Ника Веймар
Ведьма и два котла

ВЕДЬМА И ДВА КОТЛА

Неожиданное наследство – повод обрадоваться! Но если оно от прабабки-ведьмы – жди сюрпризов. Вот и к моему прилагается подвох: чтобы семейный гримуар и другие полезные вещи достались мне, необходимо в течение года выйти замуж. Но это полбеды. По любви, что уже хуже. Без приворотов и любых иных магических воздействий, что совсем плохо. Но игра стоит свеч, и я не допущу, чтобы моё наследство уплыло в чужие загребущие руки! Сказано обрести семейное счастье – найду и обрету. А кто не спрятался – ведьма не виновата!

ПРОЛОГ

Лёгкое пёрышко кружилось в воздухе. Ветер играл с ним, точно ленивый сытый кот с мышью. Трепал, заставлял взмыть выше уличных фонарей, а затем терял интерес, чтобы подхватить у самой земли и вновь закружить. Пёстрое… Странный знак. Светлое перо обещало бы приятную весть, тёмное, напротив, сулило неприятности. Я засмотрелась на пушистую «примету», пытаясь определить, какой цвет преобладает, и едва успела отскочить в сторону, чтобы увернуться от волны грязи из-под колёс промчавшегося мимо экипажа со знаком гильдии законников на дверце. Тьфу ты, чтоб вознице только разбавленное пиво в таверне подавали! Не на пожар летит, мог бы и смотреть, куда едет!

Очередной порыв ветра тем временем подхватил пёрышко и унёс его куда-то к крышам. Я раздосадованно цокнула языком. Терпеть не могла неопределённые приметы! Вот и гадай теперь, о чём предупреждает мир. Дождалась, пока густая грязь нехотя схлынет с тротуара, подобрав длинную юбку, миновала опасное место, и свернула в узкий крытый проход между домами, чтобы срезать путь до соседней улицы, где находилась моя травницкая лавка. Я любила приходить примерно за час до открытия, чтобы без спешки разложить готовые заказы и в тишине и спокойствии выпить чашку горячего шоколада со свежей ванильной булочкой, купленной здесь же, в соседней пекарне.

Но сегодня мой ежеутренний ритуал был нарушен самым отвратительным образом. Давнишний экипаж, едва не окативший меня грязью, стоял возле самого крыльца, а рядом с ним нетерпеливо ходил взад-вперёд тощий седовласый мужчина с бульдожьей челюстью и желчным лицом. Цепкий взгляд крючкотвора – а в том, что передо мной был именно он, сомнений не было: я чуяла эту братию за версту! – обшаривал всё вокруг, фиксируя и складывая на невидимые полочки в памяти. Пренеприятнейший тип! По коже пробежал холодок, и я зябко повела плечами, лихорадочно вспоминая, чем могла провиниться перед законом. Аренду платила исправно, налоги тоже, совсем уж запрещёнными снадобьями не промышляла… Да и не совсем запрещённые готовила редко, исключительно для проверенных временем клиентов и так, чтобы поймать меня за руку не удалось при всём желании. В общем, вела себя как вполне благоразумная ведьма. Тем не менее, вид законника отозвался в душе эхом грядущих перемен. И уверенности в том, что они окажутся приятными, у меня не было. Могла бы – немедленно развернулась и ушла, но увы, это лишь отсрочило бы неизбежную встречу. Поэтому я поступила проще: надвинула капюшон плаща поглубже, с независимым видом прошла мимо мужчины и нырнула в двери пекарни. Утро, которое началось с подобной встречи, хорошим быть не могло по определению, так что вместо одной булочки решила взять сразу три. Должно же быть в мире какое-то равновесие.

Через несколько минут вышла с благоухающим нежной ванилью и сливочным кремом пакетом и направилась к своей лавке. Чем ближе я подходила, тем сильнее недовольно поджимались губы моего утреннего гостя. Профессиональным взглядом я отметила сероватый цвет лица, отчётливую сеть кровеносных сосудов на широком мясистом носу. Сердечко-то у ира законника пошаливало! Он, несомненно, узнал меня: сложно забыть девушку, которая только что с деловым видом прошествовала мимо, учитывая, что в столь ранний час народу на улице нашего провинциального городка было немного.

– Ирия Карина Аркант? – отрывисто осведомился он. И не дожидаясь ответа, укоризненно заявил: – Я жду вас уже четверть часа!

А это он зря! Несправедливых упрёков я не терпела, потому мигом подобралась, готовая отразить любое нападение, и сухо отозвалась:

– Если любезный ир соизволит взглянуть на время работы моей лавки, то сможет убедиться, что она откроется ровно через час. Вам повезло, что сегодня я пришла раньше.

Законник скрипнул зубами, но развивать конфликт не стал. Даже соизволил холодно пояснить:

– Я прибыл по важному делу, ирия Аркант. Мы можем поговорить внутри?

Я кивнула (а что оставалось делать?) и поднялась по ступенькам. Приложила ладонь к замку, позволяя защитному заклинанию считать мою ауру, и лишь после этого вставила ключ. Сегодня он проворачивался в скважине, и я лишь с третьей попытки сумела отпереть замок. Тот точно чувствовал моё настроение и нежелание общаться с этим типом. Наконец механизм поддался, я толкнула тяжёлую дверь, и та протестующе заскрипела, нехотя пропуская меня и законника в тёмное нутро лавки. Там густо пахло травами, мхом, грибами и немного – случайно разлитой мной накануне настойкой из лакрицы. Щёлкнула пальцами, активируя светоч, и повернулась к гостю.

– Итак, ир, я вас внимательно слушаю.

Лицо законника приобрело скорбное выражение, он откашлялся и сообщил:

– Меня зовут Джон Гроул, нотариальная контора «Блейк, Гроул и партнёры». Я поверенный вашей родственницы, Моры Блекфор. Почтенная ирия скончалась накануне вечером.

– Я тут ни при чём! – хмуро сообщила я, скрестив руки на груди.

Наши с прабабкой отношения тёплыми не назвал бы самый отъявленный оптимист, но смерти я ей не желала и тем более не стремилась приблизить сие событие. Изображать несуществующую печаль я не собиралась, хотя радости тоже не испытала. Ну умерла и умерла, мне-то какое дело?

– Она оставила письмо на ваше имя, – укоризненно сообщил мне ир Гроул. – Ознакомьтесь.

– А какая необходимость заставила вас привезти его лично? – поинтересовалась я, принимая тонкий конверт. – Столичная магпочта объявила забастовку?

– Личное распоряжение покойной, – сухо отозвался нотариус. – Прочтите, и вы сами всё поймёте.

Я отошла за прилавок и надорвала тонкую бумагу. Из конверта тут же раздался резкий аромат амбры и сандала, и я поморщилась. Странное дело: мне, дипломированной травнице, нередко приходилось работать с ингредиентами, от запаха которых вяли даже сорняки на городской помойке, но лишь любимые духи прабабки неизменно вызывали стойкое желание покрепче зажать нос. Вытряхнула из конверта аккуратный листок и пробежалась глазами по ровным строчкам.

«Моя драгоценная Кара, я решила, что из всех родственников лишь ты и Малис достойны стать моими наследницами. Кто-то из вас двоих получит наш семейный гримуар и легендарный котёл, зачарованный самим Дэвином Хайпрестом. Завещание будет оглашено в моём доме сегодня в полдень. Не разочаруй меня. P.S. Пора возвращаться в столицу, девочка».

Первой мыслью было выругаться. Прабабка и после смерти продолжала активно совать нос в чужие дела! Не сомневалась, что я, роняя туфли, помчусь по первому её слову, куда приказано, вон, целого столичного поверенного прислала с экипажем. Второй идеей, посетившей мою голову, стало желание гордо отказаться от нежданного счастья, к которому – я даже не сомневалась! – прилагалась тьма дополнительных условий, которые совершенно точно не могли мне понравиться. Но старая карга всё продумала. Семейный гримуар, котёл из особым образом зачарованного сплава серебра, меди и одним богам ведомо, каких ещё металлов, в котором получались сложнейшие отвары, сами по себе были достаточным искушением. А вдобавок, как яркая ягодка в центре этого соблазнительного пирога, в записке с того света красовалось имя соперницы. Уступить наследство кузине? Да я лучше выпью флакон прабабкиных духов и закушу её шалью! И даже перспектива два с половиной часа трястись в одном экипаже с иром Гроулом не страшила. Тем более, сейчас, поняв, что он тоже – жертва многоходовки старой ведьмы, я смотрела на него с гораздо меньшей неприязнью.

– Сколько времени вам нужно на сборы? – сухо осведомился тот, стоило мне поднять взгляд.

– Четверть часа, – отозвалась я. – Две минуты, чтобы написать объявление, что лавка сегодня закрыта, а остальное время – чтобы выпить чашку утреннего чая. Составите мне компанию? Наверняка вы не завтракали.

Ир Гроул предсказуемо отказался, но я всё равно заварила две чашки. Себе ромашку с сушёной земляникой и мёдом, а ему – донник и шиповник с нектаром горных цветов. На горячий шоколад, увы, не хватало времени. Тратить драгоценные минуты на долгие сборы я не планировала. Самое необходимое и так было со мной, а в лавке всегда хранился запасной комплект одежды: некоторые снадобья были настолько вонючими, что после их приготовления было проще выкинуть юбку и блузку, чем выводить въевшийся аромат. И заклинания не спасали! А ещё я просто не видела смысла возвращаться в комнату, которую снимала последние два года. Квартирная хозяйка была жуткой сплетницей, и по возвращении я запросто могла узнать, что меня выдернули прямо из кровати и вот так, босую и испуганную в одной сорочке и антимагических наручниках увезли в тюремной карете. Законники, магполиция – какая разница, главное, чтобы новость была посочнее да поскандальнее! И проклятия её не пугали… Привычка молоть языком пересиливала любой страх. Нет уж: меньше знает, спокойнее живёт.

И ещё это пёстрое перо, увиденное с утра, никак не давало покоя… То ли добрый знак с отчётливым ароматом подвоха, то ли дурная весть с утешительным привкусом желанной награды. Определённость мог принести лишь визит в столицу. Я надеялась быстро разобраться с формальностями и вернуться в городок, к которому за два последних года успела привыкнуть. Лишь интуиция подсказывала, что так просто я не отделаюсь: прабабка явно и после смерти не отказалась от привычки устраивать ближним пакости и постаралась усложнить мне жизнь. Одним словом, ведьма! Старая, опытная и вредная.

