Вэнди Эттвуд
Похоронное бюро. Академия Гриммор

Приветствую всех, кто открыл эту книгу. Должна предупредить, что сюжет может показаться неоднозначным (подробнее в дисклеймере дальше).

Я очень рада, что смогла преодолеть непростой для меня период, в результате чего теперь вы можете погрузиться в историю.

Спасибо всем, за то что поддерживали, переживали и с нетерпением ждали.

А я жду вас в своём тгк! Будем дружить?

Дисклеймер

Уважаемые читатели!

В данной книге содержатся сцены, которые могут оказаться неприемлемыми для некоторых категорий читателей. В частности, книга включает эпизоды, изображающие курение, употребление алкоголя, подробные описания смерти, насилие, а также использование веществ, оказывающих воздействие, схожее с наркотическими средствами. Эти материалы представлены исключительно в художественных целях и не предназначены для пропаганды вредных привычек или насилия. Элементы являются частью повествования и существуют для создания определённой атмосферы и характеров персонажей.

Рекомендуется подходить к прочтению с осторожностью, особенно если вы чувствительны к данным вопросам.

С Уважением, ваша Вэнди Э.

Плейлист истории:

Satan It's You – Jett Screams

You Should See Me in a Crown (Billie Eilish cover) – Emil Bulls

Man Up – The Blue Van

Lilith – Shaman's Harvest

You Spin Me Round – Caffeine

Feel You Out – Landon Tewers

Blood Runs Red – 78rpm

Wake Up – Llunr

      27 – Fall Out Boy

ПРОЛОГ

«Мёртвые люди такие же, как ты и я, они всё ещё чего-то хотят. Они всё время смотрят на нас и скучают по жизни»

Питер Страуб

Ночь, укутывая Бруклин в покрывало мрачной тьмы, погрузила его в таинственное молчание. Луна так похожая на разбитое зеркало пряталась за облаками, когда ветер, горестно воя и поднимая опавшие листья в воздух, мчался по пустынным улицам, наполняя воздух грядущими несчастьями.

В старом доме на краю города, где время, казалось, забыло о своем ходе, настенные часы скрипели и тикали, а их маятник издавал зловещие стоны, пронзающие душу.

Новый хозяин этого дома будет отмечен бедой незаслуженного и постоянного страха.

Его разум охватит тлетворный животный ужас, безжалостно пожирая его изнутри.

      Но пока ещё дом находится у заботливых владельцев, которые могут справиться с уготованными им испытаниями. Ведь это их семейная черта – справляться со всем, что преподносит мир.

* * *

Когда над головой раздался стук, я была занята – тщательно перетирала в ступке травы с горьким запахом. И тогда сделала вид, что не слышу и не замечаю, надеясь, что в этот раз всё пройдет мимо меня.

Но стук раздался вновь.

Стиснув зубы, я изо всех сил держалась, чтобы не повернуться. Холодное прикосновение к плечу заставило вздрогнуть, просыпать травы, но я быстро взяла себя в руки.

Каждый раз одно и то же.

– Возьми трубку, у нас новый клиент, – крикнула я.

Громкий звонок стационарного телефона с визгом разорвал тишину.

      Раздался топот сестры и тихое:

– Похоронное бюро сестер Роу, – сестра замолкла. – Да, всё будет готово к двенадцати. Будем вас ждать, – она повесила трубку.

      Я же говорила. Каждый раз одно и то же.

– К двенадцати мы должны быть готовы, – Хизер вошла ко мне в кухню, схватила из корзинки яблоко и с хрустом откусила кусочек.

– Слышала.

– Вот бы и мне так быстро узнавать о том, кто звонит, может быть тогда я бы перестала пропускать звонки Брэда… – мечтательно протянула она.

– Сомневаюсь, что тебе понравилось бы каждый раз ощущать прикосновения смерти и слушать вой призраков за стеной.

– Жуть, – она поморщилась и с тоской поглядела на яблоко. – Даже аппетит пропал.

Сочувствую её нежному аппетиту, конечно, но ничего сделать с её легко внушаемой натурой сделать не могу.

– Тётя не звонила?

– Не-а, ей не до нас. Горячий пляж, мужчины…

– Ясно, – я отвернулась, а по спине пробежала уже знакомая дрожь, глаза заволокло мутной пеленой.

      Что есть силы я вцепилась в пестик, чтобы остаться в реальности, но она предательски ускользнула, подкинув обрывки видения.

Распластанное на мостовой тело, алые ручейки крови сбегают по каменным ступеням, переплетаясь в кошмарный узор. Из груди, окруженной пестрым вихрем желтого платья с синими подсолнухами, торчит кинжал.

Тело ломило почти каждый раз, когда я видела чью-то смерть, но особенно тяжело приходилось, если видела смерть кого-то из близких.

Раздумывая о том сказать ли Хизер, я нахмурилась.

      Это кошмарное модное безумие в виде желтого платья с синими подсолнухами принадлежало тётушке и являлось её самой любимой на свете вещью, которую она надевала всегда, когда появлялась возможность. И платье даже не потеряло былой яркости, хоть я и могу точно сказать, что оно старше всех в этом доме.

К вопросу возраста: я старше своей сестры на шесть лет, ей совсем скоро исполнится семнадцать. Она уже была окружена друзьями, вокруг неё всегда что-то происходило. Я же в её возрасте (а по правде сказать и сейчас) была совсем другая. Наверное, все дело в том, что мне передались способности от матери, а ей ничего, потому что наш отец был самым обычным человеком по всем меркам.

В памяти всплывает тот день, когда я узнала, что могу слышать духов, чувствовать их прикосновения, говорить с ними. Это день был самым ужасным из всех, потому что тогда я увидела родителей. Сначала даже не поняла, потому что они вот-вот должны были вернуться с подарками перед рождеством. Они зашли, как обычно, на них совсем не попало снега. Я крикнула в гостиную: «мама с папой вернулись!», а тётя прижимала к себе телефонную трубку и плакала. Тогда я решила, что кто-то позвонил ей и расстроил, а потом… Похоронная волокита, разговоры со следователями и паршивая денежная компенсация, на которую нельзя купить жизни родителей.

Машина, выехавшая на встречную полосу унесла их жизни быстро и сделала нас сиротами в юном возрасте. С тех самых пор я продолжаю дело всех женщин семьи Роу. Пусть моя мама и сменила фамилию на «Миллс» (что было дурным знаком по семейному поверью), бюро носит название «Сестер Роу». По материнской линии я Роу.

Роуз Роу. Ведьма мертвых.

ГЛАВА 1

Бруклин 2019 год

Старый холодильник по обыкновению рычал диким зверем, пользуясь тем, что не менее старые доски пола играли под ним. И чтобы заставить его замолчать было достаточно попрыгать рядом, ради пяти минут в тишине, ожидая пока заваривается кофе.

      Недавнее видение не шло из головы. Но не было точной уверенности, как обычно это бывает, что всё уже случилось. Делаю вдох и меняю фразу в голове на: «Что тётя уже лежит мертвой где-то…».

– Чего кислая такая? – в гостиную заглянула сестра, когда я уселась на потрепанный диван, чтобы выпить чашку кофе.

– Просто, – пожала плечами я.

– Ладно, – отмахнулась она. – Я ушла.

– Куда?

– К Кристи и Падме.

– Напиши, если тебя нужно будет забрать. Я попрошу Арчи.

– Ага, – кивнула она и вышла в коридор.

      Снова сделала вид, что поверила будто она не помчалась к Брэду по первой его просьбе. Сейчас с ней нет смысла спорить, всё воспринимает, как открытую конфронтацию, даже если я не желаю ей зла с позиции старшей сестры.

Забавно, что она всё ещё не верит в то, что я могу видеть духов. Думает, что я чокнутая. Как будто ей было мало доказательств. С другой стороны, я бы тоже не поверила, а все происходящее казалось бы совпадением.

Но духи взывают ко мне, раз за разом издают вой и цепляются за меня своими бесплотными ледяными пальцами. Призраки воют не так, как люди. Звук, вырывающийся из самой глубины ночи, не похож на человеческий крик. Это скорее надрывное, хриплое шипение, похожий на ветер, застрявший в заброшенном доме, и терзающий его древние стены.

Иногда это глубокий, протяжный стон. Звуки разрываются, растекаются, смешиваясь с шорохами ветра и шелестом опавшей листвы – обрывки мыслей, застрявших в пустоте. Иногда это пронзительный вой, а иногда хриплое рычание, как обиженный зверь рыщет в поисках покоя, которого уже нет. И всегда эти звуки переплетаются с тишиной, делая её ещё более пугающей и насыщая её бесконечной грустью. Это песня о потерянной жизни, шепчущая нам о печали и тоске.

Снова звонит телефон, и я поднимаюсь с дивана, который протестующе застонал, явно не желая выпускать меня из текстильных объятий.

Я не хочу поднимать трубку. Не желаю слышать то, что мне могут произнести притворно-сочувствующим голосом.

Всё же решившись, я приложила трубку к уху, до боли сжимая её в руке. Хриплым от волнения голосом прошептала:

– «Похоронное бюро сестер Роу» слушает.

– Детка, ты что-то долго идешь до телефона, – раздался голос тётушки в трубке, и меня пробрала дрожь.

– Тётя…

– Ты звучишь встревоженно, всё хорошо, милая?

– Я… нет-нет, как ты? У тебя всё хорошо? – я вцепилась в трубку так, что побелели костяшки пальцев, но справиться с тревогой это едва ли помогло.

– Да, звоню сообщить, что приеду раньше. Сегодня. Так что заканчивайте вечеринки и снимайте туалетную бумагу с люстр.

Я нервно рассмеялась. Вечеринки. В этом доме они больше не проводились, и, пока я жива, надеюсь, что не станут проводиться.

– Ты не ответила. У тебя всё в порядке?

– Не волнуйся, всё хорошо, – даже спокойному и ласковому голосу тётушки не удавалось унять мою нервозность.

– Ладно, я приеду и ты всё мне подробно расскажешь.

– Договорились.

Я повесила трубку, а в голове пронеслось: «Если доедешь, конечно…».

Злясь на себя за неконтролируемые мысли, набрала номер друга. Он больше, чем просто друг, он моя семья. А я из тех, кто боится собственных мыслей, которые ненароком зародились на подкорке подсознания.

– Как ты там, Ро-Ро? – мягко произнес он.

– Заедешь? Я, кажется, схожу с ума.

– Да ну… глупости, всё же хорошо, да?

– Ты не представляешь, как сильно я хочу выйти из дома…пойти в город… – я старалась не скулить, а говорить спокойно, но голос предательски надламывался.

– Понимаю, – тихо выдохнул. – Я зайду в «Юнион», тебе что-то взять?

– Нет, не надо. Просто приезжай.

И он отключился. Я закрыла глаза и досчитала до десяти, потом использовала дыхательные практики, но ничего не помогало. То и дело я кидала взгляд на закрытый старый буфет, в котором находилось то, что скрыто от глаз обычных людей. Магическая печать. Тётушка знала, что у меня начнутся проблемы, поэтому заперла всё, что может мне навредить.

Я давно знаю, как вскрыть замки, сломать печати по формуле, но я не делаю этого из уважения к тёте. Хочется проветриться и я открываю окно.

Мне никогда не выйти из дома. Никогда-никогда. Такую цену я заплатила за спасение мира. Звучит слишком высокопарно? Но так оно и есть.

Пока жду Арчибальда, хочу погрузиться в воспоминания и открываю фотоальбом. Счастливые улыбки на лицах, перепачканных пыльцой после работы в лаборатории. Четыре человека: я, Лукас, Арчибальд и Энни.

Теперь остались только мы с Арчибальдом. Я погладила фотографию и закрыла глаза, окунаясь в светлые моменты, когда солнце светило ярче, а на горизонте ещё не маячили проблемы.

ГЛАВА 2

Пять лет назад

Бруклин

Очень сонно, постель не желала выпускать меня из своих объятий. Но настойчивый стук в дверь не прекращался. Я зарылась головой в подушку, но звук проникал в разум, вызывая злость до скрипа зубов.

Зарычав, я вскочила с постели и не одеваясь, прямо в пижаме, протопала по лестнице, под конец съехав по лакированным и потемневшим от времени перилам.

Не спрашивая визитёров, резко распахнула дверь и злобно уставилась на тех, кто потревожил мой сон.

– Мисс Роу? Можем ли мы войти? – мужчина в костюме дружелюбно улыбнулся, убавив мою агрессию.

– Я должна знать кого я приглашаю в дом.

– Меня зовут Аластор Торвуд, со мной мои коллеги, – он отошел, позволяя мне увидеть двух женщин, которые явно чувствовали себя неуютно.

– Моих родителей нет. Их больше никогда здесь не будет, – холодно отчеканила я, не спеша приглашать незнакомцев в дом.

– Мы знаем и приносим свои искренние соболезнования.

Я не стала говорить куда они могут засунуть свои соболезнования, просто кашлянула, чтобы он продолжил.

– Мы пришли к вам, мисс Роу.

– Для чего?

– Из-за ваших способностей. Совет решил, что лучше всего вам будет в стенах академии, где вы с нашей помощью сможете раскрыть свой потенциал…

– Нет, – оборвала его я, поднимая вверх ладонь. – Мои родители ехали по поручению вашей дрянной академии и попали в аварию. Вы думаете, что я хочу хоть на шаг приблизиться к этим стенам? Не боитесь, что всё превратится в руины?

– Мы были готовы к этому ответу, поэтому, прошу прочитать вот это, если примите окончательное и обдуманное решение, напишите письмо. Хорошего дня, мисс Роу.

Визитёры оставили меня в покое и по дорожке вышли с территории бюро. Ворота с треском захлопнулись за ними.

Ричард появился неожиданно, но я почти привыкла.

– О, чудесная и распрекрасная леди Роу, как счастлив я видеть твою улыбку по утрам. Вот если бы ты снизошла до скромного поцелуя, я был бы абсолютно преисполнен радостью в своём посмертии, поскольку только ты одна способна коснуться меня.

– Если только на Рождество в каком-нибудь далеком году, – отмахнулась я, разбирая почту.

– Надежда будет согревать меня, как первые лучи весеннего солнца, а моё сердце будет биться в волнительном предвкушении.

С Ричардом было сложно. Как поэт, погибший много-много лет назад он был немного эксцентричен, обидчив и крайне близко к сердцу воспринимал всё, что происходило вокруг. А ещё он недолюбливал всех, кто посмел прийти в этот дом с ухаживаниями ко мне.

Но несмотря на его очевидный недостаток в виде смерти и парочку других, он мне нравился. С ним было забавно разговаривать, особенно когда он начинал декламировать поэзию собственного сочинения, иногда сбиваясь и путаясь, а ещё часто он воровал стихи у других поэтов-современников.

Будучи джентльменом, он никогда не переходил черту и всегда был вежлив, за исключением вечных разговоров о том, как бы ему хотелось прикоснуться ко мне, которые мне пока удачно доводилось пресекать.

