# Домовая Даша

Александр Ралот

– Вот если бы они нашли общий язык и подружились!Внук – «ботаник» Тимофей и… наша домовая… Даша!***– А ещё, в этом замке, как и положено, живёт привидение! – Дед решил, что уже пора перейти к главному. – Вернее, не приведение, а очень даже симпатичная девушка – домовая, зовут её Даша, и она очень любит учиться и учить! – Идём скорее, – вскакивая с места, перебил его внук, – я прямо сейчас хочу с ней познакомиться. Вдруг она, как и я, грезит… океанологией, хотя вряд ли. Им бы только селфиться.

Фотограф Александр Ралот


© Александр Ралот, 2025

© Александр Ралот, фотографии, 2025


ISBN 978-5-0068-1448-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Инопланетный друг Тимофея

«Восемь ног у осьминога.
Это много? Очень много!
Чтобы просто прогуляться,
Надо долго обуваться».
Валентина Полякова
***
«Всю работу Осьминоги
Переделают с утра,
Потому что на все ноги
И все руки мастера».
Галина Ильина

***

Автомобиль представительского класса подъехал к служебным воротам местного аэропорта. На минуту его владелец – олигарх Александр Иванович Силуяновов задумался: «А нужно ли всё это? Стоит ли платить приличные деньги руководству, чтобы оно разрешило встретить подростка, не как принято – в зале прилётов, а прямо на стоянке самолётов?»

Но, с другой стороны, так уж вышло, что своего внука «воротила бизнеса» никогда не видел, и ему очень хотелось произвести на близкого родственника самое приятное впечатление. Ведь всем же известно, что оно, это первое впечатление, имеет важнейшее значение.

«Владелец заводов, газет, пароходов» в который уж раз, достал из кармана смартфон и вывел на экран фотографию кучерявого подростка, в каких-то нелепых очках.

«Надо будет уговорить его носить линзы», – подумал Силуянов, и стал припоминать, когда и при каких обстоятельствах он общался с подрастающим поколением. Выходило, что практически, никогда. Единственным молодым человеком, вернее, даже не человеком, а домовым, то есть – домовой, была Даша, обитающая в его кабинете. Интересно, откроется ли она Тимофею? Ведь из всей многочисленной прислуги, постоянно проживающей на вилле, девушка стала видимой и общалась только с ним.

– Вот если бы они нашли общий язык и подружились! Внук – «ботаник» Тимофей и… домовая… Даша.

Размышления олигарха прервал громкий голос дикторши:

– Совершил посадку самолёт, прибывший из Владивостока. Просьба встречающих пройти в зал ожидания…

Александр Иванович дотронулся до плеча водителя, чтобы тот направил автомобиль к отведённой для самолёта стоянки, и стал вспоминать.

Однажды много лет тому назад, узнав о его незаконной предпринимательской деятельности, единственная дочь, в один, совсем не прекрасный день, собрала вещи и, напоследок, громко хлопнув дверью, на долгие годы, исчезла из его жизни.

Лишь много лет спустя, благодаря кропотливой работе, созданного им Сыскного бюро «Крулевская и партнёры», беглянку удалось отыскать, а затем и уговорить отпустить её сына Тимофея, на летние каникулы к деду.

### Вечер того же дня

Силуянова во внуке больше всего поражало то, что он ничему не удивлялся. Совсем. После экскурсии по многочисленным коридорам и комнатам огромной виллы, его глаза ни разу не округлились от увиденного. Совершенно спокойно он принял от деда шикарный подарок – самый навороченный ноутбук, который только можно было отыскать в их городе.

Молча отнёс его в отведённую ему комнату и тут же вернулся в гостиную.

– А ещё, в этом замке, как и положено, живёт привидение! – Дед решил, что уже пора перейти к главному. – Вернее, не приведение, а очень даже симпатичная девушка – домовая, зовут её Даша, и она очень любит учиться и учить. Вот только одно плохо, пока что видеть её могу только я….

