Вечный Скиталец
Вероятность возвышения

Глава 1: Пробуждение.

Меня окружала беспросветная мгла. Я одновременно и тонул, и плавал в невероятно плотной, физически осязаемой тьме. Её потоки невидимыми земноводными тварями тёрлись о мою кожу чешуёй. Окружающая меня непроницаемая мрачность кислотой понемногу растворяла моё сознание, мельчайшими частицами проникая мне под кожу и глубже. Казалось, будто любое моё движение ускоряет процессы расплавления и разбавления моей сущности безграничным сумраком, и вскоре я окончательно растворюсь в ждущей этого темноте и стану её частью.

– «Нет, не дано тебе мой разум поглотить, небытию готов вовек сопротивляться», – почему-то стихотворными строчками проползла сквозь мою голову внезапная мысль. Но субстанция вокруг словно услышала эти слова и всколыхнулась шипящим и лающим смехом, сдавливая меня кольцами.

– Ты не можешь противиться неизбежному, – резонировал в моей голове рой шипящих голосов, звучащих слегка асинхронно, из-за чего слова звучали нечётко, но понятно. – Ведь тебя давно уже нет в живых.

– «Я мыслю, а значит существую», – попытался прокричать неизвестно кому старое философское изречение, но слова отказались формироваться в гортани и срываться с губ, прогремев лишь в моей голове. Однако неизвестный собеседник явно их услышал, отозвавшись очередной порцией хохота.

– Ты не мыслишь, ведь тебя нет и никогда не было, – отсмеявшись, доверительно сообщил голос, – ты лишь выдумка, фантазия, плод воображения автора. Ты утверждаешь лишь то, что было в тебя им заложено.

– «Пытаешься солгать, чтобы я отчаялся бороться? Потому что большего бреда я в жизни не слышал», – чуть не засмеялся в ответ на этот абсурд. – «Ты бы ещё сказал, что я персонаж какой-нибудь книги или игры».

– Все мы лишь мысли и сны спящего создателя, – голоса, твердящие эту фразу, закружились вокруг меня, будто акулы вокруг истекающей кровью добычи. – Но скоро он проснётся и мы исчезнем. Всё исчезнет, будто сущего никогда и не было.

– «Не „Мы“, а „Вы“. Вы исчезнете, ведь я реален, а вы лишь плод моего воображения», – убеждение так и сочилось в моих транслируемых окружающей мгле мыслях. – «Вы лишь грёзы, каприз моего разума. И как ваш создатель, я повелеваю вам исчезнуть!»

Я вслушался в окружающую меня пустоту, но после всплеска моего гнева, исчезло ощущение присутствия чего-то опасного. Сколько после этого прошло времени, определить было невозможно, сознанию не за что было зацепиться в статичной темноте. Вдруг в глаза ударил свет, мгновенно ослепив привыкшие к мраку органы зрения, заставив меня зажмуриться и перетерпеть вспышки боли в глазных нервах. Я почувствовал, что уже не вишу в толще непонятной непроглядной субстанции, а лежу на чём-то мягком.

– Ну что, очнулся, брателла? – напряг мои уши какой-то странный и очень знакомый голос с блатными интонациями полжизни чалившего на зоне. – Можешь не трепыхаться, всё на мази будет.

Я открыл глаза и сел, быстро оглядев обстановку. Помещение было похоже на однокоечную палату больницы, возле моей койки стоял стул, на котором разместился небритый улыбающийся субъект в кепарике с поблескивающими золотом фиксами. Выглядел он смутно знакомо, словно мы встречались когда-то давно, ещё в прошлой жизни. Погоди-ка, это что, всё было сном?! А я лежал всё это время в коме?!

– Ты кто такой? – мой голос звучал хрипло, будто я неделю бухал. – Где я? Что произошло?

– Окстись, корешок, чего ты вальта из себя лепишь? – возмутился визитёр. – Мы с тобой в одной хате чалимся, три года отмотали. Хорош очки мне втирать, рогами пошевели.

Я вгляделся в этого блатного повнимательнее и обомлел, у сидящего было моё лицо, такое, какое было у меня до перерождения, но, так сказать, в «воровской комплектации». Именно так бы я выглядел, если бы не уехал вовремя из страны, а пошёл бы по этапу.

– Сим, это ты? Или я совсем с катушек съехал?! – Я посмотрел на свои руки, всё нормально, руки от нового подросткового тела, значит, новый мир мне не приснился.

– Допетрил, наконец, – недовольно сплюнув на пол, процедил субъект в кепарике. – До тебя, как до жирафа. Любите вы, гуманоиды, шлангами прикидываться.

– Что с тобой случилось? И почему ты так разговариваешь?! – в моей голове никак не сочетался образ небиологического инопланетного разума и блатной авторитет, на теле которого я ещё и татуировки заметил, храм с тремя куполами, что могло значить три года отсидки, и слово «КОТ», которое расшифровывалось, как «коренной обитатель тюрьмы». Стоп, а почему я всё это вообще знаю?!

– Такая маза случилась, братан, эта шлёндра меня чуть по беспределу опущенным не сделала, пришлось похимичить, чтобы жмуром не оказаться, – активно жестикулируя, выдал симбионт-авторитет. – Всё, что нажито было непосильным трудом, весь хабар в хлам поломала. Пришлось в твоей башне по-срочняку искать, как барагозить по-вашему. А в школе ты какие книжки читал, помнишь? О, по харе твоей вижу, что вспомнил.

Тут я действительно вспомнил, что у отца была огромная коллекция криминальных детективов, несколько тысяч книг. В условиях отсутствия интернета читать можно было только то, что было физически доступно. Такие фамилии авторов, как Корецкий, Пронин, Миронов, Кивинов, Леонов, и многие другие, ещё в среднем школьном возрасте сильно обогатили мой внутренний мир знаниями об обустройстве мира внешнего и взаимоотношениях индивидов в нём. В этих книгах зачастую болтали по фене, а в одной из них даже был словарь воровских терминов в конце, поэтому я достаточно хорошо знал этот своеобразный язык. Со временем книги, которые я читал, стали уходить в сторону фэнтези, и эти знания из русских детективов стали забываться, но сейчас я превосходно помнил каждую книгу, обложки, даже краткое содержание. Что за очередной выверт памяти? Выходит, Сим наткнулся именно на эти воспоминания и сформировал временный образ из них?

– Не очкуй, кентуха, – по-своему воспринял мою задумчивость сидящий передо мной невероятный и невозможный в нормальной жизни гибрид чуждого негуманоидного разума и воровского уклада. – Побожиться могу, мы ещё эту клюшку под шконарь загоним, шестерить нам будет по жизни. Покемарь пока, позже покалякаем по нормальному. – Симбионт встал, а я упал на подушку, поскольку сознание в очередной раз меня покинуло.

Почти сразу вновь очнулся, если даже и пробыл в беспамятстве какое-то время, то определить это был не в состоянии. Вновь присел и осмотрелся, та же палата, но вместо блатной копии с моей старой внешностью на стуле сидела моя нынешняя форма.

– Я восстановил работу и базы данных модуля связи, теперь мы можем общаться так, как и до происшествия, – заложив ногу за ногу и откинувшись на стуле, с ленцой выдал симбионт. Как то он нарочито спокоен и расслаблен, словно всеми силами пытается убедить меня, будто всё в порядке.

– Кстати, о происшествии… можно поподробнее, что произошло? У меня было ощущение, будто я окочурился, – осторожно начал я расспросы. Собеседник поморщился:

– Эта богиня оказалась сильнее, чем можно было ожидать, но, к счастью, и глупее, – лёгкими движениями почёсывая висок пальцем, просветил меня собеседник, – несмотря на все мои ухищрения, она полностью поломала ту часть меня, которая была ей доступна. К счастью для нас с тобой, я существо сложной мерности, и имею объём в четырёхмерном пространстве. Совсем чуть-чуть, на микроскопических расстояниях, но этого вполне достаточно для размещения эталонного сознания и резервных копий данных. Наша противница – порождение трёхмерного пространства, она не способна работать с более высокой мерностью, поэтому, несмотря на все её усилия, я жив и здравствую.

– Это хорошая новость, но пока ты прятался от неё, мне удалось поговорить с этой особой, и судя по всему, она заподозрила, что ты жив и собирается продолжить наше плотное общение, – заметил я, подкладывая подушку так, чтобы видеть собеседника в полусидячем положении, – будет ещё разговор и она наверняка заметит твоё присутствие. И кстати, не ты ли утром говорил, что ничего опасного сегодня не случится? Или то, что произошло, недостаточно опасно?

– С этим ничего нельзя поделать, боги не влияют на ткань событий, и при появлении вносят существенные искажения, никаким предвидением их не обнаружить, – сожалеюще выдавил симбионт, – я начал действовать сразу, как почувствовал опасность, только было уже поздно. Но ты напрасно беспокоишься, теперь богиня меня не почует, я принял меры.

– Как-то ты слишком пытаешься меня успокоить, подозрительно, – заметил я, скрестив руки на груди и подозрительно вперив взгляд в слегка занервничавшего гостя. – И ты так и не сказал ничего про мои ощущения. Признавайся, насколько я пострадал от этого, как ты называешь, происшествия.

– Не буду скрывать, воздействие божественной силы не прошло без последствий для твоего сознания, – решительно начал собеседник, резко сменив позу. Теперь он упирался прямыми руками в колени. – Все мои усилия по стабилизации, в результате этого инцидента, потерпели полный провал. До того, как твоё сознание поглотит безумие, осталось меньше двух суток, и это максимальный срок даже с учётом моих усилий по управлению твоей эндокринной системой.

