Уллерик
Последний царь Альтансар

Пролог

Длинный пустой зал, утопавший во тьме, освещался слабым зелёным светом кристаллов. Они были закреплены на колоннах и дополнялись частыми вспышками молний за панорамными окнами по бокам помещения.

Некто в алой мантии и короне упёрся головой о кулак и наблюдал за проливным дождём за стеклом.

В комнату тихо вошли. Кристаллы вспыхнули, осветив всё пространство.

Сидевший на троне сфокусировался на нарушителе покоя:

– Ты заставил меня так долго ждать, Аргас. Что же ты приготовил?

– Прошу прощения, Ваше Высочество Корвальд Аригитус, но устройство барахлило, – сказал изобретатель и открыл двери, чтобы ввезти механизм на столе с колёсиками.

Когда устройство заняло место в пяти метрах от монарха, Аргас дёрнул рычаг. Металлическая сфера в верхней части аппарата начала раскручиваться по обеим осям, испуская разнообразный свет из круглого отверстия. Когда щель оказалась в самой высокой точке, она начала формировать изображение туч.

Некоторые облака напоминали терновник, или воинов в шипастых доспехах, или саму машину, проецирующую эти изображения, которые быстро распадались, после чего образы стали чётче, и сар заметили мириады теней, перекрывавших собой всё доступное пространство.

– Занятно. И что это?

– Расскажу – не поверите. – Советник продолжал манипуляции с приспособлением.

– Севастар, сар не должны порицать друг друга за ошибочные первичные выводы. Смелее.

– Ду… – Аргас собирался ответить, однако машина оказалась быстрее, показывая улицу, мостовую, белые дома, зелёные фонари и бродягу, плетущегося по улице в поздний час.

– Неплохо, Севастар. Быстро.

Проходя мимо переулка, горожанин вскрикнул: из-за угла появилась огромная тень с мускулистыми когтистыми руками, которая накинулась на него. Всего пара секунд – и нетронутое тело упало на землю, больше не двигаясь.

– Что это? – Тон правителя повысился, он поднялся с трона и приблизился к устройству.

На улицу выбежала женщина-сар. Она упала и была схвачена чудовищем – и снова оно оставило тело нетронутым, но неподвижным.

Следующей целью стал юноша, загнанный в тупик, но он спрятался в угол и отгородился стеной голубого пламени. Существо не осмелилось пройти сквозь препятствие.

Осветительные камни потухли. В тронном зале кто-то начал скрежетать когтями по камню.

Аригитус вынул свой скимитар. Его глаза активно бегали по всей комнате:

– Аргас, встань позади.

Изобретатель спрятался за трон.

Количество скрипов и щелчков увеличилось, после чего дымный пёс прыгнул на правителя. Но пылающий клинок рассёк существо пополам, и части отродья мгновенно истлели.

Со всех сторон помчались монстры. Корвальд оглушительно ударил по полу ногой, поднимая перед собой огненную волну, сжигая чудовищ. Загорелись древние знамёна рода Аригитусов, ковёр и шторы.

– Севастар за мной! – приказал монарх, и сар немедленно покинули тронный зал.

Правитель, не останавливаясь, рвал отродий на части, продвигаясь вперёд, пока не врезался в дверь своих покоев.

– Анита, срочно открой! – Он мощным ударом разнёс дверь, вбежав внутрь.

За Аригитусом вошёл Аргас:

– Мой повелитель…

Монарх стоял на коленях, удерживая в руках хладное тело жены:

– Их забрали…

***

Спустя несколько часов лучи солнца едва освещали зал, где произошёл пожар. Уставший Аригитус сидел на троне, и его лицо выражало опустошение.

В зал крадучись вошёл изобретатель. Стараясь не издавать шума, он подошёл к трону.

– Мой повелитель, – тихо произнёс вошедший, но получил в ответ лишь безразличный взгляд, поэтому продолжил: – Это моя вина. Если бы не моя машина, вы…

Корвальд оборвал его:

– Очнись, Севастар! Мне нужно знать, что это было, и если этому есть виновник, немедленно его наказать.

– Тогда, возможно, я напал на след. Машина… Кто-то пытается через неё связаться с нами.

Правитель закрыл глаза рукой:

– Привози.

Аргас распахнул дверь, снова привёз механизм и дёрнул рычаг.

– Приветствую, правитель Альтансар Корвальд Аригитус! Я Часовщик, – произнёс искажённый металлический голос из-под серебряной маски с двумя большими окулярами, всё остальное «тело» состояло из постоянно изменяющегося чёрного тумана.

– Кто ты такой? – спросил сар с раздражением.

– Мои соболезнования, но, боюсь, это не последние потрясения, которые вас ждут.

– С чего ты решил, что я тебе поверю?

