Григорий Грошев
Невеста колдуна

1.

«МОЯ ИСПОВЕДЬ

Толпа снова вершила правосудие. Несчастного горожанина, обвиняемого в колдовстве, связали и били плетью. «Одержимый!» – разносилось по улице. Городская полиция успела в последний момент. Когда разъяренная толпа собиралась сбросить свою жертву в воды Типы, обречённого вырвали из их рук…

Чтобы передать в руки настоящей инквизиции. Я смотрел на это с безопасного места. С безопасного расстояния. Люди боятся магии. Колдуны могут оказаться повсюду. Твоя любимая жена, дорогая сестра, уважаемая бабушка… Моя проблема в том, что я не верю в колдовство.

Мне повезло, ибо я в безопасности. Эрлих приютил меня. Он занимает здание, в котором раньше была школа. Таковых заведений мне застать не удалось. Все потому, что в какой-то момент инквизиция поняла: глубокие знания – путь к колдовству. Уже пять лет минуло с тех пор, как я оказался в доме Эрлиха. Пять лет с того момента, как моих драгоценных отца и матушку придали огню.

Здесь, в доме Эрлиха, ещё десять послушников и послушниц. Чем занимаюсь я? Разношу по городу его лечебные настойки. Эти напитки настолько популярны, что значительная часть уходит в столицу, к королю. Я и сам лечусь ими. Иногда. Эрлих – добрый аптекарь, он очень любит детей, кошек и собак. Животных он нередко забирает с улицы. Однажды мне довелось увидеть, что он делает с котами… Впрочем, обо всем по порядку».

– Пишешь? – спросил Эрлих, появившись за спиной юноши.

– Да, господин, – смущённо ответил парень. Он совершенно не заметил аптекаря.

– Правильно, – кивнул мужчина. – Грамотность – это путь к познанию. Мысли, подобно вещам, нужно постоянно раскладывать по полкам разума, избавляясь от ветхих. Сколько раз просил не называть меня господином?

– Простите, господин, – смутился юноша.

Эрлих рассмеялся.

– Ты знаешь, почему я пришел к тебе?

– Нет.

– Поговорить про Яву. Вчера она…

2.

Ява – красавица. Она появилась в обители год назад. Лишь недавно ей исполнилось восемнадцать лет. Кто она, откуда – не имею ни малейшего представления. Высокая, чуть выше меня, с широкими бедрами и приподнятой грудью. Я должен признаться, читатель. Однажды, когда послушницы купались в бане, мне захотелось полюбоваться их раскрасневшимися телами. Каю, Иву и Нику я уже видел.

Каждая из них юна и хороша собой, но не больше. Но Ява… Как царственно она сидела, выпрямив свою роскошную спину. Как прохаживалась с ковшиком к камням. Эти бедра, эта грудь, этот холм Венеры навечно поселились в моей памяти…

Впрочем, Эрлих недоволен Явой. Месяц назад ей исполнилось 18 лет. Он говорит, что она должна приносить пользу, как и каждый из нас. Как все послушники. Ведь обитель – это не монастырь. Здесь каждый делает все, что может. Все, что скажет Эрлих. Я уже говорил о том, какой он прекрасный скульптор? Страстно хочу быть похожим на него. Хоть чуть-чуть.

– Вчера Ява ходила по коридору с косой… – вздохнул аптекарь. – И говорила на неизвестном языке.

– Не может быть! – воскликнул я.

– Я записал кое-что… – продолжил Эрлих. – Ин сато да сата. Она повторила это с десяток раз.

– Какой кошмар…

– Для тебя есть два поручения, – продолжил Эрлих, не замечая моего ужаса. – Сегодня, когда ты разнесешь зелья, зайди в монастырь. Тихо, не привлекая внимания. Следуй в библиотеку. Там найдешь большой зелёный фолиант. А ночью…

3.

Говорят, что в городе когда-то были фонари, и по ночам улицы были светлы, как днём. Так это или нет – понятия не имею, но столбы стоят. Лет двадцать-тридцать тому назад повстанцы развешивали на них служителей короля… О том мне поведала матушка. Этого ужаса я не застал.

Были фонари или нет – не так уж важно. Настойки доставлены. Теперь – поручение. Крадучись, пробираюсь в библиотеку. Монастырь обходят стороной, и мне удаётся пробраться тихо. Огромные стеллажи с книгами. Даже после Большого Сожжения их – гигантское количество. Сотни. Тысячи. В этот момент главное – не отвлекаться.

Ни одна из книг не подпадает под описание Эрлиха. Рядом прошел мрачный монах, и мне пришлось затаиться. Я знаю, что посещать библиотеку не запрещено. Знания открыты каждому – таков девиз инквизиции. Но то – девиз… И сейчас мне почему-то очень страшно. Настолько, что руки дрожат. Внутри всё похолодело. Страшно, но интересно. Здесь – вся мудрость моих предков.

Как отыскать песчинку на этом морском берегу? После долгих поисков мне на глаза попался зеленый фолиант. «Одержимость» – гласила надпись. Почему Эрлих, заслуженный аптекарь, не может посетить библиотеку? Всё просто. Он не подходит к храмам ближе, чем на сотню метров. Таков его принцип.

Почему? Понятия не имею. Так же инквизиция обходит нашу обитель стороной. Тихо, аккуратно листаю фолиант. Корю себя, что руки мои недостаточно чисты для чтения. После долгих поисков на глаза попадают нужные строчки. Инсата… Именно в этот момент я чувствую, что на мое плечо ложится чья-то тяжёлая рука.

4.

В самом начале исповеди я обещал рассказать о том, как Эрлих спасает кошек и собак. Этот секрет открыт лишь мне – одному во всей обители. И открыт случайно. Эрлих забыл закрыть дверь в свою лабораторию – так я оказался там. Несколько слов про мастера. На производстве трудятся послушники. Они могут ходить, куда угодно, но не в лабораторию.

Туда я забрёл, чтобы сообщить господину срочную новость. И раньше мне доводилось замечать, что кошек и собак у нас всегда примерно одинаково. А ведь должно бы становиться больше. Мало того, что Эрлих несёт их с улицы. Как известно, собаки и кошки – божьи создания, плодятся и размножаются.

Но в обители Эрлиха их всегда около 20 голов. Перейдя порог запретного места, мне стало понятно, куда деваются лишние. В своей лаборатории господин вытворял такое… Глядя на умерщвленных животных, зафиксированных на столах, у меня пересохло во рту. А господин работал длинным тонким ножом, будто не замечая моего присутствия.

– Устройство всех живых существ примерно одинаково, – сказал Эрлих после долгого молчания, комментируя свои действия. – Позвоночник – будто каркас, сердце – насос. Познавая строение этих тварей, я узнаю больше о нас с тобой. Если хоть одна живая душа узнает о моих изысканиях, гореть нам на костре. Обоим.

Когда монахи швырнули меня, избитого, к ногам Эрлиха, тот лишь улыбнулся. Понятия не имею, как он догадался выйти за порог обители именно в этот момент. Мне стало теплее от его улыбки, хотя кости ныли, а кожа – пылала огнем. Час назад меня били и секли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.