Ирина Маликова
Дитя четырёх кровей 2. Академия Романдитора

Глава 1

Вместо вступления

Дорогие друзья! Наконец-то я принесла продолжение истории об Иннис и ко!

Я так долго не делала этого в надежде написать побольше текста, чтобы перерыв между продами не был слишком большим. Но пока что мне комфортно будет выкладывать главы целиком 1 раз в неделю. Могу чаще, но тогда запас быстро иссякнет, и у меня начнётся паника из-за того, что пополнять его я не успеваю((

Поэтому пока так.

Напоминаю: эта книга – продолжение истории, т.е. одна книга была разделена на две части. Как только я её допишу, обе части будут объединены в одну.

И самое главное: в процессе написания эта часть будет доступна БЕСПЛАТНО!

Так что запасайтесь вкусняшками, терпением, и отправляйтесь в Романдитор вместе со мной!

Приятного чтения!

Буду рада видеть вас в комментариях и в своих соцсетях! Не жалейте звёзд, давайте не позволим книге утонуть слишком быстро после начала публикации :)

Глава 2

Неделя пролетела незаметно: расспросы родителей, встречи с семьёй Фэллана и просьбы продемонстрировать вновь обретённые способности перемежались с побегами в Дивные Дубравы к бабушке и размышлениями о произошедшем.

Вопреки всеобщим ожиданиям, Иннис больше ни разу не перевоплотилась в существо, форму которого приняла на финальном испытании. И хотя внешне этого не выказывала, была этим весьма разочарована. Вечерами, оставшись наедине с собственными мыслями, она могла подолгу рассматривать руки в тех местах, откуда тянулись крылья. Кожа стала чуть более выпуклой, натянутой, будто под ней прятался глубокий шрам. Это были способности, доставшиеся от деда? Жаль, спросить было не у кого. Бабушка – и та не знала. Она была увлечена рассказом Иннис, потом предавалась воспоминаниям о годах, прожитых с дедом, но ничего не могла припомнить о драконовом наследии…

Вибрация, которую Иннис ощущала на коже до испытаний, теперь стала привычной, едва заметной. В целом, жизнь доставляла меньше хлопот, чем раньше, однако же голова не унималась. Вместе с гордостью за собственные достижения с каждым днём росло и волнение.

Как будет проходить учёба?

Справится ли она?

Возвращаясь мысленно в день испытаний, Иннис не могла обойти стороной и кандидатов, которые войдут в академию бок о бок с ней. Судя по увиденному, Иннис опасалась, что учебные будни всё расставят по своим местам, и что на фоне таких умелых колдунов она будет смотреться неуместной.

Но потом напоминала себе, что и сама-то сумела поступить, при том, что прежде звёзд с неба не хватала! Что слабо, но воодушевляло.

В итоге, за неделю она настолько себя накрутила, что к началу учёбы уже готова была лезть на стену, поэтому, когда пришла пора отправляться, Иннис вздохнула с облегчением.

Любая реальность не так страшна, как то, что она себе надумала!

В Лоренвальд они возвращались вместе с непривычно молчаливым Фэлланом. И наконец, спустя целый день изнурительного путешествия из Халдиреи в славную столицу, Иннис шла среди прочих адептов по мощёной брусчаткой тропе через парк, прямиком в общежитие!

Тащить два чемодана было крайне неудобно, но от помощи Фэллана она наотрез отказалась, пожелав в полной мере прочувствовать свой первый день в академии. Так она сказала жениху. На самом же деле взыграла банальная гордость и обида: он почти ни слова не сказал во время поездки, а на её вопросы отвечал вежливо, но кратко и уклончиво. Иннис это задело…

О своём решении она пожалела уже спустя четверть пути: ноша была не из лёгких, без конца подворачивались ноги, и даже осознание, что другие адепты вокруг неё сталкиваются с теми же трудностями, не слишком успокаивало! Поэтому Иннис стала отвлекаться, рассматривая причудливые тени, которые отбрасывали широкие листья деревьев. Интересно, что о них сказала бы бабушка? Таких деревьев не было в Халдирее, как и пышных высоких кустарников, с которых, словно серёжки, свисали длинные витые листочки, касавшиеся брусчатки.

Воздух был напитан ароматом мокрой, не просохшей после утреннего ливня, земли, над макушкой пронёсся возмущённый воробей, за которым гнались цветочные феи…Может, и не столь уж сильно столица отличалась от её родного города!

Общежитие предстало перед Иннис трёхэтажным исполином, стены которого были выложены из крупного дикого камня, а перед ним разноцветным островом раскинулся овальный палисадник, усеянный пёстрыми астрами.

Иннис с тоской посмотрела на высокие ступени, которые ей предстояло преодолеть, и когда все пятнадцать каменных препятствий были позади, вспотевшая и крайне уставшая девушка, вошла наконец в распахнутые двустворчатые двери. Там её встретила суета! Адепты тащили за собой сумки, окликали друг друга, и небо знает, как умудрялись не столкнуться! Иннис осмотрелась в надежде увидеть какой-нибудь пост дежурного или информационную доску, как вдруг откуда-то снизу прозвучало:

– Первый год? Так, сюда-сюда!..

Девушка ростом ей по пояс с вытянутыми ушами, кончики которых прорывались через густые пышные каштановые кудри, схватила Иннис за руку и с удивительной силой оттащила к стене. Деловито постукивая ножкой в туфле с металлической набойкой, поправила очки-половинки и сделала пасс рукой, в которой тут же материализовался золотистый свиток.

– Имя!

Когда Иннис представилась, свиток завис в воздухе и раскрылся. Незнакомка, сощурившись, стала водить по нему острым ногтем, пока не проступила запись, выведенная изумрудными чернилами, после чего щёлкнула пальцами, и свиток исчез, а в её руках появилась кипа бумаг, которые она тут же всучила Иннис.

– Комната двести четыре, правое крыло, – пророкотала она, указав большим пальцем себе за спину и, протянув спиралевидный ключ, тут же умчалась, видимо, узрев другого новичка.

Иннис осмотрелась: лестницы нигде не наблюдалось, зато обнаружились витые ступени, которые медленно, словно пробка из бутылки, выкручивались из пола и исчезали в дымчатом потолке. Чувствуя себя провинциалкой, коей, собственно, и являлась, девушка незаметно понаблюдала за тем, как этим устройством пользуются другие студенты, после чего неуверенно встала на гладкую основу и, пробормотав номер этажа, вцепилась в поклажу, когда платформа пришла в движение. Наблюдая за приближением дымки, Иннис всё прикидывала, на что будет похоже прохождение сквозь неё, но столкновения не произошло.

Скорее, чем успела испугаться, она оказалась в середине длинного каменного коридора, освещённого магическими огнями золотого и бирюзового цвета, дружелюбно мерцавших под потолком. Указатель на стене напротив услужливо показывал витыми стрелами, где искать нужную комнату, Иннис перехватила поудобнее ненавистные чемоданы, и когда наконец дошла до своей двери, нумерация которых почему-то начиналась с другого конца коридора, с неподдельной ненавистью вогнала ключ в замочную скважину.

Замок приветливо щёлкнул, дверь медленно распахнулась, и девушка оказалась в просторной гостиной. Два окна на стене напротив были затянуты тяжёлыми изумрудными шторами с золотистой отделкой, в центре стоял диван, развёрнутый к вычурному камину, в котором, несмотря на тёплую погоду, плясало лиловое пламя. Несколько глубоких кресел были расставлены по углам, между окнами стоял низкий стеклянный столик, сплошь заставленный склянками с разноцветными жидкостями, вазами с сухостоем, и свечами. Свечи вообще были повсюду: на столиках, на камине, и даже на стенах, от чего на фисташковых обоях танцевали причудливые длинные тени. В нескольких шагах лежал пушистый ковёр, покрывавший всю комнату, а у его края стояли чёрные туфлина плоском ходу с острым носом .

«Должно быть, моей соседки», – догадалась Иннис и, испытывая волнение, сняла сандалии, оставила чемоданы и вошла в гостиную. И тут же испытала почти физическую необходимость открыть окна и пустить немного солнечного света! А ещё – избавиться от хлама, но это уже придирки…

– Просила же отстать от меня, клятые вы пара…

Иннис обернулась, и тут же напоролась на настороженный взгляд кварцевых глаз. На пороге одной из примыкающих к гостиной комнат стояла… Селеста собственной персоной! Она была одета в шёлковое платье глубокого фиолетового цвета с высоким горлом и длинными рукавами, с тонким белым кружевом на манжетах и горловине, серебристые волосы у одного уха были подхвачены заколкой, а взгляд, которым она окинула Иннис и её вещи, был отнюдь не дружелюбным!

