросила Джулия.

Макс кивнул.

– Итак, – сев напротив брата, Джулия положила себе на тарелку пару ломтиков ветчины и помидор. – Что у тебя случилось? Ты пришел раньше на две недели. Ты не сможешь дать мне денег на следующий месяц? Если это так, то я попытаюсь договориться с миссис Райт, и она, я уверена, сможет подождать несколько недель. До этого я всегда платила в срок. Так что, ничего страшного.

– Джулия, – перебил Макс подозрительно бойкую болтовню сестры. – Ты знакома с Александром Вентвортом?

Девушка замерла. А затем, старательно пряча свой взгляд от брата, она аккуратно положила надкушенный бутерброд на край тарелки. Встала из-за стола и подошла к окну.

Мысли о нем не давали ей покоя ни днем, ни ночью. Она не могла ни есть, ни спать, постоянно ожидая его прихода. Боясь того, что в следующий раз он просто заберет мальчиков, и она не в силах будет ему помешать.

– Значит, знаешь, – подвел итог Макс ее красноречивому молчанию.

– Да, знаю, – глухо выдавила девушка. – Почему ты спрашиваешь?

– Корпорация «Вентворт Юнион» собирается вчинить мне несколько исков, – осторожно сказал мужчина, глядя на напряженно замершую у окна сестру. – Искусственное завышение стоимости акций, сокрытие сделок, подлог….

От каждого его слова девушка вздрагивала.

– Но ведь это неправда? – повернувшись, тихо спросила Джулия. В ее глазах было столько надежды, что Макс начал глубоко сомневаться в том, правильно ли он делает, что вынуждает сестру именно таким способом согласиться на брак.

– Конечно, нет! – возмущенно выпалил Макс.

Девушка еле заметно перевела дыхание.

– Но это ничего не меняет, – добавил мужчина с невеселой улыбкой. – Как только корпорация Вентворта официально заявит о своих претензиях, меня отстранят от работы до конца служебного расследования.

– Насколько долго? – срывающимся голосом спросила Джулия.

Макс лишь неопределенно пожал плечами.

– Несколько недель, может быть…

– Или несколько месяцев, – горько закончила его мысль девушка.

– Да.

– И твоя семья останется без средств к существованию, – глухо прошептала Джулия.

– Да.

– Чего он хочет, Макс? – она подняла к нему побледневшее лицо, на котором живыми оставались только почерневшие глаза. Максу стало не по себе из-за того, что он увидел в них. – Ведь он разговаривал с тобой? Называл свои условия? Он хочет…

У нее не хватило сил закончить фразу. Ноги подкосились, и девушка рухнула на пол.

– Черт! – процедил сквозь зубы Макс, вскакивая с места и кидаясь к сестре. Попался бы ему сейчас этот Вентворт! Всю душу бы из него вытряс за то, что тот убедил его участвовать в этом дешевом спектакле!

Опустившись на колени рядом с Джулией, он осторожно приподнял ее голову.

– Джулз, – темные ресницы затрепетали, и она на секунду приоткрыла наполненные слезами глаза. – Я подниму тебя и отнесу на диван, – предупредил ее Макс, подхватывая хрупкое тело на руки.

В небольшой гостиной он аккуратно опустил ее на диван. Повсюду были разбросаны детские игрушки, пахло молоком, смешанным с теплым, еле уловимым запахом ребенка. И Макс вдруг подумал, что, окажись он на месте Вентворта, он так же, всеми правдами и неправдами, стал бы бороться за право воспитывать своих детей, видеть их каждый день, жить с ними.

– Он хочет жениться на тебе, – негромко сказал он, накрывая сестру теплым пледом. – Это единственное его условие.

– Что ты сказал? – карие глаза, из которых непрерывно катились слезы, распахнулись. Глядя на него снизу вверх, Джулия пыталась осмыслить то, что только что услышала.

– Вентворт пообещал мне, что составит брачный контракт, по которому не сможет при разводе отобрать у тебя детей, – добавил Макс.

– Я не верю этому, – прошептала девушка.

– Джулия, – сухо сказал Макс, выпрямляясь, – твои дети не виноваты, что между их родителями существует некое недопонимание. Они имеют полное право воспитываться в полноценной семье. Вентворт понимает это, а тебе, по-видимому, наплевать на все, кроме своих старых обид.

– Старых обид? – девушка резко села. – Хочешь, я расскажу тебе, что у меня за старые обиды? Я не верю ни единому слову этого человека! Ты в курсе, что кроме меня он сделал или собирается сделать предложение этой голливудской актрисе Элис Миллер? Он что, женится на нас обеих? Одновременно? Или по очереди? И то, что ты несешь здесь про какой-то брак, полноценную семью, про то, что Вентворт все понимает – это полный бред! Его ничего не интересует, кроме своих желаний и препятствий, которые он должен преодолеть, чтобы удовлетворить эти желания! Сейчас я – препятствие на пути к его детям! И я вижу, что он его успешно преодолевает!

– Так все-таки ты признаешь, что это мои дети, – раздался насмешливый голос, и девушка вздрогнула.

Чуть повернув голову, она уперлась взглядом в высокую фигуру Алекса Вентворта, медленно приближающегося к ним.

– Клептон, – Вентворт протянул Максу руку для приветствия, и тот, бросив быстрый взгляд на сестру, недоуменно переводившую глаза с одного на другого, пожал ее.

– Дверь была не заперта, – невинно пояснил Алекс, прочитав немой вопрос, застывший на лице девушки.

– Ну, конечно, – процедила она, отворачиваясь.

– Меня ждет в машине дочь, – торопливо пробормотал Макс, – я, пожалуй, пойду.

– И оставишь его здесь? – изумилась Джулия. – Со мной?

– По-моему, вы оба должны выяснить все, что между вами случилось, определить, кто виноват, и что делать дальше! – отрезал Макс. – А меня прошу уволить от ваших разборок! Мне и в своей семье проблем хватает!

И с этими словами он вышел из комнаты. Джулия ошеломленно, словно надеялась, что он еще вернется, смотрела на дверь.

– Мне сделать официальное предложение? – напомнил о своем присутствии Алекс.

Джулия бросила на него злобный взгляд и спустила ноги на пол.

– Катитесь к черту!

– Не хочу показаться назойливым, но именно от твоего решения зависит судьба брата, – Алекс, дойдя за девушкой до кухни, привалился плечом к косяку. Скрестив руки на груди, он пристально рассматривал Джулию, торопливо убиравшую еду со стола. – Как ты сможешь смотреть в глаза своим племянницам после того, как их отец попадет в тюрьму?

Тарелка выскользнула из рук девушки и разлетелась осколками по всей кухне.

– Вы не посмеете, – с трудом выдавила она, пристально вглядываясь в лицо Алекса, ища там хотя бы малейший намек на то, что он всего лишь пугает ее. И не находила подтверждения.

– Ты думаешь? – оттолкнувшись плечом от косяка, он медленным шагом приближался к ней. Джулия попятилась.

– От тебя ведь требуется так мало, – он прижал ее своим мощным телом к стене. – Просто сказать, что согласна…

Его голос понизился до интимного шепота, и Джулия с непонятным ей самой нетерпением ждала, когда же он прикоснется к ней.

Прохладная ладонь скользнула по ее щеке, кончики твердых пальцев осторожно дотронулись до губ.

– Ты ведь согласна стать моей женой, Джулия? – она, словно загипнотизированная, смотрела в его синие глаза, становившиеся с каждой секундой все темнее.

– А у меня есть выбор? – тихо спросила она, чувствуя, что пол начинает медленно уходить из-под ног.

– Нет, – так же тихо ответил Алекс, разглаживая кожу на ее лице большими пальцами. – Выбора нет.

Она сглотнула и еле заметно кивнула. Все оказалось точно так же, как и два года назад. Как и тогда, она таяла от его прикосновений, теряла волю от звуков его голоса, становилась послушной куклой в его руках.

– Этого не достаточно, – он продолжал свою сладостную пытку, скользя ладонями по ее телу, прижимая ее к себе все сильнее. – Скажи это. Скажи «я согласна стать твоей женой, Алекс».

– Я согласна стать твоей женой, Алекс, – послушно прошептала девушка, почти теряя сознание в его руках.

Он резко отстранился от нее. Тяжело дыша, словно ей не хватало воздуха, девушка издалека слышала его четкий сильный голос, не совсем понимая, о чем он говорит.

– Мы поженимся послезавтра. Все документы уже подготовлены. Будут присутствовать только моя семья и твой брат. Мы сразу же улетим в Арабские Эмираты. Если у тебя есть какие-то неоконченные дела, советую завершить их завтра в течение дня. Брачный контракт будет у тебя утром. Вопросы есть?

– Как быстро вы все это провернули, – с горечью прошептала девушка. – Все было заранее решено! А согласие на брак, которое вы так умело сейчас из меня вытянули, было на самом деле лишь пустой формальностью? Да?

Алекс промолчал. В синих глазах, еще минуту назад горевших от страсти, не отразилось ничего.

– Отвечайте мне! – взвизгнула Джулия.

– Спокойной ночи, – равнодушно попрощался он с ней, и, не глядя больше на девушку, ушел.

7

– Алекс? – осторожно просунув голову в дверь, в комнату заглянула Лили. – Ты здесь?

Огромная бильярдная была освещена лишь единственным светильником, горевшим в углу. И прямо под ним, сгорбившись, сидел ее старший брат. Без пиджака и галстука, в рубашке, расстегнутой на груди, он перекатывал в руках стакан с виски. Задумчиво глядя на темную янтарную жидкость, мужчина никак не прореагировал на появление девушки.

– Алекс, – чуть громче окликнула его Лили, подойдя ближе. Он вздрогнул и поднял голову.

– Ты что тут прячешься? – полюбопытствовала девушка, отодвигая бутылку с виски в сторону и усаживаясь на бильярдный стол. Ожидая ответа Алекса, она беззаботно болтала длиннющими стройными ногами, облаченными в узкие черные джинсы.

– Так, – неопределенно пожал плечами мужчина.

– Я поздравляю тебя! – ослепительно улыбнулась Лили. – Послезавтра у тебя свадьба! Я буду громче всех визжать от восторга!

Алекс промолчал.

– Ты не рад? – сникла девушка. Восторженная улыбка, сияющая на ее лице, погасла, и она с тревогой заглянула в лицо брата. – Не рад, что женишься на Джулии… Неужели и она для тебя всего лишь очередная сделка?

– Лил, это тебя не касается, – отрезал Алекс, сделав большой глоток из стакана.

– Да, конечно, – упавшим голосом пробормотала девушка, неловко слезая со стола. Постояв еще несколько минут рядом с братом, она осторожной походкой выскользнула за дверь.

Алекс даже не заметил, как она ушла.

Он бы многое отдал, чтобы брак с Джулией стал простой сделкой! С понятными условиями и взаимными обязательствами. Как с Элис Миллер. Алекс поморщился – он так и не объяснился с Элис. Не сказал, что женится на другой. Причем не когда нибудь, а уже – он взглянул на часы, которые показывали пятнадцать минут первого ночи – уже завтра. Женщина звонила ему за последнюю неделю несколько десятков раз в головной офис, в Дубай, в Штаты, оставляла для него сообщения, а он так и не смог выкроить время и объяснить ей все.

