# Разлом

Андрей Беспалов

Два мира. Две реальности, разделенные тончайшей пеленой, что незримо вибрирует в самом воздухе, который ты вдыхаешь. Один – наш, знакомый до боли, где правят сталь, законы физики и тихий шепот скучных будней. Другой – Астрарий. Мир, где магия струится в жилах земли, где древние кланы ведут вечную войну за влияние, выстраивая свой безупречный порядок из стали и сияющего закона магии..

Но равновесие – хрупкая вещь.

Это история о дружбе, разорванной ударом кинжала, о ярости, что зажигает в груди солнечное пламя, о потере памяти и обретении себя в новом, пугающем и прекрасном мире. О долге, предательстве и о том, что даже в самых тёмных уголках реальности можно найти тех, кто станет тебе опорой.

Перед тобой – первая часть саги.

Саги о том, как рухнула стена между мирами. О том, как обычные люди становятся героями. И о том, как далеко ты готов зайти, чтобы спасти того, кто тебе дорог.

ГЛАВА 1. ПРОЛОГ

Это был самый обычный день. Самый что ни на есть заурядный, ничем не примечательный день из бесконечной череды таких же. Солнце садилось за крыши городских многоэтажек, окрашивая стекла в теплые, апельсиновые тона. Студенты покидали аудитории, спеша по своим делам – кто на свидание, кто в библиотеку, а кто и в ближайший бар, чтобы смыть усталость прошедшей недели.

Для Юко и Акито выбор был очевиден. Они были не просто одногруппниками – они были друзьями, готовыми разделить не только лекции и конспекты, но и стопку коньяка за разговорами о чём угодно, от прошедшей сессии до смысла жизни.

После пар в университете два закадычных друга, решили отметить окончание года в небольшом баре недалеко от кампуса. За парой стопок коньяка они познакомились с двумя симпатичными девушками. Разговор завязался легко, и вскоре вся компания, поддавшись веселому авантюризму, решила продолжить вечер за городом, у подножия гор, славившихся своими потрясающими видами.

Воздух был свеж, а звёзды ярки. Смеясь и шутя, они поднимались всё выше. Акито первым заметил странное образование в скале – узкую, почти незаметную расщелину из которой доносился странный звук. – Слабо пролезть? – поддел он Юко. – Деньрожденный не слаб! – с пьяным вызовом ответил Юко. Девушки засмеялись, но к расщелине подходить не стали. – Вы там осторожнее, – крикнула одна из них, – выглядит жутковато! – Мы вас тут подождем! – добавила другая.

С трудом, помогая друг другу, друзья протиснулись внутрь. Внутри оказалась небольшая пещера. И прямо в её центре, разрывая камень, зиял неестественный портал. Он пульсировал фиолетовым светом, и из него струилась чёрная, вязкая субстанция. В углу стоял шахтерский ящик, из которого торчала рукоять меча, напоминавшего катану.

Ошеломлённые друзья не успели ничего понять. Из портала шагнул человек в чуждых их миру одеяниях, это был костюм темных оттенков напоминающий генеральскую куртку с пуговицами располагавшимися левее центра, его штаны были похожи на султаны, с элементами привычных классических брюк в виде стрелок вдоль всей брючины, а на животе свисал светлый пояс . Он с ухмылкой оглядел растерянных пьяных парней. – Что-то потеряли? Или просто заблудились? – его голос звучал сладко и ядовито. – А тебе какое дело, пострел? – дерзко, под хохот Акито, брякнул захмелевший Юко.

Ответ был мгновенным и страшным. Неизвестный парень с нечеловеческой скоростью оказался перед Юко и нанес сокрушительный удар в лицо. Юко с жутким хрустом отлетел в сторону, ударился головой о каменную стену и затих, истекая кровью из разбитого носа и пореза на лбу. Сознание уплыло.

– Юко! – закричал Акито, и хмель тут же выветрился из головы, сменясь леденящим ужасом и яростью. Он резко выхватил катану из ящика и с диким криком бросился на обидчика. Пьяная ярость придала его движениям хаотичную скорость. Он нанес несколько неистовых ударов, заставив неизвестного на мгновение отступить. Тот с лёгким удивлением поднял бровь. – Любопытно, – холодно произнес он. В следующее мгновение неизвестный сделал стремительный шаг в сторону, уворачиваясь от очередного взмаха, и, плавно вращаясь на месте, совершил одно отточенное движение рукой. В его ладони, появившись буквально из ниоткуда с тихим шелестом и зелёным энергетическим шлейфом, появился изящный кинжал. Лезвие со свистом рассекло воздух и глубоко вошло в живот Акито.

Акито замер с широко раскрытыми глазами, не веря происходящему. Из его губ вырвался хриплый, прерывистый вздох. Он выпустил катану из ослабевших пальцев, и та с лязгом упала на камень. Его тело обмякло и рухнуло на пол.

В этот момент Юко пришел в себя. Сквозь пелену крови и боли он увидел, как его друг падает замертво, а незнакомец отбрасывая клинок в сторону заставляет клинок исчезнуть, искрясь зелеными искрами, оставляя лишь капли крови в воздухе, что вскоре устремились на землю. Безумие, горе и ярость слились воедино. Не душа, не размышляя, забыв про собственную рану, он поднялся и с рёвом, на последних силах, бросился в пульсирующий портал, который уже начал сужаться.

Он кубарем вывалился на холодный каменный пол с геральдическими узорами. Подняв голову, он увидел шокирующую картину: прямо перед ним на полу лежало окровавленное, бездыханное тело Акито. Рядом стоял неизвестный. А напротив, у массивного трона, стоял мужчина в элегантном и невероятно красивом костюме с плащом, подбитым мехом. Его взгляд был холодным и оценивающим.

Неизвестный, даже не взглянув на господина, молча, с нечеловеческой скоростью, вновь нанес Юко сокрушительный удар ногой в живот. От этой силы Юко отлетел назад, но прямо перед тем, как врезаться в стену, за его спиной внезапно разверзся такой же вязкий портал. Он поглотил Юко и мгновенно захлопнулся.

Юко с грохотом вывалился из портала прямо на проселочную дорогу в густом, незнакомом лесу. Он с силой ударился о землю, несколько раз кувыркнулся по камням и корням, и с глухим стуком врезался спиной в ствол старого дуба.

В этот момент по дороге как раз ехала запряжённая лошадью повозка, гружёная мешками и ящиками. Испуганная лошадь встала на дыбы, от внезапно пролетевшего мимо нее тела. Повозка резко остановилась.

– Твою мать! Что это?! – выругался мужчина средних лет, сидевший на облучке и державший вожжи. Он был одет в поношенную кожаную куртку с залатанным рукавом, грубые штаны из плотной ткани, заправленные в высокие сапоги, покрытые дорожной пылью. На его широком поясе висел не то инструмент, не то оружие, обёрнутое в тряпье.

С повозки поспешно спрыгнули его спутники: пожилой мужчина в тёмном одеянии с глубоким капюшоном, наброшенным на голову. Через его плечо был перекинут длинный шарф-плащ из плотной ткани, спадающий складками на один бок. На другом плече красовался простеганный наплечник из дублёной кожи, покрытый едва заметными руническими насечками. Рядом с ним была молодая девушка, в просторной белой рубашке, заправленной в коричневые кожаные шорты. Её ноги были обуты в практичные сапоги до колена того же цвета. На плечах красовались аккуратные кожаные наплечники, а за спиной виднелась тетива лука.

– Боже правый! Да это же парень! – воскликнула девушка, первая подбежав к лежащему телу.

