# Объятия Лучезарного

Михаил Станиславович Шетько

Затерявшийся в сибирских лесах Новозарьевск овеян мрачными легендами, а местные жители частенько встречаются с необъяснимым…

Таинственный силуэт появляется на крышах высоток, после чего их жильцов находят мертвыми.

В небольшой супермаркет привозят на передержку загадочные ящики, из которых доносятся стуки и человеческие голоса.

Компания подростков отправляется в отдаленную деревню и попадает в чудовищную ловушку, из которой не выбраться.

Полученный в наследство дачный домик становится для нового владельца проклятьем.

А в недрах этих земель живет хтонический монстр, и имя ему – Лучезарный…

Содержит нецензурную лексику

© Шетько М. С., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

> «Хватит ли вам сил противостоять тьме, когда она так притягательно? Или мрак окутает вас, принимая в свои объятия, чтобы поведать по-настоящему жуткие истории… Лучезарный – это не просто монстр, это хтонический ужас, пробирающийся под кожу, преследующий в каждом шорохе и надолго остающийся в памяти».

> Александра, автор телеграм-канала «Мерцание книжного мира»

## Предисловие

Почему нас привлекает тьма? Что такого интересного и интригующего в неизвестности, которая скрывается во мраке? Не кажется ли вам, что это наивысшее проявление противоестественности человеческой природы? Если мы примем гипотезу о том, что человек появился в результате долгого и мучительного процесса эволюции живых организмов, если оттолкнемся от идеи о том, что простейшая одноклеточная жизнь стала в итоге теми, кто топчет эту бренную землю и закупается пивком по пятницам, то совершенно логично напрашивается закономерный вывод – всего этого бы не было без основополагающего инстинкта. Я говорю не о потребности в пропитании или размножении, я говорю о том, что остается, когда экстремальные ситуации обнажают нашу истинную суть. Я говорю о базовом, фундаментальном желании – желании жить. В основе всего лежит потребность любой ценой выжить и, следовательно, оградить себя от опасностей, которые, потенциально, могут этому выживанию помешать. Но тьма, неизвестность… Казалось бы, именно этого мы должны избегать, именно этого должны сторониться. Наши пещерные предки не выходили из пещер и отсиживались у огня, они береглись и остерегались, зная, что неизвестность может равняться гибели. И, несмотря на все, мы здесь. Боимся тьмы, пугаемся шорохов в ночном лесу, оглядываемся, бредя по пустой улице после захода солнца, вздрагиваем, попадая в непривычные, опасные ситуации.

Но, скажите, не было ли у вас в жизни моментов, когда вы шли на риск сознательно и добровольно? Поступались инстинктом самосохранения по одной простой причине, затмевающей все, – любопытство. Этот феноменальный парадокс ставит под вопрос то, что, казалось бы, незыблемо. Та грань, за которой жизнь уже не кажется такой важной. Грань, которая отделяет вас от тайны, от запретного знания. Это может быть желание зайти в чащу в надежде отыскать там источник странного звука, или прыгнуть с парашютом, или нырнуть в глубины океана. Наш мозг призывает одуматься. Он пытается привести доводы и убедить не лезть, куда не просят, но разум ничто по сравнению с творческим началом. Дети с первых дней жизни начинают исследовать и познавать. Да, иногда эти порывы со временем угасают, но иногда они возникают и во взрослой жизни. Желание заглянуть за грань может подвести к черте. И тогда есть вероятность узнать правду, какой бы страшной она ни была. Узнать правду и уже никогда не быть прежним.

Я пишу эти строки, сидя в старом потрепанном кресле, которое не раз переезжало по съемным квартирам, томясь в багажнике моего автомобиля. Я пишу, сложив ноги на удобный журнальный столик. Я порой отпиваю теплый чай из своей любимой кружки и периодически встаю, чтобы пройтись по комнате и собрать мысли в единый клубок, чтобы сказать именно то, что хочу сказать. Не так просто, на самом деле, донести свою мысль. Может казаться, что нужно всего лишь стучать по клавишам или водить карандашом по листу бумаги. Увы, все немного сложнее. Всегда что-то остается за скобками. Это сродни пакету с соком, из которого физически невозможно выпить все. Как бы вы ни пыжились и ни вертели упаковку, пара последних глотков вам все равно не достанется, и, если вы достаточно упорны, будете пытаться и пытаться. В этом, наверное, и есть весь смысл писательства. Это путь. Это бесконечный путь, конца которому нет. Можно лишь максимально приблизиться к цели, но никогда ее не достигнуть. Я хотел бы описать текущий момент настолько подробно, насколько это возможно. Я сказал бы о ночной тишине, затекающей в приоткрытое окно из пустынного двора. Я поведал бы о далеком гуле водопроводных труб и о тихом урчании ноутбука, о едва заметном паре, вьющемся над кружкой, о запахах, вкусах и эмоциях, о теплом свете одинокой лампочки над моей головой и о неловких паузах во внутреннем монологе. Я мог бы расписывать часами и не передал бы отпечаток этого момента даже наполовину. Это невозможно. Это было здесь и сейчас, но это не значит, что все бессмысленно. У вас сложится своя картина. Чье-то воображение нарисует красные обои на стенах, чье-то – серые. И вовсе неважно, какие они были на самом деле. Важно то, что написанные слова обретают свою жизнь. Еще один парадокс, не правда ли?

Те истории, которые вы прочтете в этой книге. Те ситуации и события, свидетелями которых вы станете. Те образы и персонажи, те личности и судьбы, те ужасы и радость, те боль и наслаждение. Все это вымысел? Может, это вымысел лишь отчасти? Может, все это чистая правда? Я позволю себе оставить это где-то между строк. Я оставлю это на тех странных, таинственных, темных и притягательных улицах города, который связал все воедино. Города, которого существовать не должно, города, который не может существовать, но все же существует. И именно в этот город мы и отправимся прямо сейчас. Не знаю, как на вас скажется этот путь, но с него не возвращаются прежними. Мне осталось сказать вам лишь одно…

Присаживайтесь поудобнее, пристегивайтесь покрепче, ведь наше путешествие сквозь ночь начинается. Поехали!

## Зеркальный бегун

> Я далеко не убегу,

> Меня всегда можно найти.

> Если понадоблюсь, я буду рядом.