Алекс сделал еще один глоток.

Джулия…

Если бы она знала, какую сильную власть имела над ним, она бы долго удивлялась. Увидев ее неделю назад, он с трудом сдержался, чтобы не набросится на нее с голодными поцелуями, срывая по пути одежду. И лишь из боязни напугать ее еще больше, он с трудом, но держал себя в руках. Он никогда не думал, что может так тосковать по женщине. По шелку ее длинных волос, по гладкой ароматной коже, по карим глазам, становящимся бездонными, когда он прикасался к ней. И эта тоска почему-то не как не хотела уходить вместе со временем, становясь с каждым днем все глубже и острее. Даже решение жениться на именно на Элис, одной из многочисленных его пассий, было продиктовано тем, что она отдаленно, но напоминала Джулию.

Джулия…

Он вздрагивал каждый раз, когда слышал это имя, подсознательно начиная искать глазами ту, которая его носила. Надеялся, что это именно она… И каждый раз ошибался. Пытался забыть ее, встречаясь с несколькими женщинами одновременно, но от этого становилось только хуже. Или работал по 20 часов в сутки, путешествовал по миру, занимался благотворительностью. Он ни на минуту не оставался один, ни днем, ни ночью, но никогда ему не было так одиноко, как в эти два года. И часто, стоя в темноте у окна в Сан-Паулу, Нью-Йорке или Токио, он задавал себе вопрос: как? Как он смог совершить подобную глупость и отпустить ее?

Джулия…

Он мог обмануть кого угодно – отца, мать, Лили, даже Джулию, – утверждая, что от этого брака ему нужны исключительно дети. И мог делать это сколь угодно долго. Но лгать себе не мог. Она была нужна ему. Жизненно необходима. Как дыхание. Как глоток воды. Как биение сердца. Знать, что она рядом. Что принадлежит только ему, и никому больше!

Джулия….

Любит ли он ее? Любовь делает сильных мужчин слабыми, заставляет терять гордость и разум. Совершать безумные поступки. Это болезнь, вирус, от которого нет вакцины. Это наркотик, который нужно принимать еще и еще, каждый день, ощущая после каждой дозы несравнимую ни с чем эйфорию. Но он не даст понять Джулии, как сильно зависит от нее. От ее улыбки. От смеха. От мимолетного прикосновения ее руки к его телу.

От всего, что связано с ней.

Он не может дать ей над собой абсолютную власть.

8

Сайрус Криспи шел по дорожке Сент-Джеймс-парка, наслаждаясь теплым апрельским днем. Часы показывали начало десятого, но это его мало волновало. Солце, изредка проглядывавшее сквозь растрепанные перья облаков, заботило его куда больше. В последнее время его старые кости стали очень болезненно реагировать на дождь.

А еще на Алекса Вентворта. Этот мальчишка, вероятно, решил досрочно уложить его в могилу. Сегодня рабочий день старого Сайруса начался полшестого утра. Алекс принес ему брачный контракт, который он решил заключить с матерью своих детей, Джулией как-ее-там. Признаться, старому Сайрусу было интересно самому взглянуть на женщину, сумевшую заполучить себе в мужья одного из Вентвортов. А Алекс, отдавая ему контракт, предупредил, чтобы адвокат соглашался на любые условия Джулии, пусть даже самые абсурдные, но документы должны быть подписаны сегодня.

– Они по утрам гуляют по парку, в западной его части, – напутствовал его Алекс. И Сайрус вот уже двадцать минут, опираясь на тросточку, почти юношеской походкой бодро колесил по аллеям Сент-Джеймса, выискивая глазами двух девушек с детьми.

– Мэтти, иди ко мне! Майк! – звонкий крик и смех, раздавшийся следом, поднял в воздух стаю соек. Сайрус прищурился – на другой стороне поляны темноволосая девушка хлопала в ладоши перед двумя малышами. Криспи несколько раз мигнул, не совсем доверяя тому, что видели его старые глаза – девушка была темнокожей.

– На этом можно сколотить состояние, – пробормотал старый адвокат, пересекая поляну. – Весь мир уверен, что младшему Вентворту всю жизнь нравились блондинки, – ворчал он себе под нос. – И вот, на тебе, мулатка. И еще двое детей! Да это просто пир для папарацци!

– Мисс! – окликнул он девушку. Та оглянулась.

– Мисс, пожалуйста, мне нужно с вами поговорить! – от быстрой ходьбы Сайрус начал задыхаться.

Девушка непонимающе смотрела на него, а затем, присев на корточки, аккуратно подхватила на руки обоих малышей.

– Я не сделаю вам ничего плохого, – Сайрус чувствовал, что больше так не может. Остановившись, он, как рыба, вытащенная на берег, с трудом хватал открытым ртом воздух. – Я должен только, – запинаясь, произнес он, – с вами поговорить.

– Мистер, вам что надо от девушки? – перед ним, словно черт из табакерки, появился высокий светловолосый мужчина в деловом костюме. Для обычного прохожего он был слишком мускулистым, слишком широкоплечим, и слишком пристально осматривал его. А небольшое вздутие под мышкой выдавало наличие пистолета. За его спиной маячили еще трое молодцов, похожих друг на друга, как братья – близнецы.

– Алекс Вентворт поручил мне обсудить условия брачного контракта с этой леди, – он торопливо кивнул в сторону недоуменно разглядывавшей его девушки, начиная сомневаться, правильно ли он понял своего клиента. Темноволосой мулатке было на вид не больше пятнадцати лет, и хотя девушка была безумно красива, не мог же Алекс женится на подростке. Или мог? Или она гораздо старше, чем выглядит? – Я семейный адвокат Вентвортов.

– Да? – усомнился телохранитель, с подозрением осматривая его. – Это мы сейчас узнаем.

И он крикнул куда-то в сторону.

– Мисс Лили! На минутку!

Криспи с облегчением выдохнул.

– Лили…

– Да, Боско, – звонкий голос раздался за его спиной, и старый адвокат резко повернулся. В узких черных брюках, в сапогах-ботфортах и вязаном бесформенном свитере, в котором было больше дырок, чем пряжи, Лили Вентворт выглядела просто изумительно.

– Я бы на месте твоего отца порол тебя почаще за подобный вид, – пробормотал Сайрус, а девушка, узнав его, радостно взвизгнула.

– Кри-кри!

– Ну, хватит, – Сайрус, улыбаясь, стирал вишневый блеск со своей щеки. – Тебе уже не пять лет, чтобы звать меня Кри-кри!

И, повернувшись к охраннику, сухо спросил.

– Вопрос закрыт?

Тот молча склонил голову.

– Зачем ты пришел, дядя Сайрус? – щурясь от выглянувшего из-за облака солнца, спросила Лили.

– Мне нужно обсудить с Джулией условия брачного контракта, – и он кивнул в сторону девушки, которая, взяв малышей за руки, пошла в сторону деревьев. Трое мужчин в костюмах, как тени, следовали за ней.

– С Джулией? – неуверенно спросила Лили, проследив за его взглядом. – Но это Айрис. Ее племянница. Джулия сидит вон там, на скамейке.

И она показала рукой в противоположную сторону.

Светловолосая девушка, одетая в синие джинсы и кирпично-красную кожаную курточку поверх черной водолазки, поднялась ему навстречу. Высокий мужчина, стоявший чуть поодаль, сделал несколько шагов вперед.

– Джулия? – поравнявшись с девушкой, он протянул ей руку. Та неуверенно пожала его ладонь. – Меня зовут Сайрус Криспи. Я адвокат Александра Вентворта, – при этом имени девушка вздрогнула и слегка побледнела. – А вас охраняют не хуже, чем королеву, – попытался пошутить Сайрус, кивнув в сторону замершего за спиной девушки мужчины.

Однако девушка даже не улыбнулась. Настороженно скользя по нему глазами, она негромко спросила.

– Это обязательно делать сегодня? – голос у нее был грустный и мелодичный, как перезвон китайского колокольчика.

– Алекс хочет уладить все формальности до свадьбы, – осторожно пояснил адвокат, внимательно глядя на девушку.

– Ну да, конечно, – пробормотала она, – Алекс хочет…

Вид у нее был отнюдь ни как у счастливейшей из женщин, выходящей завтра замуж за мечту миллионов представительниц слабого пола. Скорее наоборот.

– Джулия, – он осторожно взял ее ладонь в свои руки. – Не надо меня бояться. Я буду отстаивать ваши интересы точно так же, как отстаивал интересы семьи Вентвортов. Ведь вы тоже, – добавил он, – завтра станете ее частью.

Она в ответ лишь еле заметно улыбнулась и покачала головой. Сайрус непонимающе нахмурился.

– Вы, кажется, сомневаетесь? – он осторожно выпустил ладонь девушки. – Но почему?

Она окинула его взглядом темных карих глаз и предложила.

– Давайте присядем?

– Итак, – начал старый адвокат, украдкой рассматривая девушку. Она была, по его мнению, совершенно обычной, ничем не примечательной молодой женщиной. Длинные светлые волосы, заплетенные в косу, челка, падающая на большие, шоколадного цвета, глаза, вздернутый аккуратный носик, средних размеров рот с пухлой нижней губой, которую Джулия нервно теребила зубами. Таких, как она – тысячи, и ни одну из них Алекс Вентворт не удостоил бы взглядом. Ему нравились (или Сайрус думал, что нравились) эффектные роскошные женщины, вслед которым мужчины поворачивают головы. От взгляда на которых сердце начинает пропускать удары. Любая из них с радостью, без всяких уговоров, вышла бы за него замуж. Так почему же эта серая мышка смотрит на него так, словно он собирается зачитать ей смертный приговор?

– Что вас смущает?

Джулия, скользнув по нему глазами, посмотрела куда-то в сторону. Проследив за ее взглядом, Сайрус увидел двух темноволосых девушек – Лили и Айрис – которые со смехом валялись в молодой траве вместе с мальчиками.

– Вы думаете, что он женится на вас исключительно из-за детей? – озвучил ее прозрачный намек адвокат. На лице его было написано искреннее изумление. – Вы что, в серьез в это верите?

– А у меня могут быть сомнения? – спросила она, и Сайрус вздрогнул. Под взглядом темных карих глаз ему стало даже неловко – ведь он сам неделю назад убеждал Алекса Вентворта, что это единственный быстрый способ получить возможность воспитывать своих детей. А девушка-то, оказывается, не так проста, как кажется на первый взгляд.

– И вы что, ни на минуту не допускаете мысль, что Алекс Вентворт сделал вам предложение по какой-то другой причине? – пробормотал он. – Может, он испытывает к вам романтические чувства?

– Мы, наверное, говорим с вами про разных людей, – губы девушки чуть растянулись в мимолетной улыбке. – У того Вентворта, которого знаю я, вообще нет чувств.

Сайрус даже опешил.