Радость от внезапной встречи с кем-то знакомым мгновенно потускнела, а сорвавшееся с губ девушки «Привет» утонуло в возмущённом крике:

– Не-е-т… Они не посмели!..

В мгновение ока Селеста оказалась на пороге и проорала в пустой коридор:

– ВАЛЕСИЯ! ЧТО ЗА ВЫХОДКИ?! ЧТОБ ТЕБЯ ТРИЖДЫ ЧЕРЕЗ КОЛЕНО!

Иннис могла поклясться, что услышала ехидное хихиканье в ответ, а то, что ей не показалось, подтверждал тот факт, что Селеста с чувством показала в коридор неприличный жест и захлопнула дверь!

Иннис не ждала пылких объятий, но такой приём уж точно не был радушным! Покопавшись в памяти, Иннис убедилась, что не ошиблась дверью, а потом всё же спросила:

– А кто такая Валесия?

Селеста, уже почти вернувшая самообладание, обернулась и воинственно сверкнула глазами.

– Та мелкая каракатица, которая распределила тебя в эту комнату! Она – Хранитель этого места, и мы с ней не сладили с самого первого дня. Я два года жила одна, не нарушала её правила… большинство из них, но не давала ей повода выселить меня. Но она нашла другой способ мне напакостить. Щитника мне за шиворот… – Селеста потёрла лоб, в её взгляде читалось раскаяние. – Я не очень-то уважила тебя.

– Забудь, – отмахнулась Иннис и указала на дверь орехового цвета. – Там моя комната?

– Верно. И коль скоро мы стали соседками, считаю, что нужно установить кое-какие правила, – сказала ведьма и стала загибать пальцы. – Первое: ты не входишь в мою комнату без стука. Я на себя беру то же обязательство. Второе: ты не трогаешь мои склянки. Не заблуждайся, я прекрасно вижу твой хищный взгляд, жаждущий от всего здесь избавиться. Третье: пламя в камине должно гореть всегда.

Иннис кивнула, подумав, что нужно научиться тщательнее скрывать от окружающих свои эмоции.

– Принято. Тогда и я внесу кое-какие правила. Мне нужно больше света в гостиной, а также живые растения. Не из прихоти, это необходимо мне из-за наследия дриады.

Селеста с тоской посмотрела на занавески и обречённо вздохнула.

– Что-то ещё?

– Мы оставим склянки, но убери сухостой – это мёртвая энергия, прости.

– Ох уж эти дриады…

– И третье: ты расскажешь мне, как тут всё устроено, чтобы я не оконфузилась в привычных для других вещах.

Последний пункт Селесту явно повеселил, и она, великодушно призвав дымчатые тени, велела им отнести поклажу Иннис в её новую комнату.

Первое, что бросалось в глаза – огромная кровать. В доме родителей кровать была тоже не маленькой, но на этой, касалось, могли поместиться по меньшей мере четыре человека! Светло-зелёное постельное бельё отлично сочеталось с оливковыми стенами, занавески из белой тюли на большом окне казались невесомыми и словно танцевали в такт дуновениям ветра. Ноги утопали в пушистом белом ковре, у дальней стены стоял письменный стол с приставленным к нему креслом, рядом – невысокий шкаф для книг. А сразу за дверью возвышался шкаф для одежды.

Селеста не была настроена на душевный разговор, что демонстрировала всем своим видом, однако же рассказала о готи – бестелесных духах-помощниках Валесии. Обычно им нет дела до жителей общежития, однако они становятся невыносимыми, если хозяин комнаты перестаёт поддерживать в ней порядок. По её словам, сначала они сами оказывают посильную помощь в уборке, но, если бардак усугубляется, тут уж пеняйте на себя! Эти духи становятся вездесущими, зудят над головой, словно полчище мух, и всё время норовят выбросить из комнаты всё, что считают мусором.

За них-то она и приняла Иннис, когда услышала звук открывающейся двери.

«Но тебе, видимо, их опасаться не стоит», – добавила она, мрачно наблюдая за тем, как скрупулёзно соседка складывает вещи в шкаф, после чего удалилась.

Иннис лишь вздохнула? прошлась взглядом по стройным стопкам одежды на полках, и подумала: «Не жила ты, Селеста, под одной крышей с Мадлен Веланор…»

Закончив, Иннис упала на кровать и уставилась в потолок, под которым едва заметно покачивались магические сферы размером не больше грецкого ореха, которые с наступлением темноты загорятся приглушённым светом. Желудок, который доселе скручивало от одной только мысли о еде, наконец расслабился, и всё настойчивее просил еды. Интересно, когда будет ужин?..

Иннис повернулась на бок и прижала колени к груди. Кого она обманывает? Голод здесь ни при чём… Повернувшись на бок, она дотянулась до стопки бумаг, которые ранее дала ей Валесия. На первой витиеватым почерком был выведен распорядок, согласно которому запрещалось ходить по коридорам после полуночи, а в общежитие нужно было вернуться не позже десяти вечера – именно в это время двери закрываются до пяти утра, и открываются они лишь по приказу преподавателей или же самой Валесии. Столовая находится на первом этаже, там сервируется стол по количеству присутствующих на территории общежития. Завтрак и ужин по расписанию, обед предлагается взять в дежурной столовой в стенах самой академии. Так… и, если верить этой бумаге, до ужина ещё несколько часов.

Следом шла карта с расположением всех аудиторий, ниже была приписка: «После определения наставника и выбора направления обучения, нужные классы будут отмечены, и на обороте появится расписание»

Что ж, удобно.

За изучением бумаг Иннис не заметила, как уснула, и открыв глаза, первым делом порадовалась, что спала без сновидений, и что подсознание никуда не швырнуло её духовное тело! Перед глазами возникло воспоминание, как Иннис оказалась ночью в комнате Айрелла Тиббота, но она тут же отмела его, а заодно и непрошенное чувство, тяжестью осевшее в груди. Не время и не место вспоминать об этом, лучше сосредоточиться на совете Фэллана и отныне относиться к этому мужчине исключительно как к профессору.

«Ох, Владычица Вирява, не допусти, чтобы он стал моим наставником!..»

Зевнув, она обнаружила, что в комнате уже темно. Взглянув на часы, девушка поморщилась и потёрла несчастный живот. Ужин она беспечно проспала. Чувствуя себя самой несчастной на свете, Иннис сползла с кровати и подошла к окну, чтобы открыть его и впустить в комнату ночную прохладу.

На улице было тихо, лишь одинокий сыч вдали завёл свою унылую песню, света луны едва хватало, на то чтобы осветить пространство вокруг, но Иннис постояла немного, воображая, как выглядит ночью парк, сквозь который шла сегодня, что сейчас делает Фэллан… и как она поведёт себя завтра, при встрече с Айреллом Тибботом.

Она всё здорово усложняет!

Злясь на саму себя, девушка прикрыла окно, оставив достаточно пространства для того, чтобы в комнату поступал свежий воздух, и собиралась было уже идти переодеваться, как вдруг её взгляд задержался на столе. Подойдя ближе, Иннис ахнула и широко улыбнулась: там её ждала тарелка с двумя булочками, накрытыми салфеткой, длинный жёлтый фрукт и стакан с каким-то отваром. А рядом лежала узкая бумажка, на которой бисерным почерком было выведено:

«Не привыкай к этому.

С.»

Иннис бросила взгляд на стену, словно могла увидеть девушку за ней, после чего села за стол и принялась за еду. Прекрасное завершение дня! А о лучшей соседке и мечтать не стоило!

Глава 3

Утро следующего дня Иннис встретила в уборной.

Она никогда не могла похвастаться крепкими нервами, но наивно полагала, что самое страшное и волнительное осталось позади. Она ведь прошла испытания на глазах практически у всего города, что может быть хуже?

Но отдохнувшее от долгой дороги тело решило, что выбор наставника, который будет вести её по лабиринтам знаний в течение трёх лет – достаточно веский повод для того, чтобы на нервах связать узлом все внутренние органы девушки, от чего она с самого утра распрощалась с тем, что съела накануне, и вспотела, как после сложного трудового дня.

Благо, уборная была присоединена к каждой комнате, и не пришлось нестись через весь коридор на потеху другим студентам!

Благо, что Селеста считала ниже своего достоинства вставать с первыми лучами солнца!

