Элейра Вейл
Магическое кафе «Оракул»

Каждая история начинается с уюта – и наша не станет исключением.

Сегодня мы заглянем в кафе «Оракул», спрятанное в тихом городке, где живут самые обычные люди. Им управляют три милые ведьмочки. Но прежде чем мы окунёмся в его атмосферу, позвольте рассказать немного об истории этого места…

Глава 1. История кафе

Три ведьмы познакомились ещё на первом курсе магической академии. Они были юными, мечтательными и полными идей – и с тех пор стали неразлучны. Уже тогда, между лекциями по зельеварению и практиками по бытовым чарам, они всерьёз обсуждали, каким будет их уютный уголок – кафе, где магия будет скрыта в аромате напитков и тёплом свете ламп.

Каждую свободную минуту девушки проводили за планами: рисовали наброски интерьера, спорили о названиях напитков, пробовали первые рецепты зелий, добавляя в них щепотку уюта и каплю волшебства. Они не просто учились – они готовили будущее.

Рыжеволосая и зеленоглазая Лея, самая озорная из троицы, однажды потерялась в мире людей во время учебного задания. Её не было трое суток, и этот мир её захватил. Вернул её назад стражник Трой – тогда ещё новобранец, которого направили в патруль.

Мая, с волосами цвета спелой пшеницы и глазами, синими как зимнее небо, походила на милую эльфийку. Её природная магия обольщения с лёгкостью раскрывалась в зельях: всё, что варила её рука, имело притягательную силу.

Тая – темноволосая, с глазами цвета обсидиана – с детства обожала готовить сладости. Ещё до того, как в ней проснулась магия, бабушка учила её печь булочки и печенье. Для Таи зелье и тесто были равны: и то, и другое требовало внимания, тепла и веры в результат.

Когда учёба подошла к концу, Совет распределения – видя их сплочённость, силу и искреннее стремление – направил всех троих в один и тот же город: Нейс. Спустя всего три месяца в одном из старинных зданий с высокими потолками и витражными окнами открылось кафе «Оракул».

Лея так любила людей, что старалась во всём быть на них похожей. Даже в кафе заходила через обычную входную дверь, как простой посетитель. Мая и Тая предпочитали появляться чуть раньше открытия, через портал на потолке – он был скрыт в завитках узора, называемого «Меркаба».

Лея стала организатором кафе. Она первой освоила смартфон, поняла, как работает интернет, создала страницу кафе, начала публиковать новости и афиши магических мероприятий. Её энергия освещала всё пространство.

Трой, всё тот же стражник, был очарован ведьмой с рыжими кудрями и дерзкой улыбкой. После выпуска он сделал Лее предложение. Она согласилась, но поставила условие: она не покинет подруг. Значит, и семейное гнездо будет в Нейсе.

Трой не возражал. Он знал: попытается спорить – и любимая ведьма улетит, оставив за собой только след из перьев и магии. Он остался при своём посту, но всё чаще патрулировал вблизи кафе, заходя по утрам за чашкой чая и украдкой – за улыбкой Леи.

Глава 2. Магия в простых

Волшебство в этом месте начинало дышать именно с наступлением сумерек. Свет внутри приглушался, музыка звучала тише, а редкие случайные прохожие, если и попадали в кафе, – уходили, не задерживаясь. Пространство будто выдыхало, очищалось, и начиналась магия.

Когда за окнами загорались фонари, в кафе заходили только те, в ком таилась искра. Их тянуло сюда – тихо, по зову души, по тонкой ниточке чая, корицы и чего-то ещё, неуловимого.

Стоило им сделать глоток напитка, как в груди начинало что-то шевелиться. Просыпалась магия. И каждый имел выбор: принять её – или уйти, стерев всё, как будто и не было.

Те, кто решал остаться с даром, становились завсегдатаями. У каждого из них на теле появлялся знак – уникальная татуировка, отражающая суть дара. Её невозможно было подделать. Это был отпечаток волшебства.

Я была одной из первых, кто прошёл через это пробуждение. Моим даром стала способность ловить вдохновение этого места и складывать его в слова – в истории, стихи, рассказы. Мои напитки всегда имели лёгкий привкус свежести: мята, лимонная вербена, немного росы. Они приносили идеи, рождали образы. Дар эмпатии стал приятным дополнением – я чувствовала, какие слова кому нужны. На моём запястье проявилось перо – чёткое, лёгкое, словно живое.