ГЛАВА 1

Дорога до Блесендора пролетела незаметно. Ир Гроул дремал, завернувшись в тёмный плащ, точно летучая мышь в крылья, я практично прикидывала, как бы после оглашения завещания и до возвращения в Шеффлидс успеть заглянуть на рынок, в сапожную мастерскую, в парикмахерскую, а если получится – ещё и и в высшую школу ведьм на кафедру травоведения забежать, к любимой наставнице. Раз уж всё равно буду в столице, грех не воспользоваться оказией. И старалась не думать о том, что в доме прабабки могу встретиться не только с Малис, но и с Терренсом. Зло тряхнула головой, избавляясь от несвоевременных мыслей. Воспоминания до сих пор приносили болезненную обиду и злость. Любовь?.. Её не осталось. Умерла в тот самый миг, когда я застала Терри со спущенными штанами в крепких объятьях ног моей дорогой кузины. Между прочим, всего через неделю после того, как он сделал мне предложение! Ровно столько времени понадобилось Мал, чтобы заставить моего жениха позабыть о клятвах и уверениях в нежных чувствах. Без приворотов, без окормов и опоев, исключительно при помощи личного женского обаяния, помноженного на ведьминскую привлекательность. О нет, с её стороны любовью и не пахло. Малис всего лишь захотела отобрать у меня жениха – так, как в детстве забирала кукол и игрушки, ради забавы, – и добилась своей цели. А мой мир рухнул и рассыпался сотнями острых ледяных игл, разрывающих сердце и душу. Прокляла я кузину в тот день всей болью, обидой и ненавистью, переплавив их в пожелание, чтобы и та лишилась чего-то бесконечно ценного, желанного и необходимого в тот миг, когда оно практически окажется в её руках. И, похоже, сейчас мироздание подарило мне возможность лично восстановить равновесие и исполнить сказанное. Малис грезила прабабкиным гримуаром! А уж за котёл, зачарованный величайшим мастером Хайпрестом, отдала бы и свою душу, и десяток чужих.

«Обойдётся!» Я криво усмехнулась и откинулась на спинку сидения. Мне и самой нужно такое наследство! Что бы ни задумала прабабка, чтоб ей демоны на сковородке пятки жарили, – исполню. Судя по записке, старая карга желала моего возвращения в Блесендор. Что ж, я была готова на это пойти. Временно. Никогда не любила шумную столицу.

Ир Гроул проснулся, когда экипаж въехал в город и мерное убаюкивающее покачивание сменилось тряской по мощёной камнем мостовой. В салон то и дело долетали крики разносчиков газет, хлопанье дверей и ставен, ржание лошадей и ругательства извозчиков. Я поймала пристальный взгляд законника и вопросительно приподняла брови.

– Вы поразительно нелюбопытны для ведьмы, ирия Аркант, – произнёс мужчина. – Признаться, я ждал расспросов.

Я решила считать это замечание похвалой и дополнительным очком в свою пользу. Но сочла возможным пояснить:

– Вы бы всё равно не удовлетворили моё любопытство. Так к чему тратить время? Я хорошо знаю свою прабабку: уж если она написала, что завещание огласят ровно в полдень, значит, позаботилась, чтобы до этого времени не удалось выяснить никаких подробностей.

Ир Гроул кивнул, продолжая въедливо изучать меня взглядом. Такое внимание уже раздражало, и я осведомилась:

– Что-то ещё? Или вы испытываете на прочность мои нервы?

– Простите, ирия. – В голосе поверенного не было и капли искренности, лишь формальная вежливость. – Вы очень похожи на свою прабабушку.

– Вы меня огорчили, – холодно сообщила я. – Моя покойная родственница обладала скверным характером и неуемным желанием научить всех правильно жить. Учитывая, что внешне мы с ней были похожи не больше, чем ель и шиповник, боюсь, что вы имели в виду схожие ощущения при общении, потому ваше замечание меня печалит.

– Я имел в виду особое выражение в глазах, – усмехнулся мужчина. – Ирия Блекфор смотрела так же, когда принимала окончательное решение. Пожелал бы вам удачи в задуманном, но, полагаю, это лишнее. Вы, как и ирия Блекфор, не из тех, кто ждёт милости от судьбы, а из тех, кто готов взять её самостоятельно.

Мало ли, сейчас как припишет мне милости, которых я не то что не брала – в глаза не видела! С такими собеседниками расслабляться нельзя.– Исключительно законными методами, – веско добавила я.

– Разумеется, – согласился законник.

Некоторое время мы ехали молча. До назначенного времени оставалось чуть меньше полутора часов, и я всё яснее понимала, что не хочу проводить их в доме прабабки. Я и при её жизни-то не стремилась задерживаться там дольше необходимого. Когда экипаж свернул к мосту, разделяющему Новый и Старый город, решилась и попросила:

– Если вас не затруднит, высадите меня возле ратуши. К назначенному времени я самостоятельно доберусь к дому ирии Блекфор.

Поверенный не стал задавать лишних вопросов. Коснулся кнопки слева от окна, активируя переговорное устройство, и произнёс:

– Тео, останови возле ратуши.

Экипаж прогрохотал по мосту и через несколько минут остановился. Ир Гроул хотел было подняться, чтобы выйти и подать мне руку, но я помотала головой и вскочила с сидения раньше. Дёрнула ручку, распахивая дверь, и протараторила:

– Не утруждайтесь. Благодарю и не прощаюсь.

– Постарайтесь не задерживаться, ирия Аркант, – напутствовал меня мужчина. – Ирия Блекфор ценила пунктуальность.

О да, весьма… Я до сих пор помнила, как однажды на две минуты опоздала на встречу, назначенную «любимой» родственницей в её особняке, и прабабка банально не пустила меня на порог! В прямом смысле. Морок заставлял раз за разом проходить мимо ворот, а когда я закрыла глаза и пошла на ощупь, выяснилось, что хитрая опытная ведьма предусмотрела и это. До крыльца особняка я в тот день не добралась. Дорожка раз за разом выводила меня обратно к воротам. И самым обидным было, что задержалась я тогда не по своей вине: преподаватель по прорицательным практикам увлёкся и отпустил нас с лекции на десять минут позже. Но для Моры Блекфор не существовало уважительных причин для опоздания. Умри, но явись точно в назначенный срок! Наверняка и сейчас она подготовила неприятный сюрприз на случай, если я или Малис посмеем проигнорировать её волю и ровно в полдень не окажемся в особняке.

Центр столицы за два года моего отсутствия почти не изменился, разве что некоторые мелкие магазинчики закрылись, не выдержав конкуренции, а на их месте открылись новые. Всё как в жизни: мир не терпел пустоты. Поддавшись минутному порыву, заглянула в лавку со всякой околочародейской атрибутикой к старому знакомому кобольду. Страшно вспомнить, сколько серебра тут оставил наш курс! У Чейза Рубмле находилось всё – от сушёных жаб до ритуальных чаш из священного чёрного тиса. Любой ингредиент для любого не запрещённого законом ритуала: в наличии и под заказ. И бесчисленное множество красивых пустышек для недоучек и зевак, которые решили приобщиться к магии. Только на моей памяти лавку трижды пытались поджечь обманутые в ожиданиях покупатели, а уж сколько раз сюда возвращались в сопровождении стражей порядка – не счесть. Но хитрый кобольд умело жонглировал словами, не врал – талантливо не договаривал, и потому с чистой совестью отказывался нести ответственность за чужие несбывшиеся чаяния. Не зря соплеменники уважительно обращались к нему не иначе как даэн. Покупать у себя шантажом ир Румбле ничего не заставлял, следовательно, перед законом был чист. А на защитных заклинаниях и амулетах торговец мудро не экономил.

Дверь открылась легко, зазвенели колокольчики под потолком, возвещая о приходе потенциального покупателя. Как всегда, помещение было заполнено сладковато-терпким густым дымом. Чадили благовония в курительницах и ароматические палочки на подставках. Серокожий хозяин, который откровенно скучал, покуривая трубку, при моём появлении оживился и, потирая пухлые ладошки, осведомился:

– Ирия ведьма ищет что-то особенное? У Чейза Румбле есть всё! А если чего нет, закажем и доставим. За скромную доплату – в кратчайшие сроки. Кстати, обратите внимание на эту ступку с пестиком. Редчайшая вещь! Изготовлена из дуба, сотню лет пролежавшего на морском дне и… – Присмотрелся повнимательнее и закончил: – … и кракен с ним! Карина, радость моя, ты ли это? Закончила учёбу – и забыла старика! Кстати, слышал, слышал… Тебя можно поздравить?

– С чем? – поинтересовалась я, рассматривая стеллаж с застывшими в вязком геле щупальцами, глазами и внутренними органами разных тварей, которым после кончины предстояло стать ингредиентами для мазей, притирок и прочих ведьминских, алхимических и целительских снадобий.

– С получением наследства. – Тёмные глаза кобольда хитро сверкнули. Он понизил голос и заговорщицки подмигнул мне: – Я случайно узнал, что многоуважаемая Мора Блекфор накануне скончалась. А раз ты здесь, значит, она вписала тебя в завещание. И в связи с этим у меня к тебе выгодное предложение. Если что-то из оберегов, инструментов или, скажем, мебели или посуды тебе не нужно, обращайся: готов поспособствовать в продаже и дать справедливую цену.

Ну, торгаш! Ир Румбле был верен себе: всегда, везде и всюду в курсе всех столичных новостей и в поисках выгоды.

– Справедливую для себя, даэн? – не удержалась я.

– Э-э-э, всё такая же вредная! – с притворным возмущением махнул рукой кобольд. – Я старых знакомых не обижаю.

Врал, конечно. Предвкушающий блеск в тёмных глазах ясно давал понять: обдерёт как липку! Вдвойне – потому что старый знакомый на то и старый, что должен быть научен горьким опытом общения.

– Завещание ещё не оглашено, – злорадно сообщила я, с удовольствием наблюдая, как огорчённо вытягивается лицо собеседника, настроившегося получить неплохой куш. – А с моей уважаемой прабабки станется написать в завещании всего два слова: никому нифига.

– Вредная и непредсказуемая была женщина, – уважительно кивнул собеседник. – Настоящая ведьма! Мстительная, несговорчивая, но справедливая.

– Да уж, – задумчиво отозвалась я, рассматривая стойку с бархатными мантиями. – А вы, смотрю, всё расширяете ассортимент. Чародейские мантии вижу, небось, скоро и ведьминские шляпы появятся.

– Так уже, – подмигнул мне кобольд и нырнул в подсобку. Что-то проехало по полу, что-то упало и покатилось, что-то жалобно звякнуло, и через несколько мгновений торговец, сияя ярче солнца в весенний день, вывалился обратно, держа в руках помятую коробку. – Вот! Как знал – не выставлял и берёг. Одна знакомая мастерица сшила.