Иннис долго стояла под струями прохладной воды, наполняясь её живительной энергией, и вышла из ванны лишь когда услышала мерный стук часов на стене в гостиной. Ей нужно быть в академии через час.

Ни о каком завтраке не могло быть и речи, поэтому девушка переоделась в светло зелёную блузку и юбку древесного цвета, схватила пачку бумаг, выданную Валессией, и бросив полный сожаления взгляд на удобную кровать, выбежала из комнаты.

В погружённом в тишину холле возле каждого окна стоял небольшой круглый стол с тремя стульями, а возле стен – мягкие серые диваны, на которых могло уместиться не больше двух человек. Кое-где сидели сонные студенты, чуть поодаль доносился сердитый голос – Иннис не удержалась от любопытства и заглянула за угол: Валессия, тряся тонким узловатым пальцем, выговаривала двум парням, виновато опустившим головы. Её небольшой рост с лихвой компенсировал зычный, командирский голос, и девушка поспешила скрыться. А ну, увидит незваного свидетеля?..

К зданию академии вела вымощенная брусчаткой широкая дорога, которая, как издали казалось, утопала в поросли непроходимой зелени густо посаженных деревьев, чьи кроны и ветки были гораздо ближе к небу, чем к земле. Иннис это даже огорчило. Нестерпимо хотелось коснуться их листьев, провести пальцами по необычной коре цвета цветущих болот у северной границы родной Халдиреи, и если второе желание было вполне исполнимым, то с первым ей точно придётся попрощаться. Если только не пробудит ту загадочную способность, с помощью которой и добыла себе пропуск в академию…

Последний отрезок пути пролегал через небольшой деревянный мост, переброшенный через тонкий ручей, чьи воды звонко разбивались о камни и другие природные препятствия на своём пути. Но не это привело Иннис в дикий восторг, а то, что мост с обеих сторон обрамляли густые ветви плакучей ивы, словно образуя тоннель. Несмотря на то, что время поджимало, девушка не смогла отказать себе в удовольствии поиграть кончиками пальцев с тонкими длинными листьями. Кровь дриады отозвалась щекочущими волнами, кожу покрыло едва различимое зелёное сияние, и остаток пути Иннис преодолела в куда лучшем расположении духа. Однако голову не покидал вопрос: «Где, демон побери, остальные первогодки?»

Здание академии, в отличие от величественного дворца с его башнями, пиками, и прямо-таки кричащим величием, было достаточно сдержанным. Оно представляло собой слегка изогнутый, четырёхэтажный корпус, выполненный из теплого, светло-серого камня. Подойдя ближе, Иннис заметила, что стены были украшены резьбой фигур, изображающих магических существ и природные стихии, круглые окна в свете утреннего солнца играли радужными оттенками.

Академия, словно рвом, была окружена необычным, пёстрым садом. Иннис усилием воли заставила себя пройти мимо, но даже при беглом осмотре она с удовлетворением узнала некоторые цветы, среди которых – пышные лютинии. С них-то и началось её знакомство с Айреллом Тибботом…

Ругая себя за безголовость и ненужные воспоминания, Иннис взлетела по широким ступеням каменной лестницы, по обе стороны которой стояли статуи черепах, на спинах которых сидели раскинувшие капюшоны кобры.

Жутковато.

На мгновение замерев перед массивной деревянной дверью, на которой была выгравирована рунная вязь, мерцающая бледно-голубым светом, Иннис шумно выдохнула и потянулась было к ручке, как вдруг руны запылали красным, перемешались, и выстроились в фразу:

«Ну что за невежда!»

и следом возник вопрос:

«А как же постучать?»

Щёки Иннис запылали. Теперь ей выговаривает дверь.

Что ж, экзамен на вежливость она явно провалила… Вот бы и следующие пройти с такой же лёгкостью. И желательно – с положительным исходом.

Подняв руку, она несколько раз стукнула. Руны снова перемешались и вернулись на своё место, после чего дверь приоткрылась. Иннис тут же прошмыгнула внутрь, пока та не передумала, и охнула.

Высшая Академия Романдитора славилась своим уникальным методом распределения студентов по наставникам. Иннис слышала об этом ещё в годы учёбы в школе при ратуше, потом, во время обучения у Айрелла Тиббота, об этом вскользь упоминал Фэллан, но подробностями делиться отказывался «дабы не портить сюрприз». Сказал лишь, что ей не придётся судорожно выбирать направление учёбы и наставника, академия сама ей подскажет.

Довольно легкомысленно, учитывая, как много всего зависело от наставника! Он сопровождает студента на каждом этапе учёбы: помогает с расписанием, часто лично преподаёт ведущую дисциплину. При необходимости помогает с согласованием дополнительных занятий по трудно дающимся предметам… незаменимый человек!

И пока Иннис не переступила порог академии, совершенно не представляла, как это будет происходить.

Она оказалась на величественной платформе, окруженной густым лесом и полем, омытым серебристым лунным светом. В воздухе витал нежный аромат цветов и древесной коры, звуки природы создают легкую, умиротворяющую мелодию. Иннис обернулась – входной двери не было… Что это? Иллюзия?..

«Владычица Вирява, да что тут творится?..»

Словно ответ на вопрос, прямо перед ней возникли три сияющие тропы.

Первая вела в лес, среди веток которых роились стайки светлячков и слышался шепот фей. Второй путь уводил к крутым скалам, за толщу облаков. Третья тропа манила пройти сквозь широкую, светящуюся арку, выполненную в виде переплетенных лоз.

Словно отовсюду зазвучал мягкий, обволакивающий голос:

– Стоя здесь, на развилке, ощути, какой путь сильнее всего манит тебя. Не думай, чувствуй. И ступай, без страхов и сомнений.

Отринуть страхи? Как же! А ведь Фэллан обещал, что думать не придётся… и голос приказал не думать… А-а-х, клятство!

Иннис встряхнула ладонями и, глубоко вздохнув, взглянула на первую тропу. Кровь дриады запела, марево на коже стало почти осязаемым, и всё её нутро буквально рвалось туда! Словно подсказывало, что там она в должной мере постигнет искусство природной магии.

Вторая тропа манила своей мощной энергетикой и обещанием изучения древних знаний. Перед глазами возникали образы ночного неба, далёких горных вершин, а кожу будто обдавало ветром, как при быстром полёте....

При взгляде на арку, к которой вела третья тропа, девушка мгновенно почувствовала притяжение к этому пути. Которое так же мгновенно сменилось страхом и даже неприятием. Её пронзили те же ощущения, что возникали каждый раз при возвращении духовного тела в физическое, и каким-то непостижимым образом Иннис поняла, что там её может ждать человек, которого она не хотела видеть своим наставником…

– Не думай… не думай… прочувствуй…

Голос, вновь зазвучавший на поляне, сумел выдернуть её из пучины сомнений. Она поступила сюда ради себя, чтобы доказать себе, что чего-то стоит. И уж если ей удалось забраться на, казалось бы, непокорённую вершину, нельзя позволить всё себе испортить какими-то глупым мыслям и сомнениями!

Иннис закрыла глаза и заглянула внутрь себя, туда, где, как представляла, находится резервуар её силы. И воззвала во тьму.

Отзовись.

Покажись.

Где мой путь?

Моя жизнь?

Тьма молчала, словно раздумывая, но вскоре из её недр стал пробиваться побег. Робкий и слабый, он потянулся вперёд, словно компас указывая путь. Не открывая глаз, Иннис последовала туда, куда, словно поводырь, вёл её побег. Прошло совсем немного времени, когда видение внезапно развеялось. Открыв глаза, Иннис обнаружила, что поляна и тропы исчезли, а сама она стоит перед дверью в стенах здания. Не желая боле тратить ни минуты, Иннис решительно опустила ручку и вошла, но увиденное заставило её замереть на самом пороге.

Кабинет, в котором она оказалась, был совсем небольшим. Длинный стол, огромное окно слева, справа – шкаф с наваленными кипами свитков. Танцующие в лучах солнца пылинки, казалось, избегали человека, доселе стоявшего к ней спиной.

Человека ли?

Когда он обернулся на шум, Иннис пронзил удивлённый взгляд сапфировых глаз, а сердце, как и тогда, на испытаниях, пропустило два тяжёлых удара. Тонкая прядь светлых волос, делящая левую часть лица пополам, светлая щетина, аристократичный стан… Иннис сглотнула.

«Владычица Вирява… что за дела?!»

