Никанор Стариков
Защитники планеты – 1. Курс молодого бойца.

Данная книга написана как фанфик по миру Михаила Атаманова "Искажающие Реальность".

Глава 1

Я смотрел в окно из своего кабинета. В окне виднелись огромные пушистые белые сугробы, на площадке для полетов садился вертолет нашего начальника отдела. В дверь очень громко постучали, ко мне пришел мой заместитель.

– Товарищ майор, разрешите доложить.

– Докладывайте, – ответил я.

– Прилетел генерал-лейтенант Калинин. Он всех собирает в своей переговорной. Вам приказано прибыть на совещание, – отрапортовал молодой и сухощавый капитан. Он работал у меня уже три года. Хороший парень, всегда дисциплинирован и выбрит гладко, не жополиз, но и не шакалил. Последнее для меня было намного важнее.

– Да, капитан, идем, я только планшетку возьму.

Мы шли по большому темному коридору нашей конторы. Когда я первый раз попал сюда, эти коридоры оставили во мне неизгладимое впечатление.

На дворе был 2004 год, а мне было 17 лет. Теплым утром августовского дня позвонили в нашу квартиру. Мама открыла дверь и увидела в дверях, двух хорошо одетых мужчин. Один из них представился офицером госбезопасности, мама пустила их в квартиру. Они пошли на кухню и там сели, попросили позвать меня. Я, честно говоря, даже не представлял, в чем дело. Оба гостя выглядели одинаково, оба были одеты в черные костюмы, белые рубашки и черные галстуки. Они оба сильно смахивали на агентов из кинофильма про шпионов. Я сел на стул, который стоял на кухне, и всем своим видом показывал, что очень недоволен их приходом.

– Здравствуй, я Александр Александрович, сотрудник госбезопасности. Ты Старков Петр Никифорович?

– Да, это я.

– У нас есть несколько вопросов к тебе.

– Хорошо. Я готов на них ответить, – честно говоря, у меня душа ушла в пятки, я не понимаю, почему эти люди пришли к нам в дом, что они хотели от меня. Я прокручивал все возможные варианты и все возможные ситуации, которые прошли за последние несколько недель.

– Дело в том, Петр, что до нас дошла информация о том, что в вашем районе существует группировка молодых людей, которые устраивают периодически сетевые атаки на сервера госбеза. За последние несколько недель они восемь раз положили наши сервера. Петр, скажи, ты знаешь, что-нибудь об этом?

После этих слов мне хотелось бежать из квартиры. Откуда они знают, что это были мы с ребятами, которые клали на заказ серваки этих суперменов сети? Мне жалко тих бойцов невидимого фронта: каждый день сидеть за старыми компами и на скорости 14800 бит, а нам так хотелось справедливости по отношению к ним… Мы с друзьями периодически клали их сервера, так как восстановление работы одного занимало около недели, а те, кто на нем работал, получали два-три дня выходных. Вот так к нам однажды пришел молодой, но очень подслеповатый парень, с заказом: чтобы мы атаковали его сервер раз в неделю. Мы согласились, так как он платил неплохо. На мой вопрос: зачем ему так много выходных, – сказал, что у него больной отец и ему требуется сейчас постоянный уход. Нам даже было неудобно брать у него деньги, но мы их взяли и честно выполняли его заказ.

– Извините, Александр Александрович, я, честно говоря, слышал в сети что-то об этом, но ничем не могу помочь вам. Все, что я слышал, это то, что какие-то ребята ходят в бэкдор на 889:444 и издеваются над сисадминами этих серверов, так как дырок им закрывать очень много.

Рядом сидел второй представитель госбеза, и после моих слов начал ерзать на стуле, да так, что тот под ним заскрипел.

– Петр, меня зовут Сергей, – обратился второй представитель – Я тоже сотрудник госбезопасности, мы обладаем информацией о том, что ты и твои друзья, Батька, Азиат, и ты, Ледяной, создали хакерскую группу, которая исполняет заказы на атаки любых серверов в любых странах. Нам также известно, что ты их предводитель. В принципе, ваши действия мы считаем обоснованными, и даже полезными, но только тогда, когда атаки идут на сервера наших потенциальных врагов, а вот опасными – когда на нашу инфраструктуру. Петр, ваши действия – это не только противозаконно, это опасно, ты это понимаешь? Если ваше дело дойдет до суда, вас всех посадят надолго, и выйдете вы оттуда стариками.

Сидевшая рядом с нами на кухне мама побледнела и широко открыла глаза от услышанного. Для моей мамы, да и для многих, кто меня знал, это явно было большим открытием: узнать о том, что я хулиган, да еще и сетевой. Все свое детство я был спокойным и доброжелательным ребенком, в школе не дрался, всегда был дисциплинированным, занимался спортом, ходил на многие кружки. Мой отец – бывший офицер армии не существующей на этот день страны – был бы в два раза больше удивлен услышанным обо мне. Я был горд за себя и за своих друзей, потому что мы считали, что поступаем правильно.

Это был теплый вечер пятницы, мы сидели у дома Андрея, он же Батька: Мишка, он же Азиат, и я – Ледяной. Никнейм я взял из крутой тогда игры, звучало прикольно, да и перевод мне нравился. Мишка, как обычно, достал из рюкзака бутылку пива, Андрюха – свое любимое вино «Три топора», я пил колу. Так как Мишка жил на первом этаже многоэтажки, а на улице была славная, в меру теплая погода, мы выходили в сеть в этот раз через Мишкин домашний телефон.

– Миш, а твои где? – спросил его я.

– Поехали смотреть новую квартиру, хотят меня сплавить, – сказал Мишка, и на его лице появилась злобная ухмылка: только так может отреагировать ленивый молодой человек, который живет за счет своих стариков, а они в нем души не чают. Он, конечно, не дурак: с первого раза сдать все вступительные экзамены в Бауманку, да еще на факультет информационной защиты, тут точно нужно быть с головой. Вот я кое-как поступил в МИРЭА на информационные системы и сети, да еще благодаря другу отца, который помог мне с алгеброй. Мишка – молодец, он быстро сообразил, что к чему, и сразу подал документы в Бауманку, и заранее сдал вступительные, чтобы попасть на бесплатное обучение. Родители у Мишки были очень образованные люди, папа – профессор в Академии наук. Как говорит Мишка, когда он приходит, все мыши дохнут. Кем и чем занимается его отец, мы не спрашивали. Мама, Смехова Татьяна Васильевна, была преподавателем русского языка в нашей школе, мы все очень любили и уважали ее. В общем, родители как родители, но вот Мишку они растили как академика наук, нанимали репетиторов, которые преподавали иностранные языки, другие давили на математику, была еще и музыка.

– А, понятно, а музыкантша твоя приходила? – спросил я Мишку, и мы с Андрюхой захихикали.

Миша покраснел, но не показал вида, что смутился. Мы с Андрюхой знали, что он очень неровно дышит к молоденькой преподавательнице по музыке.

– Не ваше дело, вы меня достать сегодня решили? – вскрикнул Миша.

– Тихо, тихо, парни, все, начинаем, подрубаемся, – сказал сухо Андрюха. Андрюха на вид – простой деревенский парень, про таких говорят: «Рожа у тебя рязанская». Он был очень хорошо физически сложен, за что в 16 лет от матери получил первый свой компьютер на день рождения, так как занял первое городское место по бегу.

– Петь, что будем делать? – спрашивал меня Андрей, а глаза его смотрели в ноут.

– А ты как думаешь, Андрюх? Зайдем в чатик, поговорим с юзерами, попьем пивка и домой пойдем. Запускай скан айпишников, Миша, скань порты сервака, а я эксплойты подберу.

– О, раскомандовался, давай я эксплойты подберу, как раз вчера в сети новый нашел.

– Миш, сколько раз тебе говорить, что чужой софт – это дырка в твоей безопасности и подстава для нас? Пиши сам, и хватит халявы, – гневно ответил я.

– Я с тобой согласен, – сказал Андрюха. В его глазах виднелась жалость к Мишке.

– Ну что же, вот и решили, – сказал я.

Так прошло пять часов непрерывной атаки, еще через полчаса нам удалось положить сервак в даун, и Мишка воскликнул:

– Ну наконец-то, я уж думал, мы до утра просидим. Все, пошли за пивом, отметим это дело.

Я согласился, так как глаза болели, а спину я не чувствовал. Мы посидели еще пару часов и разошлись по домам. Я упал в свою постель и вырубился.

Утром, созвонившись, мы встретились, и Андрюха начал:

– Вчера парни, мы завалили какой-то очень крутой и важный сервак. Сегодня вся подсеть только об этом говорит. Что кто-то получил доступ к секретным данным сервера госбеза, а потом его отправил в даун на пару месяцев.

– Петь? Ты понимаешь, о чем этот Арнольд нам говорит? – спросил Миша.

– Я не Арнольд, Миша! Я просто занимаюсь спортом, чего и вам, парни, советую уже пять лет.

– Тихо, вы, – выкрикнул я.

– Миша, я что-то не понял, данные сервера ты вводил?

– Да.

– Эти данные прислал наш клиент?

– Да.

– Ты спросил пароль-отзыв?

– Нет, а зачем? Я и так увидел его айпишник.

– Ты идиот! – закричал Андрюха. – Ты понимаешь, что его айпишник могли подменить?

– Так, парни, походу, мы влипли. Бегом домой, форматируем все, что может на нас вывести, все пароли и инфу кидаем на наш сервак на Украине.

