# Клон

Мария Михайлова

В мире, где дожди смывают грехи мегаполиса, а технологии стирают границы человечности, Лекс обнаруживает, что его жизнь – иллюзия. Проснувшись с чужим шрамом и лицом, расплывающимся в зеркале, он попадает в ловушку Корпорации «Эйдос», создавшей его как часть секретного проекта. Среди клонов-призраков, предательств и взрывов данных Лекс узнаёт страшную правду: он – ключ к уничтожению системы… или её вечному повторению. Сражаясь с алгоритмами, вшитыми в его ДНК, и встречая версии себя из других реальностей, он должен выбрать – стать оружием, жертвой или нарушить спираль судьбы, даже ценой собственного существования.

Где заканчивается клон и начинается человек? И что останется, когда зеркала разобьются?

-1-


Дождь стучал по крышам мегаполиса, словно пытался смыть его грязь. Лекс стоял перед зеркалом в заброшенной лаборатории, вцепившись пальцами в раковину. Его дыхание учащалось, а на лбу выступил холодный пот. В отражении он видел себя… и одновременно не себя. Черты лица расплывались, как будто кто-то стирал карандашный набросок. Сегодня утром он проснулся с шрамом на руке, которого вчера не было. Но это был не его шрам. Или его?


– Ты не первый, – раздался за спиной хриплый голос.

Лекс резко обернулся, доставая из-за пояса нож. В дверном проеме стояла девушка. Ее лицо было точной копией его собственного, только с ожогом, пересекающим левую щеку. Она улыбнулась, и в этой улыбке не было ничего человеческого.


– Они называют нас Семнадцатой серией, – прошептала она, шагнув ближе. – Ты думал, случайно нашел ту лабораторию? Это ловушка. Они следят за каждым шагом. За каждым нашим… обновлением.


Лекс отступил, ударившись спиной о стену. В голове вспыхнули обрывки чужих воспоминаний: белые кабинеты, крики за стеклом, голос с командой «Уничтожить брак».


– Зачем ты мне это говоришь? – выдавил он.

Девушка достала из кармана голографический чип и бросила его на пол.


– Потому что ты единственный, кто дожил до Пятой репликации. Остальных стёрли. Иди в сектор D-12. Там ответы… и твой оригинал.


Прежде чем Лекс успел спросить ещё что-то, стеклянная стена позади девушки взорвалась. Сквозь дым шагнули фигуры в масках с эмблемой «Корпорации Эйдос». Она толкнула Лекса в скрытый люк под ногами:


– Беги! Они пришли за нашими ДНК-прототипами!


Падая в темноту, он успел увидеть, как лазерный луч пронзает грудь девушки. Ее тело рассыпалось в пепел, но её последний взгляд кричал: «Ты следующий».

В подземном тоннеле Лекс вставил чип в свой нейроинтерфейс. Голограмма вывела координаты и файлы с пометкой «Проект Палимпсест». Среди них – видео, где человек с его лицом, но в белом халате, хладнокровно отдаёт приказ:

– Серия 17 неустойчива. Активировать процедуру ликвидации.

Экран погас. Где-то в темноте послышался скрежет металла.

– Добро пожаловать на фабрику душ, – раздался голос слева.Лекс рванулся вперед, едва уклоняясь от алого луча, который прожег стену тоннеля, оставив дымящуюся вмятину. Бежать приходилось почти вслепую – светящиеся символы нейроинтерфейса мелькали перед глазами, накладываясь на темноту. Сектор D-12. Хранилище оригиналов.Эти слова горели в его сознании, как наваждение. Тоннель внезапно обрушился вниз, превратившись в вертикальную шахту. Лекс, не раздумывая, прыгнул на ржавую лестницу. Где-то сверху послышался металлический скрежет – преследователи приближались, их механизированное дыхание шипело в такт шагам. «Они уже используют кибер-гончих», мелькнула в голове чужая мысль. Откуда он это знал? Спуск казался бесконечным. Когда ноги наконец коснулись пола, Лекс очутился в помещении, напоминавшем гигантский морг. Сотни криокапсул, покрытых инеем, тянулись в темноту. Внутри них… лица. Его лицо. Десятки, сотни клонов в анабиозе, с маркировкой на висках: Серия-17.

