Ирина Кравцова
Зависшие

Глава 1

Крис прищурила глаза и нашла на табло номер своего рейса: регистрация на стойках 25 и 26. Не сказать, что она сильно любила летать, но на высоте ее охватывала какая-та приятная неведомая тоска. Обычно она всматривалась в облачную гладь, пытаясь увидеть в ней хоть кого-то, но, конечно, никого не видела. Сердце начинало заходиться и, задернув оконную штору, она закрывала глаза.

Пройдя регистрацию, Крис купила бутылку воды и присела на скамейку у нужного ей выхода. Теперь она часто летала в командировки и практически перестала бояться падения. Раньше она весь полет тревожно вслушивалась в шум двигателей и малейшее изменение в его рычании заставляло ее вцепляться в кресло и бледнеть. Теперь же Крис спокойно спала все время полета, и даже самая жесткая турбулентность не вызывала у нее панических настроений.

Через полчаса посадка на воздушное судно закончилась и Крис заняла место у окна прямо на крыле – ее любимое расположение. Рядом оказался парень приятной наружности, однако, с кольцом на безымянном пальце, а у прохода пожилая громоздкая мадам, увешанная дешевыми украшениями как цыганка на рынке. Она вздыхала и постоянно вытирала морщинистый лоб маленьким платочком. Видимо полеты давались ей нелегко, судя по красному лицу и тяжелому дыханию, но она усиленно сохраняла самообладание.

Милая стюардесса, прожестикулировав руками, удалилась в начало самолета и задернула штору в бизнес-класс, а приятный голос командира корабля пожелал всем пассажирам приятного полета. Самолет «побежал» по взлетной полосе все быстрее и быстрее, потряхивая стальными крылами и вскоре плавно оторвался от земли, выруливая в нужное ему направление. Увесистая мадам перекрестилась и еще больше покраснела, видимо из-за скачка давления, но взяла себя в руки и, нормализовав дыхание, закрыла глаза.

Крис всматривалась в уменьшающийся в размерах город и ее снова начинала охватывать необъяснимое щемящее чувство. В небе ей всегда было одновременно и страшно и до боли знакомо. Ей хотелось выйти на крыло и вдохнуть воздух полной грудью, но, понимая, что это невозможно, она лишь разочаровано вздыхала и отворачивалась от окна.

– А вы куда летите? – с улыбкой обратился к ней парень, и Крис вздрогнула от неожиданности.

"О, да тут шутники рядом", – подумала она и ей очень захотелось сострить в ответ, но почему-то она сдержалась.

– Туда же куда и вы, – спокойно ответила ему Крис и парень немного стушевался от такого серьезного ответа. Он поерзал в кресле и кашлянул:

– Вы к кому-то летите или по делам?

– К мужу, – устало повернулась к нему девушка и всем своим взглядом дала понять, что окольцованные самцы ее совсем не интересуют. Парень заерзал еще больше, и покраснев, уставился в телефон. Включив игру, он углубился в процесс или сделал вид, что углубился, а дама рядом наконец-то пришла в чувство. Она глубоко выдохнула и открыв бутылку воды сделала из нее большой глоток.

– Чертовы полеты, – прохрипела она, – я точно когда-нибудь скончаюсь прямо в кресле, и вам всем придется вернуться в аэропорт, чтобы снять мое жирное тело с рейса. Ее угрозы рассмешили всех сидящих рядом людей, и она сама не смогла сдержать ухмылку на лице.

–Ну серьезно, каждый взлет и посадка отнимают у меня по году жизни, – снова возмутилась дама, – еще с утра я выглядела гораздо моложе! Пассажиры рядом снова захихикали, и дама устало откинулась на спинку кресла.

Крис уставилась в стекло иллюминатора, еле различая внизу сквозь облака неровные холмы и петляющие реки. Солнце только вставало и где-то далеко на горизонте появился ослепительный, пока еще молодой и стеснительный луч. Вскоре он перестал смущаться и залил своим светом весь самолет. Крылья засияли, как серебряные, и Крис зажмурилась от ярких бликов. Погрузившись в размышления о сути своего рабочего полета, она не заметила, как стюардессы начали развозить обед. Парень радостно откинул столик и потер руки.