Не сговариваясь, мы разошлись. Придя домой и удалив всю информацию, которая могла меня скомпрометировать, я наполнил ванну теплой водой и лег в нее расслабиться. В голове крутились мысли: может быть, это не мы, ведь если верить Мишке, айпишник был клиента, а он мог вычислить на раз подмену айпи-адреса. Но опыт общения и работы, рассказы про спецов госбеза друзей моего отца оставляли осадок и унынье от того, что нас все-таки вычислят, а если вычислят, то точно посадят. Сколько им нужно времени, чтобы выйти на нас? Час, два или семь – все равно нужно было подготовиться к вечеру, так как предстояло встретиться с очень сильными противниками. Вечером может произойти все что угодно, у них, может быть, оружие или их может быть больше, и мне придется бежать. Нужно было продумать план, как нам действовать дальше, наша затея была обречена на провал.

– Эй, Петр, ты что, уснул там, что ли? – одернул меня Александр Александрович.

– Нет, просто думаю, какая у вас бурная фантазия, – съязвил я.

– Так-так, значит, не хотим сотрудничать, так получается?

– Ой, что вы, он очень хороший мальчик, – взмолилась мама. – Они все хорошие и умные ребята, Андрюша и Миша, они из очень хороших семей. Вон Мишка, у него родители какие образованные…

– Любовь Аристаховна, – оборвал ее Александр Александрович. – Из уважения к вашему мужу и моему сослуживцу я обещаю вам, что с Петром ничего не произойдет, и никто его не обидит, не могу сказать про его друзей… Но Петр поедет с нами.

– Вы его посадите? – спросила мама, падая на стул.

– Нет, просто у нас есть деловое предложение к Петру, если он согласится с ним, будет все хорошо, как и с его друзьями. Собирайся, Петр, – сказал Александр Александрович.

– Мам, дай мне зубную щетку, мыло и ложку или что там нужно, когда…

– Ты еще про веревку забыл! – рассмеялся Сергей, но тут же осекся, увидев, как сурово смотрит на него Александр Александрович.

Мы вышли на улицу, и у подъезда стояла, как в советских шпионских фильмах, черная «Волга» модели 2401 с хромированной решеткой. Я чуть не рассмеялся, представляя всю это картину со стороны: как меня ведут двое в черных костюмах и сажают в черную советскую «Волгу». Вот бабкам сплетен хватит на пару недель и обсуждений и фантазий нашим соседям!

Меня посадили на заднее сиденье, а мои сопровождающие сели спереди, Сергей за руль, а Александр Александрович – рядом на переднем пассажирском сиденье. Нет, я понял, что он старше Сергея по званию, но вот насколько, я не знал, да и мне было все равно. В моей голове крутилось: что будет дальше? Как они так быстро смогли нас вычислить, кто нас подставил и зачем? Может, наш клиент – это тот, про кого говорят «арканщик»? Заарканил нас сложным заказом, рассказав свою слезливую историю про больного отца, и тем самым проверил наши способности? Но мы всегда работали в команде, а про ребят не сказали ни слова, что их тоже взяли.

Странно все это, точно подстава, но зачем? И почему мы? Мы никому не мешали, никого не подставляли, всегда работали чисто и на совесть. Может, кто-то обиду затаил? Да нет, Андрюха быстро бы узнал об этом. Но тут все четко сработано, как будто это спецы работали, явно это их рук дело. Тем временем мы выехали из города, предварительно переехав МКАД, и выехали на городское шоссе. Я в них плохо разбираюсь, так как машины у нас не было, а я не часто ездил за город. Минут сорок покрутились по шоссе и свернули в лес, на проселочную дорогу. Но надо заметить, от тех проселочных дорог, что я видел, она отличалась: нас не трясло, выглядела она как обычная проселочная дорога, но при этом мы ехали как по шоссе. Проехав по этой удивительной дороге минут пятнадцать, мы подъехали к черному многоэтажному зданию в лесу.

Вонь в обезьяннике, в который меня посадили, так била в нос, что даже через кофту, что я натянул себе на нос, пробивало аж до тошноты. А еще хотели по-дружески поговорить… Я сидел уже примерно часов пять, точно я не знал, так как у меня не было наручных часов.

– Ну что, стрелок, надумал поговорить? – подходя к моей клетке, заговорил Сергей.

– О чем? О том, что он меня подставил?

– Нет, как ты? Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – со злостью сказал я.

– Понятно. Петр, Александр Александрович просит, чтобы ты поднялся в его кабинет и поговорил с ним. Ты готов?

– Да, – ответил я.

Мы вышли на лестничную клетку, затем сели в лифт и куда-то поехали вниз, затем мы вышли в коридор. Коридоры были отделаны каким-то деревом, явно оно было дорогим, во всяком случае, так ощущалось. Потолки были настолько высокими, что казалось, тут может работать небольшой строительный кран. Все это выглядело высокомерно, но в тот же момент совково, как будто мы идем во времена Советского Союза, и сейчас будет стоять часовой в буденовке или в форме НКВД или заиграет гимн СССР или товарищ Сталин смотрит на нас… Но ни часовых с автоматами, ни энкавэдэшников, ни портретов Сталина не было, вообще никого не было, и было слышно только наши шаги и как тяжело дышит Сергей. Пол был застлан красным паласом, и явно кто-то его пылесосил. Воздух был спертым, явно тут давно не проветривали, мы были под землей, так как я в паре пролетов не увидел окон. Да и когда меня сюда привезли, мы спускались на лифте вниз, примерно этаж на пятнадцатый, не меньше. На потолках были люстры времен СССР, огромные и красивые, явно чешские, я такие в Большом театре видел. Минут через пять мы остановились у дверей какого-то кабинета, а пока мы шли, я насчитал не меньше 20 дверей, двери все были одинаковые и без номеров или табличек. Двери все были массивные, словно защищали от ненужных слушателей или проникновения. А что, тут секретов предостаточно, может, тут какие-то секретные переговоры идут с инопланетной расой, которая хочет нас захватить, а сотрудник госбеза убеждает их в обратном… Много тут секретов, очень много, а еще больше этих дверей и кабинетов, да сколько их тут?

– Сто семь, – сказал Сергей.

– Что? – переспросил я.

– Я говорю: на этом этаже сто семь кабинетов, я вижу, что ты пытаешься понять. Да, и мы на девятнадцатом этаже, под землей.

– Тут хоть вентиляция есть?

– Да, есть, но она сейчас выключена из соображений безопасности. Тут в одном из кабинетов будут очень важные переговоры. Петя, это не про тебя, – рассмеялся Сергей. – Есть птицы и поважнее, чем ты и я.

– Как долго тут можно находиться? – спросил я.

– Инструкцией рекомендовано не более 16 часов, дальше начинается головная боль и тошнота. Я больше семи часов не смог тут быть, тошнить стало из-за нехватки кислорода.

– А много тут людей работает?

– Много. Все, Петр, пришли, отставить вопросы, – сказал Сергей.

Мы остановились перед дверью в кабинет. Дверь заскрипела, и мы вошли, кабинет оказался прямоугольным с одним длинным и массивным столом, за которым сидел Александр Александрович, и стояли стулья. Как только мы прошли в кабинет, он заговорил:

– А, Петр, это ты, проходи, присаживайся.

– Спасибо, – ответил я.

– Итак, ты, я надеюсь, понимаешь, отпираться тебе нет смысла. Заказ, за который вы взялись, – это программа по выявлению таких талантливых специалистов, как вы. Но твои друзья в отличие от тебя при нашей первой встрече сломались и сразу во всем нам признались, правда, надо сказать, что Михаил держался дольше, чем Андрей. Но мы умеем привести нужные доводы, при которых нам все расскажут или по-хорошему или по-плохому. Но твои друзья тебя не сдали, брали вину на себя, молодцы, хорошие друзья, прикрывали друг друга. Но дело в том, что решить эту задачку в одиночку нельзя, так же, как и вдвоем. Про твои хулиганства в сети мы давно знаем, так сказать, я знаю. Я служил с твоим отцом, а когда узнал, что его не стало, решил приглядеть за тобой, ну, чтобы ты дров не наломал… Ты молодец, Петр, я уверен, что твой отец гордился бы тобой, ты умный, смышленый, честный, настоящий друг. Но брать этот заказ не нужно было вам. Дело в том, что этот заказ – на взлом нашей системы с возможностью похищения секретной информации, был дезой и сервер, который вы взламывали, был приманкой, пустышкой. Там не было никакой секретки, а одна лишь деза. Нас интересовало, кто исполнитель и кто заказчик. Заказ разместила одна иностранная организация, посредником был агент натовских спецслужб, а вы его исполнили. В общем, если по закону, Петр, вас нужно судить за измену родине, а так как, по сути, вы птенцы в нашем деле и не подозревали, на что подписались, мое руководство предложило вариант. Итак, Андрей и Михаил подпишут контракт с одной из наших фирм, которые мы контролируем, будут разрабатывать системы информационной безопасности или займутся еще чем-нибудь, закончат институт, и им предложат работу аналитиков в нашей конторе. Ребята хорошие, умные, нам такие нужны. Что касается тебя, то тут все сложнее: так как твой отец до своей смерти, был нашим коллегой, из отдела «И», то тебя положено арестовать и заключить под стражу на пять лет. Потому что ты сын нашего очень важного сотрудника, который имел допуск к секретным материалам, да и еще, чтобы другим отпрыскам наших сотрудников неповадно было мешать работать организации. Но я смог убедить генерал-полковника Павлина, что ты будешь не только сотрудничать с нами, но и работать на нас, и еще я лично вижу в тебе потенциал большой. Что ты думаешь по этому поводу, Петр?