Он снял крышку, и… я пропала. В коробке лежала ведьминская шляпа из какого-то полупрозрачного материала. Она казалась невесомой, почти нереальной, точно сотканной из дыма, но при этом хорошо держала форму. Я зачарованно коснулась её кончиками пальцев, и ощутила лёгкое тепло. Передо мной была одна из тех редких вещей, которые с первого взгляда отзываются в душе, и которые нужно брать за любые деньги. Моя шляпа. Я знала это даже без примерки. Но под одобрительным взглядом ира Румбле надела её и взглянула в любезно подставленное зеркало. Дымчатая ткань удивительно шла к моим рыжим волосам, подчёркивая яркость цвета, а фиолетовые глаза приобрели особую глубину.

– Ай, красавица! – цокнул языком кобольд. С хвастливым удовлетворением добавил: – Я же говорил: у Чейза Румбле есть всё!

– Сколько? – спросила я, уже понимая – отдам всё, что есть при себе, и выпишу чек на предъявителя, но без этой шляпы не уйду!

Никогда не умела торговаться и скрывать интерес к понравившимся вещам. Внутренне смирилась с тем, что услышу совершенно бессовестную цену, но даэн удивил.

– Дарю! – заявил он, подтверждая слова хитрым магическим пассом. – Во благо и от души. – И добавил скороговоркой: – Но с условием: если надумаешь продать что из наследства – первым предложишь мне.

Я возмущённо сверкнула глазами. Хитрый кобольд не оставил мне и шанса отказаться! Отвергнуть подарок означало нанести смертельное оскорбление, после которого не только сам ир Румбле, но и все уважающие его кобольды навсегда прекратили бы со мной общение. Я не собиралась совершать такую глупость. Связи у даэна были обширные, а некоторые редкие ингредиенты и товары проще всего удавалось достать через кобольдов. Казалось бы – он требовал малость, но оставить без ответа такую наглость я просто не могла! Простишь сейчас с ноготь – в следующий раз откусит по локоть и не подавится.

– Благодарю, ир Румбле, – с лучезарной улыбкой произнесла я, вплетая в слова силу. – Да не обнаружит ни одна самая тщательная и въедливая проверка нарушений в вашей чудесной лавке! Ни налоговая, ни управление по лицензированию и артефакторике, ни…

– Эй-эй-эй, хватит на мою голову призывать этих коршунов! – занервничал серокожий хитрец и даже слегка позеленел от волнения. – Я же от всей души! Ну и с маленькой выгодой, чтоб не нарушить вселенское равновесие.

– Так и я благодарю от души и с теми же намерениями, – парировала я. – Справедливость должна быть справедливой.

Я не проклинала, не благословляла – просто желала, притом хорошего, потому защита никак не реагировала на мои слова. И хитроумный ир Румбле прекрасно это понимал!

– Да понял я, понял, – отмахнулся кобольд. – С тобой мы с этой минуты исключительно в товарных отношениях, никаких даров!

– Хорошего дня, даэн, – улыбнулась я. – Рада, что мы поняли друг друга.

Поправила шляпу и направилась к выходу. Закрывая дверь, услышала негромкое беззлобное ворчание вслед:

– Не Карина, а настоящая Кара… Вся в родственницу!

День выдался погожим, весеннее солнце щедро сыпало лучами, лишь изредка его заслоняли небольшие белоснежные облачка, и поначалу я решила пройтись до особняка ирии Блекфор, сокращая путь через задние дворики и переулки, но быстро отказалась от этой затеи, обнаружив, что грязи там не меньше, чем в Шеффлидсе, даром что столица! Пришлось вернуться на проспект и сесть на омнибус. Тот ехал кругом, и дорога заняла почти столько же времени, сколько бы я добиралась пешком. Выходя, бросила взгляд на табло на остановке и вздохнула: ещё двадцать минут! А от остановки до особняка идти было не больше пяти.

До знакомых ворот оставалось всего несколько шагов, когда меня обогнал тёмно-бордовый лакированный экипаж. Механизированный – дорогая игрушка, которую пока могли себе позволить лишь немногие зажиточные горожане, в основном, аристократы. Одно из колёс попало в выбоину на мостовой, и я едва успела увернуться от потока грязной воды. Да что за день-то такой! Эти лихачи глаза дома позабывали, что ли?

Экипаж затормозил у ворот прабабкиного особняка, мужчина, что управлял им, торопливо открыл дверцу и из салона показалась моя дорогая кузина. Раздражение, ещё не успевшее угаснуть, вспыхнуло с новой силой. Два года не видела Малис – и ещё много раз по столько не встречалась бы с этой гадюкой в женском облике. Кузина оперлась на подставленную шофёром ладонь и грациозно спустилась на мостовую. Увидев меня, расплылась в формальной неискренней улыбке.

– Кара, дорогая! Слышала, ты открыла лавку где-то в провинции. Свежий деревенский воздух пошёл тебе на пользу, вон как щёчки округлились.

Зараза! Никогда не упускала возможности намекнуть, что я заметно поправилась, даже если это было неправдой.

– И я рада тебя видеть, Малис, – отозвалась я с такой же фальшивой радостью. В долгу не осталась, заботливо посетовала: – Тебе бы тоже не помешало бывать на свежем воздухе, а то бледная, как поганка.

Кузина раздражённо прищурилась. Мы обе были рыжеволосыми, но только я могла сколь угодно находиться на солнце, не боясь обгореть и покрыться веснушками, как весенняя верба почками. Малис, в отличие от меня, не так повезло с генами, и к огненному цвету волос прилагалось бесконечное количество веснушек, которые она отчаянно ненавидела и старательно выводила. Но слишком долгое пребывание на солнце сводило на нет все усилия молодой ведьмы, и россыпь подлых рыжинок нет-нет, да и проступала на фарфоровой коже.

– Зато довольная, как женщина, – усмехнулась Малис. – Многим по душе аристократическая бледность. А ты как? Может, обзавелась достойным ухажёром из числа местных свинопасов?

– А ты с какой целью интересуешься? – прищурилась я. – Потянуло на деревенскую экзотику? Или снова охота за мной объедки подбирать, как с Тео?

Зелёные глаза моей собеседницы сверкнули холодным недовольством. Шпилька в очередной раз достигла цели.

– Ой, да ладно тебе, – Малис поморщилась, тряхнула копной огненно-рыжих, почти красных волос. – Я просто немного развлеклась. Верных мужчин не бывает, бывают те, кого плохо соблазняли. И вообще, надо делиться с родственниками!

– Так подай пример, – моментально отреагировала я. – Откажись от своей части наследства в мою пользу.

– Да сейчас же! – ощетинилась кузина. – Столько ждала, пока прабабка метлу откинет. Гримуар и котёл – мои! А с тебя хватит и… Скажем, её запасов травок. Забирай, я не жадная.

– Это мы ещё посмотрим, чей гримуар, – хмыкнула я. – И чей котёл – тоже. А травки можешь себе оставить.

Отодвинула её плечом и открыла калитку. Малис протиснулась за мной, обогнала и первой устремилась к крыльцу, едва ли не бегом. Был соблазн наколдовать ей ступеньку повыше, чтобы дорогая кузина растянулась во весь рост, но я удержалась. Мелкая и слишком демонстративная пакость, которая, к тому же, заберёт немерено сил. Да и про откат защиты забывать не стоило. Нет уж, подожду более подходящего момента.

Малис взбежала на крыльцо, ухватилась за дверную ручку и… Дверь и не подумала приветливо распахнуться. Зато на ней проявились серебристые часы, которые показывали одиннадцать пятьдесят. Кузина нервно задёргалась, пытаясь оторвать прилипшую ладонь. Безуспешно – чары держали крепко. А я подавила злорадный смешок, вспомнив записку и сухую информацию, что завещание будет оглашено ровно в полдень. Прабабка позаботилась о том, чтобы мы даже в дом не попали раньше времени.

– Так и будешь стоять как громом поражённая? – прошипела Малис.

– А что ты предлагаешь? – ухмыльнулась я. – Попытаться распутать прабабкины чары, пока они тебя держат? Не уверена, что ты при этом останешься невредимой, но как скажешь! Всегда готова прийти на помощь родственнице.

И энергично потёрла ладони. Кузина задёргалась так, что я всерьёз обеспокоилась: как бы она запястье не вывихнула. Жалела я не её, а свои уши: Мал устраивала истерику из-за малейшей царапины.

– Не смей! – взвизгнула она.

– Хорошо, не буду тебе помогать, – миролюбиво согласилась я. – Намеренно – никогда. Обещаю.

Малис зло сверкнула зелёными, точно у кошки, глазищами, и замолчала. А я обернулась к воротам, у которых как раз остановился знакомый мне чёрный экипаж со знаком гильдии законников на дверце, и из него выбрался ир Гроул.

– Это ещё кто? – зло прищурилась кузина. Говорила она негромко, явно не желая, чтобы её услышал кто-то, кроме меня. – В письме о ещё каких-то наследниках не сообщалось, а этого мужика я вообще впервые вижу! Нам конкуренты ни к чему!

– Это поверенный, Малис, – так же тихо пояснила я. – Так понимаю, он обязан присутствовать при оглашении завещания.

– Ну и где вы ходите? – тут же возмутилась кузина уже не таясь. Тряхнула рукой. – Освободите меня! Немедленно!

– Чары спадут ровно без пяти двенадцать, – невозмутимо сообщил ир Гроул, подходя к крыльцу. – Ещё две минуты. Ирия Блекфор не хотела, чтобы у кого-то из наследниц был соблазн взять что-либо на память до оглашения завещания.

Ага, конечно, дело было именно в этом. Лично я, зная характер прабабки, и крошку бы из её дома не взяла без позволения. Потом на чистках да откупах с перекладами разоришься. Да и Мал тоже: кузина была стервой, а не идиоткой. Просто старуха и после смерти оставалась себе верна и не упускала ни единой возможности сделать пакость. А ведь на месте Малис могла быть я, и стояла бы не пять минут, а почти два часа!

– И вы не предупредили, – укоризненно покачала я головой. – Только не говорите, что забыли!

– Личное распоряжение покойной, – сухо отозвался ир Гроул. – Наша нотариальная контора уважает волю заказчика.

– Да чтоб этой старой карге мягкие облачка камнями в душу впивались, – пробормотала Малис, в очередной раз дёрнув рукой. – Ай! Оно ещё и жалит!

– А ты за языком следи, – фыркнула я. – О покойных либо хорошо, либо ничего.

– Вот как услышу, что она гримуар и котёл мне завещала, так сразу буду о ней хорошо отзываться, – буркнула кузина.

Я промолчала, а на губах поверенного мелькнула какая-то очень уж ехидная улыбка. Он явно что-то знал и не спешил делиться этой информацией! Вот и делай людям добро после этого… Я ему настой заварила, чтоб сердце не шалило, а этот нехороший человек молчит, как кремень!

Стрелки часов тем временем достигли названного иром Гроулом времени, и по косяку волной прокатилось мягкое свечение. Малис наконец-то отдёрнула ладонь и принялась растирать её. Тянуться к ручке она больше не пыталась и первой в дом не рвалась. А я – тем более.