– Идём скорее, – вскакивая с места, перебил его внук, – я прямо сейчас хочу с ней познакомиться. Вдруг она, как и я, грезит… океанологией, то есть – океаногра́фией, хотя это вряд ли. Она же девчонка! Им бы только модные журналы читать, да селфиться где попало.

***

Войдя в главное помещение дома, в личный кабинет олигарха, Тимофей с ходу начал произносить вслух трудно произносимые латинские названия подводных растений, заглядывая при этом в каждый угол. Но Даша никак не желала вступать в контакт. Тогда Тимофей повернулся к деду, поправил очки и тихо произнёс:

– Деда, исчезни, ну хоть ненадолго. Она, наверное, тебя стесняется.

– Меня?! От удивления глаза хозяина кабинета «полезли на лоб», – да если хочешь знать, мы с ней, прямо тут, вот за этим компьютером такие дела проворачивали! Да она мне, знаешь как здорово помага… – но, увидев укоризненный взгляд близкого родственника, Александр Иванович осёкся на полуслове, махнул рукой и почему-то пятясь задом, вышел из кабинета, плотно прикрыв за собою дверь.

***


– Должна тебе заметить, что ты не прав, причем абсолютно, кроме водорослей, вида саргассум, встречаются и другие, которые также любят закрепляться на спинах морских блюдец, и путешествовать вместе с ними. Между прочим, при исследовании одной из прибрежных зон Британии, было подсчитано, что, на пятнадцати процентах улиток есть водоросли! Но всё это ерунда по сравнению с инопланетянами. Вот уж кого нужно как следует, поизучать! – девичий голос раздавался сразу из нескольких углов, и Тимофею приходилось крутить головой то в одну сторону, то в другую.

Наконец, он обессиленно опустился в дедушкино кресло и уже открыл рот, чтобы продолжить спор, но не успел, так как Даша материализовалась прямо перед ним, сидя на большущем дубовом столе и болтая ногами:

– Да будет тебе известно, что они древнее динозавров, и могут мгновенно изменять как свою форму, так и окраску. Лучшие на планете Земля мастера перевоплощения!

– Знаю, знаю это… – Тимофей, на всякий случай, отодвинул кресло от стола и хотел было назвать имя пришельца, но Даша сделала знак рукой, чтобы он её не перебивал, и тоном заправской училки продолжала:

– Многие считают, и я с ними полностью согласна, что эти существа – одни из самых умных созданий на нашей планете! Их триста видов, и они даже умеют… видеть сны!


***

Вдруг она соскочила со стола и, протянув пареньку руку, затараторила:

– Тимоша, хочешь в океан? Прямо сейчас?

– Ккку-да? – от удивления Силуянов-младший стал заикаться.

– Вот чудак, – девушка звонко засмеялась, – нас, домовых, люди считают почти волшебниками. И это правда. Например, перенести такую маленькую человеческую тушку, и погрузить её под воду, где-нибудь на Большом барьерном рифе, – при этих словах Даша, обошла вокруг Тимофея, – мне кажется, не составит особого труда. Правда, увы, ненадолго. Ну что, согласен?

Юный любитель приключений не знал возразить или нет, но его голова, не дождавшись команды из мозга, уже кивала, в знак согласия.


.

## Инопланетный друг Тимофея. Эксперимент

Войдя в свой кабинет, Силуянов, застыл на пороге, с открытым ртом, ибо меньше всего он хотел увидеть то, что открылось его глазам.

Тимофей и Даша стояли по разные стороны огромного стола, опершись на него кулаками, и, что есть мочи, кричали друг на друга.

– Да, что ты понимаешь в ихтиологии? Да ты, да ты… даже не человек, а непонятно кто?! – осьминогами двигает не разум, а обычные животные инстинкты! Главные из которых – самосохранение! Поэтому при виде опасности, они как можно шире раздвигают свои руки-ноги-щупальцы, а между ними перепонка, которая и делает их визуально больше. Кошки тоже, при виде врага выгибают спины, чтобы казаться больше! Не будешь же ты утверждать, что и они разумные существа?!