Когда я грустила, он высокопарно декламировал стихотворения собственного сочинения о любви ко мне, мне переставало быть грустно и становилось тошно. Считаю, что с задачей по отвлечению от тягостных раздумий он справлялся на ура.

Забавно, что в его времени никто не знал, что такое френдзона. Но именно в ней он и оказался. Потому что было нереально объяснить ему, что живые не встречаются с призраками, поэтому проще было игнорировать.

Вздохнув, я развернула черный конверт, сломав сургучную печать, которая переливалась даже в приглушенном свете настенного светильника в коридоре. Отблески казались вспышками маленьких молний на ночном небосводе.

Противясь каждой клеточкой, я вскрыла письмо. Просто интересно, что они ещё скажут, как будут уговаривать. Было в этом, что тешило моё самолюбие и то, как они из раза в раз придумывали новые эпитеты, что должны заставить меня передумать… всё это, признаюсь честно, очень льстило и уверяло меня в правильности избранного пути.

Уважаемая мисс Роу, вынуждены с прискорбием сообщить, что комиссия совета приняла решение изъять ваши права на владение похоронным бюро «Сестер Роу», в связи с тем, что вы так и не получили соответствующего образования в академии.

Если желаете изменить данное решение, анкета абитуриента приложена к письму.

С наилучшими пожеланиями,

Ректор Деметр Стеллинг

Я вскочила и злобно взглянула на письмо. Хотелось тут же его порвать, бросить в камин и смотреть, как оно корчится.

Чёрт!

Моё бюро… мой дом…

Дышать стало трудно, я схватилась за грудь, закрыла глаза и под веками заплясали цветные пятна. Академия забрала моих родителей, а теперь намерена отобрать у меня работу, дом и всё, что стало так дорого.

Схватив подушку, я кричала в неё, пока не начало саднить горло. Чтобы не сомневаться, развернула анкету и принялась, агрессивно черкая, заполнять, пару раз чуть не продрав бумагу насквозь.

Никто не посмеет отобрать у меня то последнее, что осталось от родителей.

Злобной уверенностью я была переполнена через край. Сложила анкету в конверт и залепила его своей печатью с символикой бюро: едва заметный череп и готический особняк.

А теперь что? Ждать? Они сами явятся или нужно отправить? Я уже ненавидела эти мысли. Могут ли они назло не принять меня, поставив своего человека во главу бюро? Могут, я думаю, вполне. Но стали бы они ходить ко мне так часто, если бы было кого ставить, вопрос?

Думаю позвонить ли тётушке, чтобы она приехала пораньше из своей поездки “обмена опытом” с Нью-Йоркскими ведьмами. Естественно, они там напиваются до беспамятства и кошмарят клубы с молодыми парнями. И я, в общем-то, её не осуждаю.

На конверте проступила красная печать:

ЗАЧИСЛЕНА.

Не могу не признать, что выдохнула с облегчением. Я боюсь потерять бюро. Так, а теперь тёте нужно будет присмотреть за бюро и за Хизер, которая в силу возраста может вляпаться в неприятности, а бюро… врата между мирами лучше не оставлять без присмотра. Мороки прибавится. А мне… увы, но придется отправиться в эту чёртову академию. Надеюсь, я смогу договориться о домашнем обучении с возможностью посещения экзаменов.

Сбрасываю звонок от Мэйсона. Мне сейчас не до его истерик. Мы расставались уже в седьмой раз за пару недель назад, потому что наши характеры диаметрально противоположны. Он чванливый засранец, а я же по его мнению инфантильная истеричка, так что мы, в очередной раз, не сошлись. И теперь он изводит меня звонками каждый день. От признаний в любви до яростных криков о том, что он точно уверен в моих изменах. Ага, если бы я ещё из бюро выходила не по праздникам в цветочную лавку, то было бы логично.

С домашнего телефона набираю тётушку и готовлюсь к буре.

– Да, моя сладкая, случилось что-то?

– Нет… – начала неуверенно я. – То есть да. Я поступаю в академию, чтобы они не отобрали у нас бюро.

– Постой, – взволнованно проговорила тётя. – В ту самую академию? – шум ветра обрывал её фразы.

– Увы, – вздохнула я. – Приедешь присмотреть за Хизер и бюро?

– Проверь портал, не хочется опять три квартала идти пешком, – прохлада сквозила в голосе тётушки.

– Окей, тогда до скорой встречи.

Тётя первая сбросила звонок.

Я вздохнула. И я её понимаю. Но чтобы сохранить бюро нужно чем-то пожертвовать и поступиться своими принципами, чтобы потом никогда больше не иметь с ними дела.

Хизер, возможно, даже повезло, что она родилась обычной. Хотела бы я никогда не слышать духов и не знать о существовании дрянной академии.

Следуя просьбе Грейс, я иду проверять портал, который уже несколько десятков лет, как расположился у нас на заднем дворе. Пользуется им только тётя, я же сколько ни пыталась, даже на дюйм не сдвинулась.

Круг из камней нужно очистить от палой листвы, чтобы не было преград для магии. Всегда казалось это глупостью, потому что магия не является привычной материей и по сути для неё нет никаких преград, но они есть. Есть даже формулы магии, как в математике, что способно испугать любого колдуна с проблемами к вычислительным способностям.

Пока шуршу граблями мысленно проклинаю академию. Так мне не нравится это всё, но её цепкие руки прочно схватили меня за горло. Поддаться или бороться? Думать об этом уже нет времени, потому что острые когти совета почти продрали мою грудную клетку насквозь, и ещё немного – достанут до души.

Бюро – моя душа, половинка сердца, я наращу стальной каркас рёбер, чтобы никого туда не пропустить.

Едва я смахнула последнюю кучу листьев, как воздух прорезал хлопок, похожий на раскат малыша-грома. И посреди круга камней, отряхиваясь, появилась тётушка Грейс, которая ненавидит, если её зовут тётей.

– Грейс! – воскликнула я, распахивая руки для объятий.

– Привет, дорогая. Всё хорошо? – она взяла мое лицо в ладони и повернула голову влево и вправо.

– Могло бы быть лучше.

– Пойдем в дом, там всё расскажешь. Признаться, связь была такая отвратительная, что я едва разобрала часть с академией. И теперь мне нужно понять в своём ли ты уме или случилось что-то страшное.

Быстро-быстро перебирая ногами она взбежала по ступенькам и вошла в заднюю дверь дома.

– Хизер дома?

– Нет, на ночевке с девочками.

– Тем лучше, можно спокойно колдовать, – она взмахнула рукой и её цветастый плащ перелетел с плеч на вешалку.

Мы не показываем Хизер магию. Когда-то давно я пыталась ей рассказать и показать, но она просто не видела следов магии, не поверила, даже будучи ребёнком. И мы с тётушкой пришли к выводу, что лучше так и оставить. Магическая история слишком много хранит эпизодов, как обычные люди сходили с ума и попадали в неприятности из-за желания овладеть магией.

Я могла бы дать ей зрение, но будучи хорошей сестрой не стану лишать её спокойной жизни без боггартов и духов. Пусть ходит на ночевки, веселится с друзьями и наслаждается мнимым одиночеством, не подозревая, что в ванной она не одна, и никогда не заглядывая через завесу.

– Задумалась о чём-то? – спросила Грейс, наливая янтарную жидкость в широкий бокал.

– О Хизер, – честно ответила я.

– Мы поступаем правильно, если ты об этом.

– Я знаю, просто даже немного жаль.

– Чего?

– Не будь у нашей семьи магии, всё было бы хорошо.

– Кто знает, дорогая, кто знает, – она похлопала меня по плечу и отхлебнула виски могучим глотком, осушив едва ли не половину бокала разом.

– Так вот, – замялась я. – Академия, – я откашлялась. – Они сказали, что отберут у нас бюро, если я не стану их студенткой и не получу квалификацию.

– Поэтому ты согласилась?

Я кивнула, потянувшись за упаковкой шоколадного печенья.

– Тогда я зря боялась, а ты оказалась в своём уме. Я испугалась, что эти уроды промыли тебе мозги своим бесконечным хвастовством.

– Здесь написано, что я поступила, но я не знаю, как… как попасть в академию, здесь нет никаких инструкций, – я протянула тётушке письмо с алой надписью, которая едва заметно светилась.

– Просто выйди через дверь с письмом, – пожала плечами Грейс, допивая виски.

– И всё? Вот так просто? – я откусила кусочек от печенья.

– В печати проводник, это так работает обычно, куда бы ты ни пошла, она приведет тебя в нужное место. Надо бы и для бюро такое сделать, старовата я для порталов стала, – она вернула мне письмо.

– То есть я прямо сейчас могу войти в кладовку, держа в руках письмо, а оказаться в академии?

– Верно. Только помни, дорогая, что заверения преподавателей о том, что в академии безопасно – чушь собачья. И поверь мне, я знаю о чём говорю, – тётя немного приподняла подол платья, обнажая четыре уродливых рваных шрама доходящие до середины бедра.

– Ты никогда не рассказывала… – захотелось выпить воды, потому что от увиденного, шоколадное печенье в горле встало комом.

– И не расскажу. Но знай, что академия самое опасное место на земле, не считая других планов мира.

Грейс говорила о том, что в мире есть несколько прослоек и зачастую через них можно пройти. Ведьмы мёртвых, подобные мне смотрят и взаимодействуют через парочку из них, переключаясь на план иного бытия, где обитают духи. Об остальных прослойках мало что известно, потому что нет живых и вернувшихся исследователей.

– Наверное, нужно собрать вещи? – неуверенно протянула я.

– Жаль, что тебе приходится через это проходить, дорогая, но знай, что если ты решишь спалить академию, я тебя поддержу.

Я поднялась наверх, чтобы собраться. Там я провела большую часть времени, решая брать ли с собой уродливого от времени розового (который стал уже серовато-малиновым) медведя, но самого любимого или до последнего казаться взрослой без детских привязанностей. Естественно, я сделала правильный выбор и медведь занял почетное место наверху вещей.

Закрыв чемодан, я вздохнула и наспех покидала косметику в небольшую дорожную сумку. Атрибуты магии у меня скудные – то, что осталось от родственников, владевших этим бюро и служили больше для украшения, чем для реальной работы. Так что они остались на своих местах. Всё-таки важны не инструменты, а сам мастер.

В бюро одним из ключевых аспектов был разговор с усопшим. Обычные люди считали, что я либо медиум, либо шарлатанка, но охотно платили за последний разговор с мёртвым. Многим хочется услышать что-то важное, но были и те, кто желал узнать где лежат драгоценности.

Переправляла души тоже я. Если пройти через коридор от поминального зала, спуститься по лестнице под бюро, выйдешь к вратам в подземный мир. Живым пройти нельзя, только мёртвым. Но оттуда часто пытаются вылезти те, кто не должен находиться среди живых, иначе будет не очень хорошо.

Поэтому нужно, чтобы за бюро кто-то присматривал из семьи. Хизер не в счет.

Я спустилась вниз, волоча по лестнице желтый чемодан с наклейками лекарственных цветов. Тётя ждала у подножия, она выглядела обеспокоенной.

– Я скрещу пальцы за тебя и проведу обряд благополучия, – она крепко меня обняла.

– Лучше не надо обрядов, – прошептала я, помня, чем закончился прошлый, когда она всё перепутала и призвала низшего демона, который насылал кошмары семь дней, пока я не отправила его через врата.

– Будь осторожна, пожалуйста, – она поцеловала меня в обе щеки и отпустила.

– Как всегда, – кивнула я, открывая дверь кладовки.

Переступала порог уверенная, что ничего не произойдет. Уперлась в старые куртки и коробки с хламом.

Дверь закрылась и я проговорила:

– Кажется, не сработало.

А потом пространство озарил яркий свет.

ГЛАВА 3

Пять лет назад

Академия Гриммор

Тело словно сделало кульбит, но всё ещё оставалось на месте. Внутренности подскакивали и бились друг об друга. Я упала на четвереньки и, почувствовав ладонями траву, открыла глаза.

Я стояла посреди залитой солнцем лужайки, впереди возвышалось огромное готичного вида здание. Позади меня был лес, а чуть поодаль лавочки и люди.

– Первый раз? – раздался мужской голос слева от меня.

Я кивнула и приложила ладонь ко рту, чтобы унять тошноту.

– Ничего, сейчас отпустит, – обладатель голоса похлопал меня по плечу.

И меня вывернуло. А потом снова, снова и снова, и снова. Перед глазами замаячил бумажный платочек, и дрожащей рукой я взяла его, чтобы вытереться.

Подняв взгляд, тут же зацепилась за ямочку на подбородке парня, выраженную челюсть, высокие скулы и нос с едва выраженной аристократической горбинкой.

– Роуз Роу, верно? – парень мельком пробежал взглядом по планшету в руке, перевернув страницу.

– Ага, – я кое-как встала на ноги.

– Тебя я и ждал. Меня зовут Арчибальд и сегодня я твой гид до момента распределения. Твои вещи? – он кивнул на лежащий на боку чемодан.

– Мои, – я вздохнула и потянулась к ручке.

– Я понесу, ты леди с дороги, так что я не только гид, но и персональный носильщик. Тем более, зачем напрягаться, если есть магия. – Арчибальд щелкнул пальцами, и мой чемодан поднялся в воздух. – Итак, – он сделал паузу, осматривая меня глубоко-карими глазами, – в моей инструкции указано, что я должен проводить тебя к ректору, но сразу идти туда слишком скучно, поэтому ненадолго заглянем в самые отвязные общежития кампуса, – легким взмахом руки, он зачесал кудрявые волосы назад и хитро улыбнулся.

– Самые какие? Мы точно в академии магии?

– Ты будешь удивлена, но студенты здесь ничем не отличаются от тех, что учатся в лиге плюща, разве только наличием магии.

– М-м-м, – протянула я, осматриваясь.

– Начнем по нарастающей. Вот это сестринство зоокинетиков, – он указал на увитое плющом здание. – Зверские девчонки, лучше с ними дружить, иначе убедят ворон гадить на тебя каждый раз, когда ты выходишь на улицу.

Я кивнула, хотя понимала, что вряд ли кто-то со мной вообще заговорит.

– Здесь вообще кампусы всех “кинетиков”, – он обвел рукой обширный участок, – атмокинетики с их вечными изменениями погоды, криокинетики просто ледышки, зато благодаря ним у нас на вечеринках потрясные ледяные статуи и чаши. На курсе сама познакомишься, идём дальше, – он поторопил меня жестом, когда я засмотрелась на сугробы возле входа в одно из общежитий.

– Тут у нас будущие учёные и исследователи, занудные, если их не напоить. Такие магией пользуются редко, они предпочитают проводить всё своё время без практических занятий, исключительно в муках исследований.

– А там? – я указала на общежитие с пустыми окнами.

Арчибальд изменился в лице, но быстро вернул себе дружелюбную улыбку.

– Там никто не живет.

– Почему?

– Дойди до первой вечеринки по окончанию половины семестра, тогда расскажу.