Чужак указал сформировавшимся из тьмы пальцем серебряной кисти на окно:

– Взгляните.

Правитель подошёл к окну и увидел гору трупов – одну из многих, вынесенных за пределы города для захоронения. Вдруг из кучи начали вылезать безжизненные фигуры. Они медленно приближались к живым. Гробовщики, поражённые страхом, принялись бежать, но мертвецы всё равно плелись за ними.

– Ордитус, веди гвардию к месту захоронения, быстро!

Десница спешно покинул зал.

– Что это значит? – требовал ответа монарх.

– Первый из ваших врагов, богиня нежити. Отныне все мёртвые – ваши враги, и у вас есть немалый шанс победить их своими силами, однако цена будет высокой. К тому же это не конец: появятся новые угрозы.

– Как можно сделать ситуацию ещё хуже? Против нас обратятся леса, небо свалится на землю или её недра всё поглотят?

– Хуже: появятся новые народы – рабы богов.

– Кто эти боги? Откуда у них такая сила?

– Они присвоили себе первозданные силы этого мира, и ваши души используются в качестве катализаторов.

Аригитус посмотрел на Севастара.

Советник возразил:

– Никто не способен взаимодействовать с растворяющимися душами сар – так мир вновь наполняется силой.

– Это не закон мироздания, но для нас, живых, это верно – отчасти. Боги-чужаки, пришедшие из-за пределов мира… Хочу заверить: их сила базируется на ваших жизнях, и жертвы испытывают чудовищные страдания.

– И чего ты хочешь?

– Мне нужна помощь.

– Что будет, если я откажусь?

– Не хочу вас пугать, но это будет ваш закат. Мертвецы обескровят сар. Затем появятся карланы, которые исчерпают все ресурсы вокруг вас, но будут наказаны. А рабы Чёрного древа, жители городов за стенами и слабовольные великаны уничтожат вас в ходе войн между собой.

– Мне нужно больше доказательств их причастности.

– Понимаю, – сказал Чужак и посмотрел на советника. – Аргас, не могли бы вы мне помочь?

Изобретатель подошёл к прибору и по указке Часовщика вывел одновременно три изображения: тьмы, дремучего леса и болотного омута.

– Как это поможет доказать вину богов? – продолжал раздражаться Корвальд.

– Смотрите, – произнёс Чужак.

На первой проекции: во тьме появился лучик света, который сталкивался с монолитными, но многогранными чёрными стенами, однако плохая видимость сохранялась.

– Что там?

Часовщик щёлкнул пальцами, и чернота рассеялась, показав туннель пещеры. В её центре находился металлический гуманоид с бронзовой кожей в алых одеяниях, который долго что-то искал, после чего одним ударом разбил породу, обнажив жилу меди. Создание протянуло руку, и из неё устремился поток бело-зелёного света, напитывающий руду. Из породы начало формироваться что-то похожее на сар, после этого металл обратился плотью, и живое создание начало падать, но гуманоид схватил его и аккуратно уложил на каменный пол.

Чужеродный конструкт продолжил бродить по пещерам, повторяя процесс.

– Он создаёт новых существ, – невольно обронил Аргас.

В дремучем лесу на деревьях выросли многочисленные огромные плоды, которые начали падать. Из их мякоти выползали низкие коренастые создания.

Из болотного омута всплыло несколько больших пузырей. Лопаясь, они высвобождали высоких гуманоидов. Те из-за страха утонуть сначала барахтались в грязи, а потом вставали и с опаской рассматривали всё вокруг.

Правитель сжал кулак:

– Я согласен.

– В общих чертах план такой: мощь и необходимый срок службы обеспечат новые железные тела, дальше вы занимаетесь накоплением сил и душ в тысячелетней войне, а потом сметаете божеств одним ударом. – Чужак перевёл своё внимание на советника. – Мне нужно поговорить с конструктором: кое—что стоит знать только ему.

– Перед тем, как я уйду… Что нас ждёт после войны и зачем тебе их поражение?

– Вне зависимости от твоего выбора: вымирание, даже новые сосуды не спасут от порчи содержимого. Считай меня иммунной системой мира, которая искореняет угрозу.

Монарх удалился в свои покои.

Спустя пару часов он собрал всех оставшихся жителей в парадном вестибюле и медленно спускался к ним.

– Каждый здесь присутствующий потерял кого-то в результате нападения чужеродных тварей. Я разделяю эту боль. Мой долг как вашего монарха состоит в том, чтобы провести вас сквозь катастрофу. Но будущее против нас, и враг уже создаёт новых приспешников. – Аригитус сел на ступень и, соединив пальцы в замок, продолжил: – Ваших близких ждёт судьба похуже смерти: их души стали источником силы чужаков, и это ужасная агония.