– Ещё как буду! – парировала домовая, – и, вообще, о кошках ты ещё меньше знаешь, чем об осьминогах. Вот, для примера, известно тебе, что если взять кису в руки, повернуть её мордочкой к углу и внимательно посмотреть через её ушки, то можно увидеть нас, домовых… ну, или какую другую… нечисть.

– Во-во, именно нечисть! Сама, ни одной книжки по подводным обитателям не прочитала, а туда же. Осьминоги – разумные, кошки тоже…

– Надеюсь, тебе известно, что любая теория рано или поздно подтверждается практикой?! – бесцеремонно оборвала его Даша.

– Ну и что? Попросим дедушку притащить сюда кота и будем искать в каждом углу этой виллы твоих родственников? – тут же съехидничал Тимофей.

– Нет! Прямо сейчас отправимся в океан, и я тебе докажу, что они… ра-зум-ные, то есть – мыслящие.

– А можно и я с вами, – робко, словно школьник, а не всесильный олигарх, попросил Силуянов:

– Я тоже хочу в океан, я, если честно, никогда в нём, то есть на нём не был.

– Нет! – одновременно возразили Даша с Тимошей и… исчезли, оставив после себя, запах моря, водорослей и… жаленной корюшки, которая, как известно, пахнет свежими огурцами.

***

– Я притащила тебя именно сюда, потому что в этой части океана нет камней, пещер, и прочих укрытий, кругом один песок и мелкая галька. Это, так сказать, подводная степь, – при этих словах Даша, пальчиком написала на морском дне «осьминог, приди поскорей» и продолжила:

– В этих местах выживают либо сильные, либо умные. Согласен?

Тимоха кивнул, и стал наблюдать за шагающим к ним небольшим восьмилапым существом. Тот поочерёдно переставлял две пары своих щупалец, а ещё четырьмя держал перед собой сразу две половины солидной ракушки.


– Согласись, весьма запасливый осьминог, – зашептала Даша, наклонившись к уху Тимофея, – к большому сожалению, его мама не смогла его ничему научить, и он все приёмы выживания осваивает самостоятельно.

– Почему не научила? Её акула слопала или ещё какой-нибудь хищник? – при этих словах мальчик хотел погладить осьминога словно кошку, но вовремя передумал и одёрнул руку.

– Мамы этих существ никогда и ничему не учат своих детей, но об этой печальной истории, я тебе потом, позже расскажу, а сейчас давай просто будем наблюдать.

В ту же минуту их объект изучения, сложил все свои конечности вместе и словно ракета бросился вперёд. Секунду спустя его щупальцы со всех сторон обхватили увесистого краба, а твёрдый клюв, словно консервную банку, вспарывал крепкий панцирь своей жертвы.

Однако за этой удачной охотой наблюдали не только «подводные исследователи», но и здоровенная рыбина, с целым набором острых зубов.

Недолго думая, она бросилась вперёд, собираясь плотно позавтракать и осьминогом, и пойманным им крабом.

Но «восьмилапый» был начеку. И тут же бросился наутёк, шустро отталкиваясь от плоского морского дна уже тремя парами своих конечностей. Остальные – две всё ещё продолжали удерживать тушку «деликатесной» добычи.

– Вот я сейчас ей задам! – При этих словах Тимофей замахнулся на проплывающую мимо них рыбу.

– Уймись, ихтиолог, – улыбнулась домовая, сейчас для всех морских обитателей, мы не видимые. Правда, это заклинание кратковременное, и совсем скоро нам придётся возвращаться домой, ну или превращаться в какого-нибудь морского обитателя.

– Давай, прямо сейчас… в большущую акулищу, ох как хочется проглотить эту нахалку! – продолжал возмущаться мальчик, – ишь чего удумала, добычу у маленьких отнимать.