– После вас, – произнесла я, указывая поверенному на закрытую дверь.

Мало ли, какие ещё сюрпризы приготовила «дорогая» родственница! Но до гостиной, несмотря на мои опасения, мы добрались мирно и без приключений. В воздухе ещё ощущался смрад любимых прабабкиных духов, и я едва удержалась от желания зарыться носом в воротник. Да и вообще не покидало ощущение, что вот-вот она, сухонькая, невысокая, быстрым шагом войдёт в комнату, пронзит взглядом зелёных, как и у Малис, глаз, и с усмешкой заявит: «Ну что, девки, поверили в мою кончину, примчались делить добро? А шиш вам с горочкой!»

Часы на ратуше пробили полдень. Ровно с двенадцатым ударом с письменного стола у окна слетело заклинание отвода глаз, и мы увидели прибор для просмотра голографических кристаллов и сам кристалл, лежащий рядом. Ир Гроул приблизился к столу, вставил кристалл в гнездо и повернул ручку прибора. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем прямо перед нами материализовалась прабабка. Как живая! Насмешливо улыбнулась и спросила:

– Ну что, девки, дождались? Раз вы здесь, значит, я уже на том свете. Я долго думала и решила, что из всей живой и здравствующей родни только вы можете распорядиться моим наследством как следует. В могилу с собой нажитое добро не потащишь, да и нехорошо лишать правнучек полезных знаний и приятной суммы. Хотя стоило, а то смотреть противно было: одна задом крутит перед всеми мужиками подряд, другая в глуши прозябает. Так и знайте: померла я от отвращения! А чтоб вы не слишком радовались и вспомнили, что лёгкие дороги ведут в никуда, у меня есть условие. – Улыбка на морщинистом лице из насмешливой стала предвкушающе-пакостной. Выдержав паузу, прабабка продолжила: – Я не сумела остановиться на одной кандидатуре, поэтому вот моё последнее слово. Всё мое имущество, включая родовой гримуар, дополненный мной за эти годы, и зачарованный знаменитым Хайпрестом ведьминский котёл, получит та из вас, которая в течение года выйдет замуж. Ваш избранник должен жениться добровольно и по любви – без использования приворотов, окормов, опоев и иных магических и природных средств подавления воли. Договорной брак исключён. Вредить друг другу магическими методами запрещаю: одно нарушение – и вы выбываете из списка моих наследниц. Контроль за соблюдением условий возлагается на моего поверенного Джона Гроула, а в случае невозможности исполнения им обязанностей – на его доверенное лицо.

А вот это была подстава! Очень обидная, потому что у меня, в отличие от Малис, ухажёров не наблюдалось от слова «совсем». Кузина флиртовать умела, любила и с удовольствием совершенствовалась в этой науке. Вон, даже сюда прибыла в чьём-то экипаже, а не на омнибусе. Мал не задумываясь пускала в ход всё своё обаяние, щедро раздавала авансы и намёки, что может быть когда-нибудь знакомство станет близким – и купалась в мужском внимании и подарках. А я так не могла… Год, в принципе, был достаточным сроком, чтобы изменить эту ситуацию и найти хотя бы одного кавалера, но ведь и Малис терять времени не будет! Та как раз расплылась в победной улыбке, явно придя к тем же выводам. Но прабабка ещё не закончила.

– Если вы обе выйдете замуж в течение года, гримуар и всё моё состояние достанутся той, что выполнит ещё одно небольшое дополнительное условие. Но о нём вы узнаете позже. И ещё: в течение трёх лет после заключения брака победительница должна родить ребёнка от законного супруга, иначе наследство перейдёт к более удачливой сопернице. Если же и та за этот срок не порадует мир новорожденной ведьмой или магом, также будет лишена всего, включая гримуар и котёл. Я хочу, чтобы наш род продолжился. А если вас, мои дорогие ведьмочки, что-то не устраивает, можете отказаться в любой момент. В этом случае всё достанется той, что решит выполнить условия. Если откажетесь обе, либо решите пренебречь моей волей, остатки моего наследства будут переданы на благотворительность, а гримуар и котёл отправятся главе одного из северных ковенов. Закрытого, чтобы у вас точно не было возможности до них добраться. Контроль за исполнением моей воли будет осуществлять ир Гроул, либо его доверенное лицо. – Голографическое изображение мигнуло, побледнело и растаяло, но лишь затем, чтобы вновь собраться и ехидно добавить: – Кстати, называть праправнучек в мою честь не прошу. Цените!

Улыбка на личике Малис сменилась кислой гримасой. В роли матери кузина себя в ближайшие годы не видела и не скрывала, что раньше тридцати и думать о детях не желает! Просто выскочить замуж для неё бы не составило труда, а вот отыскать того, от кого можно родить ребёнка, было задачей посложнее. Прабабка знала, как испортить триумф и увести победу из-под носа! Я же, напротив, слегка воспрянула духом. Голограмма напоследок хрипло расхохоталась и растаяла в воздухе. Мне показалось, запах духов стал ещё явственнее, точно старая ведьма только что прошла мимо. Ир Гроул извлёк кристалл и аккуратно положил его в специальный футляр. Сухо поинтересовался:

– Любезные ирии, есть ли у вас вопросы?

– А можно как-то признать эту престарелую сво… кхм, нашу оч-ч-чень любимую прабабку невменяемой? – с нескрываемой надеждой поинтересовалась Малис. – Готова оплатить услуги эксперта, пока тело не предано земле.

Несложно было догадаться, с какой целью она интересуется. Кузине совершенно не понравились условия. Мне же примерно в равной степени не улыбалось ни срочно искать супруга, ни участвовать в отчаянной грызне за наследство со всеми родственниками, если завещание будет признано недействительным.

– Мне жаль вас разочаровывать, – скорбно вздохнул законник. И по его физиономии я ясно видела: врёт, поганец! Разочаровать нас он намеревался с удовольствием! – Во-первых, тело уже предано огню, а прах, согласно последней воле покойной, смешан с землёй и отправлен в питомник, где в него сегодня утром была посажена изумрудная туя. Когда деревце окрепнет, его перевезут в городской парк и, разумеется, наследникам сообщат, на какой аллее оно будет расти.

На мой взгляд, прабабке куда лучше безобидной туи подошёл бы ядовитый овчар, названный так из-за кучерявых листиков, но он рос исключительно в пустыне и, увы и ах, не выжил бы в нашем климате. Хотя, учитывая характер ирии Блекфор, мог всем назло приспособиться и даже зацвести. Вот только в парке бы его никто не высадил, ведь мало того, что это невысокое и безобидное на первый взгляд деревце было ядовитым от корней до последнего листика, оно отравляло ещё и всю окружающую скудную растительность.

– Во-вторых, – продолжил ир Гроул, – ирия Блекфор предполагала, что у наследниц могут возникнуть подобные вопросы и заранее прошла добровольное ментальное обследование, которое подтвердило, что моя клиентка на момент составления завещания находилась в здравом уме, твёрдой памяти и полностью отдавала себе отчёт в том, что делает. Сомнений в её дееспособности быть не может. Если желаете, я предоставлю вам копию этого обследования.

– Не желаю, – хмуро бросила Малис.

И в тоне её явственно звучало: «Вот же старая стерва, всё продумала!». Я молчала, всем видом показывая, что у меня вопросов нет.

– Что ж, в таком случае, больше вас не задерживаю, – подытожил законник и кивнул в сторону выхода. – Прошу покинуть особняк. Я закрою его при вас, и в следующий раз сюда войдёт законная наследница.

– А как же растения? – обеспокоилась я, вставая. – Они погибнут за год!

У прабабки был неплохой ведьминский огородик, и я, как травница, не могла допустить гибели ценных трав и кореньев, пусть даже они в итоге достанутся не мне.

– Все растения ещё накануне были погружены в стазис, – пояснил поверенный. – Они дождутся новую хозяйку. За садом также будут ухаживать.

Да, и впрямь всё предусмотрено. На миг возникло чувство, что старая ведьма знала о скорой смерти, вот и подготовилась наилучшим образом. Или в очередной раз затеяла какую-то сложную игру… Я не удержалась, мысленно потянулась внутрь себя, призывая силу отыскать Мору Блекфор. Магия старейшей в роду не могла не отозваться, если её обладательница была жива. Но ответом были лишь холод и привкус сырой земли на губах. Верные признаки смерти.

Мы вышли на крыльцо, законник запечатал дверь и активировал охранные чары. Произнёс:

– Если у вас возникнут какие-либо вопросы касательно завещания, либо пожелаете ещё раз ознакомиться с условиями и документами, обращайтесь в нотариальную контору «Блейк, Гроул и партнёры», я к вашим услугам в любое время. Мы ценим своих клиентов. Кстати, ирия Аркант, не могу не отметить вашу великолепную шляпу. Примите моё восхищение.

Я зарделась от удовольствия, а ир Гроул вежливо склонил голову и направился к воротам, за которыми его ждал экипаж. Мы вышли следом. Малис щёлкнула пальцами, и через несколько мгновений из портала вынырнула шустрая метла из чёрного дерева, инкрустированного перламутром. Дорогая вещь, явно сделанная на заказ в лучшей столичной мастерской. У меня же до сих пор была простая метла, самая первая, купленная на втором курсе обучения в высшей школе ведьм. Она меня устраивала, и я не видела смысла тратить деньги на что-то другое. Но кузина не спешила прощаться. Повернулась ко мне и холодно поинтересовалась:

– Ну что, сразу сдашься или будем терять время? Ясно ведь, что старая дрянь пытается заставить меня выйти замуж и родить кого-нибудь. Можешь отказаться, я по-прежнему готова отдать тебе все её сорняки.

– Ты тоже можешь отказаться, – в тон ей ответила я. – А я намерена побороться за гримуар и котёл! Впереди целый год. Достаточно времени, чтобы построить крепкие отношения.

– Ну-ну, мышь… ржавая, – насмешливо фыркнула Малис. – Если ты повелась на комплименты поверенного, спешу напомнить: он женат – я хорошо рассмотрела брачный узор в его ауре.

– Предпочитаю мужчин помоложе, – сухо отозвалась я.

Кузина залилась серебристым смехом, точно я удачно пошутила. Отсмеявшись, пожала плечами:

– Знаешь, Карина, я бы посмотрела, как ты пытаешься заарканить какого-нибудь сельского дурачка, наверняка весёлое выйдет зрелище, но извини, спешу. У меня вечером свидание с одним из потенциальных женихов, я должна выглядеть ослепительно!

Оседлала метлу и взмыла вверх. Описала красивый полукруг над прабабкиным особняком и была такова. Я тоже коснулась кулона на шее, призывая свою метлу. Сейчас не было нужды тянуть время, наоборот, я не хотела терять ни минуты. И первым делом собиралась навестить любимую наставницу в школе ведьм. Если кто и мог дать мне добрый и дельный совет, так только она.