Я сидел и не мог сказать ни слова, так как только что узнал, что мой отец был сотрудником госбеза. Мы с мамой знали, что он гражданский наемный в военной фирме по контролю за энергоресурсами или энергобезопасности, при этом у него было звание подполковника со всеми вытекающими для такого звания привилегиями. Но что он работает на госбез, это было удивительно. Мой отец был простым человеком, так мне казалось. Любил вечерами читать книги, листать журналы про технику и всякие техноновинки, увлекался футболом (а кто им не увлекается?), сидя на диване и болея за любимую команду – ЦСКА. Отец никогда не жаловался на здоровье и практически не болел, а если болел, то так, насморк – максимум, что у него было. Метр и семьдесят девять сантиметров роста, худощавый – мама говорила, на нем любая одежда смотрелась как идеально пошитая, а когда злилась, называла его «вешалкой». Русые волосы и голубые глаза, которые иногда так сверлили меня взглядом за очередную двойку по математике, что мне хотелось провалиться под землю, лишь бы он так на меня не смотрел. Отец любил костюмы, считал, что интеллигентный человек должен носить костюм и всегда быть опрятным. У него было пять костюмов, но больше всего он любил коричневый из замши. Когда он его надевал, выглядел как человек зажиточный, обеспеченный, но не богатый. Богатые как одевались? Малиновые пиджаки, черные брюки, барсетка и обязательно все пальцы в золоте, ну и конечно – шестисотый мерс. У нас не было ни того ни другого, у отца не было прав, мама отказалась их получать под предлогом, что не будет его возить на работу, мол, сам водителя найми и живи с ним. Еще у отца был черный дипломат, я частенько лазил в него посмотреть, когда ходил в младшие классы. Раскладывал в нем свои тетради и карандаши, вставал у зеркала и делал вид, что очень важный. Отец очень не любил, когда я трогал его дипломат или копался в его бумагах в поисках чистого листа. Еще у отца в дипломате всегда была пара конфет, я обожал их брать. Потом у нас с отцом появилась игра: так как на дипломате можно было поставить шифр, отец ставил, я взламывал его код. Начинались коды отца с важных дат, например, дня рождения дяди Толи или соседа дяди Вани, затем все стало сложнее. Например, в разговоре отец загадывал загадку, а ответом на нее был код шифр для дипломата. Это были классные и самые мои любимые дни в жизни, возможно, это первые мои хакерские деньки.

Как умер отец, я хорошо помнил. Было теплое летнее утро 1999 года, отец, как всегда, собирался на работу. Надел свой любимый коричневый костюм. Он, не надев свои лакированные ботинки, решил вынести мусор, обув тапки и сказав матери, что сам вынесет, если в доме больше никто не может, вышел на лестничную клетку. Мама, как всегда, готовила завтрак, это была любимая нами яичница с помидорами и сыром. Минут через пять мама зашла в мою комнату и спросила, где отец. Но отца нигде не было, и его обувь была на месте. Тогда мы подумали, что он задержался на лестничной клетке и с кем-то разговаривает. Так бывало часто, так как на нашем этаже было 12 квартир, и ты всегда кого-нибудь встречал, выходя из дому. Наш многоквартирный дом был из 22 этажей и 524 квартир, у него было четыре лифта, два грузовых в которых помещалось не больше 12 человек, и два маленьких, в которые помещалось не больше четырех человек.

Прошло уже 30 минут, но отец не возвращался, я вышел в коридор нашей квартиры и услышал через открытую входную дверь крики. За какие-то секунды я выскочил на лестничную площадку и ринулся на крики. Отец лежал неподвижно около мусоропровода, мусорный пакет лежал рядом. На лице отца были улыбка и открытые глаза… На крик сбежались соседи и наш сосед дядя Ваня, который увидел меня, схватил за плечи и постарался закрыть мне глаза. Меня вывели с лестничной площадки и отвели домой. Через какое-то время приехали милиция и «скорая», затем я увидел отца только на похоронах. Он лежал в гробу в своем коричневом костюме и домашних тапочках. Причина смерти, которую назвали врачи, была остановка сердца, три инфаркта подряд. Лично я в эту версию никогда не верил, я знал, что отец был здоров и никогда не жаловался на сердце. Но пусть это остается на совести врачей и их квалификации…

– Ну так что, Петр? – спросил меня Александр Александрович.

Я согласен, – ответил я, опустив глаза в пол.

– Ну и ладненько, – вдруг преобразился он. – Сергей, займись своим новым подопечным, а я поехал, буду в А45.

– Так точно, – отрапортовал Сергей. – Александр Александрович встал из-за стола и направился к выходу, остановился и сказал напоследок:

– Знаешь, Петр, я редко ошибаюсь в людях, особенно в тех, кого вербую сам, но на твой счет у меня двоякое мнение. Надеюсь, я не ошибся в тебе, – он резко рванул дверь и вышел.

– Петр, ты давай не раскисай, – сказал Сергей. – С этого момента я для тебя товарищ майор или Сергей Михайлович, а Александр Александрович – подполковник, ты понял?

– Да, – ответил я и понял, что ответил неправильно.

– Так точно, товарищ майор, – рявкнул Сергей Михайлович.

– Так точно, – с грустью ответил я.

Я не хотел служить в армии, да и планы были у меня совершенно другие. Я мечтал, что поступлю в институт, а параллельно буду подрабатывать в какой-нибудь конторе сисадмином, все же матери будет легче нас обоих прокормить. Но нет, теперь все будет по-другому, ах как же мне не повезло! Ну почему мне так не повезло? Буду теперь сапоги топтать, где-нибудь под Новосибирском, сидеть за каким-нибудь древним компом, связь через модем 9 600 или в лучшем случае 14 800 бит, не больше или вообще полный офлайн всей моей жизни. Затем дорасту до прапорщика и буду таскать из части какие-нибудь продукты, тушенку или патроны. Вот счастье-то! Затем состарюсь и буду жить в какой-нибудь лачуге, один под Новосибирском. Обдумав свои перспективы я решил, что нет, я так жить не буду. Я буду работать на госбез, честно и рьяно, да так, чтобы до генерала дослужиться. А что? Ну, если так судьба распоряжается, как говорил мой отец, бери и делай это, да так, чтобы другие завидовали, а тебе было приятно.

Глава 2

Я смотрел в окно из своего кабинета. В окне виднелись огромные пушистые белые сугробы, на елях были пушистые шапки, хорошая холодная зима 2021 года. Ни слякоти тебе, ни промозгло, отличный морозец – минус 35, снег хрустит под ногами, я люблю такую зиму. На вертолетной площадке садился Ми-8, вертолет нашего отдела, в нем был мой начальник – генерал-лейтенант Калинин Александр Александрович, а с ним должен был быть мой сослуживец и друг, подполковник Воронов Сергей Михайлович. Тут в дверь очень громко постучали, пришел мой заместитель.

– Товарищ майор, разрешите доложить.

– Докладывайте, – ответил я.

– Прилетел генерал-лейтенант Калинин. Он всех собирает в своей переговорной. Вам приказано прибыть на совещание, – отрапортовал молодой и сухощавый капитан Капустин. Он работал у меня уже три года. Хороший парень, всегда дисциплинирован и выбрит гладко, не жополиз, но и не шакалил. Последнее для меня было намного важнее.

– Да, капитан, идем, я только планшетку возьму.

Мы шли по большому темному коридору нашей конторы. Когда я первый раз попал сюда, эти коридоры оставили во мне неизгладимое впечатление. Мы шли быстрым шагом и за 10 минут добрались до кабинета генерал-лейтенанта Калинина. Я постучал и вошел.

– Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант!

– А, Петр, проходи, присаживайся.

В кабинете у Калинина кроме меня был подполковник Воронов, и еще три мне не знакомых человека. Хотя одного из них я узнал, его очень часто в новостях показывали. Этот товарищ занимал в правительстве очень высокий пост. Я присел на диван, развернул планшет и приготовился к вводным.

– Петр, присядь-ка за стол, разговор будет личным и конфиденциальным, – сказал Калинин.

Я пересел за огромный стол, за этим столом могло человек тридцать сидеть. Я всегда сидел на диване, как и интендант и ему подобные товарищи, получали вводные или отвечали на поставленные вопросы, но предложение сесть за стол меня очень насторожило.

– Петр, – начал Калинин, – этих товарищей ты не знаешь? – посмотрев на меня искоса.

Я помотал головой.

– Ну и прекрасно, и не надо. Итак, ты работаешь у нас много лет и курируешь интернет, в том числе ты готовишь анализы и отчеты по угрозам. Но мне известно, что ты также изучаешь тему эзотерики в сети, в общем, по полной работаешь над этим материалом, а также информацией инопланетян и все, что с этим связано. Для тебя есть работа, но предупрежу сразу: это не приказ для тебя, а предложение, решение ты примешь сам, и время на раздумье я тебе дам. Кстати, как там твой «Русский Ледяной» перс 78-го уровня поживает? – невзначай спросил Калинин, и сказать, что я был ошарашен, значит, не сказать ничего…

– Да нормально, – ответил я.

– Петь, я знаю, что ты и твои подчиненные играете против 7-го управления в этот, ну как его… О, «Тапков»…

– «Тарков», товарищ генерал-лейтенант, – поправил я его.

– Да-да, «Тапков», пагб, батлфилд. Не суть. Мы тут с товарищами даже ставки ставим на ваши игры, я честно тебе скажу – я даже на тебе подзаработал. Молодец, хвалю, отличная тактика, всегда прикрываете друг друга, в общем, даже отдел анализа и тактики изучал твою стратегию ведения боя и уничтожения противника в удерживаемых позициях. Молодец. Нужны, так сказать, твои навыки и знания, Петр.

Я сидел, ошарашенный от сказанного, но мое удивление резко сменилось на сосредоточенность.

– Петр, что ты знаешь про «Розуэлльский инцидент в 1947 году»?

– Немного, изучал доступные материалы и отчеты наших советских агентов.

– Молодец, что тебе известно про рептилоидов?