– Сомнительная мотивация для учёбы, – хмыкнула я.

Пустые глазницы окон наводили жути, вызывали мурашки по коже. Я засунула руки в карманы толстовки и ускорила шаг, чтобы поспевать за высоким Арчибальдом.

– Ношение формы обязательно? – спросила я, кивнув на его жилет с гербом академии.

– Нет, но большинство носят, потому что ткань защищает от многих магических неурядиц, – он начал загибать пальцы. – Случайных возгораний, покидание оболочки тела и перехода в астрал, последствий магических дуэлей, экспериментов с эликсирами, неосторожного обращения с магией и токсичными компонентами…

– Восхитительно, прямо сейчас захотелось начать учиться, – саркастично перебила я.

– Целители починят, не переживай, – он беззаботно хлопнул меня по плечу. – Они, кстати, вот в этих общежитиях, – указал на два совсем небольших здания, стоящих почти вплотную друг к другу.

– Маловато их как-то.

– Целители редко рождаются, поэтому уже очень давно за ними закреплены эти общежития, которые никогда не бывают заполнены и на половину.

– А там? – моё внимание привлек дом с цветастыми флагами по периметру.

– Там Алхимики. На мой вкус одно из лучших мест в Академии. Намешают всё, что твоя душа попросит. Самый популярный напиток – лекарство от любви, состоящее на девяносто процентов из двадцатилетнего виски и на десять из магии.

– А ты сам откуда?

Арчибальд горделиво вскинул подбородок и обворожительно улыбнулся, поправив лацканы пиджака из кармана которого торчал фиолетовый платок с яркой буквой «А».

– Алхимики, – он поиграл бровями и ухмыльнулся. – Буду рад видеть тебя в наших рядах. К нам попадают лучшие и только так сможешь посетить все самые крутые закрытые тусовки для своих.

– Заманчиво. А как проходит отбор?

– С луны свалилась? Все знают. Твои родители учились в академии?

– Они умерли, – выдохнула я, внезапный вопрос выбил весь воздух из легких, хотя казалось, что я уже смирилась и могу перестать остро реагировать на бестактность.

– Оу… – Арчибальд вмиг посмурнел. – Мне очень жаль, прости я…

– Ничего, ты же не знал, – я натянула улыбку на лицо. – Так что там с отбором?

– Обычно, это набор практических заданий, всё не по учебникам, а по мироощущению. Но в прошлом году были тестовые задания, которые показывают способности к чувству магии. В позапрошлом году практические задания. Студентов выпускали в лесной лабиринт и им нужно было найти выход.

– А в этом? – спросила я, с надеждой получить преимущество. И оно мне было позарез нужно, чтобы сохранить бюро.

– Кто знает, – он пожал плечами, но я не слишком-то ему поверила.

– Ладно, – кивнула я.

– Теперь отведу тебя в академию.

Шурша гравием, мы дошли до главных дверей на которых был вырезан слоган академии:

ЗНАНИЯ ВО БЛАГО.

А дерево оказалось покрыто резьбой с рунами, значения которых я не знала.

– Это защитные чары, их вырезали, когда на академию напали несколько сотен лет назад. Теперь никто со злым умыслом сюда не проникнет.

– Мы сейчас всё ещё в Бруклине? – спросила я.

– И да, и нет. Мы между.

– Ого, поэтому так мутило. Через прослойку прошла.

– Именно. С каждым разом становится легче. Но первое время рекомендую не предпринимать новых попыток, но если всё же соберешься, не ешь острое.

– Я… я постараюсь запомнить.

– Тебе прямо по коридору до упора, – Арчибальд пропустил меня вперед. – Буду держать за тебя кулачки, – он обнял меня. – Удачи, Ро-Ро, – отсалютовав мне, он подмигнул и скрылся за одной из дверей.

Ро-Ро? Я усмехнулась. Забавный парень. Вздохнув, чтобы успокоиться, я занесла кулак, чтобы постучать, но она открылась раньше, и я просто зависла с поднятой рукой.

– Мисс Роу, входите. Мы как раз вас ждали.

– Добрый день, – я бегло осмотрела мужчину, он сидел в кресле с высокой спинкой, большая часть тела скрыта под столом, руки в замке покоятся на папке с бумагами.

– Присаживайтесь, – он указал ладонью на стул напротив стола. – Меня зовут Деметр Стеллинг, я ректор академии. Прежде, чем вы пройдете в комнату вступительных экзаменов, бегло просмотрим ваши достижения, – договорив, он открыл папку, где на первой странице была приклеена моя детская фотография.

Ну и жуть.

– В шесть лет впервые смогли взаимодействовать с миром духов, верно?

Я стиснула зубы. В тот день погибли родители.

– Верно, – резче, чем хотелось, ответила я. Тогда погибли родители и они стали первыми, кого я увидела.

– В двенадцать стали помогать Грейс Роу управлять похоронным бюро. Верно?

– Верно. В тринадцать впервые изгнала демона. В пятнадцать стала владелицей бюро по семейному наследию, – перебила я.

– Верно, – принял эстафету ректор, не отрываясь от бумаг. – Семь раз отказывались от учёбы в академии. Чем она вам так не нравится? – на этот раз он поднял на меня зеленые, почти кошачьи глаза.

– Не хотелось оставлять работу, – взяв себя в руки, проговорила я.

– Но теперь вы здесь? – мужчина улыбнулся, точно не он это все затеял.

– Как видите, – качнула головой я. – Вы сказали, что нужно пройти вступительные экзамены. Разве печать не означает, что я уже зачислена?

– Небольшие формальности, чтобы определить вас в нужное общежитие, не переживайте. На этом этапе трудностей у вас не должно возникнуть.

– А на каком возникнут? – спрашиваю и тут же злюсь на себя.

– Дальнейшее обучение покажет. Не стоит волноваться, у нас нет цели избавиться от одаренных студентов, – ректор улыбнулся, показывая расположенность, но мне не понравился его выбор слов.

– Это всё, ректор Стеллинг?

– Вполне, можете идти мисс Роу, табличка над дверью экзаменационной комнаты подсвечена, не пропустите. Но поторопитесь, экзамен уже начался.

Чёрт! Вот же старый чёрт!

Я почти подорвалась с места, кинув:

– До свидания, ректор.

Лихорадочно ища табличку, я путалась в ногах и норовила врезаться в одну из гипсовых подставок для горшков с цветами.

Но заветная комната всё же нашлась, я почти влетела в кабинет. Несколько десятков пар глаз уставились на меня, отвлекаясь от бумажек. Тест? Не практика?

– Мисс Роу, садитесь поживее, – низенькая женщина в круглых очках указала мне на единственное свободное место в центре комнаты. Никогда не любила средние ряды. Было в них что-то неудачное, как по мне.

Я взглянула на бланк с вопросами. И удивилась.

– Любимый цвет? – прочитала я шёпотом.

Какая-то нелепица, как это способно помочь определить меня в какую-то группу?

Дальше вопросы становились иными.

– Как усмирить низшего демона?

О! Это я знаю. Размашистым почерком я накидала ответ.

– Какие эликсиры способны избавить от ночных кошмаров?

А кошмары вызваны кем-то или появились сами по себе? Написать то, что знаю о демонах снов или нет?

Решила всё же написать.

Дальше все шло легче. На некоторые вопросы ответа я не знала, поэтому адаптировала рассуждения к реальности моей жизни. Надеюсь, за мыслительные процессы накинут несколько баллов. Тут же в баллах все высчитывается, наверное?

Когда из ниоткуда раздался звук гонга, оповещающий об окончании экзамена, у меня был почти полностью исписанный лист с двух сторон. Ручка, которой я писала ответы исчезла на моих глазах.

– Вы можете дождаться результатов отбора в зале ожидания, они будут совсем скоро, – сообщила женщина, собирая листочки с заданиями и выдав каждому пустой лист.

– Для чего это? – спросил кто-то из зала.

– Вы увидите куда вас распределили или наоборот.

Уверенно проследовала в указанную комнату. Приземлилась на мягкую софу, взглянув на пустой лист.

И тут меня затрясло. Если на адреналине от опоздания я как-то выдержала, то сейчас моё тело сильно сдавало. Я обхватила себя за плечи, переживая о том, что станет с бюро, когда туда придет новый владелец. Очевидно, я не верила ректору о том, что меня примут.

Выкинет ли он старинные скульптурки, которые стоят на каминной полке? Оставит ли картины? Сможет ли он узнать, что во многих картинах мощнейшие проклятия, скрытые от совета?

Тревога заполняла сознание волнами, то отпускала, то накатывала вновь, захлестывая с головой.

– Волнуешься? – темноволосый парень присел на корточки возле меня.

– Нет, – я покачала головой.

– Оно и видно. Сделай глубокий вдох носом, а потом так же медленно выдохни через рот.

– Эй, я знаю, как справляться с паникой, окей?

– Я просто хотел помочь, – пожал плечами парень.

– Прости… это нервное, я не хотела тебя обидеть, – промямлила я.

Скользнула взглядом по его лицу и льдисто-голубые глаза обрамленные длинными ресницами приковали мое внимание, затянули в свои омуты.

Он запустил руку в тёмные волосы, которые были явно немного отросшим сайд партом¹.

– Лукас, – он протянул свободную руку.

– Роуз, – вложила в неё свою я.

– Будем знакомы. Ты не переживай, ладно? Мне кажется, что примут всех.

Вскочила и вскрикнула девушка.

– Нет! Нет! Нет! Они не могут меня не взять! – она сотрясалась в громких рыданиях.

К ней присоединились разочарованные вздохи. Непринятые студенты покидали комнату через неприметную дверь.

Мой лист всё ещё оставался пустым. Это напрягало, но волнение, как рукой сняло, что казалось мне странным. Рехнулась настолько, что вмиг стало всё равно?

– Удачи, Роуз. Тебя возьмут, – отсалютовал мне Лукас.

– Куда тебя распределили?

– Учёные-Менталисты.

– Удачи, Лукас, – искренности во мне было примерно ноль.

Когда парень вышел через двойные двери вместе с большей частью распределенных студентов, я осталась сидеть с пятью девушками.

По одной они покидали зал, и так я осталась совершенно одна.

Когда надежда уже почти полностью иссякла, на листе стали прорисовываться буквы. Я зажмурилась в ужасе. Но не выдержала и посмотрела:

– Ведьма мёртвых. Алхимики, – прочитала я шёпотом, хрипя.

Алхимики? Но я в эликсирах почти не смыслю. Какой прок отправлять меня к тем, кто в разы лучше меня?

– Мисс Роу?

– Ректор Стеллинг, – я обернулась на звук голоса.

– Вы верно думаете, что в вашем распределении какая-то ошибка.

– Хотелось бы уточнить почему именно к Алхимикам?

– Видите ли, ведьм вашего толка в академии нет, общежитие пустое и мне показалось, что вам будет одиноко. Академия это не только уйма магических знаний и умений, но ещё и почва для дружбы. Пусть алхимия совсем не по вашей части, но одно из малонаселенных общежитий принадлежит им. А ещё ходят слухи, что у них бывает весело, – подмигнул мне ректор, и я опешила.

Зачем ему обращаться со мной так учтиво? Если мне не изменяет память я грубила и посылала академию в зад.

– Благодарю. Учебный план будет, как у алхимиков или?

– Совмещенный. Уверен, вы почерпнете множество интересных, а главное полезных знаний. Также, включен курс демонологии в качестве факультативных занятий. Полный перечень лекций и практических занятий будет ждать вас вечером в вашей комнате. Удачи, мисс Роу. Будем с нетерпением следить за вашими успехами.

Как бы ни был мягок его тон, я ощущала фальшь или мне так казалось. Впрочем, я думаю, что Арчибальд будет рад меня видеть, если он не притворялся, конечно. Хоть что-то должно здесь быть настоящим, верно?

Благодаря моему гиду, я вспомнила где на территории кампуса находится общежитие алхимиков и направилась прямо туда, всё ещё смотря на листок. Надо будет позвонить тёте. Она, наверное, страшно переживает.

– Скажи пароль, – раздалось за дверью, когда я дернула ручку, чтобы войти.

– Пароль?

– Хорошая попытка, но нет. Подумай ещё. Только истинный алхимик, знает как пройти.

– Можно подсказку?

– Что больше всего любят на вечеринках?

– Алкоголь?

– Подумай ещё.

Нахмурившись, я потерла переносицу.

– Тех, кто умеет готовить похмельный эликсир.

Замок щелкнул и дверь отворилась, пропуская меня в помещение с зелеными тканевыми обоями с вышивкой, обитыми деревянными лакированными панелями.

Арчибальд сгреб меня в охапку и свистнул кому-то.

– Роуз Роу, добро пожаловать. Позволь узреть твой пропуск?

– Мой что?

– Листок с назначением, – закатив глаза, манерно произнес он, осматривая свои ногти.

– А, вот, – я протянула ему бумажку.

– Ого, забавно. Ведьма м…

– Не надо, – я пихнула его в бок, чтобы он не продолжал.

– А с виду не похожа.

Я сконфуженно улыбнулась.

– Пойдем, покажу твою комнату. У тебя временно нет соседки, но она должна полностью оправиться к концу семестра.

– Боги, с ней случилось что-то страшное?

– Наалхимичила с эликсиром веселья, перепила и свалилась с крыши.

– Какой ужас, – я прижала ладони ко рту.

– Обычное дело, зато тусовка была что надо, – Арчибальд рассмеялся, и я подумала, что у него не все в порядке с головой. – Твоя комната за этой дверью, – произнес он, когда мы поднялись по лестнице и немного прошли по коридору третьего и последнего этажа.

– Почти чердак, – заметила я.

– Зато какой вид!

Арчибальд открыл дверь и пропустил меня вперед. Первое, за что зацепился мой взгляд – большое витражное окно во всю стену, покатый потолок, с одной стороны пустая кровать со стеной, а с другой – кровать с балдахином, тканевыми гирляндами на опорках, стена пестрела фотографиями и плакатами исполнителей инди-рока.

– Тут спит моя соседка?

– Энни, да. Она на третьем курсе. Когда она вернется, то и видеться будете редко, она почти всё время в лабораториях, корпеет над экспериментами. Но она самый желанный гость любой вечеринки. Сегодня, кстати, будет одна из них. Рекомендую посетить, но учти, что она скромная, без излишеств. Располагайся. Твои вещи уже внесли.

– А отсюда можно позвонить?

– Только письмо. Через прослойки звонки доходят кошмарно. Допиши и кинь в камин, если у тебя дома он есть, то станет почтовым ящиком.

– Как старомодно, письма… – я вздохнула.

– А ты правда ведьма мёртвых?

– Угу, – я пожевала губу.

– Круто, никогда ваших прежде не встречал, – Арчибальд выглядел счастливым, как ребёнок в парке развлечений.

– Таких немного, – кивнула я. – Но это ничего особенного, – поспешила заверить я.

– А что ты можешь? – он по-свойски сел на кровать, скрестив ноги.