"Как будто только ради обеда и полетел, – подумала Крис, – наверное ему дома лень готовить, вот он и летает, чтобы поесть горячего". Она хмыкнула и почувствовала, как самолет вдруг увеличил скорость и начал подниматься выше ранее занятого воздушного коридора. Неприятное ощущение беспокойства возникло где-то в районе груди и Крис встряхнула головой. Двигатели рычали и судно продолжало набирать высоту.

Пассажиры нервно заерзали в креслах и стали переговариваться между собой. Стюардессы, заметив начинающуюся панику, поспешили успокоить людей, поясняя, что впереди идет обширный грозовой фронт, и командир принял решение обойти его чуть выше. Пассажиры, понимающе закивали головами и сделали вид, что абсолютно перестали переживать по этому поводу. Парень продолжал поглощать все, что предоставила ему на обед авиакомпания, а грузная мадам, видимо почувствовав себя нехорошо из-за резкого перепада давления, тяжело дышала и обмахивала себя инструкцией безопасности. Она закрыла глаза и только зрачки выдавали ее состояние: они пульсировали под веками и носились как неуправляемые гоночные машинки.

– Каждый полет для меня как последний, – заговорила мадам еле слышно, – вернее, я всегда на это надеюсь. Нет, не думайте, что я хочу, чтобы все рухнули, нет… Я очень хочу, чтобы однажды мое сердце не выдержало перегрузок и лопнуло. Просто хочу закрыть глаза и не проснуться.

Парень поперхнулся куском булки и уставился на мадам, потом на Крис, словно ища поддержки своему недоумению. Мадам сидела с закрытыми глазами и уже не обмахивала себе лицо. Зрачки уменьшили скорость и лишь еле заметно пульсировали.

– Но мое сердце невероятно сильное! Все слабое, а сердце сильное! Оно выдержит еще тысячу полетов, еще пару десятков килограмм моего пуза и хрен знает чего еще… А у него оно просто остановилось однажды, хотя он был моложе меня на десять лет и худее в три раза.

Под ресницами мадам предательски блеснула крупная слеза и выждав время скатилась по красной щеке.

Парень, окончательно потеряв аппетит, кашлянул и отодвинул от себя упаковку с недоеденной рыбой. Крис, не зная, что принято говорить в таких случаях, перевела взгляд в окошко иллюминатора и задумалась. Живем, едим, летаем, строим планы, пытаемся создать семьи, любим, а потом раз и нет жизни. И груз виснет на плечи и тянет к земле, не дает спокойно существовать и мыслить. Лучше быть одной и переживать только за себя, чем возвращаться вновь и вновь к воспоминаниям, которые больше никогда не повторятся.

– Меня зовут Николас, близкие зовут меня Ник, – прервал ее мысли парень и улыбнулся, – а вас?

– Вот скажите зачем вам мое имя? Вам своего мало? – Крис перевела равнодушный взгляд на смутившегося парня и добавила, – Крис, меня зовут Крис и близкие зовут меня Крис, надеюсь теперь вы сможете спокойно заняться своими делами.

– Не подумайте ничего плохого, узнать имя – это элементарное проявление вежливости и дружелюбия. Нам лететь больше семи часов, я бы хотел в случае необходимости обратиться к вам по имени.

– Маргарита! Друзья зовут меня старой кошелкой и рыжим тяжеловозом! – громогласно, не открывая глаз выдала мадам, – но вы можете звать меня Марго, ведь вы не мои друзья!

Мадам расхохоталась хриплым голосом и повернула голову к парню.

– А что, тебе мое имя не интересно? Нам лететь более семи часов, и заметь, я занимаю весь проход! Уверена, что скоро тебе придется ко мне обращаться и хочу, чтобы это было по имени!