– Мало, в основном слухи, небылицы, домыслы и так далее.

– Ясно. Что касаемо полной информации и материалов по этой и другим темам, тебя введет в курс дела подполковник Воронов.

На стене около двери загорелась красная лампочка, это означало, что дальше будет все конфиденциально. Вся электроника уже отрубалась, если она у кого-то была, чтобы не было ни у кого соблазна вести запись данного разговора, хотя все обязаны сдавать любые электронные устройства (часы, смартфоны, планшеты, КПК) в спецконтейнер. Если сгорел твой дорогой айфон, ну что же, ты сам виноват, так как ты пришел на важное и секретное совещание, и винить тут некого.

Тут резко вскочил тот самый высокопоставленный чиновник и закричал:

– В чем дело? Что происходит? Я этого не потерплю! Вы знаете, сколько стоит мой телефон?!

– Успокойтесь, – сказал Калинин. – Знаю, три моих оклада. Вы, когда сюда шли, о чем думали? Может быть, у вас еще что-то сломалось? – и пристально посмотрел на чиновника. Тот быстро сообразил, что церемониться с ним тут никто не будет, сел в кресло и ответил:

– Простите, Александр Александрович, виноват. Претензий не имею, продолжайте, пожалуйста.

– Прекрасно. Если честно, Петь, я хотел обсудить данное предложение в более спокойной и непринужденной обстановке, но ситуация в данный момент не позволяет тянуть со временем. Я дам общую информацию, как я сказал, за остальным обратишься к Воронову. С сегодняшнего дня твой уровень доступа к информации 1 категории ААА, он временный, на тот срок, пока ты будешь принимать решение для себя. Но скажу, что у тебя есть 24 часа на все про все, не тяни с решением, времени просто нет. После инцидента в Розуэлле в 1947 году правительство СССР сформировало спецотдел по обработке и анализу всех установленных фактов об НЛО. После первого полета в космос в 1961 году летчика-космонавта СССР Юрия Алексеевича Гагарина с нашим правительством вышли на контакт так называемые инопланетяне. На самом деле, Петя, это мы тут инопланетяне, но не суть. Это древняя раса, которая жила до нас и живет тут уже более 1 000 000 лет, мы их называем рептилоиды. Они являлись владельцами нашей планеты и многих других планет в нашей галактике. Затем другая древняя раса – архоны вышли на контакт с нами в 1968 году и с правительством США, кстати, и с тех пор началась гонка вооружений. Они сообщили нам, что воюют против «Старой Империи» и хотят свободы всем галактикам Вселенной. Но наша планета принадлежит одной из древних рас рептилоидов. По законам Вселенной, если живущие на ней существа начинают технократически развиваться, данные существа должны сами выбрать себе сюзеренов (кураторов). Мы выбрали архонов. После этого архоны стали дозированно давать нам свои технологии и ждать момента, когда можно будет поставить нас перед выбором. По мнению архонов, это способствовало человеческому развитию и техническому прогрессу, держало нас в тонусе, всех нас, людей, заставляя развивать науку семимильными шагами. Затем, уже в 90-х, архоны объявили всем нам, что нужно выбрать, на чей мы стороне. Так же они вышли на контакт с другими странами, например, с Китаем в 1995-м и с остальными участниками данного проекта – в 1998-м. Как ты уже заметил, стало тяжело утаивать кота в мешке, и иногда информация просачивается в сеть, но слава богу, пока только крошки. Со слов архонов, существует некая «Старая Империя», населенная различными расами. После развития наших планетарных технологий наши «сюзерены» – да, Петенька, а мы теперь их вассалы – эти сюзерены решили допустить нас до более развитой инфраструктуры, но не подозревали, что произойдут следующие события, не зависящие от них. Нашей планете была предоставлена технология древних, это так называемый иной мир, виртуальный и параллельный одновременно. То есть, например, ты больной человек, и у тебя нет ног: войдя в виртуальный мир древних, тут, на Земле, через некоторое время ты будешь абсолютно здоров, и у тебя отрастут все потерянные тобой конечности.

– Представляешь, Петь! – воскликнул Калинин, и тут же взял себя в руки. – Но если тебя обнулят там, то и тут, на Земле, ты умрешь тоже. Мы получили доступ к этой инопланетной технологии в 1990-м, вернее, большинство стран практически одновременно получили доступ к ней. Как выяснилось, этот виртуальный мир – как наши компьютерные игры. Ты в игре – персонаж, с набором определенных навыков, уровня развития, специализаций и возможностей. Все как в какой-нибудь онлайн-игре про магов там или космической стратегии, точно невозможно определить, это MMO или РПГ или ПВП, там все намешано. Мы начали активно привлекать игроков в этот мир, естественно, это был поначалу очень жесткий отбор, и абы кого не брали. В 2007 году ООН приняло закрытую резолюцию, в которой мы становились вассалами архонов. Мы активно проводили освоение этого виртуального мира, как год назад наши сюзерены сообщили нам, что «Старая Империя» объявляет нашей планете войну. Срок защиты от нападения – три земных года. Потом они нападут – сперва в игре, а затем и в реальном мире. Безусловно, наши сюзерены сообщили, что согласно галактическому закону, так как мы их вассалы, они будут нас защищать, но и мы сами тоже должны готовиться к войне. Особо радоваться нечему, в игре наша фракция называется Humans – люди, на виртуальной карте есть фракции, каждая фракция – это представитель какой-то страны на нашей планете, наша фракции называется фракция 2, есть Английская фракция – фракция 3, США – фракция 1, есть немецкая фракция 4, китайцы получили название своей – фракция 5, говорят, есть нулевая фракция, но кому она принадлежит, мы не знаем.

Калинин остановился и стал изучающе смотреть на меня. Я сполз практически под стол со своей отвалившейся челюстью от услышанного. Охренеть можно, вот дела! Я окинул взглядом кабинет, и понимая, что все смотрят на меня и мое удивление, решил собраться и взять себя в руки. До конца не веря в сказанное, я сказал:

– Товарищ генерал-лейтенант, а украинцы какую фракцию получили?

После этих слов чиновник и все, кто находился в кабинете, заржали как кони и очень долго не могли остановиться, пока Калинин не рявкнул.

– А ну, хватит! – все резко прекратили смеяться в голос, но некоторые прикрывали рот, чтобы не раздражать Калинина.

– Ну, с юмором, Петя, у тебя все хорошо, значит, и эту часть информации ты воспримешь нормально. Договориться со «Старой Империей» невозможно, дипломатия не работает с ними, как и не поможет откуп ресурсами или чем-то еще. Уничтожить их ни мы, ни наши сюзерены не в состоянии, отбивать атаки будем, но не более. Тактика наших сюзеренов – измотать физически и материально нашего противника, а если не выйдет – сдать нас всех с потрохами к ним в рабство. Понимаешь, о чем я? В рабство, твою дивизию. В общем, перспектива так себе, но есть еще одна очень большая проблема. Проблема заключается в том, что мы не можем быстро вводить игроков в игровой мир, так как для этого нужны капсулы, и мы ограничены в количестве игроков в одной фракции. В данный момент у нас 1345 игроков. Сейчас у нас есть возможность ввести еще 25 новых игроков, в их числе и ты, Петр. Вот, а теперь ты можешь идти и подумать, даешь ты свое согласие на участие в программе или нет. Ты в курсе того, что тебя ожидает и что грозит тебе лично и нашей планете. Майор Старков, вы можете быть свободны.

– Есть, товарищ генерал-лейтенант, – отчеканил я и вышел. В коридоре стоял мой зам.

– Петр Никифорович, все в порядке? Вы весь бледный.

– Нормально, капитан. – Я посмотрел на него и спросил:

– Максим, у тебя водка есть?

Капитан ошалело посмотрел на меня и тут же ответил:

– Есть две бутылки, и еще бутылка армянского коньяка. Товарищ майор, что, все так плохо?

– Не ссы, Капустин, прорвемся. Неси водку, я к себе в кабинет.

Капитал тут же рванул с места куда-то в глубины длинного коридора. А я стоял еще какое-то время около двери кабинета и размышлял. Не, коньяк нужно пить в другом настроении и в хорошей компании, а мне сейчас надраться хотелось, так как нужно было переварить все услышанное и обдумать свои дальнейшие действия.

Утром я проснулся от стука в дверь моего кабинета. Я лежал на своем маленьком кожаном диванчике, укрывшись кителем, и у меня был такой бодун, как будто я месяц пил не просыхая, видимо, сказывалось та напряженность, что сейчас была внутри меня. Вообще, водка помогла мне только поспать: как всегда, проблему не решает, а состояние наутро только усугубляет.

– Так, хорош дрыхнуть. Ох ты, е-мое, Петя, ты что, все это выпил один, и меня не позвал? Ах ты, подлец ты этакий! – сказал подполковник Воронов, вошедший уже в кабинет, потому что ему не открыли после двух минут стука в дверь.

– Петь, да ты совсем тут охренел на своей сибирской базе! Пить одному – это к алкоголизму, да еще без хорошей закуски и в таких количествах. М-да, нужно браться за тебя, и причем срочно.

Я кое-как привстал, и тут же плюхнулся обратно на диван, ноги были ватные и не слушались. Осмотрев свое место распития алкоголя, я живо удивился стоящему на столе граненому стакану с легко узнаваемой жидкостью. Это был рассол, а стакан был до краев им наполнен. Блин, нужно Капустина как-то отблагодарить, только он имел доступ в мой кабинет, значит, это он принес мне рассола, молодец.

– Ну как? – спросил меня Воронов. – Ожил? Давай, давай приходи в себя. Калинин и я ждем твоего решения.

– У меня еще есть время. – ответил я, допивая кислый и такой божественный рассол.