– Ты хоть представляешь, сколько волшебной энергии потребуется, чтобы превратиться в этакую громадину? Молчи уж, защитничек, наблюдай лучше. Ничего с твоим объектом наблюдения не случится. Зуб даю, – при этих словах Даша, улыбнулась и показала пальцем на осьминога, который вынужден был бросить добычу и спрятаться в «домике» из самим же притащенных раковин.

– Ну, скажи, разве не разумное существо?! Таскает повсюду эту скорлупу, предвидя, что она может пригодиться в трудную минуту, ибо, как ты видишь, никакой другой возможности укрыться здесь, увы, нет.

– Подумаешь, единичный случай. Земные улитки и черепахи, тоже таскают за собой домики-панцири. И даже сами их выращивают. А этот не умеет выращивать, вот и подобрал, что плохо лежит на дне морском, – Тимофей демонстративно сложил руки на груди.

– Ну, раз этого примера мало, плывём дальше. Буду искать для «Фомы неверующего» другие доказательства.

Продолжение читайте через неделю.

## Птицы во фраках

Самые выносливые птицы,

Что, имея крылья, не летают,

И на Юг не могут устремиться —

В холоде живут, гнёзда не знают.

Но семьи, уклад они не рушат

И потомство прыгает на льдины —

Неуклюжи и милы на суше,

А в воде быстрее рыб пингвины.

Елена Степура

***

Внук Тимофей с шумом захлопнул книгу и, возвращая мне недавно пришедший по почте, авторский экземпляр «Кнопоссажа1», и, словно старик, проворчал:

– Про Арктику писал, а про них нет, про Африку – даже несколько глав, а о них опять, ничегошеньки. Несправедливо это. Ведь они хоть и не умеют летать, но живут только в самых труднодоступных уголках на нашей планете. Ты же лучше меня знаешь, что добраться туда – уже самое настоящее приключение. И пока мы к ним в гости не едем, давай, рассказывай.

– Да о ком? – убирая книгу на полку, спросил я.

– Как это о ком? О птицах во фраках. Все пернатые стараются выбрать для себя такой окрас, чтобы слиться с окружающей средой. Хищникам жизнь усложнить, а эти – гордые. Каждый день одеты так, словно прямо с утра, отправляются на бал всех пернатых или хотя бы, на премьеру, в театр.


***

– Шестьдесят пять миллионов лет назад, – начал я свой рассказ – одна храбрая птица решила пойти наперекор своему племени, взяла, да и обменяла свои крылья на ласты. И нисколько об этом не пожалела. Выводит и выращивает своих птенцов на самом холодном, продуваемом всеми ветрами, континенте.

Здесь их аж пять миллионов, живущих в огромных колониях. И чувствуют себя нелетающие птицы среди нагромождения ледяных глыб и жуткого мороза прекрасно. Отрастили на лапах когти, и с их помощью топают по скользкой поверхности или ложатся на брюшко, да и катятся куда надо. Хоть и необычный, но весьма удобный способ передвижения.

В давние времена первые мореплаватели, рассматривая их в подзорные трубы, принимали, переваливающихся с ноги на ногу существ за местных туземцев. Уж больно необычная, если смотреть издалека, осанка у крупных императорских пингвинов.

– Дед, а почему им не холодно? Ведь из воды мокрыми выпрыгивают, а там ветер, замёрзнут, простынут, и ни одна бабушка на свете не сможет их вылечить.

– Понимаешь, Тимоша, в мире существует такая, скажем так, возможность приспособится, или если по-научному – эволюционировать. Вот и эти птицы обзавелись таким строением тела, которое позволяет не замерзать при ветре и самых низких температурах. Если у всех прочих пернатых один или, в крайнем случае, два слоя оперения, то у пингвинов – целых три! А за ним самый настоящий «скафандр» из жира. Всё это не только защищает их от холода и ветра, но и не пропускает воду. Так что из океана пингвины выпрыгивают… сухими!