Сочные губы мужчины изломились в медленной улыбке. Он захлопнул книгу, которую держал в руке, и облокотившись о стеллаж, качнул головой и протянул:

– А судьба – та ещё затейница, не так ли, миэйра?

Глава 4

– Как это, ректор – твой наставник?!

Иннис страдальчески вздохнула и посмотрела на стоявшую перед ней тарелку с кашей так, словно в ней копошились личинки. На её памяти, ведьма прежде не выказывала столько эмоций, как сейчас…

– Мне на элларском повторить?

– А сумеешь?

– Это вряд ли…

Встреча с ректором была короткой, и не считая первой фразы, он произнёс ещё несколько, и в них, собственно, не было никакой конкретики.

«Не распространяйтесь пока об этом, миэйра», «Дайте мне ваши бумаги», «Позже обсудим ваше просто колоссальное везение, а пока ступайте на первый этаж и съешьте уже что-нибудь, не то так и свалитесь без чувств».

Это в каком же виде она перед ним предстала?!

Нет… как раз это Иннис волновало меньше всего! Она не преминула воспользоваться его советом и, не зная куда идти, бросилась прочь из кабинета, как провинившаяся, к ближайшей винтовой лестнице. Судьба и впрямь затейница, спору нет!.. Ни на любопытство, ни на восхищение потрясающим убранством коридоров сил уже не осталось, Иннис почти слетела на первый этаж и врезалась в проходящую мимо студентку. Та стала рассыпаться в проклятиях, но возникшая словно из воздуха Селеста подействовала на неё отрезвляюще. Незнакомка ушла, ведьма же подхватила Иннис под локоть, как близкая приятельница, и отвела в столовую.

Просторное помещение, наполненное естественным светом, практически пустовало, и было разделено на несколько зон. Слева и справа у стен стояли длинные столы с яствами, стеллажи с чистыми тарелками и столовыми приборами, а также большие кастрюли с черпаками, каждая из которых благоухала ароматами компотов и травяных сборов. Девушки обошли украшенные вьюнами перегородки и оказались среди множества круглых белых столов, большая часть из их пустовала. Иннис уселась за один, безуспешно убеждая соседку, что не голодна, но та была непреклонна, а потому вскоре поставила перед ней поднос с двумя глубокими тарелками, стаканами с компотом, и парой блюдец с пышными булочками. Ведьма поворчала для порядка, что «чувствует себя использованной карманной служанкой», но довольно искренне поинтересовалась, что так сильно огорчило Иннис.

Несмотря на запрет ректора, Иннис подалась чуть вперёд и выложила Селесте всё, как на духу, и с каждым произнесённым словом груз от осознания этой правды будто приколачивал её к этому стулу.

Селеста слушала, не отрываясь от еды, но тут же закашлялась, услышав, к кому распределение привело Иннис. Что только усилило чувство обречённости.

Иннис посмотрела исподлобья на обескураженную собеседницу и спросила мрачным, незнакомым голосом:

– Слушай, почему, глядя на твою реакцию, меня не покидает ощущение, что отныне я в заднице?

Ведьма, к её чести, не стала издеваться или умничать. Она отложила ложку, сделала глоток компота. Медлила с ответом, но при этом не сводила с собеседницы розовых глаз.

– Одна из причин, я полагаю, твоя забитость, – протянула она наконец, и тут же пояснила, увидев, как сузились глаза девушки. – Я не стремлюсь тебя обидеть – делать мне, что ли, больше нечего? Но не сказать, что ты в себе уверена. Я не права?

Иннис нахмурилась и, вместо ответа, лишь дёрнула плечом.

Селеста продолжила.

– Считаю ли я, что ты слишком бурно реагируешь? Да. Имеешь ли ты на это основания? Тоже да.

– И что это значит, демон тебя побери?!

Лицо Селесты на мгновение сморщилось. Неужели обиделась?! Но ведьма взяла себя в руки и, подперев голову рукой, проговорила:

– Насколько мне известно – а известно мне многое, – ректор давно не входил в число наставников академии. Не работает со студентами напрямую. А потому твоё распределение вызывает вопросы. Судя по тому, что ты рассказала, он был удивлён не меньше твоего, не так ли?

От воспоминаний об удивлённых сапфировых глазах у Иннис прошёл мороз по коже.

– Как думаешь, здесь может быть ошибка? Возможно, он потому и попросил не распространяться?..

– Кто знает. Я… не была в числе тех, кто интересуется ректором с особым рвением, потому даже не берусь строить догадки, что происходит в его чешуйчатой голове.

Иннис зацепилась за слова «с особым рвением», и тут же память услужливо подкинула рассказ её бывшего наставника. Возможно, он и был ложью…а вдруг только отчасти?..

– Не хочу наговаривать, но не имеешь ли ты в виду его, скажем так, слабость к студенткам?

– А ты-то откуда знаешь? – удивлённо спросила ведьма. – Уж не думала, что наш гений артефакторики из любителей почесать языком.

Иннис перевела взгляд на окно.

– Однажды, ежели захочешь, я расскажу эту историю подробнее, но, если кратко – нет, мне это известно не от Фэллана. А от его дяди.

Селеста подалась вперёд и прикрыв рот ладонью, прошептала:

– Неужто Айрелл Тиббот перебасельник?! А так и не скажешь!

– Кто, прости?

– Ну-у… сплетник, – нетерпеливо пояснила ведьма.

Губы Иннис задрожали.

– Думаю, он уже давно пожалел о своей откровенности. Но… нет, скорее он был вынужден сказать об этом. Так… это правда?

Селеста уже собиралась ответить, но тут из крупных каменных цветков-колокольчиков, расположенных по углам столовой, раздался голос:

«Всем студентам-первокурсникам необходимо немедленно проследовать в холл и подойти к своим наставникам, чтобы забрать сопроводительные документы и получить первые рекомендации. Повторяю…»

– Что ж, возможно, я ошиблась, и ректор в этом году всё же взял наставничество. Я подожду тебя здесь. Расскажи потом, сколько студентов к нему распределилось.

Судя по лицу, Селеста и сама не верила в то, что говорила. Да что толку гадать? Отставив тарелку с нетронутой кашей, Иннис залпом осушила стакан с компотом и пошла в указанном направлении. Из головы не шли слова ведьмы. Вот ещё не хватало получить славу студентки-блудницы, охмурившей ректора! Иннис передёрнуло, и весь оставшийся путь она мысленно взывала к Владычице Виряве, чтобы самые страшные и крамольные подозрения на счёт наставника не подтвердились.

Надо бы выражать свои мысли поточнее, с запозданием подумала она, и даже чуть притормозила. Её прошлое желание избежать наставничества Айрелла Тиббота исполнилось неожиданным образом. Пожелав отстраниться от этого человека, Иннис и вообразить не могла, что сделает шаг в другом, не менее спорном направлении. Пожалуй, наиболее правильным будет заткнуться, даже мысленно, и не взывать с мольбами и желаниями к кому-либо, пока находишься в академии. У духов этого места какое-то особое чувство юмора…

Теперь у Иннис была возможность по достоинству оценить высокие своды, выполненные из бирюзово-коричневого мрамора с белым природным рисунком, но шум и суета не позволили осмотреть великолепные стены и необычный графитовый пол. Иннис пришлось вытягивать шею в попытках увидеть своего наставника. У винтовой лестницы стояли сёстры-колдуньи, которых она видела в тот день на испытаниях. К ним уже подошли первые студенты, а у единственного окна толпа первогодок обступила едва заметного старичка, и…

Высокий парень, который, видимо, как и она, искал своего наставника, столкнулся с ней, когда разворачивался, и Иннис, тихо охнув, едва не упала, как вдруг её придержали за плечи. Слова благодарности застряли в горле, когда она услышала строгий голос:

– Будьте осмотрительнее, миэйр. Ваша неосторожность может стоить кому-то похода к лекарям.

– Выговаривайте – так всем, профессор! Не я один здесь виноват!

Хватка на плечах Иннис стала крепче.

– Не с того начинаете учёбу, миэйр. Имя!

Незнакомец представился, и бросил на Иннис весьма недовольный взгляд. Как оказалось, он случайно вступил в перебранку со своим же наставником, и поспешил убраться подальше, как только получил документы. Иннис собиралась последовать его примеру, и уже начала пятиться, когда услышала:

– Дурной пример заразителен, я смотрю. Даже не поблагодарите за помощь?