> Если попросишь остаться, я останусь.

> Я далеко не убегу.

> Liars – The Other Side of Mt. Heart Attack

### 1. Прыжки по крышам

Я знаю, что ты мне не поверишь. Да и с чего бы тебе верить постороннему? Но все же должен сказать перед тем, как начну: все, что ты сейчас услышишь, – абсолютная правда. Я ничего не приукрасил, не стал сглаживать углы. Я мог бы изменить рассказ, преуменьшить свою роль в событиях, но какой в этом смысл теперь? У меня много грехов, но ложь не из их числа. Так что слушать или нет – дело твое. В любом случае это уже ничего не изменит.

Все началось с ночной пробежки. Да, тебе не показалось. Именно с пробежки. В то время я был фрилансером. В шутку называл себя Бобой Феттом. Хотя, знаешь, всю эту джедайскую клоунаду никогда не любил, но сравнение мне показалось довольно точным. Мои заказчики чаще всего находились в другом полушарии, поэтому в основном работать приходилось в темное время суток. Меня это не смущало. Я всегда ценил уединение, а ночью достичь его проще всего. Днем я отсыпался как заправский Дракула, а вечером приходил в себя, бегал по темным аллеям моего спального района и возвращался в свою маленькую квартирку в панельной девятиэтажке. Тот вечер не был исключением. Весна уже вступила в свои законные права. Ночи были относительно теплые и сухие. Чувствовалось приближение того переходного периода между слякотью и морозом, который у нас принято называть «летом». Я надел спортивки, бросил в поясную сумку ключи и плеер и вышел на свежий воздух. Сумерки закончились, и вечер, сам того не замечая, сменялся ночью. Я втянул носом свежий воздух. На улице было замечательно. Должен сказать, что это чувство, которое испытываешь тихой темной ночью в пригороде, пожалуй, то, что я люблю в жизни больше всего. Людей на улице почти не было. Только где-то далеко, за многоэтажками, я слышал приглушенные голоса редких прохожих и звуки припозднившихся автомобилей. Я оглядел двор с улыбкой на лице. Легкий ветерок покачивал высокие деревья, которые еле заметно выделялись на фоне бархатного неба. В домах напротив почти не осталось светлых окон. Немногие могут себе позволить будничный ночной променад. Ну а я мог. Так что, немного размявшись и выбрав сегодняшний маршрут, я вставил в ухо один наушник, включил на плеере аудиокнигу и побежал трусцой, довольный как слон.

* * *

Я обогнул свою панельку, выбежал на дорожку, идущую параллельно проезжей части. Достигнув тоннеля подземного перехода, я сбежал по лестнице и пронесся под трассой в парк. Конечно, только дурак ночью решит спускаться в такое очевидно опасное место, но в нашем районе всегда было спокойно. Да и бегал я быстро, так что от алкаша или гопника спокойно унесся бы при встрече.

Я намотал несколько неспешных кругов по парку. Ночной сквер – это чертовски красивое место. Конечно, каждый раз выбегая из очередного светового круга, отбрасываемого жужжащим фонарем, я инстинктивно озирался на темные кусты вдоль гравийной дорожки. Все-таки я слышал про битцевского маньяка и ему подобных, но, как я уже сказал, ночные пробежки я любил и вряд ли смог бы себе в них отказать, даже если бы у нас объявился свой парковый душегуб.

Выполнив дневную (хотя, скорее, ночную) норму, я неспешно пошел в сторону дома. Беговая дорожка тихо похрустывала под моими подошвами, на небе уже белела луна. Я вышел из ворот парка, покрытых старой облупившейся краской, и двинулся к переходу. Увлеченный аудиокнигой и ночным спокойствием, я остановился у ступеней перехода и решил еще немного насладиться одиночеством. Я оперся на ограждение четырехполоски и задумчиво стоял, провожая взглядом редкие авто. За шоссе было хорошо видно начало моего дома. За ним блестело редкими огоньками целое бетонное море высоток. Решив, что пора двигать, я еще раз окинул взглядом каменные джунгли и вдруг заметил что-то резко контрастирующее с общей умиротворяющей картиной. Надо сказать, что со зрением у меня полный порядок, да и ночь благодаря полной луне была довольно светлой. Я не был уверен, но мне показалось, что на крыше одной из девятиэтажек было что-то лишнее. Будто темный силуэт на фоне звездного неба. Я был готов списать это на какие-то коммуникации или инфраструктурные объекты. Вроде антенн, вытяжек или коробов, за которыми скрываются мотор и другая лифтовая периферия. Но в моей стройной системе аргументации был один пробел. Этот путь я проделывал почти каждую ночь. И этими домами я тоже любовался регулярно. Я был уверен на все сто процентов, что силуэт там появился впервые. Признаться, ситуация немного выбила меня из равновесия. Удивленно всматриваясь в очертания на крыше, я уже перестал воспринимать голос диктора у себя в ухе. Не отводя взгляда от панельки, я выключил плеер, смотал наушники и убрал их в карман. Вдруг совсем рядом по трассе пронеслась машина, из которой гремела какая-то глупая попсовая песня. Внезапный автомобиль выдернул меня из оцепенения, и, когда я вновь посмотрел на крышу, силуэта уже не было. Я, с трудом переборов подкатывающий страх, постарался убедить себя, что это просто какой-то лифтер-полуночник лазил что-то чинить или, может, какой-нибудь подросток пробрался на кровлю посмотреть на ночной город и попить пивка втайне от родителей. Опасливо и нервно озираясь, я пробрался через тоннель перехода и, оказавшись на другой стороне шоссе, поспешил домой, периодически поглядывая на злосчастную крышу. Войдя в квартиру, я закрыл дверь и включил какое-то видео на «Ютубе», чтобы отвлечься. Всматриваясь в темноту за окном и совершенно не замечая придурковатого блогера, рассказывающего очередную шутку, я вдруг осознал, что меня смутило. Не силуэт на крыше. И даже не его очевидно антропоморфные формы. Просто я почувствовал, что он пристально наблюдал за кем-то. И, сам не зная почему, надеялся, что меня он не заметил.

* * *

С той ночи я стал куда более внимателен и осторожен. Конечно, звучит смешно: испугался чувака на крыше, но это только на первый взгляд. Было в той фигуре что-то. Не то чтобы неправильное. Это не был какой-то слендермен[1] или сиренхэд[2]. Ничего такого. Вполне обычные и естественные пропорции. Беспокоила меня его сосредоточенность. И скорость, с которой он исчез из вида.