Юко был в ужасном состоянии. Он стонал, корчась от боли, его одежда была разорвана, лицо и руки в ссадинах и крови, которая сочилась из раны на голове. Он был смертельно бледен и истощён. Сквозь замыленные болью и кровью глаза он увидел, как к нему приближаются три неясных силуэта.

– Нет… отстаньте… не трогайте… – хрипло просипел он, пытаясь отползти, но его тело не слушалось. Боль пронзала его с новой силой. В глазах потемнело, сознание поплыло, и он полностью вырубился, обмякнув у подножия дерева.

Старик в капюшоне опустился на колени рядом с ним, откинул край своего шарфа и положил руку на окровавленный лоб Юко, потом осторожно провел пальцами по шее, проверяя пульс. – Жив, – констатировал он глухим голосом. – Но едва. Сильный удар по голове, потеря крови, истощение… и что-то ещё… странная, вихляющая энергия.

– Кто он? Откуда он тут взялся? С неба упал? – засыпала вопросами девушка, с беспокойством смотря на незнакомца. – Вопросы потом, Лиора, – строго сказал мужчина с повозки, спрыгивая на землю и оглядывая окрестности настороженным взглядом. – Помоги мне поднять его. Быстро грузим в повозку и сматываемся. После такого падения сюда могут прийти не те, кого бы нам хотелось встретить.

Они осторожно подняли бесчувственное тело Юко, уложили его на мешки в повозке, накрыли попоной. Старик забрался рядом, чтобы поддерживать его в пути. Лиора села сбоку, не отводя взгляда от незнакомца. Возница щёлкнул языком, тронул повозку, и они покатили прочь от этого места, вглубь леса, оставляя за собой лишь клубы пыли и тайну появления странного юноши.


ГЛАВА 2. ПРОБУЖДЕНИЕ

Неизвестный стоял по стойке «смирно» в центре огромного, мрачного тронного зала, скрестив руку на груди в салютующем жесте. Воздух звенел от напряжения. На массивном обсидиановом троне, вальяжно развалившись, сидел его повелитель. Он был облачён в элегантный тёмный костюм, отороченный мехом, и медленно попивал из хрустального бокала вино цвета крови.

– Ваше Светлейшество, Имир… – голос неизвестного был низким и почтительным, но в нём слышалась стальная напряжённость. – План по проверке колонн… не был выполнен в полной мере.

Имир медленно перевёл на него свой взгляд, холодный и тяжёлый, как глыба льда. – Обстоятельства? – одно-единственное слово прозвучало как приговор.

– Я был атакован сразу по выходу из портала, – говорил он чётко, отчеканивая каждое слово. – Местными. Слабые, но… неожиданно быстрые. В стычке я обнаружил кое-что любопытное. В одном из них был потенциал. Сырой, неотёсанный, но… искра. Я счёл нужным доставить его для изучения. Он кивком указал на окровавленное тело Акито, лежавшее на полу между ними.

Имир поднялся с трона и медленно спустился к телу. Он с брезгливым любопытством, будто рассматривая насекомое, разглядел лицо Акито. – Потенциал? – его голос внезапно зазвенел ледяной, ядовитой насмешкой. – Ты принёс мне мусор, Тенши, и пытаешься выдать его за алмаз? Этот червь с той стороны едва дышит. В нём нет силы, нет воли, нет ничего, что могло бы представлять хоть малейший интерес! Он пуст.

Он резко выпрямился и, повернувшись спиной, сделал несколько шагов к трону. – Ты позволил себя отвлечь, потратил время на ничтожество и осмеливаешься говорить мне о «потенциале»? – его слова шипели, как раскалённое железо, опущенное в воду. – Убери эту груду плоти с моих глаз. Выбрось в Долину Седьмого Облака. Пусть его тленное тело станет пищей для воронов. Может, хоть в этом будет от него капля проку.

Тенши, не проронив ни слова в своё оправдание, молча кивнул. Его лицо было каменной маской. Он грубо подхватил тело Акито, оттащил к пульсирующему на стене порталу и с силой швырнул его в мерцающую пелену. Портал на мгновение вспыхнул и захлопнулся.

Акито падал. Сквозь вихрь света, не чувствуя ни боли, ни страха, лишь всепоглощающую пустоту. Затем – удар. Он рухнул в густую, мягкую траву на краю цветущего поля в живописной долине, окружённой парящими в небе островами. Удар поднял облако пыли и лепестков.

Неподалёку от этого места неспешной прогулочной походкой шла Королева Лианна VII, правительница Небесного Города. Она была одета в лёгкое, но элегантное платье, наслаждаясь редкими моментами уединения. Грохот и неестественная вспышка света заставили её вздрогнуть и обернуться. Её острый взгляд тут же выхватил клубящееся облако пыли и тёмную фигуру, лежащую в центре него.

– Эй, вы! – её голос, привыкший командовать, прозвучал чётко и властно. Двое стражей из её свиты, следовавших на почтительном расстоянии, мгновенно ринулись вперёд. – Что это было? Осмотрите!

Стражи подбежали к телу, перевернули его. – Человек, ваше величество! – доложил один из них. – Тяжело ранен, без сознания.

Лианна приблизилась, её лицо выражало скорее любопытство, чем шок. – Откуда он упал? Небеса сейчас безоблачны… – она нахмурилась, затем махнула рукой. – Неважно. Немедленно доставить в лазарет Цитадели. Скажите доктору Каю, что я жду его заключения.

Акито пришёл в себя в белой, залитой солнцем палате. Его тело болело, но боль была приглушённой, далёкой. Рядом у его кровати сидел пожилой мужчина в белом халате – доктор Кай.

– Ну, добро пожаловать обратно, – сказал доктор спокойным, профессиональным тоном. – Вы дали нам поволноваться.

– Где я? – голос Акито звучал хрипо и чуждо. Он пытался вспомнить что-то, но в голове была лишь белая, пугающая пустота.

– Кто я? – Вопросы, на которые у меня пока нет ответов, – покачал головой Кай.

– Вы упали с неба, буквально. Ваши травмы были серьёзны, но мы справились. А вот с памятью… – он сделал многозначительную паузу. – Диагноз – ретроградная амнезия. Судя по травма вы могли забыть почти всё. Но не навсегда, – добавил он обнадёживающе.

– Память имеет свойство возвращаться. По крупицам. Все зависит от вас и вашего стремления вернуть память.

– Что мне делать? – в голосе Акито прозвучала настоящая паника.

– Не беспокойтесь. Вами уже заинтересовалась сама королева Лианна. Она приказала привести вас в порядок. Уверен, она уже что-нибудь придумала. Раз её величество проявила участие – считайте, вам крупно повезло. Входите!

Вскоре в палату вошёл импозантный мужчина в безупречном мундире с золотыми аксельбантами – личный адъютант королевы.

– Его величество королева Лианна ждёт вас на аудиенцию, – заявил он без предисловий. – Меня зовут капитан Рейнард. Я отвечаю за порядок при дворе. И первое, что требуется привести в порядок, – это ваш внешний вид. Являться перед её величеством в… этом, – он с лёгкой брезгливостью указал на рваную, запачканную землёй и кровью одежду Акито, – непозволительно. Это неуважение к трону. Вы будете выглядеть соответствующим образом.

Акито, всё ещё слабый, лишь кивнул, не находя слов. Капитан Рейнард развернулся и вышел, дав понять, что за ним нужно следовать.

Его провели по сияющим беломраморным коридорам Цитадели не в тронный зал, а в другое помещение – просторную мастерскую, где царил запах свежей ткани и кожи. Десятки портных и мастеров склонились над станками, создавая великолепные одеяния для двора.