Крис рассмеялась, а парень, покраснев и пробурчав себе под нос что-то нечленораздельное, достал наушники и откинувшись на спинку кресла закрыл глаза.

Крис шла по массивному плотному облаку, разглаживая рукой небрежные облачные завитки. Она щурилась на языки пламени огромного солнечного диска и ощущала невыносимый жар. Свобода! Какое эфемерное ощущение. Свобода от обязательств, ответственности, ненужных ценностей и тяжестей земной жизни. Ощущение, что ты наконец-то дома и можешь быть тем кем захочешь, не играя, не боясь, что тебе проткнут сердце предательством или выпилят мозг надуманными претензиями. Крис вдохнула жар полной грудью и вдруг ощутила, как облако резко тряхнуло и оно начало уходить из-под ее ног. Крис садится на корточки, судорожно хватается пальцами за горячие облачные завитки и пытается не упасть. Облако трясет сильнее, Крис теряет самообладание и с громким криком просыпается в своем кресле. Она шарит глазами вокруг себя, смахивает капельки пота со лба и оглядывается вокруг.

– Ну ты и спать, я не мог тебя разбудить! Пристегни ремень, трясет, – прошипел ей Ник и трясущимися руками щелкнул карабином. Его бледное лицо изменило очертания: из приятного весельчака он превратился в дрожащего перекошенного старика. Ничто так не меняет внешность как болезнь и страх. Они обнажают, искажают черты, делают их резкими и неузнаваемыми. Мадам же с одутловатым красным лицом казалась еще массивнее и старее. Она тяжело дышала, вцепившись толстыми руками в подлокотники и периодически шевелила губами, видимо читая молитву или наоборот ругаясь. По салону был слышен ропот и единичные вскрики и визги. Мужчины успокаивали женщин и детей, стюардессы, держась за спинки кресел проверяли ремни безопасности пассажиров, попутно объясняя штатность ситуации и ободряюще улыбаясь.

Крис села прямо и посмотрела в окошко. Серебристые крылья ожесточенно тряслись от воздушных потоков, то и дело освещаясь от далеких молний. Судно периодически проваливалось в воздушные ямы и под дружный крик пассажиров снова пыталось набрать высоту. Паника начинала подступать к горлу Крис, но она старалась глубоко дышать, не давая рвотным позывам подниматься выше. Она сглатывала слюну пересохшим ртом и продолжала наблюдать за трясущимися крылами.

– Да закрой ты его!

Ник резким движением задвинул шторку иллюминатора и закрыл глаза.

– Господи, помоги! – прошептал он сухими губами, – Я еще ни разу не попадал в такую сильную тряску, а летаю я очень много. Он же хотел облететь эту чертову грозу!

В этот момент двигатели лайнера шумно загудели и весь салон замолчал. Крис почувствовала, как ее сердце начинает бешено биться о грудную клетку, щеки кинуло в жар, и паника овладела ее разумом. Ей стало трудно дышать, глоток воздуха застревал где-то по пути в легкие и с треском выходил наружу. Откинувшись на спинку кресла, она закрыла глаза и пыталась остановить начавшееся головокружение и тошноту. Шум двигателей становился неравномерным, лайнер то провалился в ямы, то снова под рев турбин выныривал на нужный эшелон. В салоне повисла зловещая тишина, разрывающаяся только натужным криком маленького ребенка.

Лайнер дернуло в сторону, турбины взревели и Крис почувствовала, как ее мозжечок устремился ко лбу и ее наклонило вперед под оглушительный рев пассажиров. Ремни безопасности натянулись, повинуясь чувствительному крену и Крис впервые оглушительно заорала.

– Мы падаем! Ник, мы падаем, нос смотрит вниз!