На лицах его подданных читались ужас, боль и гнев. В зале поднялся шум, и кто-то сзади начал пробираться вперёд:

– Разойдитесь, дайте пройти! – К монарху прорвался желтоволосый сар в чёрном мундире. – И что теперь? Зачем ты это всё рассказал? – Он начал кричать на правителя: – Немедленно изложи нам свой план!

– Нам придётся отказаться от своих тел в пользу металлических и воевать тысячу лет. – Корвальд посмотрел на смутьяна: – Ты готов пойти на это, Горциус Варкор?

В зале повисла тишина.

– Я скажу честно: по окончании этой войны никого из нас не будет в живых, однако все мы воссоединимся с родными и спокойно растворимся в потоках силы. Вы согласны? – громче спросил царь, встречая в толпе преданного народа испуганные взгляды. – Все те, кто откажется, могут поселиться в замке. Я никого не заставляю.

Треть из сотни собравшихся ушла, оставшиеся преклонили колени.

Двери выше по лестнице распахнулись, и из них показался антропоморфный автоматон с парой синих глаз-точек.

– Всё готово, мой повелитель. Но вам стоит ознакомиться с вашей частью плана отдельно.

Корвальд поднял глаза на машину и подумал: «Севастар, прости» – но он не показал виду и ответил:

– Моя задача – вести моих подданных.

– Естественно. Давайте пройдёмся до комнаты вашего брата: его роль в дальнейшем станет значительно важнее.

Правитель с советником поднялись по лестнице и скрылись от сар в коридорах, оставляя тех перешёптываться.

– Простите меня, Ваше Величество, но вы не сможете управлять своей армией.

– Выходит, теперь я лжец… – констатировал Корвальд и спросил: – Не томи. Чем я буду занят?

– Страдать, Ваше Превосходительство. Лучше это не описать.

– Жаль, что не только я…

Они дошли до покоев Ордитуса, и Аригитус неспешно вошёл внутрь. Десница сидел на краю своей кровати, измазанный запёкшейся кровью, уставившись в одну точку на полу.

– Брат, – произнёс вошедший.

– Прошу прощения. Мертвецы нас измотали. Потерь нет, – сказал Ордитус и спросил: – Как прошли переговоры?

– Он прав: теперь у нас есть могущественные враги.

– О чём ты?

– Они используют наши души для сотворения новой жизни.

Десница опустил голову и вздохнул:

– Каков план?

– Аргас… вернее, то, чем он теперь стал, сказал, что нас ждёт очень долгий конфликт. Но я предполагаю, что престол всё же станет твоим.

– Ты собираешься отказаться от короны?

– Скорее всего, я буду не состоянии принимать решения.

– Могу ли я отказаться?

Всё тело правителя онемело от гнева, но при этом он сохранил спокойный усталый вид.

– Я могу узнать причину?

– Мне нужно проверить достоверность слов Чужака. Я доверяю тебе, но не получится ли так, что мы станем просто марионетками в чужих руках?

– Разумно, – недолго думая, сказал царь. – Надеюсь, такая осторожность нам не навредит

– Тогда мне нужно к Аргасу. Я выясню правду. Если это измена, я приму все необходимые меры.

Сар разошлись.

***

Несколько часов спустя в тронный зал, толкая капсулу на колёсах, вошёл советник. За ним следовал другой автоматон, чьё тело, перекованное из царского доспеха, сияло в закатных лучах. Правитель уже ожидал их, взирая на трон, который теперь был облеплен дополнительными механизмами.

– Мы можем начинать, Ваше Величество, – заявил Севастар.

Монарх отвёл взгляд от второго автоматона. Сар в новой металлической оболочке, в свою очередь, направился к престолу и сел на трон.

Механическое тело Ордитуса не сильно отличалось от Аргаса, однако на его безликой голове чётко виднелись две полуовальные линзы болотного цвета с двумя яркими зелёными точками.

Корвальд спросил:

– Что нужно будет делать мне?

– Хм-м… По словам Чужака, смерть для богов – это не конец, однако можно отравить их суть, тем самым полностью выведя их из строя. – После недолгого молчания Севастар сказал: – Вы должны стать этим ядом. – И советник открыл крышку капсулы.

Аригитус, не глядя на Ордитуса, лёг в механизм:

– Трон твой, брат.

К изобретателю подошёл небольшой четырёхлапый механизм с рукой сверху, удерживавшей личный клинок царя. Аргас забрал у машины оружие.

– Чужак, сообщил о том, что ваш меч понадобится вам там. – Советник положил клинок на грудь правителя, и тот сжал руки на рукояти.

– Не бойтесь. Это будет быстро и безболезненно, – сообщил Севастар, закрывая крышку.