– Капитан Рейнард! – к ним подбежал сухощавый мужчина с рулеткой на шее. – Новый рекрут для обмундирования?

– Именно, мастер Орвин. Ему требуется полный комплект. Немедленно. И без знаков отличия, – добавил Рейнард многозначительным тоном.

Мастер Орвин кивнул и засуетился. С помощью подмастерьев он быстро снял с Акито мерки. – Рост подходящий, плечи широкие… – бормотал он, записывая цифры в толстую книгу. – Думаю, форма кадетского офицерского состава должна подойти. Как раз есть пара комплектов, сшитых для гвардии, но не принятых пошивом.

Один из комплектов принесли. Это был великолепный мундир из ткани глубокого синего цвета с серебряными пуговицами и аккуратной строчкой. Акито помогли переодеться. К его удивлению, мундир сидел безупречно – приталенно, подчёркивая плечи, но ни капли не сковывая движений. Ткань была прочной и в то же время «дышала». Он поймал своё отражение в большом зеркале и не узнал себя. Измождённый, забрызганный грязью юноша исчез. Его сменил собранный, с прямой спиной молодой человек, в одежде, которая говорила о принадлежности к чему-то важному.

Его взгляд упал на левый нагрудный карман, где у капитана Рейнарда красовалась изящная эмблема – сияющее солнце, обрамлённое крыльями. На его мундире это место было пустым.

– А… а у меня будет такой же знак? – тихо спросил Акито, указывая на эмблему капитана.

Рейнард взглянул на пустое место и на мгновение его строгое лицо смягчилось. – Ваше время ещё придёт, юноша. Это решит королева. Знак носят те, кто доказал свою преданность и ценность Клану Седьмого Солнца. А пока… вы – чистый лист.

Пойдёмте, её величество не любит ждать. Королева Лианна принимала Акито в своей личной приёмной, меньше похожей на тронный зал и больше на богатый кабинет с огромными окнами, открывающими вид на парящие облака и шпили Небесного Города. Королева, стоя у окна, обернулась. Яркие лучи солнца, пробивавшиеся сквозь облака, золотили её строгий профиль и играли на складках её платья из струящегося серебристого шелка. Её внимательный, пронзительный взгляд, цвета зимнего неба, медленно скользнул по его новой форме, отмечая каждую деталь – безупречную посадку мундира, пряжку на ремне, пустое место на груди. Она оценивала, но не комментируя, будто читала книгу по его обложке.

– Ну вот, – её голос прозвучал тихо, но с непоколебимой уверенностью, заполняя пространство между ними. – Уже гораздо больше похоже на одного из нас. Синяя ткань к лицу твоим глазам. – Лёгкая, едва заметная улыбка тронула уголки её губ. Она сделала изящный, приглашающий жест рукой, и свет от окна на мгновение вспыхнул на тонких серебряных кольцах, украшавших её пальцы. – Подойди ближе и расскажи о себе. Не бойся. Ты в безопасности под этой крышей…

Она внимательно, как учёный редкий экспонат, выслушала его сбивчивый, путаный рассказ о пустоте в голове. – Интересно, – произнесла она, когда он замолчал. – Ваша манера речи, отсутствие каких-либо клановых знаков на старой одежде… Вы явно не отсюда. Не из нашего мира.

Она поднялась и вновь повернулась к окну. – Вам нужно имя. Пока ваше собственное скрыто от вас. – На секунду она задумалась и в её глазах мелькнула искра. – Я буду звать вас Леон. В нём слышится сила и отвага. Оно вам подойдёт.

Акито… теперь Леон, молча кивнул. Имя звучало твёрдо и стало первым якорем в море его забвения.

– Я понимаю, вы хотите вернуться. Домой, – продолжила Лианна. – Я могу помочь. Мои учёные изучают разломы между мирами. Но помощь – это услуга. А услуга требует ответной услуги.

Она посмотрела на него прямо. – Мне нужна информация. Есть маг, Имир. Он и его приспешники – угроза для всего моего мира. Его цитадель неприступна, а планы скрыты. Я предлагаю сделку, Леон. Я дам вам кров, обучу вас всему, что знают мои лучшие воины – тактике, владению оружием, магии моего мира. Я сделаю из вас оружие. А вы поможете мне ослабить Имира и узнать его замыслы. Согласны?

У Леона не было выбора. Не было прошлого. Не было будущего. Был только этот странный, новый мир и предложение, от которого он не мог отказаться. – Я согласен, – тихо, но твёрдо сказал он. Выходя вслед за Рейнардом, на его лице не было эмоций, но где-то в глубине пустоты, что была его памятью, шевельнулось смутное чувство – что это не просто сделка. Это начало чего-то гораздо большего. И имя «Леон» стало его первым шагом в эту новую жизнь

Лианна наблюдала, как Рейнард уводит юношу, и её царственная маска на мгновение сползла, обнажив нескрываемую усталость. Она подошла к окну, сжав виски пальцами.

– Вы уверены в этом, ваше величество? – тихо спросил доктор Кай, остававшийся в кабинете. – Отдать столько власти незнакомцу… это беспрецедентно.

– Уверена? Нет, – тихо призналась королева, не оборачиваясь. – Но я отчаянна, Кай. Пророчество гласит: «Падший с небес, лишённый короны прошлого, возложит на себя корону солнца, дабы отразить грядущую тьму». Я годами ждала знака. И вот он является ко мне – буквально падает с неба, с пустой головой, готовый принять любую судьбу. Я не могу игнорировать это. Имир не ждёт. Его тени сгущаются с каждым днём. Этот юноша… Леон… может быть нашим последним шансом. Я должна сделать эту ставку, даже если сердце трепещет от страха.

В коридоре капитан Рейнард, чьё лицо вновь обрело официальную невозмутимость, обернулся к Леону.

– Аудиенция окончена. Поздравляю, вы произвели впечатление, – произнёс он, и в его голосе прозвучали нотки если не одобрения, то признания. – Но сейчас всё иное может подождать. Его величество распорядилась, чтобы вы отдохнули. Ваше тело прошло через адское испытание. Даже магия Солнца, сколь бы могущественной она ни была, не может мгновенно восполнить все силы. Шрам – тому доказательство.

Он повёл Леона по сияющим коридорам, на этот раз не вниз, к мастерским, а вверх, по широкой лестнице, ведущей в жилые покои. – Вам следует осмотреть свои новые апартаменты и немного ознакомиться с окрестностями, – продолжал Рейнард. – Завтра вас ждёт первая тренировка с сэром Каэлваном. Уверяю вас, вы поблагодарите себя за каждый миг отдыха, который сможете урвать сегодня.

Они остановились у высоких дубовых дверей, украшенных изящной резьбой в виде солнечных лучей. Рейнард толкнул дверь, и она бесшумно отворилась. Комната, в которую они вошли, была просторной и светлой. Высокое окно, занимавшее почти всю стену, открывало захватывающий вид на парящие острова и бескрайнее небо Астрария. В воздухе пахло свежестью и едва уловимым ароматом полевых трав. В центре стояла кровать с высоким изголовьем, застеленная белоснежным бельём. Рядом – письменный стол, кресло у камина и даже небольшой стеллаж с несколькими книгами в кожаных переплётах.

– Это ваши покои, – объявил Рейнард. – Всё необходимое здесь есть. Если что-то понадобится – дерните за шнур у изголовья, появится слуга. Ужин принесут сюда. Ваша задача на сегодня – отдых. Абсолютный.