ГЛАВА 2

Высшая школа ведьм располагалась достаточно далеко от центра города, и я успела слегка продрогнуть, пока долетела. Коварное весеннее солнце было не таким уж и тёплым. И купленная у ира Румбле шляпа пришлась как нельзя кстати.

При виде здания, увитого морозоустойчивым бело-зелёным плющом, даже сейчас сохранившим яркие листья, на моих губах появилась лёгкая улыбка. Я пять лет постигала здесь ведьминские премудрости и была рада вернуться сюда, пусть даже ненадолго. Годы учёбы, несмотря на некоторые неприятные события, я вспоминала с тёплой ностальгией. У нас была дружная группа, мы вместе встречали праздники, устраивали собственные небольшие шабаши, и на выпускном клятвенно обещали друг дружке не теряться, поддерживать связь и обязательно, непременно встречаться хотя бы раз в год! На деле, конечно, сложилось иначе. Многие хотели остаться в Блесендоре, но распределение безжалостно раскидало юных травниц по всему королевству. Государство желало в обмен на средства, затраченные на наше обучение, получить пользу и требовало отработать полтора года в тех городах и деревнях, от глав которых поступили заявки на соответствующих специалистов. Собственно, я и сама попала в Шеффлидс именно по этой причине. Как одна из лучших на курсе, выбирала в числе первых. Могла остаться в Блесендоре, но не захотела. Отправилась в тихий городок зализывать раны и лечить изломанную предательством душу…

Встряхнулась, понимая, что мысли свернули куда-то не туда, и направила метлу вниз, на посадочную площадку слева от входа. Приземлилась, коснулась метлы, посылая импульс силы и отправляя летательное средство обратно в кулон, и торопливо взбежала по широким ступенькам. Ох, лишь бы наставница оказалась в своём кабинете, а не на парах! Потянулась к двери и едва не упала, потому что та неожиданно распахнулась. Чтобы не потерять равновесие, шагнула вперёд и практически впечаталась в высокого мужчину. Тот удержал меня за плечи, обеспокоенно поинтересовался:

– Вы в порядке?

– Да, вполне, – отозвалась я, изучая незнакомца.

Статный шатен, красивый и самоуверенный, точно камышовый кот в период гона. Определённо ведьмак. В тёмно-карих глазах кружили болотно-зелёные искры, а улыбка была столь искренней и заразительной, что так и тянуло улыбнуться в ответ.

– Прекрасно, – кивнул тот, отпуская меня. И тут же сменил тон на строгий и требовательный: – Курс, группа, фамилия? Почему не на парах?

Перемены в его поведении оказались столь разительными, что я, не удержавшись, хихикнула. Ну надо же, какой строгий преподаватель тут появился! Разбавил чисто женский состав! Даже интересно, что он ведёт. И посещаемость наверняка стопроцентная, я бы точно ни одной лекции у такого симпатяги не пропустила.

Незнакомцу моё веселье не понравилось. Он нахмурился, в бархатном голосе появились железные нотки.

– Адептка, я жду ответа, – напомнил ведьмак.

– Вы мне льстите, – вздохнула я. – Уже два года как не адептка. Решила заглянуть по старой памяти в родные стены. К слову, вы не в курсе: ирия Илайн Торданс сейчас у себя или на парах?

– Травница, значит, – сделал вывод мужчина: – Это хорошо, травницы нам нужны. Ирия Торданс теперь зам по учебной части и вы без труда найдёте её кабинет на третьем этаже. Кстати, позвольте представиться: Норман Мэйсон. С прошлого года я директор этого прекрасного учебного заведения. Хотите устроиться к нам на работу? Мы всегда рады бывшим ученикам.

Я подавила новый смешок. Надо же какой шустрый и энергичный! И неожиданно молод для высокой должности. Я слышала, что прежняя директриса ушла на покой, но думала, на её место назначат кого-то из преподавательского состава.

– Благодарю за щедрое предложение, – покачала я головой, – но я не по этому вопросу. Хочу навестить любимую наставницу.

– Жаль, – нахмурился ведьмак. – Если передумаете, приходите. Рад знакомству, ирия…

Он сделал паузу, красноречиво предлагая мне назвать своё имя.

– Аркант, – представилась я. – Карина Аркант.

– Рад знакомству, ирия Аркант, – улыбнулся Норман. – Хорошего дня вам. – Обласкал меня взглядом и добавил: – Надеюсь, мы ещё увидимся.

Посторонился, позволяя мне пройти. Малис на моём месте уже наверняка бы просканировала этого красавца и выяснила, есть ли у него супруга, а вот я как-то постеснялась. Ладно, о его семейном положении можно и у ирии Илайн спросить, тем более, я не собиралась скрывать от неё подробности завещания. У-у-у, чтоб прабабке в посмертии икалось! Хм, и всё-таки интересно, откуда же ира Мэйсона прислали, и за какие грехи? Или заслуги, учитывая, в какой цветник он попал… Я размышляла об этом, поднимаясь по лестнице, и автоматически посторонилась, заметив, что кто-то спускается навстречу. Но этот «кто-то» тоже решил меня пропустить и шагнул в ту же сторону. Я ещё раз попыталась уступить дорогу, но с аналогичным результатом. Взгляд уткнулся в тёмный мужской жилет. Вынырнув из задумчивости, подняла голову и обнаружила перед собой широкоплечего блондина. В очередной раз мы с ним синхронно шагнули, на сей раз от перил к стене, после чего мужчина скомандовал:

– Стойте на месте. – Отошёл обратно к перилам и протянул мне руку, предлагая опереться на неё: – Прошу.

Кожа его была горячей, мне даже не хотелось забирать заледеневшую во время полёта ладонь. Момент был подходящим, а соблазн и любопытство непреодолимыми, потому я легонько коснулась ауры незнакомца, и едва удержалась от удивлённого возгласа. Надо же, маг-портальщик. Кстати, неженатый. Кажется, я много пропустила за эти два года… Может, сбылась мечта многих адепток, и высшая школа ведьм теперь стала смешанной, а заодно и название сменила? Принять, что ли, предложение ира Мэйсона и поменять статус травницы на гордое звание преподавателя и мантию впридачу? Уже второй интересный мужчина за пять минут встретился, вдруг не последний!

Поймала себя на том, что неприлично долго рассматриваю блондина, а мои пальцы до сих пор лежит в его ладони, и смутилась. Отдёрнула руку и пробормотала:

– Извините, просто у вас ладонь тёплая, а я немного замёрзла, пока добиралась.

В серо-голубых глазах моего визави мягкой волной колыхнулся смех. Не обидный, понимающий.

– Ничего страшного, – успокоил меня мужчина. – Меня нисколько не затруднило согреть вашу ладошку. Вторую дадите?

И мне бы, памятуя об условии старой карги, согласиться, трепетно взмахнуть ресницами, позволить галантному рыцарю спасти от холода мои нежные ручки, но… Я не смогла моментально вжиться в роль девы в беде. Слишком привыкла рассчитывать только на себя.

– Благодарю, но это уже лишнее, – вежливо отказалась я. – Хорошего вам дня, ир.

Торопливо шмыгнула мимо него и направилась выше по лестнице. Сердце бешено колотилось. За два года я совершенно отвыкла от мужского внимания, и, кажется, абсолютно разучилась флиртовать. Не сказать, что и раньше у меня это хорошо получалось, но сейчас я меньше чем за десять минут благополучно прощёлкала две возможности получить приглашение на свидание! Но не разворачиваться же было теперь. Ох, прабабка, задала задачку! Для того, чтобы утереть нос Малис, мне для начала предстояло победить свою скромность. И я очень, очень надеялась, что у меня это получится.

Остановилась перед кабинетом с табличкой, на которой были выбиты имя и новая должность ирии Торданс, деликатно постучала в дверь.

– Да-да, входите, – раздался мягкий голос наставницы.

Илайн Торданс почти не изменилась за два года, разве что тёмное платье и рабочий кожаный фартук с бесчисленным множеством кармашков сменили строгая кипенно-белая блузка и серая юбка.

– Кара, девочка моя! – Она торопливо поднялась с кресла и заключила меня в объятья. Отпустив, с ласковой укоризной попеняла: – Совсем из виду пропала. Ни единой весточки за всё время!

– Мне очень стыдно, ирия Илайн, – протянула я, придав лицу огорчённое выражение. – Осознала, обещаю исправиться.

– Оставь формальности, – махнула рукой наставница. – И не ври. Исправится она, как же. Кривую метлу уже не выпрямить.

– Ну спасибо, – фыркнула я. – Даже не знаю, радоваться, что меня повысили с твердолобой толкушки до кривой метлы, или огорчиться.

– Кривая метла всё равно летает, – подмигнула собеседница. – Только не каждому удаётся найти к ней подход. – И тут же посерьёзнела, взглянула цепко и пристально: – Я слышала, что ирия Блекфор скончалась. Тяжёлая потеря для магического сообщества Блесендора. Но зная её характер, сомневаюсь, что стоит сочувствовать тебе по этому поводу.

– Ещё как стоит, – вздохнула я. – И дружеский совет мне тоже не помешает.

– У тебя какие-то проблемы? – нахмурилась наставница.

– Ещё какие, – подтвердила я. – Прабабка назначила меня одной из наследниц. Вторая – Малис.

Пояснения были излишни – ирия Илайн прекрасно знала о неприглядном поступке моей кузины. Ей не нравился мой бывший жених, но поведение Малис она считала подлым. Наставница придерживалась мнения, что своих не убивают, своими дорожат. Родными, друзьями, всеми, с кем связывают невидимые нити родства кровного или, что важнее, духовного. Жаль, большинство членов моей семьи имели иные взгляды, и Малис в том числе.

– Вот же старая перечница! – От избытка эмоций наставница даже хлопнула ладонью по столу. – Напакостила напоследок! Гримуар тебе хоть завещала или придётся устанавливать очерёдность пользования?

– Для того, чтобы получить гримуар и всё прочее, мы с Мал должны выполнить некоторые дополнительные условия, – я поморщилась. – И главное из них – в течение года выйти замуж, причём по любви и без каких-либо магических воздействий на избранника. Ума не приложу, где искать жениха, но точно знаю – сделаю всё, чтобы Малис не получила родовой гримуар! И котёл, который зачаровывал сам Хайпрест, тоже.

– Девочка моя, в таком случае тебе надо возвращаться в Блесендор, – улыбнулась ирия Илайн. – Здесь гораздо больше возможностей обрести своё маленькое женское счастье. – Шутливо посетовала: – Эх, не были бы мои старшие оболтусы женаты, я бы намекнула кому-то из них тебе присмотреться. Что ж ты не родилась лет на десять раньше?