– А клюв? А лапы? Там ведь нет перьев! Не очень-то приятно голыми ногами, то есть лапами, по льду. Бррр, – поёжился внук, – представил себе эту пробежку, и сам стал мёрзнуть.

– Об этих частях их тела тоже позаботилась матушка-природа. Создала там особую кровеносную систему. Вот с её помощью и топают птицы «босиком», искоса поглядывая на градусник. А на нём стрелка, порой и до минус шестьдесят доходит.

– Ну, хорошо, с этим понятно, а как с детками? То есть, я хотел сказать с птенчиками? Пингвины изо льда свои гнёзда строят? Да и яйца в такую стужу ни одна мама – птица не видит!

– Согласен. Непростое это дело, детишек малых на морозе растить. Хорошо, хоть на берегу нет у пингвинов врагов. Для начала будущие мама и папа выбирают места потеплее. Ну такое, где не холоднее минус пятидесяти. Тысячи пар укрывая друг друга от ветра и холода, все вместе создают общую систему поддержки. Своё драгоценное яйцо мама пингвиниха должна в течение тридцати секунд перекатить к ногам папы. Если зазевается, и не успеет – яйцо замёрзнет! Там у него, в складках кожи имеется специальная сумка, которая и сохраняет его в тепле. После чего она оправляется охотиться на пару месяцев. А папа ничего не ест, при этом худеет килограмм на двадцать, расходуя накопленный жир. Стоит и сторожит, то есть высиживает свою драгоценность.

Ну а стая мам уплывает этак километров за восемьдесят и ловят рыбу и кальмаров, как следует набивают свои животы. Всё это им понадобится, чтобы по возвращении кормить вылупившегося птенчика и отпустить папу в море, поохотиться и восстановить запасы жира. Пингвинята растут быстро, ведь им предстоит быстро поменять пух детёныша на водонепроницаемые перья. Не успеют – окунутся в воду, не закончив линять, намокнут и утонут!

– А как же они аж до Африки доплыли? И почему до Северного Полюса, то есть до Арктики не смогли? Ведь там тоже холодно. Запросто могли бы приспособиться.

– Ну внук у тебя и вопросики. Давай рассуждать вместе. Первое. Пингвины живут не только в Антарктике, но и в Новой Зеландии, в южной части Австралии, а также по всему побережью Южной Америки от Фолклендских островов. Но сильное течение Западных Ветров не дало бы им возможности проплывать такое огромное расстояние. Второе. Они хоть и водоплавающие, но всё же птицы – теплокровные. Вздумали бы уплыть в тёплые края, получили бы переохлаждение, И, само собой, утонули. Почти четыре тысячи километров, это если по прямой, без учёта течений, это не шутки. Вот и выходит, что единый материк на земле, когда-то, очень давно, существовал. И Африканские пингвины сильно отличаются от своих антарктических братьев. Снизили размер своей жировой прослойки. Но всё ещё нуждаются в прохладном океанском течении и, как могут, избегают перегрева. На твёрдой земле, они, как и другие пернатые, строят гнёзда, в которых и высиживают своё потомство.


– И всё же жаль, что до наших Северных широт не добрались, – Тимоша тяжело вздохнул, – было бы гораздо проще туда слетать, вживую увидеть.

– В одна тысяча девятьсот тридцать шестом году учёный и исследователь Ларс Кристенсен решился на смелый эксперимент. Привёз и поселил на острове Рест в районе Северной Норвегии десять королевских пингвинов. На острове не водились хищники – белые медведи, однако, выжить и дать потомство переселенцы почему-то, не смогли. В то время за ними ежедневно никто не наблюдал. Сохранилась лишь запись в журнале, о том, что последнюю птицу на острове видели в конце сороковых годов.


– Так. Любители красивых и нелетающих птиц, вы совсем забыли, что у нас с вами на сегодня запланирован поход в зоопарк! – На пороге моего кабинета появилась Ба-лю, – Быстренько собрались и вперёд. Будем все вместе любоваться птицами во ФРАКАХ.