Леон молча шагнул в комнату. Его взгляд упал на собственное отражение в большом зеркале в резной раме. Синий мундир сидел безупречно, но под тканью он чувствовал тупую, глубокую боль в животе, напоминание о ране, которая чуть не забрала его жизнь. Он машинально положил ладонь на грудь, как будто ощущая сквозь ткань и форму шрам – свежий, затянутый магией, но ещё чувствительный. «Слабо пролезть?» Мысль пронеслась в голове чужая, обрывочная, как вспышка света. С ней пришло смутное чувство – пьяный смех, вызов, темнота пещеры. Леон вздрогнул и отшатнулся от зеркала, как от огня. В висках застучала резкая, внезапная боль. Его дыхание сбилось. Это было не просто забытие.

Это было сопротивление. Его собственный разум отчаянно отталкивал эти обрывки, словно защищая его от чего-то настолько ужасного, что пустота была милосерднее. Смотреть на них было больнее, чем получить удар клинком. Гораздо больнее. Он с силой выдохнул, заставляя дрожь в руках утихнуть.

– Сэр Каэлван… он… строгий наставник? – тихо спросил Леон, глядя в окно на уходящее за облака солнце.

Рейнард издал короткий, сухой звук, похожий на смех. – Сэр Каэлван – лучший воин, которого я знаю. Он не строгий. Он – эффективный. Он не будет тратить время на пустые упрёки. Каждое его слово, каждое действие на тренировке будет иметь цель. Завтра вы это поймёте. А сейчас, – он сделал шаг назад, прикрывая дверь, – отдыхайте. Завтрашний день потребует от вас всего.

Дверь закрылась, оставив Леона наедине с тишиной и величественным видом из окна. Он снял мундир, аккуратно повесил его на спинку стула и опустился на кровать. Мягкость постели показалась ему невероятной роскошью. Он чувствовал, как каждую мышцу его тела наполняла свинцовая усталость. Глаза сами закрывались. Завтра его ждал сэр Каэлван. Завтра начиналась его новоя жизнь. Но сегодня ему было нужно просто отдохнуть.

Королева же, выйдя в коридор, на мгновение прислонилась к прохладной стене, позволив себе редкую слабость. Она провела пальцами по лицу, на котором усталость последних восьми лет правления уже начала оставлять едва заметные тени под глазами. Иногда ей казалось, что она до сих пор слышит эхо голосов своих родителей, спорящих в этом же коридоре… Будущее, которое они строили, теперь лежало на её плечах, всё ещё слишком хрупких для такой тяжести.

В это время густой, почти непроходимый лес поглощал последние лучи солнца. В самой его чаще, замаскированная под завалы из валежника и увитая диким виноградом, стояла покосившаяся лачуга. Внутри, в свете единственной масляной лампы, пахло дымом, сушёными травами и свежей кровью.

На узкой кровати, сколоченной из грубых досок, лежал Юко. Его тело было изуродовано ссадинами и синяками, разбитый нос всё ещё сочился кровью, а на затылке зияла страшная рваная рана. Грудь его была покрыта багровыми пятнами, а левая рука лежала под неестественным углом. Он был без сознания, его дыхание – хриплым и прерывистым.

Над ним склонился старик. Его руки, покрытые паутиной морщин и старческих пятен, дрожали от напряжения. Он прикладывал к ранам тряпку, пропитанную дымящимся зельем, и шептал хриплые заклинания. Слабое, едва заметное свечение исходило от его ладоней, пытаясь затянуть рваные края плоти, но силы были на исходе.

– Не выходит… – прошептал старик, откидываясь на спинку табурета и вытирая пот со лба. Его лицо было серым от усталости. – Слишком много ран… Ребра, рука… Я… я не справляюсь, Лиора. Моей магии не хватает.

Рядом с ним, на коленях, сидела девушка. Лиора смочила в тазике с водой чистую тряпку и осторожно, почти с благоговением, принялась протирать с лица и груди Юко запекшуюся кровь и грязь. Её глаза были полны решимости.

– Не говори так, Элван, – её голос прозвучал твёрдо, хотя в нём слышалась тревога. – Ты сильнейший целитель из всех, кого я знаю. Твои методы… они сложнее и тоньше, чем у всех этих напыщенных лекарей из Клана Седьмого Солнца! Ты спасал меня, когда я была при смерти. Спасёшь и его.

Под её пальцами обнажилась кожа Юко, а под ней – рельефный, мощный мышечный каркас. Не тело юноши, а тело воина, привыкшего к труду и борьбе. Лиора на мгновение замерла, удивлённая.

– Смотри… – прошептала она. – Его тело… такое плотное, будто из камня высечено. Даже сейчас, без сознания… Кто он такой? – Кто бы он ни был, он балансирует на краю, – устало проворчал Элван, снова заставляя себя подняться. – Помоги мне, девочка. Дай то, что я просил.

Лиора кивнула. Она взяла чашу с густым, зелёным зельем и поднесла её к губам Юко, стараясь влить хотя бы несколько глотков. Затем она положила свои руки поверх рук старика на самое страшное повреждение – на грудь.

– Я с тобой, пап, – сказала она, закрывая глаза.

Элван снова начал своё пение. На этот раз слабый свет из его ладоней усилился, подпитываемый тёплым, живым потоком энергии, который исходил от Лиоры. Их магии сплелись воедино – опытная, мудрая, но угасающая сила старика и яркая, необученная, но сильная энергия девушки.

Под их руками плоть Юко медленно, мучительно начала стягиваться. Хриплое дыхание стало чуть глубже. Свечение усиливалось, окутывая его торс золотистым сиянием. Они работали в унисон, борясь за жизнь незнакомца в тишине лесной избушки, а в это время за окном сгущалась ночь.

На следующий день, когда встреча с королевой вновь состоялась, Леон вошел в приемную королевы. Лианна вздохнула, и её взгляд, устремлённый в окно на парящие острова, стал суровее. – Леон, я чувствую, как время становится песком, утекающим сквозь пальцы, – произнесла она, и в её голосе впервые прозвучала тревога, тщательно скрываемая под маской невозмутимости. – Активность приспешников Имира растёт. Их тени снуют повсюду, а их цели остаются для нас туманными. Мои лучшие лазутчики пропадают без вести, а те, кто возвращается, не несут ничего, кроме слухов и страха. Мы движемся вслепую, а это верная дорога к пропасти.

В этот момент дверь в кабинет бесшумно открылась. На пороге стоял высокий, широкоплечий мужчина в сияющих доспехах, украшенных символом восходящего солнца. Его лицо было изборождено шрамами, а взгляд – острым, как клинок. Он молча склонил голову в почтительном поклоне перед королевой. Это был Глава Солнечной Гвардии.

– Его величество ждал вас,Каэлван – кивнула Лианна. – Леон, это Сэр Каэлван. Он тот, кто расскажет тебе всё, что тебе надлежит знать. Он будет твоим наставником и проводником в этом новом для тебя мире. Слушай его так же, как слушал бы меня.

Каэлван оценивающе окинул Леона взглядом, затем коротко кивнул. – Следуй за мной.

Не говоря ни слова, Леон последовал за гвардейцем по бесконечным коридорам Цитадели. Они спустились на несколько уровней ниже, и воздух наполнился запахом масла, кожи и раскалённого металла. Каэлван распахнул массивную дубовую дверь, и Леон оказался в огромной Оружейной комнате.

Стены здесь были увешаны самым разным оружием: изящные клинки с лезвиями, отливающими синевой, массивные боевые топоры, луки причудливой формы и копья с наконечниками, похожими на иглы диковинных существ. В центре комнаты на столе лежали доспехи, готовые к полировке.

Каэлван обернулся к Леону, скрестив руки на груди. – Королева говорит, ты не из нашего мира. Это правда?