– Я… эм… ну… – я замялась. А в самом деле, что я могу? – Слышу и вижу мёртвых, могу их коснуться, – почему-то рассказывать об этом было неловко.

– Впечатляет, – покивал он. – Не буду тебя отвлекать. Отдыхай, Ро-Ро.

Арчибальд вышел из комнаты, оставив меня в тишине.

Переминаясь с ноги на ногу, я неуклюже перетащила чемодан к кровати и открыла шкаф, откуда на меня пахнуло пылью.

Жаль, что я не слушала тётю, когда она предлагала научиться заклинанию избавления от пыли.

Когда я отвернулась от шкафа, на кровати уже лежал свёрток.

Форма. Ну, конечно. Надевать её мне не хотелось, поэтому я натянула зеленую толстовку с капюшоном и широкие штаны в красную клетку. Тут же ходят в домашнем, да? Если я хожу, значит, ходят. Для большей уверенности я покивала своему отражению в зеркале, но оно не повторило за мной, а осталось статичным.

– Эй? – я проморгалась и повторила свои жесты. Отражение в зеркале так и осталось стоять.

Я помахала рукой, но зеркальная я всё ещё стояла ровно.

– А… эм… повертись? Пожалуйста?

Отражение повиновалось и стало позировать, как обычно делают модели на подиуме.

Решив сильно не удивляться, я завесила зеркало пляжным полотенцем и положила на кровать медведя. За окном стало темнеть, а с первого этажа доносились звуки музыки. Наскоро написала письмо тётушке, в котором сообщала, что со мной всё хорошо, буду находиться в общежитии алхимиков и тут в принципе пока мило. Попросила присмотреть за Хизер и нарисовала милый смайлик. А после написала на конверте адрес и кинула письмо в камин.

Надеясь, что тётя всё же получит письмо, я спустилась по лестнице, заинтересованная шумом.

Весь первый этаж заполонили студенты, некоторые из них уже были изрядно пьяны.

Я осмотрела толпу и увидела в центре этого кошмара для интровертов Арчибальда, одетого в ещё более кошмарную фиолетово-розовую шубу на голое тело.

Он медленно потягивал маргариту из подсвеченного диско-шаром бокала.

– Ро-Ро, а вот и ты, – он раскинул руки для объятий, и я не без облегчения увидела, что на нём были хотя бы боксеры в леопардовой расцветке.

– Выглядишь…. – я замялась.

– Шикарно? – он повернулся.

– Прогрессивно, – хмыкнула я.

– Коктейль? – спросил он.

– Пожалуй, нет, – я покачала головой. – В желудке всё ещё кавардак после перехода.

– Тогда тебе нужен мой особый рецепт, ага?

Быстро осознав, что спорить бесполезно, я обреченно кивнула.

– Там павлины убежали! – крикнул кто-то из толпы.

Павлины? Здесь?

– И это вечеринка без излишеств? – спросила я у Арчибальда, пока нагоняла его, уворачиваясь от локтей танцующих под бликами взбесившегося диско-шара.

– Да, самая обычная.

– Страшно представить, что у вас считается вечеринкой с излишествами.

– Ещё увидишь, здесь не бывает двух одинаковых, – ответил он, нагнувшись к мини-бару.

–Только не крепкое? Окей? – попросила я.

– Как же? Самое веселье пропустишь?

– Завтра занятия и вот их мне как раз и не хотелось бы пропустить.

– Ты из зануд что ли?

– Нет, – я вскинула брови.

– Ну и всё, похмельный эликсир поставит на ноги любого.

Арчибальд поманил меня рукой, протягивая бокал с коричнево-зеленой жидкостью которая красиво переливалась, играя слоями, но совершенно не выглядела, как то, что можно употребить внутрь. Похоже на моющее средство в составе которого щёлочь.

– Ещё немного, – закусил губу он, а после поводил рукой над бокалом.

И всё засверкало, превращаясь в настоящую галактику за стеклом.

– Ого, – выдохнула я.

– А теперь пей, – Арчибальд скрестил руки на груди и выглядел горделиво-озабоченным.

– Залпом?

– Как угодно. Но лучше насладиться, для лучшего эффекта.

Чувствуя, что я сильно пожалею, я отхлебнула коктейль, который заплясал кислинкой на языке. Он, пожалуй, был слишком густым.

– Это желе? – спросила я, силясь проглотить.

– Я всё равно не скажу, – Арчибальд усмехнулся. – Секретный рецепт.

До последнего я думала, что меня вывернет, но желудок, бушевавший до этого, успокоился. Тошнота отступила и допила чудо-зелье я уже залпом, после чего ощутила крепость алкоголя.

– О! – выдохнула я, чувствуя, как согрелся пищевод.

– Теперь по маргарите? – Арчибальд выглядел расслабленно-беззаботным, вызывающим доверие.

Но вот только я знаю, что мужчинам в принципе доверять нельзя и я не знаю, что должно произойти, чтобы разуверить меня в этом.

Я качнула головой.

– Танцы? Монополия? Прогулка?

– Здесь есть монополия?

– Нет, но можем выйти в город за ней.

Представив, что мне снова придется пройти сквозь прослойку, я замотала головой.

– А если придет проверка или что-то вроде того?

– Не сегодня. Нет, мы были на контроле какое-то время. Но сегодня вечер не закончится внезапно.

– Это из-за моей соседки, которая упала с крыши?

– Энни? О, нет, другой случай.

Всё круче и круче. Я мысленно вздохнула, когда поняла, что спокойно учиться у меня здесь получится едва ли.

Пока я думала, в моей руке оказался бокал на длинной ножке и долькой лайма на бортике.

Что ж… «Маргарита», вот мы и встретились снова. С этим коктейлем у меня сложились крайне неприятные отношения. Ещё со школьной вечеринки, когда по пути домой я собрала все мусорки, а на утро чувствовала себя преотвратно.

Надеюсь, что тут никто не обратит внимания на то, что мне нет двадцати одного года.

– Ну, как? – приоткрыв рот спросил Арчибальд, закусывая губу.

– Потрясно, – честно призналась я. – Не похоже на то, что я пила раньше.

– Добро пожаловать в бар с самыми магическими напитками, – он рассмеялся, наливая себе ещё.

– Тут и правда весело, – закивала я. – Но я, пожалуй, пойду.

– Может расскажешь о себе? Ещё нет даже одиннадцати, а занятия с десяти, так что…

– Я не знаю, что рассказывать, – пожала плечами я.

– Откуда? Чем занималась до академии?

– Из Бруклина, работой.

– Ёмко, – хмыкнул Арчибальд. – Парень? Иные связи?

– Его зовут Мэйсон и сейчас мы в ссоре, – я вздохнула.

– Жаль.

– Что именно?

– Что занята, но как по мне, это совершенно не проблема, – он улыбнулся, демонстрируя острые резцы.

– Слушай, а здесь сеть хоть как-нибудь ловит? – поспешила перевести тему я.

Он цокнул и поманил меня за собой.

– Вот, возьми, – он протянул мне сияющий зеленый кристалл.

– Это же не уран, да?

– Очень жаль, но нет. Некоторые умельцы делают такие на заказ. Для тех, кто ненавидит письма. Рядом с ним получится отправить пару смс и совершить видео звонок, но особо на него рассчитывать не стоит, нестабильная штука.

– О, не слышала о таком.

Я достала телефон и мне тут же пришло сообщение. Неизвестный номер, включает в себя видеофайл. Я нахмурилась, читая текст.

«Твой? :)| [видео]»

Я нажала на экран и началась загрузка.

Мысли о том, что лучше бы я удалила сообщение и поднялась к себе появились, как раз в тот момент, когда на первых секундах видео увидела макушку Мэйсона, а потом женские руки повернули его лицом.

И, как дура, я пялилась на зацикленное видео поцелуя Мэйсона с какой-то девушкой.

– Вот урод, – выдохнула я.

Внутри расползлось чувство предательства, заполняющее всё.

– Твой бойфренд? – спросил Арчибальд, заглядывая мне через плечо.

– Теперь уже не мой, – я злобно поскрипела зубами.

– Подлец, – хмыкнул Арчибальд. – А ещё он пучеглазый.

– Подлец, – подтвердила я. – Я пойду, – я кивнула на прощание, отдала кристалл, и протискиваясь через толпу студентов, часть из которых уже была неприлично обнажена, поднялась по лестнице в комнату.

Хотелось надавать этому напыщенному индюку по лицу, но он был далеко, а я совершенно одна.

Постоянно упрекал меня в несуществующих изменах, чтобы изменить самому?

Я спрятала лицо в подушку, но музыка снизу не давала заснуть. Поэтому я открыла это потрясающее витражное окно, вдыхая ночной воздух. В Бруклине никогда не было так свежо, а потому не получалось надышаться.

Ближе к утру, я закрыла уши подушкой и уснула.

ГЛАВА 4

Пять лет назад

Академия Гриммор

Сидя на занятии по демонологии, я постоянно клевала носом. Выспаться не получалось уже неделю. Если мне не мешал шум, то мешали свои собственные мысли.

Я почему-то всё ещё не написала Мэйсону, что он козёл, а между нами всё кончено. Было как-то слишком больно. И думать об этом больно. Да, мы ссорились и вел он себя паршиво, но вот так предать? Мне бы хотелось отомстить, но звонить и писать ему не хотелось. Игнорирование удавалось мне лучше.

– Сейчас на ваших столах появится пропуск, благодаря которому вы сможете пройти в определенную секцию библиотеки. Там находятся книги, которые понадобятся вам для успешной сдачи экзамена. Выносить их из библиотеки строго воспрещается, как и прохождение по чужому пропуску. На сегодня занятие окончено, домашнее задание получите позже.

И не дожидаясь звукового оповещения, лектор вышел из кабинета.

Он, кстати, выглядел очень сурово. На лице росчерки шрамов, как я поняла из краткого рассказа: он демонолог со стажем и часто оказывался в опасных ситуациях, его трижды переводили из отряда борцов с демонами в штат исследователей, но он каждый раз возвращался, пока травмы не сделали дальнейшие исследования невозможными, а он не обосновался в академии в качестве преподавателя.

Мне понравился его взгляд на проблему с демонами. В Бруклине их перемещения строго ограничены вратами, через которые нельзя выбраться, поэтому мне понятен интерес академии в моей компетентности, но семейные книги дали мне всё, чтобы надлежащим образом следить за вратами.

Другое дело, если перед советом нужен именно выходец из академии, из разряда: «А это мисс Роу, наша студентка, после выпуска она следит за вратами…»

Пока я шла, не разбирая дороги, коридор закончился тупиком. Недовольно цокнув, я пошла обратно, чтобы вернуться к пропущенному повороту.

Преподаватель попросил меня посетить ректора, когда закончится лекция, поэтому я тщетно пыталась вспомнить где его кабинет.

Видела, что многие пользуются кристаллами-поисковиками, которые помогают найти направление, а некоторые работают на поиск предметов. Наверное, надо бы купить парочку, хотя я не отказалась бы от карты со спутниковой навигацией, но мечтать не вредно.

– Потерялась? – Лукас поравнялся со мной.

– Нет. То есть, да. Я не могу вспомнить, где кабинет ректора.

– Ты дважды прошла мимо, – он указал себе за плечо.

– Чёрт.

Выгляжу, наверное, полной дурой.

– Спасибо, – кивнула я из вежливости.

– Слышал у вас сегодня намечается вечеринка.

– Да? – я удивленно вскинула брови.

– Одна из тех грандиозных.

– Прости, не слышала, занята учёбой, – я потрясла учебником по демонологии.

– О, так ты будущий демонолог? – он наклонил голову, чтобы прочитать название на книге.

– Что-то типа того, – кивнула я.

– Круто, – Лукас улыбнулся. – Если узнаешь про вечеринку, пригласишь?

– Мне показалось, что ты не из отвязных тусовщиков.

– Хочу исправить репутацию учёных, – он рассмеялся.

– Ладно, я попрошу выписать тебе приглашение.

Я махнула на прощание и постучала в кабинет ректора.

– Входите, мисс Роу, – негромко сказал ректор Стеллинг.

– Вы ждали?

– Я знал, – он улыбнулся, указывая на свободный стул. – Присаживайтесь.

– Что-то не так? – совсем немного нервничая, спросила я.

– Хотел узнать у вас, как вы осваиваетесь? Всё в порядке?

– Да, не жалуюсь.

– Нравятся ли вам занятия? Как чувствуете себя в общежитии?

– Всё в порядке, – кивнула я, поёрзав на стуле.

– Отрадно слышать, что вы привыкаете к академии. Я взял на себя смелость записать вас на пару дополнительных занятий, исключительно по вашему профилю. Приглашенная специалистка появится только в следующем семестре, так что пока можете учиться в обычном темпе.

– Спасибо, – кивнула я. – А специалистка тоже ведьма мёртвых?

– Увы, нет, но достаточно сведуща в этих вопросах.

– Я могу идти?

– Можете. Удачи, мисс Роу. Рад, что вы приняли академию.

– Хорошего дня, – я кивнула и вышла.

Странный он немного. Хотя может такой и нужен, чтобы управлять академией? Или у всех тут просто по чуть-чуть едет крыша.

Теперь у меня есть время подумать о вечеринке. Может быть, она отвлечет меня от Мэйсона и того, что он конченный урод.

В общежитии всё сверкало, но не от чистоты, а от количества мишуры, диско-шаров, даже воздух как будто искрился в лучах закатного солнца, пробивающегося через неплотно задернутые шторы. Кто-то явно распыляет здесь глиттер.

– Намечается что-то грандиозное? – спросила я, поймав Арчибальда за рукав красного халата. И я больше чем уверена, что под ним у него ничего нет.

– О, вот и ты. Обычная закрытая вечеринка для своих.

– Кстати, об этом… – я не знала, как начать и нормально ли это просить за кого-то.

– Приглашение нужно?

– А… да, так просто?

Он пожал плечами.

– А зачем усложнять? Возьми, – он достал из кармана яркий листочек с золотистыми буквами.

– Спасибо, – кивнула я.

– Ага, – он подставил щеку, постучав по ней пальцем.

Решив, что это забавно, я поцеловала его. На губах Арчибальда расползлась довольная улыбка.

– Вот и всё, – он подмигнул. – Принимаю только такие «спасибо».

– Ага, буду знать, – усмехнулась я, и скинув сумку на один из обтянутых жаккардом диванов, отсалютовала приглашением.

Я не знала в каком точно общежитии живет Лукас, но надеялась встретить кого-то, кому он знаком. Он сидел на одной из лавочек, задрав голову к небу и наслаждался закатом с закрытыми глазами, позволяя солнцу играть бликами в тёмных волосах.

– Привет? – неловко присела я рядом, протягивая листок-приглашение.

– О! Это мне?

– Тебе… – я отвела взгляд. Очень смущает смотреть на кого-то.

– Спасибо. Я если честно особо и не надеялся.

– Любишь вечеринки?

– Мне нравятся места, где можно расслабиться. Особенно, если не нужно далеко уходить от кампуса, – он улыбнулся, рассматривая золотистые буквы на листочке.