– Бросьте, ирия Илайн, у вас чудесные невестки и внуки, – отмахнулась я. И, решив, что сейчас подходящий момент, добавила: – А у школы, как я случайно выяснила, новый и очень симпатичный директор. Между прочим, приглашал меня на работу. Женат, кстати?

– О, ты уже познакомилась с Норманом? – приподняла бровь наставница. Покачала головой: – Не советую, Кариша. Тот ещё ходок. В его объятиях все незамужние преподавательницы уже побывали, да и некоторые замужние тоже. И войны за его сердце и прочие части тела ведутся нешуточные. Сама понимаешь: единственный мужчина в нашем розарии, вдобавок умён, красив и богат. Лет через пять он, быть может, нагуляется и остепенится, но у тебя столько времени нет.

Я кивнула, соглашаясь. Вот за что ценила ирию Илайн, так за способность разложить по полочкам любую ситуацию. Ввязываться в войну за Нормана с кучей злобных фурий и преумножать количество недоброжелательниц я точно не собиралась, мне хватало одной стервы в родственниках. Мысленно отметила, что наставница назвала Нормана единственным мужчиной в школе, и вновь посетовала, что упустила шанс познакомиться с блондином-портальщиком. Видимо, он, как и я, заглянул по личным делам.

– В общем, так, – ирия Илайн энергично потёрла ладони. – Сейчас ты едешь в свой волчий угол, закрываешь лавку, собираешь вещи, и ровно через три дня возвращаешься в Блесендор. Я за это время подыщу тебе какую-нибудь уютную и относительно недорогую квартирку, а заодно дёрну старые связи, подумаем, куда тебя можно устроить. И смени гардероб, девочка моя. Шляпу можно оставить, а вот над остальным подумай хорошенько. Чтобы мужчина влюбился в твою прекрасную душу, для начала покори его взор. Впрочем… По магазинам пойдём вместе. Вначале – переезд. Задача ясна?

От наставницы я вышла бодрой и замотивированной. На рынок уже не успевала, зато забежала в кондитерскую и купила целый килограмм ароматного печенья с пряностями. Его готовили на топлёном масле, и выпечка буквально таяла во рту. Калорийная до безобразия и одновременно такая вкусная, что не было никаких сил устоять! Я искренне надеялась довезти восхитительно пахнущий пакет домой, чтобы там, жмурясь от удовольствия, заварить себе кофе, сыпануть в него щепотку корицы – и радостно слопать печенье до последней крошки, ещё и пальцы облизать. Должен же был этот день закончиться чем-то хорошим, верно? Учитывая завещание прабабки, покой мне в ближайший год не грозил.

Но пока дошла до остановки омнибуса, поняла, что до возвращения в Шеффлидс мне жизненно необходимо заглянуть в ещё одно место: книжную лавку. И приобрести там, гм, весьма специфическую литературу для восполнения моих теоретических пробелов. Пришлось вновь оседлать верную метлу и вернуться в центр города. Наложить простенький морок, а вдобавок к нему ещё и заклинание, рассеивающее внимание, было делом нескольких минут, потому в книжную лавку вместо молоденькой ведьмы с рыжей шевелюрой вошла худощавая девица неопределённого возраста с тощим хвостиком волос мышиного цвета. Только пакет с печеньем остался неизменным. Морок я навела на себя не просто так: знала, что Блессендор в самые неподходящие моменты оказывался невероятно тесным, и не хотела случайно повстречаться с кем-то из знакомых.

Из посетителей, помимо меня, в книжном царстве обнаружился белобородый старичок, который увлечённо листал какую-то энциклопедию, и две студентки, судя по светло-голубым мантиям, воздушницы. Продавец, темноволосый парень едва ли старше меня, стоял возле одного из стеллажей и расставлял книги. Вид у него был скучающий.

– Любезный ир, не подскажете, где я могу найти пособия по искусству флирта? – тихо осведомилась я, подходя ближе.

Парень вздрогнул от неожиданности и едва не выронил книгу. Заклинание, рассеивающее внимание, сработало слишком хорошо, и он попросту не заметил моего приближения.

– Простите, что вам нужно? – переспросил он.

– Учебные пособия по флирту, – повторила я максимально уверенным тоном. – Книги для девушек, желающих удачно выйти замуж.

– А-а-а, пособия для охотниц за мужьями, – понимающе хохотнул продавец, смерив меня снисходительным взглядом. – Вам повезло, ирия, буквально на днях был новый привоз. Вон тот стеллаж слева от входа, центральная полка. Выбирайте.

Мог бы говорить и потише, а так старичок даже отвлёкся от энциклопедии, чтобы взглянуть на меня, да и воздушницы тихонько хихикнули. Провожаемая любопытными взглядами, я подошла к указанному стеллажу, и вчиталась в названия. Мать моя ведьма, чего там только не было! От сборников кулинарных рецептов и приворотных ритуалов до толстых брошюр с говорящими названиями вроде «Соблазнить, влюбить, женить». Готовить я не умела и не любила, рецептов приворотных мазей, окормов, опоев и прочего знала столько, что сама могла бы написать неплохой учебник, а остальная литература для меня была совершенно одинакова, потому выбирала исключительно по обложке. Попросила упаковать получше, расплатилась, взглянула на часы – и поняла, что у меня осталось всего полчаса, чтобы успеть на последний скоростной дилижанс до Шеффлидса.

На станцию примчалась за пять минут до отправления. Купила билет, быстрым шагом направилась к выходу из зала ожидания, на ходу пытаясь половчее перехватить неудобный свёрток с «учебными пособиями» и выронила его. Бумага, в которую они были завёрнуты, порвалась, и книги рассыпались по грязному полу. Великий лес, как же не вовремя! Бросилась собирать их, и замерла, услышав над головой негромкое:

– Хм, какой интересный выбор чтения для ведьмы! Вы позволите помочь?

Подняла голову и встретилась взглядом с высоким мужчиной в форме со значком магполиции. Молодым, с добродушной ухмылкой. Судя по ауре, это был оборотень. Волк. Не дожидаясь разрешения, он опустился на корточки рядом со мной и поднял с пола увесистый розовый томик с названием «Сто способов заинтересовать мужчину. Издание третье, дополненное». Хмыкнул ещё раз и воззрился на меня с неподдельным любопытством.

– А что, ведьмам запрещено законом читать такие книги? – огрызнулась я.

– Да нет, – пожал плечами оборотень, и улыбка на его лице стала ещё шире и веселее. – Все имеют право на счастье в личной жизни.

– Вот именно, – веско подтвердила я, выхватывая злополучную книгу. – Благодарю, что помогли.

– Я могу и ещё помочь, – подмигнул мне страж закона. – Вдруг вам понадобится практика для закрепления теоретического материала. Готов выступить в качестве опытного образца. Кстати, меня зовут Грегор.

От комизма ситуации мне захотелось расхохотаться. Способ знакомства номер один: рассыпать у ног мужчины книги, посвящённые флирту. Если не заинтересуется – дурак! Оборотень дураком, согласно этой оценочной шкале, не был. Пресловутого «ах!» с первого взгляда, конечно, у меня с ним не случилось, но и неприязни молодой магполицейский не вызывал. Если не принимать во внимание изрядную долю смущения из-за обстоятельств нашего знакомства, я бы пообщалась с ним, но как назло, оставалось пару минут до отправления дилижанса. Нет, сегодня точно не мой день!

– Буду иметь в виду, – пообещала я и со вздохом произнесла: – Простите, Грегор, тороплюсь. Не хочется, чтобы дилижанс уехал без меня. – Чтобы смягчить отказ, с улыбкой добавила: – Похоже, не судьба испытать на вас свежеприобретённые навыки по очарованию.

Прижимая книги к груди, вышла на улицу и обнаружила, что Грегор последовал за мной.

Надо, же, что творит грамотная подборка литературы по искусству флирта! И это я пока даже не открывала книги.– Но вы же не в последний раз в Блессендоре, – резонно возразил этот серый и зубастый, явно не желая заканчивать разговор.

Грегор недовольно поджал губы, но настаивать на более внятной формулировке не стал. Со вздохом согласился:– Если встретимся ещё раз – обещаю, непременно подумаю над вашим предложением, – я лукаво улыбнулась.

– Доверимся судьбе.

Но проводил меня до самого дилижанса, в котором мне, как выяснилось, предстояло ехать в гордом одиночестве, помог подняться в салон и разве что не помахал вслед. Экипаж тронулся с места, а я вытянула ноги и всерьёз задумалась о причинах своей внезапной популярности у мужчин. Я не считала себя неприметной дурнушкой, «ржавой мышью», как обозвала меня Малис, но и стаи ухажёров вокруг никогда не вились. А сегодня творилось что-то непонятное. И одна догадка у меня была… Шляпа, столь удачно купленная у кобольда!

Сняла её, придирчиво и пристально осмотрела со всех сторон, даже внутрь заглянула. Но как и в лавке ира Румбле, никакой магической силы, исходящей от свежеприобретённого предмета гардероба, не ощутила. Просканировала парочкой простых заклинаний – и вновь без результата. Вещь как вещь, красивая, но значимая исключительно для меня. И всё же интуиция подсказывала: дело именно в ней! Заподозрила бы сговор кузины и ира Румбле, но во-первых, шляпу я купила до оглашения завещания, во-вторых, от сделки со мной старый пройдоха в долгосрочной перспективе получал больше выгоды, а считать он умел. Решила, что изучу её как следует в своей травницкой, когда вернусь в Шеффлидс. А если не сумею разобраться сама, попрошу помощи у наставницы. Шляпа мне очень нравилась, но я не желала проигрывать борьбу за наследство из-за такой ерунды.

Пока решительное настроение меня не покинуло, выудила из стопки книг самую тонкую с интригующим названием «Вы уже умеете флиртовать!» и погрузилась в чтение. Вернее сказать, попыталась это сделать, потому что практически каждый совет поначалу вызывал желание зло поиронизировать. Я злилась на прабабку, которая даже после смерти умудрилась вмешаться в мою более-менее упорядоченную жизнь и устроить в ней очередной бедлам, а расплачивался за это неизвестный мне автор Нуаро де Ламур, которого я тут же мысленно переименовала в лемура. Ну вот что значит – во время разговора с приглянувшимся мужчиной избегайте закрытых поз, не скрещивайте руки и ноги? Может, сразу на шпагат сесть? Заодно сразу продемонстрирую свою гибкость, угу. «Подстраивайтесь, – рекомендовала книга далее. – Ненавязчиво повторяйте его жесты, дублируйте фразы, отзеркаливайте позу – это поможет расположить мужчину к вам». Спасибо автору, что не предложил наложить иллюзию внешности собеседника, как беспроигрышный способ. «Ненавязчиво намекните, что свободны и готовы к новым отношениям», – радовал новым откровением лемур. Интересно, как он себе это представляет? Продемонстрировать запястья без брачных узоров или невзначай обмолвиться, что как раз на днях закончила ритуал по трансформации бывшего в болотную жабу? А на совете не пренебрегать аксессуарами для флирта, которые помогут завязать непринуждённую беседу, я захохотала как бешеный филин, потому что писучий лемур именно в этом пункте решил подробно перечислить, какими, и в списке «реквизита» значились книги. Тут же вспомнился магполицейский Грегор и его живой интерес к уроненным мной шедеврам литературной мысли, включая тот, что я сейчас изучала. Ай да лемур, не обманул: я и впрямь умею флиртовать! Отсмеявшись, захлопнула «учебное пособие» и потянулась к пакету с печеньем. Слишком уж соблазнительно пахла выпечка, особенно, учитывая, что в последний раз я ела ранним утром. А продолжить постигать науку очарования можно было и после лёгкого перекуса.