– Вы ошибаетесь, – медленно сказал он, с интересом рассматривая Джулию. И внезапно спросил.– А вы? Вы сами испытываете к нему что-то?

Она пыталась делать вид, что ей все равно, но ему почему-то казалось, что это не так. Побледневшая кожа, затрепетавшие ресницы, мгновенно спрятавшие потемневшие карие глаза, прикушенная нижняя губа – девушка выдала себя с головой.

– Я? – попыталась усмехнуться она, но вместо этого у нее получилась жалкая гримаса. – А кто я? Ни любовница, ни жена… Просто женщина, которая выносила и родила детей Александра Вентворта. Суррогатная мать. Он избавится от меня при первом удобном случае. Разве я могу позволить себе испытывать какие-то чувства?

– Брачный контракт полностью исключает такую возможность, – бесстрастно сказал Сайрус Криспи, доставая пачку бумаг из портфеля.

– Для Вентворта какой-то там контракт навряд ли станет препятствием, – пожала плечами девушка. – Если он захочет – он обойдет любой пункт в этом документе.

И она кивнула на листы, которые держал в руках адвокат.

– Я так не думаю. Он сам его составлял. Хотите прочесть?

Джулия отрицательно качнула головой.

– Нет. Дети и развод. Это единственное, что меня интересует.

– Ну, хорошо, – Сайрус, натянув очки на нос, отложил в сторону несколько страниц.

– Сторона, подавшая на развод, передает право единоличной опеки над детьми другой стороне, – монотонным голосом зачитал он. – Это все.

Джулия ошеломленно замерла.

– Вы хотите сказать, что вот это все? – и выразительно кивнула в сторону пачки бумаг, которую он держал в руках. – А про что тогда остальное?

– Ну, – уклончиво протянул Сайрус, – про вашу семейную жизнь.

– Хорошо, – девушка на секунду прикрыла глаза, – объясните мне более понятным языком, что все это значит.

– Если вы подадите на развод – мальчики останутся с отцом. За вами сохранится право посещать их в любое удобное для вас время.

– А если…

– А если на развод первым подаст Алекс – опека над детьми будет передана вам.

– И он вот так, просто, – голос Джулии дрожал от недоверия, – согласится на это?

– Он уже согласился, – Сайрус отвернул последний лист. – Контракт подписан им. Вы можете добавить сюда любые условия. Я впишу их от руки.

Джулия прищурилась.

– Любые?

– Какие угодно, – кивнул головой адвокат. – Алекс на все согласен.

– Тогда пишите, – мстительно протянула девушка. – В случае измены одной из сторон пункт, который вы мне прочитали, считается недействительным. Пострадавшая сторона имеет право подать на развод и забрать детей.

Сайрус задумчиво взглянул на девушку.

– Александр Вентворт, конечно, далеко не идеал, но семья для него – это самое главное. Он будет хранить вам верность.

– На вашем месте я не была бы так уверена, – невесело усмехнулась девушка. – Еще неделю назад этот человек предлагал руку и сердце совершенно другой женщине.

Сайрус не нашел, что ей ответить. Сделав вид, что ищет что-то в бумагах, он думал о том, что у Джулии есть все основания сомневаться в своем будущем муже. У Алекса Вентворта за последние два года каждую неделю была новая женщина, и навряд ли он будет верен той, на которой женится исключительно ради детей.

– Прочтите контракт еще раз, прежде чем подписать, – он протянул ей стопку листов.

Джулия быстро пробежалась по тексту глазами, прочитав лишь те пункты, которые касались интересующих ее вопросов.

– У вас есть ручка?

– Да, конечно, – он протянул ей ручку.

Торопливо, словно боялась в любой момент передумать, девушка поставила подпись на страницах, отмеченных закладками, и протянула бумаги Сайрусу.

– Все?

– Да, – аккуратно сложив бумаги, он убрал их в кейс и поднялся.

Джулия тоже встала.

– Очень рад был с вами познакомиться, Джулия, – он пристально взглянул на девушку. – Могу я дать один совет?

Слабая улыбка осветила ее лицо.

– Вы же адвокат. Это ваша работа…

– То, какой будет ваша жизнь с Алексом, зависит в большей степени от вас, – и, заметив, что девушка пытается ему возразить, торопливо продолжил.

– Послушайте меня. Я старый человек, я многое повидал на своем веку, и могу с уверенностью вам сказать, что такие мужчины, как Алекс Вентворт, не женятся на заурядных женщинах, сколь бы красивы те не были. В вас есть что-то особенное. Что-то, что отличает вас от других. И я не думаю, что цель этого брака – добиться опеки над мальчиками. Тут нечто большее, чем просто желание воспитывать своих детей. Подумайте над этим, Джулия.

Девушка лишь с сомнением покачала головой и протянула старому адвокату руку.

– До свидания!

Сайрус сжал узкую ладошку.

– Удачи!

9

Стоя у окна, девушка пустыми глазами смотрела на улицу. Яркое солнце, такое необычное для апреля, обволакивало золотой дымкой деревья, здания, птиц, просыпающихся на ветках. Но Джулию оно сегодня не радовало. Еще вчера Джен, жена ее брата, забрала мальчиков, и Джулия провела эту ночь совершенно одна, скитаясь по пустой квартире из угла в угол. Она так и не смогла заснуть. Мысли об Алексе, о детях, о том, как они будут жить, не отпускали ее. Они совершенно чужие друг другу люди, и единственное, что их объединяет – это Майк и Мэтти. Может, лучше было бы не упрямиться и согласиться на совместную опеку вместе с Вентвортом? Тогда у нее не было бы такого странного ощущения, словно она спрыгнула с небоскреба вниз головой?

В дверь застучали, и Джулия, вздрогнув, очнулась. Торопливо подойдя к двери, она распахнула ее и увидела на пороге Лили. За ней переминались еще несколько человек.

– Привет! – ослепительно улыбнулась девушка и окинула ее пристальным взглядом. Улыбка ее моментально померкла.

– Ты плохо выглядишь, – озабоченно пробормотала она, заходя в квартиру. За ней без всякого приглашения прошли двое мужчин и одна женщина. Отступив в сторону, Джулия безразлично наблюдала за этим.

– Ребята, туда! – Лили махнула в сторону гостиной и повернулась к Джулии. Лицо ее стало сосредоточенным.

– Итак, у нас четыре часа, чтобы привести тебя в порядок! – она окинула Джулию оценивающим взглядом, и та машинально заправила нечесаные со вчерашнего дня волосы за уши. – Венчание в одиннадцать в церкви Всех святых на Байуод-стрит. Я отвезу тебя туда. К алтарю тебя поведет Макс.

И, заметив, что Джулия смотрит пустыми глазами куда-то в сторону, взяла ее за плечи и осторожно встряхнула.

– Джулз? Что с тобой происходит?

– Я могу с тобой поговорить? – Джулия бросила косой взгляд на застывших в дверном проеме гостиной незнакомых людей, с интересом разглядывающих ее, и добавила. – Наедине!

– Итак? – Лили вопросительно подняла красивую бровь, едва лишь Джулия закрыла дверь на кухню.

– Я не знаю… – пробормотала Джулия, старательно пряча глаза. – Не могу объяснить…

– Джулз, любая девушка переживает в день своей свадьбы, – принялась уговаривать ее Лили. – Это нормально.

– Это не нормально, – отрезала Джулия, и, заметив, как недоуменно нахмурилась Лили, упавшим голосом пояснила. – То, как я выхожу замуж…

– Ты просто переволновалась, – пожала плечами Лили.

– Лили! – не выдержала Джулия. – Хоть ты-то не делай из меня идиотку! Все вокруг – мой брат, его жена, ты – вообще все считают, что мне крупно повезло! Еще бы! Ведь я выхожу замуж за одного из самых богатых людей Англии! Титулованную особу! Будущего герцога Ратнера, история семьи которого насчитывает чуть ли не тысячелетие! Но меня никто не спросил – хочу ли я этого брака? Радуюсь ли я, как радуется любая девушка, которая выходит замуж за любимого человека? Всем наплевать! Каждый получил то, что хотел! Алекс – детей, Макс – возможность не думать о том, на какие средства прокормить свою семью и меня в придачу…

– Джулз! – Лили шагнула к ней, обняла, почувствовав, как плечо, в которое уткнулась Джулия, стало горячим и влажным от ее слез. – Священник спросит тебя сегодня, согласна ли ты выйти замуж за Алекса. Ты ведь знаешь, что ему ответить?

Джулия подняла заплаканное лицо. Этот вопрос мучил ее всю ночь. Она действительно хочет выйти замуж за Алекса Вентворта? Стать его женой… Стать частью его жизни… Пусть не самой большой, не самой главной, но частью…

Или…

У нее не было права на это «или».

– Твой брат убьет меня прямо в церкви, если я скажу «Нет!», – попыталась улыбнуться она.

– Ну, вот видишь, – Лили, достав платок, осторожно стрела слезы с ее лица. – И перестань плакать, – менторским тоном добавила она. – А то нос будет красным. Идем. У нас очень мало времени.

– Я уже и забыла, что можно выглядеть как-то иначе, – сказала Джулия спустя три часа, с изумлением рассматривая в зеркале свое отражение. Ей сделали прическу и маникюр, наложили искусный макияж, который полностью скрыл следы усталости на ее лице – и она преобразилась, с трудом узнавая в кареглазой красавице саму себя.

– Последние штрихи, – деловито сказала Лили, раскрывая черный бархатный футляр. – Каждая невеста должна иметь что-то старое.

И она протянула Джулии диадему, украшенную бриллиантами и сапфирами.

– Какая красивая, – прошептала та, проводя пальцами по камням, переливающимся всеми цветами радуги в ярком солнечном свете.

– Ха, – фыркнула Лили, – семейная реликвия Бог знает какого века. Мама постоянно трясется над ней.

Джулия нерешительно взглянула на Лили.

– Папа настаивает, – ухмыльнулась та, беря украшение и одевая его на голову девушке.

– А теперь – что-то взятое взаймы, – и она извлекла из футляра два сапфира, обрамленные бриллиантами, и вдела их в уши девушки.

– Это мои. Алекс подарил на шестнадцатилетие.

Джулия взглянула на себя в зеркало и пробормотала.

– С такими украшениями можно выходить замуж и в халате.

– В следующий раз! – подмигнула ей Лили и повернулась в сторону двери. – Самое главное! Сара!

Женщина, которая приехала вместе с Лили, внесла длинный объемный чехол. Осторожно уложив его на диван, она аккуратно расстегнула молнию и извлекла на свет льдисто-голубое свадебное платье.

– Это мой подарок, – улыбнувшись, тихо сказала Лили.

У Джулии на глаза навернулись слезы. Шагнув к девушке, она порывисто обняла ее.

– Лил!

– И не вздумай рыдать! – страшным голосом предупредила та. – Испортишь макияж!

Джулия кивнула, пытаясь справиться со слезами.

– Я надеюсь, моего старшего братца хватит удар, – насмешливо сказала Лили, когда Джулия одела платье. – Он думает, что ты придешь в церковь в джинсах и спортивных тапках.