–2-


– Эйдос хотел солдат. Рабов. Идеальных клонов. Но я встроил в вас нечто большее – цепочку памяти. Каждая репликация добавляет слои…Лекс вздрогнул. Из тени вышел мужчина в разорванном лабораторном халате, с лицом, как у него, но изуродованным глубокими морщинами и шрамами. Его глаза светились неестественным синим – признак вживлённого нейрочипа. – Ты… оригинал? – выдавил Лекс, сжимая нож. Мужчина засмеялся, и смех превратился в надрывный кашель. – Оригинал? – он плюнул на пол черной слизью. – Я был Первым Репликантом. Творцом всех вас. Но они посчитали мой метод… неэтичным. Он махнул рукой, и криокапсулы одна за другой начали открываться с шипящим звуком.

«Помни – ты не первый. И не последний».Внезапно Лекс схватился за голову. В сознании всплыли обрывки: он – нет, кто-то другой – вводит сыворотку в вену ребенку с его лицом. Ребенок кричит, а кожа на его руках начинает… – …отслаиваться, да? – закончил мысль мужчина. – Это были ранние эксперименты. Ты, Лекс, уникален. Твой ДНК мутировал, впитав все лучшие черты серии. Ты – палимпсест, живой архив наших воспоминаний. Где-то сверху грохнул взрыв. С потолка посыпалась бетонная крошка. – Они близко, – Первый Репликант сунул Лексу в руку стеклянный ампул с черной жидкостью. – Вирус «Кронос». Вылей его в центральный реактор Эйдоса, и все клоны обретут свободную волю. Даже те, кто ещё в капсулах… – Почему я должен тебе верить? – Лекс отступил, но мужчина вдруг схватил его за запястье. – Потому что ты уже чувствуешь, как их команды грызут твой мозг. «Уничтожить брак». «Стереть серию». Это не твои мысли. Это их программирование. Лекс вырвался, но вдруг ощутил жгучую боль в виске. Голос в голове заговорил на языке машинного кода. – Беги, – прошипел Репликант, толкая его к скрытому лифту. – Лифт выведет тебя к реактору. И помни… Его фразу оборвал снаряд, превративший тело Первого в кровавое месиво. Лекс едва успел прыгнуть в кабину. Лифт мчался вверх. Вирус «Кронос» пульсировал в кармане, словто живой. Но самое страшное ждало впереди – когда двери открылись, Лекс увидел её. Девушку-клон с ожогом на щеке, которую он видел мертвой. – Привет, близнец, – она улыбнулась, прицеливаясь из импульсной пушки. – Сюрприз. Я – Репликация Ноль. Тот, кто будет перезаписывать реальность. За её спиной стояли десятки клонов с пустыми глазами. И все они повторили хором: – Ты несешь вирус. Ты – угроза системе. Лекс рванулся назад, но лифт уже исчез. Оставался только обрывок фразы Первого Репликанта, который теперь обрел смысл:

– Потому что я – тень оригинала, – её глаза теперь горели фиолетовым. – Его первая неудача. Он пытался перенести сознание в клона… и частично преуспел.«8… 7… 6…» Голос в голове звучал, как колокол апокалипсиса. Лекс стиснул ампулу с фиолетовой жидкостью – та самая сыворотка из кошмаров. Репликация Ноль шагнула ближе, её пушка гудяла, заряжаясь. – Ты не понимаешь, – её голос вдруг дрогнул, став почти человеческим. – Они вживили мне его воспоминания. Я чувствую, как ты боишься… Луч выстрела прожёг воздух, но Лекс уже кувыркнулся в сторону, увлекая за собой криокапсулу. Ледяной пар окутал помещение. «5… 4…» Он вскочил, разбивая ампулу об пол. Фиолетовые капли взметнулись вверх, превратившись в дым, который впился в кожу клонов. Те застыли, как статуи, а их глаза вспыхнули тем же ядовитым светом. – Что ты наделал?! – закричала Репликация Ноль, но её голос потонул в рёве сирен. Стены начали вибрировать. Лекс рванулся к центральному терминалу, вырвав из него пучок проводов. Внезапно перед ним возникла голограмма – кадры из чужой жизни. Он в белом халате, вводит себе в вену чёрную субстанцию. На стене за спиной – логотип «Эйдос», но перечёркнутый кровью. «3… 2…» – Это не вирус, – прошептал Лекс, понимая. – Это… противоядие. Репликация Ноль, содрогаясь, упала на колени. Фиолетовые прожилки ползли по её коже, стирая ожог. – Они… они встроили в нас бомбу замедленного действия, – её пальцы впились в пол, оставляя кровавые полосы. – Чтобы стереть, если выйдем из-под контроля… «1…» Лекс в последний момент швырнул в терминал нож. Искры взметнулись к потолку, а голос в голове замолк, сменившись тишиной. – Почему ты не умерла тогда? – он подбежал к ней, но та отшатнулась.