Пока доехала до Шеффлидса, от печенья остался лишь запах. Пакет с ним, хоть и казался внушительным, но закончился как-то незаметно. Очень хотелось отложить изучение шляпы и её таинственных свойств до следующего утра и доехать до самого дома, тем более, остановка дилижанса была буквально в пяти минутах ходьбы от него. Дорога и вообще все события этого дня вымотали меня. Но отдыхать было некогда: наставница ясно выразилась – ровно через три дня я должна была вернуться в Блессендор, притом с вещами. Так что пришлось выйти неподалёку от лавки. Погода под вечер испортилась, с неприветливого серого неба сыпал противный мелкий дождик, и задача пробраться к крыльцу и не изгваздаться по пути по самые уши стала совершенно невыполнимой. Я и не стала беспокоиться, справедливо рассудив, что одежду и обувь всё равно придётся чистить. Обошла только самые глубокие лужи. Вошла в лавку, но едва успела положить книги на стойку, как в дверь тут же забарабанили. Я проигнорировала стук, надеясь, что внезапный посетитель уйдёт, но тот оказался настойчивым.

– Закрыто, – крикнула я.

– Кариночка, мне очень-очень нужно! – взмолился из-за двери женский голос. – Пожалуйста, открой на минуточку!

Я узнала его обладательницу. Молоденькая швея, в начале зимы удачно вышедшая замуж за владельца ателье, в котором работала. Ир Эткинс был старше её лет на тридцать, страстно мечтал о наследнике или наследнице, но в силу возраста, сидячей работы и не слишком здорового образа жизни успел приобрести деликатную проблему в мужской сфере. А к целителям обращаться категорически отказывался. Мужчина… Потому его юная супруга регулярно приходила ко мне за травяным сбором, употребление которого на краткое время возвращало «молодожёну» былой пыл. Ребёнка она хотела ничуть не меньше.

Вздохнула и пошла открывать. Минусы маленького городка: все друг друга знают, и каждый клиент – почти что приятель. Совесть – совершенно, между прочим, бесполезное свойство для ведьмы! – меня бы загрызла, оставь я Дейзи Эткинс без помощи.

– Только ради тебя, – со вздохом проговорила я, запуская вымокшую швею в лавку.

– Спасибо, Карина, – та приложила тонкие ладошки к груди. – Мне как обычно. Тот самый сбор для моего супруга. И… знаешь, пожалуй, я всё-таки хочу заказать у тебя куколку. Вот, принесла то, о чём мы говорили. – Дейзи протянула мне свёрток. – Как ты и сказала, собрала всё по списку. Прядь моих волос и волос мужа, два лоскута от нижней сорочки и три от блузки, веточка вишни и девять вишнёвых косточек, нитки и вата.

«Кажется, домой я сегодня не уйду», – поняла я. И вот надо же было ей явиться именно сейчас! Как будто почувствовала, что я скоро уеду из города.

– На кого делать? – деловито спросила я, принимая материал. – Девочка, мальчик?

– Мне бы двоих, – засмущалась Дейзи. – Мало ли…

Она не договорила, но я и так поняла. Ир Эткинс не молодел, и мало ли – через пару лет заговоренного травяного сбора будет уже недостаточно, чтобы достичь желаемого эффекта. Вон, Дейзи и на куколку решилась лишь через три месяца, хотя я давно предлагала.

– Гарантии на желаемый пол детей в этом случае не дам, – предупредила я.

– Ничего-ничего, – затрясла головой она, доставая пухлый кошель. – Сколько я должна?

– Два серебряных за пакет травок, а за куклу… – Я задумалась. – За куклу – по совести, когда будешь забирать. Утром.

Никогда не любила назначать точную цену за обереги. Во-первых, сложно было оценить заранее, сколько сил придётся вложить в их создание, во-вторых, мне казалось правильным оставлять этот вопрос на усмотрение клиента. Пожадничает – что ж, магия своё всё равно возьмёт, но уже не деньгами.

Выдала пакет со сбором, выслушала благодарности, заперла дверь и решительно направилась на второй этаж, где находилась моя травницкая. Но прежде, чем приступить к созданию обережной куклы, заварила себе чашку чая из сушёных листьев, цветков и ягод земляники. На удачу и исполнение желаний. А ещё этот ароматный напиток обладал тонизирующими свойствами и бодрил не хуже кофе.

С куклой провозилась дольше, чем планировала. Спешить в создании оберега было нельзя, и я бережно вплетала магию в будущую «помощницу» для Дейзи, внутренним взором видела её лицо, считала обороты нити – и представляла, как меняется фигура молодой ирии Эткинс, как наливается её грудь и округляется живот. Наконец точно наяву услышала первый плач младенцев на два голоса – и заправила последний кончик алой нити в складку ткани. Оберег был готов. Я поставила куколку на окно, чтобы та напиталась лунным светом, открыла форточку и наконец-то приступила к изучению шляпы.

Руки подрагивали от усталости, потому не с первого раза удалось начертить малый диагностический круг и выписать все необходимые символы. Сконцентрировалась, справилась, ещё раз проверила, ничего ли не упустила – и начала понемногу наполнять сигилы магией. Наконец все они замерцали ровным золотистым светом. Я аккуратно опустила в центр круга шляпу и принялась терпеливо ждать, пока свечение охватит её целиком. Мягкие волны света пробегали по ткани, поднимаясь всё выше, а над кругом потихоньку формировалось лёгкое облачко, доказывая: вещь точно несёт в себе магический заряд! А вот опускаться оно не спешило. Пришлось коснуться шляпы, активируя «спящее» плетение, и лишь после этого облачко выпустило длинную узкую «ножку». Момент истины настал!

Щупальце магии коснулось шляпы, и в облачке проявился искажённый, но вполне узнаваемый символ самой обыкновенной «зеркалки». А за ним… Я озадаченно моргнула, пытаясь разобраться, что же накрутила неведомая мастерица. Малого диагностического круга и сил всего одной ведьмы было недостаточно, чтобы получить чёткую структуру чужого – явно авторского – заклинания, да ещё и качественный морок сбивал с толку. Впрочем, взламывать защиту я и не планировала. Ещё не хватало испортить столь тонкую работу, а заодно обзавестись массой проблем. Воришек, использующих чужие закрытые наработки, никто не любил. Я и сама всегда вплетала в свои работы мороки и охранки от любительниц халявы. Но сейчас мне необходимо было выяснить, какими свойствами наделена шляпа – не для того, чтобы нагло скопировать изящную вязь, а затем, чтобы понимать: могу ли я вообще её носить, учитывая выставленные прабабкой условия. Мысленно пнула хитрого кобольда, который наверняка добыл эту великолепную вещь не самыми честными путями, или, что более вероятно, приобрёл её по случаю у кого-то с пониженной социальной ответственностью. И увы, не потрудился выяснить, что же вложил в неё мастер. Да и мог ли?.. Единственное, что я пока что готова была сказать – шляпа абсолютно точно не могла принести мне вред. Лично я получила её честно, потому могла носить без опаски.

Пошла другим путём и принялась добавлять в круг различные символы, отвечающие за определённые свойства, проверяя, отзовётся ли магия. Нудно, долго, зато безопасно. Провозилась далеко за полночь, зато выяснила, что шляпа никоим образом не влияет на чужое сознание и не заставляет влюбляться в свою обладательницу. Всё было проще, изящней и безобиднее. Вещь мягко и ненавязчиво усиливала и отражала естественное обаяние владелицы, выделяла её из толпы, словно направленный солнечный луч. Никакого насилия над волей. Кто-то проводит красавицу взглядом и пройдёт мимо, кто-то попытается познакомиться – а дальше всё зависит от девушки.

Выяснив это, я завершила ритуал и тихо фыркнула, вспомнив, как накануне дважды упустила возможность продолжить знакомство с интересными мужчинами. И если насчёт того, что новая встреча с магполицейским волчарой Грегором перерастёт во что-то путное, я сильно сомневалась, то весьма сомнительная вероятность вновь увидеться с голубоглазым блондином-портальщиком вызывала вполне отчётливое огорчение. Да и с Норманом я бы с удовольствием пообщалась, останавливало лишь предупреждение наставницы относительно ведьмака. Увы-увы, сейчас я не могла позволить себе такой роскоши, как свободные отношения. Только брак, только надолго и всерьёз! Ради гримуара, котла и, разумеется, желания полюбоваться на перекошенное от злости личико проигравшей кузины я была готова пожертвовать своей женской свободой. А заодно найти и осчастливить пока неизвестного мне мужчину, где бы этот несчастный не прятался.

ГЛАВА 3

Лунный свет щедрым серебряным потоком лился в окно моей травницкой, растворялся в лёгких золотистых отблесках догорающих свечей, перемешивался с тусклым сиянием светоча. У меня всё никак не доходили руки поменять кристалл в лампе, да и не так часто я ею пользовалась. А сейчас смысл в этом окончательно пропал. Пусть новый арендатор занимается. В конце концов, когда я сюда въехала со своими травами, и такого кристалла не было!

Обережная кукла, по моему мнению, достаточно напиталась мягкой энергетикой ночного светила, потому я со спокойной душой собиралась захлопнуть форточку, активировать защиту и отправиться досыпать остаток ночи. Даже успела сделать два шага к окну – и с испуганным визгом отшатнулась, когда в травницкую влетело что-то мелкое, шустрое и заметалось по комнатушке. Инстинкты оказались быстрее разума, поэтому я схватила со стеллажа первую попавшуюся склянку и со словами «Да чтоб тебя разорвало!» запустила ею в незваного крылатого гостя. Рука не дрогнула, а меткость не подвела. Не вовремя очнувшуюся от спячки летучую мышь вынесло в распахнутую форточку вместе со «снарядом». Через несколько мгновений послышался звук удара о дерево, а следом тихий звон разбившегося стекла. Я раздосадованно выдохнула. Ну вот, придётся искать перчатки и собирать в ночи осколки. Хорошо ещё, на этом стеллаже у меня не было ничего опасного, кроме разве что… Я пробежалась взглядом по полке и тоскливо выругалась. Ну конечно, из всего, что могло подвернуться под руку, я схватила мерную склянку с универсальным магическим преобразователем! И ведь собиралась перелить обратно в надёжный флакон из зачарованного стекла! При изготовлении некоторых сложных многокомпонентных отваров и вытяжек из растений без него было не обойтись, но я понятия не имела, как он подействует на живое существо. В лучшем случае, отравит.