Леон растерянно опустил взгляд. – Я… я ничего не помню. Ни своего мира, ни своего имени. Только обрывки, тени. Я не уверен ни в чём. Но я хочу найти ответы. Я должен вспомнить, кто я.

– Ответы, – Каэлван хмыкнул, но в его голосе не было насмешки, скорее – понимание. – Они редко даются даром. Чаще всего их добывают силой. – Он сделал паузу, смотря прямо на Леона. – Теперь на меня легла задача сделать из тебя ту самую силу. Миссия важнее нас обоих. И первый урок – основа основ. Ты должен научиться защищаться. Держать оружие – это не просто махать железкой. Это искусство. Дисциплина. Продолжение твоей воли.

Он снял со стены два тренировочных деревянных меча и один из них протянул Леону. – Начнём прямо сейчас, с азов. Стойка. Хват. Как стоять, как двигаться, как чувствовать оружие как часть себя. Забудь всё, что ты думал, что знал. Здесь ты рождаешься заново. Сейчас. На этом самом месте.

Следующие несколько недель стали для Леона сплошным испытанием на прочность.

Леон взял тяжёлый деревянный клинок, чувствуя его шероховатость под пальцами. Это был его первый, неуверенный шаг. Шаг из пустоты прошлого в суровое, но ясное настоящее. Путь воина только начинался.

Деревянный меч в руке Леона казался непомерно тяжелым и неудобным. Он неуверенно сжимал рукоять, повторяя стойку, которую только что показал Каэлван: ноги расставлены, колени слегка согнуты, клинок на уровне груди.

– Не напрягай запястье. Расслабь руку. Меч – это продолжение твоей воли, а не кусок дерева, который ты тащишь, – голос Каэлвана был ровным, безразличным, как у мастера, наблюдающего за работой подмастерья.

Леон кивнул, пытаясь сделать, как сказано. В этот момент Каэлван, не меняясь в лице, сделал молниеносный выпад. Его тренировочный меч со свистом разрезал воздух и со звонким стуком ударил Леона прямо в грудь.

ТХУФФ!

Удар был точным и сильным. Леон с подавленным стоном отлетел назад, едва удержавшись на ногах. Боль разлилась жгучей волной по ребрам. Он посмотрел на Каэлвана с удивлением и обидой.

– Ты ждал команды? – Каэлван не двигался с места. – Враг не будет ждать, пока ты приготовишься. Боль – лучший учитель. Она научит тебя быть готовым всегда. Стойку.

Леон, стиснув зубы, снова принял боевую стойку. На этот раз его взгляд был прикован к Каэлвану, а пальцы вцепились в рукоять так, что кости побелели.

– Так лучше, – бросил Каэлван. Он начал медленно обходить Леона по кругу. – Королева говорит, ты ничего не помнишь. Ничего? Ни солнца над головой? Ни вкуса воды? Ни лица друга?

– Нет, – выдохнул Леон, стараясь не упускать из вида движение наставника.

– Пустота. И… чувство потери. Будто что-то важное украли. – Чувство потери… – Каэлван будто про себя повторил. – Это можно использовать. Можно превратить в злость. В концентрацию. Но не сейчас. Сейчас ты должен быть пустым сосудом. Готовым принять знание. СЛЕДИ ЗА РУКАМИ!

Последние слова прозвучали как хлыст. Каэлван снова атаковал, нанося серию быстрых, но несильных ударов по корпусу. Леон запаниковал, замахал мечом, пытаясь парировать, но пропустил три из четырех ударов. Дерево больно отпечаталось на его боку и предплечье.

– Ты смотришь на мой меч. Ты видишь только клинок, а не воина, – Каэлван остановился, его дыхание было ровным. – Смотри на плечи. На центр тяжести. Куда движется тело, туда движется и оружие. Плечо дрогнуло – готовься к удару. Пятка приподнята – жди подката. Ты должен читать противника, как открытую книгу. Они продолжили. Леон пропускал удары, спотыкался, его форма ломалась. Каэлван без устали поправлял его, его голос был спокоен, но каждое слово било точно в цель.

– Расслабь плечи. – Не клонись вперед. – Дыши. Разве можно драться на задержке дыхания?

Но потом случилось нечто. Каэлван сделал выпад, целясь уколоть его в плечо. Леон, повинуясь внезапному инстинкту, сделал не шаг назад, а резкий уклон в сторону и короткий, рубящий удар снизу вверх.

ТКУК!

Его меч встретился с запястьем Каэлвана, приостановив атаку. Наступила секундная пауза. Каэлван медленно опустил меч. На его обычно непроницаемом лице промелькнуло нечто, похожее на одобрение. – Хорошо. Не ожидал. Инстинкт есть. Его нужно отточить. Но это – основа.

Он снова принял стойку. – Снова. На этот раз попробуй не просто уворачиваться. Попробуй предугадать. И запомни это чувство. Чувство, когда ты попал. Оно важнее тысячи промахов.

Королева Лианна шла по сияющему беломраморному коридору своей цитадели, её серебристое платье мягко шуршало о каменные плиты. Несмотря на юный возраст – ей едва исполнилось двадцать четыре – её движения были полны недетской тяжести. На её пальцах, помимо тонких серебряных колец, на мизинце правой руки был простой, почти потускневший обруч из бледного золота – единственная личная вещь, уцелевшая после гибели её матери. Лианна взошла на трон в шестнадцать, осиротевшей девочкой, и с тех пор носила его всегда, как тихое напоминание о цене, которую её семья заплатила за власть. Рядом с ней, соблюдая почтительную дистанцию, шагал капитан Рейнард, его лицо было озабоченным.

– Ваше величество, – наконец нарушил он молчание, тщательно подбирая слова. – Позвольте задать вопрос. Лианна слегка повернула голову, давая ему разрешение беззвучным кивком.

– Вы… уверены в этом парне? В этом Леоне? – Рейнард выдохнул. – Он появился из ниоткуда. С неба. Мы ничего о нём не знаем. Его история о потере памяти… это слишком удобно. Что если он… посланник? Лазутчик Имира? Его козырь, подброшенный нам в самый нужный момент?

Королева остановилась у высокого арочного окна, смотря на парящие внизу облака. Её профиль был спокоен.

– Твои опасения понятны и обоснованы, капитан. И я их разделяла, – её голос был тихим, но весомым. – Поэтому, прежде чем привести его к себе, я приказала провести полное сканирование. Не просто осмотр. Диагноз ему ставил лично доктор Кай.

Она обернулась к Рейнарду, и в её глазах светилась непоколебимая уверенность. – Травмы, которые он получил, несовместимы с жизнью. Разбитый череп, повреждения внутренних органов, которые могли возникнуть только при падении с колоссальной высоты. Его мозговая активность соответствует тяжёлой ретроградной амнезии, вызванной черепно-мозговой травмой. Это не история. Это медицинский факт. А технологии нашего нейросканера не подделать. Ими невозможно обмануть. Он действительно ничего не помнит.

Она сделала паузу, давая капитану осознать сказанное. – А что касается доктора Кая… – на её губах появилась лёгкая, почти невидимая улыбка. – Он лечил ещё мою мать. Он служит трону дольше, чем мы с тобой живём на свете. Его преданности и профессионализму нет цены. Если он говорит, что парень чист – я верю ему безоговорочно.

Рейнард молча выслушал, его скепсис постепенно таял под весом железных аргументов. – Прошу прощения, ваше величество. Я позволил осторожности взять верх над разумом.