– Нет, Петя, времени у тебя нет. Совещание было вчера в 15:00, а сейчас 14:45. Так что давай, приходи в себя побыстрей и решай.

– Да чего тут решать, Сергей Петрович, разве в жизни бывает так часто, чтобы тебе выпадал не только шанс, но и уникальная возможность заглянуть за грань?

– Ну, и?

– Да согласен я, согласен, – пробормотал я.

– Ты уверен? Потому что обратного хода не будет. Доступ к информации изменит твою жизнь, и она не будет прежней.

– Да я понимаю.

– Ни хрена ты, Петенька, не понимаешь. Если ты согласишься, тогда жениться тебе на какой-нибудь красавице не светит, как не светит и детей своих. Дай бог ты до старости доживешь, в чем я очень сильно сомневаюсь. Соглашаться ради каких-то призрачных перспектив, да еще нести ношу ответственности за нашу планету, так себе перспектива, по-моему. Нет разве?

– Нет. Не согласен. У нас осталось как минимум два года, плюс-минус война пять или 10 лет. Если все хорошо закончится, женюсь, и будут дети. Если нет, тогда никто не женится, и детей больше не будет ни у кого. Поэтому я согласен.

– Хрен с тобой, майор. Тебе решать, собирайся, вылет домой через 25 минут.

– Что? – удивленно спросил я.

– Петь, база находится в Московской области, да и, мне кажется, ты тут на сибирской базе засиделся, уже пять лет тут живешь, как самому не надоело? Свыкся с обстоятельствами, прижился? Я помню тебя другим, бойким и не терпящим сидеть на одном месте.

Тут Воронов попал в точку, я ведь действительно заставил себя привыкать к этому месту, отбивал у себя желание двигаться вперед или бежать впереди поезда. После смерти мамы я остался совсем один, у нас не было родственников, да если они и были, то они с нами не общались после смерти отца. А теперь я и сам не хотел с ними общаться. Так что тут, на сибирской военно-морской базе ВМС мне было хорошо, вдали от Москвы, в которой мне было одиноко и холодно.

Глава 3

Долетели до Москвы очень быстро, каких-то девять часов – и мы были на месте. Во время полета меня одолевали воспоминания, я вспомнил своих старых друзей Андрюху, Мишку. Как они там сейчас, интересно, нужно обязательно повидаться с ними. Конечно же, я вспомнил о своей матери, обязательно нужно было сходить к ней на могилку. Давно я там не был… Пока мы летели, у меня складывалось очень неспокойное ощущение какой-то беды.

– Петь, ну что ты такой грустный? – спросил меня полковник Воронов. – Смотри, домой летим, у тебя должно быть хорошее настроение. Может, с ребятами повидаешься. Ну, Петь, ну что ты такой грустный? Давай повеселей.

– Да что-то мне невесело, Сергей. Я вот задумался о твоих словах по поводу детей, семьи. Может быть, я зря все-таки согласился?

– Да ладно тебе, Петя, все – решение принято, обратно уже ничего не вернуть. Так что привыкай быть новым бойцом центра «Заря-1».

– «Заря-1»? – переспросил я.

– Да, центр специальной подготовки «Заря-1», он находится в Московской области, на старом заброшенном военном объекте времен Советского Союза. На самом деле, по России разбросаны еще три таких центра, «Заря-2», «Заря-3» и «Заря-4». Центр «Заря-2» находится на Урале, «Заря-3» находится под Новосибирском, «Заря-4» – самый холодный, он находится в Антарктике. Да, Петенька, в Антарктике. А что ты так удивленно на меня смотришь? Там холодно, сервера и спецтехническое оборудование тепла выдают на много-много киловатт, зачем тратиться на его охлаждение, когда есть хорошие погодные условия? В общем, Петя, отдыхай, собирайся с мыслями и готовься.

– К чему мне готовиться?

– Как к чему?! К подвигам, спасению нашей планеты, защите наших сограждан, и конечно, к своей работе.

– И какая будет у меня работа? – грустно спросил я.

– Что ни на есть самая лучшая в мире – родину защищать. Ну ты сам посуди, попадешь в чужой мир, будешь общаться с инопланетянами, глядишь, может быть, чему-нибудь научишься, а может быть, и станешь каким-нибудь известным боевым начальником. Сейчас я могу тебе сказать только одно: от тебя зависит очень многое, в том числе и победа над нашим общим врагом.

– Сергей, у меня появились вопросы по будущей моей работе. Могу я их тебе сейчас задать?

– Нет, Петя, давай вопрос отложим до прилета. Прилетим, ты обустроишься на месте, а там я на твои вопросы отвечу как новый руководитель центра «Заря-1», то есть ты будешь в моем подчинении. Ясно тебе, Петр?

– Так точно, товарищ подполковник.

– Так, и давай, Петр, договоримся. «Так точно», «товарищ подполковник» – все, забыли эти слова, ты не на службе. Если ты ко мне хочешь обратиться, то обращайся ко мне: Сергей или Командующий Первой Фракции.

– Понял, товарищ Командующий Первой Фракции Сергей.

Сергей улыбнулся, видимо, ему понравилась моя шутка. Тем временем мы подлетали к Москве. Москву немного припорошило снегом, моему взору открылись новые свежепостроенные высотки. Еще 15 минут, и мы приземлились на одном из многочисленных законсервированных военных объектов Московской области. После приземления вертолета мы выдвинулись в сторону большого и черного ангара, мне тут же в нос ударил противный запах аммиака. Поморщив нос, я очень громко чихнул.

– Будь здоров, Петр, – сказал мне Сергей. – Что, отвык от родного московского воздуха?

– Да, – ответил я. – Отвык, ведь я-то жил на чистом воздухе пять лет.

– Ну ничего, Петр, привыкай. Там, в ангаре, есть секретный бункер, построенный еще со времен Советского Союза для высших чинов государственной власти. Там мы и обитаем. Воздух там, конечно, не сибирский, но дышать можно, я уверен, тебе очень понравится.

С этим наставлением от Сергея мы выдвинулись в ангар.

До ангара мы добрались достаточно быстро. Я остановился и посмотрел в небо. Когда еще я увижу это красивое русское небо, это ослепительно красивое теплое солнце? Я не знал, что ждет меня впереди, поэтому я ловил каждый момент.

Около входа в ангар нас встречала группа военных, среди них был мужичок невысокого роста, полноватый и с залысиной на голове. Мундир на нем смотрелся как мешок, но при этом в нем виднелась военная выправка. Сергей поздоровался с ним и представил его. Это оказался прапорщик Семенов, он заведовал снабжением и логистикой на этой базе, не сказать чтобы он мне сразу понравился. Но в нем что-то меня очень сильно смущало, двигался он как-то неестественно, подняв правую руку так, как будто она лагала в какой-нибудь компьютерной игре. Прапорщик развернулся ко мне.

– Ззз-здравия желаю, товарищ майор! – эти слова прозвучали с огромным заиканием, складывалось впечатление, что Семенов только что выучил русский язык.

– Здравия желаю, товарищ прапорщик, – выпалил я. – Рад нашему знакомству, меня зовут Петр.

– Да-да-да, да, мне уже сообщили о вашем прибытии, очень рад. Надеюсь, полет прошел нормально?

– Да. Спасибо, все хорошо.

– А по вам так не скажешь, выглядите вы как-то кисло. Вам нехорошо?

– Петр отмечал свою новую должность. Ну и, как положено, отметил это дело, – встрял в разговор Воронов. – Товарищ прапорщик, подготовьте капсулу номер 1333, Петр сейчас прибудет, и ему нужно немножко в ней побыть.

– О как, под этим номером раньше очень хороший боец был, вы уверены в этом?

– Да, это приказ руководства.

– Ну что же, хорошо, желаю вам, Петр, успехов. Уверен, что мы с вами очень скоро встретимся.

Я не смог ничего ему ответить, так как меня резко затошнило, и я смог только кивнуть головой. И в этот момент я полностью отключился. Очнулся я в комнате на больничной койке. Мне слышался какой-то очень странный, почти зверский голос.

– И ты мне говоришь, что это один из самых лучших ваших бойцов? Да он наблевал мне на ногу, а ты знаешь, что это значит для нашей расы? – спросил незнакомец. И тут я расслышал ответ Воронова:

– Успокойся, он скоро в себя придет, и ты убедишься сам, это действительно самый лучший боец, я тебе за него ручаюсь.

– Хорошо, было бы так, а то я сам ему башку отгрызу.

– Все, все, Гена, заканчивай, напугаешь парня.

– А он что, из пугливых у тебя?! Ну и пусть. Как тот Андрей намочил штаны при виде меня, вот я посмеялся…

Я открыл глаза: моему взору предстало существо, отдаленно напоминающее не то ящерицу-переростка, не то крокодила-мутанта. Я кое-как открыл глаза. При виде меня и того, что я очнулся, на меня повернулись и стали смотреть. Ящерица-переросток выпучил на меня два своих желтых глаза, его тело было покрыто зеленоватым чешуйчатым слоем, морда у него было вытянутая, чуть-чуть приплюснутая, оскал хищный – во все свои белые острые зубы.

– Твою ж мать! – воскликнул я и вскочил с кровати. – Ты кто? – я смотрел на ящерицу. Немного помедлив и прищурив правый глаз, ящероподобный двинулся на меня.

– Очнулся? Генадрин Бифкуш Великий, Рептименс, – сказал ящер и протянул мне свою здоровенную, с мою голову, лапу. Тут я смог рассмотреть этого ящера во всей его красе, ростом он был метра два с половиной, просто гора мышц, ноги были похожи на лапы, в общем все, как я видел в сети. Черт, передо мной стоял настоящий рептилоид.

– Гена, тебе уже пора, – сказал доктор в белом халате из-за спины рептилоида.