Растрепанный Ник посмотрел на нее полными ужасом глазами, открыл рот, но тут же потерял сознание от навалившейся перегрузки. Крис почувствовала, как ее голову затягивает невидимая воронка и прежде, чем отключиться, в полуобморочном состоянии, она прошептала:

– Остановись…прошу…

Крис шла по облаку, проваливаясь по колено в ватное полотно. С трудом переставляя ноги, она осматривала пространство вокруг себя и не понимала, где находится. У нее нестерпимо болела голова и грудная клетка, казалось, она находится в вакууме, но тем не менее может вдыхать кислород. Абсолютное отсутствие каких-либо звуков и воздушных движений, даже в обмороке наводило ее на мысль, что она просто уснула. Обернувшись вокруг себя, вдали на горизонте, она заметила, как бликует серебристый фюзеляж лайнера. Прищурившись и наклонив голову на бок, она несмело пошла к нему, ускоряя шаг и путаясь в плотных завитках облачного тела. Вот она уже переходит на бег и части облака отрываются под ее тяжелыми шагами и разлетаются вокруг. Она бежит быстрее, ей становится трудно дышать, но лайнер не приближается, а становится все мельче. Она тянет к нему руки, пытается кричать, но страх блокирует голосовые связки и с натужным хрипом она открывает глаза.

На ее тело навалилась вся тяжесть земного притяжения и Крис с болью попыталась поднять голову. Ремни безопасности резали живот, и она с усилием щелкнула карабином. Когда стало легче дышать и двигать телом, она с опаской перевела взгляд на Ника. Его голова безжизненно висела, касаясь подбородком груди, мокрые пряди волос прилипли ко лбу, а полуоткрытый рот не подавал признаков дыхания. Все его тело обмякло и висело безжизненным манекеном. Крис со стоном выпрямилась в кресле и подавшись корпусом вперед посмотрела на мадам. Марго сидела, раскинув в стороны безжизненные руки, а голова, повисшая на бок, со съехавшими массивными серьгами, казалось, вот-вот оторвется и укатится в проход салона. Крис внимательно посмотрела на ее грудную клетку, пытаясь уловить хоть минимальное движение, но она была абсолютна статична. Ни единого колыхания, ни единого звука.

"Что происходит? Мы разбились? Я в раю? – судорожно пролетели мысли в ее голове. Она увидела под ногами бутылку с водой, с болью наклонилась вперед и нашарила ее рукой. – Пить! Я умру прямо сейчас если не сделаю хоть глоток…"

С жадностью глотая прохладную влагу и попутно обливая себя, Крис попыталась понять, что произошло.

"Однозначно мы погибли и мой мозг транслирует мне последнее, что я видела перед смертью. Мы не двигаемся, не падаем, не летим. Нет ни единого звука. Не работают двигатели, никто не дышит. Кроме меня. Но, учитывая, что мы все уже трупы, я тоже не дышу – это игры моего погибшего разума. Мне нужно подождать, и моя душа куда-то начнет двигаться. Ну рай, ад, что там дальше обычно в таких случаях".

Крис откинулась на спинку кресла, насколько это позволял угол падения, закрыла глаза и глубоко вдохнула. Прошло около пяти минут, но ничего не происходило.

"И что дальше? Может моя душа не поняла, что она умерла и поэтому зависла между небом и землей? Надо проговорить, что я все поняла. Я понимаю, что наш самолет разбился. Я потеряла сознание от перегрузок, раньше, чем он рухнул, поэтому мое сознание воспроизводит, то, что видело в самый последний момент. Я все понимаю, мы погибли, я погибла. Куда мне дальше?" Но никто не ответил на ее вопросы и от висящей тишины у нее зазвенело в ушах.

"Видимо нужно время, – решила Крис, – у меня сейчас мозг взорвётся от этого звенящего писка в моих ушах. Смешно…Мозг взорвется! Он точно уже взорвался вместе с самолетом!"

Крис улыбнулась придуманному каламбуру и вспомнила, что у Ника были наушники. Она с осторожностью приподняла его голову и вытащила наушник из его уха. Второй оказался под его ногами и также был поднят и протерт.

"Надеюсь они работают", – Крис всунула их в свои уши, нашарила свой телефон в кармане сидения и подключила устройство. Звенящая тишина пронзила ее голову, и она скривилась в печальной гримасе. Тыкая на все песни, она наблюдала, как проигрыватель показывает исполнителя, но не включает звуковую дорожку.