– Осторожность – это хорошо, капитан. Она держит нас в тонусе, – Лианна вновь тронулась в путь. – Но сейчас нам нужна не только осторожность. Нам нужна вера. И новый инструмент. Этот юноша… в нём есть что-то. Что-то, что заставило Имира выбросить его прочь, как мусор. А Имир никогда не избавляется от того, что может иметь хоть какую-то ценность. Возможно, именно это «что-то» и поможет нам найти слабость нашего врага.

Она вошла в свои покои, оставив капитана размышлять над её словами. Дверь закрылась, а уверенность королевы в странном незнакомце осталась непоколебимой, подкреплённой не интуицией, а холодной, железной логикой и авторитетом старого доктора.

Лучи утреннего солнца пробивались сквозь щели в стенах лачуги, пылинки танцевали в золотистом свете. Юко медленно открыл глаза. Головная боль отступила, сменившись глухой, но терпимой ломотой во всём теле. Прошло уже несколько дней с того рокового вечера, как он свалился с неба. Он попытался сесть и с удивлением обнаружил, что укрыт лишь тонкой простынёй, а под ней… абсолютно голый.

В этот момент скрипнула дверь. В проёме появилась Лиора с миской дымящейся похлёбки в руках. Увидев, что он проснулся, она улыбнулась. – О, ты пришёл в себя! Как самочувствие?

Юко инстинктивно потянул простыню выше, озираясь по сторонам с полным недоумением. – Где я?.. Как я здесь оказался? – его голос был хриплым от неиспользования.

Лиора, заметив его смущение, сдержала улыбку и указала на аккуратно сложенную на табурете одежду – простые, но чистые штаны и рубаху из грубой ткани. – Твоя старая одежда вся была в крови и разорвана в клочья. Пришлось её выбросить. Это – моё, но, думаю, сойдёт, – сказала она, отворачиваясь, чтобы дать ему одеться.

Юко быстро, хоть и скованно из-за боли, натянул одежду. Она была немного великовата, но вполне сносна. Он вышел на небольшую, покосившуюся веранду лачуги.

Там, на самодельном деревянном стуле, сидел старик Элван. Он курил скрутку из ароматных трав, и дымок медленно уплывал в густую зелень леса. Услышав шаги, он обернулся.

– О, очнулся, юноша, – его голос был хриплым, как скрип старого дерева, но в нём слышалась доброта. – Навели же вы паники на нас вчера. Травмы были ужасающе серьёзные. Думали, и не вытянем.

Юко молча подошёл и слегка поклонился, движения всё ещё осторожные. – Спасибо вам. Очень… Очень выручили. Останусь в долгу.

– Долги потом, – махнул рукой Элван. – Имя-то у тебя есть? Меня зовут Элван.

– Юко.

– Юко… – старик как бы продегустировал имя. – Крепкое имя. Ну, Юко, рассказывай, как тебя угораздило с неба свалиться да ещё в таком виде?

В этот момент из лачуги вышла Лиора. Она тихо прислонилась к косяку двери, слушая. – Ты вылетел из ниоткуда, – вступила она в разговор. – Прямо перед нашей повозкой. С такой скоростью врезался в старое дерево, что аж кора летела во все стороны. Прочертил собой борозду в земле. Мы все онемели.

– Да уж, – кряхнуя, подтвердил Элван. – Барни, тот что повозкой управлял, аж вожжи выронил от неожиданности. Мужик он суровый, но не бессердечный. Увидел, что дело серьёзное, что ты весь в крови, без сознания… даже не спорил. Помог нам загрузить тебя в повозку и погонял лошадь что есть мочи, чтобы довезти сюда живого.

Юко слушал, пытаясь собрать в голове обрывки воспоминаний. Портал. Удар. Падение. Боль. – А вы… кто вы? – спросил он, глядя то на Элвана, то на Лиору.

Элван сделал затяжку и выдохнул дым. – Я – старый отшельник. Живу тут давно. А это – Лиора, моя помощница. Отец нашёл меня в лесу много лет назад, – мягко поправила его Лиора, и в её глазах светилась безграничная нежность и благодарность. – Я бежала… куда-то. Вся в грязи, в крови от ссадин, перепуганная до смерти. Он меня отмыл, выходил, приютил. Так и осталась здесь. Стала ему дочерью.

– Она для меня как родная, – кивнул Элван, и его старческие глаза по-отечески теплели, глядя на девушку. – И лучшая помощница в моём нехитром деле. Без неё вчера тебя бы и не спасли.

Юко смотрел на этих двух незнакомцев, спасших ему жизнь. Он был им должен. И он чувствовал, что его путь только начинается, и что это странное лесное убежище может стать его первым пристанищем в этом новом, незнакомом мире. Слово «отец», произнесённое Лиорой с такой любовью, отозвалось в его груди смутной, но острой болью – воспоминанием о друге, которого он потерял.

Вечер опустился на лес, окрашивая небо в лиловые и багровые тона. На веранде лачуги горела маленькая масляная лампа, отгоняя сгущающиеся сумерки. Юко и Лиора сидели на грубых табуретах, согревая руки о глиняные кружки с ароматным травяным чаем.

– Пей чаще, – сказала Лиора, делая небольшой глоток. – Отец собирает эти травы. Они и раны лечат, и силы восстанавливают. Помогут тебе окрепнуть.

Юко молча кивнул. Теплый напиток действительно притуплял боль в теле и немного прояснял мысли. Он сидел, уставившись в темнеющий лес, и на его лице застыла маска скорби и ярости.

– Спасибо, – тихо произнёс он. – За всё.

– Ты всё ещё не здесь, – мягко заметила Лиора. – Твои мысли далеко. Хочешь рассказать?

Его взгляд встретился с её внимательным, тёплым взглядом. И что-то в нём дрогнуло. Он рассказал. Сначала скупо, обрывками, а потом слова полились рекой. Он рассказал о своём мире, где не было магии, только пыль, сталь и вечные войны. О тяжёлом быте. А потом – о друге. О Акито. О том, как они нашли пещеру. Как появился тот человек…

– …он даже не смотрел на нас, как на людей, – голос Юко срывался от ненависти. – Спросил, не заблудились ли мы… а потом… просто ударил. Я отлетел, а он… он оказался за спиной Акито. И в его руке… появился клинок. Буквально из ничего! С зелёным свечением. Он вонзил его Акито в живот и… клинок исчез. Как будто его и не было.

Он сжал кружку так, что костяшки пальцев побелели. – Я прыгнул в портал вслед за ними. Очутился в огромном зале, как храм. Посредине – трон из чёрного камня. На нём сидел какой-то мужчина. А прямо перед ним… на полу… лежал Акито. Весь в крови. Бездыханный. И этот… этот убийца стоял рядом. И тогда он… он просто ударил меня ногой. Так сильно, что я вылетел обратно в портал и потерял сознание. Очнулся уже здесь.

Лиора слушала, не перебивая. Её глаза наполнились сочувствием. – Мне так жаль, Юко… Простите за вашу потерю. Мы поможем тебе. Обещаю.

В этот момент из тени внутри лачуги вышел Элван. Он стоял там уже несколько минут, слушая. Его лицо было мрачным. – Материализация оружия с зелёным энергетическим шлейфом… – проговорил он хрипло. – Мне это описание знакомо. Это звучит как техника Тенши. Подопечного Имира. Его… сына.

Юко резко поднял на него взгляд. – Тенши? Имир?

– Тот, кто сидел на троне, – Элван тяжело опустился на третью табуретку. – Имир. Тиран. Чума этого мира. А Тенши – его правая рука и самый опасный исполнитель. В зале больше никого не было? Ни одной девушки? Его дочерей-близнецов?

Юко покачал головой, напрягая память. – Нет… или я не успел заметить. Всё произошло слишком быстро.