– Ну да, увидимся, Петр! – сказал рептилоид и быстро вышел за дверь.

– Кто это? – спросил я.

– Он тебе ответил, кто он, – сказал доктор.

– А вы кто?

– Ох, точно, извини, Петр. Я доктор, Пучков Николай Васильевич, все меня зовут «Док_фракция-2». А ты можешь ко мне обращаться, как тебе будет удобно: по имени или по прозвищу.

– Я Петр, – протянув руку, я поздоровался с доктором.

– Как себя чувствуешь? – спросил доктор.

– Нормально, тошнота ушла.

– Хорошо, ты можешь идти, выйдешь в коридор и поверни направо, затем иди по коридору метров 200, там будет поворот и будет стоять дежурный. Подойдешь к нему и скажешь, что ты от меня. Понял? – спросил доктор.

– Да, понял, а что дальше?

– Дальше тебе все объяснят, введут в курс дела, расскажут, как мы тут живем и все правила.

– Хорошо, – я встал с койки и направился к коридору.

Выйдя за дверь, я увидел овальный коридор, освещаемый редкими тусклыми лампами, почти ничего не видно. Повернул направо и двинулся к дежурному. Не успел я пройти и трех метров, меня кто-то окликнул.

– Эй, пивка попить не хочешь, лузер?

Я обернулся: передо мной стоял крепкий спортивный парень ростом примерно метр восемьдесят, а рожа-то, все равно рязанская. Это был мой друг детства Андрюха.

– И ты тут, спортсмен! – воскликнул я, и мы обнялись с Андрюхой.

– Как я рад тебя видеть! Петь, мы сколько лет не виделись? Десять или двенадцать лет? – спросил Андрюха.

– Да около того.

– Блин, да здоровым мужиком стал, смотрю, спортом-то ты точно занимаешься?

– Да, есть такое.

– Ну рассказывай, где ты, как живешь, чем занимаешься? Женился небось, дети там, как мама твоя?

– Мама умерла, – с горечью ответил я.

– Прости, не знал, соболезную, – опустив голову, сказал Андрей.

– Я руководитель особого отдела в ГРУ в звании майор.

– Охренеть, значит, все правда, что про тебя говорили, что спецы тебя завербовали.

– Да, это правда.

– Так значит, тебя прислали сменить Сергеева?

– Какого Сергеева, и почему я должен его сменить?

– Ну как, тут руководитель «Зари-1» – подполковник Сергеев, он тоже из ГРУ, вчера его сняли с поста руководителя и сказали, что назначат нового.

– Это явно не я, Андрюх.

– Почему?

– По кочану… Ладно, давай рассказывай, как сам, как там Мишка?

– Мишка… – протянул Андрей, и мне это очень не понравилось. – Мишка погиб год назад, – сухо сказал Андрей.

Я опустил голову, мне было больно это слышать, что моего друга больше нет. Я решил, что узнаю причину его смерти и накажу, если будут виновные в его гибели. Меня распирали злость и обида. Но в этот момент я вспомнил…

– Буду погибать молодым, буду погибать молодым, – запел я, и Андрей запел в тон со мной. Эту песню пел Мистер Малой, популярный в те времена, когда мы были подростками, а Мишка очень ее любил напевать. Можно сказать, спев эту песню, мы почтили память нашего друга.

– Ну а ты как сам? – спросил я.

– Да как, после того как нас приняли эсбэшники, я поступил в институт спорта, а параллельно работал на эсбэшников. Был информационным аналитиком, затем повысили до старшего аналитика. После окончания инса, я пошел в армию и служил в ВДВ. После срочки подписал контракт с эсбэшниками и стал старшим оперативным сотрудником отдела физзащиты. Чуть больше года назад мне было поручено встретить в Домодедово нашего агента, который возвращался с очень важной оперативной информацией от наших агентов с Запада. Каково было мое удивление – увидеть Мишку, нашего Мишку, это он был тем самым агентом. Представляешь? Я обрадовался, и он был рад меня видеть. В общем, я решил отступить от инструкций и немного посидеть с Мишкой в ресторане, а когда мы еще увидимся, бог знает. Заехали в один из ресторанов на Кутузовском, сели, заказали еды, выпить, сидели часа два, болтали обо всем, тебя постоянно вспоминали. Как-то в разговоре Мишка обмолвился об этой программе, такую чушь рассказал, как мне тогда показалось… Но не успел он закончить рассказ, как его… – Андрей замер, смотря прямо мне в глаза, а я не стал их отводить, так как понял, что произошло дальше.

– В него стрелял снайпер, чисто и быстро сработано. Мы нашли место стрелка, но больше ничего не нашли: ни отпечатков, ни следов ДНК. В общем, работали профи, – Андрей замолчал и посмотрел на меня.

– Продолжай, – сказал я.

– Меня арестовали в этот же день. Просидел я в казематах около месяца. Да и честно, мне было плевать, что со мной будет: я виноват в его гибели, понимаешь, Петь?! Однажды приехал Калинин Сан Саныч. Ну и рассказал мне про эту базу. Предложил, так сказать, отомстить тем, кто убил Мишку. Я согласился, конечно. Мишка должен был передать информацию о новых разработках американцев, они там в игре что-то секретное нашли и проводят сейчас эксперименты. Мишке удалось узнать, что это.

– Стоп, – сказал я. – Значит, Калинин был в курсе всего этого, и знал, что случилось с Мишей и где ты?

– Да, конечно, – ответил Андрей. – Я как-то пытался у него выяснить, что с тобой, где ты, есть ли возможность свидеться? Он резко ответил: мол, одного друга просрал, второго хочешь потерять? Я больше не пытался выяснить, как ты, надеялся, что все у тебя хорошо, и ты не в конторе работаешь.

– Ясно, – сказал я. – Мне нужно к дежурному и куда-то там заселиться. Андрей, я не виню тебя в гибели Мишки, тебя подставили, и вас вели, видимо, от самого аэропорта. Наверное, ты тем самым, что отступил от инструкций, продлил Мишке жизнь на несколько часов, скорее всего, была готова засада по вашему маршруту, и Мишку бы все равно убили, не дали бы ему доехать до конторы. А это значит, что в конторе крот, и я его найду.

– Погоди, – остановил меня Андрей. – Давай, я тебе все покажу и расскажу тут про все. Ладно?

– Хорошо, веди меня, – сказал я.

– Насчет крота, ты это, Петь, серьезно? – недоверчиво спросил Андрей. – Ведь о том, что Мишка прилетает, и наш маршрут следования по городу знали пять человек, включая Калинина.

– Абсолютно. По дороге мне все их фамилии и данные расскажешь, а теперь веди уже меня, – рявкнул я, и мы пошли по коридору в сторону яркого света.

Когда мы вышли на свет, то передо мной был пост с военным дежурным, Андрей подошел к дежурному, сообщил, мол, он теперь мне все тут покажет и расскажет, и попросил доложить наверх, что я буду сопровождаться Андреем. Дежурный молча выслушал и кивнул, пропуская нас через турникет.

Такого размаха я точно ну никак не ожидал: железобетонный купол – вот только поистине невероятных размеров. В высоту не менее полукилометра, из-за чего потолок размывался и терялся в сизоватой дымке. Огромное количество прожекторов под потолком создавало иллюзию дневного света в летний полдень. Внизу же расположился самый настоящий жилой городок с девятиэтажными домами, со спортивной площадкой, большим футбольным полем и поодаль стояли два административных здания, пяти и семи этажей. Одним из них была поликлиника, со слов Андрея, в ней есть все, даже операционная и больница, второе здание занимала администрация базы «Заря-1».

– Я и не подозревал о таких объектах в Подмосковье, – проговорил я, пораженный увиденным.

– Причем это ведь совсем недалеко от Москвы, мы всего за полчаса доехали от МКАДа, – добавил Андрей. – Хотя есть по Кутузовскому шоссе еще какие-то секретные ангары, но они в разы меньше этого. Этот строился для верхушки КПСС, в том числе для товарища Сталина. Вот какие раньше масштабные вещи строили, а сейчас? Вроде «двушка» у тебя, а площадь как в «однушке».

Мы двинули в административное здание. Поднялись на пятый этаж и прошли в «конференц-зал». Тут уже находилось человек пятнадцать, и хотя мест хватило всем, мы едва не опоздали – находящийся на сцене подполковник Воронин в строгом деловом костюме уже проверял микрофон, готовясь к выступлению.

– Сергей Михайлович Воронов, руководителя «Заря-1» и дипломат нашей фракции, – представился он и попросил выключить свет.

В зале погас свет, и экран за спиной докладчика осветился. С экрана на нас смотрело человекоподобное высокое, сухощавое, с бледной кожей и белыми длинными опрятно собранными волосами на голове, существо в накинутым на плечи красно-алом плаще поверх металлического – золотого – латного доспеха. Тонкие надбровные дуги. Широкий лоб. Абсолютно черные глаза без белков. Тонкий нос и угловатый подбородок. Плотно сжатые алые узкие губы. Обе руки гуманоида сомкнуты на рукояти искрящегося широкого щита с клинком.

– Итак, начну с самого важного и основополагающего. Перед вами – правитель Ахнут Пикас. Он один из трех правителей могущественной космической древней расы архонов и полновластный хозяин обширнейших территорий в нашей галактике. В том числе по всем космическим законам теперь ему принадлежат права и нашу с вами родную планету Земля. Я понимаю, что звучит это невероятно и шокирующе, но судьба человечества находится полностью в руках этого существа. Сразу уточню, что архоны нам не враги, а скорее покровители, наставники и защитники. В любом внешнем конфликте они, конечно, выступят на нашей стороне. Но при этом каждую секунду вы должны помнить, что правитель Ахнут Пикас в данный момент имеет полное право отказаться от защиты человечества с Землей или даже полностью уничтожить нашу цивилизацию, если люди проявят хоть малейшее непочтение или неповиновение по отношению к своим сюзеренам архонам. И у него хватит сил это сделать, уж поверьте мне.