Следующие несколько дней прошли вполне обычно. Я закончил довольно несложную халтурку, получил деньги и решил немного отдохнуть. С кружкой чая в руках я сидел на диване с ноутбуком и смотрел какой-то тупой боевичок. Свет не горел, из открытого окна приятно тянуло свежестью. Легкие шторы тихо колыхались от ветерка. Я лениво зевнул, отхлебнул из кружки, и вдруг меня привлек звук. Это был тихий скрип где-то на улице. В другой ситуации я бы не придал ему особого значения, но сейчас мои нервы были уже порядком расшатаны странными событиями. Поэтому я потихоньку отставил ноутбук в сторону, неслышно поднялся на ноги и крадучись подошел к окну. На пару сантиметров раздвинув жалюзи, я выглянул во двор. Там было пусто. Я не увидел никакой жуткой сцены и не заметил пресловутого инфернального монстра. Однако я смог определить источник звука. Старые качели. На них сидел темный силуэт и беззвучно наблюдал за окнами. Сиденье под ним легонько покачивалось, и ржавые трубы, соединяющие его с перекладиной, издавали едва слышный металлический скрип. Я проследил за направлением взгляда незнакомца. Он смотрел в окно второго этажа. Там, ни о чем не подозревая, суетилась на кухне какая-то женщина в халате. Не то готовила поздний ужин, не то собиралась помыть посуду перед сном. Пока я присматривался в надежде понять, что такого усмотрел темный незнакомец, вдруг осознал, что скрип больше не слышен. Я вновь опустил глаза к качелям, но они были пусты. Испугавшись, я опустился на пол, чтобы скрыться из возможного поля зрения. Пару мгновений спустя я все же решился выглянуть. Женщина закончила свои кухонные дела и выключила свет. Во дворе было тихо и спокойно, но на долю секунды мне показалось, что я расслышал приглушенное шуршание и заметил темный силуэт, перепрыгнувший с крыши на крышу.

* * *

Конечно, первой моей мыслью было позвонить в полицию. И я уже даже начал набирать номер, но остановился с телефоном в руке. Что им сказать? Здравствуйте, я тут видел, как по крышам в нашем районе прыгает непонятно кто и следит за окнами? Пришлите спецназ, а лучше охотников за привидениями или Ван Хельсинга? В общем, провести месяц-другой в психдиспансере или нарваться на штраф за ложный вызов я не очень хотел, поэтому никуда звонить не стал. Не рассказал я о Прыгуне, как его про себя прозвал, и никому из знакомых. Никто бы мне в любом случае не поверил, а выглядеть в их глазах суеверным параноиком меня как-то не тянуло. Но сохранить свои наблюдения в тайне я решил не только из-за страха быть высмеянным. Был еще и другой страх. Неосознанный, но более глубокий. Сам не знаю почему, но я опасался, что Прыгун следит за мной. И обязательно узнает о моем длинном языке. А что тогда будет, мне проверять не хотелось.

* * *

Постепенно мои опасения улеглись, и я просто принял факт того, что ночью по крышам бегает некий субъект. За следующий месяц я замечал его неоднократно. Порой он сидел у самого края здания, наблюдая за двором. Иногда я видел его перелетающим трассу. Несколько раз во время пробежек я вдруг слышал характерный шорох листвы и, поднимая голову к кронам деревьев, успевал заметить проносящуюся на фоне неба фигуру, которая тут же скрывалась в зарослях. Конечно, поначалу каждое появление Прыгуна вызывало во мне почти животный ужас, ведь его поведение совсем не вязалось с повседневной действительностью, но понемногу испуг перерос в любопытство. Я даже поймал себя на мысли, что целенаправленно ищу с ним встречи. К тому же я ни разу не замечал, чтобы он проявлял какую-либо агрессию. Мой новый «знакомый» всегда просто наблюдал и не пытался даже вступить с кем-либо в контакт. Впрочем, иногда я замечал, как на балконах или в потухших окнах мелькает какая-то едва уловимая тень, но это можно было списать на разыгравшееся воображение. В один из вечеров, снова всматриваясь в темноту двора сквозь раздвинутые жалюзи, я понял, что начал немного завидовать Прыгуну. Я и сам не мог бы точно сказать, чему именно. Наверное, свободе. Ну или легкости, с которой он перелетал здания. Я регулярно скроллил местные новости и форумы, но не находил никакой информации. Временами я начинал думать, что все происходящее не что иное, как синдром какого-то душевного расстройства. Я никогда не страдал от психических заболеваний, поэтому сказать, насколько реальными кажутся видения сумасшедших, не могу, но Прыгун выглядел более чем реальным. Так что эту версию я быстро отмел, да и проверить ее без вероятности оказаться в палате с мягкими стенами возможности у меня не было.

Поэтому, приняв за отправную точку тот факт, что не сошел с ума, я решил, что должен узнать о Прыгуне как можно больше. Если бы меня спросили зачем, я бы ответил, что по-другому просто не мог.

### 2. Вылазка

Чем больше я пытался понять происходящее, тем сложнее это становилось. Выслеживать Прыгуна было не так просто, как может показаться. Скорость, с которой он исчезал, и непредсказуемость его маршрутов были недостижимы для простого парня вроде меня. Думаю, со слежкой за ним возникли бы трудности даже у отряда специалистов ФСБ. Но, несмотря на препятствия на пути, опускать руки я был не намерен.

С приготовлениями я решил не спешить. Ведь торопиться мне было некуда.

Во-первых, я планомерно изучил методику взлома замков и выписал коды для открытия домофонов. Смастерив из скрепок и жести от консервной банки несколько разных отмычек, я опробовал их в деле на чердаке своего дома. Дешевый китайский замок поддался на удивление легко. В охотничьем магазине я купил шокер и газовый баллончик. Вряд ли это спасло бы меня, реши Прыгун напасть, но вот от грабителей обезопаситься я счел не лишним.