Иннис на мгновение прикрыла глаза. Она знала, что встреча с Айреллом Тибботом неизбежна, и всю неделю так или иначе представляла её. Все наставления и разумные доводы Фэллана превратились в пыль стоило ей только развернуться и посмотреть на бывшего наставника. Чёрные, с небольшой проседью, волосы разделены небрежным пробором и обрамляют завитыми кончиками бледное лицо, смягчая его черты. На нём была синяя атласная рубашка, брюки, и небрежно накинутая мантия без рукавов. А на тонких губах играла едва заметная улыбка.

Заслужить такую улыбку было непросто в то время, когда он ещё был её наставником. Она была свидетельством искренних эмоций и чувств, которые этот высокомерный болван показывал не так уж и часто. И сейчас Иннис восприняла её как издёвку, неясно только – умышленную ли…

Поэтому и сделала единственное, что посчитала правильным в данной ситуации. Положив руку на сердце, Иннис учтиво поклонилась – так, как кланяются монархам, и проговорила:

– Благодарю Вас, профессор Тиббот, за потраченное на моё обучение время. Я высоко ценю и никогда не забуду тех усилий, которые вы вложили в меня, и всецело осознаю, что нахожусь сейчас здесь исключительно благодаря Вам.

Иннис проглотила ком в горле и, разогнувшись, с вызовом посмотрела наставнику прямо в глаза. Стало ли ей легче? Отчасти. Ведь говорила она искренне…. И больше всего ей хотелось, чтобы Айрелл Тиббот прямо сейчас просто развернулся и ушёл, а не продолжал буравить её внимательным взглядом тёмно-карих глаз.

Снующие вокруг студенты словно перестали для неё существовать. Находиться рядом с этим человеком было пыткой. Отчасти – добровольной, ведь никто не удерживал её силой…

Айрелл прыснул и подался чуть вперёд и, понизив голос, произнёс:

– Я принимаю вашу благодарность, миэйра. Но почему же мне кажется, что это – далеко не всё, что вы хотели мне сказать?

– Ваша счастье, что этот разговор не состоялся неделю назад. Тогда я бы не сдерживалась, – в тон ему ответила девушка.

– Обиделись из-за испытаний?

Что-то неприятно сжалось в животе, но Иннис отмела это чувство и скрестила руки на груди.

– Разумеется, а чего вы ждали? Но решила, так и быть, простить вас. Уж очень прониклась письмом.

Весь спектр эмоций, от удивления до потрясения, прошёлся по лицу наставника, и девушка позволила себе торжественную улыбку.

– Оно… не предназначалось для ваших глаз, миэйра.

– Кто бы мог подумать… – протянула она и наигранно вздохнула. – Жаль, Вы не упомянули, что своими же руками едва не загубили все мои усилия, но… это испортило бы всё настроение письма, не так ли?

Ухмылка Айрелла дрогнула, но стала шире.

– Ах Вы, вздорная девчонка… Были такой. Ею и остались.

В этот момент Иннис поймала себя на мысли, что больше не держит обиду. Пусть то голосование останется на его совести. Своей цели она добилась. И стоящий перед ней мужчина сыграл в этом решающую роль. А сказанные им слова, ставшие у них почти традицией, словно снесли остатки барьера, который мешал пустить в сердце прощение.

– А вы, к счастью, уже не тот болван, коим предстали в нашу первую встречу.

– И не совестно так называть своего профессора?

Иннис было совестно, но она, коря себя за излишнюю прямолинейность, сделала шаг вперёд и тихо, но отчётливо проговорила:

– То Ваше решение едва не растоптало меня, так что уж простите мне мои слова, миэйр Тиббот. Это наш последний разговор в таком тоне, с завтрашнего дня я не позволю себе никаких вольностей, обещаю.

Иннис отвернулась, когда к Айреллу Тибботу подошли два студентки. Пожалуй, это было слишком, но только сейчас, высказавшись, девушка осознала, до чего же ей стало легче! Видно, богам иль самой судьбе угодно, чтобы обида разрешилась до начала учёбы….

– И к кому же вывели вас духи академии, миэйра?

Иннис повернула голову и смело встретила его взгляд.

– Огорчились, что не к вам?

Айрелл открыл рот, чтобы ответить, но внезапно вся весёлость покинула его взгляд. Сверху, будто шоры, опустились бумаги и замерли на уровне глаз девушки, разорвав тем самым зрительный контакт с бывшим наставником. Спину аж передёрнуло, и ей даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, кто к ним подошёл.

– Ваши бумаги, миэйра Веланор.

Тягучий голос словно сироп обволакивал каждую клетку тела Иннис. Ректор Виггард Фьельд собственной персоной обошёл её и встал между ней и Айреллом Тибботом так, чтобы видеть обоих и протянул ей документы, убрав их от лица.

– Я отметил ваши основные занятия, миэйра. Учебники и всё необходимое можете взять в библиотеке, форму – у портных, эти места я также указал на карте. По всем вопросам обращайтесь ко мне, мой кабинет…

–…вы тоже отметили на карте. Я поняла, – вяло договорила девушка.

Ректор деланно поклонился, что в купе с хищной ухмылкой выглядело жутковато. Дрожащими от волнения руками она взяла документы, вежливо поклонилась и едва ли не бегом направилась в столовую.

Селеста ждала её у двери, со скрещенными руками подпирая дверной откос. Розовые глаза были прищурены, но смотрела она не на соседку, а на мужчин, от которых та отбежала, как от чумных.

– Он, всё-таки?

– Похоже на то…. Скажи, я влипла?

Ведьма прикрыла глаза на мгновение, после чего протянула руку.

– Давай сюда бумаги. Возьмём всё необходимое. Паршивые вести оставим на сладкое.

Глава 5

Первая учебная неделя пролетела неожиданно быстро.

Следуя указаниям на карте, Иннис без труда находила нужные кабинеты в здании академии, которое открывало лишь нужные ей двери и коридоры. В среду вечером Иннис попросила Селесту показать её карту. Сравнение поражало: контуры здания академии и примечания в правом нижнем углу были одинаковыми, а вот внутренняя планировка разительно отличалась! Совпадали лишь места общего пользования, такие как туалет, столовая, общий холл и библиотека. А также кабинет Айрелла Тиббота, первая лекция в котором, к счастью, состоится лишь на будущей неделе…

На следующий день они с Селестой отправились в академию вместе. На втором этаже ведьма указала на глухую кирпичную стену и сообщила, что её следующее занятие пройдёт в аудитории в конце коридора. Иннис увидела этот коридор лишь на карте соседки, а потому неслабо удивилась, когда та, пожав плечами, смело шагнула прямо к стене и пропала из виду!

Но это было едва ли не самым ярким впечатлением за прошедшие дни. Среди бумаг, которые ректор вручил Иннис, была краткая записка с пояснениями: первая неделя обучения направлена на мягкое погружение студентов в учебный процесс. Всё же, далеко не все поступили в академию сразу по окончании школы при ратуше, а некоторые и вовсе были приезжими, поэтому первым делом освежались основные знания по части истории, алхимии, рунам и письменности, а со второй недели начиналось изучение тех дисциплин, которые соответствовали выбранному направлению… что бы это ни значило.

Поэтому все четыре дня на лекциях было довольно оживлённо. Иннис с любопытством разглядывала абсолютно разных студентов, отмечая порой очень явные внешние различия, по которым можно было определить, откуда они прибыли. Так, коренастые огненно-рыжие колдуны – выходцы с севера этого королевства, высокие маги, чьи мышцы были обтянуты бронзовой кожей, родом с востока Айра Кэмэн, их отличительными чертами являлись гривы серебристо-белых волос и ресниц им в тон. Были и те, кого она хорошо запомнила с испытаний, вроде девицы с флейтой и парня, добравшегося до парящего острова «силой разума». Но если первая лишь высокомерно отвернулась, когда их взгляды встретились, то парень подмигнул ей и ободряюще улыбнулся.

В пятницу у неё стояло лишь одно занятие. Кабинет, отмеченный на карте ярко-красной точкой, всю неделю Иннис воспринимала не иначе, как бельмо, и когда пришла пора вновь подняться по каменной винтовой лестнице, ноги наотрез отказывались выполнять команды!

Она пришла немного загодя, и не желая показаться чересчур заинтересованной, поспешила пройти чуть дальше, где на широком плоском постаменте расположилась объёмная, выполненная из дерева, модель мира, в котором всем им повезло родиться.