– То есть, я обречён? – уточнил у выглядевшего слегка виноватым симбионта. Почему-то эта новость не вызвала у меня ни малейшего волнения, видимо, без успокаивающего воздействия тут не обошлось. – Или у тебя есть очередной план, который в последний момент полетит к хтору из-за непредвиденных обстоятельств?

– План, конечно же, есть, – улыбнулся Сим, – я, знаешь ли, хочу выжить и выполнить те задачи, что в меня заложены, а для этого придётся постараться нам обоим. От тебя много не требуется, когда ты очнёшься, должен будешь уговорить Таниту и Тину на создание приспешнической связи.

– Ты думаешь, что они согласятся быть моими приспешницами?! – я не верил своим ушам. – Да они сразу же пошлют меня в хторову задницу и будут совершенно правы!

– Поэтому ты должен уговорить их взять в приспешники тебя, каждую по отдельности, – улыбнулся моему возмущению собеседник. – Если скажешь, что это спасёт твою жизнь, то они обе с высокой долей вероятности согласятся.

– Но это же физически невозможно! У приспешника может быть только один старший! – продолжал возмущаться я, – вторая связь попросту не наложится!

– Забыл, с кем имеешь дело? – подмигнул мне Сим, вновь расслаблено откинувшись на спинку стула. – При моём вмешательстве невозможное становится возможным. Если справишься, подаришь нам достаточно времени, чтобы придумать другой способ.

– Ладно, я свою часть работы сделаю, только ты не подведи, – я закрыл глаза, обдумывая план действий, – я, знаешь ли, тоже хочу выжить и как следует насладиться этой жизнью.

– Отлично. Кстати, – собеседник поднялся со стула и начал таять, становясь понемногу прозрачным, – не удивляйся тому, что происходит с твоим телом, так надо. И чем больше раз ты достигнешь пика удовольствия, тем дольше протянешь, так что старайся сделать свою часть работы как можно качественнее.

– Чего? – я даже своим ушам не поверил, вновь подскочив на кровати и пристально вглядываясь в почти исчезнувший силуэт. – Как это вообще может быть связано?!

– Выделяющий эндорфины мозг стабилизирует твой искалеченный разум, – прошелестело у меня в голове, после того, как стул окончательно опустел. – Я никогда ничего не делаю без причины.

Комната закружилась и веки сами собой запечатали глаза. Я почувствовал, что снова лежу на кровати, но теперь мне жарко и места стало маловато. В очередной раз приподнялся и огляделся. В помещении было сумрачно, но разглядеть обстановку освещения хватало. Оказалось, я уже лежу на совсем другой кровати, прижатый боком к стенке. К моему второму боку прижимается чьё-то очень приятное по ощущениям женское тело, закинув на меня и руку, и ногу. А ещё мы оба голые и укрыты лишь тонким одеялом. Вгляделся попристальнее в лежащую рядом девушку и сразу же узнал её.

Это что, опять какие-то видения? Иначе почему мы с Танитой лежим голые на её кровати, да ещё и в такой позе, словно между нами всю ночь проскакивали искры из-за плотного сопряжения наших тел? Однако то, как отреагировал мой отвечающий за подобные сопряжения орган, дало мне понять, что во-первых, я не сплю, а во-вторых, если я в самое ближайшее время не предприму что-либо с лежащей рядом наставницей, то точно сойду с ума.

Я откинул одеяло с лежащей и поневоле залюбовался. Какое же у неё всё таки потрясающее тело! Словно целительская энергия, периодически циркулирующая в нём, всё время поддерживала организм на пике жизненной формы. У Арины, кстати, тело было не хуже, хоть и не столь фигуристое, не смотря на то, что она лет на десять старше Таниты. Пока я размышлял над этим, мои руки словно живя своей жизнью, уже аккуратно осязали наиболее интересные места, перевернув до сих пор спящее тело на спину. Девушка начала подавать признаки пробуждения лишь когда я, задрав одну из нижних конечностей, уже приступил к стыковке.

– Ах, что ты делаешь, не надо, прекрати… – наставница сопротивлялась ну очень вяло, и сразу же прекратила, когда я, не прекращая ритмично двигать нижней половиной тела, лёг на неё верхней половиной и нашёл её губы своими. Мне было настолько хорошо, что я вообще ничего не соображал, не обращая внимания на реакцию лежащей подо мной и сконцентрировавшись исключительно на своих ощущениях. Очнулся от этого состояния только когда девушка громко застонала и изогнулась дугой, всеми конечностями вжимая меня в себя. А потом пришла боль.

Мою голову словно прошило несколько сквозных попаданий. Резко навалилась слабость и сдавленность в груди. Я упал на кровать и заворочался, слегка намотав на себя одеяло, с силой сжимая виски ладонями, словно это могло помочь, не сдерживая стоны и ругательства. Почувствовал, как суетится и причитает рядом не отошедшая до конца от удовольствия целительница, пытаясь сотворить на меня что-то целебное. После этого головная боль слегка уменьшилась, остальные ощущения ушли, оставив после себя лишь слабость.

– Дин, ты меня напугал, что случилось? – услышал обеспокоенный голос Таниты. Открыл глаза и посмотрел в её полное волнения лицо. Взгляд поневоле скользнул ниже, на неприкрытые одеждой и неподвластные законам тяготения выдающиеся округлости. Хтор меня побери, чуть не окочурился, а думаю лишь о том, что так и не завершил. И корень даже не думает уменьшаться, надеясь на продолжение.

– Не волнуйся, всё в порядке, просто я умру через пару дней, – прошептал я, закрыв вновь глаза, поскольку каждое моё слово, даже сказанное шёпотом, отзывалось раскатами неприятных ощущений в моём мозгу.

– О, Богиня! Ты же не шутишь?! – даже не открывая глаз, я представил, как наставница испуганно взирает на моё тело, прикрыв в порыве беспокойства руками рот. – Может быть, можно что-то сделать? Если тебе известен какой-то способ, даже сложный, я всё сделаю!

– Есть один способ, который даст мне больше времени, – прошептал я, с удовольствием ощущая, как девушка нежно поглаживает мне руку. Приятно, когда о тебе волнуются и заботятся, – для этого ты должна сделать меня своим приспешником. Ты согласна?

– Я когда-то дала клятву богине, что возьму приспешником только того, кого полюблю, того, для кого я буду единственной и неповторимой, – нерешительно ответила целительница. Я взглянул на её виноватое лицо и вздохнул, вновь прикрыв веки.

– У такого, как я, на то, чтобы стать любимым такой потрясающей девушки, нет ни единого шанса. Жаль, значит я не успею найти способ спастись, – мне самому стало противно от таких примитивных манипуляций, но жить-то хочется. Хоть фраза и прозвучала, на мой взгляд, немного наигранно, Танита купилась.

– Дин, скажи мне, я тебе правда нравлюсь? Ты бы хотел быть с такой, как я? – Я снова глянул на собеседницу и мысленно содрогнулся, в её взгляде было столько надежды и нерастраченной нежности, что мне стало очень совестно. Вот же Сим скотина, приходится обманывать ту, которой я явно не безразличен. А ведь недавно видеть меня не желала. Даже странно как-то.

– Конечно, нравишься, ты посмотри, в какое состояние ты меня приводишь, – убеждённо ответил, откидывая с бёдер одеяло и обнажая уже практически лопающегося от избытка крови страдальца. С другой стороны, Танита мне и правда нравится, так что не такой уж и серьёзный обман я совершаю.

– Тогда подожди немного, – девушка, с трудом оторвав шокированно-смущённый взгляд от любезно предоставленного мной зрелища, слезла с кровати и развернулась ко мне спиной, после чего, открыв тумбочку, начала шарить рукой внутри, довольно сильно наклонившись при этом. Я, конечно, далеко не юнец, и многое повидал на своём веку, но к такому зрелищу жизнь меня не готовила. Глядя на великолепные бёдра, ягодицы и прочее, обычно скрытое между ними, я понял, что после установления приспешнической связи буду пользовать это тело в любое доступное и пригодное для использования место, до тех пор, пока не вырублюсь от обезвоживания.

Когда наставница выпрямилась и повернулась ко мне, натягивая браслет с кристаллами-накопителями на руку, я уже немного пришёл в себя. Голова практически не болела, и я предвкушающе любовался на плавные движения рук при создании конструкта.

– Готово, – улыбнулась мне Танита, – ты что-нибудь чувствуешь? – я прислушался к своим ощущениям, но вроде ничего не поменялось.

– Кроме возбуждения ничего не чувствую, – фраза прозвучала немного умоляюще, но девушка заулыбалась ещё сильнее, отстранив мои потянувшиеся к ней руки.

– Лежи, не вставай, тебе нельзя напрягаться. Я сама всё сделаю, – прошептала наставница, – и ещё, зови меня Нита, – после чего склонила голову над моим животом, обхватив меня рукой и касаясь наконечника языком. Когда она без особых проблем погрузила в себя большую часть длины и не спеша задвигала своей головой, в моей голове как-то очень резко кончились мысли, последняя была о том, где моя новоявленная девушка научилась такому обращению с парнями. Я вцепился одной рукой ей за грудь, второй обвил бедро и задвигал тазом, подстраиваясь под ритм и понимая, что под таким воздействием не продержусь и минуты. Именно в этот момент раздался стук в дверь.

Глава 2: Размолвка.

