# Немой свидетель

Аргус Нокс

В безупречном цифровом мире искусство – преступление, память – вне закона. Комиссар Уолтер Пак, служа Системе, охотится на хранителей запрещённых артефактов бумажной эры. Его новая цель – библиотекарь с реликвией, способной перевернуть реальность. Прикосновение к шершавой бумаге ставит выбор: уничтожить последнюю правду или стать её хранителем. Антиутопия о силе слова, переживающего любой режим.

© Аргус Нокс, 2025


ISBN 978-5-0068-1491-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предупреждение!

Перед вами – художественное произведение. Это зеркало, поднесенное к возможному будущему, а не комментарий о настоящем. Мир, люди и законы в нем – плод воображения автора, призванный заставить задуматься о вечных ценностях: искусстве, памяти и человечности.


С момента вступления в силу «Указа №0001» минуло уже около ста двадцати лет. С 2040 года все бумажные носители были запрещены, а им на смену пришли электронные терминалы. Но даже сейчас обрывки прошлого продолжают просачиваться в настоящее.

– Комиссар Уолтер Пак, сегодня утром поступило анонимное сообщение, – офицер Стен Хуберт приблизился к молодому сотруднику отряда «Дельта-3». – В районе бытовой промышленности двадцать шестого сектора был замечен запрещенный артефакт – бумажный носитель. Предполагаемый «Хранитель» – бывший библиотекарь VR-библиотеки Оливер Смит.

– Моя задача? – твердо спросил Уолтер.

– Проверить донос. Обнаружив артефакт – уничтожить. Если информация не подтвердится, выписать штраф в три тысячи кредитов для ID-9H9Lkg3F.

– Разрешите приступить к выполнению, товарищ офицер?

– Приступай.

Не говоря более ни слова, Уолтер развернулся и вышел из кабинета.

По пути к лифту его планшет коротко и противно завибрировал – новый вызов. Приоритет низкий. Дело пустяковое: в 14-м секторе ребёнок уличным мелом нарисовал на асфальте солнце. Анонимный сигнал поступил от бдительного соседа. «Вандализм. Несанкционированная визуальная пропаганда», – гласила сухая формулировка.

Уолтер автоматически сменил курс. Оливер Смит мог подождать. Система не терпела задержек, даже в мелочах.

На месте он действовал быстро и без эмоций. Родителей оштрафовал на две тысячи кредитов за недочет в воспитании. Ребёнка – на пятьсот за порчу муниципального имущества. Сам рисунок был стерт за пять секунд чистящим дроидом, вызванным им же. Он даже не запомнил, было ли у того солнца лучистое, наивное лицо, как на древних картинках. Процедура.

И только когда мать, белая как мел, молча тянула к терминалу дрожащую руку для сканирования ID, внутри Уолтера что-то едва заметно дрогнуло. Глупый, ничтожный импульс, тут же подавленный годами дрессировки. Он развернулся и ушёл, не оглядываясь.

Эта мелкая, гадкая пауза в графике отняла сорок минут. Задача по Смиту перестала представляться сложной. Она стала отдушиной после детского солнца. Предстояло найти жилище этого так называемого «Хранителя».

Дорога до указанного района занимала не более часа.

Мысль о прикосновении к бумаге вызывала у Уолтера почти физическое отвращение, впитанное с годами учёбы. Его учили, что «Указ №0001» был величайшим актом гуманизма. Бумага – это варварство. Это вырубленные леса, грязные типографии и тонны мусора, который не утилизируется, а тлеет на свалках веками. Это хаотичные, неконтролируемые библиотеки, где любая лженаучная теория или призыв к насилию могли множиться без всякого надзора.

Цифра – это чистота, порядок и эффективность. Весь массив знаний, прошедший верификацию, всегда под рукой в твоём терминале. Можно мгновенно обновить устаревшие данные, удалить опасные идеи, оставив лишь суть, полезную для процветания общества. Бумажный носитель – это бунт против самого прогресса. Это желание утонуть в грязи прошлого, когда люди тонули в информационном шуме и дезинформации.

Его миссия была не карательной, а почти санитарной. Он – хирург, иссекающий отмершую, больную ткань с тела здорового организма.

Улицы 26-го сектора встретили его гулом антигравитационных двигателей и навязчивой неоновой рекламой. Воздух, пахнущий озоном и пылью, был густым и неподвижным. Уолтер двинулся вглубь жилого квартала, где датчики наружного наблюдения встречались реже, а тени лежали гуще.

– Простите, – Уолтер вежливым, но не допускающим возражений жестом остановил женщину, спешившую по своим делам. На её пальто лежал отблеск голографической вывески. – Я комиссар 26—го сектора, отряд «Дельта-3», Уолтер Пак. Позвольте поинтересоваться, не знаете ли вы, где можно найти Оливера Смита? В прошлом он работал библиотекарем в местной VR-библиотеке.

Женщина отшатнулась, будто от внезапного удара током. Её глаза, широко раскрытые, на мгновение выдали чистый, немой ужас, прежде чем в них загорелось раздражение.

– А тебе какое дело? – прошипела она, сжимая потёртую сумку. Её взгляд метнулся по сторонам, проверяя, не следят ли за этим разговором. – Уходи отсюда. Нечего до простых граждан докапываться. Смит ни в чём не провинился.