Капсулу стал заполнять прозрачный газ. Монарх не испытывал никаких трудностей, но вскоре его тело начало слабеть. Спустя минуту он уже не мог пошевелить пальцами, а потом всё померкло.

Грудная клетка советника распахнулась, демонстрируя полость, на стенках которой располагалось множество небольших треугольников с зелёным свечением на острие. Посередине находился столб с двумя колбами, запаянными с обеих сторон. К одной тянулись многочисленные трубки и качавшиеся гибкие шланги. Внутри неё летала зелёная сфера, испускавшая зелёный газ. Второй сосуд был пуст и ни к чему не присоединён.

Из капсулы с Корвальдом вылетела ещё одна зелёная сфера. Она залетела в пустую колбу, после чего Аргас взял её в руку и поднёс к Ордитосу.

– Начнём. – Десница поместил контейнер в свою грудь, и механизмы вокруг трона издали гул, приходя в движение.

– Ваше Величество, мне надо отлучиться. Нам нужны новые войска. Для большинства новых тел сар подойдут доспехи, однако вскоре нам понадобится выплавлять новые сплавы для особых проектов. – И Севастар проследовал к выходу.

– Советник! – остановил изобретателя Аригитус. – Только – между нами – Корвальд остаётся действующим правителем, а я заменю его в роли регента.

– Как пожелаете, регент. – И Аргас покинул зал.

Глава первая

Сар в телах машин собрались вокруг мёртвого тела монарха.

– Несмотря на то что его физическая оболочка уже мертва, мы его не потеряли, – пытался утешить собравшихся Аргас.

– Возможна ли встреча с ним лично, советник? – спросил огромный безликий автоматон.

– Боюсь, что нет. Лишь по прошествии множества веков он вернётся в день мщения, – сказал изобретатель и указал рукой на бывшего десницу. – Однако вся власть передана им в руки Ордитуса Аригитуса.

– Ваше величество, разрешите обратиться! – попросил великан.

– Говори, Горциус, – одобрил регент, скрежеща острым металлическим пальцем по своему подбородку.

– Буду предельно честен: мне претила власть вашего отца и его кровавая война между сар, но теперь, когда мои отец и мать погибли, всё это мелкие обиды… Я желаю возглавить ваши армии для уничтожения врага.

– Мы давно выбрали военачальников для будущих конфликтов, и твоя кандидатура рассматривалась как одна из возможных, однако твоя лояльность под вопросом.

– У меня не осталось ничего, поэтому если я вас подведу, можете забрать мою жизнь. – Горциус посмотрел на советника: – Скажи, что у тебя есть способ обеспечить подобное.

– Я мог бы поместить кусочек своей или вашей души под корпус Варкора, и, если будет необходимо, владелец осколка сможет перехватить управление энергий внутри конструкции, обездвижив его. При попытке удалить осколок произойдёт мощнейший взрыв, – уточнил изобретатель. – Однако если вы решите сейчас отправить его в бой, то не беспокойтесь: к сожалению, мне не удалось адаптировать механизмы к такому массивному телу, из-за чего он уже через пять дней потеряет подвижность.

Ордитус прекратил царапать своё лицо и встал с трона:

– Именем повелителя Альтансар назначаю Горциуса Варкора генералом и приказываю ему немедленно отбросить мертвецов от наших стен.

Новоиспечённый генерал преклонил колено, оглашая зал глухим стуком:

– Клянусь своей жизнью, я буду биться, пока наш мир не увидит рассвет без чужаков! – После чего Варкор быстро развернулся и покинул тронный зал.

– Будут ли другие приказания, Ваше Величество? – спросил изобретатель.

– Наши враги думают, что их численное превосходство чего-то стоит. Готовь конструкты: пусть вернут то, что у нас забрали, воздав тысячекратно.

***

Спустя двадцать минут Горциус поднялся на стену, отделяющую царский замок от города.

Сар, чьими телами служили механизированные доспехи, пытались отстреливать нежить из луков, однако мёртвым не было дела до стрел.

– Внимание! – прорычал Варкор.

Все воины посмотрели на горбатого механического гиганта.

– Нам приказано уничтожить врага у ворот, поэтому доставайте мечи и прыгайте вниз за мной!

– Но это безумие! Их – орда, а падение с такой высоты – это смерть! – паниковал один из солдат.

– Вам есть что терять?! – спросил колосс, и лишь стоны и всхлипы нежити внизу разбавляли повисшую тишину. – Нет, нам больше нечего терять, мы – мертвецы из стали!

Толпа автоматонов собралась вокруг генерала.

– Наши близкие корчатся в агонии, а вы прячетесь за стенами, словно крысы. Теперь наше единственное переназначение как истинных хозяев этого мира уничтожить врагов!