Моя подруга Нала, с которой мы однажды наугад забрели сюда, обнаружила в себе дар художника. С тех пор муза не покидала её – она творила без устали, день и ночь, будто не дышала без кистей. Я всё чаще приходила в кафе одна: Нала почти не выходила из своей мастерской.

Кейла, другая моя подруга, обрела дар фотографии. Её снимки стали чем-то большим, чем просто кадрами – в них было дыхание чувств, голос света, движение времени. Её татуировка – миниатюрная камера – легла на ключицу, словно хранила в себе тысячу запечатлённых историй.

А Лоя, девушка, что частенько сидела у окна, открыла в себе способность управлять жидкостями. Сначала она лишь капала чай из чайника в кружку, не касаясь предметов, но теперь могла ловко переливать напитки, танцующие в воздухе. У неё на шее появилась еле заметная волна – символ её дара.

Зазвенел дверной колокольчик. Вошла Лилия – цветочница. Она, как всегда, улыбнулась цветку, зачахшему в горшке у входа, и взмахом руки вдохнула в него жизнь. Лепестки расправились, словно тянулись к ней. Сняв кардиган, она прошла к столику Лои. Здесь можно было не прятать татуировки: у Лилии по правой руке, от плеча до самой кисти, тянулась роза с шипами и листочками – живой, колючий след её дара.

Ведьмочки – Лея, Мая и Тая – всегда помогали новичкам. Они подсовывали брошюры, подсказывали, как не растерять дар, делились опытом. Сначала таких, как мы, было много – слишком много, чтобы уделить внимание каждому. Поэтому и появилось это особенное время – Время сумерек. Час, когда собирались только пробуждённые. Только те, кто остался.

Глава 3 Новая работница

Спустя время в кафе оракул появилась еще одна ведьма. В это кафе ее сослали на исправление высшая инспекция магических дел. В какой-то вечер, перед закрытием привели двое парней ее и зачитав обвинение:

В городе Сейр, она тоже открыла кафе „Lend“ и превращала людей в зомби, с помощью выжимки корня мандрагоры, которые добавляла в напитки. У посетителей наблюдалась сначала эйфория, их глаза стекленели. В какой-то момент отправили одного из инспекции магических дел на проверку, так делали на протяжении трех лет всех студентов, которые открывали в кафе в городе людей. Инспектор перестал выходить на связь. Пропавшего начали искать, парни нашли его в канаве с остекленевшим взглядом. Товарища, точнее то что от него осталось, мозг превратился местами выжженные куски, отправили в лазарет. По обрывкам вычислили, что это было кафе „Lend“.

Надели браслет блокатор магии – ведьму оставили в кафе и вышли. Я была единственной, задержавшейся в кафе человеком, пока отключала провода от ноутбука, вот и услышала все. Парни были красавцами, темноволосые, с выправкой военных и статные. Но в моей голове промелькнула мысль: «что-то явно измениться». Постаралась отогнать плохие мысли, попрощавшись с ведьмочками, покинула кофейню.

Глава 4. Тень из чашки

Вечер в «Оракуле» пах корицей и обещаниями.

Это был один из тех вечеров, когда воздух сгущался в ожидании чего-то невидимого. Магия тянулась за занавесками, пряталась в складках скатертей, мерцала в каплях на стекле.

Я задержалась допоздна, подчищая буквы в черновике и потягивая «Лист Вдохновения» – чай с мятой, шалфеем и одной каплей пыльцы цветущей вербы. Он всегда помогал, когда мысли застревали между строками.

Гости давно ушли. Лея смеялась где-то у стойки, Тая выносила последние булочки с вишнёвым вареньем, а Мая проверяла температуры в зельеварочном котле. Всё шло своим чередом.

И только одна чашка была не на месте. На дальнем столике, у окна, осталась посуда, которой никто не пользовался. Но от неё поднимался тонкий пар. Чай был заварен недавно. Я подошла – просто чтобы убрать. Коснулась.

И мгновенно всё изменилось. Я не пила – просто прикоснулась. Но этого оказалось достаточно. Видение хлынуло, как будто чай был не просто напитком, а проводником – в память, в чувство, в след чьей-то души.

Мираж: старое кафе, чужой город. Люди, пьющие – и теряющие себя. Глаза – стеклянные. Смех – мёртвый. И одна ведьма, чьи пальцы дрожат, чьё лицо закрывает тень. Она шепчет: «Я только хотела, чтобы они чувствовали себя лучше…»

Свет. Тишина. Пепел.