– А внешне не выглядишь так, как будто… – я осмотрела его одежду: черная водолазка, простые брюки и разноцветные носки, один бордовый, а другой зеленый.

– Знаю, – усмехнулся он. – Значит, ты теперь с алхимиками? Нравится?

– У нас… – я сделала паузу, подбирая слова. – Тяжело заснуть, – я сконфуженно улыбнулась.

– Ещё бы, самое весёлое и шумное общежитие в кампусе, – он рассмеялся.

– Поэтому я готовлюсь к лекциям и делаю домашние задания в библиотеке, иначе просто ничего в голову не лезет, – я вздохнула.

– А ты сегодня в библиотеке или на вечеринке? – спросил Лукас.

– Завтра выходной, так что… – я неопределенно покачала головой.

– Значит, идём? – он встал и протянул мне руку.

– Идём, – улыбнулась я, принимая руку.

– Холодная такая, замёрзла?

– Шутишь? На улице тепло. Просто они всегда холодные.

– А сердце горячее?

– Не щупала, – я прикусила губу.

Намёки на флирт даются мне ещё тяжелее, чем смотреть собеседнику в глаза. Нет, я уже очень хочу вернуться к работе в бюро. Мои клиенты либо мёртвые, либо очень мёртвые.

Людей собралось меньше, чем на прошлых тусовках, но всё равно было тесно. Гостиная общежития и так каждый раз грозится треснуть по швам, не готовая принять столько людей разом.

– Я буду там, – Лукас указал на стол с напитками, кажется, настойками.

Я кивнула и поискала глазами Арчибальда. Тот кокетливо касался разговаривающей с ним девушки. Она явно была очарована.

И решив не мешать, я подхватила со столика бутылку пива и уселась на свободный диванчик ближе к окну, чтобы смотреть, как портится погода, накрапывая дождём.

– Не помирились? – Арчибальд приземлился рядом, потеснив меня.

– Не-а, – я скользнула взглядом по его расстегнутой цветастой гавайской рубашке.

– Пытаешься исцелиться пивом?

– Нет, просто попалось под руку.

– Ага, давай-ка я тебе замучу свой фирменный коктейль от разбитого сердца?

– Может не надо? Я тут посижу, посмотрю в окно, попью пива.

– А тот с кем ты пришла сейчас где?

– А…– я осмотрелась, но Лукаса не заметила. – Где-то здесь, – пожала плечами я. – Мы едва знакомы, просто часто видимся в библиотеке.

– А-а-а-а, зануды, – беззлобно протянул Арчибальд, меняя пиво в моей руке на розовый, искрящийся пузырьками, напиток.

– Что это?

– «Роза»², почти как ты, с недавнего времени меня очень интересует именно он. Современная классика.

– Почему? – спросила я, делая глоток, чувствуя ягодную кислинку на языке.

– Тут давно не было новых людей, а моё вдохновение, как бармена, зависит от людей, – он щелкнул пальцами и в его руках появилась бутылка джина.

– Ого, магия телепортации, – восхитилась я.

– Когда был ребёнком я утащил огромное количество игрушек из магазина, – хихикнул он, прячась за бутылкой.

– Зато неплохо владеешь этим типом магии.

– Ага, – он сделал большой глоток и немного поморщился. – Надо запретить проносить джин.

– Чем эта вечеринка отличается от остальных? Только количеством людей? И почему все так хотят сюда попасть?

– Сегодня должен был быть запланирован «Афинский вечер»³, но он переносится на неопределенный срок, поэтому сегодня будут фанты держателя следующего вечера.

– Это как?

– Тебя интересуют оба понятия или какое-то одно? – он провел большим пальцем по своей нижней губе, вытирая остатки джина.

– Оба?

– Оргии, Ро-Ро. «Афинские вечера» это всплески сексуальной энергии, где никто никому ничем не обязан.

– О… – я округлила глаза.

– А фанты тянут все, потом в чьём-то доме закатываем вечеринку.

– Вне кампуса и академии?

– Верно.

Я всё ещё переваривала ответ на первый вопрос.

– Ты покраснела, – он провёл костяшками руки по моей щеке.

– Я просто… эм-м-м-м, – я тщетно пыталась подобрать слова.

– Смутилась, – он хохотнул, отстраняясь.

– Ну, знаешь, не у каждого дома могут проводиться оргии. Вот так выйдешь попить воды среди ночи, а в гостиной…

Арчибальд рассмеялся.

– Твой друг? – он кивнул на стоящего чуть поодаль Лукаса.

– Угу, Лукас.

– Симпатичный, – кокетливо улыбнулся Арчибальд. – Развлекайся, Ро-Ро, – он послал мне воздушный поцелуй (или всё же не мне?) и направился к барной стойке.

– Выглядишь сконфуженной, что-то случилось?

– О, нет. Я не особо привыкла к такому, – я жестом указала на всё вокруг.

– Понимаю, – улыбнулся он.

Я так редко встречала людей, чья улыбка с зубами выглядела бы так гармонично. Ладно, я вообще редко вижу улыбающихся людей, потому что моя работа не подразумевает наличие счастья. Это было бы странно для людей, хоть и души умерших предпочли бы видеть своих близких счастливыми.

– Н-да, – цокнула я. – Не похоже это на «Хогвартс».

– Реальность может быть ведь даже круче, да?

– Может быть, – кивнула я, смотря в окно.

– Кем бы ты хотела быть в книжках о бедном Гарри?

– Гермионой? Не знаю, скорее всего, была бы статисткой, которую вписали в один абзац и больше о ней ничего слышно не было. А ты?

– Хм… – он потёр подбородок. – Том Реддл?

– Мощно. Почему? Тебе нравятся безносые люди?

– Я бы хотел быть им до того, как его внешность преобразилась. Многое можно было сделать иначе, ради общего блага.

Этот разговор отвлек меня от мыслей о Мэйсоне. И, наверное, уже не было так больно, просто неприятно.

– Фанты! Пора! – крикнул кто-то.

– Ро-Ро, вставай! – крикнул Арчибальд, сложив ладони рупором.

– Ро-Ро? – усмехнулся Лукас.

– Ага, – я закатила глаза.

– Так вы… близки?

– С Арчибальдом? Нет, – я рассмеялась, поднимаясь с дивана. – Он просто стал так называть меня, когда мы впервые встретились.

Я встала в круг, каждому участнику Арчибальд протягивал магическую шляпу, в которую можно было засунуть руку по локоть, чтобы положить фант.

– Твоя очередь, – шляпа оказалась передо мной. – Положи своё имя в шляпу, можешь там растормошить всё, чтобы было честно.

– А я могу отказаться?

– Нет, – Арчибальд улыбнулся одной половинкой рта.

Я вздохнула. Внутри шляпы оказалось неожиданно холодно, когда я засунула туда руку, даже показалось, что там гуляет сквозняк.

– Отлично! – Арчибальд потряс шляпу. – Теперь я достану имя следующего хозяина или хозяйки выездной вечеринки алхимиков.

Много людей с воодушевлением смотрели на Арчибальда, наверное, желая показать свой дом и стать круче.

– Итак, – он засунул руку в шляпу. – Следующая вечеринка пройдёт в доме… – он достал бумажку. – Роуз Роу! Поздравляю, Ро-Ро!

Все захлопали, а я оказалась в ужасе.

Мой дом – это бюро, а там морг и клиенты! Тётя будет в бешенстве.

Я неловко улыбнулась и залпом осушила стакан с пивом.

– Арчи… – прошептала я, но он услышал. – На пару слов?

– Что-то случилось? – спросил он, когда мы отошли к дальней стене гостиной.

Он закрывал меня собой от света ламп, музыки и взглядов студентов и студенток.

– Я ведьма мёртвых, – начала я. – И моя работа… – я замолкла, думая, как лучше продолжить фразу. – Я работаю и живу в похоронном бюро. И если вечеринка будет проводиться у меня, это может а… эм… потревожить некоторых моих клиентов.

– Оу, – Арчибальд выглядел удивленным. – Это, значит, что до академии у тебя уже был свой бизнес?

– Он и есть, остались некоторые формальности с обучением, так что… я боюсь, что как устроительница вечеринок я не гожусь.

– Я могу тебе помочь, спрячем всё важное, дадим инструкции по поведению, тусовка-экскурсия.

– А перевыбрать нельзя?

– Шляпа зачарована, она не даст провести новую жеребьёвку, если вечеринки не будет.

– А ты поможешь?

– Ро-Ро, я постоянно этим занимаюсь. Не переживай, всё будет в самом лучшем виде, – он погладил меня по волосам.

Коротко обернувшись, он наклонился и прошептал мне на ухо:

– Мне кажется, что тебя кто-то ревнует.

Я посмотрела туда же, куда и он. Лукас достаточно внимательно вглядывался в угол, где мы стояли с Арчибальдом.

– Скорее тебя, – я хохотнула. – Пойду думать, как выгнать тётушку из дома в следующем месяце.

– Не останешься?

– Хочу побыть одна, – я кисло улыбнулась.

Арчибальд задерживать не стал.

В комнате сегодня было тихо. Я всю неделю изучала в библиотеке заглушающие чары, чтобы начать высыпаться. Потому что с таким количеством развлечений в неделю, это не реально.

Грейс написала пару коротких писем, в которых выражала соболезнования в моём вынужденном обучении. Сбиваясь, она трижды порекомендовала мне пользоваться контрацепцией и быть осторожной.

Хорошо, что кроме меня, эти письма никто не читает.

Раздался аккуратный стук в дверь.

Я встала с кровати.

– Роуз, это я, Лукас. Решил узнать, всё ли в порядке.

– В порядке, – я открыла дверь.

– Ого, какое окно, – он восхищенно перешёл на шёпот.

– Ага, мне тоже нравится, – я отошла от двери, пропуская его внутрь.

– Одна живёшь?

– Временно, пока моя соседка приходит в себя.

– А что с ней?

– Я точно не знаю, но говорили, что она упала с крыши на одной из вечеринок.

– Жестко, – цокнул он.

Я неловко села на кровать, не представляя о чём ещё говорить.

– У тебя есть бойфренд? – спросил Лукас, осматривая моего медведя.

– Ты спрашиваешь у мистера Пикуля?

– Его зовут мистер Пикуль?

– Мне было пять и я решила, что это имя ему прекрасно подходит.

– Сомневаюсь, что мистер Пикуль мне ответит, так что, спрашиваю у тебя.

– Есть, – кивнула я. – Ой, точнее, был.

Странно было думать, что мы с Мэйсоном больше не пара, хотя в школе всё начиналось даже неплохо.

– Долгая история? – спросил Лукас, присаживаясь рядом.

– Да, что-то вроде того. Долгая и совершенно не интересная.

– Запишешь мой номер? Чтобы не пришлось вылавливать друг друга в библиотеке.

– Если бы сеть тут ещё ловила, то в этом был бы смысл.

– А если я дам тебе это? – он достал из кармана светящийся урановым блеском кристалл на веревочке.

– Я так и не нашла тех, кто такие делает, – хмыкнула я.

– Этот я сделал сам, – Лукас улыбнулся. – Можно использовать, как брелок и благодаря этому связь будет всегда. Для тебя.

– Спасибо! – я продела веревочку в ушки на корпусе телефона для брелоков. Смотрелось эффектно.

– Ну, значит, запишешь свой номер? – он улыбнулся и протянул свой телефон.

– Ладно, – вздохнула я. – Только не названивай ночами, окей?

Быстро набрав номер, я выбрала в контекстном меню «добавить контакт».

– Как мне себя назвать? Или сам запишешь?

– Сам, – улыбнулся он, забирая телефон. – Спасибо, Роуз.

Он так трепетно произнес моё имя, что у меня по спине пробежали мурашки. Наверное, померещилось из-за алкоголя.

– Я пойду?

– Доброй ночи, – кивнула я.

– И тебе, Роуз Роу, до встречи, – он махнул на прощание и вышел из комнаты.

Написала Грейс СМС, что теперь у меня ловит сеть и можно не страдать, выводя буквы на бумаге. Она прислала в ответ подмигивающий смайлик и салют. Как я поняла из этого, что она очень рада.

А потом, я завернувшись в одеяло, уснула.

На этой неделе расписание изменилось и теперь в нём не было занятий по чтению рун и печатей. Обычно, лекции вела очень милая профессорка, которой ещё не было и тридцати. Я пыталась расспросить подробнее о том, куда она делась, но ещё бы мне кто-то сказал, кроме того, что она отправилась в горячие источники поправить эмоциональное здоровье, ибо студенты совсем её извели.

Вспоминая слова тёти, мне было неспокойно. Случайность это или что-то в самом деле случилось? Быть может я просто слишком мнительная?

Ладно, я кое-как натянула на себя кремовую рубашку, свой любимый пиджак в клетку, красную юбку-комбинезон и оранжевые гетры. Ярко и как-то по осеннему уютно. Форму академии я старательно игнорировала. Потому что: она мне не нравится, опасных занятий я не посещаю, а ещё я боялась, что она покажется мне удобной. И тогда дороги назад уже не будет, потому что я должна ненавидеть академию, чтобы не забывать сколько зла она может причинить.

Телефон едва заметно завибрировал, и я отвлеклась на сообщение, останавливаясь.

Хороший Парень: «В библиотеку?»

Я быстро напечатала: «Да, скоро буду, Лукас.»

Сообщений больше не было, а я двинулась дальше. Петляя между студентами, чтобы ни в кого не врезаться.

Громкий крик заглушил привычный гвалт окончания учебного дня. Я поискала глазами кричащего, но никого не нашла. Уже другой крик раздался следом. Кричало всё больше людей. И тогда я вместе с остальными студентами поспешила на множество воплей, выкриков, плача. Мне же больше всех надо…

Посреди площади, перед главными дверьми академии лежала какая-то куча. Когда подошла ближе, то перед глазами появилось неприятное зрелище: обезображенный обрубок девичьего тела. Но самое ужасное, что форма академии была в полной целостности и сохранности. Юбка, скрывающая отрубленные ноги, жилетка на плечах без рук и галстук на обезглавленной шее. Даже кровь не пачкала форму, просто скатывалась вниз, как капли дождя с брезента. Я похолодела и закрыла глаза, чтобы нащупать отголосок погибшей.

– Беги! – взвизгнул призрак. – Беги, Роуз Роу! – вскрикнула она снова и растворилась.

Никто кроме меня её предостережения, конечно же, не слышал.

ГЛАВА 5

Пять лет назад

Академия Гриммор

По долгу своей работы я часто приводила обезображенные тела в порядок: легкими стежками закрепить оторванные уши; скобами зафиксировать челюсти изнутри, чтобы исправить раскрытый в ужасе рот; под веки подложить вату, чтобы даже без глаз лицо смотрелось естественнее, но мне ещё не доводилось видеть ничего настолько же ужасного, как тело этой бедной студентки.

– Разойдитесь! – голос ректора, усиленный магией, пронесся над нами, а сам он быстро-быстро спускался по лестнице.