В зале стало так тихо, что присутствующие даже дышать стали через раз, шокированные полученной информацией. Сергей Михайлович же выждал небольшую паузу и убедился, что все осознали важность сказанного им, после чего продолжил:

– Теперь, когда сложившийся расклад вам известен, давайте обсудим то, ради чего вас всех и пригласили. Ваша роль и основная задача – вступить в виртуальную игру.

Наверное, я был единственным из всех собравшихся в зале, кто не впервые видел ролики с пришельцами и с участием архонов. Да, это была моя работа на базе в Сибири: собирать и классифицировать совершенно секретную информацию о пришельцах. Любой информации в сети гораздо больше, чем где-либо. Да и новости появляются гораздо быстрее в сети.

Наверное, я бы тоже не поверил в первый контакт, как и миллионы других людей по всему миру. Случилось мне увидеть этот ролик в прошлом году на одном америкосовском ресурсе, там шло дикое обсуждение темы пришельцев и их посланников. Но сейчас, после сообщения Сергея Михайловича о шатком положении человечества, я отнесся к увиденному с большим вниманием и попытался быстро все проанализировать. Два «кай» безопасности Земли, интересно, это вообще сколько? Год, два, три? Я не постеснялся встать и задать этот вопрос Воронову.

– Отличный и очень правильный вопрос! – воодушевился Воронов и с готовностью принялся отвечать. – Мы давно уже выучили систему исчисления времени расы архонов и знаем, что «кай» в переводе на привычные нам единицы времени означает примерно один год. Но тут есть две неясности, получить ответ на которые мы пока не смогли. Во-первых, мы знаем, что на родине архонов, планете Аркарис, время течет иначе, чем на нашей Земле, так что «кай» там несколько короче, чем был бы здесь у нас. Во-вторых, мы так и не получили ответа от наших сюзеренов, с какого момента пошел обратный отсчет. Есть даже особое мнение, что отсчет пошел с момента постройки на Земле вирткапсулы и появления первого человека в виртуальной игре.

– Вирткапсулы? – какой-то сидящий в зале очкарик зацепился за проскочивший в речи дипломата термин.

– Да, именно что вирткапсулы. В этом приведенном мной видеоролике на схемах показано общее устройство вирткапсулы, а затем пошаговый процесс ее сборки. Разные проекции, разные детали, но в итоге все достаточно логично укладывается в целостную конструкцию. Впервые сборку удалось осуществить в США, произошло это в 1995 году. Первым человеком, отправившимся в виртуальный мир, был Джон Бейк, молодой инженер американской компании электроники. Он же стал первым человеком, успешно прошедшим в игру и прошедшим обучение. К счастью, первооткрывателю хватило ума не удаляться от точки появления (респауна) и выйти, сообщив властям о своей находке. Вскоре в игру вошли еще несколько исследователей, затем целая группа из тридцати солдат. А еще через месяц наша военная разведка обнаружила строительство возле города Хитроу подземного секретного комплекса. Очень вскоре нужные технологии появились и у нас в стране, после чего в Подмосковье началось строительство и подготовка подземного объекта «Заря-1», в котором мы и находимся сейчас…

– Вы говорили про обучение в игре. Можно уточнить этот непонятный момент? – снова тот же очкарик прервал докладчика.

Воронов недовольно скривился в улыбке, но все же ответил и на этот поступивший опрос:

– Да, каждый новичок сразу после создания своего персонажа должен пройти обучение в игре. Это своего рода привыкание к виртуальному телу, тренировка навыков, а заодно испытание. Успешно выбравшиеся из обучения за отведенный срок получают дополнительные очки характеристик своего персонажа или аватара, кому как больше нравится. Это редчайшая возможность усилить свои базовые характеристики персонажа, так что таким шансом не разбрасываются. Именно поэтому у нас есть инструкторы, которые займутся вашим обучением и подготовкой, так что обязательно пройдите инструктаж у них, прежде чем заходить в игру. На выход из обучения дается примерно полчаса. Вы должны научиться гарантировано достигать точки выхода из игры или респауна, за пятнадцать минут, только после этого будете допущены в вирткапсулу. Опытные наставники рассмотрят получившуюся заготовку и подскажут, какие навыки нужно брать для эффективной игры и какие характеристики усилить за счет нераспределенных очков.

– А где находятся вирткапсулы? – не унимался очкарик, хотя на него уже стали недовольно шикать соседи по залу.

– Вопрос про вирткапсулу – последний, на который отвечу прямо сейчас. Остальные же вопросы будете задавать после окончания моего выступления, иначе мы с вами так никогда и не закончим, – проговорил Сергей Михайлович недовольно. – Итак, «вирткапсула» и ее местонахождение. У нас с вами всего одна вирткапсула на одного игрока, размещена она в ваших комнатах для проживания, и она будет работать, получая энергию из гравитационного и электромагнитного поля нашей планеты. Но все гораздо сложнее, когда у нас много вирткапсул – десятки и сотни, и нужно организовать их синхронную работу. Ведь мало новичку войти в виртуальный мир, ему нужно возникнуть именно в определенном месте и быть корректно идентифицированным игровым миром как член определенной фракции. Кстати, наша фракция называется фракция-2 или сокращенно Н2. Эта аббревиатура будет всегда отображаться на вашей экипировке, убрать или стереть эту надпись невозможно. Еще есть английская фракция-3, США – фракция-1, есть немецкая фракция-4, китайцы получили название своей фракция-5. Возвращаясь к «вирткапсуле»… Технологию размещения вирткапсул нам подсказали архоны – эдакая конструкция с четко определенными местами креплений индивидуальных ячеек и размещения по отношению к центру Земли. Номер вашей вирткапсулы легко понять по индивидуальным номерам: ваша «вирткапсула» – это номер вашей комнаты в общежитии.

Я навострил уши, собираясь услышать важную информацию про какие-то ограничения количества игроков во фракции и связанные с этим сложности, но речь Воронова была неожиданно прервана оглушительно взвывшей сиреной. Мерзкий и противный, пробирающий до костей звук, напоминающий сигнал воздушной тревоги, а по всему телу начинали бегать мурашки. Затем под куполом раздался усиленный голос: «Внимание, тревога! Наша вторая застава атакована! Угроза прорыва через черные холмы! Более четырехсот нападающих NPC! К оружию! Всем в вирткапсулы!!!»

Глава 4

Собственно, на этом собрание для новичков было закончено. Сработала общая тревога, поэтому свое выступление руководитель «Заря-1» перенес на семь часов утра завтрашнего дня.

Отвечать на сыплющиеся со всех сторон вопросы насчет архонов, количества застав и общей игровой ситуации Сергей Михайлович не стал. Вместо этого уже в дверях обернулся и велел всем новичкам отправляться к жилым корпусам и заселяться в общежитие, ознакомиться с распорядком дня и принятыми на базе правилами, потом отправляться изучать информацию по игре, представленную на терминале в их комнатах проживания. А в семь утра завтрашнего дня прослушать-таки вводную информацию, потренироваться генерировать своих персонажей и активно входить в игру.

Я вышел из здания, где было совещание. Повсюду ревела сирена, множество людей в форме бежали в одну и ту же сторону.

– Заруба, похоже, идет самая что ни есть серьезная. Может, нам тоже стоит присоединиться? – спросил я у коллег, однако поддержки в их глазах так и не нашел.

Все как попугаи заговорили о том, что, мол, нам даны однозначные инструкции, что делать этим вечером, и их нужно исполнять. Я тяжело вздохнул и тоже поплелся вслед за остальными новичками. Путь к жилым корпусам был недолгим, я поднялся на свой этаж и вошел в комнату. Комната как комната, небольшая в углу кровать, рядом тумбочка, есть кресло с письменным столиком, информационный терминал был расположен на стене, ну и совмещенный туалет – душевая кабинка, все очень уютно расположено, но домом не ощущалось. Была еще одна комната со стеклянной дверью, там, видимо, и была моя капсула.

Вообще я привык доверять своей интуиции, она практически никогда не подводила меня. Вот и сейчас я просто кожей чувствовал, что мне нужно, не теряя времени даром, прямо сейчас начинать знакомиться с новой игрой.

Осторожно, каждую секунду ожидая гневного окрика кого-нибудь из местных наблюдателей, я направился к капсуле. Дверь никак не поддавалась, я крутил ручку двери, толкал, даже были мысли с разбегу выбить ее, но потом решил этого не делать… Я подошел к информационному терминалу и решил там найти информацию. Включил терминал, он сразу попросил меня зарегаться. После регистрации появилось меню с настройками капсулы, и поковыряв примерно еще полчаса настройки в терминале, я смог настроить доступ как к капсуле, так и к самой моей комнате. После чего я пошел к капсуле – дверь сама открылась, как только я подошел к ней.

Моему взору предстал короткий коридор, который вел в небольшую остекленную комнатку, в центре которой стояло металлическое овальное ложе с прозрачной крышкой, а на стене среди прочих был указан мой номер «1333». Я постоял, разглядывая это высокотехнологичное сооружение и откровенно любуясь плавными безупречными изгибами конструкции. Крышка легко отъехала вверх, стоило мне лишь только коснуться ее. Ложе было покрыто очень красивым материалом, как в каком-нибудь дорогом автомобиле бизнес-класса, и словно приглашало меня.