Горциус прошёл сквозь толпу и шагнул с края крепости. «Теперь Альтансар воюют вместе, как бы горестно нам ни было», – размышлял колосс во время падения.

Приземлившись на дорогу, гигант поднял клубы пыли и мелкие камни, а толпы тел под его ногами превратились в месиво – от них остались только дрыгающиеся конечности.

Сегментированные руки Варкора начали давить и разрывать нежить. Кровь, кости и плоть разлетались в стороны.

Толпу неживых пробили ещё десять металлических воинов. Их клинки рвали плоть, а затупившись, не теряя рвения, начинали дробить кости.

Когда рука великана вновь обрушилась на орду, на неё взобрался один мертвец. Он разбежался и прыгнул на лицо гиганту. Ловкач маятником качался на его голове, пока Горциус не прихлопнул его, ударив себя рукой.

Усилившие напор мёртвые прижали сар к стенам, но генерал не сдвинулся со своей позиции. Когда двери распахнулись, Колосс наполовину обернулся:

– Что это значит?

Из проёма показалось три десятка высоких безликих гуманоидных машин. Так же неуклюже, как и мертвецы, двигавшиеся вперёд. Когда до конструктов добрался живой труп, его растерзали тесаки, заменявшие им руки от кисти до середины локтя.

Вдруг грудь одной из машин распахнулась. Она вытянула из трупа зелёно-белый газ, после чего грудной отсек захлопнулся. Конструкт в пал в ярость, в одиночку разрубая мёртвые волны.

Количество обезумевших машин росло, и нежить была отброшена от стен. Конструкты, в свою очередь, побежали выреза́ть оставшихся мертвецов по всему городу.

Горциус и сар под его командованием зачищали территорию вокруг ворот от редких противников, не обнаруженных конструктами.

– Генерал, – подошёл к колосу незнакомец.

– Да?

– Монарх Ордитус отправил меня сообщить об опасном скоплении врага со стороны кладбища.

«У них всё ещё есть силы? – Варкор посмотрел в сторону некрополя, а после взглянул на ганца. – Они разбежались по всему городу, поэтому мне пригодится каждый воин для их уничтожения». Горциус спросил:

– Как твоё имя?

– Парциус Грет, генерал.

Варкор указал на него пальцем:

– Ты идёшь с нами. – Колосс зарычал: – Все за мной!

Отряд Альтансар ринулся в сторону кладбища под тяжёлый скрежет запирающихся ворот.

Улицы на подходе к некрополю заполняла лёгкая зелёная дымка, но им не встретилось ни одного ходячего трупа – только пустые дома, сбитые с петель двери и испортившаяся пища на столах.

Когда Горциус с воинами добрался до пункта назначения, то среди зелёного тумана они обнаружили полчища мёртвых, выстроившихся в ровные ряды перед своим предводителем – хорошо сохранившимся стариком.

– Баргот, отродье, ты должен был сгнить века назад! – крикнул великан.

Мёртвый старец смотрел на сар пустыми очами – его радужка светилась зелёным светом, – после чего указал пальцем в сторону автоматонов, и орда мёртвых двинулась к ним единым строем.

– Уничтожить! – приказал Варкор, набирая скорость для тарана.

Генерал снёс десяток надгробий, перед тем как пробить первую линию обороны в виде скелетов, ощетинившихся щитами, но его скорость резко упала при контакте со второй линией. Его сдерживали не гниющие трупы, а абоминации, собранные из десятков бледных тел.

Горциус размахнулся и свободной рукой ударил по отродью. Импульс прошёл сквозь мёртвую плоть, разрывая останки органов и дробя кости. Чудовище потеряло хватку и, упав на землю, обмякло, выпуская зловонный газ.

Остальные бледнокожие кинулись на Варкора, облепляя его телами, образуя кокон из мертвечины, из которого слышались тихие звуки гнущегося металла.

– За Альтансар! – кричал воин, прорвавшийся сквозь строй скелетов и нанёсший удар одному из чудовищ, висящих на Горциусе.

В ответ оно слезло с великана, схватило воина за лицо и начало вбивать его в землю. Голова раскололась, и абоминация принялась вскрывать грудь машины, а затем вынула из него колбу со сферой и разбило её. Зелёный шар исчез в мгновенной вспышке.

Воинов сар разделяли ровные ряды мёртвых, и когда те оставались одни, окружённые щитами, в сочленения их конечностей нежить втыкала оружие, лишая подвижности. Это происходило со всем отрядом.

– Поражение неприемлемо! – Горциус пытался сбросить с себя нежить, из-за чего механизмы, приводящие его в движение, завизжали от напряжения.

***

Сухость первое, что ощутил Корвальд. Под руками царь чувствовал камни, изредка сменявшиеся чем-то рыхлым. Потом он открыл глаза. Над ним было тёмно-алое небо. Повернув голову, он обнаружил высокую гору – и ничего более.

