Александр Абакумов
История любви

   «Горячо любимая кузина! Одним небесам известно, когда ты сможешь прочесть это моё послание к тебе. Наша почта и раньше работала плохо, а в последнее время всё больше писем теряется навсегда, и слова, доверенные бумаге, часто доходят до адресата позже личной встречи. Пишу к тебе, будучи уже немного утешена временем, прошедшим после трагических событий, описать которые прежде не было сил. Присядь и наберись мужества. Я теперь совсем одинока, как и ты – мой единственный брат был убит на дуэли мая семнадцатого дня сего года, то есть почти два месяца назад. Ничто не предвещало беды – житие наше было весёлое, немного шумное, как испокон веку принято в нашем кругу. Хозяин, местный помещик, в доме которого мы живём и который почитаем родным, порой, волочился за мной, но знаю, что точно такое же внимание оказывал он и прочим нашим дамам… Уж не ведаю, что такого предосудительного усмотрел мой покойный брат в этих, на мой взгляд, невинных забавах, да только застал он нас однажды за милой игрой в догонялки по всей гостиной (не буду лукавить – игрой азартной, да!), и, потеряв голову, налетел он на несчастного, как вихрь. Притаившись в уголке и умирая от страха, наблюдала я, как замерли на миг оба, устремив друг на друга пылающий взор, и очень скоро стало понятно, что одному из них недолго осталось жить. Дуэли такого рода случаются часто в наших краях и редко заканчиваются миром. К сожалению, кодекс дуэльный в нашем случае не требовал секундантов, да и выбирать оружие каждый сам право имел. Минуты не прошло, как смертельная круговерть захватила и моего честолюбца, и моего обожателя. Страшно было наблюдать, как потрясал противник своим протазаном (не уверена, что правильно назвала это оружие), как после нескольких неудачных выпадов остановился он, задыхаясь и сотрясая воздух неприличной бранью. Что мог противопоставить мой субтильный братец такому необузданному монстру? Оставалось ему только ловко избегать ударов и, удвоив темп, стараться найти и поразить у соперника какое-нибудь незащищённое место, например, глаз. Сотрясая дом, с грохотом повалилось набок тяжёлое кресло, книги были сброшены со стола на пол во время контратаки, летали по воздуху и тяжело опускались на пол, испещрённые неровными строчками, листы бумаги… В дверях залы стояли слуги и почему-то смеялись, зажимая рты. Видит Бог, ничего смешного не было в этой смертельной схватке. Оба противника уже теряли силы, когда последний неотразимый удар поставил, наконец, в этом деле кровавую точку. Бедный, бедный мой брат! Он умер мгновенно, не страдая, постояв за честь семьи, которой я, слабая и недостойная, не желая того, пренебрегала… Погребения я не помню, все последующие дни меня искали по всей округе и, не найдя, всё сотворили без моего участия.