– Я бы так и поступила, – прошептала Джулия, разглядывая себя в огромном, во весь рост, старом зеркале ее матери. – У меня не было ни времени, ни денег, чтобы хоть что-то купить.

– Могу я тебе кое о чем попросить? – Лили поймала в зеркале ее взгляд.

– Все, что угодно, – улыбнулась ей Джулия.

– Попытайся сделать Алекса счастливым, – красивое лицо Лили стало серьезным. И, глядя на отражение вмиг растерявшейся Джулии, торопливо добавила.

– Я знаю, что это не мое дело, но ты и Алекс – самые близкие мне люди. И как бы ты не относилась к моему брату, как бы сильно он тебя не обидел в прошлом, я прошу тебя – не причиняй ему боль. Пожалуйста.

– Лили, – с трудом произнесла Джулия, повернувшись к девушке, – при всем желании я не смогу этого сделать. Боль могут причинить только те, кого любишь. Твой брат не любит меня. Я для него – всего лишь препятствие на пути к его детям, которое сегодня будет успешно устранено. Через два часа я стану миссис Александр Вентворт, и весь мир будет гадать, почему он взял в жену обычную девушку, а не Элис Миллер.

– Неправда, – улыбнулась Лили. – Весь мир будет завидовать ему. По крайней мере, мужчины.

Джулия с сомнением покачала головой.

– Я лишь бледная тень тех, с кем когда-либо встречался твой брат.

– Он встречался с пустышками, с красивыми куклами, которых интересовали только его деньги!

– Но не все же…

– Может, кто-то и был поприличнее, не знаю. Алекс так быстро со всеми расставался…

– Я тоже надолго не задержусь, – слабо улыбнулась Джулия.

– Ты единственная, кому он предложил руку и сердце! – с нажимом сказала Лили.

– Руку – да, а вот сердце… Иногда мне кажется, что у твоего брата его вообще нет.

– А вот это мы скоро узнаем, – загадочно сказала Лили и осторожно расправила складки на платье Джулии. – Пора. А то жених решит, что его невеста сбежала!

10

Яркое апрельское солнце, светившее в окна, расположенные под крышей, не могло развеять многовековой мрачной торжественности церкви Всех Святых. Мельком взглянув на часы, Алекс резко повернулся. Церковь была пуста. Лишь несколько человек одиноко сидели на передних скамейках. Еле заметно кивнув высокому широкоплечему седовласому мужчине, сидевшему позади всех, Алекс отошел от алтаря.

– Мою будущую жену нельзя обвинить в пунктуальности, – криво усмехнулся Вентворт, как только Дик Мерфи приблизился к нему. – Сейчас уже четверть двенадцатого.

– Невестам положено опаздывать, – невозмутимо сказал телохранитель, обводя пристальным взглядом внутреннее убранство церкви.

Темная бровь Алекса вопросительно поползла вверх.

– Они стоят в пробке в полумиле от Трафальгарской площади, – спокойно доложил Дик. – Дети с миссис Клептон гуляют в Гайд-Парке. С ними четверо моих парней.

– Хорошо, – пробормотал Алекс, гипнотизируя взглядом входную дверь церкви.

Мерфи еле заметно улыбнулся.

– Она приедет, сэр. Не беспокойтесь.

Алекс застыл. А затем холодно поинтересовался.

– Это что, так заметно?

– Есть немного, – кивнул большой коротко стриженой головой Мерфи.

– Алекс, – с передней скамьи величественно поднялась его мать Она бросила неодобрительный взгляд на соседнюю скамью. Три девочки, восьми, десяти и шестнадцати лет, племянницы Джулии, испуганно прижались друг к другу, с опаской глядя на герцогиню Ратнер.

– Злая колдунья, – прошептала самая младшая из них (кажется, Роуз), глядя на Алину Вентворт прозрачными серо-зелеными глазами. Алекс еле заметно усмехнулся, надеясь, что его мать этого не услышала.

– Алекс, твоя невеста приедет? – высокомерно спросила Алина, подчеркнув последнее слово. Точно так же, как Лили не выносила Элис Миллер, его мать почему-то невзлюбила Джулию. И ему иногда казалось, что она была бы рада, если бы он женился на ком угодно, только не на ней.

– Я надеюсь на это, – совершенно серьезно ответил он.

– Было бы гораздо лучше для всех, если бы Элис, а не эта…

– Мама, – вкрадчиво перебил ее Алекс. – Ты говоришь о моей будущей жене. Поэтому, прошу тебя, выбирай выражения.

Алина Вентворт в ответ лишь презрительно поджала губы.

– Они подъехали, мистер Вентворт, – шагнул к нему Дик Мерфи.

– Алекс! – сделала последнюю попытку Алина. – Подумай! Кто ты и кто она! Пока еще не поздно!

– Уже поздно, мама, – глядя на медленно открывающуюся дверь церкви, сказал мужчина. – Вернись, пожалуйста, на свое место.

Женщина в ответ лишь тяжело вздохнула и послушно пошла к скамье, где сидел ее муж.

По проходу между скамьями медленно шла Лили, держа в руках букет из голубых роз. Одетая в снежно-белое длинное платье, с распущенными по плечам смоляными волосами, в которые были вплетены нити жемчуга, она сама походила на невесту. Алекс вопросительно выгнул бровь, многозначительно глядя на младшую сестру. Губы девушки дрогнули в улыбке. Проходя мимо него, она еле слышно прошептала «Сюрприз!» и встала слева от алтаря. Она была единственной подружкой невесты.

Это действительно был сюрприз, и Лили, похоже, превзошла в этот раз саму себя. Платье цвета холодного зимнего неба, распущенные по плечам светлые волосы, бриллиантовая диадема, облако голубого шифона – он смотрел на нее, не смея поверить в то, что видит.

– Она похожа на ангела, – громко прошептала Роуз, и Алекс глубоко вдохнул, пытаясь справиться с внезапно охватившим его волнением. Очарованный увиденным, он наблюдал, как Макс, остановившись, поцеловал Джулию в лоб и отступил назад, опустился на скамью, где сидели его дочери.

Судорожно сжимая букет из молочно-белых роз обеими руками, девушка сделала нерешительный шаг вперед и остановилась. Карие глаза, потемневшие до черноты, нервно прикушенная нижняя губа, напряженно выпрямленная спина – казалось, еще один шаг, и его невеста просто упадет, так и не дойдя до алтаря.

Сжав зубы, Алекс шагнул к ней. Ухватив Джулию за локоть, он вынудил ее сделать еще несколько торопливых шагов. Со стороны, вдруг некстати подумал он, это выглядит довольно смешно. У Господа Бога, по-видимому, отличное чувство юмора! Любая женщина с радостью бы вышла за него замуж, а он женится на той, которую нужно просто тащить к алтарю!

– Надеюсь, ты не упадешь в обморок на радость моей матери? – прошептал он ей на ухо, натянуто улыбаясь священнику, который с недоумением рассматривал бледную, как смерть, невесту и разозленного непонятно чем жениха.

Девушка промолчала, глядя прямо перед собой.

Алекс кивнул священнику.

– Братья и сестры, – сильный голос священника, раздавшийся в торжественной тишине многовековой церкви, заставил Джулию задержать дыхание. – Мы собрались здесь сегодня, чтобы сочетать узами брака этого мужчину и эту женщину….

Все, что происходило вокруг, напоминало ей сон, только она никак не могла определить для себя, хороший он или плохой. И еще она не могла понять мужчину, который через несколько минут станет ее мужем. Она старалась не смотреть на него, когда шла по проходу вместе с Максом, но глаза сами, против ее воли, постоянно возвращались к нему. Алекс Вентворт взирал на ее приближение равнодушным синим взглядом, словно происходящее в церкви его никоим образом не касалось. Ни один мускул не дрогнул на его окаменевшем лице, и Джулия начала сомневаться, правильно ли она сделала, что согласилась выйти за него замуж? Возможно, были какие-то иные пути решения возникшей между ними проблемы? Может, нужно было просто согласиться на совместную опеку детей, позволить ему стать частью жизни Мэтта и Майкла? Ведь все таки он их отец… И у нее не было бы сейчас такой странной уверенности, что она делает что-то не так!

– Я, – громко выдохнула она, и священник споткнулся на полуслове. Алекс медленно повернул голову в ее сторону.

– Еще не время приносить клятвы, – сухо сказал он, скользя по ее бледному лицу сузившимися глазами. – Продолжайте, святой отец.

И, пресекая дальнейшие попытки девушки еще что-то сказать, предупреждающе сжал ее локоть.

– Ведь ты же не собираешься бросить меня у алтаря? – тихо спросил он ее с угрозой в голосе. – Или я ошибаюсь?

Взгляд девушки затравленно метнулся в сторону, выдавая ее с головой. И наткнулся на Лили.

«Пожалуйста!» – сложились в немой мольбе губы младшей сестры Алекса Вентворта, и Джулия вспомнила, как час назад Лили просила ее дать обещание сделать стоящего рядом с ней мужчину счастливым. Как можно пообещать то, во что сама не веришь?

– Согласен ли ты, Александр Али Вентворт, – и девушка вздрогнула, услышав это имя, – взять в жены Джулию Фиону Корбин, любить и почитать ее, жить с ней в болезни и здравии, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас?

– Да, – коротко прозвучало в тишине.

– Согласна ли ты, Джулия Фиона Корбин, взять в мужья этого мужчину, любить и почитать его, жить с ним в болезни и здравии, богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас?

Она смотрела в светло-голубые глаза священника, и не понимала, что должна ему ответить. Она играла в этом фарсе очень маленькую роль, так почему же священник нетерпеливо хмурит брови? За нее все давно решил тот, кто стоит рядом. Может, он и ответит за нее? Девушка с трудом подавила истерический смешок.

– Джулия? – участливо спросил святой отец. – Ты в порядке?

– Отвечай, Джулия, – и в мягком обволакивающем голосе Алекса Вентворта никто не услышал предупреждения, кроме нее. Девушка вскинула на стоящего рядом мужчину глаза, с удивлением рассматривая его, словно видела впервые. – Согласна ли ты взять меня в мужья, любить и почитать, жить со мной в болезни и здравии, богатстве и бедности?

Слова брачной клятвы, повторенные Алексом Вентвортом вслед за священником, звучали насмешливо. Или ей это просто показалось? Пять минут назад он дал ей обещание любить ее до смерти перед Богом, так почему же она не верит ему? Почему в изгибе красивых губ ей видится издевка, а в синих глазах, смотрящих на нее, нет ничего, кроме арктического холода?

– Джулия? – более нетерпеливо повторил священник. – Согласна ли ты выйти замуж за этого мужчину?

– Подумай, Джулия! – шепнул ей Алекс. – Ведь от того, что ты сейчас ответишь, зависит очень многое.

И, чуть повернув голову, скользнул взглядом к скамьям.