Сар встал и осмотрелся получше. Он находился на краю огромной каменистой плиты, вокруг которой не было ничего, кроме тьмы. Аригитус направился к скале.

***

Тем временем на территорию кладбища ступил одинокий конструкт, на котором сфокусировался Баргот: вся остальная орда игнорировала машину, пока та медленно подходила.

***

У подножия он обнаружил сар, сидевшего на ржавом троне. Это был старец по меркам Альтансар: серебряная борода, изношенная мантия и потёртая корона.

– Что ты здесь делаешь? – спросил монарх, излучая холодную ненависть.

– Твой позор уже лёг на нас. Не хватало, чтобы твоё безумие привело к гибели всего живого в мире.

Из-под земли поднялись каменные стены окружившие сар.

– У тебя больше нет власти.

– Ты лишил бо́льшую часть народа их тел, а сам сбежал. – Старик встал на немощные ноги.

– Я никого не заставлял. Это был их выбор. Вся моя власть перешла к Ордитосу, как ты и желал. У нас нет дальнейшего будущего – оставалось поступить только так.

***

Конструкт и Аригитус начали накручивать круг параллельно друг другу.

***

– Это ничего не меняет. Чужак тебя использует. Он сбил тебя с верного пути – пути прощения.

– Значит, твой разум тебя подводит. То, что они сделали, непростительно, – сказал Корвальд и после недолгой паузы приказал: – Уйди с моей дороги.

Старец вынул меч:

– Дальше ты не пройдёшь. Если не хочешь мне подчиняться, то я тебя убью.

Царь достал своё оружие в ответ на угрозу и направился в сторону старика.

– Ты многого достиг в своей жизни: усыновил и воспитал Ордитуса, объединил Альтансар… Однако мою жизнь ты превратил в ад. – Корвальд опустил голову. – Когда я только родился, тебе было плевать на меня. В нашем обществе тогда царила ненависть – из-за того, что ты завоевал всех. Кроваво, но только так можно было окончательно прекратить наши войны. – Монарх остановился и опустил взгляд на землю. – Вот только завоёванная знать оказалась гордой и злопамятной, а союзная не напилась крови на войне. Для сына тирана это не лучшая обстановка. Удивительно, что мы не уничтожили друг друга.

– Раньше мы были порознь, и каждый народ сар считал другой зверьми, что желают им смерти. Однако, встретившись друг с другом в мирном обществе, они сталкивались со своим отражением: та же внешность, те же страхи, те же заблуждения.

– Выжив в этой среде благодаря матери и вовремя проявившемуся характеру, я был уже неподконтрольным тебе, и ты попытался забрать у меня право на престол в пользу Ордитуса, но совет решил иначе. – Монарх подошёл ближе и холодно закончил: – С чего ты решил, что теперь твои слова имеют ценность для меня?

Баргот занёс свой меч:

– Тогда ты умрёшь!

***

Конструкт отбил меч старца и пробил его грудь своим тесаком, удерживая старика от падения.

***

– Я ненавижу тебя. Может, ты даже не хотел мне плохого, но в этот раз твоё упрямство и невежество не помешает мне добраться до цели.

Баргот, захлёбываясь кровью, ответил:

– Посмотрим, – после чего немощное тело упало на землю.

Стены развалились за считаные секунды, освобождая путь к скале.

Поднявшись на обломки, победитель посмотрел назад.

– Прощай, отец.

Корвальд нашёл небольшую узкую тропу, ведущую вверх, и начал подъём на гору.

***

Горциус почувствовал ослабление давления нежити и с рёвом сбросил абоминации, начав уничтожать их. Выжившие сар, избавившись от ограничений, присоединились к битве.

Когда мертвецы были повержены, все собрались вокруг генерала, после чего на кладбище вошёл Аргас, цокая восемью новыми конечностями, в сопровождении пяти десятков автоматонов:

– Как вам мои творения?

– Почему они не слушают приказы? Что ты сними сделал? – спросил Горциус, сжимая массивный кулак.

Советник удивился, после чего опешил:

– О нет, нет, нет. Жнецы – всего лишь механизмы, в них нет ничего от нас. Я создал устройства, способные генерировать псевдоволю. Для этого достаточно частичек наших душ, и пока я использовал свою.

– Но почему они звереют, когда высасывают что-то из мёртвых?

– «Что-то?» – Советник шагнул передними лапами вперёд. – Души, Варкор. Получая настоящую, они оживают, после чего желают жить и убивать. Этот ресурс нам и предстоит добывать ближайшие века, – восхищённо объяснял конструктор.

– Отвратительно!

– М-м-м, действительно. – Севастар притих, после чего посмотрел на Парциуса. – Какое мнение сложилось о Грете?