Подтверждая мои опасения, за окном раздался отчаянный кошачий вопль. Я прижалась к стеклу, пытаясь рассмотреть, что происходит под деревом, и с ужасом увидела бьющегося в агонии белого котёнка, одного из многочисленного прошлогоднего выводка жившей при булочной кошки. В один миг слетела по лестнице, на ходу натягивая антимагические перчатки. Зверя надо было спасать! Похоже, он умудрился сожрать упавший с неба крылатый «подарок», щедро политый преобразователем. Подхватив лёгкое тельце на руки, поспешила обратно в травницкую. Котик висел в моих ладонях почти неподвижно, лишь изредка вздрагивал.

– Потерпи немного, малыш, я сейчас… – неуверенно пообещала я, лихорадочно соображая, как заставить полуживого зверя проглотить антидот, и что вообще может считаться антидотом к преобразователю.

Положила неудачливого охотника на рабочий стол и тихонько ахнула, увидев, что на белоснежной кошачьей спинке под лопатками стремительно набухают симметричные округлые выпуклости. Котёнок сильно дёрнулся, едва не упав на пол, выгнулся и снова жалобно закричал. То, что сейчас происходило с его телом, явно причиняло животному нестерпимую боль, а остановить процесс уже не представлялось возможным. Я сделала единственное, что могла в этой ситуации. Удерживая извивающееся тельце одной рукой, второй подсунула под розовый носик щепотку пыльцы сон-травы. Малыш вдохнул её, трепыхнулся ещё пару раз и обмяк. Лишь торопливое биение сердца под моими пальцами свидетельствовало, что он заснул, а не отправился на встречу со своими кошачьими богами. Пока что.

Трансформация тем временем продолжалась. Тельце удлинилось, а бугры под кожей продолжали вздуваться, и я без всякой диагностики могла поклясться, что из них вот-вот прорвутся крылья. Если котёнок, конечно, это переживёт. Торопливо начертила гексаграмму, подвинула найдёныша в её центр и принялась по капле вливать в измученного зверёныша магию, не позволяя искорке его жизни погаснуть. В том, что он пострадал, была и моя вина.

А дальше время как будто замедлилось, превратилось в вязкий кисель. Я кипятила воду, пипеткой по капле вливала в пасть котёнку обезболивающее и укрепляющее, отчаянно радуясь, что глотательный рефлекс сохранён, готовила кашицу из корней кровохлёбки и сушёного тысячелистника на вытяжке из шиповника, и ждала, когда же прорежутся крылья. Ни остановить трансформацию, ни тем более, повернуть её вспять я не могла. Оставалось лишь делиться с незадачливым охотником на летучих мышей собственной магией и надеяться, что выживет.

Наконец наросты под лопатками котёнка лопнули, выпуская наружу розовые кожистые крылья. Страшненькие, мокрые, больше похожие на мятые тряпочки. Мне даже касаться их было боязно – вдруг порву ненароком. Осторожно наложила на ранки кровоостанавливающую кашицу, в который раз запустила магическую диагностику и наконец-то выдохнула. Основная трансформация закончилась, и зверёныш, отрастив себе помимо крыльев дополнительную пару лопаток, сейчас просто спал. Я чувствовала, что в его организме происходят ещё какие-то изменения, но они не угрожали жизни котёнка, а разбираться в их природе уже не было сил. Вся усталость, всё чудовищное напряжение этого бесконечного дня навалились на меня скопом, точно шайка опытных грабителей из-за угла. Придавленная этой невыносимой тяжестью, я обессиленно опустилась прямо на пол. Руки дрожали, ноги казались набитыми мокрым сеном. Сил только и хватило, чтобы тихо выдохнуть:

– Кошмар!

Травницкую тут же залило сиреневое свечение и одновременно жутко зачесалось левое запястье. Даже без диагностики я видела толстый «поводок», уходящий на стол. Преобразователь не только сделал котёнка крылатым, как сожранная им летучая мышь, но и пробудил в нём магию. А я щедро поделилась силой и только что дала новосозданному фамильяру имя, окончательно завершив привязку. Захотелось застонать и пару раз удариться головой о ножку стола. Только крылатого Кошмара мне не хватало для абсолютного счастья! Муж бы так легко и просто завёлся, как фамильяр!

Пока поводок не угас, попыталась хоть немного исправиться и крикнула вверх:

– Мар! Тебя зовут Мар, животное. Кот Мар!

Надышавшийся сонной пыли фамильяр ожидаемо не отозвался, но по каналу магической связи пришла мягкая волна одобрения. Кажется, магическая сущность не возражала против нового имени. Ну хоть что-то хорошее.

Возвращаться в съемную комнату сегодня было уже бессмысленно. Во-первых, сколько той ночи осталось, во-вторых, хозяйка категорически запрещала постояльцам заводить животных, и я сомневалась, что она сделает исключение для моего фамильяра. Ещё и необученного… Тяжело вздохнула и поднялась. Ладно, с этой проблемой я разберусь завтра. А пока кота следовало переложить со стола в более подходящее место, чтобы он не разнёс мне от испуга всю травницкую, когда проснётся в незнакомом доме, да ещё и в непривычном виде. Отыскала плетёную корзинку, с которой ходила за травами, положила на дно чистое полотенце, на него аккуратно опустила Мара и закрыла крышку. Для надёжности зафиксировала бечёвкой и наконец-то выдохнула.

Спать пришлось на стуле – ни кровати, ни тахты в моей лавке не было. Я никогда не оставалась ночевать здесь: заканчивала работу и возвращалась в съёмную комнату. Но сегодня настолько вымоталась, что отключилась моментально, стоило лишь закрыть глаза. И проспала, казалось, всего несколько мгновений, прежде чем меня разбудил возмущённый кошачий вопль. Ещё и по нашей связи пришла волна негодования, ужаса и непонимания. Такая резкая и сильная, что меня буквально смело со стула. Сама не поняла, как оказалась возле корзины, в которой страдал проснувшийся Мар. Быстро просканировала его, убедилась, что всё в порядке, травы и магия сработали так, как полагается, и мой фамильяр абсолютно здоров. Котёнок, впрочем, озадаченно притих, явно ощутив моё ответное беспокойство.

– Разговаривать умеешь? – на всякий случай поинтересовалась я.

Кот, конечно, не ворон, но вдруг? Мар озадаченно мяукнул в ответ, и я чётко ощутила, что фамильяр в этот момент усомнился в моих умственных способностях. Вот же крылатый паразит!

– Ну извини, инструкции к тебе не прилагалось! – хмуро заявила я. – Я тоже не в восторге, но не бросать же тебя было под деревом на верную смерть?

Вот с этим Мар охотно согласился. А заодно «передал», что жутко проголодался, и не отказался бы прогуляться, а то корзинка окажется чуть-чуть испорчена. Пришлось вынести его на задний двор и выпустить возле куста жасмина, строго-настрого запретив испытывать крылья и вообще показываться на глаза кому-то кроме меня. Не хотелось с утра пораньше шокировать случайных прохожих. Выяснилось, что этот любитель летучих мышей за ночь успел подрасти, и размерами теперь почти сравнялся с взрослым котом. Трансформация окончательно завершилась. Теперь разве что выражение мордочки выдавало юный возраст моего фамильяра. Пока котёнок решал свои важные дела, постучалась в пекарню и, помимо любимых булочек и чашки шоколада купила ещё стакан молока.

А дальше день пронёсся мимо со скоростью механизированного экипажа. Отдала зачарованную куколку Дейзи Эткинс, сходила в городской совет и уведомила, что в ближайшие дни закрою лавку и покину Шеффлидс в связи с тем, что срок отработки давно истёк, поругалась с представителем торговой гильдии, не желающим расторгать договор аренды, а после и с квартирной хозяйкой, притом по тому же поводу, и под вечер наорала ещё и на Мара, который за время моего отсутствия учуял висящий под потолком мешочек с корнями валерианы, в попытке добраться до них решил поучиться летать, уронил с нижних полок всё, что мог, и вдобавок умудрился где-то прищемить лапу. Учинённая разруха служила лучшим доказательством того, что фамильяра я назвала правильно, и то, что он благосклонно принял краткую форму имени, не мешало ему соответствовать полной. Белый и пушистый Кошмар! Мой личный. Притом виноватым Мар себя, что характерно, не чувствовал. Понаставила, понимаете, всякого на полках, порядочному летучему коту развернуться негде! Ещё и валериану высоко повесила, а котик, между прочим, хотел зажевать ею пережитый стресс! Валериану пришлось забрать с собой, дабы не искушать фамильяра. Взамен оставила ему на ночь лоток с песком, миску воды и кусок говяжьей вырезки.

На следующий день лавку атаковали взволнованные горожане. Новость о том, что ведьма-травница вознамерилась уехать, всколыхнула тихий Шеффлидс, и за мазями, сборами и отварами примчались даже те, кто никогда не был в числе моих клиентов. Смели всё, что было в наличии, даже дорогостоящую антипохмельную настойку из синего мухомора, которую я уже отчаялась продать, и завалили новыми заказами. Пришлось задержаться в лавке до поздней ночи. Отмеряла и смешивала травы для сборов, перетирала в ступке сушёные ягоды и семена, готовила отвары и суспензии. А ведь ещё приходилось следить за любопытным Маром, который так и норовил куда-нибудь влезть. Фамильяр очень быстро освоил крылья, и теперь с изяществом беременной коровы порхал от стеллажа к стеллажу. Устала так, что едва не падала с ног. Впрочем, всё равно была довольна: ведь уезжала, по сути, в никуда, и понятия не имела, как долго придётся искать работу в Блесендоре. Наставница обещала помочь, но конкуренция среди травниц в столице была огромной, да и я привыкла полагаться на свои силы, а не ждать от кого-то милости.

Закончив, присела на стул, чтобы несколько минут отдохнуть перед уходом домой. Все планы летели кувырком. Я не то что ни разу не открыла купленные книги с советами по флирту – даже вещи ещё собрать не успела! Ни в комнате, ни здесь… Но сил на сборы сегодня уже не было. Прикрыла глаза и вздрогнула, когда на колени с размаху приземлился Мар, едва не опрокинув меня вместе со стулом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.