## «Аки посуху» или «ящерица Иисуса»

Я – ползучий василиск.

Гребешок мой словно лист.

Хвостик, лапы, голова —

Как зелёная трава.

С водоёмами дружу

И на берег выхожу.

Постою на берегу,

А потом как побегу!

И на зеркале воды

Не отыщутся следы.

Юрий Парфенов

### Вилла олигарха Силуянова. Комната в западном крыле здания, отданная в полное распоряжение внука Тимофея. (Она же любимое место обитания домовой Даши)

Даша, сделав тридцать четвёртый круг вокруг «ботана» имохи, вытерла пот со лба (вот интересно, а домовые, вообще, потеют?) устало опустилась на краешек стола, по ту сторону от мальчишки, уставившегося в свой ноутбук и упорно не желающего замечать ничего во круг себя.

Минут пять она пялилась на своего подопечного и, наконец стукнув кулачком по столу, и не услышав звука удара, «грозно» выкрикнула:

– Сейчас же марш в подвал! Зря, что ли, твой дед, оборудовал там самый настоящий фитнес-центр, с… бассейном! У тебя, согласно расписанию, сейчас, между прочим, час физподготовки. Бегом на беговую дорожку, извини за тавтологию!


Пропустив словесную её тираду2 мимо ушей, Тимофей как ни в чём не бывало, повернул к девушке экран ноутбука:

– Вот ты, вроде бы как волшебница?! Чудеса, всякие делать можешь?! А, вот так как она, по воде слабо пробежаться?

– Не а! – от увиденного Даша округлила глаза, – полетать над водой – это запросто, а вот так, как эта ящерка… даже домовые не могут. Может быть, это существо тоже не простое, а волшебное? Как считаешь?

– Ну так полетели в Южную Америку, там на месте и разберёмся.

– Хитренький какой! Готов хоть на край света смотаться, лишь бы от спортивных занятий увильнуть! Не выйдет! Полетим, конечно, но только после обязательной беговой дорожки и бассейна! Ну сам посуди. Ни ты, ни я по воде бегать не умеем, то есть от тамошних Оринокских крокодилов не удерём, вот и надо научиться плавать быстрее их, благо дедушкин бассейн в полном твоём распоряжении.

– Ага, как же, уплывём! Эти хищники вырастают до пяти метров, да и во рту каждого из них, по шестьдесят восемь здоровеннейших зубов, – проворчал Тимофей, переобуваясь в беговые кроссовки, – пошли уж, тренер, самоучка. И давай договоримся, я честно и добросовестно работаю в спортзале, а затем мы с тобой переносимся в Южную Америку, уж больно хочется своими глазами увидеть любимиц царей Майя.

### Где-то в Центральной Америке

– Волшебной силы у меня немного, поэтому на дарительную экспедицию даже не рассчитывай, – наклонившись к уху Тимофея, шептала Даша, – ты часок позанимался на тренажёрах, я на часок перенесла тебя сюда. Давай соблюдать условие договора…

– Пока не разгадаю, как они это делают, – не уйду! Так и знай! И пусть меня слопают голодные аллигаторы…

– Крокодилы – перебила его домовая, – здесь аллигаторов нет, они в Африке живут, забыл, что ли? Смотри вон туда, одна уже побежала, за ней вторая.

– Какие же они красивые – Тимоша пытался заснять их бег по воде.

Но ящерицы неслись так быстро, что-то и дело «пропадали» из кадра.


– Тебе знакомо слово бипедальность? – вопрошала домовая, помогая мальчику поймать в объектив «бегущую по волнам».

– Конечно, это же… элементарно, – не поворачивая головы отвечал «ботан», – так называют животных, которые, как и человек, могут передвигаться на двух ногах.