– Парциус проявил себя не лучше остальных, – отрезал генерал.

Грет посмотрел по сторонам.

– Однако он обладает определённым потенциалом.

– Грет, – подозвал великан сержанта.

– Да, генерал? – подбежал Парциус.

– Я отправляюсь на городские стены. Твоя задача – привести больше сар ко мне. Посмотрим, как ты справишься.

Варкор, собрав воинов, удалился.

Сержант попытался направиться в сторону замка. Когда он протиснулся через толпу конструктов, за его спиной раздался стук металла по каменной плитке.

Парциус развернулся и обнаружил, что машины остановились сразу за ним.

– Конструктор, господин Аргас, что… Что это значит?

Советник хихикнул:

– Войска нашли полководца. Используй их. Оставь пока наш народ: на них ещё лягут невзгоды.

Грет ещё несколько раз оглядывался на конструктов, пока бежал к стенам, но вскоре успокоился и повёл машин в сторону поля боя.

– Как легко он делится с ними своей душой. Перспективный юноша. – И Севастар направился к дворцу.

Глава вторая

В начале подъёма по скале встречалась редкая мёртвая растительность, засохшая трава и сорняки. Затем к ним присоединились усопшие кусты с деревьями, из которых постепенно собрался мёртвый лес.

Внезапно Аригитус услышал сзади гул. Корвальд обернулся, но не нашёл источник шума: зато обнаружил вокруг себя живую пышную чащу. Вдали слышался стук топоров, а в ближайших кустах возник шелест, после чего из них показались неизвестные.

Сар подумал: «Это те самые карланы, о которых говорил Чужак?»

Коренастые создания о чём-то говорили, но быстро осеклись, посмотрев в сторону монарха. Корвальд достал свой меч и отвёл его вбок, но чужаки не останавливались. Когда между ними оставалась пара метров, Аригитус направил лезвие в сторону карлов, но они прошли через него. Сар попытался схватить одного из них, однако его рука тоже прошла насквозь.

– Любопытно. Словно меня не существует. – И он последовал за пигмеями.

Спустя несколько минут они вышли на открытую местность. На опушке раздавался гул работы. С одной стороны располагался десяток больших металлических бочек на колёсах с трубами сверху. Несколько из них были открыты, и в одну плотными рядами складывали дрова, а из других лопатами черпали уголь. С другой стороны расположились невысокие ряды заготовленной древесины, которую тут же и рубили.

Неподалёку располагались телеги с металлическими ящиками, заполненными углём. Сар протянул руку к одной из повозок и схватил её за дверцу. Подумав: «Всё-таки я не совсем бесплотен», он вскарабкался на телегу. Всего через несколько минут она поехала.

Когда повозка выехала из леса, Аригитус вздохнул, задирая голову вверх: «Наконец-то. Лазурное небо».

***

Спустя несколько часов они поднялись на холм, и оттуда стала видна гора. Вокруг неё распластались равнины, покрытые треснувшей глиной. С разных сторон сюда тянулись дороги с многочисленными караванами.

Когда телега объехала скалу, показалась крепость, высеченная прямо в камне. Из её бойниц высунулись серые пушки. Прогрохотав на всю округу, они скрылись обратно, при этом не выплюнув ни единого снаряда.

«Как давно меня не было?» – думал правитель.

Карланы добрались до входа, после чего стальные ворота медленно поднялись, открывая путь в подгорный туннель. Проехав через крепость и проход, освещённый многочисленными лампами, колонна оказалась в городе.

Высоченные отшлифованные стены поднимались до самого верха пещеры. Внутри них были спрятаны многочисленные трубы, деля поселение на множество прямоугольных помещений. В углах некоторых располагались дома карланов, нагромождённые друг на друга. По бокам от них находились лестницы, чтобы жители с верхних этажей могли спуститься вниз.

Бродя по улицам, освещённым масляными лампами, Корвальд услышал визг и шипение пара, которые привлекли его внимание. Он направился к источнику звуков.

Аригитус вошёл в зал с большими металлическими ящиками. В один из таких, стоя на стремянке, что-то засыпал пигмей. В другом углу находилась широкая прямоугольная яма.

Корвальд подошёл к контейнеру, который существенно превосходили его в размерах, однако рабочий вовремя освободил место на лестнице. Взобравшись, Аригитус обнаружил нечто живое, заполняющее весь доступный объём и кабанью морду, торчащую вверх.

– Что с тобой сделали? – вопрошал монарх.

Какой-то манипулятор схватил ящик, потащил в сторону ямы и перевернул, вывалив визжащее создание.

Сар подошёл к дыре и обнаружил там окровавленные вращающиеся валы.

– Отвратительно. – И Аригитус спешно покинул цех.