Во-вторых, я приобрел обувь с самой мягкой подошвой, которую смог найти, и пару толстых носков в цвет вдобавок. В ящике с велопринадлежностями я нашел старенькую масленку, убедился, что она полная, и добавил ее к своему снаряжению. В кладовке обнаружил старый дедовский бинокль. Помимо прочего, я вытащил из своих закромов подобие веревочной лестницы – толстый шнур из паракорда с навязанными через каждые тридцать сантиметров большими узлами и крепко закрепленным на одном конце альпинистским карабином. Это приспособление я сделал сам и хранил на самый крайний случай. Пожар или другое ЧП, в результате которого выход через дверь будет отрезан. Я надеялся, что пользоваться такой опасной вещью мне не придется. Но все же береженого бог бережет, и в итоге я имел возможность, пусть и с риском для жизни, спуститься из своего окна или, например, с крыши девятиэтажки.

Я разложил свои инструменты на полу и начал аккуратно упаковывать их в рюкзак. К вышеперечисленному я добавил пару небольших фальшфейеров, свой карманный фонарь со стробоскопом и специально приобретенный ультрафиолетовый, пару прочных перчаток, небольшой, но практичный мультитул. В специальное отделение я поместил полуторалитровый гидратор, вывел питьевую трубку на лямку и наполнил емкость водой. В боковые карманы я уложил несколько упаковок детского питания. Ими можно подкрепиться в любой ситуации, при этом не создавая лишнего шума. Я добавил в рюкзак еще пару мелочей, застегнул его и вскинул на спину. В кармане штанов на клипсу закрепил свой проверенный временем складной нож и прошелся по квартире в полном снаряжении. Вес был вполне умеренный. Подошва обуви действительно почти не создавала шума. Я надел носки прямо на ботинки и прошелся в таком виде еще раз. Годится. Не считая скрипа старого пола, шагов не было бы слышно вовсе.

* * *

Если бы в таком виде меня ночью застукал полицейский патруль и если бы сотрудники правопорядка проверили содержимое моего рюкзака, у них наверняка возникла бы масса резонных вопросов. Но, как я уже говорил, район у нас был спокойный, так что и бело-синие машины с мигалками в нем считались редкостью.

На основное дело я пошел не сразу. Было бы глупо рисковать и соваться в чужие подъезды, одевшись не то как Бэтмен, не то как террорист, без четкой уверенности в успехе. Поэтому сперва я решил провести небольшую разведку. Несмотря на то что слежке Прыгун поддавался слабо, я все же смог углядеть некоторую репетативность в его действиях. Это нельзя было назвать четкой закономерностью, но все же я заметил, что на некоторых крышах он появляется чаще, чем на других. Я выбрал одно здание, дождался рассвета, взял с собой фонарик, отмычки, листок с кодами и отправился на улицу. Стараясь держаться спокойно и не вызывать подозрений, я подошел к первому подъезду и, сверившись со списком, набрал нужную комбинацию на табло. Заиграла характерная мелодия, и дверь, скрипнув, отворилась. Лифт довез меня до верхнего этажа и отправился куда-то вниз, очевидно, вызванный какой-то ранней пташкой. На последней площадке дома были четыре квартиры и короткая лестница, ведущая к решетке. Я, стараясь не шуметь, по очереди постоял у каждой двери, прислушиваясь. Судя по всему, хозяева еще крепко спали. Убедившись, что путь свободен, я присел у решетки и достал отмычки. У мужика на видео это получалось куда проще и ловчее, но, поковырявшись с замком, я все-таки его вскрыл, и дверь со скрипом отворилась. За ней была еще одна, ведущая в небольшое помещение. Там меня ждала последняя преграда, по ту сторону которой мне открылась грязная, покрытая голубиным пометом и потрескавшимся гудроном кровля. На сегодня я был удовлетворен. Замки, как я и ожидал, оказались на редкость хлипкими, и никакой сигнализации или других труднопреодолимых препятствий я не обнаружил. Поэтому, аккуратно закрыв за собой все двери и заперев их, я покинул многоэтажку, довольный результатом.

* * *

Шанс провести серьезную вылазку мне представился через два дня. За тем домом, в котором проверил свои навыки взломщика, я следил особенно пристально. И вот темное небо разрезал силуэт. Прыгун, как всегда, мягко приземлился на здание и неспешно подошел к его краю. Он оглядел округу и уставился куда-то во двор. Я наблюдал за фигурой через крохотное отверстие, которое прорезал для этого в одной из пластин жалюзи. Даже если бы он посмотрел прямо в мое окно, то не заметил бы слежку. Ну если, конечно, он не видит сквозь предметы. Спустя примерно полчаса Прыгун медленно отошел от края здания, развернулся и одним прыжком перелетел куда-то дальше, скрывшись из моей видимости. Я понял, что пора. Еще раз зафиксировав для себя место, где стоял объект моего наблюдения, я быстро надел уже подготовленные вещи, накинул рюкзак, затянул лямки и выдвинулся в путь. Выйдя из дверей своего дома, я, держась в тени и избегая уличных фонарей, прокрался к знакомому подъезду и набрал код. Решил не пользоваться лифтом, чтобы не наткнуться на кого-нибудь в моем нынешнем виде. Запыхавшись, я все-таки поднялся на верхний этаж и подошел к решетке. Достал из рюкзака масленку и капнул в каждую петлю – скрип тяжелой двери сейчас был бы совсем некстати. Разобравшись с замком, я прошел внутрь и повторил процедуру со следующими двумя. Я глубоко вздохнул и отворил выход на крышу. Ветерок затрепал мне волосы. Здесь он ощущался сильнее, чем внизу. Все еще сидя на четвереньках, я осторожно огляделся, но Прыгуна не увидел. Вокруг было тихо и безмолвно. Озираясь, поднялся на ноги и прошел к тому месту, где еще несколько минут назад стоял таинственный незнакомец. Двор отсюда был как на ладони. Моя уютная квартирка виднелась немного правее. В окнах горел свет. Я оставил его специально, дабы не искушать судьбу. Я попытался понять, куда так пристально смотрел Прыгун. Примерно прикинув траекторию его взгляда, я наткнулся на окно, за которым едва виднелось приглушенное свечение. Я присел на корточки, вытащил из рюкзака бинокль и направил его на источник света. Что обычно происходит в такой ситуации? Наверное, появляется жуткая морда, которая таращится прямо тебе в глаза? Или, может, ужасная хтоническая фигура, стоящая в глубине комнаты? Ну в крайнем случае мертвец, сидящий у телевизора, передающего помехи. Должен разочаровать, но, сфокусировав прибор, я разглядел за окном симпатичную девушку, валяющуюся на диване с телефоном и, очевидно, болтающую с кем-то по видеосвязи. Я опустил бинокль и усмехнулся. Похоже, Прыгун просто подглядывал за ней, а когда надоело, отправился на поиски чего-то поинтереснее. Я снял рюкзак и, оставив его там, где стоял, немного прошелся по крыше с ультрафиолетовым фонариком – отсвечивать ночью обычным счел неразумным. Синеватый луч выделял из темноты много всего интересного, но к делу не относящегося. Очевидно, тут и до нас с Прыгуном любили бывать люди. И, судя по пустым бутылкам и упаковкам от изделий номер один, преимущественно подростки и другие ценители экзотики. Сам не знаю, что я надеялся найти на месте пребывания Прыгуна. Клок волчьей шерсти? А может, какую-нибудь черную слизь или дымящиеся следы копыт? Полюбовавшись на виды города, я вернулся к рюкзаку, убрал в него фонарь, взвалил сумку на плечи, и, когда сделал шаг в сторону выхода с крыши, под ногой что-то хрустнуло. Я поднял ботинок и, опустившись на колено, взял в руки лежащий под ним предмет. Это был совсем крохотный осколок зеркала. Я озадаченно посмотрел на него, повертел в руках. Осколок был не больше копеечной монеты. Отражение смотрело на меня уставшими, покрасневшими глазами. Разочарованно отбросив мусор в сторону, я двинулся к выходу.