Танита резко отдёрнулась от меня, уставившись на дверь, видимо, гостей она не ждала. Кем бы ни был этот нежданный визитёр, появился он очень невовремя. Стук настойчиво повторился. С криком «уже иду», девушка стремительно вскочила, схватила лежащее на стуле платье из плотной ткани и очень быстро накинула его через голову, после чего несколькими движениями расправила по телу. Всё это заняло у неё всего несколько мгновений, я за это время успел только расправить и укрыть себя одеялом и лечь поудобнее. Вот это скорость, целительница явно умела быстро действовать в критических ситуациях.

В открытую хозяйкой помещения дверь зашла смущённая Тина, которой как раз в этот момент Танита с радостной улыбкой говорила, что я недавно очнулся. Поглядев поочерёдно на нас обоих, целительница промолвила, что ей нужно сходить ненадолго по делам, и что она пока оставит нас одних. Перед тем, как пройти через дверной проём, незаметно для гостьи, Танита, глядя на меня, на мгновение вытянула вперёд губы, изображая поцелуй. Даже как-то странно, после того, что между нами только что было, она так запросто оставляет меня наедине с другой девушкой? Такое ощущение, что между этими двумя есть какая-то договорённость. А ещё она подозрительно быстро согласилась стать моей подружкой, хотя до этого убить была готова. Как-то всё это необычно.

– Я просто пришла поблагодарить тебя, ведь ты спас мне жизнь позавчера – нарушила становящееся гнетущим молчание Тина, то сплетая кисти рук, то начиная поправлять одежду. Кстати, на ней, вместо обычных коротких штанов была свободная юбка до колена. Хм, если подумать, я ни разу не видел её в юбке. И ведёт она себя крайне нерешительно, чего я тоже за ней не наблюдал. Что здесь вообще происходит? Почему все себя так странно ведут?! Я бы заподозрил, что до сих пор не очнулся и происходящее лишь моё воображение, но это попросту невозможно.

– Я рад был помочь, – немного натянуто улыбнулся, понимая, что моей заслуги в спасении вообще-то нет, она должна благодарить того, о чьём существовании никто знать не должен. – не хотел, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое.

– Дин, я много думала о том, что вчера мне рассказала твоя наставница, – словно решившись на что-то, Тина подошла и присела на край кровати, – о том, что ты аватар и пострадал из-за богини, – уточнила она, глядя в моё непонимающее лицо.

– Ну, допустим, – осторожно ответил я, мысленно добрым словом поминая одну отсутствующую здесь целительницу, не умеющую держать язык за зубами, – и что ты об этом думаешь?

– Понимаешь, я за последнее время очень много обдумала и осознала, – продолжила девушка, с непонятным, но очень милым выражением глядя на меня, – раньше я не могла ни с кем сблизиться, никому не могла открыться, и на это есть очень серьёзные причины, но ведь и ты не совсем обычный человек, и как оказалось, у тебя тоже много тайн… я хочу сказать… ну… – Тина замялась, глядя на моё всё более непонимающее лицо, – если я тебе всё ещё нравлюсь и ты хотел бы продолжить наше общение, как говорил позавчера утром… я согласна, – на последних словах убивица смутилась ещё больше, пристально разглядывая одеяло и не поднимая на меня глаза.

– Тина, послушай меня, – я накрыл её упёршуюся в кровать ладонь своей. – Танита не всё тебе рассказала, поскольку есть кое-что, что она не знает. После вчерашнего происшествия, мне осталось жить всего пару дней, прежде чем я сойду с ума. – Да, правильно бы было сначала рассказать ей про наши новоявленные отношения с наставницей, но я не ожидал, что мне вот так вот признаются в чувствах, поэтому пока не придумал, как сказать о такой вещи и при этом не обидеть. К тому же, она может отказать мне в приспешничестве, узнав обо мне и Таните, а это поставит крест на планах симбионта по моему спасению. – Есть одна вещь, которая даст мне отсрочку от угрозы, чтобы я успел найти способ избежать такого итога. Ты можешь сделать меня своим приспешником?

– Нет, я не могу этого сделать! – шокировано глядя на меня, пролепетала девушка. – Такие, как мы, никогда не берут приспешников! Так не принято! Попроси свою наставницу об этом!

– Я уже просил, она сказала, что поклялась богине и сделает это только с тем, кого полюбит, – сказал я чистую правду, только не всю. – Почему ты не можешь? Это какое-то правило или просто традиция? Я прошу тебя о помощи, поскольку от этого зависит моя жизнь, неужели нельзя пойти мне навстречу?

– Так никто из убивиц не делал. Говорили, что это может быть рискованно для приспешников. – Тина покачала головой, с сомнением глядя на меня. – Хорошо, – помолчав немного, рыжеволоска решительно посмотрела мне в глаза, – я сделаю это для тебя, но ты будешь мне должен. Будешь делать потом всё, что я захочу. Договорились?

– Всё, что угодно! – легко пообещал я, что бы это «что я захочу» ни было, надвигающееся безумие явно хуже будет. А от возможных рисков у меня есть инопланетный разумный оберег. – Если это в моих силах.

– Это вполне тебе по силам, – успокоила меня девушка, встав с кровати и принявшись создавать уже знакомый мне конструкт. Я вновь ничего не почувствовал по завершению процесса. Надеюсь, симбионт знает, что делает. Главное, свою часть работы я выполнил.

Я уже собирался рассказать Тине, что, вроде как, уже не одинок, поэтому её предложение создать пару немного запоздало, но пока подбирал нужные слова, та упёрлась коленом в кровать и откинула с моего тела одеяло. Завороженно уставилась на прилегшего отдохнуть, но так и не уснувшего работника сферы близких контактов. Когда её рука обхватила обрадованно проснувшуюся от этого самую чувствительную часть моего тела, а после нежно задвигалась, возбуждение настолько сильно шибануло мне в голову, что вытолкнуло оттуда все другие мысли. Я и до этого соображал с трудом, а теперь и вовсе думал лишь об одном.

Судя по всему, девушка думала о том же самом, поскольку не отрывая жадного взгляда от моего тела, задрала на себе юбку до пояса и сноровисто стащила с себя трусики. Я в заторможённом оцепенении наблюдал, как ловко взгромоздившись сверху, девушка опустилась на меня с лицом, полным предвкушения и вожделения. Тяжело дыша и страстно глядя на меня, Тина ритмично заёрзала, окончательно сводя меня с ума. Не в силах просто лежать, я схватил её за бёдра и быстрыми резкими рывками задвигал тазом, вбивая себя в невероятно влажное и жаркое нутро уже не способной сдержать стоны рыжеволосой красавицы. Не в силах больше сдерживаться, с рычанием заполнил её всем, что накопилось за последнее время. Судя по стонам и движениям партнёрши, она в этот момент испытывала схожие чувства.

– Вы… как вы… почему?! – донеслось от дверей. Мгновенно узнав говорящую по голосу, в шоке осознавая, какую картину хозяйка комнаты увидела перед собой, я обречённо посмотрел в сторону входной двери. Танита, оцепенев от вида наших обнаженных, соединённых в не оставляющей места для иных толкований позе, расширенными глазами взирала на картину, которую она явно не ожидала тут увидеть. В её руках была корзинка, наподобие той, которую мне несколько дней назад дали на кухне, видимо, хотела позаботиться и покормить своего избранника. – Мы же с тобой только что сошлись в пару, Дин, а ты уже с другой?! Ты же мне недавно в любви признавался! – в её голосе сквозила такая горечь и обида, что мне стало очень стыдно.

– Прости, я и сам не знаю, как это получилось, – выдавил я, не зная, что ещё сказать. Тина растерянно переводила взгляд то на меня, то на целительницу. В голове крутились только «это не то, что ты думаешь» и «я тебе сейчас всё объясню». Но я и правда не знаю, как так вышло, я же действительно собирался всё рассказать рыжеволосой. Хторовы гормоны и хторов Сим, который довёл меня до такого состояния, исправляя собственные ошибки моего улучшения!

– Ну и скотина же ты, оказывается, – с гневом промолвила целительница, бросив корзинку на стул. – А ты.. видимо, озабоченные подстилки, вроде тебя, именно так выражают благодарность, да? Противно на вас смотреть, выметайтесь из моей комнаты, чтобы, когда я вернусь, духу вашего здесь не было! – Танита, решительными шагами и не оглядываясь, направилась к двери.

– И когда ты собирался сказать мне, что вы парочка?! – зло прошипела Тина, сползая с меня, после того, как за наставницей закрылась дверь. – Когда попользуешься мной несколько раз?! Ты и правда скотина, Дин! Больше всего я ненавижу обман! – разгневанная красотка натянула обратно нижнее бельё, буравя меня яростным взглядом. – Поверить не могу, что хотела быть парой с таким убожеством! Жаль, что приспешничество нельзя отменить сразу! Я не хочу тебя больше видеть! Ещё раз тебя увижу – пострадаешь!

– Хторово дерьмо, – пробормотал, откинувшись на подушку, когда дверь вторично закрылась. Вот уж не думал, что дело примет подобный оборот. С самого пробуждения меня словно несёт бурная река событий, где от моих трепыханий мало что зависит. Хорошо хоть, завершить успел, а то сейчас бы точно с катушек слетел от вынужденного воздержания.