– Вы с вашим другом наткнулись на язву этого мира, юноша, – Элван выдохнул струйку дыма. – На его ужас. И его план поражает своим безумием.

– План? – перебил Юко.

– Да, – Лиора ответила вместо Элвана, её голос стал тихим и серьёзным. – И эти знания смертельны для любого, кто ими обладает. Отец прав. У Имира есть идея… идея «абсолютного баланса». Он хочет столкнуть наши миры. Разрушить их до основания, чтобы на обломках построить один новый, «идеальный». Где всего будет вдоволь. Где не будет «чужаков» с той стороны. Где не будет конкуренции. Где будет править только он один.

Юко смотрел на них, не веря своим ушам. – Это… безумие.

– Хуже, – прошептала Лиора. – Это геноцид. Я знаю это, потому что… я была там. Моя магия… она позволяет управлять птицами. Чёрными ласточками. Я вселилась в одну из них и спряталась на люстре в его тронном зале. Я слышала, как он говорил об этом со своими приближёнными.

Воцарилась гнетущая тишина. Три человека сидели в крошечном оазисе света, окружённые тёмным лесом, и осознавали чудовищную правду. У Юко больше не было сомнений. Его путь вёл только к одному – к мести Тенши и к тому, чтобы остановить Имира любой ценой.


Лиора разбудила Юко на рассвете, едва первые лучи солнца коснулись земли. – Подъем, соня! Сегодня тебя ждёт насыщенный день.

Юко с трудом открыл глаза, всё тело ныло и протестовало. Он с хрипом поднялся с кровати и, поддерживая себя за бок, вышел наружу.

Лиора повела его по узкой тропинке, которая вскоре превратилась в подобие улицы. По обеим сторонам стояли такие же скромные, как у Элвана, лачуги и домики, некоторые – прямо на деревьях, соединённые мостками. Место напоминало Юко деревню его бабушки – та же простота, та же жизнь в гармонии с природой, но с налётом чего-то волшебного.

– Что это за место? – спросил он, озираясь по сторонам.

– Это одно из немногих мест, где ещё можно дышать свободно, – ответила Лиора. – Чтобы понять, нужно знать нашу историю. Нашим миром много лет правили Пять Великих Кланов. Но между ними шла ожесточённая война – Война Пяти. Она всё и изменила.

Она начала перечислять, загибая пальцы: – Первый – клан Ущелья. Их цитадель в Мглистых горах. Ими правит тот, кого ты встретил – Имир. Город мрака и страха. – Второй и третий – кланы-технократы: Синарх и Технэ. Они союзники. Главные двигатели прогресса. Их города – шестерёнки и хрустальные шпили, их технологии поражают. Правят ими братья-близнецы Аррон и Вектор. – Четвёртый – Клан Седьмого Солнца. Их дом – парящие острова высоко в небе, это рай между небом и землёй. Ими правит королева Лианна. Говорят, она унаследовала силу Короля Солнца. Они используют магию пламенного солнца, их оружие ослепляет мощью. – И пятый – клан Прилива. Их стихия – вода. Они – торговый двигатель между кланами, их корабли бороздят все реки. Ими правит наследница магии Лунной Королевы, Селина. Она очень властная и независимая, у неё мало приближённых.

Юко слушал, поражённый. Устройство этого мира было куда сложнее и масштабнее, чем он мог предположить.

Тропинка вилась между древних деревьев, уводя их глубже в лесную чащу. Воздух был наполнен запахом хвои и влажной земли. Юко шёл рядом с Лиорой, его ум ещё переваривал услышанное о пяти кланах. Всё это казалось грандиозным и чужим.

– Лиора, – начал он, глядя на дым, поднимающийся над крышами лесной деревушки вдали. – Ты говорила о кланах, о их силе… но я так и не понял. Чем они, в сущности, расплачиваются? Я видел, как Элван исцелял меня – это явно не просто травки. И тот удар, что я от тебя получил на тренировке… он был с каким-то призрачным свечением.

Лиора взглянула на него, её глаза блеснули пониманием. – Ты быстро соображаешь, Юко. В нашем мире всё держится на фундаменте. На пяти первостихиях. Они – источник всей магии, всей жизни, всей цены, которую мы платим.

– Пяти? – переспросил Юко. – Я слышал о воде, огне, земле…

– В Астрарии всё иначе, – покачала головой Лиора. – Наши первостихии – это Свет, Тьма, Земля, Воздух и Вода. Они – первокирпичики всего сущего. Каждый человек, рождённый здесь, в той или иной степени связан с одной из них. Эта связь и даёт нам силу.

Она сделала паузу, срывая травинку с края тропы. Травинка на мгновение окуталась лёгким сиянием, а затем рассыпалась в мелкую водяную пыль. – Вот видишь? Вода. Моя стихия. Она даёт мне гибкость, скорость, умение чувствовать течение энергии. А, например, королева Лианна из Клана Седьмого Солнца повелевает Светом в его самой чистой и разрушительной форме. Имир, тот что в Ущелье, черпает силу из Тьмы – он не просто злой, он буквально питается хаосом и отрицанием.

Юко слушал, заворожённо. – А… а что даёт связь со стихией? Просто силу?

– Нет, – Лиора серьёзно посмотрела на него. – Она даёт и берёт. Сила стихии требует платы. Часто – твоей собственной энергией, твоей волей, а иногда и чем-то большим. Слиться со стихией – значит рисковать быть поглощённым ею. Это и есть цена.

– Значит, у каждого здесь есть такая стихия? – спросил Юко, и в его голосе прозвучала тревога.

– Не у каждого, – ответила Лиора, и её взгляд стал мягче. – Есть такие, как мой приёмный отец, Элван. У него нет врождённой связи ни с одной из стихий. Его дар – в его уме. В сообразительности, в умении видеть связи там, где другие видят лишь хаос. Он не может призвать пламя или воду, но он может понять, как смешать десять трав и минералов, чтобы получилось зелье, сильнее любого огненного шара. Его сила – в знании. И такие люди, как он или например Аррон, тот что правит Синархом, часто становятся величайшими учёными, лекарями, изобретателями. Их дар не бросается в глаза, но он не менее важен.

Она остановилась и положила руку на плечо Юко. – Тебе же, Юко, ещё только предстоит узнать, есть ли в тебе связь с какой-то из стихий Астрария. Ты в этом мире чужой, и это может быть как проклятием, так и преимуществом. Если связь есть – тебе предстоит долгий путь, чтобы пробудить её и научиться платить её цену. Если нет… – она улыбнулась, – то, возможно, твоя сила в чём-то другом. Как у Элвана. В той самой ярости и упрямстве, что заставили тебя прыгнуть в портал за другом.

Юко молчал, обдумывая её слова. Картина мира становилась сложнее, но и яснее. Магия здесь была не просто фокусом, а частью бытия, со своими законами и суровой ценой. Он посмотрел на свою руку, сжатую в кулак, будто пытаясь ощутить в ней хоть искру чего-то своего.

– Понятно, – наконец сказал он. – Значит, будем выяснять, в чём моя расплата.

– Будем, – кивнула Лиора. – Но запомни главное правило, которое отец вбил мне в голову: магия Астрария не слуга. Она – дикий зверь. Ей нельзя приказать, её можно только попросить и предложить сделку. И чем могущественнее эффект, тем дороже плата.

– Какая сделка? – нахмурился Юко.