Иннис судорожно вздохнула и легонько коснулась клочка земли, рядом с которым, на водной глади витиеватым почерком была выведена подпись «Королевство Романдитор». Остров выглядел ничтожным куском грязи среди бескрайнего моря, особенно в сравнении с континентом. Романдитор, словно малое дитя, пожелавшее стать самостоятельным, откололся от родителя, но пожелал остаться неподалёку.

Её всегда манил континент. Не так сильно, чтобы отправиться туда, однако мироустройство было довольно любопытным. Королевство Айра Кэмэн, независимые города-рассадники беззакония и преступности, города-спутники магических гильдий, и богам известно, что там есть ещё…а соседствовала рядом с континентом небольшая группа островов. Но не это было самым любопытным. Иннис провела кончиком пальца по острым пикам горной системы, проходившей поперёк континента и условно делившей его на две неравные части, и большая из них была отведена землям существ, о которых по эту сторону было известно не так много....

– Здесь нечасто можно увидеть первогодок, которые к тому же ещё и интересуются моим макетом. Говоря откровенно, старшекурсников это интересует и того меньше.

Вкрадчивый голос ректора густым туманом затянул коридор, из-за чего Иннис неосознанно вздрогнула. С появлением этого мужчины сразу стало как-то неуютно, и трусливый червячок, сидящий глубоко внутри, заёрзал, требуя скорее ретироваться.

Послышались тихие шаги, и следующие слова ректора прозвучали практически у самого её уха.

– Интересуетесь Гористой Завесой? Или же землями, что лежат за ней?

– Что может быть увлекательнее сказаний об элларах? Удивительный народ, столь же интересный, сколь и непостижимый. О них ещё столько не известно, но, кажется, никто и не прилагает усилий для того, чтобы исправить это.

– Что за досада в голосе? Едва ли это связано с невежеством с народом По Эту Сторону, как считаетн? Скорее с тем, что тут у всех и своих проблем хватает

– Что же это, если не невежество? – спросила Иннис, повернувшись к ректору.

Тонкие губы мужчины изломились в ухмылке. Встав рядом, он провёл пальцем от гор до южной границы Айра Кэмэн.

– Посудите сами: наше королевство находится в отдалении от континента, и неприличнодалеко от Завесы. Между нами и землями эллар лежит несколько крупных королевств, если следовать напрямик, как летают птицы и драконы. Не выйдет попасть туда и на корабле вдоль берега. Там, сразу за архипелагом, начинаются Гиблые Воды. Знаете, что это?

Иннис посмотрела на макет. Место, где простое море переходило в Гиблое, имело чёткую границу, но дальше не было ничего.

– Я читала, что эти воды населены жуткими тварями, и что живут они там неспроста. – Иннис указала туда, где обрывался макет. – Также мне рассказывали, что на той стороне континента есть море, выход к которому имеют все королевства эллар, а в его центре лежит вход в тюрьму для самых опасных существ. Это море связано с Большой Водой узким каналом, и якобы поэтому в Гиблых Водах и живут те твари – они не дадут преступникам сбежать, ежели те вознамерятся. Уж не знаю, верна ли эта информация, – добавила Иннис и криво улыбнулась. – Мой источник не из исследовательских кругов.

– Но Вы склонны доверять ему?

Иннис почувствовала, что напряжение понемногу отступает. Разговор на интересную и знакомую тему притупил бдительность трусливого червячка, ощущение неловкости в присутствии ректора потихоньку отступало. И это позволило ей ответить уже более уверенно:

– Мне всегда было интересно, что за земли раскинулись там, за пределами нашего королевства, и когда в школе при ратуше стали больше рассказывать о других королевствах и народах… о, то были редкие дни, когда я шла туда не из-под палки!

Ректор понимающе хмыкнул, Иннис продолжила:

– В какой-то момент мне стало тесно в рамках тех сведений, которые я получила от учителя, поэтому я отправилась в библиотеку, но к своему недовольству не нашла там практически ничего нового. Отец привёз мне несколько свитков из столицы, но основным моим источником знаний стала бабушка.

– Как любопытно, – мурлыкнул ректор и оглянулся. – С удовольствием послушаю продолжение этой истории, но думаю, нам лучше перейти в кабинет.

Иннис ощутила укол тревоги внутри, но усилием воли отмела это чувство. Ну что может случиться? Поэтому послушно вошла в уже знакомое, узкое помещение и села на стул, который дальше прочих стоял от кресла ректора. Если тому и показалось это странным, он ничего не сказал, и грациозно опустившись в кресло, закинул длинную ногу на ногу.

– Продолжайте, миэйра. Мне не терпится узнать, что же было дальше.

– Почему? – Иннис немного стушевалась под любопытным взглядом сапфировых глаз, но всё же продолжила: – В смысле… почему вас так интересует эта часть моей истории?

– Для чего, по-вашему, у студента появляется куратор?

– Ну… чтобы определить занятия, которые студенты должен посещать?

– Верно. А это делается зачем? Чтобы помочь студенту определиться с наиболее интересным для себя направлением в учёбе. Духи академии определили Вас ко мне, – ректор сложил пальцы в замок и наклонился вперёд, – я же определю ваши сильные стороны и интересы, и сделаю упор на это. А на последнем курсе – кто знает, может мы вместе сможем отыскать Ваше призвание в жизни?

Последние слова ректор произнёс, глядя Иннис в глаза, и девушка вновь ощутила то же, что и тогда, на испытаниях. Внутри вновь появилось копошение, сердце отозвалось тяжёлыми ударами, после которых по телу разливалось тянущее тепло.

– Ваше выступление на испытаниях было эффектным. Я бы даже сказал – неожиданно эффектным, – продолжил мужчина. – Не обижайтесь, миэйра, но внешне Вы не выглядите магически одарённой.

– Ну спасибо…

– Поэтому я и сказал Вам не обижаться, – заметил повеселевший ректор. – И всё же, любопытные способности. Я давно живу на свете, и повидал разные типы магии, но такого сочетания, как у Вас, прежде не видел.

Удары в груди становились всё более ощутимыми, от чего было сложно дышать. Несколько раз девушка даже подула в лицо.

– Ах, это… До недавнего времени я и сама не знала, на что способна, это и для меня в новинку. Мейстер Духол сказал, что это из-за намешанной во мне крови.

– И что же в вас «намешано»?

Девушка закатила глаза и стала загибать пальцы:

– Моя бабушка – Верховная дриада, дед – дракон-полукровка, чья мать была человеком, а отец – потомственный маг. Во мне плещется кровь представителей четырёх рас, населяющих наше крошечное королевства, так-то. Ах, Владычица…

Ощущения в груди стали почти невыносимыми! В висках стоял звон тысячи колоколен, дышать стало заметно труднее. Не заботясь, как это выглядит со стороны, Иннис подскочила к окну и стала возиться с форточкой.

Воздух… ей нужен свежий воздух…

Сквозь затянувший сознание туман девушка услышала голос ректора, но не разобрала слов. Мотнув головой, она переспросила:

– Что Вы сказали?

– Я спросил: информация об элларах, Вы сказали, что услышали её от бабушки. А как она узнала об этом?

Боги, ему-то какое дело?!

– Вроде… вроде бы от деда.

– А Ваш дед, он кто? Путешественник?

На сей раз Иннис не сумела сдержать раздражение.

– Слушайте, миэйр, не понимаю, какое Вам дело до…

– И всё же?

– Я никогда его не видела, он бросил бабушку и мою мать очень много лет назад. У-у-х, как же больно! – Иннис зло посмотрела на подошедшего к ней мужчину. – Почему мне так паршиво в Вашем присутствии? Почему я всё это чувствую?!

Иннис схватилась за горло, но в тот момент, когда их глаза встретились, девушка ощутила один мощный удар в грудной клетке, после чего всё прекратилась. Боль отступила так же незаметно, как и нахлынула, да и боль ли это была? Скорее, нехватка кислорода из-за внезапно разгулявшегося сердцебиения, и подскочившее давление по этой же причине. Не отводя глаз, ректор Виггард Фьельд открыл окно нараспашку, от чего ворвавшийся в кабинет ветер растрепал его волосы, как и её собственные.

И впервые с момента первой встречи Иннис не чувствовала тревогу рядом с ним. Но почему?..

– То чувство, которое Вы испытывали, миэйра, называется узнавание…

О нет, Владычица, только этого ей не хватало!

– Погодите, ректор, одну секунду… – Иннис оказалась зажатой между мужчиной и подоконником, и такое зажатое положение не прибавляло уверенности. Несмотря на сковавшую тело панику девушка наскребла в теле достаточно храбрости, чтобы выпалить: – Я наслышана о Вашей репутации…

– Репутации?!