### 3. Голоса эпохи

Одержимость. Это, пожалуй, единственное слово, способное описать мое состояние. Легкое любопытство плавно перетекало в маниакальное стремление докопаться до истины. Я забросил работу, практически перестал спать и есть. Все свободное время я проводил в поисках и размышлениях. Пытался сопоставить факты, понять мотивы, проследить связи. Но это было куда сложнее, чем может показаться. Прозвучит нескромно, но мои познания и ум позволили бы мне достичь успеха в подобной охоте за практически любым человеком. Я был вполне терпелив и последователен, чтобы не спеша собирать мозаику по кусочкам. Но Прыгун… С ним все было непросто. Я даже не был уверен в его природе. Конечно, внешнее сходство с хомо сапиенс было очевидно, однако никаких гарантий тут бы никто не дал. Вся моя теория, все выводы из наблюдений зиждились на очень хрупком фундаменте. Прыгун не оставлял следов. Не в прямом смысле. Иногда, пробираясь на места его пребываний, я находил отпечатки ног на еще не затвердевшем гудроне. Конечно, я ожидал чего-то сверхъестественного. Когтистых трехпалых лап или, на худой конец, просто гипертрофированных конечностей, но должен разочаровать. Это всегда были одни и те же следы ботинок сорок второго размера. Единственное, что мне удалось заметить, – характерный грубый протектор, который бывает на рабочей или военной обуви. Но строить догадки на основании того, что Прыгун носил берцы, было нелепо. Под описание в таком случае смело подходила добрая половина мужского населения нашей необъятной. Вот, собственно, и все, что я смог найти. Других следов, как я и сказал, не было. Так мне, во всяком случае, поначалу казалось.

* * *

Прорыв в моем расследовании случился примерно через месяц. Сам не знаю, почему я не догадался до этого раньше. Наверное, был слишком сфокусирован на слежке и от этого не мог мыслить стратегически. Однажды, сидя за столом и изучая свои записи и заметки, я вдруг понял, где могу разжиться ответами. Я осознал, что есть место, которое хранит память нашего города. Там могут содержаться сведения других очевидцев и, чем черт не шутит, газетные вырезки или даже старые дела. Так что, ликуя, я взял ноутбук и отправился в городскую библиотеку.

Тебе знакомо чувство, которое ощущаешь на старом кладбище, стоя у заросшей травой и сорняками позабытой могилы? Такое чувство я испытал, зайдя в книгохранилище. Дом знаний, построенный еще, казалось, при царе Горохе, был пуст и безмолвен. Слева от стальной двери висела побитая временем табличка с часами работы заведения, а над входом надпись, гласившая: «Центральная городская библиотека им. В. И. Ленина». Рядом с названием кто-то аккуратно выцарапал ножом несколько нецензурных эпитетов. Я покачал головой и вошел в покосившийся храм мысли и слова.

В холле было просторно и пусто. В воздухе стоял легкий запах плесени и книг. Справа тучная уборщица натирала грязной шваброй мраморный пол. Я заполнил нужные документы, получил кусочек картона, выполняющий роль библиотечной карточки, и прошел в хранилище.

Не буду утомлять подробностями моего путешествия по пыльным закоулкам литературы и истории. Скажу только, что провел здесь я не день и даже не неделю. Безучастная поначалу библиотекарь со временем стала меня встречать радостной улыбкой, считая, очевидно, что меня сюда привели жажда знаний и тяга к прекрасному. Как и предполагал, в читальном зале я был обычно один. В наш век цифровых технологий мало кому придет в голову часами просиживать штаны среди скучных бумажек. И меня такое уединение более чем устраивало.

Информацию я собирал воистину по крупицам. Мне удалось откопать множество старых газет. На пожелтевших страницах, исписанных лозунгами и грезами о светлом будущем, я скрупулезно искал что-то, что поможет моему расследованию. И вот среди заметок о надоях колхозниц в провинции и выдержек из обращений партии я начал натыкаться на странные интервью и статейки. В другой ситуации я бы не придал им значения. Шестеренки советской цензуры старательно перемалывали неблагонадежную информацию, но даже такая титаническая машина не лишена зазоров и погрешностей, через которые время от времени неумолимо просачивается правда. С неподдельным удивлением я периодически натыкался на свидетельства очевидцев о странной фигуре, слоняющейся ночами по крышам домов. Порой попадались заметки в криминальной хронике о бессмысленных проникновениях в квартиры. Большинство вполне можно было объяснить естественными причинами, но как быть со взломом окна на шестом этаже девятиэтажного дома без балконов? Причем преступник не похитил ничего ценного. Только устроил небольшой погром – повредил оконный проем и разбил несколько зеркал и тарелок. Или, например, показания группы подростков, выпивавших у товарища дома и заметивших спрыгнувшую с крыши на балкон одной из квартир дома напротив фигуру? Редко, но я все же находил упоминания и о куда более серьезных визитах.