– Ну, давай, давай! Работай! – злобно прошипела она и заорала от неожиданной громкой музыки в своей голове. Уменьшив громкость, Крис почувствовала долгожданное облегчение и закрыв глаза, погрузилась в мир любимого исполнителя. Она даже некоторое время подпевала песни, слова которых знала наизусть, но после третьего трека, вытащила играющую гарнитуру из ушей.

– И? Долго мне тут сидеть? Это уже не смешно. Я прожила нормальную жизнь. Не сказать, что праведную, но вполне приемлемую. Не убила, не украла, не прелюбодействовала. Немного чревоугодничала и завидовала, но ведь это точно не повод никуда меня не определить. И вообще почему я хочу есть? Неужели, там тоже надо думать, что приготовить? Нужно успокоиться и уверена, что скоро все решится.

Крис снова уселась поудобнее и закрыв глаза, еле шевеля губами, начала читать молитву, которую она выучила еще в детстве. Когда ее родители снова ругались, она забегала в свою комнату, садилась на кровать, и сложив маленькие ладошки, шептала волшебные слова. Этому ее научила ее любимая бабушка, и маленькая Крис свято верила, что как только она произносит последние строчки молитвы, ее родители начинают выяснять отношения чуть тише, потом уже просто говорят, а потом уже и смеются. Вот и сейчас маленькая Крис сложила ладошки перед собой и зашептала записанный на самую подкорку мозга текст.

Глава 2

Наушники закончили очередной трек и замолчали. Крис открыла глаза и нервно постучала кулаком по подлокотнику.

– Это начинает бесить, – проговорила она, разрывая своим голосом нависшую тишину, – у меня все затекло, мне просто необходимо размяться.

Со стоном престарелого человека она встала на ватные ноги, обхватив руками изголовье впередистоящего кресла и почувствовала, как по ним побежали реактивные мурашки. Расправив плечи и сделав пару наклонов в стороны, она наконец-то смогла вернуть себе способность полноценно двигаться и перешагнув через обмякшие ноги Ника, а потом протиснувшись через Марго, остановилась в общем проходе. Картина, открывшаяся ее взору, заставила на секунду засомневаться в собственной адекватности.

Она медленно продвигалась по коридору, перешагивая разбросанные по пути личные вещи и посуду и осматривая людей, появляющихся в ее поле зрения. Они все сидели на своих местах, пристегнутые ремнями безопасности, но кое-что заставило Крис вскрикнуть и в испуге упасть на колени, закрыв рот рукой. Рука крепкого мужчины в ярком синем свитере, сидящего у прохода по левому краю чуть дальше ее ряда, крепко держала подлокотник кресла. Крис видела его белые напряженные пальцы, казалось, что еще немного и их косточки хрустнут от силы давления. Пытаясь унять бешенное сердцебиение, она поползла на четвереньках вперед, вглядываясь в эти пальцы. Крис чувствовала ненормальность этого момента, но страх не давал ей привести мысли в порядок и, придвинувшись к его руке, она дотронулась до мизинца и почувствовала, как напряжены его сухожилия. Крис медленно подняла глаза выше и заткнув рот рукой, суча ногами по синтетическому паласу отпрянула на пару шагов назад. Мужчина застыл в беззвучном вопле с открытым ртом, а его выпученные глаза были наполнены звериным ужасом.

"Что происходит?? -носились мысли в голове Крис, – почему он в сознании? Почему у него открыты рот и глаза??"

Крис, вытянув шею, осмотрела все, что попалось в поле ее зрения. Молодая девушка, обхватила руками колени и легла грудной клеткой на ноги, ее лицо не видно. Мужчина висит на ремне наклоненным вперед торсом с раскинутыми в стороны жилистыми руками. Женщина корпусом навалилась на соседнее кресло и, накрыв руками съёжившегося подростка, скривила лицо в неестественной гримасе.

Крис задом доползла до своего ряда, села у громоздкой ноги Марго, выставленной в проход и расплакавшись, обхватила ее руками.