Я вынырнула, с дрожью, но без страха. Это было не зло. Это была ошибка. Или отчаяние.

Обернувшись, я увидела её. Новую ведьму. Она стояла у стойки, как будто знала, что я всё увидела. Но ничего не сказала. Лишь взгляд – спокойный, почти благодарный.

Она взяла чашку и понесла её в раковину.

В ту ночь я записала в своём блокноте:

Не каждый напиток открывает свет.

Иногда – тень.

Но и тень может быть частью дара.

Кафе продолжало дышать. Люди всё так же приходили – открывать дары, находить себя, касаться вдохновения.

И даже эта чашка – с тенью – стала частью общей магии.

Оракул не делил свет и тьму. Он принимал.

Глава 5. Кто видит дар

В кафе «Оракул» не было меню.

Точнее, оно было – мелом на грифельной доске возле входа, с нарисованными чашками и витиеватыми названиями: «Мелодия утра», «Лунный след», «Крылья цвета меди»…

Но это была только витрина. На самом деле, напитки подбирались по сердцу.

Каждая ведьма знала, какой дар спит в человеке.

Они не спрашивали. Не советовались. Просто подходили – и подавали чашку.

Лея всегда делала это с лёгкой улыбкой, как будто знала шутку, которую ещё не рассказала. Она смотрела – не на лицо, не на руки, а чуть выше плеча, куда-то в пространство. И говорила:

– Тебе подойдёт «Лист Вдохновения». Сегодня – мята, шалфей и глоток дождя.

И человек, взяв чашку, вдруг чувствовал, как наконец становится собой.

Мая не спрашивала, просто слушала.

Она как будто чувствовала вкус ауры.

Говорила:

– В тебе много корицы, ты прячешь страх, но хочешь света. Будет «Сердцезвон».

И напиток оказывался именно тем, что нужно, чтобы выровнять дыхание и сделать шаг.

Тая – не угадывала, не чувствовала – просто знала.

Её руки сами тянулись к нужным травам. Булочка рождалась ещё до того, как человек садился.

– Этот бисквит с миндальным кремом – для тебя.

– Почему?

– Потому что ты сегодня нашёл голос.

Новая ведьма – молчала. Она приходила раньше всех, сидела на кухне, и наблюдала. Иногда пыталась угадать, но чашки остывали в её руках.

А однажды – подала напиток мальчику, у которого ещё не проснулся дар.

Он дрожал после. Всю ночь. Магия отразилась во сне, как грозовая туча. Лея потом всю ночь сидела рядом, вплетая нити успокаивающего зелья в подушку.

Новая ведьма тогда впервые сказала:

– Я думала, он готов.

– Ты не почувствовала, что в нём ещё тишина, – мягко ответила Мая.

Она не упрекала. Но в этих словах была глубина.

Дар – как огонь в недрах. Его нельзя трогать раньше времени. И нельзя пройти мимо, когда он загорается.

В тот вечер было многолюдно. Я сидела в углу, писала.

Рядом – девушка, незнакомка. Волосы собраны в косу, пальцы цепляли край салфетки. Она смотрела по сторонам, словно боялась чего-то, но Тая уже несла ей булочку с розовой глазурью и чашку «Тихого тепла».

– Ты сомневаешься в себе, но внутри тебя спит голос». Он пока не зовёт – но скоро захочет быть услышанным. Пока – только прикоснись.

Девушка вспыхнула от смущения, но приняла.

А когда сделала первый глоток, улыбнулась – так, как улыбаются те, кто узнал себя.

Новая ведьма наблюдала за этим со стороны, сначала с тоской, потом – с интересом.

А позже – осторожно подошла к Тае.

– Как ты узнала?

– Ты тоже узнаешь. Не умом. Не через магию. Через доверие.

В ту ночь я записала в блокнот:

Некоторые дары спят глубоко.

Но если смотреть сердцем —

чашка всегда найдёт того, кому нужна.

В кафе «Оракул» каждый гость выбирал не блюдо – а путь.

Меню было на доске у входа – с причудливыми названиями и витиеватыми чашками. Но в этом меню не было смысла. Ведь настоящий напиток выбирался не глазами – а сердцем. Иногда – через ведьму, которая подносила его раньше, чем ты сам осознал, что нуждаешься. Но даже тогда – решение оставалось за тобой:

Пить – или не пить.