7 мая 1968 года на улице Мира произошло ЧП. Пострадавшая – гражданка Вавилина А. В. – найдена мертвой в своей квартире на четвертом этаже. Соседка Вавилиной снизу – Георгиева И. К. – постучалась в квартиру, так как та ее затопила. Из квартиры Вавилиной был слышен звук радио. На стук в дверь никто не реагировал. Георгиева вышла во двор и попыталась докричаться через открытое окно. Не добившись результата, она вызвала милицию. Прибывшие на место сотрудники так же попытались достучаться до гражданки Вавилиной и, не дождавшись ответа, приступили к вскрытию квартиры. Во время мероприятий по взлому замка присутствовали понятые Евдокимов и Северчук. В квартире сотрудники милиции обнаружили гражданку Вавилину, не подающую признаков жизни. Тело пострадавшей лежало в ванной комнате лицом вниз. Вода шла из разбитой раковины. В квартире присутствовал легкий беспорядок. Окно на кухне было открыто. В ванной комнате висело разбитое зеркало. Вызванный сын Вавилиной показал, что из квартиры ничего не пропало. Экспертиза дала заключение, что смерть Вавилиной наступила вследствие черепно-мозговой травмы. Судя по всему, гражданка Вавилина, поскользнувшись, разбила головой зеркало и, падая, расколола раковину. Имеются следы повреждения оконной рамы, однако ввиду очевидно естественных причин смерти, а также отсутствия признаков ограбления происшествие признано несчастным случаем, и в возбуждении уголовного дела было отказано.

23 сентября 1984 года в отдел милиции Дзержинского района обратился сторож дачно-садового товарищества «Вереск» Инокентиев В. П. Мужчина сообщил о взломе нескольких домов на вверенной ему территории. Сторож проводил плановый ночной обход товарищества. Неустановленное лицо было замечено им, когда покидало дачный домик, принадлежащий Васечкину К. А. По словам Инокентиева, злоумышленник, заметив его, перепрыгнул через забор участка, забрался на крышу соседнего строения и скрылся из виду. Дом Васечкина, как и дома нескольких других граждан, имел следы взлома и проникновения. В домах был некоторый беспорядок, имелись повреждения имущества. Была разбита посуда, зеркала, повреждены оконные рамы. Вещи потерпевших остались преимущественно нетронутыми, однако имелись следы кратковременного проживания. Проводится проверка на предмет причастности к взлому криминальных элементов. Возможность причастности к происшествиям самого сторожа Инокентиева также не исключается.

Я удивлялся недальновидности следователей. Как можно списывать на несчастные случаи и бомжей такие странные происшествия? Однако они не знали того, что знал я. Они не видели Прыгуна и не понимали, на что он способен. Конечно, случай с Вавилиной действительно мог оказаться случайностью. Возможно, женщина сама сломала окно, когда мыла раму. Возможно, она открыла его, чтобы проветрить, а затем нелепо погибла у своей раковины. И сторож тоже мог сам инсценировать взлом, чтобы поживиться хозяйской водкой или соленьями. Все возможно. Но только я в это не верил. К тому же один случай может быть совпадением, но не десять. И уж тем более не сто. А ведь копаясь в городских хрониках, я обнаружил более сотни подобных происшествий. Все они были признаны несчастными случаями или бытовыми разборками. Однако их объединяли очень похожие обстоятельства – открытое окно, небольшой погром и порой одинокий человек, умерший от на первый взгляд естественных причин.

За время своих библиотечных изысканий я собрал неплохую коллекцию. Теперь я воочию узрел масштаб деяний Прыгуна. Самое раннее свидетельство о нем датировалось 1952 годом. Газета была вся измята и буквально рассыпалась в руках. Дату было не разобрать, но новостная колонка все же частично сохранилась. Заметка гласила:

«Сегодня ночью на заводе им. Красного Октября произошел пожар. В 3:00 в милицию обратился гражданин Кижиков Ю. П. Очевидец сообщил, что за час до происшествия слышал в здании звук механизмов и видел…»

Здесь чья-то неловкая рука пролила на газету не то кофе, не то чай, так что целый кусок текста расплылся и стал нечитаем.

«…Вскоре после этого неустановленная личность, по словам Кижикова, перепрыгнула с крыши завода на стоящую в пятнадцати метрах недостроенную хозяйственную постройку, затем перебежала на прилегающую к промзоне территорию и скрылась в неизвестном направлении. По словам прибывших на место следователей, пожар произошел вследствие…»

Еще одна клякса скрыла от моего взора слова журналиста.

«…В данный момент милиция ведет поиски. Неустановленная личность объявлена в розыск. Ведутся проверки городских больниц на предмет травм и ожогов. По факту возгорания возбуждено уголовное дело. Всех граждан, имеющих информацию о вредителях, просим обратиться в ближайший пункт милиции. Товарищи, будьте бдительны. Враги социализма не дремлют!»

В том, что неустановленным врагом социализма был Прыгун, я, в общем-то, не сомневался. И, судя по всему, найти его тогда стражи правопорядка не смогли. В чем их, на самом деле, сложно винить. Тот завод, насколько я знал, так и стоял на отшибе, окруженный теперь мусором и покосившимися бараками. Хозяйственную постройку со временем переоборудовали под склад, а в 90-е там открылась шиномонтажка, работающая и по сей день. В первую очередь меня поразила дата. 1952 год. Если это не совпадение и если той ночью на крыше завода шалил не какой-то коммунист-паркурист, то получалось, что объект моих наблюдений куда интереснее, чем я думал. Одним словом, мои поиски породили больше вопросов, чем дали ответов. Я оторвал глаза от газеты и задумчиво уставился в мутное окно. Кто же ты? Какой-то оборотень индустриальной эпохи? А может, древний демон, пробужденный от векового сна? И что тебе нужно? Зачем ты бродишь по крышам и забираешься в дома? Зачем наблюдаешь за окнами, высматривая там девушек? Стоп! Девушка! Меня вдруг осенила мысль. Она была и радостная, и пугающая одновременно. Я вспомнил окно, в которое пристально смотрел Прыгун в ту ночь на крыше. Тогда я не понял, зачем он наблюдал за симпатичной, но, казалось бы, совершенно обычной девушкой. Впрочем, мотивы мне не были ясны и сейчас, но все же кое-какие подозрения начали закрадываться в мой воспаленный мозг. Во всяком случае, теперь я был уверен, что Прыгун наблюдал не просто так. У него явно была цель. Оставалось понять какая.