Я осторожно прямо в ботинках наступил на мягко пружинящее покрытие. Нормально, оно вполне держало мой вес. Я лег и потянулся было руками за крышкой, но она сама уже пришла в движение и стала закрываться. При этом кажущийся снаружи стеклянным материал крышки резко потерял свою прозрачность и выглядел отсюда снизу совершенно черным.

«Идеально, все сделано просто идеально!» – успел только подумать я, и мир вокруг меня изменился.

Я стоял в овальной комнате, стены были покрыты каким-то светящимся материалом и переливались всеми цветами радуги, под потолком и полом, видимо, были сделаны из какого-то очень прочного матового стекла, так как через них ничего не было видно. Буквально два-три шага в любую сторону – и я упирался в невидимую мной преграду.

Передо мной возник экран во весь мой рост, проецируемое на стену изображение, которое повторяло все мои движения и кривляния, но позволяло при желании мысленно покрутить изображение, рассмотрев себя со всех сторон. Что я и делал, критически осматривая самого себя и недовольно кривясь: да, отъелся я на сибирской базе, пару лишних кило точно во мне было.

В следующий миг в зеркале я отобразился уже с аккуратной короткой стриженой прической, подтянутый и спортивного телосложения. Ух ты! А если так: челку набок, по бокам под ноль? Повинуясь моим желаниям, изображение послушно менялось. Так, а если цвет глаз сменить? Нет, не нравится, давай-ка обратно.

Наигравшись с прической, я перешел к телу. Теперь накачанные мышцы, высокий рост, косая сажень в плечах, и все остальное… Я собирался вылепить себе безупречное тело Аполлона, которое будет нравиться всем девчонкам без исключения, но тут меня ждала «птичка обломинго» – менять в каких-то пределах удавалось только оттенок кожи и убирать или добавлять родинки и шрамы. Эх, жаль. Но ладно, что там дальше?

«Имя вашего персонажа: Старков Петр Никифорович», – надпись появилась над моим изображением в проекции, и я недовольно покачал головой.

Нет, так не пойдет. Разве мне нужно, чтобы каждый, кого я встречу, знал мое настоящее имя? Так… Надпись получилось сократить до Старк… Старк? Это как из «Мстителей», что ли? Я буду Тони Старк? Рассмеявшись, я полностью стер имя. Было у меня такое прозвище в сети «Мрак Петрович», и я вполне нормально к нему относился. Когда, например, в онлайн-шутер гонял, после очередного хэтшота мне малолетки писали: дядя, идите детей воспитывать. Прикольно. Так, хорошо, пусть будет «Мрак», а что: и пугает, и внушает страх и уважение. Что там дальше?

Возможные для выбора классы игрока: «Поисковик» или «Переводчик».

Чего? Переводчик? С какого на какой я должен буду переводить? Почему нет «Штурмовик», «Снайпер», «Охотник», наконец? Что за ущемление моих прав и возможностей? Если я хотел быть танкистом, разведчиком или там пилотом? Я попытался расширить выбор предлагаемых профессий или вернуться обратно к меню выбора имени и внешнего вида, но у меня ничего не получилось. Блин… Так, и чем они отличаются?

«Поисковик». Специалист по обнаружению и поиску ценных предметов. С ростом уровня и навыков персонажа увеличиваются шансы обнаружения уникального лута.

Основные навыки: сканирование, разведка, работа со взрывчаткой.

Ограничения класса: невозможность использования тяжелой и силовой брони. Невозможность использования тяжелого оружия, ракетных систем и систем силовой защиты.

Вся нужная информация отобразилась на проекции поверх моего изображения. Так, понятно. А в чем тогда фишка «Поисковика»? Мгновенно, повинуясь моему мысленному запросу, на проекции отобразился другой текст:

«Поисковик». Специалист по обнаружению скрытых локаций, аномалий и полезных предметов с помощью сканирующих систем. С ростом уровня и навыков персонажа увеличиваются шанс обнаружения и ценность добычи.

Класс «Переводчика» я даже не стал смотреть, ну не мое это, и в школе по немецкому я еле до тройки дотягивал. Поэтому выбор я хотел сделать на «Поисковика».

И хотя меня заинтриговали слова про поиск скрытых локаций и аномалий, но «невозможность использования тяжелого оружия» сильно настораживала. На дальней снайперской дистанции такой персонаж не боец, впрочем, как и «Переводчик». На средней же и ближней… А вот тут было непонятно. Слишком мало я пока что знал об этой игре и совершенно не представлял существующие там типы оружия. Возможно, и есть что-то, и при этом вполне пригодное для причинения вреда всем злыдням. Интересно, а там читеры есть? А возможно, и нет…

Снова вывел информацию о «Поисковике». Вроде как более сбалансированный класс, и именно этот путь для меня напрашивался, если учитывать мое обучение, работу в органах и полученные там знания. Я уже хотел было сделать свой выбор, но тут мой взгляд зацепился за сочетание слов «специалист по добыче» и «бонус на объем».

Это что же получается? После обнаружения полезных минералов или рудных жил меня заставят самого добывать найденные ценности, раз уж у персонажа имеется бонус на добычу или поиск? Меня аж передернуло от невеселой перспективы провести следующие два года своей жизни с киркой, в каких-нибудь рудниках пахать. Это же свихнуться можно будет от однообразия и скуки…

Хрен им, я уж точно там работать не буду, не для этого меня сюда направили. И я решился, остановив свой выбор именно на «Поисковике».

Изображение резко потускнело, после чего отразило следующую таблицу с информацией о персонаже:

Я внимательно вчитался в получившиеся характеристики. Трудно было вот так с ходу сказать. Да и нулевая магия тоже не порадовала, но видимо, выбор все равно был, и это круто. Не то, чтобы я ожидал от «Поисковика» каких-либо способностей в магии, скорее, наоборот, но раз такая характеристика в таблице имелась, значит у кого-то магия все же была!

Кстати, по всем характеристикам можно было прочесть краткие подсказки. Вроде того, что «сила» влияет на переносимый персонажем вес, дальность броска разных предметов и наносимый оружием ближнего боя урон. Или что количество очков здоровья зависит от уровня персонажа и некого множителя, индивидуального для каждого игрового класса. Про магию же было сказано, что количество «маны» зависит от «интеллекта», уровня и связанного с игровым классом коэффициента. Видимо, у «Поисковика» этот коэффициент был просто равен нулю.

В целом, ничего нового для себя я не обнаружил, все характеристики персонажа были привычными и так или иначе уже встречались мне в других играх. Разве что вызывала вопросы «известность» – непонятно, как она рассчитывалась и на что влияла. То ли это была своего рода «карма» – положительная или отрицательная, при которой в зависимости от твоих предыдущих действий можно было найти хороший лут или не найти ничего.

Очень быстро я убедился, что редактировать никакие параметры в таблице не получается, и приходится принимать то, что создала для моего персонажа игровая система. Единственный выбор, который предоставляла мне игра, – подтвердить, что я ознакомился с вводными данными и готов войти в игровой мир или еще подождать и подумать.

По-хорошему мне сейчас полагалось бы выйти из вирткапсулы, дождаться завтрашнего дня, выслушать вводную инструкцию, затем изучить игровую систему и только потом продолжить. Но представляете, насколько трудно оторваться от новой игрушки, которую тебе только-только дали попробовать, да еще с такой реалистичной графикой! Блин, что за сервера у них тут?

Я понимал, что как только дам подтверждение о том, что ознакомился с начальными характеристиками и готов, меня сразу же перенесет в игру. Прекрасно представлял, какой нагоняй я получу от начальства, если провалю проверку и упущу возможность усилиться. С другой же стороны, я вовсе не малолетний ребенок, впервые запустивший игру и не понимающий, как в ней передвигаться и ориентироваться. Я – достаточно опытный геймер, повидавший тьму-тьмущую разных игровых реальностей. Да неужели мне не хватит способностей и опыта справиться?!

Поэтому, внутренне сконцентрировавшись и пожелав сам себе удачи, я подтвердил, что готов к испытаниям.

Глава 5

Картинка сменилась мгновенно. Пропала проекция, на ее месте в стене появился сферический проем, в котором переливалось темно-синего цвета силовое поле с периодически пробегающими по нему разрядами: то ли молнии, то ли еще что-то. А еще одна за другой проявились в виде разноцветных полосок показатели персонажа, здоровья и маны. При появлении каждой полоски перед глазами в виде всплывающей подсказки с текстом появлялось уведомление, так что никаких непонятностей и вопросов по поводу нововведений у меня не оставалось.

Я крутил головой, но полупрозрачные полоски, словно приклеенные, все время оставались в правой верхней части области моего зрения. Смотреть они не мешали, совершенно не раздражали, все шкалы были максимально возможной длины. Поэтому я удовлетворенно кивнул.

Сканирование – это умение моего класса персонажа. С ростом навыка радиус сканирования и вероятность обнаружения будут увеличиваться, типы получаемых откликов расширятся, а время перезарядки навыка уменьшится. Тут же пробежали строчки информации у меня перед глазами и появилась маленькая серая иконка, очень похожая на ромб.

О как! Я впал в некий ступор, тем более что проверить на практике новую возможность не получалось – иконка оставалась неактивной.

А между тем ознакомление с игровыми возможностями персонажа продолжалось. Снизу экрана появилась шкала прогресса опыта.

«Использование навыков и совершение игровых действий приводят к заполнению шкалы прогресса. При полном заполнении шкалы происходит повышение уровня персонажа. Смерть персонажа приводит к обнулению шкалы прогресса», – снова пробежали строчки информации у меня перед глазами.

«Внимание!!! Смерть персонажа при нулевой шкале прогресса приводит к потере одного уровня, а также всех нераспределенных очков навыков и части уже имеющихся навыков и предметов персонажа. Повторная смерть приведет к потере двух уровней и значительной потере навыков».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.