– «Сим, хтор тебя подрал бы, надеюсь, я не зря всё это выслушивал?! Как там с моим лечением дела обстоят?» – мысленно воззвал я к виновнику моей распущенности и несдержанности, вставая и обшаривая доступное пространство на предмет одежды. Искомое обнаружилось аккуратно сложенной, пахнущей чистотой стопкой на втором стуле. Танита оказалась куда более заботливой и предусмотрительной, чем я думал. Стиснув зубы от непоправимости произошедшего, я схватил принесённую корзинку, достал сделанные на кухне слоёнки и впился зубами в сжатые между кусками хлеба слои различной начинки. Жрать после соития хотелось просто зверски.

– Да, я работаю над этим. – прошелестел знакомый голос в ответ. – Мне некогда, свяжусь позже.

Вот кто из нас двоих настоящая скотина. Я не виноват, меня подставили! Хорошо хоть, приспешническую связь нельзя разорвать сразу, этот факт я тоже знал, так было написано в просмотренной вчера мною книге. Поначалу она слишком сильна, лишь через несколько месяцев ослабевает до уровня, когда её можно развеять. А ещё её нужно было периодически укреплять, для этого существовал какой-то сложный энергозатратный ритуал. Так что я останусь их приспешником на достаточное для спасения своего рассудка время.

Одновременно пережёвывая еду и одеваясь, я обдумывал, что мне теперь делать. В общагу к этому сумасшедшему трансвеститу-соседу возвращаться нельзя, нужно искать другое место для жилья. Естественно, что ни у Тины, ни у Таниты мне тоже не будут рады. Придётся обживать какое-нибудь пустующее помещение на полулегальном положении. Кстати, эти две обиженные на меня девушки ещё и запросто отомстить мне могут, испортив мою репутацию среди учениц или преподавательниц. Не думаю, что они так поступят, но обиженные женщины могут пойти на многое, нужно иметь такую возможность ввиду. Так что, несмотря на их слова, нужно как-то мириться с ними и просить прощения. Лучше всего, через несколько дней, когда их гнев поутихнет. Хторов симбионт, ну и задачку мне поставил. Ещё и богиня эта, хтор знает что может от меня потребовать, и отказывать ей нельзя, я ещё пока в здравом уме.

В дверь раздался стук. Уже одевшийся и почти дожевавший я напрягся. Хозяйка комнаты стучать бы не стала, а гости в данную минуту были не очень желательны, по причине отсутствия Таниты. Стук повторился, давая понять, что его источник уходить не собирается. Видимо, придётся открывать, поскольку мне и самому надо покинуть это гостеприимное место. Не в окно же вылазить?

– Привет, это тебя зовут Дин? – задала мне вопрос очень молодая девушка, на вид даже младше меня. Когда я недоумённо кивнул, гостья заулыбалась и продолжила, – Верховная мать требует встречи, если ты готов, то я провожу к её кабинету.

– Откуда она знает, что я здесь? – проглотив заготовленную фразу о том, что хозяйка комнаты отсутствует, я подозрительно уставился на весьма привлекательное лицо гостьи, обрамлённое приятного оранжевого оттенка прямыми волосами, длинными, но не особо пышными. – Это же комната моей наставницы, а не моя.

– Твоя наставница приходила к ней сегодня рано утром, – объяснила прелестная незнакомка, так мило и тепло улыбаясь, что удержаться от ответной улыбки было невозможно. Если бы такая милаха пыталась впарить мне какую-нибудь ненужную хрень, у неё было бы больше шансов, чем у остальных. – Просила найти ей замену на занятиях, пока она будет следить за твоим здоровьем и пытаться тебя исцелить. Верховная мать требовала, чтобы ты пришёл к ней, как очнёшься, но ты ведь уже очнулся, правильно?

– Похоже на то, – улыбаясь, подтвердил я, любуясь её белоснежным топиком, оставляющим довольно много открытого животика, и белыми обтягивающими коротенькими спортивными шортами. Хотя больше смотрел не на саму одежду, а на её содержимое, приятно контрастирующее загаром с цветом наряда. – А ты вообще кто? И какое отношение имеешь к Карле?

– Меня зовут Ивона, я её новая сподручница и вестница, – поведала мне девушка, пока я выходил и прикрывал за собой дверь. – Я в Оплоте не так давно, но уже поняла, что дар у меня так себе, а Верховная мать помощницу искала, вот и решила помогать ей, чтобы меня отсюда не выгнали за плохие успехи. А у Альки дар ещё хуже, чем у меня, сидит, не знает, как быть, домой-то ей нельзя. У Нолии вообще дара нет, но ей выдворение точно не грозит, с такой-то мамой, хихи… – Я не особо слушал, любуясь прелестной фигуркой, не тощей, но и не толстой, такой, какой нужно. – А ты так на меня пристально смотришь, потому что тебе наряд мой нравится, да?

– Да, красивый и необычный, – я оторвался от созерцания ножек и посмотрел в широко распахнутые наивные серые глаза девочки, – а тебе в нём не холодно?

– Нет, ничуть, – вновь заулыбалась Ивона, зашагав по коридору и сделав мне жест, приглашающий идти следом. Я так и сделал, не отрывая глаз от завораживающих движений ягодичных мышц под белой тканью. – Мне приходится много ходить, а иногда даже бегать, вот я и нашла, что поудобнее. Правда, красивый? – Девушка, подняв руки, плавно и элегантно прокрутилась, сделав оборот вокруг себя, а затем посмотрела на меня через плечо. – Мне тоже очень нравится. Я укоротила спортивный костюм и получилось просто замечательно.

– В этом ты права, – протянул я, поймав себя на мысли, что в воображении ложу это юное тело животом на кровать, стягиваю с нас обоих одежду и пристраиваюсь сверху, настойчиво и ритмично вжимая свои бёдра в упругие ягодицы постанывающей от удовольствия юной чаровницы. Нет, сейчас точно не время для подобных мыслей, впереди серьёзный разговор, во время которого нужно иметь ясную голову. Я поднял взгляд, стараясь не опускать его ниже шеи своей спутницы, и принялся думать о текущих проблемах, которых накопилось немало, ещё раз нехорошим словом помянув накачивающего меня гормонами симбионта. Когда мы подошли к нужному кабинету, я уже достаточно успокоился, чтобы здраво соображать.

В кабинете с прошлого моего визита ничего не изменилось, разве что разбросанных по столу бумаг стало больше. Пока Ивона докладывала о моём появлении, я разглядывал Карлу. На голове у неё теперь была красивая причёска, зато лицо было усталым и невыспавшимся. Моя сопровождающая вышла, Верховная мать махнула рукой в приглашающем жесте, и я разместился на гостевом стуле.

– Судя по тому, что ты здесь, тебе уже лучше, – слегка прищурилась Верховная мать, разглядывая меня. Интересно, что ей понадобилось?

– По сравнению с состоянием лежащего овоща, любое другое будет лучше, – заметил я, разваливаясь на стуле поудобнее. – Давай сразу перейдём к сути визита.

– А я-то всё думала, почему ты такой наглый и непочтительный не по годам, – Карла улыбнулась уголком рта, не сводя взгляда с моего лица. – Ещё бы, с такой-то покровительницей.

– Это ты сейчас про что? – подозрительно нахмурился я. – Что такого особенного в моей наставнице?

– Я сейчас не про Таниту, а про нашу покровительницу Диту, – Верховная мать хитро улыбалась, глядя на моё застывшее лицо, – кто бы мог подумать, что у неё появится аватар-мужчина. Не делай такое лицо, твоя наставница вчера мне всё рассказала.

– Я смотрю, она отлично умеет хранить тайны, – я устало положил голову на опёршуюся локтем руку, – чувствую, через пару дней в меня с криками «глядите, аватар» начнут тыкать пальцем, как в уродца какого-нибудь.

– Не вини девочку, она ради твоей тайны даже согласилась вести занятия, хотя ненавидит это. – Карла тоже приняла расслабленную позу в кресле, – Видел бы ты, как она просила меня утром освободить её, чтобы она могла ухаживать за тобой, ты бы не сомневался в том, что она ради тебя горы свернёт. Даже странно, как она успела всего за несколько дней так к тебе привязаться? Просто я знаю Таниту много лет, и понимаю, как её можно разговорить. Я сделала вид, что уже знаю обо всём от тебя, и специально вела диалог так, что она сама проговорилась.

– Хитро придумано, – пожал я плечами, – и что в связи с этим ты хотела со мной обсудить?

– А ты ещё не догадался или просто делаешь вид, что глупее, чем на самом деле? – ухмыльнулась Карла. – Естественно, твою помощь Оплоту.

Глава 3: Проблемы.

Ну конечно, если Верховная мать знает, что я из себя представляю, она во-первых, наконец-то начнёт мне доверять, а во-вторых, попытается решить через меня какие-нибудь сложные проблемы. Очень прагматичная и преданная Оплоту женщина, так что с ней легко будет иметь дело.

– Только прежде, можешь ответить на один личный вопрос? – дождавшись моего кивка, Карла продолжила, – тебя, случайно, на мужиков не тянет? Если да, то это может стать проблемой.

– Не надо меня равнять с этим ульвийским сладколюбцем, – открестился я, мотая головой и поводив пальцем из стороны в сторону, понимая, откуда ветер дует. – Меня тянет на женщин. Это, конечно, тоже проблема, но маленькая.

– О, это хорошо, – заулыбалась собеседница. – А я, дура, обрадовалась, что после нескольких лет игнорирования ульвы вновь начали доверять нам своих юных целительниц. Только недавно догадалась, что они просто спихнули нам самых слабых, а с ними протолкнули одного очень проблемного, и ради этого одного всё и затевалось. Я рада, что на тебя Дита не повлияла так, как на этого Минхо.