– Марго, Марго, – рыдала она, – что это… как это…. Марго… Мне страшно.

Рыдания то переходили в вой, то становились беззвучным сотрясанием зловещей тишины. Когда истерика себя изжила, Крис почувствовала, как в ее глазах темнеет, по телу разлилось бессилие и, обмякая на полу в обнимку с ногой Марго в кружевном капроновом чулке, она, уже практически засыпая, прошептала:

– Очнись, Марго…Мне так страшно…

Крис сидит на четвереньках на огромном мохнатом облаке. Оно кажется пушистым, но почему-то колени ноют от соприкосновения с ним. Вытирая остатки слез с красных щек, она оглядывается вокруг себя и видит вдали серебристый фюзеляж лайнера. Он наклонен вперед под некритичным, но видимым невооруженным взглядом углом. Крис не хочет идти к нему, облако ей кажется более безопасным местом, и она остается сидеть на месте. Ветерок обдувает ее лицо, и она наконец ощущает облегчение и покой.

– Деточка…, – доносится из лайнера. Крис напрягает слух, – деточка…

Крис, прищурив глаза пытается рассмотреть откуда доносятся слова и ползет на коленях по облаку, натирая колени о синтетические завитки.

–Деточка…

Ветерок обдувает ее лицо, и она открывает глаза.

Над ней нависает красное лицо Марго, губами она дует ей на щеки, а толстыми мягкими пальцами убирает со лба спутанные пряди волос.

– Деточка, ты очнулась, слава Богу, – хрипло прошептала она, – ты почему внизу? Покосившись на свою ногу, которую Крис так и не выпустила из своих объятий, Марго попыталась сесть прямо, но охнув остановилась.

– Я затекла абсолютно вся, я не чувствую даже свою пятую точку, – Марго с кряхтением подтянула себя глубже в кресло и размяла пальцы рук ритмичными движениями.

– Мы уже приземлились? Я видимо отключилась во время тряски. Ох, уже эти перепады давления, я точно когда-нибудь взорвусь прямо в кресле.

Марго хотела еще что-то добавить про свою возможную смерть, но взглянув на ошарашенную Крис осеклась.

– Крис, почему ты так странно на меня смотришь? Мы выходим или нет? Почему никто не встает?

Марго с трудом повернула голову направо и потормошила безжизненного Ника по плечу:

–Эй, Николас неудавшийся ловелас, как тебе полет? Крис, мне кажется ему нехорошо, он такой бледный.

Марго аккуратно подняла пальцем подбородок Ника и посмотрела на его лицо.

– Я могу ошибаться, но мне кажется он не дышит! Крис! Доктор! На борту есть доктор? Стюардесса, человек не дышит!

Марго вынырнула головой в проход и осмотрела его вперед и назад.

– Что здесь черт возьми происходит? Почему все сидят? Где персонал?

Крис села в проходе и сложив руки у себя на груди, пожала плечами.

– Марго, я тоже ничего не понимаю. Я очнулась раньше тебя, в полной тишине. Я думала, мы все разбились, что я погибла. Они все сидят в разных позах, у некоторых открыты глаза! Но никто не дышит, понимаешь. И ты, ты тоже не дышала!

Брови Марго поползли вверх по морщинистому лбу, глаза округлились, и она с трудом сглотнула застывший в горле комок.

– Что ты такое говоришь, милая, ты, наверное, при посадке ударилась головой. Иди сядь на свое место, уверена, скоро нам разрешат покинуть самолет. Какая у нас погода за бортом?

Марго с усилием протянула руку мимо Ника и резким движением открыла шторку иллюминатора.

– Какого лешего…

Марго разинула рот и застыла с вытянутой рукой.

За стеклом был изумительный вид. Ради таких видов Крис переборола страх полетов и стала вызываться на всевозможные командировки. Бескрайняя облачная гладь и лазурный горизонт.

– Какого лешего, – повторила Марго, – мы еще летим?

Крис снова пожала плечами.