– Что случилось, ректор Стеллинг? – спросил кто-то.

– Неудачный эксперимент, – коротко ответил он.

– Какого рода эксперимент? – раздался голос Лукаса рядом со мной.

Я даже не заметила, что он приобнял меня за плечи, пока я смотрела на бордовую лужицу под телом, как и не заметила того, что он вообще присоединился ко мне.

– Несчастные случаи, увы, происходят. На собрании вам всё объяснят. А теперь, разойтись!

Лукас потянул меня прочь, а я всё смотрела и смотрела, пока изображение растерзанного тела не отпечаталось на сетчатке, что позволяло видеть его даже сквозь смеженные веки.

– Роуз, не смотри. Не нужно, пойдём, – он тянул меня за собой, но мои ноги словно приросли к месту.

Лукас взял меня на руки и понёс, прикрыв своим пиджаком.

Прибывшие магмедики накрыли тело непрозрачной тканью, отливающей бензиновым блеском. Небольшая группа из четырех человек в специализированной одежде, достали кристалл-детекторы. Ищут следы магии? Чтобы что?

Быстро совет среагировал, но недостаточно, чтобы это предотвратить. Неужели им всё равно на будущие магические умы, которые могут пополнить совет?

– Испугалась? – спросил он, сажая меня на диван в общежитие алхимиков.

Я качнула головой.

– Мне уже приходилось видеть тела, – тихо ответила. – Ты не заметил ничего странного?

– Кроме того, что посреди территории академии лежит расчленный труп? – Лукас присел передо мной на колени. – Ты в шоке, я заварю чай.

– Ага, – сдалась я.

Но в голове я снова и снова прокручивала картинку с места “несчастного случая”.

На её форме была буква «К». Она из кинетиков? Что за эксперимент такой? Нашли бы мы хоть что-то, не будь на ней формы академии?

И как ректор решит все появляющиеся вопросы? Почему её призрак растворился? Обычно, они остаются до конца. Что-то не так.

Что-то? Тут всё не так.

– Чайник в шкафчике над раковиной, – крикнула я.

– Знаю, – отозвался он.

– Откуда? – задала логичный вопрос я.

– Арчибальд показал, – ответил Лукас.

– А…

Интересно, чем они с ним занимались, когда я ушла? Чаепитием? Разливали виски из чайничка по маленьким чашкам? Ага, да.

– Мы разговаривали, – ставя передо мной кружку с горячим напитком, проговорил Лукас.

– Но я не… – я прищурилась.

– У тебя на лице всё написано, – улыбнулся он.

– О… – я вздохнула. – Ладно.

– Чем ты занималась до академии? – Лукас внимательно посмотрел на меня, усевшись напротив. Взгляд ищейки.

– Работой, – уклончиво ответила я.

– Какой? – он прищурился.

– Это допрос, мистер полицейский? – я рассмеялась, но скорее нервно.

– Мне просто любопытно узнать больше о той, кто… – он сделал паузу. – С кем я планирую общаться, – закончил он.

– Похоронное бюро, – ответила я. – В Бруклине.

– И ты там… кто?

– В каком смысле? – я чувствовала себя неуютно под изучающим взглядом светлых глаз.

– Работница? Администраторка?

– Владелица, – я опустила взгляд.

– Серьёзно?

– «Похоронное бюро сестёр Роу», а я… Роуз Роу, – я закусила губу. Говорить об этом ему было как будто неловко.

– Значит, тел видела достаточно?

– Все из них были моими клиентами. Почему ты решил вообще спросить?

– Просто подозрительно видеть человека, которого интересует смерть.

– Профдеформация, – я покивала. – Но такого прежде видеть не доводилось.

– Сколько тебе?

– А это важно? – спросила я.

– Нет, – он качнул головой и улыбнулся.

Я решила поправить диванную подушечку, но случайно локтем задела кружку и она полетела на пол.

– Чёрт! – я вскочила.

– Это же просто чай, сейчас приберу.

– Я сама, не нужно.

Я надергала из упаковки салфеток и принялась вытирать образовавшуюся лужу.

– Вроде небольшая кружка, а вылилось целое озеро, – вздохнул Лукас, держась покрепче за свою, словно боясь, что я и её опустошу.

– Что ты сказал? – я медленно выпрямилась.

– Вроде…

– Лужа! – воскликнула я. – Лужа!

Лукас вытаращил глаза, как будто смотрел на душевнобольную пациентку, сбежавшую из лечебницы.

– Ну, лужа! Лужа! Под телом было мало крови, при таких повреждениях её должно быть гораздо больше!

– А там совсем немного, и?

– Она умерла в другом месте, тело оставлено на самом видном месте. У дверей в академию. Я думаю, что её убили!

– Что если она сама переместилась, когда поняла, что эксперимент идет не по плану и ей нужна помощь?

– Много ты знаешь туловищ, способных перемещаться?

– Это может быть остаточный импульс магии. Или её разорвало уже после перемещения.

– А части тела куда делись? Испарились? Тогда при разрыве было бы гораздо больше крови!

Незаметно мы оба перешли на крик.

– Вы, конечно, тут очень интересные вещи обсуждаете, мои хорошие, но я бы рекомендовал быть чуточку потише, – Арчибальд стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди.

– Прости, – пискнула я, прикрыв рот ладонью.

– Ро-Ро, хочешь влезть в это дело?

– Не то чтобы… но я хотела бы хоть капельку света пролить на это. Вы вообще видели? Форма не тронута, жуткое зрелище.

– Тебя только форма смутила? – хохотнул Арчибальд.

Я стушевалась и покраснела.

– Пойду к себе, – махнула я.

– Постой, – Арчибальд притянул меня к себе, когда я хотела протиснуться мимо, осматривая. – Может быть, останешься? – пробежал пальцами по сгибу моего локтя. – Коктейль? – он взял меня за локоть и повел обратно к дивану.

– Отказаться не вариант, да?

– Схватываешь на лету, Ро-Ро, – он подмигнул мне и спрятался за барной стойкой.

Он погремел бутылками, а потом вскочил страшно довольный.

– Я называю это «Нечестивый союз». В основном это текила и сожаление, как и должно быть в любом приличном коктейле, – он потряс шейкер, а после налил содержимое в два бокала. Его движения точны, почти грациозны для человека, который, кажется, наслаждается хаосом.

– Разве можно сожаление разлить по бутылкам?

– О, да! – он причмокнул. – Оно горчит, оттеняет напиток куда лучше розового перца.

Он прислонился к стойке, скрестив руки на груди, и отпил свой напиток. Кубики льда звякали в стакане, когда он вращал его в руках, наблюдая, как капельки влаги покрыли матовое стекло.

Он подхватил один самый зелёный из целых лаймов со стойки и начал подбрасывать его в воздух, с лёгкостью ловя.

– Мы будем обсуждать? – Арчибальд прищурился.

– По второму кругу? – спросил Лукас, скрещивая руки на груди.

– Всё это очень соблазнительно, но мне очень надо почитать, – я поставила стакан на кофейный столик.

– Ты даже не попробовала, – Арчибальд состроил кислую мину.

– Сейчас три часа дня. Как будто рановато для текилы, не находишь?

– Как по мне, для неё всегда есть время, – хмыкнул он. – А ты? – он игриво обратился к Лукасу. – Тоже считаешь, что слишком рано?

– Если поуговариваешь меня ещё немного, я быть может и соглашусь, – Лукас заговорщицки подмигнул ему.

Арчибальд цокнул и пересел на диван рядом со мной. Теперь мы оба были напротив Лукаса.

– Всего глоточек? Оцени моё безграничное мастерство, Ро-Ро, – он надул губы.

Я закатила глаза. И, с самым тяжелым в мире вздохом, поднесла стакан к губам.

Сделав всего один небольшой глоток, я удивилась, когда почувствовала в груди тянущую боль сожаления.

– И правда, горчит, – проговорила я влажными губами.

Арчибальд довольно улыбнулся и протянул руку, коснувшись моего лица, аккуратно вытер капельку коктейля большим пальцем, но руку убирать не спешил.

Я кашлянула, и тогда он отстранился.

– Ты можешь любое чувство разлить по бутылкам?

– Нет, – он вздохнул. – Не могу любовь, счастье, вдохновение… Люди с этим и так отлично справляются. Ну или кое-что ещё, – он поиграл бровями.

Чтобы укрыться от его внимательного взгляда, я отвернулась. Как раз вовремя, потому что на доске объявлений появился большой лист с надписью:

Собрание всех студентов состоится в зале приёмов в 5 после полудня.

– Я пойду. Нужно переодеться, – я отставила стакан. А после быстро встала, чтобы меня никто не успел остановить. Слишком резкая социализация, я не вывожу.

Поднявшись в комнату, я на всякий случай заперлась.

Достав телефон, написала тёте сообщение:

«Грейс, привет! Во время твоей учёбы в академии происходило что-то странное? НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ, я просто хочу написать доклад.»

Подумав, что выглядит не совсем убедительно, я переписала:

«Привет, Грейс! Ты знаешь о каких-нибудь странных случаях/происшествиях в академии? Мне просто любопытно.»

Вот так как будто лучше.

Если в библиотеке есть книги, которые нельзя выносить, то после собрания, я хочу прочитать про возможные эксперименты кинетиков, чтобы найти тот, который мог привести к таким последствиям.

Или найти причину такой странной смерти.

Я сняла всё цветное, что было на мне и переоделась в серый спортивный костюм. Не хотелось после трагедии выглядеть неуместно.

Среди шепчущихся между собой студентов, я заняла свободное место возле восточной стены, откуда видно было небольшое возвышение, которое использовалось преподавателями для важных объявлений.

Руки нервно подрагивали, поэтому я скрестила их на груди, что позволяло почувствовать себя капельку увереннее.

– Ро-Ро, – Арчибальд тронул меня за плечо, протискиваясь между студентками из сестринства. – Ещё не началось?

Я покачала головой. От него пахло табаком, алкоголем и совсем немного парфюмом, но нот не разобрать.

– Я знала, что академия небезопасное место, но чтобы вот так? Живу здесь едва неделю, а посреди двора уже труп, боги…

Арчибальд хотел что-то сказать, но, качнув головой, закрыл рот.

Ректор со скорбным видом поднялся на трибуну. Он протёр платочком блестящую лысину, откашлялся и начал говорить:

– Дорогие студенты и студентки, – он сделал паузу, осматривая собравшихся. – Произошёл кошмарный инцидент, – продолжил он, когда убедился, что все взгляды обращены к нему. – …Связанный с запрещенными академией и советом экспериментами по телепортации. К сожалению, такое случается, когда юные умы не внемлют голосу разума, когда дух приключений манит их, а опасность кажется несущественной, – он вздохнул. – Мне очень жаль, что большинство из вас стали свидетелями этого, в кампусе работает штатный психолог, прошу обратиться к нему всем, кто испытал потрясение.

Я вскинула руку.

– Позвольте, ректор, уточнить?

– Слушаю вас, мисс Роу, – он смотрел прямо на меня, выделил моё имя так, что все вокруг меня стали пялиться.

– Насколько мне известно, телепортация человека запрещена потому что магия в моменте нестабильна, она может выкинуть куда угодно, но в истории не было случаев, что… – я на секунду замолчала, думая стоит ли говорить так, как задумала. – Что телепортируемый прибывал частями.

– Как вы сами сказали, магия при перемещениях ведет себя нестабильно. Поэтому с погибшей и произошло то, что произошло, – он ответил слишком поспешно, но я заметила, как изменилось его выражение лица.

– Почему форма оказалась неповрежденной?

– В каждую ниточку формы студентов вложена магия, которая защищает носителя.

– Но тем не менее, её это не спасло, верно?

– Мисс Роу, если вы настроены на дискуссию, прошу в мой кабинет, не стоит здесь устраивать представление.

Я фыркнула, отворачиваясь, чтобы встретиться с сосредоточенным на мне взглядом Арчибальда.

– Что-то не так? – вскинулась я.

– Эй, всё окей, всё окей, – он поднял руки, заранее признавая поражение.

Ректор призвал всех разойтись и быть осторожными.

Я решила не задерживаться, изредка оглядывалась, чтобы увидеть следующего за мной Арчибальда.

– Тебе не нравится академия, да? – он нагнал меня достаточно скоро. Ну, конечно, с такими длинными ногами.

– А тебе? – парировала вопрос я.

– Ну… – он замялся. – Это мой дом, так что… – он почесал затылок с виноватым видом.

– Разве может это стать домом? – фыркнула я.

– Может, – он нервно погрыз губу, кивая.

– Прости, – на выдохе проговорила я, понимая, что могла его обидеть.

– Мне нравится, когда ты такая колючка, Ро-Ро, – он подмигнул мне, улыбаясь.

Я смущенно отвела взгляд, рассматривая одну из колонн на фасаде академии. Трещинки на ней складывались в узор времени, сколько же поколений студентов она повидала? И мою маму, наверное, тоже?

– Хочешь в город со мной? – он оторвал меня от грустных размышлений.

– Я так и не узнала, можно ли покидать академию вне каникул.

– А кто узнает? – он снова подмигнул.

– Переходы через прослойку не контролируются деканатом или советом?

– Пока ещё никто и ни разу не пришёл по мою душу. Я возьму тебя с собой, если пообещаешь держать свой ротик на замке, окей? – он приложил палец к моим губам.

Я кивнула. Хотелось увидеть Хизер и Грейс.

– Я могу заглянуть домой? – спросила я, когда Арчибальд убрал руку от моего рта.

– Да. Только… могу я тебя попросить посетить мой дом вместе со мной? Я оставил там кое-какие важные вещи, но боюсь, они меня не дождутся.

– Да, почему нет? – я пожала плечами.

– Так пойдешь? – он критически осмотрел мой наряд.

– Мы же не на выставку в картинной галерее, да? Так зачем наряжаться?

– Я пойду переодеваться, чего и тебе советую. Зайду к тебе и сразу отправимся, окей?

Кивнув на прощание, я поднялась по лестнице, вспоминая, что у меня имеется из одежды. Нужно, наверное, что-то неброское? Или?

Придирчиво осматривая гардероб, я решила, что помимо черной юбки, надену ярко-красный топ, а на плечи накину рубашку, которую не буду застегивать, как накидку.

Изначально в моей голове это выглядело круче. Казалось, что даже мое собственное отражение презрительно оглядывало аутфит.

– Ну и что тебе не нравится? – спросила я у скорчившей рожу зеркальной себя, пока просовывала руки в рукава рубашки.

– Мне всё нравится, – в комнату вошёл Арчибальд.

Я резко обернулась. Он смотрел на меня сощурившись, медленно обводя взглядом открытые участки.

– Так, стой, – я подняла руку, призывая его не двигаться. – Мне нужно тебе кое-что показать.

Я протопала к двери, вышла из комнаты. И постучалась в неё со словами:

– Привет, Роуз, можно войти? – я ещё раз постучала.

Снова вернувшись в комнату, я продолжила:

– Да, конечно, заходи.