– У вас есть сведения о том, что он что-то натворил в ульвийском анклаве? – удивился я. – Откуда вам это известно?

– Из надёжных источников, – не стала уточнять Карла. – Был скандал по поводу его связи с кем-то из Высшего Молвника, это аналог нашего Королевского Совета, если ты не знал. Его быстро замяли, а виновника вытурили к нам, и он уже вовсю проявляет себя. Ума не приложу, что теперь делать, ведь как целитель, он действительно очень силён. Но это мои проблемы, от тебя я прошу совсем другого.

– Я весь во внимании, – слегка расслабился, поскольку что делать в таких ситуациях, не знал тоже. Без осведомлённости о внутренних делах и законах ульвийского анклава, пытаться надавить или как-то воздействовать на их подданного неразумно, можно влететь по-крупному.

– Как я поняла, ты можешь видеть магические ауры? – я кивнул, прикрыв глаза и мысленно отвесив себе удар ладонью по лбу. Что ещё моя наставница успела выболтать? Сколько раз и в каких позах мы развлекались во время лечения генеральского сына? – Я хочу, чтобы ты по возможности смотрел на каждую ауру каждого живого существа в пределах Оплота, и обо всём странном докладывал лично мне, – закончила Верховная мать, довольно улыбаясь.

– Если тебе известно про мою способность, тогда ты знаешь и то, что я, в большинстве случаев, даже не знаю, что означают отличия в аурах, – устало заговорил я, преодолевая ощущение, будто собеседнице известно куда больше, чем она говорит. – Просто вижу разноцветные участки.

– Я и не требую от тебя толкования, ты просто должен замечать, у кого аура непохожа на обычную для целительниц, и говорить об этом мне, – Карла не прекращала улыбаться, внимательно глядя на меня, будто изучает в микроскоп какой-нибудь любопытный микроорганизм. – Но это тоже не одна из тех проблем, которые прошу тебя помочь решить, просто дополнение к ним. Первая проблема – моя дочь. Я хочу, чтобы ты попытался исцелить её разум. Ты же в курсе её проблемы?

– Танита упоминала об этом. Я боюсь, что пока ещё не способен на такое исцеление, – покачал головой в сомнении, – но со временем, надеюсь, смогу и это. А попроще ничего нет?

– К югу от нас, не доходя до Угрюмого хребта, есть посёлок, называется Трилис, – начала Верховная мать, – зимой люди оттуда жаловались на несколько загадочных смертей, по слухам, кто-то накладывает на людей проклятия. Мариза ездила туда весной, но причину так и не отыскала. Теперь смерти возобновились, и я считаю, что только ты обладаешь достаточным умом и способностями, чтобы найти виновного. Бери в помощники любого, кого нужно, денег я тоже выделю, согласен?

– Согласен, конечно, но есть один нюанс, – я почесал пальцем висок, – богиня во время нашей последней встречи запретила мне покидать Оплот до её новых распоряжений. Можете у Марши спросить, если не верите. А почему жители не обращались в королевский сыск?

– Они обращались, – скривилась Карла, будто одно упоминание о них делало её слюну кислой, – оттуда прислали ответ, мол, людей нет, все заняты, держитесь и надейтесь. Впрочем, ничего другого я от них и не ждала. Ладно, отложим это тоже, тогда третья проблема, и надеюсь, у тебя не будет отговорок. С недавних пор у нас почти не осталось тех, кто может делать амулеты. Большинство погибло на войне, оставшиеся предпочитают работать в других местах, высылая нам часть заработка. В нашей изучальне осталась одна ученица, которая даже не умеет настраивать магические установки и приспособления, поскольку не видит конструктов, в отличии от тебя. Сможешь что-нибудь сделать с этим вопросом?

– Думаю, что да, – я даже не удивился очередному известному собеседнице про меня факту. Надеюсь, что симбионт будет способен разобраться с наверняка примитивными на его притязательный взгляд приспособлениями. – Займусь этим завтра, после ночёвки в своей новой, предоставленной тобой комнате. Или ты думаешь, мне хочется ночевать с извращенцем, готовым напрыгнуть на любой мужской корень в радиусе видимости?

– Не думаю, – улыбнулась Карла, вполне искренне веселясь, судя по её эмоциям. Неужели кто-то наконец оценил мой въевшийся в меня до костей во время прошлой жизни сарказм? – Я предоставлю тебе комнату, даже лучше, чем те, в которых живут закончившие обучение целительницы. А если справишься с заданиями – поменяю твой статус ученика на полноправного целителя. Будешь помогать мне и дальше – станешь полноправным наставником. Я даже, представь себе, буду закрывать глаза на твои интрижки с целительницами и ученицами, но только если у них не будет последствий. Условия просто королевские, не находишь?

– Ну, пообещать-то можно всё, что угодно, – заметил я, в свою очередь улыбаясь. – Эти заманчивые условия ещё раз доказывают, в насколько бедственном положении находится Оплот и его Верховная мать, и насколько сильно тебе нужна моя помощь. Не волнуйся, я сделаю, что смогу, безо всяких условий. Просто по дружбе.

– Прекрасно, – устало, но вместе с тем расслаблено вздохнула собеседница, – приятно иметь дело с умным человеком. И я всегда выполняю свои обещания, особенно друзьям. – Женщина достала что-то из ящика стола и поднялась с кресла. – Пойдём, я покажу тебе комнату.

– У тебя измученный вид, – заметил я, выходя из кабинета вслед за хозяйкой. – Командуя столькими целительницами, неужели нельзя никого попросить последить за твоим самочувствием?

– Не хочу никого отрывать от дел ради такого пустяка, – махнула рукой Карла, зашагав по коридору и даже не закрыв кабинет. – Кстати, об этом. У меня есть целительский амулет, которым я пользовалась раньше. Хорошая вещица, много лет назад я отдала за него кучу денег, когда была в Ифинуре. Но он почему-то прекратил заряжаться, может, у тебя получится его починить?

– Для тебя всё, что угодно, – я остановился вслед за женщиной возле двери без таблички. Карла открыла дверь ключом и сделала приглашающий жест. Кстати, прошли мы всего метров пятнадцать, и других дверей с этой стороны я не заметил. Это получается, мы с Верховной матерью теперь ещё и соседи?

– Это помещение раньше занимала моя заместительница, и оно уже давно пустует, – женщина обвела рукой кабинет, являющийся зеркальным отображением того, где мы только что разговаривали. – Вон там, за дверью, спальня, за ней ванная комната. А дальше за стеной уже мои аналогичные. Надеюсь, теперь ты доволен?

– Конечно, доволен, – без тени сомнений произнёс я, хотя было понятно, что предоставляя мне именно это помещение, Верховная мать намеревается держать меня под присмотром. – Настолько доволен, что даже не понимаю, за что простому ученику-целителю такая честь – поселиться тут.

– Считай это авансом к нашему плодотворному сотрудничеству, – хитро ухмыльнулась Карла. – Можешь водить сюда развлекаться, кого хочешь, но если это будет Нолия – я живьём шкуру с тебя спущу, потом попрошу исцелить, и спущу заново. Ясно?

– Предельно, – ответил я, не сводя глаз с жёсткого взгляда Верховной матери. Сомнений в том, что она выполнит обещанное, у меня не было ни малейших. – Обещаю не злоупотреблять доверием.

– Тогда отдыхай, – командным тоном распорядилась собеседница, направляясь к выходу. – Позже зайдёшь за амулетом. А завтра вечером отчитаешься насчёт изучальни.

Когда за Карлой закрылась дверь, я ещё раз обвёл взглядом теперь уже моё помещение. Да, это было неожиданно, даже и не знаю, радоваться этому или огорчаться. Но теперь неудач в решении заданных мне проблем допускать нельзя, иначе все авансы у меня заберут с процентами. И всё таки, подобная щедрость очень подозрительна, нет ли у Верховной матери скрытых, пока непонятных мне мотивов? А главное, как она собирается узнавать, кого именно я привёл? Может, у неё есть какая-то магическая возможность следить за находящимися тут? Ладно, подумаю над этим позже, всё равно я уже по самое "не хочу" вляпался в местные дела.

Прошёлся по помещениям, дабы оценить приобретённое. Спальня была маленькой, большую её часть занимала кровать, на которой легко можно было разместиться втроём, и громоздкий шкаф для одежды в углу. Ванная комната поразила меня наличием огромной деревянной лохани, в которую можно было набрать довольно горячей, я попробовал, воды из уходящих в стену труб, а после мытья спустить ненужную более воду через сливное отверстие. Довершали картину полки с кучей непонятных стеклянных ёмкостей сомнительного содержимого. Сразу видно, что здесь жила женщина, уделяющая много внимания чистоте и комфорту сна. Либо постельным развлечениям, включающим в себя и совместное мытьё.

Отдыхать, вопреки данному мне совету, совсем не хотелось, зато очень хотелось заткнуть ноющий и сетующий на превратности судьбы желудок какой-нибудь едой. Поэтому я направился в столовую, не забыв закрыть за собой дверь. Судя по высоте и местонахождению светила, скоро закончатся последние занятия, и изголодавшиеся по истраченным во время усвоения знаний калориям ученицы займут все доступные места за столами.