***

Бродя по городу, он нашёл маленьких пушистых созданий в небольшом ящике, набитым соломой.

– Котята? – удивился Корвальд.

Вдруг появилась крупная крыса. Она залезла в контейнер и напала на беспомощных детёнышей. Сар попытался выкинуть грызуна, однако его рука лишь прошла сквозь.

На визги прибежала кошка и прыгнула на агрессора. Схватка двух животных быстро вышла за пределы ящика.

Спустя два десятка минут боя обе стороны остановились, шипя друг на друга. Правитель заметил, что растрёпанная крыса устала, но была нетронута, а кошка, демонстрируя свой беззубый оскал, вся покрыта кровоточащими укусами.

– Ни зубов, ни когтей, – констатировал Аригитус.

Когда грызун хотел возобновить конфликт, из дома вышел карл. Он заметил вредителя и пнул его в стену.

Удостоверившись, что всё в порядке, монарх вошёл в дом. Первым, что привлекло его внимание, была золотая клетка. Её обитателем оказалась небольшая птица, в клюве которой имелось пять отверстий, выстроенных в ряд. Крылья были крохотными, из-за чего она ползала по стенкам своей тюрьмы, издавая звуки, напоминающие свирель и складывающиеся в простую мелодию.

Сар сел на металлическое кресло, обитое шестью, и ушёл в размышления.

– Эти чужаки разрушают, меняют и созидают в пугающих масштабах. Кто знает, как им это воздастся… Однако они так сплочены в этом процессе уничтожения… – Он поднял глаза на серый потолок, после чего закрыл их. – На место нашей разобщённости пришла бы экспансия?

***

Корвальд проснулся от шума снаружи. Выйдя, он обнаружил, что часть ламп, освещавших улицы, либо потускнели, либо мерцали. Каменные стены теперь были покрыты мхом, переплетённым лозами. По улицам бродили псы и порхали птицы, обгладывавшие мёртвые тела.

– Вряд ли это дело рук чужаков, – сказал Аригитус и направился к выходу из города.

Снаружи крепость полностью покрылась листьями вперемешку с цветами. Вдалеке сар заметил дым костра, исходивший из леса, после чего последовал туда.

***

Монарх брёл по роще. Наконец, он вышел на стоянку обездоленных пигмеев – голодных и измученных. Неожиданно вокруг лагеря поднялась трава. Беженцы попытались пробиться сквозь неё, но всё было тщетно.

В центре лагеря начало быстро расти дерево. Чужаки попрятались за повозками. Древо выросло высотой в три метра, но без кроны. Его ствол по форме напоминал кол с гуманоидным лицом ближе к вершине.

Дерево заговорило:

– Народ земли! Вы уничтожали леса, извращали животных и потрошили горы. За это отныне вы прокляты, все леса и твари земные и водные – ваши враги.

Лишь один вышел к божеству:

– Что ты такое чтобы решать, кто будет проклят, а кто нет?! – кричал карл. Из его закрытого глаза текли кровавые капли.

Богиня склонилась к непокорному:

– Вся природа – это продолжение меня. Мне решать, кто сколько возьмёт и сколько отдаст.

– Значит, произошедшее в наших городах – это твоих рук дело?! – требовал ответа пигмей.

– Вы возомнили себя богами, посмели изменять и уродовать братьев ваших меньших. Я лишь вернула всё вспять.

– Ты забрала у меня всё. Так что мешает тебе закончить мою жизнь?

– Я дарую вам искупление. Для этого вам придётся относиться к лесу так, как вы хотите, чтобы относились к вам. Тогда он вас не тронет, но поможет.

Чужаки, охваченные страхом, начали выходить из своих укрытий. Подойдя к дереву, они упали на колени и залепетали о прощении, после чего обозы быстро заросли, металлические инструменты и оружие заржавели, а тенты сгнили. Стены травы упали.

– Идёмте, дети леса! Пора в ваш новый дом. – Божество, наклонившись вглубь леса, заскользило по траве.

Карланы поплелись за ней, но один остался.

– Мне не нужно твоё прощение, мне нужна моя дочь, – процедил пигмей. Поднявшись на обоз, он схватил ржавый топор, после чего спрыгнул и закричал.

Монарх подошёл по ближе к оставшемуся карлу и обнаружил, что тот держится за стенки обоза, а его обувь пробита.

«Трава – словно иглы. Это и есть проклятие?» – думал сар.

Карл отдышался, затем, прикрепив к своим ботинкам небольшие бруски, пошёл прочь из леса. По пути чужак опёрся рукой о дерево, однако сразу же отдёрнул её:

– Тварь!

Аригитус заметил, что его рука получила слабый ожог, после чего взглянул на дерево: на месте прикосновения вытекала едкая жидкость.