Оставить дар – или забыть.

Лея всегда подносила напитки легко и как будто в шутку. Но именно она чаще всего попадала в самую суть.

– «Тебе – чай с вербеной. Просто глотни, если захочешь вспомнить, кто ты до слов.»

Иногда человек пил и возвращался. Иногда – вежливо кивал, делал глоток, благодарил и… больше не появлялся. И это тоже было правильно.

Мая чувствовала аромат души.

Она не подносила напитки – она дожидалась, пока человек сам коснётся нужной чашки. И только тогда говорила:

– «Ты почувствовал, да? Это вкус твоей памяти. Твой дар – проснулся. Осталось только решить: хочешь ли ты его оставить.»

Тая знала раньше всех. Её десерты рождались из воздуха.

Если булочка с розами появлялась на подносе до напитка – это означало, что дар уже прорвался, ещё до слова, до глотка.

Иногда человек смотрел на неё и говорил:

– «Но я ведь не просил…»

– «Но ты ведь пришёл», – отвечала Тая.

А новая ведьма…

Она старалась. Смотрела. Училась, но часто – ошибалась.

Однажды она поднесла напиток мальчику с пустыми глазами и руками в карманах. Он не знал, чего ищет. Он не выбрал, но чашка была уже в его руках.

Он сделал глоток и потом – ушёл, не вернулся.

Лея только вздохнула:

– «Он не был готов. И он забыл. Но внутри остался след. Возможно, однажды он снова зайдёт. А может – нет.»

Кафе никогда не заставляло.

Кто выбирал дар – возвращался.

Кто не был готов – уходил, и всё стиралось, как след от пальца на запотевшем стекле.

В тот вечер я сидела за столиком и смотрела, как девушка впервые сама выбирает чашку.

Она дрожала. Не была уверена. Но всё-таки сделала глоток.

Тая принесла ей миндальное печенье.

Значит – дар остался.

А новая ведьма сидела в углу и записывала в блокнот. Я видела её почерк – крупный, сосредоточенный. Она не предлагала напиток никому. Только наблюдала и впервые – не спешила.

В ту ночь я написала:

Кафе «Оракул» – не даёт магию.

Оно лишь зажигает фонарь.

Но идти по тропинке – решаешь ты.

Глава 6. Песнь под кожей

Вечер был тёплым и ветреным. Оракул дышал ванилью и корицей, мерцая мягким светом, будто сам знал – сегодня случится что-то важное.

Тая расставляла булочки с жасминовой глазурью. Мая настраивала заварочный круг, а Лея листала отзывы в магосети, подкидывая в воздух смешные фразы с эфира.

За окнами уже светились фонари, и обычные прохожие всё реже заглядывали в дверь.

Время сумерек вступало в силу.

Он вошёл почти бесшумно. Высокий, худощавый, с накинутым капюшоном. Волосы чёрные, глаза – задумчивые. Сел у стены, как будто хотел раствориться в кирпичах.

– Первый раз? – тихо спросила Лея, подходя.

Он кивнул.

– Что-нибудь послаще? Или что согревает?

– Не знаю, – хрипло сказал он. – Просто… что-то, что…

Он замолчал. Пожал плечами.

Лея оглянулась, и вдруг кивнула – Мая уже несла чашку, она поставила перед ним тёплый напиток цвета меда, от которого поднимался тонкий пар с ароматом чабреца, лепестков роз и еловых иголок.

– Это «Сердцезвон». Он знает, как звучишь ты сам, когда молчишь.

Парень посмотрел на неё странно, но не возразил. Взял чашку, сделал глоток.

В кафе повисла тишина.

И только он – наклонился чуть ближе к столу, вытащил из внутреннего кармана тонкую тетрадку и карандаш, рука вздрогнула – и по бумаге побежали строчки.

Неритмичные сначала, обрывочные, но потом – будто прорвалось:

…Я слышу звук внутри,

Где сердце бьётся, будто бас.

Я всё забыл, я был другим,

Пока не понял – это шанс…

Он не отрывался от письма. Писал, будто бы боялся, что, если остановится – музыка исчезнет и тогда, за его спиной, появилась новая ведьма. Она не приближалась. Просто смотрела. И впервые – не пыталась что-то угадать, просто была рядом.

Когда он закончил, посмотрел на чашку.

На дне напитка, в осадке, будто проступила линия – как нота.

Он провёл по ней пальцем, машинально. И – вздрогнул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.