***

Никс устало слез с места извозчика, остановив повозку на площадке возле придорожной таверны. Он ехал с прошлого вечера, практически нигде не задерживаясь. Один раз, уже утром, остановился на полчаса, дабы подремать. Он всегда так делал в дороге, дремал понемногу по утрам и вечерам, а по приезду отсыпался. Его тело без проблем могло поддерживать такой режим много дней, поскольку водная стихия, в отличии от остальных, легче всего взаимодействовала с человеческой плотью. Опытные водяники, а Никс с полным правом относил себя к ним, могли даже залечивать не слишком серьёзные раны без целительства. Но сейчас он собирался не дремать, а насытить давно уже опустевший желудок. Не то, чтобы он был голоден, можно было подождать до вечера, когда он, согласно прикидкам, прибудет в Карлат, но если есть возможность, лучше поддержать силы. Мало ли что его ждёт впереди.

Открыв дверь, маг потянул мешок с едой на себя. С утра было пасмурно, но дождь мог пойти только вечером, водяник всегда безошибочно чувствовал такие вещи. Было довольно тепло, поэтому забираться для обеда внутрь не было необходимости. Собираясь присесть с мешком на подножку и перекусить, наслаждаясь видом на небольшое, весьма живописное озеро неподалёку, мужчина заметил какой-то завёрнутый одеялом ворох тряпок под скамейкой, ранее загораживаемый от его взгляда. Обдумывая, как он сюда попал, Никс потянул за край, намереваясь его вытащить и рассмотреть, однако мало того, что ворох оказался тяжелее, чем думалось, так он ещё и начал издавать какие-то непонятные звуки. Слегка разозлённый и снедаемый любопытством маг дёрнул сильнее, одеяло соскользнуло, и прямо перед его глазами, у самых дверей, появилась чья-то тощая, обтянутая штанами задница.

– А ну вставай, – рявкнул не ожидающий встретить незваного попутчика маг, – приехали!

От его крика спящее тело дёрнулось и ударилось о скамейку, ойкнув при этом. Через несколько мгновений Никс недоверчиво пялился на сонное позёвывающее лицо, до глаз скрытое накинутым наголовником, но тем не менее, прекрасно ему известное.

– Хорошего утра, – Айна попыталась выдавить из себя улыбку, но не преуспела, – а куда приехали?

– Куда надо! – недобрым взором буравил ученицу водяник. – Ты какого хтора делаешь в моей повозке?

– Ээ, сплю и еду, – девушка почесала спутанные светлые волосы, скинув наголовник на плечи, – хотя уже не сплю и не еду. А мы уже далеко от Цитадели?

– К сожалению, далеко, а то бы я не пожалел времени и вернул тебя обратно, – зло выдавил Никс, глядя в испуганные глаза ученицы, – повторяю вопрос, какого хтора ты забралась в мою повозку?

– Вы же сами сказали вчера, что не можете мне помочь, – обиженно пробормотала Айна, глядя на мужчину исподлобья, – я после нашего разговора услышала, как другие ученики договариваются вломиться ко мне ночью и надругаться всей толпой над моим телом. Хотела затаиться где-нибудь, но потом увидела, как вы куда-то собираетесь ехать ночью, и спряталась в повозке.

– Таак, – изрёк маг, распрямляясь и озираясь вокруг, – то есть, вместо того, чтобы обратиться к наставникам, ты прячешься в моей повозке, даже не зная, куда я еду?

– Наставникам либо всё равно на меня, либо они предлагают защиту взамен за ночную благосклонность, – грустно вздохнула девушка, опуская взгляд. – Дежурные только советуют уезжать, вот я и уехала.

– А ты что, рассчитывала, что я тебя домой повезу, да? – удивился таким рассуждениям Никс, прикидывая, как ему половчее избавиться от проблемы. – Ты же вроде из Дагера? Я не туда направляюсь, даже близко.

– Мне не нужно в Дагер, наставник, – испуганно замахала ладонями Айна, смешно выпучив и без того выглядящие большими на её худом лице глаза. – Хоть я оттуда родом, но возвращаться не хочу, нет у меня там никого.

– То есть, ты просто хотела уехать подальше от Цитадели, верно? – ухмыльнулся мужчина, и дождавшись осторожного кивка собеседницы, заявил, – мы уже достаточно далеко уехали, так что выматывайся из повозки и иди, куда захочешь.

– И вы даже не будете за меня волноваться? – удивилась девушка. – А вдруг со мной в той таверне захотят сделать то же самое? Или вообще убить? А как же ответственность наставника за учеников?

– Хторовы гребни! – выругался Никс, ещё раз оглядываясь по сторонам и понимая, что девушка вообще-то права. Никого в зоне видимости не было. – Залезай обратно и сделай вид, что не просыпалась.

– А можно, я тоже немного поем? – умоляюще сложив руки и сделав умильное лицо, взмолилась Айна. – Из мешка так вкусно пахнет, но я не трогала ничего, честно!

– Ладно, садись рядом и ешь, – мужчина сменил гнев на милость, понимая, что ему придётся нести ответственность за свою невольную попутчицу. Уплетая колбасу, сыр, хлеб и запивая их отваром из засушенных фруктов, маг прикидывал, удастся ли избавиться от навязчивой ученицы в Карлате. Саймон, также как и беглянка, маг воздуха, хорошо будет, если он согласится взять Айну в ученики. Тащить её с собой дальше, в ульвийский анклав, точно не следовало. Тем более, что потом придётся платить за место в корабле, а на покупку двух, даже самых дешёвых мест, имеющихся у него денег могло не хватить.

После совместного приёма пищи, во время которого худенькая девушка запихала в себя пропитания больше, чем взрослый мужчина, Никс несколько минут читал наставления, которые в основном, сводились к запретам на то или иное действие во время путешествия. Айна не возражала, резонно опасаясь, что её в случае протеста могут оставить тут. Затем маг запихнул свою ходячую проблему внутрь, запер дверь в салон и залез на место извозчика, после чего начал движение. Если не останавливаться, то к вечеру он уже будет пить подогретый слабенький фруктовый дурман с давним приятелем, обсуждая новости и наслаждаясь шумом дождя за окном.

Глава 4: Возможности.

Я шел по пустому коридору, ведущему в ученическую столовую, медленно, готовый схватиться за стену в случае, если повторится то, что только что было на лестнице. Внезапный приступ слабости, головокружение и странное чувство, будто меня окружают не стены, а челюсти огромного существа, готовые вот-вот сомкнуться. Только выброшенная в панике падения рука, застрявшая в перилах, не дала мне покатиться вниз. Симбионт не так давно укреплял мне мышцы, но что от них толку, когда не видишь, за что хвататься и от чего беречься? Разбить голову может даже победитель конкурса силачей.

Зайдя внутрь, я огляделся. Учениц было немного, и стол в дальнем углу, за которым я предпочитал принимать пищу, был пуст. Рассчитывая поскорее получить свою порцию и занять его, двинулся к раздаче, однако, совершенно неожиданно для меня, сидящие за столом у прохода две девушки, до этого просто смотрящие на меня и шепчущиеся о чём-то, резко встали и перегородили мне дорогу.

– Привет, это тебя зовут Дин? – с любопытством спросила та, что повыше, блондинка с ничем не приметным, не особо красивым лицом и прямыми, спадающими на спину волосами. А вот фигура у неё была очень примечательная. Выше довольно узкой талии её телосложение было самым обычным, худощавым, грудь если и присутствовала, то хорошо пряталась от моего взгляда. А вот ниже, её шикарнейшие, слегка полноватые, но потрясающих пропорций ноги очень притягательно контрастировали с тонким поясом.

– Как будто, если я скажу, что это не так, от этого что-нибудь изменится, – усмехнулся, переводя взгляд на её спутницу, смущённо теребящую великолепную толстую косу, перекинутую через плечо вперёд. Вот у этой лицо было очень милым, особенно это смущённое выражение. А ниже возвышались такие выпуклости, будто это там, поверх собственной, пряталась грудь блондинки. Поскольку обе были в спортивной облегающей одежде, фигуры обеих хорошо просматривались, особенно ноги, которые были достойны внимания у обеих. – Вы же уже знаете, кто перед вами, не так ли?

– Верно, – слегка улыбнулась блондинка, – меня зовут Риша, а её Сана. У нас есть к тебе одно деликатное дело. Выслушаешь?

– Только если недолго, – я втянул носом воздух, наслаждаясь манящим запахом чего-то очень вкусного, что доносились от места раздачи. Присел на скамейку, девушки уселись напротив.

– Мы с Саной поспорили и она проиграла, – начала более словоохотливая блондинка, её подруга пока не сказала ни одного слова. – Теперь она должна выполнить то, что было условием спора.

– Это безумно интересная история, но мне пока непонятно, какое отношение она имеет ко мне, – мой нос говорил мне, что где-то в кастрюлях на раздаче прячется тушёное с овощами мясо, а желудок требовал, чтобы я пошёл с подносом на охоту, поймал его в тарелку и зверски употребил добычу.

– Дело в том, на что мы спорили, – украсив лицо улыбкой, Риша стала привлекательнее. – Проигравшая должна всю ночь удовлетворять парня своей попой.

– Это ты сейчас серьёзно?! – Я даже засомневался, правильно ли расслышал. Чтобы спорить на собственную задницу, надо быть либо идиотками, либо нимфоманками. – На что вы такое спорили?!

– Неважно, на что, – продолжала улыбаться блондинка, ещё бы ей не радоваться, не она же свою задницу проиграла, – важно то, что Сана по условиям спора могла выбирать парня, с которым она будет развлекаться. И она выбрала тебя. Согласен помочь нам?