– Двигатели не слышно…Ничего не понимаю.

Марго несколько раз сильно зажмурила и открыла глаза и снова посмотрела в иллюминатор.

Очень красивый завораживающий вид не изменился.

– Так, мне нужно выйти, Крис подвинься.

Схватившись за изголовье впередистоящего кресла Марго, раскачивая тело, с усилием встала на затекшие ноги. Она подождала некоторое время, чтобы запустился кровоток и развернувшись вышла в проход. Переваливаясь с ноги на ноги, вполоборота она пошла в начало самолета, переступая через раскиданные на полу вещи и попутно осматривая пассажиров.

– Хм… Это как? Ничего не понимаю, – слышались ее вздохи и возгласы. Далее раздался приглушенный крик и Крис поняла, что она дошла до мужчины в синем свитере.

– Крис, тут мужчина с открытыми глазами и ртом! Я вижу его кариес! Эй, мужчина, очнитесь.

Марго потормошила его за плечо, но поняв, что это бесполезно, задумалась и застыла, уперев руки в бока.

– Итак, что получается, – неожиданно заговорила она через минуту и сидящая на полу Крис вздрогнула, – они все как будто без сознания, они все не дышат. Как ты говорила ранее, я тоже не дышала, но почему-то очнулась. Самолет не двигается, он как – будто завис в воздухе. Мы либо все умерли, либо попали в какой-то портал, где время течет по-другому. Не сходится только одно – почему мы в сознании, а они нет.

Марго потерла лоб рукой и встряхнула головой.

– Крис, я жутко проголодалась, давай пообедаем. Как думаешь, у стюардесс еще осталось что-нибудь из съедобного?

Крис поднялась с пола и протиснувшись мимо Марго прошла к носу самолета. Одернув штору в бизнес-класс, она с любопытством рассматривала ее пассажиров. Ей всегда было интересно, кто эти люди, которые могут себе позволить такие места. Точно знаменитости и бизнесмены, простому смертному не по карману такие комфортные перелеты. Двое мужчин сидели с опущенными вниз головами, а на полу валялся чей-то ноутбук, на экране которого застыла сцена из фильма. Крис подняла технику и, аккуратно закрыв, бережно положила ее на колени мужчины, сидящего ближе всего к ней. Она прошла чуть дальше и увидела девушку, практически лежащую в откинутом кресле и накрытую покрывалом. У нее на глазах была светонепроницаемая повязка, а из расслабленных рук практически выпал мобильный телефон. Рядом лежала открытая пачка картофельных чипсов и бутылка газированной воды. Надеясь, что в случае чего девушка не разозлится, Крис забрала пачку и воду, и пройдя весь бизнес-класс, оказалась у основной двери выхода и кабины пилотов. На откидных стульчиках сидели две девушки стюардессы. Они обе были пристегнуты ремнями безопасности и висели безжизненными телами в разные друг от друга стороны.

– Крис, ну что там, нашла что-нибудь? – послышался приближающийся голос Марго, – О, да тут намного просторнее, я, пожалуй, сяду здесь.

Марго с довольной улыбкой, придерживаясь за подлокотник, уселась в широкое кожаное кресло и с удовольствием вытянула ноги, – это вам не эконом с ногами около головы.

Марго хрипло расхохоталась и осмотрелась.

– Крис расскажи по порядку, как ты очнулась и что делала? Нужны все детали, они могут оказаться очень важными! О, чипсы!

Крис присела на широкий кожаный подлокотник и отдав пачку Марго начала вспоминать, все что происходило.

– Потом, когда мне надоело слышать музыку, я решила осмотреть самолет, – сказала Крис, отпивая из бутылки с газированной водой и передавая ее Марго.

– Постой, ты слушала музыку? Как? Тут же ничего не двигается, все фильмы на экранах сидений застыли в одном фрагменте, а стрелки моих мои часов стоят на одном и том же месте.

Марго все же желая в это еще раз убедиться поднесла наручные позолоченные, но явно дешевые часы к глазам и постучала пальцем по циферблату.