Там, на коленях со своей младшей дочерью Роуз, сидел Макс. Джанет и Айрис, прильнув с обеих сторон к отцу, смотрели на нее восхищенными серо-зелеными глазами, слишком светлыми для смуглых лиц девочек. Джулия судорожно вздохнула – Алекс Вентворт безжалостно напомнил ей, кем она рискует, идя против его воли.

– Да, – прошептала она, глядя в холодные синие глаза.

– Что? – не понял священник.

– Громче, – приказал Вентворт. – Твой ответ должен слышать каждый в этой церкви.

– Да, – повторила девушка, всеми силами стараясь, чтобы голос ее не дрожал. – Я согласна взять тебя в мужья, Александр Вентворт, любить и почитать, жить с тобой в болезни и здравии, в богатстве и бедности…

Голос ее сорвался на самой высокой ноте.

Алекс удовлетворенно улыбнулся и повернулся к шаферу.

Марк, одетый в черный смокинг, повзрослевший и возмужавший, сделал шаг вперед, протягивая старшему брату прямоугольную бархатную коробочку. Алекс взял оттуда кольцо.

– Дай мне твою руку, – и Джулия послушно вложила в его раскрытую ладонь свои пальцы.

– Моя невеста, – Алекс осторожно надел ей на безымянный палец изящное кольцо из белого золота с огромным бриллиантом. Изумленно взглянув на знакомое украшение, девушка подняла глаза на мужчину.

– Я должен был сделать это два года назад, – просто сказал тот, и странное выражение промелькнуло по его лицу.

– Надевая это кольцо, я беру тебя в супруги, Джулия. Знай, что теперь ты принадлежишь мне, а я принадлежу тебе. Отныне мы – одно целое.

И он надел ей обручальное кольцо. Девушка недоуменно рассматривала на своей руке эти знаки замужества, обозначавшие, что она связана с этим мужчиной навеки.

– Теперь твоя очередь, Джулия, – мягко напомнил ей о происходящем священник.

Девушка оглянулась на Лили, и та, сделав несколько торопливых шагов, протянула ей простое золотое кольцо – единственное, что она смогла купить на собственные деньги. И хотя Лили уверяла, что у ее брата все уже готово, Джулия упрямо стояла на своем, сама не зная, почему.

Она осторожно взяла ладонь Алекса с длинными сильными пальцами, почувствовав, как он мгновенно напрягся от ее прикосновения. Стараясь смотреть только на тонкий золотой ободок, девушка старательно надела кольцо.

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно завершил обмен кольцами священник. И повернув голову к мужчине, с улыбкой разрешил.

– Вы можете поцеловать свою невесту.

– Джулия, – Алекс приподнял ее подбородок, вынуждая девушку смотреть ему в лицо.

Она, не мигая, смотрела в потемневшие синие глаза, становившиеся все ближе. А потом почувствовала на своем лице его теплое дыхание. Он нежно, словно это было в первый раз, коснулся ее рта губами, и земля начала медленно уплывать у нее из под ног. Что-то внутри вырвалось из своих оков и рванулось навстречу мужчине, который целовал ее и никак не мог насытиться этим бесконечным поцелуем.

– Дети мои, – священник захлопнул Библию, давая понять, что церемония венчания окончена. Затуманенным поцелуями взглядом девушка смотрела, как Алекс предложил ей руку, чтобы повести ее к выходу. Он мог делать с ней все, что захочет. Лепить из нее все, что ему угодно – вдруг поняла она. Одним лишь прикосновением, одним лишь взглядом потемневших синих глаз он лишал ее воли, лишал желания сопротивляться ему. И она послушно положила ладонь на его локоть.

– Там пресса, сэр, – тихо сказал Вентворту Дик Мерфи, предупредительно распахивая перед молодоженами высокие резные двери церкви.

Девушка, чуть повернув голову, быстро взглянула на четкий профиль мужчины. Ни один мускул не дрогнул на его лице – оно за считанные секунды превратилось в каменную маску.

– Улыбайся, – коротко приказал он Джулии, глядя прямо перед собой.

Сотни вспышек мгновенно ослепили ее, вызывая сильное желание немедленно закрыть лицо руками. И со всех сторон, словно стрелы, в их сторону полетели вопросы.

– Мистер Вентворт, как зовут вашу невесту?

– Кто эта девушка?

– Она из аристократической семьи?

– Она начинающая актриса?

– Где вы познакомились?

– А как же Элис Миллер?

– Элис была просто ширмой для вашего романа?

– Миссис Александр Вентворт, кто вы?

Шквал вопросов, сыпавшийся на их головы, был просто ужасающий. Казалось каждый человек, который держал в руке микрофон, пытался прорваться поближе сквозь живой коридор телохранителей, с трудом сдерживающих толпу.

– Без комментариев, – коротко ответил Алекс, торопливо ведя девушку к машине.

– Алекс, а как же все остальные леди? – вдруг донеслось до них. Джулия споткнулась. – Ты не оставил им надежды? Или у них есть хоть и маленький, но шанс?

По толпе окруживших их людей волной прокатился смех.

Алекс даже бровью не повел, помогая Джулии сесть в машину. Он словно не видел журналистов, назойливо лезших к нему, задававших бестактные вопросы.

– Почему ты на ней женился? Она ждет ребенка?

Этот вопрос заставил Джулию вздрогнуть. Натянутая улыбка, прилипшая к ее лицу, пока она шла от церкви до машины, исчезла, и она машинально взглянула на человека, сидевшего рядом.

Почему он на ней женился?

Он, который встречался едва ли не со всеми красивыми и знаменитыми женщинами планеты? Мужчина, который мог соблазнить любую одним лишь взглядом темно-синих глаз…

Почему он женился именно на ней? Не на Элис Миллер, Ингрид Сиверс или еще какой-нибудь известной всему миру красотке? А на ней – почти нищей, абсолютно обычной…

Навряд ли хоть кто-нибудь смог бы прочитать ответ на этот вопрос на неподвижном лице Александра Вентворта. Этот вопрос Джулия задавала себе неоднократно, находила на него сотни ответов и все ответы тут же отметала.

– Почему вы это сделали? – тихо спросила она у мужчины, который полчаса назад стал ее мужем. – Зачем женились на мне?

Чуть повернув голову, Алекс внимательно посмотрел на сидевшую рядом с ним девушку. Что он мог ответить кареглазой принцессе в льдисто-голубом свадебном платье? Что он любит ее? Хочет сделать счастливой? Это звучало бы как откровенная издевка! Любит – и поэтому шантажом вынудил девушку принять его предложение! Да она просто плюнет ему в лицо после этих слов! И будет права!

– Понятно, – пробормотала девушка, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. А золотые искорки в ее глазах погасли.

До самого аэропорта Джулия не проронила больше ни слова.

11

Сквозь тонированные стекла лимузина Джулия с безразличием наблюдала за тем, что происходило снаружи. В огромном ангаре несколько десятков людей суетились вокруг большого самолета, словно муравьи вокруг муравейника. А руководил всей этой суетой маленький жилистый мужчина в надвинутой на лоб кепке. Его короткие резкие приказы рассекали воздух и заставляли людей бегать еще быстрее.

Тихо хлопнула дверь, и девушка вздрогнула. Она даже не заметила, как Алекс Вентворт вышел из машины. И не сдержала горькой улыбки – он не сказал ей, как будто ее и не было вовсе. А зачем? Она – никто, обязательное приложение к его детям… Не больше.

– Джулия, – дверь с ее стороны распахнулась и она увидела своего мужа, протягивающего ей руку. Осторожно вложив в его ладонь свои пальцы, она вышла из машины.

Люди, за которыми она наблюдала несколько минут назад, стояли в ряд около самолета, а возглавлял шеренгу невысокий мужчина в кепке.

– Мистер Стоун, – негромко сказал Вентворт, и мужчина сделал шаг вперед.

– Джулия, – он повернул голову к девушке, – разреши представить тебе Моргана Стоуна, командира моего самолета. Морган, это моя жена Джулия.

– Мэм, – сдернув с головы кепку, мужчина протянул Джулии руку. – Очень приятно.

– Мне тоже, мистер Стоун, – девушка пожала мозолистую ладонь мужчины, с интересом рассматривая его. На вид ему было около сорока. Лысый череп, суровые, словно обветренные, черты лица, сжатые тонкие губы. Он окинул ее быстрым взглядом дымчато-серых глаз, и Джулия поняла, что за считанные секунды он успел составить о ней определенное мнение.

– Сэр, – раздался сзади голос Дика Мерфи. – Миссис Клептон и мальчики приехали.

– Мистер Стоун? – темная бровь Алекса поползла вверх.

– Самолет готов к полету, сэр, – спокойно сказал тот.

– Я могу… – нерешительно начала Джулия, бросив неуверенный взгляд в сторону трех остановившихся у ангара кадиллаков. Двери второй машины были распахнуты, но из нее никто не вышел.

– Я провожу тебя, – Алекс коротко взглянул на машины.

– Тихо, – кудрявая брюнетка приложила палец к губам, когда Алекс и Джулия подошли к кадиллаку. На коленях женщины спали два мальчика.

– Спасибо, Джен, – Джулия аккуратно взяла одного из детей. Ребенок на секунду распахнул темно-синие, затуманенные сном, глаза, пошевелился, устраиваясь поудобнее на руках у матери, и снова заснул.

– Можно, я возьму Мэтти? – шепот Лили раздался за ее плечом. Джулия повернулась, собираясь кивнуть, и с удивлением поняла, что вопрос предназначался не ей. Одетая в джинсы и простую футболку с короткими рукавами, Лилиана Венвторт просительно смотрела на своего старшего брата.

– Нет, – отрезал тот, взглянув на Джулию. – Я сам.

И он осторожно взял мальчика на руки.

– Ты его крепко держишь? – взволнованно зашептала Лили, заглядывая в лицо спящего ребенка. – Ты никогда не держал маленьких детей!

– Я держал тебя и Марка, – тихо ответил Алекс, вглядываясь в сына. Кудрявые спутанные волосы, длинные черные ресницы, маленькая ямочка на щеке – он с удивлением рассматривал черты ребенка, находя в них что-то знакомое.

Маленькие темные бровки на лице мальчика зашевелились, словно он почувствовал неладное. Синие глаза, точно такие же, как у него, внезапно открылись, и Алекса с головой накрыла волна незнакомых до этого момента ощущений. Радость, счастье, любовь, нежность к малышу, которого он держал на руках, были настолько сильны, что мужчина на секунду смутился.

– Мэтти, – хрипло прошептал он, не в силах справиться с захлестнувшими его эмоциями.

Несколько долгих секунд мальчик смотрел на него, а затем маленькие губки задрожали. Синие глаза наполнились слезами, и сын разразился громким плачем.

Алекс растерянно взглянул на Джулию. Рыдания Мэтти становились все сильнее, и впервые в жизни он не знал, что делать. Он, такой сильный и независимый, ощутил вдруг себя совершенно беспомощным.

Девушка еле заметно улыбнулась

– Лил, – Джулия аккуратно передала спящего Майка Лили. – Отойди подальше, чтобы Мэтти не разбудил его.