С этими мыслями я собрал все свои пожитки, упаковал ноутбук и покинул библиотеку, погруженный в раздумья.

### 4. Охотник, жертва и наблюдатель

В проникновении и взломе я поднаторел. Конечно, до Прыгуна мне было далеко, но все же чувствовал я себя куда увереннее, чем в первые вылазки. Несколько раз я следовал за девушкой днем, но ничего необычного не заметил. Она вела вполне заурядный образ жизни. Ходила в институт, покупала продукты, ездила в автобусе. Я никак не мог понять, что же в ней так заинтересовало ночного ходока. Точно не внешность. Хоть она и была, как я уже говорил, довольно красивой, Прыгун все же не был похож на тайного поклонника, жаждущего знакомства. В одну из ночей я, сгорая от любопытства, решился на идиотский поступок. Из рюкзака я достал веревочную лестницу и привязал к ее свободному концу свою экшн-камеру. Привычно прокравшись на крышу дома девушки, я осторожно свесился с края и опустил свое шпионское устройство на уровень ее окон. Я закрепил веревку и подключился к камере со смартфона. Все окна маленькой однокомнатной квартирки были задернуты шторами, но в одно мне заглянуть все же удалось. Девушка сидела на диване, завернувшись в полотенце, и смотрела что-то по телевизору. В таком виде она выглядела более чем привлекательно, и я даже немного смутился, почувствовав себя каким-то извращенцем. Ни обстановка, ни сама хозяйка не выглядели странно. Просто девушка вышла из ванной и решила отдохнуть за просмотром сериала. Я еще немного понаблюдал и вытянул камеру. Хмыкнув, сел, скрестив ноги, на краю крыши и уставился на темный горизонт. Разгадать загадку мне, очевидно, не под силу, поэтому выход только один – дождаться действий Прыгуна и посмотреть, что будет.

* * *

В том, что наблюдение за девушкой Прыгун ведет не просто так, я не сомневался. И мне было ясно, что однажды он что-то предпримет. Я хотел видеть, что именно. Поэтому решил играть по-крупному. Некоторое время спустя мой кошелек стал немного легче, а рюкзак пополнился небольшой коробкой, содержимому которой мог бы позавидовать даже Джеймс Бонд. Применив свои знания в области электроники и программирования, а также излазив кучу тематических форумов и сайтов, я смог модифицировать пару беспроводных датчиков движения и соединить их с небольшой китайской камерой. Один такой набор я установил на крыше напротив, с которой Прыгун наблюдал за девушкой, а другой уже на ее доме. На всякий случай аккуратно стерев отпечатки с приборов, я, как мог, замаскировал их и соединил со своим смартфоном. Ждать пришлось долго. К тому же неумело настроенные мной устройства реагировали на все подряд. От голубей до приносимых ветром пакетов. Ночью дешевая камера выдавала поистине чудовищную по своему качеству картинку. Изображение почти полностью состояло из шумов и помех от расположенных рядом телевизионных антенн, но все же кое-что рассмотреть порой удавалось. Прыгуна я увидел дважды. Он был на удивление осторожен. Даже в такой, казалось бы, безопасной для него ситуации он все же двигался тихо и неспешно, упорно не поворачиваясь к камере лицом. Все, что я смог разглядеть, – это темные штаны и капюшон, надвинутый на голову. Мой интерес начал понемногу сходить на нет, и я уже решил, что пора убирать свои девайсы, как вдруг однажды ночью все изменилось. Прыгун вновь следил за девушкой, но вместо того чтобы просто уйти, как делал это всегда, он присел и в один прыжок перелетел на ее дом. Вторая камера включилась, уловив движение. Я прилип к экрану. Силуэт подошел к краю и выглянул вниз. Затем он перелез через небольшое ограждение, свесил голову, затем руки и полез вниз. Кружка выпала из моей руки и раскололась об пол. Я молниеносно вскочил, оделся, схватил свой рюкзак и выбежал за дверь.

* * *

На крыше номер один я был через три минуты. Хотя мне они показались вечностью. Такого страха я не испытывал, пожалуй, никогда. Сейчас, пробираясь на девятиэтажку, я не предполагал, а точно знал, что в каких-то 20–30 метрах от меня находится нечто, не поддающееся объяснению. Нечто, способное, возможно, убить меня одной лишь мыслью. Но любопытство было куда сильнее страха. И оно вело меня вверх. Распахнув широко глаза и задержав от волнения дыхание, я прополз по грязной кровле и выглянул за край. Не знаю, как я сдержал крик. Я не издал даже писка, хотя в мозгу все вдруг завертелось и перемешалось. Если до этого у меня были сомнения и я все же не мог сказать с точностью, что преследую нечто невообразимое, нечто не от мира сего, то теперь весь мой скепсис развеялся, как утренний туман. Ведь я увидел, как Прыгун, словно паук или гигантский человекоподобный таракан, полз вниз по отвесной стене дома. Он не издавал ни звука. Двигался медленно и осторожно. У меня не было ни малейшего сомнения в том, куда он направляется. И почему-то мне казалось, что ничем хорошим его визит не закончится. Я был в ужасе. Наверное, если бы ему вдруг пришло в голову поднять глаза в мою сторону, я умер бы от страха еще до того, как он пришел бы, чтобы разделаться с ненужным свидетелем. К счастью, он не поднял. Пребывая в шоке и не в силах оторвать взгляд от неумолимо ползущей по стене тени, я увидел, как Прыгун достиг пункта назначения. Он остановился, медленно и аккуратно высунул голову над окном и заглянул в квартиру. Девушка, как всегда, ничего не подозревая, сидела на диване. Прыгун не спешил. Он внимательно наблюдал, не шевелясь и не издавая ни звука. Через некоторое время девушка встала, взяла сигареты и вышла на балкон. Она прикурила и облокотилась на поручни. Если бы она вдруг решила поглядеть на звезды или еще зачем-нибудь подняла голову, это было бы самое жуткое и, скорее всего, последнее, что она увидела бы в своей жизни. Впрочем, я прекрасно понимал, что жить ей в любом случае осталось недолго. Застывшая на стене фигура находилась в каких-то тридцати сантиметрах от ее макушки. Однако, судя по всему, девушка ничего не почувствовала и, спокойно докурив, вернулась в квартиру, оставив балконную дверь приоткрытой. Мгновение спустя Прыгун плавно, словно кошка, опустился на балкон и встал в полный рост.