– Вот и они, прозванные, «Ящерицами Иисуса» могут и так, и так. Как видишь, по воде они несутся на двух, задних, а, когда забираются на деревья, то используют все четыре конечности. На задних у них, между пальцев, есть крупные перепонки…

– Ерунда всё это, – в обычной своей манере перебил её Тимофей, – таких перепонок в природе полным-полно, но бегают по воде только эти! Наверное, им помогает ещё и высокая скорость!

– И почти мгновенный момент контакта лапы с поверхностью воды, – раздалось откуда-то сверху, и тень бородатого учёного накрыла юных исследователей:

– Мы здесь уже давно и смогли замерить скорость движения ящериц, – учёный присел на корточки и показал ребятам прибор, – целых одиннадцать километров в час, вот и выходит, что эти существа контактируют с водой, всего 0,068 секунды! Вдобавок ко всему они захватывают пальцами задних лап воздушные пузыри, которые также уменьшают контакт с водой, ящерка так быстро перебирает лапами, что пузырёк воздуха просто не успевает схлопываться.

– Ого – го! – хором выкрикнули Даша и Тимофей, – вот это да!

А учёный продолжал:

– Увы, на такой фокус способны только молодые ящерки. Старые и толстые, то есть весящие больше двухсот граммов уже не носятся по поверхности воды, но зато просто великолепно плавают! Да к тому же умеют задерживать дыхание больше чем на час.

Бородатого окликнули, и он поднялся, чтобы уйти, но не тут-то было, Тимофей тут же засыпал его вопросами:

– А на какое максимальное расстояние они могут так вот пробежать по воде?

– Ну метров на 15—20, ответил тот, немного задумавшись. Но уверяю тебя, этого вполне достаточно, чтобы удрать от растерявшегося хищника. Так сказать, оставить того с носом!

– А можно ли их держать дома? Если да, то я попрошу деда, чтобы купил мне парочку, буду смотреть, как они у меня носятся по бассейну.


– Этот вопрос заставил учёного как следует призадуматься:

– В некоторых серьёзных зоопарках их, конечно, содержат, но, как видишь, они любят болотистую местность, придётся тебе свой бассейн превратить в нечто подобное, если, конечно, твой дед не будет против. И ещё совет, – приобретай парочку «ящерок Иисуса», и обязательно самца и самочку, иначе будут драться, до смерти…

Учёный хотел рассказать ребятам, что этому виду животных целых сорок восемь миллионов лет. Именно столько лет черепу «ящерки Иисуса», который нашли в одной из пород американского штата Вайоминг, но ребята его не услышали, ибо волшебная сила домой Даши иссякла, и они неслись в каком-то трансгравитационном туннеле из точки «А» – берег болота в Южной Америки, в точку «В» – комната Тимофея, на вилле олигарха Силуянова.


.

.

## Парадоксы домовой Даши или звук выживания

Всегда природа звуками полна,
Поет в природе даже тишина
Прислушайся – и зазвучит слегка,
Как песня, дуновенье ветерка,
И подпоёт журчанье ручейка,
Подаст свой голос бурная река.
Чарующей гармонии полны,
Мелодии волшебные слышны.
Несутся, льются отовсюду звуки,
Как страждущей души любовь и муки.
Мотив то полон грусти, то – возвышен,
И радость бытия, и плач в нём слышен.

Весною соловья раздастся трель,
Зимой завоет, засвистит метель.
Цикады летнею порой стрекочут.
Кричат у моря чайки и хохочут —
Гортанно, громко, с вечною тоскою,
Резвясь, летая над волной морскою.

Всё заглушив собою в поздний час,
Вдруг пустится надолго дождик в пляс.
Чечётку выбивая, мерно дышит,
По окнам барабаня и по крыше.
Ударят, как в набат, раскаты грома…
Как эта музыка нам всем знакома!

Своя мелодия в саду весной,
В осеннем шорохе листвы лесной.
Несётся сладостный напев над лугом…
И голова идёт от звуков крУгом!
Наполнен мир природы дивной песней.
Нет музыки прекрасней и чудесней!
Зинаида Торопчина