– Ну конечно, абсолютно не двигаются.

У Крис по затылку пробежали колючие мурашки от осознания еще несформулированной важности этого момента. Она слушала музыку через наушники Ника, подключённых к ее смартфону.

– Но заработали они не сразу…Только после того, как я на них накричала.

– Накричала на наушники? – покосилась на нее Марго, – И что же именно ты кричала?

– Я кричала что-то типа да включитесь вы уже.

Марго заерзала на кожаном сидении, подняв указательный палец. Какие-то гениальные мысли роились в ее голове, она то и дело прищуривала глаза и что-то бормотала накрашенными губами. Наконец она многозначительно перевела взгляд на Крис и протянув ей свое запястье с наручными часами торжественно произнесла:

– Кричи!

Крис, не совсем понимая, что именно хочет проверить Марго наклонилась к потёртому циферблату и крикнула:

– Работайте!

Марго и Крис молча посмотрели на застывшие часы, но ничего не произошло.

– Что-то не сходится, что-то еще должно быть. Возможно, это все просто совпадение, но мы просто обязаны отработать все версии. В нашей ситуации нужно хвататься за каждую соломинку. Что ты еще делала в этот момент? Может чесала себе глаз? Или трогала Ника за коленку? – Марго хмыкнула, довольная своей шуткой, но увидев укоризненный взгляд Крис, кашлянула, – что еще ты делала в этот момент?

Крис задумалась, но ничего особенного в своем поведении вспомнить не могла. Она просто держала гарнитуру в руках, а потом невоспитанно ее отругала.

– Отлично, держала в руках, ты их касалась.

Марго снова протянула руку с часами вперед:

– Положи на них ладонь и прикажи работать.

Крис с мыслью, что они точно две сумасшедшие, одна из которых еще по всей видимости начинающая ведьма, накрыла прохладный циферблат пальцами и приказным тоном произнесла:

– Работайте!

«Тик-так, тик-так, тик-так» под открывающийся рот и округляющиеся глаза Марго раздалось в статичном воздухе. Крис медленно подняла ладонь с часов. Секундная стрелка с механическим писком резво шагала по кругу, начав новый отчет с неизвестного времени в никому неизвестном измерении.

– Ты понимаешь, что это значит?? – зашептала Марго, – ты можешь разблокировать замершие вещи! Часы, телефоны, и все, что есть в кабине пилотов. Мы можем запустить двигатели и попробовать сесть на землю! Ты умеешь рулить Боингами? – Марго умоляюще уставилась на Крис, но получив отрицательный ответ, тут же взяла себя в руки.

– Это нестрашно, мы найдем того, кто умеет. Кстати, а не ты ли меня разморозила?

Крис почесала кончик носа. Она не совсем помнит, как проваливалась в постистеричный сон, но точно помнит, как обнимала ногу Марго.

– Я не уверена, но мне кажется я просила тебя очнуться. И держала тебя за ногу.

– Да, я помню, мне еще тогда показалось это странным, – Марго улыбнулась, но тут же приняла очень серьёзное выражение лица, – Крис, если мы все правильно поняли, то тебе достаточно дотронуться до человека и сказать проснись или очнись. Ох, у меня мурашки бегут по всему телу, и я невыносимо хочу в уборную. Марго быстро вскочила с кресла, изрядно удивив Крис своей проворностью и подбирая полы длинного шелкового платья практически переходя на бег кинулась в сторону санитарного узла.

– Без меня никого не размораживай! – успела крикнуть она напоследок и захлопнула дверцу туалетной комнаты.

Крис чувствовала себя в странном, даже скорее всего страшном сне. Она может заставить вещь начать снова работать, а человека очнуться и это выглядело и звучало слишком бредово. Почему именно она может это сделать, а Марго нет? Почему изначально Крис проснулась сама, а остальные только по ее приказу? И вообще, что произошло с самолетом и находящимися в нем людьми? От потоков мыслей у нее начала болеть голова и она растерла виски сильными нажатиями кончиков пальцев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.