Лили кивнула головой и быстрым шагом пошла вглубь ангара.

– Дайте его мне, – протянула руки Джулия, и Алекс с явной неохотой отдал ей ребенка. Осторожно прижав головку сына к своему плечу, девушка поглаживала вздрагивающую спинку, тихо шепча слова утешения.

– Все хорошо, мой маленький. Мама рядом. Не плачь. Все хорошо.

Она уговаривала его, целовала темные кудри на висках, гладила маленькие ручки и ножки. Уткнувшись лбом в плечо матери, мальчик плакал, никак не желая успокаиваться. А Алекс заворожено наблюдал за этим, не в силах сдвинуться с места.

– Странное ощущение, не правда ли? – Джен Клептон, невысокая кудрявая брюнетка, встала рядом с ним. Мужчина молча кивнул, соглашаясь. И вдруг подумал, что, женившись сегодня на Джулии, он, пожалуй, совершил единственный стоящий поступок в своей жизни. Он взял на руки сына – и все, что имело смысл раньше, показалось вдруг незначительным. Сделки, слияния, вереницы женщин, у большей части из которых он не помнил даже имен. Все это не стоило слез, крупными каплями катившихся по щекам его ребенка. И этот маленький мальчик, который изредка отрывал головку от плеча Джулии лишь затем, чтобы взглянуть на него и снова расплакаться, был его частью. Его и Джулии. Тем, что связало их гораздо прочнее всех клятв и обещаний, которые они принесли сегодня друг другу в церкви.

– Он просто еще не привык к вам, – спокойно сказала жена Макса, исподтишка наблюдая, как ежесекундно меняется лицо Вентворта. Готовность броситься на помощь к плачущему сыну сменялась полной растерянностью, а затем и недоумением.

– Я его отец, – пробормотал Алекс, словно этим было сказано все.

– Ну и как вы собираетесь объяснить это годовалому ребенку, который видит вас впервые в жизни? – усмехнулась она. А мужчина непонимающе взглянул на нее.

Джен Клептон, жена Макса, смотрела на него, вопросительно подняв правую бровь. Кудрявая, невысокая, обычная – вот первые слова, которые пришли на ум Алексу. И вместе с тем в серых глазах женщины, без всякого стеснения разглядывающих его, он увидел недюжинный ум.

– Я вам неприятен? – в лоб спросил эту маленькую женщину Алекс, а Джен взглянула на него с интересом.

– Да, – просто сказала она. – Но это, я думаю, не должно вас беспокоить.

– Нет, напротив, – парировал он, глядя на Джулию, укачивающую Мэтти. – Ведь мы же теперь родственники.

– Не могу сказать, что меня это радует, – отрезала женщина.

– Вы осуждаете меня? – сухо спросил мужчина.

– Я осуждаю методы, которыми вы действуете. Хотя признаю, что цели у вас благие.

Алекс в знак благодарности склонил голову.

– Вы – вторая женщина в моей жизни, на которую я не произвел абсолютно никакого впечатления, – то ли шутя, то ли серьезно сказал Вентворт.

– Неужели нас так мало? – деланно изумилась Джен Клептон. И поинтересовалась.

– А кто первая?

Алекс повернул голову. В нескольких шагах от них, держа спящего сына на руках, стояла Джулия.

– Моя жена, – просто сказал Вентворт, а взгляд его, устремленный на девушку, потеплел. Прикусив нижнюю губу, Джен Клептон попыталась сдержать рвущуюся наружу улыбку. Ей будет что сегодня рассказать своему мужу.

12

Сидя на краю огромной кровати, занимавшей половину комнаты, Джулия пыталась связать в единое целое то, что произошло с ней сегодня.

Она вышла замуж.

И сейчас летит на самолете в Дубай. Если бы не шум двигателей, она бы с уверенностью сказала, что находится в номере дорогого отеля где-нибудь в центре Лондона.

Девушка еще раз оглядела комнату. Выдержанная в синих тонах, с небольшим диванчиком в изножье кровати и зеркалом во всю стену, которое отражало уставшую ссутулившуюся блондинку в роскошном свадебном платье с драгоценной диадемой в волосах. Под глазами залегли темные круги, которые не скрывал даже искусно наложенный макияж. Рот кривился в робкой попытке улыбнуться, но это плохо получалось. Глубоко вздохнув, словно устав бороться с действительностью, Джулия осторожно сняла диадему и вытащила шпильки, удерживающие локоны в прическе. Это все не для нее… Драгоценности, дизайнерские платья… Она простая девчонка из Вентсворта, которая носит джинсы и кроссовки и знает, как дорого стоит самая маленькая булочка в разгар туристического сезона.

Аккуратно положив диадему в изголовье кровати, девушка с грустью подумала, что Алекс привезет ее на свой остров и оставит там. Подальше от людских глаз. Она будет жить в его доме и воспитывать его сыновей. И все. На этом ее роль жены Александра Вентворта закончится. Он уедет. Конечно, он будет изредка навещать ее, соблюдая приличия. Газеты опять будут пестреть домыслами о его связях с красивыми женщинами. А ей останутся бесконечно длинные ночи, полные одиночества и напрасных сожалений о мужчине, для которого она ровным счетом ничего не значит.

Она взглянула на двух маленьких мальчиков, тихо посапывающих под ровный гул двигателей летящего самолета и, подобрав широкую юбку свадебного платья, легла рядом. Подложив под голову руку, Джулия с нежностью смотрела, как спят ее дети. Спокойствие, покинувшее ее в тот день, когда Алекс Вентворт неожиданно ворвался в их жизнь, мягко окутало девушку. Умиротворенно вздохнув, Джулия закрыла глаза.

– Алекс, с тобой все в порядке? – с тревогой спросила Лили, заглядывая в лицо старшему брату. – Ты выглядишь как-то странно…

Алекс еле заметно усмехнулся. А как он еще может выглядеть? Еще месяц назад он строил планы дальнейшей совместной жизни с Элис. А теперь везет в свой дом Джулию, которая не хочет иметь с ним ничего общего. Две недели назад он думал о том, как назовет своего первенца. А теперь у него есть Мэтти и Майкл – его сыновья. Сыновья его и Джулии.

– Я в порядке, – неопределенно ответил мужчина, глядя на белые пушистые облака, проплывающие за стеклом иллюминатора.

– Ну и как оно? – робко спросила Лили. – Быть отцом?

Алекс медленно повернул голову. Забравшись с ногами в кресло, стоящее напротив, девушка нетерпеливо ожидала его ответа. Быть отцом… Алекс никогда не думал, что столько любви и нежности может заключаться в маленьком хрупком теле ребенка. Он держал своего сына на руках и желание защитить его, уберечь от всех бед было таким всепоглощающим, таким беспредельным, что ему стало не по себе. Всю жизнь он контролировал свои эмоции, не давая им вырваться наружу. И только глядя в синие, переполненные слезами, глаза своего ребенка он понял, как долго ждал этого момента.

– Замечательно, – сухо ответил Алекс. Поднявшись, он направился в хвост самолета, туда, где была спальня.

Проводив его недоуменным взглядом, Лили повернулась к Дику Мерфи, сидящему в дальнем конце салона. Нацепив на нос очки, тот с умным видом, так не вязавшимся с его массивной фигурой и торчащим под мышкой пистолетом, читал какую-то книгу.

– Зачем ты сделала это? – взглянув на девушку поверх очков, негромко спросил он, как только Алекс Вентворт вышел из салона. Мерфи был единственным из служащих Алекса, который обращался с ней как с равной, словно забывая, что она сестра хозяина.

– Что? – хлопнула ресницами девушка.

– Лили, – Мерфи снял очки и потер уставшую переносицу. – Сколько газет ты обзвонила?

Несколько долгих секунд Лили смотрела на него с открытым ртом, а потом упрямо сказала.

– Весь мир должен знать, что они поженились.

– А зачем? – поинтересовался Дик. – Это никого, кроме мистера Вентворта и Джулии не касается.

– Как зачем? – на мгновение растерялась Лили от такого наивного вопроса, а потом жарко заговорила.

– Алекс – публичная персона, и общественность должна была увидеть его жену. Слух об их свадьбе все равно просочился бы в прессу. Если бы он увез ее тайно на остров, то все бы думали, что она какая-то уродка или ее вообще нет!

– Может, у твоего брата были причины не предавать гласности свою женитьбу? – мягко возразил Мерфи.

– Ха, причины! – фыркнула Лили. – Если бы Джулия была голливудской актрисой или дочкой какого-нибудь лорда, все газеты знали бы об их свадьбе еще за год! А тут будущий герцог женился непонятно на ком…

И она выразительно замолкла.

– Да, – невесело усмехнулся Дик, – не слишком же ты высокого мнения о своем брате!

Лили слегка покраснела.

– А мысль о том, что мистер Вентворт просто дает Джулии время привыкнуть к новой жизни не приходила в твою умную головку? – в лоб спросил Дик. – Осознать то, что отныне любое ее слово, любой неосторожный жест или поступок может стать предметом обсуждения не только родных, но и миллионов совершенно незнакомых ей людей. Она больше не обычная девушка, она – жена одного из самых известных людей Британии, публичная персона, как ты сказала. И только поэтому твой брат не хотел пока официально представлять ее обществу.

– Что сделано, то сделано, – растерянно пробормотала девушка, пытаясь скрыть смущение. – Сейчас уже ничего не изменишь…

Дик Мерфи лишь многозначительно пожал плечами, нацепил на нос очки и вновь погрузился в чтение.

Замерев на пороге, Алекс с непонятным ему самому благоговением рассматривал развернувшуюся перед его глазами картину.

Два мальчика, абсолютно одинаковые, и так похожие на него, спокойно спали, накрытые рукой матери. Темные вьющиеся волосы, упрямо выдвинутые вперед маленькие подбородки, ямочки на щеках. И в то же время они чем-то неуловимо напоминали ему Джулию. Может, крохотными вздернутыми носиками? Мужчина еле заметно улыбнулся – он мог бы смотреть на Майкла и Мэтти часами.

Взгляд Алекса скользнул по руке Джулии, которая придерживала мальчиков. Подложив под голову ладонь, его жена спала. Светлые локоны разметались по покрывалу, темные ресницы, словно крылья бабочки, чуть трепетали на бледных щеках, ярко-алый рот был слегка приоткрыт. Полуобнаженная грудь опускалась и поднималась в такт дыханию девушки, и Алекс вдруг почувствовал, как кровь быстрее запульсировала по венам. Желание, острое, как бритва, полоснуло его по телу. Он мечтал о ней… Она сотни раз приходила к нему во сне… Иногда, забываясь, он называл ее именем ту, которая была с ним в этот момент рядом. Не в силах больше сдерживать себя, мужчина опустился на край кровати.

– Моя жена, – тихо сказал он, осторожно убирая волосы с лица спящей девушки. – Моя…

Джулия пошевелилась. Темные ресницы дрогнули, и карие глаза, все еще затуманенные сном, непонимающе взглянули на него.

– Алекс? – удивленно протянула девушка, словно совсем не ожидала увидеть его. Глаза распахнулись еще шире, и она резким движением села на кровати.