– Всё просто. Стихийник, желающий поджечь костёр, отдаёт искру своего тепла. Тот, кто вызывает бурю, рискует отдать ей своё дыхание и ясность ума. Сила забирает энергию, волю, а иногда и кусочки памяти или годы жизни. Самые мощные заклятья требуют кровавых жертв или ведут к необратимым изменениям – одни маги слепнут, приручая свет, другие каменеют, сливаясь с землёй. Отец говорит, что истинная сила не в том, чтобы много брать, а в том, чтобы брать ровно столько, сколько сможешь отдать, не сгорев при этом.

Тем временем они вышли на небольшую площадь, в центре которой стояла кузница. Воздух звенел от ударов молота о наковальню и пах раскалённым металлом. Лиора подвела Юко к стеллажу с оружием.

Юко взял в руки массивную двустороннюю секиру. Она была тяжёлой, но идеально лежала в ладонях. – А к какому клану принадлежите вы? Элван и ты? – спросил он, проверяя баланс оружия.

Лиора потупила взгляд. – Мы… под запретом. После войны было принято Соглашение Единства. Каждый должен принадлежать к одному из кланов. Те, кто отказывается… вне закона. Нас называют Вольные Маги. Мы живём независимо, скрываемся.

– Почему бы вам не вступить в один из кланов? Тогда не пришлось бы скрываться, – удивился Юко.

– Это… долгая история, – грустно улыбнулась Лиора. – Как-нибудь в другой раз. А сейчас – выбирай оружие. Без него здесь не выжить. Отец сказал, что ты должен быть готов к тренировкам.

Юко кивнул, понимая, что затронул болезненную тему. Он крепче сжал рукоять секиры. – Я выбираю это.

– Хороший выбор, – одобрительно кивнула Лиора. – Тяжёлое, но честное оружие. Теперь ты вооружён. Пойдём обратно. Отец, наверное, уже ждёт.

Недели, проведенные под опекой Элвана и Лиоры, пролетели для Юко в тумане боли, целебных отваров и изнурительных тренировок. С новой секирой за спиной Юко последовал за ней, чувствуя, как с каждым шагом его связь с этим странным миром становится всё прочнее. У него появилось оружие. Появились союзники…

Юко шёл рядом с Лиорой, ощущая непривычную тяжесть секиры на плече. Его мозг все еще переваривал услышанное. Пять кланов. Война. Всё это казалось грандиозным и чужим.

– Ты сказала, было Пять Великих Кланов, – начал он, глядя на дым, поднимающийся над крышами лесной деревушки. – Но из твоих слов звучало так, будто они… поделили всё между собой. А что было до? До этой Войны Пяти?

Лиора вздохнула, и в её глазах появилась тень давней печали. – До… всё было иначе. Кланов были не сотни – тысячи. Больших и малых. Одни поклонялись духам лесов, другие ковали оружие в недрах вулканов, третьи парили на коврах-самолётах в вышине. У каждого был свой путь, свои обычаи, своя магия. Это было время настоящего разнообразия. Хаотичного, шумного, но… живого.

Она остановилась, чтобы сорвать травинку с края тропы. – Но сила редко уживается с силой. Начались споры за территории, за источники маны, за влияние. Сначала это были стычки. Потом – битвы. А затем… – её голос стал тише, – затем появились они. Пять самых сильных, самых амбициозных кланов, что решили положить конец хаосу. Их лидеры объединились во временный союз, назвав его «Советом Абсолютного Порядка». Их целью было не победить в войне, а прекратить её. Любой ценой.

– Любой ценой? – переспросил Юко, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

– Они считали, что тысячи кланов – это угроза стабильности мира. Источник бесконечных конфликтов. И их «решение» было радикальным. – Лиора посмотрела на Юко прямо. – Они не просто победили остальных в войне. Они расформировали их. Сильнейшие кланы – Ущелья, Синарх, Технэ, Седьмого Солнца и Прилива – обрушили всю свою мощь на остальных. Целиком стирая с лица земли целые культуры, магические традиции, города. Они сжигали библиотеки, разрушали святыни, уничтожали или ассимилировали тех, кто выжил. Война Пяти была не войной за территорию. Это была война на уничтожение многообразия. Война, чтобы навязать свой порядок. Свой жёсткий, регламентированный контроль.

Она махнула рукой в сторону их скромного убежища. – Те, кто выжил, кто отказался присягнуть одному из Пяти, ушли в подполье. В тень. Как мы с отцом. «Соглашение Единства» – это просто красивый ярлык на акте насилия. Оно обязывает каждого принадлежать к системе, которая уничтожила его прошлое. Вот почему мы – Вольные Маги. Мы не против порядка. Мы против того, чтобы наш мир стал скучным, серым и подконтрольным полем битвы для горстки тиранов.

Юко молчал. Картина, которую она нарисовала, была куда мрачнее и сложнее, чем он мог представить. Это был не просто мир магии. Это был мир, оправляющийся от культурного геноцида, где за внешним порядком скрывалась огромная, незаживающая рана.

Вернувшись к уже знакомой лачуге, Лиора окликнула Элвана. Ответа не последовало. – На рынок ушёл, наверное, – заключила она, осматривая опустевшее жилище. – Начнём без него. Отец трудолюбивый, не сидит на месте. Зарабатывает тем, что помогает здешним: готовит снадобья, раны лечит, письма изредка разносит. А я… – она с лёгкой ухмылкой потянулась к пояснице, где висел небольшой топорик, – я опасности истребляю. Обезумевших медведей, проклятых призраков, что на людей нападают. Вот так и живём.

Вскоре она вывела Юко на задний двор, где среди высоких деревьев была расчищена небольшая площадка с утоптанной землёй и несколькими тренировочными манекенами из соломы. – Здесь меня отец учил, – сказала Лиора, занимая место в центре. – Здесь и тебя буду. Начнём с основ.

Она показала ему низкую, устойчивую боевую стойку, перенеся вес тела на переднюю ногу. Юко скопировал её движения, и тренировка началась сразу, без предисловий.

Лиора атаковала резко и жёстко. Она показывала короткие, отточенные удары ладонью, локтем, блоки предплечьями. Юко сначала неловко парировал, пропуская пару болезненных, но не сильных ударов по корпусу. Но затем что-то щёлкнуло. Его тело вспомнило давние навыки. Он начал уворачиваться, ставить блоки, его движения стали чёткими и резкими. Он вошёл в азарт, его глаза загорелись.

– Хорошо! – одобрительно крикнула Лиора, отскакивая от его очередного блока. – Схватываешь на лету! Концентрация отличная!

– Спасибо, – выдохнул Юко, не опуская рук. – В моём мире, в школе, я ходил на карате. Вот откуда, наверное, знания.

– Карате? – удивилась Лиора, делая ложный выпад. – Это что, пирожное такое сладкое?

Юко фыркнул, уклоняясь. – Нет, не пирожное. Такой… стиль ведения боя. Спорт.

Бой продолжился. Лиора заставила его двигаться по площадке. – Используй всё вокруг! – командовала она, сама отталкиваясь от ствола сосны для рывка. – Стены, деревья, землю! Противник не стоит на месте! Маневрируй!

Юко послушался. Он отскакивал к деревьям, используя их как щит, толкался от пней для ускорения, приседал, чтобы избежать удара. Он учился чувствовать пространство.

Финалом схватки стал быстрый подсекающий удар Лиоры и молниеносный бросок. Юко с грохотом рухнул лицом в землю, а она, встав на колено, аккуратно, но неумолимо завела его руку за спину.

– Сдаёшься? – спросила она, слегка нажимая.

В этот момент раздались неторопливые аплодисменты. Их внимание устремилось на край поляны. Там стояли Элван и тот самый кряжистый мужчина с повозки – Барни. Старик ухмылялся, а Барни одобрительно кивал.