– Это всё правда? – уточнил я у смущённой Саны. Брюнетка, не переставая теребить косу, кивнула, стыдливо пряча глаза. Поздно стеснительность изображать, стыдиться надо было, когда соглашалась спорить на свою пятую точку.

Я откинулся на спинку скамейки, потирая виски пальцами. Если бы дело было в прошлой жизни, я бы сразу заподозрил какой-нибудь развод с целью облегчить мой банковский счёт, либо розыгрыш с целью выставить меня идиотом. Но в этом мире, и конкретно в этом месте, все бабы были немного ненормальные, и могли выкинуть даже чего похлеще. К тому же, кроме носа и желудка, ещё один орган робко напомнил о своих нуждах, слёзно умоляя меня согласиться на углублённое общение с проспорившей задницу скромницей.

– Так что скажешь? – нетерпеливо переспросила девушка, видя мои колебания. – Ты согласен или Сане выбирать другого кандидата?

– От такого предложения глупо отказываться, – я не отрывал взгляда от брюнетки, по-прежнему избегающей смотреть на меня. Непохожа она была на нимфоманку, да и в эмоциях были лишь сожаление, стыд и смущение. А у блондинки радость, предвкушение и возбуждение. Видимо, не всё так просто с этим спором.

– Отлично, тогда приходи вечером после занятий в мою комнату, – Риша назвала номер, – мою соседку удалось уговорить отлучиться на ночь, в отличие от соседки Саны. Мы будем ждать.

– А ты тоже будешь присутствовать? – удивился я такому развитию событий, поднимаясь со скамейки одновременно со встающими девушками.

– Конечно, – вновь улыбнулась блондинка. Улыбка определённо украшала её лицо. – Должна же я проконтролировать правильность выполнения обязательств.

Девушки зашагали к выходу из столовой, видимо, они уже перекусили и просто дожидались меня. Я обалдело смотрел им вслед, сильно пожалев, что спор проиграла не Риша. Нет, у Саны была красивая, очень пропорциональная и гармонирующая с бёдрами попка, но всё познаётся в сравнении. Задница блондинки была настолько впечатляющей, что даже Танита, если их с блондинкой поставить рядом, проиграла бы. Я вспомнил, что уже видел эту фигуру раньше, но без этой обтягивающей спортивной одежды она не производила такого убийственного впечатления.

Всё время, пока я стоял с подносом, шагал обратно за облюбованный стол, употреблял питательные и невероятно вкусные вещества, потом ходил за добавкой и снова поглощал калории, я обдумывал ту ситуацию, в которую меня поставили своей просьбой девушки. В чём подвох, если он есть, пока что не понял, но совсем недавно, согласие помочь неизвестной девушке привело меня к нежелательному божественному знакомству с последующей отключкой. Так что поберечься не мешает.

Прислушался к тому чувству, которое иногда подсказывает возможную опасность, но предчувствия молчали. Опять же, это ни о чём не говорит, как и в случае с аватарой богини, но я всё же решил согласиться. Даже если в предложении Риши и Саны есть какой-то подвох, я до конца жизни буду жалеть, если откажусь. К тому же, симбионт прямым текстом сказал про необходимость получения удовольствия, а тут на ловца и зверь бежит.

До конца занятий было ещё далеко, и я решил вернуться в свои новые хоромы, отдохнуть от суеты и поразмыслить в тишине. Заперев дверь на ключ, дабы никто незваный не прервал моё уединение, я открыл окно и полюбовался на мрачноватую картину заполнивших небо сплошной пеленой серых облаков, медленно продвигающихся то ли с запада, то ли с северо-запада. Ощущение было, что вот-вот начнётся дождь, однако земля была сухая.

Растянувшись на кровати, я после недолгих размышлений о том, чем сейчас можно заняться, вдруг осознал, насколько сильно завишу от симбионта. Сейчас, когда с ним даже не поговорить, я не могу абсолютно ничего из того, что хотел бы. По сути, без этого существа, намертво прилипшего к моей душе, меня бы вообще не существовало, как личности из другого мира. С другой стороны, я бы переродился в местного в обычном порядке, со стиранием всех воспоминаний о предыдущем воплощении, и жил бы счастливо. Ещё неизвестно, куда приведёт нас с Симом эта дорога, чтобы сказать с определённостью, в каком варианте я был бы счастливее.

Я постарался освежить воспоминания, как оставшиеся с прошлого воплощения, так и полученные нынешним, и осознал ещё одну странность. У меня получалось очень быстро и чётко работать головой, мысли с огромной скоростью мелькали, сменяясь другими, память с лёгкостью выдавала то, что когда-то навсегда было в ней похоронено. И такая скорость мышления у меня с пробуждения, просто я осознал этот факт только сейчас. Сразу вспомнился один старый фильм про автомеханика, внезапно ставшего гением. Только вот у героя фильма это произошло из-за опухоли в мозгу, которая его в итоге и убила.

– Я закончил реконфигурацию сопряжений, – прошелестел знакомый голос в моём мозгу, – приспешнические связи, изначально соединяющие лишь магические системы, теперь частично соединяют и разумы. К сожалению, мне не хватает данных для их углубления, но для стабилизации твоего состояния этого достаточно.

– «Я даже знаю, как тебе это удалось, учитывая, что связь односторонняя», – мысли быстро чередовались, отбрасывая неверные варианты, оставляя единственный логически обоснованный. – «Через наноимитации, верно?»

– Твоя скорость мышления возросла, – выдал замолчавший на некоторое время симбионт, – и я к этому не имею отношения. Весьма вероятно, это следствие влияния божественных сил. Эффект, судя по всему, временный, и на наши планы не влияет. И да, ты верно назвал способ.

– «Сколько теперь у меня времени?» – задал я волнующий вопрос. – «И каковы теперь эти наши планы?»

– Делай то, что уже обговорено между нами, – утвердил мой собрат по несчастью, – не могу сказать точнее, слишком велик фактор неопределённости, вносимый планами Диты на тебя. По крайней мере, теперь мы точно доживём до вашей встречи. Я пока что постараюсь адаптировать под тебя несколько полезных конструктов, насколько позволит стабилизация твоего разума связями.

– «Тогда я буду обращаться, если столкнусь с чем-нибудь сложным», – заключил я, – «или ты намерен следить за моими действиями?»

– Наблюдать за спариванием примитивных биологических особей у меня нет никакого желания, – отрезал симбионт, – не понимаю, что вы в этом находите? Если бы не необходимость компенсации гормонального дисбаланса, я бы просто отключил эту функцию в твоём организме.

– «А можно не надо?!» – испугался перспективы стать импотентом я. – «У меня потеряется важный стимул к необходимости существования и саморазвития!»

– В твоих словах есть рациональное зерно, – согласился собеседник после недолгих раздумий. – Теперь не отвлекай меня попусту.

Идти на свидание было рановато, так что я продолжил валяться и пользовать временное усиление мыслительных функций. И через призму здравых размышлений, недавняя ссора с двумя девушками стала видеться не чередой случайностей, а чётко срежиссированным мероприятием. Усиленное гормонами моё желание, и наноимитациями желание и чувствительность девушек, прерванное в нужный момент болью удовольствие – слишком много совпадений. Но мотив устроившего всё это симбионта был мне непонятен, несмотря на все усилия. Зато стало понятно, что Сим не остановится ни перед чем, пытаясь осуществить свои планы. И руководствуется он при этом не чуждой ему человеческой моралью, а не очень понятным принципом максимальной пользы. Причем именно своей, а не моей пользы, хоть они пока что и совпадают. Но как мне быть, когда эти пользы начнут расходиться?

Проанализировал таким же образом и встречу с богиней, особое внимание уделив её словам и действиям. И то, на что раньше даже не обратил внимание, заиграло новыми красками. Сделанные выводы, естественно, непроверенны и требуют уточнения, но есть вероятность, что боги этого мира немного не такие, какими их считают. Как говорится, и так боги, и так боги, но есть нюанс.

Как оно обычно бывает, длительные раздумья незаметно скатились на мысли о противоположном поле, причём, под влиянием гормонов, становившиеся всё более и более откровенными. Поняв, что нужно как-то отвлечься, я решил скоротать время снаружи. Не забыв запереть дверь, я направился по коридору к лестнице. Не к ближайшей, для чего мне пришлось бы идти мимо кабинета Верховной, а в другую сторону. Выйдя наружу, я задумался, глядя на гораздо менее привлекательный в полумраке от плотного облачного покрова парк. Идти туда не хотелось. Тем более, в любой момент может пойти дождь, а я ещё с прошлой жизни не люблю ходить в холодной и мокрой от капель одежде.

– Привет, это тебя зовут Дин? – в третий раз за сегодня услышав один и тот же вопрос, на этот раз за спиной, я даже вздрогнул. Хтор подери, они сговорились, что ли? Что всем от меня сегодня понадобилось?

– Нет, это не так, – открестился от собственного имени, оборачиваясь к источнику проявленного любопытства. Ульвийка, причём довольно высокая для их расы, почти с меня ростом. И как все представительницы их расы, незнакомка обладала невероятно красивой помесью европейского и азиатского типа лица. Одежда была слишком свободной, чтобы рассмотреть фигуру. Я на мгновение испугался, что это опять не «она» а «он», но потом вспомнил, что в ульвийской делегации учеников был только один парень, если этого Минхо вообще можно было так назвать, а с ним я уже имел несчастье быть знакомым.

– Ой, прошу прощения, – смутилась незнакомка, – выходит, я что-то перепутала. А может, ты знаком с Дином?