– Я заснула, – извиняющимся тоном прошептала Джулия, совершенно не зная, что делать и как вести себя с ним. Алекс Вентворт со странным выражением на лице пристально смотрел на нее, и девушка никак не могла понять, что же кроется в глубине его темно-синих глаз. Он был ее мужем, он был отцом ее детей, и в тоже время он был для нее незнакомцем. Он и она – они были словно с разных планет. Абсолютно разные.

– Ты вольна делать все, что тебе угодно, – сухо сказал мужчина, поднимаясь.

– Я не уверена, – осторожно возразила девушка, глядя на него снизу вверх, – что это так.

Алекс вздрогнул и внимательно всмотрелся в лицо жены.

– Я не совсем тебя понимаю, – медленно сказал он.

– Вы все прекрасно понимаете, – напряженно выпрямившись, сказала девушка. – Так же, как и два года назад, я буду следовать лишь вашим пожеланиям. Не более того. И ни о какой свободе воли не может быть и речи. Это просто метафора. Я снова ваша пленница. Не правда ли?

– Плохая примета – начинать супружескую жизнь со ссоры, – невесело усмехнулся Алекс, любуясь ее лицом. Она пыталась сдерживать свой гнев, и это у нее получалось. Но он знал, что ее глаза становились черными, когда она злилась, а тонкая кожа покрывалась еле заметным румянцем. Как сейчас.

– Тогда объясните мне! К чему такая спешка? Почему мы летим в Дубай? Почему нельзя было остаться в Лондоне? Я чувствую себя пешкой в игре, смысла которой не понимаю! – она говорила шепотом, чтобы не разбудить спящих рядом сыновей.

– Там мой дом, – просто сказал Алекс, и от этих слов Джулии вдруг стало ужасно неловко. – А ты – моя жена. Теперь это и твой дом тоже. А в Лондоне мы не могли остаться по одной простой причине – я не хочу, чтобы ты стала объектом травли желтой прессы. Не хочу, чтобы ты читала все то, что напишут про тебя и твоих родных падкие до сенсаций журналисты. Не хочу, чтобы ты расстраивалась из-за этого и жалела о том, что однажды решила связать со мной свою жизнь

Джулия почувствовала, как румянец стыда заливает ей лицо.

– Простите, – пробормотала она, стараясь не смотреть на своего мужа. – Я об этом не думала.

– Потому что в твоей жизни этого никогда не было, – и в голосе Алекса Вентворта послышались отголоски старой, так и не забытой, трагедии, произошедшей с его матерью. – Тебя оболгут, твоих родственников обольют грязью, миллионы будут считать, что они знают о тебе все. Тебя будут обсуждать, смеяться за твоей спиной, критиковать твои волосы и походку. Тебя разберут на части, а потом склеят так, что никто, и ты сама в том числе, не узнает тебя. Сегодня тебя будут ругать, завтра – хвалить. Вот что значит публичная жизнь. Ты даже умыться не сможешь без того, чтобы кто-то это не увидел и не превратил в последнее пророчество Апокалипсиса. Ты не сможешь спокойно сделать и шага, чтобы свора журналистов не увязалась за тобой в надежде сделать пикантный кадр и продать его потом за баснословные деньги.

– Но зачем? – наивно удивилась девушка. – Кому интересно, куда я пошла?

– Джулия, неужели ты не понимаешь? Ты – моя жена! Ты – будущая герцогиня! – и с каждым его словом глаза девушки открывались все шире. – А я, – мужчина еле заметно усмехнулся, – жил далеко не монахом!

Джулия вздрогнула. Она вспомнила сотни фотографий в глянцевых журналах. О нем и о его женщинах писали, пожалуй, не меньше, чем о королевской семье. Если не больше.

– Наша свадьба лишь подхлестнет интерес общественности к моей семье. А, следовательно, и охоту на тебя и на меня. Вот именно поэтому я везу вас в Эмираты – место, где я смогу вам обеспечить полную безопасность. И спокойную жизнь.

Моя жена. Моя семья. Мой дом. Джулия, как завороженная, слушала тихий спокойный голос. Он убаюкивал ее, ей хотелось верить в то, что она слышит. Что она теперь не одна, что Алекс будет заботиться о ней и детях, что у нее теперь есть свой дом. Девушка на секунду прикрыла глаза.

– С тобой все в порядке? – еле уловимая нотка тревоги проскользнула в его голосе. Или ей просто показалось?

Джулия молча кивнула. Да, с ней все в порядке, если это можно так назвать. Потому что ей в мужья достался самый непонятный мужчина на свете. Девушка украдкой взглянула на него. Как он может быть одновременно таким жестоким и таким заботливым? Он шантажом вынудил ее выйти за него замуж, и в тоже время не хочет, чтобы она расстраивалась из-за каких-то там дурацких статей, которые про нее напишут журналисты. Две недели назад он угрожал забрать у нее детей, а теперь везет их в свой дом.

Еле слышные причмокивающие звуки заставили девушку улыбнуться и повернуть голову. А в следующую секунду на нее уставились большие синие глаза.

– Майк, – ласково прошептала она, протягивая к ребенку руки. – Ты проснулся.

– Как ты их различаешь? – хрипло спросил Алекс, глядя на сына. – Они абсолютно одинаковые…

– Нет, – Джулия покачала головой. – Они совершенно разные.

И кинула лукавый взгляд на мужа.

– Позовите его.

– Что? – вздрогнул Алекс.

– Позовите его, – повторила девушка, осторожно убирая темные волосы со лба мальчика.

– Майкл, – Алекс всеми силами старался, чтобы его голос звучал как можно мягче. – Иди ко мне.

– Это папа, – проворковала Джулия, и странная дрожь пронзила тело мужчины. Малыш смотрел на него темными синими глазами, а у него было ощущение, что он смотрит в зеркала.

– Майк, – еще раз позвал он и осторожно взял сына на руки, чувствуя, как нежность к ребенку укутывает его с головы до ног в большое мягкое одеяло. – Майкл…

Ребенок серьезно смотрел на него, и Алекс нерешительно улыбнулся.

– Он не заплачет? – тихо поинтересовался он у Джулии.

– Нет, – покачала головой та. – Он куда спокойнее Мэтти. Тот признает только Джен и Лили. Ну, вот, – повернув голову, девушка пробормотала, – И Мэтти проснулся.

Она взяла на руки второго ребенка, и, заглянув в лицо мальчика, осторожно сказала.

– Папа.

– Он словно думает, заплакать ему или нет, – прошептал Алекс, глядя на сосредоточенного Мэтти.

Дверь тихо приоткрылась.

– У вас все в порядке? – негромко поинтересовалась Лили, переводя взгляд с Джулии на брата и обратно. Джулия и Алекс взглянули друг на друга.

Никогда, даже в самых своих смелых мечтах, Джулия не думала, что увидит Александра Али Вентворта, держащего на руках ее ребенка. Майкл, как и Мэтти, был точной копией отца – маленькая ямочка на подбородке, темные вьющиеся волосы, синие глаза. Даже если бы она захотела – она никогда не смогла бы забыть о существовании Алекса. Оба сына каждую минуту напоминали ей о нем.

– Все хорошо, – тихо прошептала она, не в силах отвести взгляд от лица мужа.

Лили почувствовала, что про нее вдруг все забыли, и немедленно напомнила о себе.

– Я взяла тебе джинсы и майку. Переоденься, а то платье…

– Нет!

И обе девушки недоуменно взглянули на Алекса.

– Но, Алекс, – попробовало было возразить Лили, – платье очень тяжелое. К тому же, корсет – не самый приятный вид одежды.

Пристально глядя в глаза Джулии, Вентворт мягко пояснил.

– Я хочу, чтобы ты вошла в мой дом так, как полагается моей жене. И чтобы ни у кого не возникло в этом сомнений. А джинсы – не самый подходящий вид одежды, – насмешливо взглянул он на сестру, – для знакомства с персоналом.

– Там все знают Джулию, – проворчала Лили. – Все видели ее. И не зачем мучить бедняжку, чтобы произвести на миссис М. или на Салли какое-то там впечатление.

– Нам осталось лететь, – проигнорировав замечание сестры, Алекс мельком взглянул на часы, – совсем немного. Ты сможешь потерпеть еще часа три?

В его голосе Джулия услышала не приказ, а только просьбу. И поняла вдруг, что он согласился бы с любым ее решением. Даже если бы она захотела войти в его дом в качестве жены в самом откровенном бикини. Так почему же ей не выполнить его маленькое желание, которое доставит ему удовольствие, а от нее не потребует никаких усилий?

– Конечно, – мягко улыбнулась девушка, заметив, как потеплели глаза Алекса.

– Спасибо, – тихо поблагодарил он.

13

Ничего не изменилось. Все так же пальмы стрелами взлетали к небу. А ярко-бирюзовые волны с тихим шелестом бились о берег. Джулия на секунду закрыла глаза, подставив лицо теплому ветру, дувшему с моря. Ей на секунду показалось, что все это ей просто приснилось. Алекс, дети, свадьба… И Робби сейчас подойдет к ней, перекатывая во рту свою неизменную жвачку, и скажет, что у нее заказ.

– Джулия, – негромко позвал ее голос, от звуков которого сердце замирало в груди, а потом начинало биться, словно пойманная в силки птичка. Распахнув глаза, девушка с удивлением смотрела на высокого темноволосого мужчину, предлагающего ей руку. Неуверенно заглянув ему в лицо, она осторожно положила ладонь на его согнутый локоть.

– Никогда не думала, что вернусь сюда, – слова вырвались у нее сами собой.

– Я тоже, – со странным выражением на лице сказал Алекс. – Идем?

Джулия кивнула. Ощущение, что она дома, с каждым шагом становилось все сильнее. И она жадно оглядывала все вокруг: белые мощеные дорожки, убегавшие в сад, кусты жасмина, огромные роскошные клумбы, пестрые от разнообразия посаженных в них цветов.

– Я уже и забыла, как здесь красиво, – прошептала девушка, глядя на четкий чеканный профиль мужчины, идущего рядом. Он ничего не ответил, лишь уголки губ дрогнули в еле уловимой улыбке.

Они остановились в нескольких десятках шагов от дома. Прямо перед парадным входом, выстроившись в шеренгу, стояли слуги, возглавляемые миссис Мэллоун. Джулия с каким-то странным облегчением отметила, что старая женщина совсем не изменилась – та же гордая осанка и прямой немигающий взгляд. Только в уголках глаз появилось несколько новых морщинок.

– Мистер Вентворт, – Марта сделала несколько шагов навстречу Алексу, а в ее голосе Джулия расслышала с трудом сдерживаемые слезы. – Это такое счастье…

Она смотрела на него как на заблудшего сына, вернувшегося домой после долгих скитаний. И даже не замечала, что с ним рядом есть кто-то еще.

– Ну, перестань, – Алекс заключил пожилую женщину в объятия. – Я вернулся. Не надо плакать.