Провалиться бы ей на месте…

–… и мне также известно, что у драконов есть какая-то особенность искать подходящих только для них партнёров. При всём уважении, раз уж Вы сказали о каком-то узнавании, я надеюсь, Вы не имели в виду, что я для Вас – тот самый партнёр?! Потому что я абсолютно, совершенно для этого не подхожу!

Выпалила – и уставилась на ректора, едва дыша! Владычица, а если теперь её выгонят из академии, и её обучение закончится, не успев толком и начаться?! С другой стороны, она уж точно не готова поступиться своими принципами ради предпочтенийВиггарда Фьельда! Ах, клятый Айрелл Тиббот! Та его история о симпатии ректора к студентке прочно засела в памяти девушки, да и реакция Селесты на её распределение к этому куратору не внушала уверенности… Но вдруг она зря всё усложняет?..

Судя по опешившему виду, Виггард Фьельд не ожидал подобной тирады, но вдруг он сделал то, чего Иннис никак не ожидала.

Он рассмеялся.

– Ох, милая Иннис, при других обстоятельствах моё сердце было бы разбито, – проговорил мужчина. От его глаз потянулись тонкие паутинки морщин, что смягчало возникшую ситуацию. По крайней мере, девушке не показалось, что этим смехом он решил её унизить. – Но в данных обстоятельствах это было бы неуместно. Да и невозможно, говоря откровенно.

– П-п-очему?

Ректор добродушно улыбнулся и положил руку ей на плечо.

– Потому что ты, Иннис – моя внучка. И говоря об узнавании, я имел в виду, что в тебе запела драконья кровь. Так мы чувствуем родню.

Глава 6

Внучка.

– Иннис, хотя бы моргни. Ты ведь не обезумела от счастья? Новость, конечно, ошеломляющая, но мне не хотелось бы оправдываться перед твоей бабкой. Вот ведь происки судьбы! – Ректор по-отечески встряхнул её, и склонив голову, немного покрутил. – Какая же ты красивая! Да-а, ты очень похожа на Кассади, а вот глаза мои! И ведь передалось же через поколение! А что моя дочь? Какая она?

– Полагаю, нет смысла спрашивать, уверены ли Вы в нашем родстве?..

– Моя дорогая Иннис, я это понял ещё на испытаниях! Так что сомнений быть не может! После первого же услышал песнь твоей крови, и уже не мог отвести взгляда.

В груди потяжелело.

– Выходит, Вы и проголосовали за меня из-за этого?

Весёлость вмиг слетела с лица мужчины.

– Не смей так даже думать, – сказал он твёрдо. – Прояви ты себя недостаточным образом, я бы просто отыскал тебя после испытаний и представился. Никаких поблажек для студентов этой академии я не потерплю даже в отношении собственной внучки. Это ясно?

Тяжесть, сковавшая было сердце, стала отступать.

– Рада слышать. Но осознать это непросто.

– А представь, каково мне? Хочется о стольком тебя расспросить, но время поджимает. Занятие скоро закончится, а после этого у меня встреча с придворным артефактором. И знаешь, внесу-ка я изменения в твоё расписание, дай его мне. Вот так, – пробормотал он и вернул девушке бумагу, добавив туда практическое занятие в среду вечером. – Нам о стольком нужно потолковать, не связанном с твоей учёбой, но и учёбой жертвовать ради этого нельзя. Согласна?

– Угу.

– В следующий раз расскажешь, что тебя сподвигло поступить сюда, а сейчас я хочу знать вот что: до третьего испытания, ты уже применяла частичную трансформацию?

Поразительно, как сильно отличался стоящий перед ней мужчина от того образа, который у неё сложился прежде. Горящий, чуть растерянный взгляд сапфировых глаз не был похож на изначально лукавый, он говорил сбито, быстро, словно страшась что-то забыть. Иннис же опасалась, что из-за такой быстрой речи упустит что-то и покажется тупицей! И по этой же причине она, кажется, чуть с запозданием покачала головой и призналась:

– Я даже не знала, что вообще это умею.

– А после испытаний пыталась вновь обратиться?

– Да, но всё было бестолку. – Иннис отмерла и стала бездумно вырисовывать пальцем круги на подоконнике. – Раньше образы крыльев и полёта появлялись во снах лишь когда я покидала физическое тело, но давненько я этого не делала. Может быть, всё дело в этом?

Ректор прищурился.

– Что за сны?

Иннис вкратце рассказала, избегая при этом упоминания Айрелла Тиббота. Что было непросто, ведь все они, так или иначе, были связаны с её бывшим наставником.

– Значит, этим снам предшествовало сильное эмоциональное потрясение, а частичному обращению – страх за свою жизнь, – пробормотал он, а потом медленно, очень нехорошо улыбнулся. – Значит, начнём с малого.

Иннис и ахнуть не успела, как ректор запрыгнул на подоконник, подхватил её на руки, и вышвырнул из окна!

Крик застрял где-то в горле, девушка только и могла, что смотреть на отдаляющегося мерзавца в оконном проёме. Но тут ректор прыгнул следом и пропал из виду, но мгновение спустя её оглушил рёв, солнце закрыла какая-то тень, а её подхватила огромная когтистая лапа. Падение сменилось стремительным набором высоты, от чего Иннис, наконец, заорала во всё горло!

Крылатая тварь, коей, судя по всему, и был её ректор тире дедушка, уносил её прочь от академии. Куда – Иннис даже не бралась догадываться. Вместо этого она безотрывно смотрела на бронзовые лапы и брюхо, при этом чувствуя, как к горлу подступает каша, съеденная ещё на завтрак. Руки и ноги замерзли от обжигающе холодного ветра, лицо и вовсе окоченело!

И вот полёт стал замедляться. Иннис крепко зажмурилась, не зная, чего ожидать от приземления, но дракон очень бережно опустил её на прохладную траву и отошёл. Не веря своему счастью, девушка едва сдержалась от того, чтобы броситься целовать твёрдую поверхность! Вместо этого она раскрыла глаза и, морщась, медленно встала и опешила: перед ней было то самое место, где она почти две недели назад состязалась за право учиться в академии!

– Как ощущения?

Иннис повернулась и зло зыркнула на ректора, принявшего привычную форму. Его волосы были слегка растрёпаны, но в остальном ничего в его облике не указывало на то, что всего минуту назад он был крылатым ящером!

– Холодно! И меня едва не вывернуло в полёте! Вот бы обрадовались люди, когда им на головы упала бы моя утренняя каша!

– Но ведь таких ощущений не было, когда ты обратилась сама?

– Не помню!

– Не обманывай, – укорил ректор. – В жизни не поверю, что ты забыла. Первый полёт навсегда остаётся в памяти.

Иннис промолчала, потому что он был прав.

– Жаль, что падение с третьего этажа не убедило твоё подсознание в смертельной опасности. Иначе полетела бы сама.

Девушка вскинула голову.

– Так вот, в чём был план? Заставить меня обратиться?!

– Ну да, – беспечно отозвался ректор и подошёл к краю обрыва. – Иди сюда, Иннис.

– Нет, благодарю.

– Да не буду я тебя туда скидывать. – Ректор миролюбиво поднял руки. Вокруг сапфировых глаз расцвели мимические морщинки, и сам он стоял там с таким видом, будто собирался раздавать подарки детишкам. Как бы то ни было, этот образ доброго дядюшки сработал, и Иннис, коря себя за легковерие, всё-таки подошла к нему, но встала поодаль. На всякий случай. —Как я и сказал, теперь у нас на одно занятие больше. В основном у меня, конечно, личный интерес, мне… мне очень хочется узнать всё о тебе и твоей матери. Но также я буду учить тебя тем вещам, для которых территория академии не слишком подходит.

В животе девушки затрепетало. Воспоминания о том, первом полёте захлестнули её, заполнили каждую частичку её тела, от чего на кончиках пальцев появилась лёгкая щекотка.

– Как летать и превращаться в дракона? – спросила она шёпотом.

– Урок номер один: не в дракона, а в виверну, – поправил её ректор, покачав пальцем.

– А в чём…

– А в чём между ними разница ты мне расскажешь на нашем следующем занятии. Такое вот тебе домашнее задании! И ещё, контролируй свои эмоции. Ты ведь знаешь, что это за зеленоватая дымка на твоей коже?

Иннис посмотрела на руку и увидела уже знакомый волшебный покров.