* * *

Если я скажу, что не понимал, к чему все идет, это будет ложью. Конечно понимал. Просто одно дело – знать, а другое – увидеть все своими глазами. Я мог прямо сейчас набрать 02 и сообщить о проникновении или покушении. Мог сказать все что угодно, лишь бы приехали и помогли. Наверное, так и стоило сделать. Спасти молоденькую студентку, выполнить свой гражданский долг. Но тогда я, скорее всего, спугнул бы Прыгуна или вовсе дал ему понять, что за ним следят. Девушка? Ее мне было, конечно, отчасти жаль, но, по правде говоря, не слишком. Кто она для меня? Просто посторонняя. Я даже имени ее не знал. Как и не знал, стоит ли она того, чтобы ее спасать. А даже если бы и знал, не думаю, что это изменило бы мое решение. Игра, расследование, поиски правды и, наконец, просто охота были для меня куда важнее симпатичной незнакомой студентки. Поэтому я медленно отполз от края, аккуратно, стараясь не шуметь, снял камеру и датчики движения, убрал их в рюкзак и направился к выходу с крыши. Я уже понял, что должен сделать, и эта затея имела все шансы стать самым необдуманным поступком в моей жизни.

Я спустился на первый этаж и подошел к двери подъезда. В душе я ожидал, что, когда выйду на улицу, на меня сверху тут же набросится бесшумная тень и разорвет в клочья. Я даже вытащил и раскрыл свой немалых размеров складень, но и сам понимал его бесполезность в этой ситуации. Возможно, я смог бы отбиться от какого-нибудь бандита, но тут противопоставить было нечего. И нож вряд ли мне поможет. Дверь открылась бесшумно. Специально на случай ситуации, если придется уходить максимально тихо, я повредил динамики во всех окрестных домофонах. Сделал это аккуратно, так что заподозрить злой умысел жильцы не могли. Скорее всего, винили во всем нерадивых китайцев и их некачественную электронику. Короткими перебежками пересекая расстояние, разделяющее два подъезда, я старался быть как можно более незаметным. Попадись я с ножом в руке, в черной одежде, с рюкзаком и в перчатках сейчас какому-нибудь прохожему, вышла бы паршивая ситуация. Я подбежал к дому девушки и открыл дверь. В подъезде было темно и тихо. Никакого движения. Поднявшись на один пролет, я вытащил из рюкзака пару толстых носков и натянул их поверх ботинок. Бесшумно ступая по ступеням и прислушиваясь, я добрался до этажа, где находилась квартира девушки. Стиснув зубы и пытаясь унять колотящееся сердце, я подошел к двери, за которой, по моим расчетам, должна была быть злополучная квартира. Сжав посильнее свой нож, я прислонил ухо к двери. Через массивную преграду я слышал отдаленный шум телевизора и больше ничего. Ни криков о помощи, ни звуков борьбы. Вдруг раздался лязг бьющегося стекла. Этот резкий звонкий звук, даже приглушенный толстенной дверью, заставил меня сжаться от неожиданности. Чуть слышный вскрик, шаги, затем удар в дверь, от которого меня чуть не отбросило, и еще один звон. Я, не отводя взгляда от двери, медленно отошел к лестнице и, вопреки здравому смыслу и чувству самосохранения, продолжил подъем. Зачем? Что меня вело? Сам не знаю. Это не объяснить даже любопытством и научным интересом. Да и это объяснение даже я сам уже считал лицемерным. Правда была в том, что сейчас я чувствовал себя настоящим охотником, идущим по следу чудовищного зверя. И это чувство мне начинало нравиться. Когда я добрался до технического этажа, нервы немного успокоились, и я опять обрел контроль над своим телом. Я вытащил шокер и взял его в левую руку. Правая все еще сжимала нож с зазубренным лезвием. Приготовившись к возможному контакту, я тихонько толкнул последнюю дверь и оказался на крыше. Теперь уже медлить было поздно. Я подошел к краю, лег на спину и немного высунул лезвие ножа, так, чтобы в его отполированной до зеркального блеска поверхности отражались стена дома и балкон. В этом действии не было большого смысла, ведь разницы между моей испуганной физиономией, свисающей через край, и торчащей с него же рукой с ножом ночной гость, скорее всего, не заметил бы и напал бы в любом случае, но мне почему-то показалось, что так безопаснее. Тянулись мучительные минуты ожидания. Я вглядывался в сталь ножа так пристально, что у меня начали болеть глаза. И вот на балконе появился силуэт. Сверху он был почти не различим, но в его позе я заметил настороженность. Когда Прыгун вышел на балкон и когда я его увидел, тот явно что-то почувствовал. Не знаю, как мне удалось, но я понял, что сейчас он посмотрит наверх. Я даже заметил начало его движения и резко убрал руку. Я лежал не двигаясь на грязной, заваленной мусором и покрытой птичьим пометом крыше, уставившись в небо и боясь пошевелиться. Я был готов в любую секунду увидеть появляющуюся из-за края крыши фигуру. И, несмотря на свой страх, был готов в то же мгновение всадить в нее одиннадцатисантиметровое лезвие по самую рукоятку. Однако этого не произошло. Когда я спустя еще пару минут все же решился и выглянул вниз, то не наткнулся на жуткую морду у самого носа. Все было тихо. Двор был пуст, а на балконе у девушки шевелились только висящие на веревке носки и белье.

# Примечания

1

Слендермен – монстр, созданный участником интернет-форума в подражание персонажам городских легенд. Стал знаменитым благодаря интернет-мему. Является персонажем компьютерных игр и фильмов ужасов.

2

Сиренхэд – монстр, созданный канадским художником Тревором Хендерсоном. Он известен своей способностью мимикрировать и издавать звуки, напоминающие сирены, белые шумы и голоса людей, чтобы приманить жертв.