– Ты не понимаешь, – утирая маленькой пухлой ладонью катящиеся из глаз слезы, прошептала женщина. – Я уже и не надеялась увидеть тебя здесь когда-нибудь…

– Ты помнишь Джулию? – отстранившись, он повернулся туда, где стояла девушка, и протянул ей руку.

– Джулию? – недоуменно переспросила Марта, вытирая остатки слез с лица. – Да, я помню Джулию…

Хорошая девочка.

И тут же светло-голубые глаза подозрительно сузились.

– Мистер Алекс? – недоверчиво спросила она, переводя встревоженный взгляд с девушки на хозяина и обратно.

– Она моя жена, Марта, – предвосхищая все вопросы, готовые вот-вот сорваться с языка старой экономки, просто сказал Алекс. – Мы сегодня поженились.

Казалось, эта новость произвела на миссис Мэллоун просто ошеломляющее впечатление. Старая женщина вздрогнула и бросила непонятный взгляд через плечо – туда, где стояли остальные слуги.

– Поженились? – неуверенно спросила она, а Джулия вдруг подумала, что старая Марта, точно так же, как и мать ее мужа, считает, что они совсем не пара с Алексом.

– Не переживай, – словно услышав ее невеселые мысли, Алекс положил ей на талию руку и прижал к себе. – Она просто не может прийти в себя от радости!

Но Джулия не была уверена, что Марта Меллоун рада видеть ее женой своего хозяина. Да и все остальные тоже. Прислуга бросала на нее косые взгляды, а Салли, старшая горничная, даже открыла рот, словно хотела что-то сказать.

– Но это еще не все, – Алекс отступил в сторону, освобождая обзор старой женщине. – У меня есть еще один сюрприз для тебя.

По широкой дороге, мощеной белым камнем, шла Лили в сопровождении Дика Мерфи. Она катила коляску, в которой сидели два маленьких мальчика.

Марта Меллоун, всем телом подавшись вперед, впилась глазами в детей.

– Марта, – улыбнулся Алекс, бросив лукавый взгляд на Джулию, – разреши представить моих сыновей. Мэттью Александр Вентворт. Майкл Френсис Вентворт.

– Боже! – женщина прикрыла ладонью рот, переводя ошеломленный взгляд с Алекса на мальчиков и обратно. – Твои дети… О Боже!

Из выцветших голубых глаз градом покатились слезы. Не замечая их, Марта сделала несколько шагов вперед, к коляске, где сидели малыши.

– Не думала, что доживу до этого дня, – прошептала она, беря на руки Мэтти. Алекс весь напрягся, ожидая пронзительного плача сына, однако мальчик, взглянув на старую женщину серьезными синими глазами, доверчиво прильнул щечкой к ее плечу.

– Хороший мой, – шептала Марта, поглаживая ребенка по маленькой спинке. – Как же ты похож на своего отца!

– По-видимому, только ко мне мой сын относится с подозрением, – пробормотал Алекс.

– Он слишком мало видел в жизни мужчин, – тихо сказала Джулия. – Он привыкнет.

– Я надеюсь, – туманно ответил Алекс и повернулся к Джулии. Смерив девушку непонятным взглядом, он подхватил ее на руки.

Джулия изумленно заглянула в лицо мужу. И, словно зачарованная, не смогла отвести взгляда.

– Таков обычай, – прошептал он, слегка коснувшись полуоткрытых губ девушки мимолетным поцелуем. Джулия кивнула. Теплый ласковый ветер, шелест пальмовых листьев, темные синие глаза мужа, которые завораживали своей глубиной – все это пьянило, застилая разум плотным розовым туманом счастья, приподнимало над землей. И она забыла, каким образом вышла замуж за мужчину, который на руках переносил ее через порог своего дома. Который стал теперь их общим домом.

– Алекс? – смутно знакомый удивленный голос мгновенно развеял все волшебство, окутавшее их. Джулия почувствовала, как Алекс весь напрягся. Осторожно разжав руки, он поставил девушку на мраморный пол и выпрямился.

Посреди огромного холла стояла Элис Миллер с зажатыми в обеих руках розовыми открытками. Она удивленно переводила глаза с Джулии на Алекса и обратно, пытаясь осмыслить то, что увидела.

– Элис, – Алекс первый нарушил молчание, становившееся с каждой секундой все драматичнее. Сделав несколько шагов к застывшей, словно изваяние, женщине, он негромко добавил. – Я все объясню!

Но та словно не слышала его. Огромные карие глаза, ставшие почти черными на побледневшем лице Элис, впились в Джулию. Взгляд женщины медленно скользнул по ее волосам, лицу, груди, скользнул по рукам и замер, наткнувшись на обручальное кольцо на безымянном пальце девушки. Розовые открытки, которые Элис держала в руках, тихо выпали из разжавшихся пальцев женщины. Бросив затравленный взгляд на Алекса, Элис Миллер развернулась на каблуках и быстрым шагом пошла вглубь дома.

– Прости, – даже не взглянув на жену, бросил Вентворт и пошел за Элис.

Все оказалось сном, прекрасной иллюзией, которой она поддалась на несколько минут, забыв, кто она такая. Девушка горько улыбнулась – было очень глупо с ее стороны думать, что Александр Вентворт испытывает к ней хоть что-то, хоть какие-то чувства. Он женился на ней потому, что хотел видеть каждый день, как растут его дети. Элис Миллер – вот женщина, с которой Алекс действительно мечтал связать свою судьбу. Он любит ее. Джулия вздрогнула от этой мысли и обвела невидящим взглядом огромный холл. Она здесь совершенно чужая. Все здесь приготовлено не для нее. И она не нужна здесь никому.

На негнущихся ногах она вышла из дома. Никто не обратил на нее ни малейшего внимания. Вся прислуга окружила Лили и миссис Мэллоун, громко восхищаясь наследниками Вентворта, передавая их из рук в руки под неусыпным наблюдением Дика Мерфи.

Осторожно обойдя это шумное сборище, Джулия медленно пошла по одной из дорожек сада, петляющей между деревьями. Заходящее солнце окрасило кусты и деревья в розовый цвет, но окружающая ее прелесть природы внезапно пропала. Девушку уже не радовал ни теплый ветер, ни аромат роз, перемешанный с соленым запахом моря. С трудом приподняв подол своего свадебного платья, которое вдруг стало весить целую тонну, Джулия зашла в беседку и тяжело опустилась на каменную скамейку. Прислонившись затылком к нагретой солнцем мраморной колонне, она устало закрыла глаза.

– Элис, постой! – Алекс догнал ее на теннисном корте. – Позволь мне все объяснить!

– Объяснить? – женщина молниеносно развернулась к нему. – А что тут объяснять? И так все понятно! Ты женился! Женился на другой! Хотя две недели назад сделал предложение мне! Мне! – крикнула Элис.

– Прости, – выдавил Алекс, чувствуя себя последним ублюдком.

– И это все? – карие глаза Элис сузились. – Это все, что ты мне можешь сказать? Просто «прости»! Я десять дней подряд звонила тебе, я писала тебе! Почему ты мне не перезвонил? Тебе трудно было сказать, что между нами все кончено? Что ты не женишься на мне? Зачем выставлять меня полной дурой в глазах людей?

– Элис, я не хотел…

– Даже не смей оправдываться! – она со всего размаху залепила ему пощечину. Алекс не шевельнулся – Элис была абсолютно права. Он все это заслужил.

– Твоя секретарша из офиса в Нью-Йорке позвонила мне и сказала, где ты будешь, – горько продолжила женщина, медленно отступая от него. – И я подумала – почему бы не устроить тебе сюрприз? Ты приедешь домой – а я жду тебя здесь…

– Элис…

– Сюрприз получился на славу! – она не отводила переполненных слезами глаз от его лица. – Ты приехал с женой! Ненавижу тебя!!!

Она разрыдалась, по-детски размазывая пальцами слезы по щекам.

– Прости! – Алекс не знал, что можно еще сказать в подобной ситуации. Все слова были здесь абсолютно лишние.

– Прекрати повторять это снова и снова! – она накинулась на него с кулаками, замолотила по груди. Мужчина поморщился – удары ее маленьких кулачков были весьма болезненны. – Как будто это сможет что-то исправить!

Алекс схватил ее за запястья и осторожно отвел руки от себя. Заглянув в заплаканные, опухшие от слез глаза женщины, он тихо предложил.

– Элис, я готов компенсировать…

– Что, деньги? – презрительно прошипела она ему в лицо.

Алекс промолчал. Какими деньгами можно искупить то унижение, которое по его вине перенесла Элис? И перенесет в будущем… Он сам предложил ей пожениться месяц назад, и все вокруг знали или догадывались об их скорой свадьбе. Они строили совместные планы на будущее, решали, где проведут медовый месяц… И все в одну секунду рухнуло. Ему нравилась Элис, он даже думал, что испытывает к ней какие-то чувства. Но он заблуждался. Он понял это, как только увидел Джулию. Растрепанная, в грязной одежде – даже такая она была ему желаннее самой красивой женщины на свете. Желаннее Элис. И он смотрел в заплаканное лицо своей бывшей невесты и понимал, что обманул не только ее. Он обманывал и себя, думая столько времени, что кто-то сможет заменить ему Джулию.

– Я не хотел, что бы все так получилось, – глухо сказал он, глядя в ее бледное, с потеками туши на щеках, лицо. – И меньше всего хотел причинить тебе боль. Прости…

– Алекс, но почему? – голос Элис был еле слышен. Вспышка ярости внезапно прошла, и перед ним опять была та мягкая нежная женщина, которую он знал, на которой собирался жениться всего месяц назад. Месяц назад… А ему вдруг показалось, что прошло больше года – столько он пережил за последние две недели.

– У меня и Джулии двое общих детей, – просто сказал он. Элис так резко отпрянула от него, что непременно упала бы, не держи он ее за руки. Рот ее удивленно приоткрылся, а карие глаза забегали по его лицу, словно хотели убедиться в том, что он не лжет.

– Но как? – прошептала она. – Когда… Ты не знал?

– Я не знал, – совершенно искренне ответил он. – Мне сказала Лили две недели назад.

– Лили… – горько пробормотала женщина, глядя куда-то в сторону. – Опять твоя сестра… Она всегда меня ненавидела…

– Элис, прошу тебя, не надо, – он осторожно привлек женщину к себе.

– Тебе обязательно нужно было жениться на ней? – глухо спросила Элис.

– Это был единственный способ, – он сглотнул, понимая, что может сказать ей только часть правды, чтобы не причинить еще большую боль, – получить опеку над моими сыновьями.

– У тебя теперь семья, – с трудом сказала она, глядя на него влажными глазами. – А как же я? Что будет со мной? Мы еще увидимся?

Алекс молча покачал головой.

– Ты будешь с ней, – сделала свои выводы Элис. – Значит, дело здесь не только в детях… Я права?

Он ничего не ответил.

Она несколько долгих секунд смотрела на мужчину блестящими от слез глазами, а затем осторожно высвободилась из его объятий, отступила на несколько шагов.

– Я больше не буду утомлять тебя своим присутствием…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.