– Да, она появилась, когда мой внутренний резервуар стал глубже, и в полной мере пробудилось наследие дриады. Я словно пропускаю сквозь себя магические потоки, питающие землю и живых существ вокруг. Поэтому пока я не совладала с этой силой, нужно следить за настроением, чтобы ничего не устроить ненароком.

– Хорошо. Кассади и твои родители постарались с твоей подготовкой.

– Нет, я…мне… рассказал мой предыдущий наставник, – пробормотала Иннис и, ощутив, как запылали щёки, отвернулась к обрыву. Оказывается, природа здесь просто невероятной красоты!

– Наставник, значит… м-мх-хм. Что ж, он неплохо поработал, особенно по части выхода духовного тела из физического, да?

Ректор окинул девушку многозначительным взглядом, от которого по её коже пробежал табун мурашек. Кажется, она даже непроизвольно дёрнула плечами, но в остальном постаралась сохранить беспечный вид.

– Я ведь поступила сюда. Стало быть, со своей задачей он справился.

– Ну да, ну да. Что ж ладно, мне пора, не то опоздаю на встречу. Нет-нет, я тебя не понесу, – добавил он, когда Иннис сделала шаг навстречу ему.

– И как же мне тогда попасть в общежитие?!

– Полети.

– Но я не умею!

– Вот же незадача, что же дело… – притворно посокрушался мужчина. – Ну тогда иди прямо во-о-н в том направлении, и, если поторопишься, до темноты доберёшься!

То того момента Иннис не понимала, до чего сильна может быть её злость на кого-либо. Даже изнурительные занятия с Айреллом Тибботом не шли ни в какое сравнение, а это уже говорит о многом! Стоящее перед ней существо с идеальной плутовской улыбкой в тот момент едва ли казалось разумным, и шансы на то, что он всего лишь шутит, таяли на глазах.

Иннис решила зайти с другой стороны. Склонив голову, девушка вкрадчиво спросила:

– А если ко мне кто-то пристанет по пути? Активной магией я не обладаю.

Ректор всея хитрецов улыбнулся и по-отечески потрепал её по голове.

– Если бы у меня оставались сомнения на твой счёт, сейчас ты бы их разом развеяла. Повадками ты просто вылитая Кассади. По поводу активной магии ты не прибедняйся, видел я на испытаниях, что ты можешь делать с корнями деревьев! И ещё, Иннис: держи в тайне наше родство. Не хочу, чтобы по академии ходили лишние толки. Ежели ты и сама поставила под сомнение мою беспристрастность на голосовании, представь, как отреагируют окружающие. А ходить и перед каждым оправдываться я не намерен.

Иннис, разочарованная тем, что её доводы не сработали, с этим не могла не согласиться, поэтому кивнула.

– Что ж, отлично! А теперь отойди-ка назад. И ещё, Иннис, – ректор растянул губы в довольном оскале, – приятной прогулки!

Сказал – и тут же обратился драконом! Или виверной… Взлетел – и был таков! Едва устояв от мощного порыва ветра, вызванного взмахом крыльев, Иннис постояла, пока он не превратился в точку на горизонте, а потом пошла в том же направлении.

«На «выездные» занятия надо бы надевать другую одежду», – думала она, в очередной раз подвернув ногу, ступая по бездорожью. Форма академии представляла собой платье глубокого синего цвета с длинными рукавами и белыми ажурными вставками на манжетах и квадратном декольте, юбкой в пол и туфли на плоском ходу. Невероятно удобная, красивая, лёгкая в носке.

Но только не в условиях длинной пешей прогулки по камням и вмятинам!

Иннис с детства любила бродить по округе, но сегодняшняя прогулка отличалась тем, что она не знала дороги, и это не позволяло в полной мере насладиться ею. Оставалось лишь довериться новообретённому родственнику в выборе направления и следовать ему. Зато было предостаточно времени для того, чтобы подумать. Она встретила своего деда! Если отбросить впечатления только о сегодняшнем дне, что она знала о нём? Лишь то, что говорила бабушка. А если её слова правдивы, это не делает ему чести. Бросить жену и новорождённую дочь, за столько лет ни разу не объявиться… А ведь он обосновался не так уж и далеко от Халдиреи, не улетел на континент в своё королевство, как говорил жене!..

Нет. Как бы то ни было, Иннис не будет строить с ним отношения, опираясь на услышанное от бабушки. Ведь она обижена, а обида, тем более такая давняя и глубокая, способна искажать воспоминания.

Когда уже порядком стемнело, Иннис, вспотевшая и уставшая, уже не сомневалась в том, что ректор заимел ещё одну обиженную на него женщину из этой семьи. Платье казалось очень тяжёлым, стопы просто отваливались, а за стакан воды она была готова заключить ещё с десяток сделок с Владычицей. Она быстро преодолела последний рубеж до общежития – парк, но когда заветное здание оказалось в поле зрения, радоваться сил уже не хватило.

Иннис не задумывалась, как она выглядела, пока случайно не увидела своё отражение в одном из зеркал в холле, но это объяснило внезапное появление жутко перепуганной Валесии. Она возникла буквально из ниоткуда, из-за чего девушка едва на неё не налетела.

– Что такое? Что с тобой случилось? Тебе угрожает опасность? НАМ ВСЕМ угрожает опасность?!

Валесия уставилась на девушку огромными перепуганными глазами, маленькие ладони с длинными ногтями цепко сжали запястья. Иннис поморщилась и попыталась аккуратно высвободиться, но куда там!

– Я ценю твоё беспокойство, но может отпустишь?..

– Кто тебя преследовал?! Позвать преподавателей? Не-е-т… говори, на кого натравить моих готи?

Иногда, как сейчас, например, эта маленькая женщина ужасала. Иннис всё же аккуратно высвободилась, но прежде, чем уйти, спросила:

– Есть причина, почему ты так добра?

Валесия, уже вернувшая самообладание, задрала нос.

– Я ведь Хранительница, итишь-колотыш! Я должна знать, всё ли в порядке с моими подопечными! Кроме того, ты держишь комнату и вещи в порядке, так что имеешь дополнительные баллы, – добавила она, подумав, и понизив голос, спросила: – Так мне звать готи?

Иннис прыснула и поплелась к платформе.

– Нет необходимости. Меня всего лишь умаял наставник на первом практическом занятии.

– Что ж ты сразу не сказала?! Столько времени на тебя потратила!

Негодующе всплеснув руками, Валесия удалилась, Иннис же лишь вздохнула и продолжила свой путь, мечтая лишь о том, как отмоется от пота и пыли и, наконец, ляжет в кровать…

Но войдя в гостиную и разувшись, девушка вросла в пол, обнаружив Селесту, королевского отпрыска и Айрелла Тиббота собственной персоной, сидящими на полу, образуя подобие круга. Три пары глаз уставились на неё с разной степенью удивления.

– Надо же, прямо-таки клуб угрюмых нелюдимов, – пробормотала она, и чуть громче спросила: – Мне нужно знать, чем вы тут занимаетесь?

Эти трое переглянулись.

– Полагаю, что нет, миэйра, – проговорил Айрелл Тиббот, в то время как Селеста и Дэмьен отвели взгляд.

Подозрительно, но плевать.

– Вот и славно! Хорошего вечера.

– Как… как прошло твоё занятие с наставником?

Вопрос Селесты застал Иннис у самых дверей. Едва ли эта сумеречная ледышка вообще хотела знать подробности, и уж тем более не сейчас, скорее – сгладить обстановку.

Иннис медленно повернула голову.

– О, это было незабываемо. Мы делали много вещей, которыми я прежде не занималась. Ректор настоящий виртуоз. Он заставил меня изрядно попотеть, – растягивая слова, ответила девушка и, мазнув напоследок взглядом по бывшему наставнику, отметила, что он прищурился.

Не пророня больше ни слова, девушка скрылась за дверью комнаты, и наконец позволила себе улыбнуться. Вряд ли Селеста понимала, к чему это приведёт, когда задавала тот свой вопрос, но по итогу этого короткого разговора настроение у Иннис улучшилось. Ей пришлось ещё дважды пройти мимо странной компании к гостиной, когда она шла в ванну и обратно, но прислушиваться к их беседам Иннис не стала.

Но лёжа в постели, и глядя на тонкую полоску света, которая пробивалась в щель между дверью и полом, девушка раздумывала, что же заставило их всех собраться в такой час?

Друзья, как вам глава?)) приходите обсуждать в комментарии или мой тг канал!