Я злобно обернулась на Арчибальда:

– Вот так понятно?

Он рассмеялся.

– Понятно, колючка Ро-Ро. Ты и правда с шипами.

– Повтори, что уяснил?

Арчибальд страдальчески вздохнул и вышел за дверь.

– Ро-Ро, можно войти? – он аккуратно постучал костяшками пальцев.

– Входи, – ответила я, торжествующе вскинув подбородок.

– Хорошо выглядишь, – кивнул он. – Готова?

– Ага.

– Тогда пойдём через твой чулан, ибо в моей комнате… – он сделал паузу. – Там развлекается сосед, так что я не рекомендовал бы смотреть, тем более у него такой мал…– он скривился и оборвал себя на полуслове.

Арчибальд залез в шкаф и занял собой почти всё пространство, я кое-как втиснулась следом, сжимая в руках сумку.

– Чтобы мы оба оказались в нужном месте, нужно прижаться теснее, – он обхватил меня за талию и прижал к себе, выбивая у меня последний воздух из лёгких.

И как только захлопнулась дверь, всё завертелось.

– Ох! – я рвано вздохнула, когда нас перебросило через прослойку, а меня откинуло куда-то на траву.

– Давай руку. Почему не держалась? – Арчибальд протянул мне ладонь.

А мне было как-то неловко хвататься за него. Я ещё не проходила через прослойку с кем-то. Это вообще мой второй раз, так что… Я густо покраснела и встала сама. Ноги тряслись, а в желудке творился беспредел.

– Тошнит? – обеспокоенно спросил Арчибальд.

– Нет, порядок, – соврала я, покачав головой.

Арчибальд посмотрел на фасад двухэтажного дома и замер.

– Мы ошиблись? Куда-то не туда перешли? – спросила я.

– Нет, – он сглотнул. – Это мой… дом.

В окнах горел свет и он выглядел вполне себе дружелюбно. Увитая плющом каменная изгородь, маленькие светильники на откосах дома, аккуратная дорожка от ворот до самой двери.

– Идём? – спросила я. – Или мне подождать?

– Пойдём, только…

– Только что?

– Мой отец довольно сложный человек и я не хотел бы, чтобы он тебя обидел.

– Мне не впервые общаться с тяжелыми людьми, справлюсь. Могу его отвлечь, пока ты забираешь свои вещи. Лады? – я ободряюще улыбнулась, и Арчибальд в ответ показал большой палец, снова накидывая на лицо маску небрежной беззаботности.

В доме пахло лавандой, простым мылом и кажется мясным пирогом из супермаркета.

Дверь хлопнула слишком громко, и я вздрогнула.

– Прости, – прошептал Арчибальд.

Раздался топот и в прихожую почти влетел взбешенный мужчина. Увидев меня, он изменился в лице и скривился пуще прежнего.

Арчибальд уже поднимался по лестнице.

– Пф-ф-ф, – фыркнул мужчина. – Потаскуху привёл? – крикнул он Арчибальду вслед.

– И вам здравствуйте, – немного ошалело проговорила я, совершенно сбитая с толку.

Хорошенькое приветствие, ничего не скажешь.

– Ну? – спросил мужчина, скрещивая руки на груди.

– Что? – поинтересовалась я.

– Чё надо, спрашиваю?

– Мы ненадолго, – попыталась успокоить его я.

– Ещё бы вы тут задержались, – сквозь стиснутые зубы прорычал он. – Ну, скажите, чем вы там занимаетесь в своём колледже для засранцев?

– Учимся, – абсолютно беззлобно планировала ответить я, но получилось слишком саркастично.

– Учитесь, значит, – злобно процедил он. – У-у-учитесь, – с шипением протянул. – Знаю я эту вашу учёбу! – в уголке его рта скопилась пена.

– Послушайте, мы здесь не для того, чтобы ссориться…

– Конечно, вы здесь, чтобы извести меня! – его уже трясло от ярости.

Я по чуть-чуть отступала назад, мысленно моля Арчибальда собираться быстрее.

И чудо произошло, он быстро спустился, оказавшись между мной и его отцом, который оказался весьма внушительной комплекции. От злости распух что ли?

– Слушай сюда, – мужчина сделал шаг к Арчибальду. – Если я ещё хоть раз увижу тебя в своем доме, – ещё шаг. – Если твоя мерзкая сущность переступит порог, – он уже брызгался слюной. – То я, – он замахнулся одной рукой, а второй достал из кармана револьвер.

Поддавшись порыву, я вскочила между ними, понимая, что шансы вообще не равны.

– Эй! Мистер! Я не знаю, что у вас произошло, но кидаться драться на сына это последнее, что может сделать отец, – я загородила собой Арчибальда, косясь на оружие, но ни одному из мужчин я не доставала даже до ключиц.

– Забавная, – отец Арчибальда ехидно рассмеялся, всё ещё держа руку занесённой. – Это – мне не сын!

– Пойдём, Ро-Ро, – Арчибальд потянул меня за подол рубашки к двери.

– Всего плохого, – кинула я, когда за нами захлопнулась дверь.

Покидали территорию мы молча. Арчибальд посмурнел, я почти видела, как крутятся мысли в его голове. Когда мы пересекли улицу он остановился, взяв меня за руку.

– Спасибо, – выдохнул он, прижимая меня к себе. – Спасибо, – прошептал в макушку.

И я только сейчас заметила, что его тело сотрясала слабая дрожь. Он боится его? Хотя я бы тоже боялась, наверное, если бы в меня тыкали пистолетом и не считали за человека.

– Всё в порядке? – спросила я, немного задрав голову, ища его взгляда.

– Это я у тебя должен спрашивать, – он рассмеялся, и меня коснулась вибрация его голоса.

– У меня всё окей, – покивала я, хотя где-то внутри бурлил адреналин, как бывает перед дракой.

– Теперь к тебе?

– Надо взять такси, у нас нет печатей, которые помогли бы пройти через прослойку, но тётя обещала этим заняться.

«Убер» приехал быстро, мы с Арчибальдом молча сели на заднее сидение, и так до конца поездки не проронили ни слова. Каждый был погружен в свои собственные пучины разума.

Его отец так странно называл академию, как будто в самом деле не знает, чем там занимаются.

– Арчи? – позвала я, когда машина отъехала, а мы оказались на подъездной дорожке к дому.

– Да, Ро-Ро?

– Твой отец он… – я замялась.

– Обычный. Он обычный, – он как-то сконфуженно покивал, как будто стыдился этого.

– Он не знает про академию?

– Знает, но… а ты что бы сделала? Если бы была обычной? Смирилась бы? Что у кого-то особые способности, а у тебя ничего? Ты бы поверила?

Я вспомнила детство с Хизер и улыбнулась.

– Не поверила бы.

– Ну и вот, – пожал плечами он. – Похоронное бюро? – он осмотрелся. – Мы точно туда приехали? Ты сказала домой?

– Ага, – я сконфуженно хихикнула. – Я говорила, что дом совмещен с бюро, в одной части дома поминальный зал и всё прочее, в другой уже жилая зона.

– Круто, – хмыкнул он, задрав голову, чтобы охватить взглядом всё здание.

– Арчибальд, можно я тебя попрошу? – я состроила грустные глаза.

– Всё, что захочешь, – игриво подмигнул.

– Две просьбы. Не упоминай происшествие в академии при моей тёте, – я показала один палец. – И не говори о магии при моей сестре, – разогнула второй. – Она… она обычная, ей не нужно знать, окей? Пусть она и дальше думает, что у меня не все дома, – я покрутила пальцем у виска.

– Как скажешь. Мне показать себя образцовым мальчиком перед твоей тётей?

– Её зовут Грейс и она ненавидит, когда её называют тётей.

– Зафиксировал, – Арчибальд постучал пальцем по виску.

Я взбежала по ступеням и распахнула дверь, крикнув:

– Грейс! Не ожидала? А я дома!

Она выбежала из кухни, вытирая руки зелёным махровым полотенцем.

– А я думаю, почему же это карты мне гостей показывают, – рассмеялась она, обнимая меня. – Ничего не случилось? Всё хорошо? Ты не ранена? – она взяла моё лицо в ладони и внимательно всмотрелась в мои глаза.

– Добрый вечер, Грейс, – Арчибальд аккуратно протиснулся внутрь, стараясь не задеть меня дверью.

– О-о-о, – протянула она. – Ты с другом, – она хихикнула и поманила нас в столовую.

– А Хизер дома?

– Буквально час назад ушла к Кристи на киновечер.

– Ты её потом заберешь?

– Конечно, ещё бы я позволила ей разгуливать одной по Бруклину, – она посмотрела на меня так, как будто я оскорбила её в самых лучших чувствах.

– Прости, я просто переживаю, – я положила ладонь на её руку.

– Роуз Роу, ты ужасно невежлива. Твой друг с нами уже почти десять минут, а ты всё ещё его не представила.

– Извините, – я закатила глаза. – Грейс, это Арчибальд. Арчибальд, это Грейс.

– Очень приятно, – тётушка казалась очень довольной. – Приятно знать, что в академии ещё остались красавчики, – хихикнула она.

– Грейс…– протянула я, хватаясь за голову.

– А вы с моей Роуз…

– Соседи! – выпалила я, а Арчибальд шумно захлопнул рот, потому что я его опередила. – Я живу в их общежитии, ведь оказывается в академии нет ни одной ведьмы мёртвых, – я всплеснула руками.

– Ни одной? – нахмурилась тётя.

– Вообще… ноль, – я пальцами показала два нуля.

– Раньше так не было, – Грейс задумчиво посмотрела на свои руки, очевидно, предаваясь воспоминаниям.

– И в каком же общежитии вы живёте?

– Алхимическом, – улыбнулся Арчибальд, сверкнув белыми зубами.

– А там всё так же… – тётя замолкла, подбирая слово. – Там всё так же занятно?

– Вполне, – кивнул он, не переставая улыбаться.

– А ректор сейчас там кто?

– Деметр Стеллинг, – ответила я.

– Ой, – тётя скривила недовольную мину. – Постоянно опаздывал и засыпал на занятиях по истории совета.

Я рассмеялась.

– Милая, помоги мне с чаем, хорошо? – она подмигнула так, как будто у неё случился нервный тик.

Я же решила не игнорировать настолько очевидные знаки к тайному совещанию и встала из-за стола.

Грейс закрыла дверь в кухню и встала подбоченясь.

– У вас что-то есть?

– Что? – я скривилась.

– Ты прекрасно знаешь о чём я, – покачала головой она.

– Грейс, нет! Мы даже не друзья, просто соседи, но сегодня я уже видела его отца, такой важный шаг, – я пошутила, но поздно осознала, что именно эту шутку в этот самый момент, Грейс не поймёт.

– Прошу тебя, будь осторожна, хорошо?

– Я всегда осторожна, – покачала головой я.

– А как же Мэйсон?

Я скривилась.

– Не будем о нём, ладно?

– Это из-за него? – тётя кивнула на дверь, за которой сидел Арчибальд.

– Сказала же, что между нами ничего нет, – я скрестила руки на груди.

– Но будет?

– Ты у нас прорицательница, вот и скажи, – я цокнула.

– Будущее…

– Туманно, ага, – закивала я. – Если ты закончила с допросом, может перейдём к чаю? В котором я ожидаю не почувствовать вкуса эликсира правды.

Тётя поджала губы, очевидно, тут же отметая этот план.

Я внесла в гостиную поднос с чайником и сервизом, от которого приятно пахло мятой.

Арчибальд улыбнулся, встав, чтобы мне помочь, но я покачала головой, оставив его сидеть на месте. Проще самой поставить, чем неловко передавать хрупкие предметы другому, ожидая, что один неосторожный шаг и многолетняя история разлетится осколками по лакированному паркету.

А Грейс следовала за мной с противнем свежих печений.

– Выглядит потрясающе, – восторженно проговорил Арчибальд.

– Спасибо, милый, – улыбнулась Грейс.

– Как вообще дела в бюро? – спросила я, разливая по чашкам чай.

– Как обычно, дорогая, старики да суицидники, – тон её голоса был весёлым, потому что годы работы выработали иммунитет к трагедии смерти. Для нас это обычная работа.

– Много?

– Нет, всего парочку было на этой неделе, даже возиться долго не пришлось, быстро переш…

Я покашляла, напоминая, что при посторонних вопросы о переходе лучше не поднимать и не обсуждать.

– Быстро перечислили деньги и заказали по хорошему гробу, – поправилась она.

Арчибальд рассматривал узоры на чашечке, как будто не слушая о чём мы говорим.

– В академии всё в порядке? – спросила Грейс, смотря Арчибальду прямо в глаза, когда он оторвался от созерцания нарисованных веточек, чтобы взять печенье.

– Как обычно, – улыбнулся он. – Учёба, сестринства и братства, – скучающим тоном перечислил он.

– А что? – спросила я.

– Твоё сообщение показалось мне тревожным, – она потеребила уголок скатерти.

– Я просто слышала, что когда-то произошло что-то страшное, мне стало интересно, но никто особо ничего не знал, поэтому я решила спросить у тебя, ты ведь тоже там училась.

– Училась, – вздохнула она, а её глаза затянуло плёнкой воспоминаний.

Я не ждала, что она расскажет откуда у неё шрам, она и не рассказала, только вздохнула, выныривая из отрывков прежней жизни.

– Пора, – Арчибальд взглянул на наручные часы. – Спасибо, Грейс, всё было потрясающе, – он очаровательно улыбнулся, и тётя ответила ему такой же улыбкой, но по прищуру я поняла, что она изучает его. Возможно, даже пытается заглянуть в его будущее, чего ей ещё ни разу не удалось.

– Предохраняйтесь! – крикнула Грейс, когда мы вошли в кладовку.

– Обязательно, – отсалютовал Арчибальд, а я пихнула его в бок, понадеявшись, что ему стало больно и он хоть капельку начал страдать.

Ожидая вдохнуть свежий воздух академии, я раскрыла глаза.

Арчибальда рядом не оказалось, а вокруг была совсем не территория кампуса.

Все подворотни во всех городах, как правило, одинаковые. И понять в какой части города я оказалась было совершенно невозможно. Граффити, вонь непонятного происхождения и субстанций, потом уродливые лужи, где-то медленно капала вода.

Чуть поодаль, едва доставая до пятна света, под единственным фонарём лежало тело. Шея неестественно вывернута, глаз не было, только пустые глазницы и искалеченные веки, как пасть венериной мухоловки в обрамлении накладных ресниц. Рот тоже был перекошен, вторя скрючивающей волне, которая охватила всё тело, заламывая конечности, выгибая всё тело в отвратительном направлении, стремящимся к спирали.

Казалось бы, обычное дело, в криминальных районах, если бы не серая жилетка со значком-гербом академии, который бросал издевательские отблески.

ГЛАВА 6

Бруклин 2019 год

Пара последних штрихов, и за слоем посмертного грима совсем не заметен шрам. Так просили её родители. А смотрящая на своё тело девушка печально вздыхала.

– Он тебе нравился? – спросила я.

Она пожала плечами и снова трагично вздохнула.

Не говорит, только вздыхает.

– Это произошло в детстве? – спросила я, продолжая работу над телом.

Она едва заметно кивнула.

– Было весело?

Губы призрака тронула лёгкая улыбка.

– Сейчас тебе лучше? – спросила я, когда натягивала рукава кофты, скрывая борозды шрамов на её руках.

Она снова кивнула и приложила руку к сердцу.

– Из-за любви?

Она отрицательно качнула головой.

– Не буду тебя доставать, я уже закончила. Хочешь посмотреть на бюро?

Она снова покачала головой.

– Останешься тут?

Она кивнула и вздохнула.

– Я проведу тебя после церемонии похорон. Скоро всё закончится. Только не бойся.

Она улыбнулась и уставилась в стену.

– Роуз! – крикнула сестра.

– М? – отозвалась я.

– Нового клиента везут.

– Так скоро? Странно.

В этом месяце, в самом деле, было очень много клиентов. Я едва ли спала больше четырех часов в сутки, и не всегда подряд.

Сначала я не обратила внимания, потом стала проверять каждое тело на остаточные следы магии. Кристальные детекторы ничего не показывали, но я чувствовала – что-то не так.

Для этого не нужно быть ведьмой мёртвых, достаточно быть сотрудницей бюро, чтобы отследить странную взаимосвязь. Клиенты почти все сплошь молодые, погибают при странных обстоятельствах или невыясненных причинах.

Потом они попадают ко мне. Мне редко достается заключение экспертов, так что я могу оценивать всё только с точки зрения… посмертной визажистки?

И эти души не говорят. Они молчат. Почему? Когда обычно их невозможно утихомирить, постоянно стонут, воют, говорят. Но не эти. Из-за чего?

Невольно вспоминаю духов из академии, но там всё было иначе, совсем иначе.

И чем дольше я об этом думаю, тем больше мне хочется приблизиться к разгадке, изучить, выявить, вдохнуть тайны полной грудью.

И всё же… он был прав: я жить не могу без того, чтобы всюду не сунуть свой нос.

Пять лет назад

Бруклин

Я смотрела на тело и не могла отвести взгляд, как будто если отвернусь, то оно непременно вскочит и вцепится мне в горло, разрывая зубами кожу, пытаясь добраться до пульсирующей артерии, а после зальёт всё моей горячей кровью, пока та не остынет на холодном щербатом асфальте.

Когда позади меня раздался топот бегущих ног, я вздрогнула и отвела взгляд от тела незнакомки.

– Ро-Ро, – Арчибальд кинулся ко мне.

– Тут это… – я указала на тело, но там уже ничего не было.

Я протёрла глаза. Нет, тут точно явно ощущается присутствие смерти, я чувствую её даже под тёмным флёром, пытающегося прикинуться вуалью сумасшествия.

– Там кто-то был?

Я кивнула. Медленно, почему-то очень осторожно, сделала несколько шагов до того места где лежало тело девушки.

Закрыв глаза нащупала остатки магии.

– Её перенесли, – не открывая глаз, прошептала я.

– Кого?

– Девушку, – прохрипела я. – Точнее её тело.

– Тебе не показалось?

– Нет, труп в форме академии.

– Не нравится мне это всё, – протянул Арчибальд, цокая.

– Почему мы не попали в академию? Что-то с печатью? – спросила я.

– Ро-Ро, если бы я знал, то непременно бы ответил. Вот найдём новую дверь и тогда узнаем, работает печать или нет. Хотелось бы, конечно, чтобы она работала, – Арчибальд вдохнул и картинно закатил глаза.

– А если не работает? То как нам попасть назад?

– На этот случай у меня есть один знакомый, но лучше бы нам к нему не обращаться, – он скривился.

Страшно обшарпанная дверь встретилась почти сразу. Наверняка она вела в технические помещения или какой-нибудь богами забытый старый склад.

– Не открывается, – я подёргала ручку.

– Было бы слишком просто, – цокнул он. – Отойди.

Он завел меня себе за спину, чтобы я не мешалась, а после уверенным движением, ударил ногой по двери, и та с грохотом раскрылась, поднимая в воздух клубы пыли.

– А я думала, что есть заклинание или что-то подобное, – усмехнулась я, помахав у себя перед лицом ладонью, чтобы пыль не попала в нос.

– Лучше старого доброго физического воздействия пока ещё никто ничего не придумал.

Мне хотелось саркастично вздыхать и закатывать глаза. Я устала и была самую капельку напугана, но Арчибальд выглядел так, словно это всё какой-то забавный квест. Он просто не видел тело, не видел, как оно смотрело своими безжизненными глазами.

Я зашла в затхлое помещение вслед за Арчибальдом, а когда за нами закрылась дверь, то всё завертелось.

Печать работала, но почему тогда нас выбросило в ту подворотню? Кто-то хотел, чтобы мы там оказались? Кто-то желал, чтобы я увидела тело? Или, чтобы это были мы? Подсказка? Предупреждение? Голова кругом, но не только голова.

Внутренности снова просятся наружу, когда мы оказываемся на такой тошнотворно идеальной лужайке перед академией.

– Ты как? – Арчибальд приобнял меня за плечи и помог мне встать.

– Как после центрифуги, – я откашлялась, держась за грудь.

Кое-как дошли до дома, Арчибальд откупорил бутылку, молча налил два бокала и протянул мне один.

Я выпила залпом, не спрашивая, что он налил.

– Ну, Ро-Ро, куда же ты вот так, по-варварски! – он всплеснул руками. – Хорошим алкоголем надо на-слаж-даться, – последнее слово он тщательно выговорил по слогам, очевидно, пытаясь донести до меня его отличительную важность.

Ничего особенного я не почувствовала, только горечь и крепость.

Арчибальд смотрел на меня крайне внимательно. Но напряжения между нами не было, как у меня обычно бывает с людьми. Тогда даже частички пыли поднимаются в воздух и начинают резонировать между собой, вызывая раздражение и першение в горле. С ним же всё было иначе, совсем по другому, как будто мы знали друг друга уже много лет.

Странно, да? Я едва его знаю, мы знакомы всего немного.

– Всё в порядке? – спросил он, подсаживаясь.

Арчибальд закинул на меня руку и совсем немного прижал к себе.

– А сам как думаешь?

– Отвратительно?

– Сойдёт, – пожала плечами я.

– Врёшь же, – он забавно поцеловал меня в висок. – Там правда было тело?

– Не веришь мне?

– Я тебе верю, – без колебаний кивнул он.

Одна его рука опустилась мне на колено и он дважды его сжал.

Он кажется простым. Не без собственных демонов, но проще, чем те, с которыми я сталкиваюсь обычно. Внутри него идёт война, которую он старательно прикрывает под маской развязности. Нет, я скорее всего надумываю, ведь люди сложнее, чем в сериалах, книгах и прочем медиа.

– Пойдёшь спать? Или посидишь ещё со мной немного?

– Хочешь, чтобы я осталась?

– Хочу, – медленно и хрипло проговорил он, понемногу приближаясь. Так, что я видела и смотрела лишь на его губы, немного потрескавшиеся, трещинки от алкоголя стали ярче, образуя странно завораживающие узоры.

– Я пойду, – я тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение.

Нельзя было позволять себе пытаться залатать дыру из-за Мэйсона кем-то другим. Это кто-то не заслуживает быть всего навсего заплаткой. Ни Арчибальд, ни кто-либо другой. Это совсем неправильно.

Поэтому, самое верное, что я могу – вовремя уйти, пока не совершила миллион ошибок о которых буду жалеть потом.

Наверное, это всё выглядело, как побег. Потому что я и сбежала, быстро поднявшись по лестнице, закрылась в комнате, чтобы просидеть на широком подоконнике до самого утра.

Из головы не шло тело, странность ситуации. Кто-то перехватил нас на пути в академию. Что случилось много лет назад с Грейс? Почему она каждый раз отказывается рассказывать? Я ведь уже не ребёнок, которого можно напугать страшной сказкой. Да и взрослой я стала слишком рано.

Без конца сидела над книгами в бюро, желая ещё хоть раз увидеть родителей. Они так больше ни разу и не появились. Тётя проводила их души, но из-за той двери вернуться не получится. Как бы сильно моё сердце этого не желало.

Что было бы со мной, если бы я могла общаться с ними? Например, по четвергам? Была бы я счастливее? Или это каждый раз рвало бы моё сердце на части, напоминая чего я лишилась?

И всё из-за академии.

Мама преподавала там, она отработала свой последний день, папа помог ей собрать вещи, а после они не смогли вернуться домой. Рождество мы больше не праздновали.

Хоть я и пыталась, ради Хизер, но смотреть на все украшения было невыносимо, они являлись напоминанием о разломе. Когда моя детская наивность столкнулась с тяжёлой реальностью. Когда праздничные венки сменили похоронные.

Может быть, я продолжала страдать, только потому что я эгоистка. Кто знает? Уж точно не я.

Когда на горизонте замаячил рассвет, а солнце отказалось выглядывать из-за пышных ватных облаков свинцового цвета, я легла в кровать.

Глаза устали, но сон всё ещё не шёл. Я ворочалась, в ушах стоял крик призрака, а сквозь смеженные веки видела вывернутое тело в форме академии.

Нет, я слишком много об этом думаю. Нужно успокоиться, прийти в себя. Будучи взволнованной, я никогда не смогу погрузиться в это.

Итак, у нас два тела. Две девушки. Обе из академии. Имя первой я не знаю, вторая даже смутно не кажется знакомой. Здесь сотни студенток и студентов, с которыми я могу даже ни разу не пересечься.

Устав ворочаться, я встала и спустилась в гостиную. В ней никого не было, хоть я и самую капельку надеялась увидеть Арчибальда. Не знаю зачем. Может быть, с ним тишина не была бы такой гнетущей, если бы я знала, что его сердце бьётся где-то за спинкой дивана, пока я колдую над скрипящей кофемашиной.

К окну кухни прилип осенний листочек, я аккуратно отодвинула одну створку, чтобы взять его. Всегда питала слабость к осенним листьям, но кажется забыла свой альбом. Вообще-то он был предназначен для фотографий, но мне нравилось приклеивать туда листья. Этот будет первым из академии.

Для раннего утра было слишком тихо. Я хотела отложить подобранный лист, но его в руке не оказалось. Я держала в руках пустоту. А оранжево-красный кленовый листочек снова был за окном. Створка была задвинута. Но точно помню, что оставила окно открытым.

Повторила действия, положив лист на деревянную лакированную столешницу и принялась смотреть на него, не отводя взгляда, не мигая.

В гостиной что-то упало и я обернулась, вздрогнув. Когда обернулась, окно снова было закрыто, а к стеклу прилип лист.

Что-то не нравится мне всё это.

Взяв пустую бутылку, я перехватила её, как биту и двинулась в гостиную на источник шума.

Что-то странно стучало.

Тук-тук.

Тук-тук.

Тук-тук.

Звук раздавался откуда-то из-за дивана, и я осторожно приблизилась, затаив дыхание.

Стук не прекращался.

Перегнувшись через спинку дивана, я посмотрела на пол.

Тук-тук. Тук-тук.

Билось человеческое сердце. Из разорванной верхней полой вены выливалась тёмная кровь с хлюпающим звуком.

Я перепрыгнула через диван и подобрала сокращающийся орган. Так не бывает. Нет, при достаточных условиях, сердце может биться вне тела, но что-то я сомневаюсь, что за диваном на ковре эти самые условия являются благоприятными.

Положив сердце на тумбочку, я двинулась дальше. Со всех сторон звучал шёпот. Медленно подошла к фиолетовой (единственной цветной во всем доме) двери Арчибальда, постучала. Но мне никто не ответил. Тогда я аккуратно повернула ручку и толкнула дверь. Она поддалась, открываясь со скрипом.

– Я надеюсь, что ты одет или что-то в этом роде, потому что происходит что-то странное, а я вхожу.

Арчибальд лежал на кровати. Свет падал на его бледное лицо через неплотно задернутые блэкаут шторы.

– Арчибальд? – я тронула его за плечо, но он не отреагировал.

Я раздвинула шторы. На светлом покрывале в области груди расползлось красное пятно.

Плотно стиснув зубы, я протянула руку и рывком стянула с него одеяло. Зияющая дыра там, где должно было быть сердце.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Я же сама пожелала, чтобы его сердце билось, пока я готовлю кофе! Но я хотела не этого! Мне просто не хотелось быть одной!

Кто-то в комнате громко чавкнул. Я перевела взгляд на тело Арчибальда. Его губы шевелились, он стучал зубами и бешено вращал глазами. А потом он сел в кровати и из дыры в его груди с хлюпаньем на одеяло вылилась кровь.

Я попятилась, но дверь захлопнулась. Шёпот сменился смехом. Всё внутри меня уже кричало от ужаса, пока дёргаясь и спотыкаясь, Арчибальд шёл ко мне.

– Ты убила меня, – взвыл он. – Ты!

Я закрыла голову руками, опасаясь удара.

Тук-тук. Снова раздалось.

Тук-тук. Кто-то стучал в дверь, истерически смеясь, срываясь в судорожные рыдания.

Звук проникал в самую голову, дурманя разум. Я вскочила, ища выход. Арчибальд замер, следя за мной пустым взглядом, но препятствий мне не чинил.

Оконная рама не поддавалась, за дверью что-то грохотало, а дверь вот-вот грозилась слететь с петель и мне не хотелось встречаться с кем-то по ту сторону с такой силой.

Я что-то упустила, но что? Сердце? Лист?

Выставила вперёд руку, растопырила пальцы. И принялась считать вслух:

– Один, два, три, четыре, пять, шесть…

Я потрясла головой.

– Один, два, три, четыре… а где?

Что-то не сходилось. Я смотрела на руку, пока пальцы не исчезли вовсе.

– Сон! Я сплю! – прокричала я.

Нужно было просыпаться, но у меня не выходило. Что будет, если я здесь умру? Я проснусь? Или в реальной жизни я тоже умру? Кто в силах так сильно влиять на сны и не давать проснуться?

То, что насылает кошмары… Мара? Или Мар?

– Я знаю, что я сплю. У тебя надо мной больше нет власти. Нет страха, нет пищи для тебя.

Мой голос не дрожал, я в самом деле успокоилась.

– Выпускай меня.

Я топнула ногой и закрыла глаза.

Когда открыла их снова, то я была в своей постели. Арчибальд тряс меня за плечи.

– Ро-Ро, вставай. Ты кричала и считала. Мучила эротическая математика?

Я рассмеялась.

– Фу, нет. Нужно кое-что сделать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

На самом деле это обычная стрижка с боковым пробором. Он обязательно должен быть ровным, четким и ярко выраженным.

Вернуться

2

(фр. Rose) – алкогольный коктейль на основе вишнёвого ликёра, сухого вермута и клубничного сиропа

Вернуться

3

«Афинские вечера» – разнузданные оргии, кутежи.

Вернуться