– Ответ на этот вопрос зависит от того, зачем он тебе нужен, – заметил я, не спеша представляться. Втягиваться в ещё одну сомнительную ситуацию у меня не было никакого желания.

– Если ты с ним знаком, то пожалуйста, передай ему, что он мне очень нужен для деликатного дела, – не унималась незнакомка, заподозрив по моему ответу, что я всё-таки имею какое-то отношение к объекту её поисков.

– А это деликатное дело как-то связано с тем, что кто-то что-то проиграл в споре? – на всякий случай уточнил, поскольку в случае совпадения эта ситуация с проигранной задницей точно была обманом.

– Что? Нет, это связано с моей исследовательской работой, – заулыбалась и зачастила ульвиечка, – меня зовут Юнхи, я исследую лекарей-мужчин и влияние целительства на их организмы. А тебя как зовут?

Меня не зовут, я сам прихожу, именно так бы я сказал, но в местном языке игра слов терялась напрочь. Признаваться не хотелось, как и становиться подопытной крысой. Мало ли что она может во мне раскопать своими обследованиями? Зачем к своим проблемам добровольно добавлять ещё одну?

– Насколько я знаю того, кого ты ищешь, он не заинтересован быть объектом чьих-либо исследований, – отрезал я, и развернувшись, зашагал вдоль стены, прочь от входа в нужное мне общежитие. Расчёт был на то, что этой подозрительной исследовательнице нужно в противоположную от направления моего движения сторону, и она не будет преследовать идущего непонятно куда незнакомца. А я тем временем сделаю круг по периметру, и тем самым убью время, остающееся до намеченной встречи.

– Передай Дину, что я пойду на любые его условия, – донеслось мне вслед, однако за мной девушка не пошла. В кои-то веки мои расчёты оказались верными. Облегчённо выдохнув, я продолжил путь.

Спустя значительное время, петляния, усилия и ругательства, я добрался до нужного места, успешно преодолев: начавшийся дождь, решив проделать остаток пути по коридорам; несколько тупиков из-за непонятно зачем запертых на моём пути дверей; вовремя замеченную смотрительницу общежития, от которой пришлось прятаться в ванной комнате. Как оказалось, меня уже ждали, дверь открылась почти сразу после моего осторожного стука, бегло кинув взгляд вдоль коридора, Риша решительно втащила меня внутрь и быстро заперла дверь. Комната, хоть и была этажом ниже, чем та, в которой вчера богиня калечила мне мозги, но выглядела идентично, был даже такой же огромный шкаф для одежды, как тот, что меня просили передвинуть. Сана лежала, укрывшись одеялом по шею, и непонятным взглядом следила за мной.

– Не будем терять зря время, – Риша растянулась на своей кровати, предвкушающе улыбаясь, – только учти, никакого насилия, если я решу, что хватит, ты прекращаешь и без возражений. Если устраивает, раздевайся.

– Я как-то и не собирался никого пользовать против воли, – признал правоту требования, начиная снимать с себя одежду, – а чего я только один раздеваюсь?

– Саночка, готова? – повернулась блондинка к подруге. Та нерешительно откинула одеяло, оставшись перед моим изучающим взором лишь в нижнем белье, неприятного бордового цвета, но меня больше интересовала не упаковка товара, а её содержимое, и оно на вид было отменного качества.

– То есть, мы тут голые будем, а ты одетая будешь нас оценивать? – осведомился я, хмуро взирая на самую довольную из нас троих. – Как-то несправедливо, ты не находишь?

– А зачем мне раздеваться? – удивилась разлёгшаяся в очень провокационной позе Риша, не сводя взгляда с заметной выпуклости на моём последнем неснятом куске одежды. – Не вижу никакой необходимости в этом.

– Риш, ну правда, мне так проще будет, – неожиданно поддержала меня впервые заговорившая в моём присутствии брюнеточка, присаживаясь и прижимая колени к груди. У неё был такой нежный голос, что мне сразу захотелось узнать, как будут звучать стоны удовольствия в её исполнении.

– Ой, ладно, но только до белья – скривилась блондинка, начав расстёгивать пуговицы. – Сказал бы честно, что хочешь рассмотреть моё тело, а то «несправедливо».

Скрыв смущение от того, насколько точно Риша угадала причину моих действий, я стянул последний защищающий меня от взглядов элемент одежды и переместился поближе к уже поднявшейся скромнице. Та сидела, плотно сомкнув ноги, но сама при этом беззастенчиво пялилась на готовую к любому виду близкого с ней общения часть меня.

– А он должен быть таким большим? – удивлённо спросила она у подруги, когда я сел поближе к ней.

– Нет, подруга, – сожалеюще вздохнула та, стягивая штаны, – из всех, что я видела, этот самый большой, так что тебе не повезло. Надеюсь, он тебя не разорвёт, хихи.

– Ой, – выдавила Сана, посмотрев на меня так, будто я огромный плотоядный голодный монстр, а она очень не хочет быть его завтраком.

– Не бойся, я не хочу делать тебе больно, поэтому буду очень осторожен, – постарался как можно более убедительно успокоить девушку, хотя в голове уже крутились позы, которые я бы с ней попробовал. И чего они все говорят, что у меня большой? 15 см всегда считался средним. Или в этом мире, в принципе у всех мельче, чем в моём предыдущем? – У тебя хоть смазать есть чем? – это я уже раздевшейся до белья недовольной блондинке.

– Естественно есть, – та ответила с таким возмущением, будто я усомнился, есть ли у неё голова на плечах. Пока Риша тянулась в тумбочку, встав для этого на колени и наклонившись, я так и не смог оторвать глаз от её задницы. О, боги, где же таких выращивают? Краем глаза заметил, что прекрасно видевшая направление моего взгляда брюнетка недовольно скривилась, но промолчала. Наконец, блондинка передала мне горшочек с узким горлышком.

– Чего сидишь? Скидывай тряпки свои и ложись на живот, – недовольно пробурчала она, обращаясь к подруге, – или забыла, зачем мы тут?

Глава 5: Невероятность.

– А ты раньше это делал? – с подозрением в голосе осведомилась у меня Риша, когда я, налив немного масла в ладонь, начал растирать по нужному месту девушки. До этого она уже заставила поднять бёдра улёгшуюся на кровать подругу, чтобы запихнуть под них скомканное одеяло, бурча что-то про незрелых дилетанток. – Может, тебе помочь?

– Естественно делал, – успокаивающе улыбнулся блондинке, – сам справлюсь, – попробовал ввести намасленный средний палец, встретивший отчаянное сопротивление. Ладно, к счастью, у меня есть способ облегчить намечающееся действие. Кстати, если подумать, это первый раз, когда у моей партнёрши нет в этом опыта. И первый раз, когда при этом за нами будет надзирать без попыток участия её подруга. У меня в прошлой жизни был один раз опыт втроём, ещё во времена студенчества, со своей девушкой и её подругой, но сегодня он мне точно не поможет. Тогда мы втроём сильно напились, и дальше совместных оральных ласк меня, во время которых я отрубился, дело не пошло. Обе девушки наутро вспоминали это со смехом, но повторять попытку на трезвую голову отказались наотрез.

Пропихнул внутрь намасленный указательный палец и дождался активации конструкта. Стало чуть свободнее, но я рассчитывал, что эффект будет сильнее. Пришлось некоторое время чередовать то один, то два пальца, причём, через несколько минут, конструкт сработал ещё раз. Всё это время блондинка в одном нижнем белье не сводила глаз с моих действий.

– Ты как, Саночка? – осведомилась она, увидев, что я медленно погружаю уже три пальца. Если бы мышцы девушки не были расслаблены электрическими импульсами конструкта, мне бы такое не удалось.

– Терпимо, я думала, будет больнее, – успокоила её брюнетка, не поднимая головы, – вчера, когда я со своими пальцами пробовала, было хуже.

– Главное, не напрягайся, он знает, что делает, – успокоила подругу Риша, погладив по голове. Что в голове у этих баб? Сначала заставляет её подставлять задницу мужику, а потом успокаивает. Ладно, можно уже пробовать заменить пальцы корнем, лучше всё равно не будет. Тем более, что у меня от всего происходящего уже зубы сводит от желания засадить.

Как раз тогда, когда я, ещё немного смазав обе сопрягающиеся детали, хотел приступить к штурму, сзади меня дверцы шкафа с треском открылись и оттуда выпало чьё-то ойкающее тело. Мы втроём в шоке уставились на выпутавшуюся из платьев нежданную наблюдательницу. Сана в силу специфики своей позы не разглядела, зато мы с Ришей прекрасно рассмотрели, кто это был. И мне незнакомка была известна ещё с первого дня моего пробуждения тут. Как оказалось, Риша тоже её знала.

– Лийка, какого хтора ты тут прячешься?! – зло прошипела блондинка. – Ты же обещала до утра сюда не возвращаться!

– Прости, Риша, не выгоняй, пожалуйста, – запричитала Лия, стоя на коленях на куче одежды и сложив руки в умоляющем жесте, – можно, я тоже посмотрю?

– А непосредственного участника ты не хочешь об этом спросить?! – я поднялся и подошёл к стоящей на коленях, уперев руки в бока. – Здесь тебе что, театр? Или выступление менестрелей?

– Извини, пожалуйста, – теребя очень милые хвостики, спадающие на грудь, завороженно глядя на покачивающийся перед её носом микрофон, пролепетала шпионка в одном топике и шортиках, – я никому не скажу, чем вы тут заняты, только не выгоняйте. В конце концов, вы это делаете на моей кровати.

– Пошли, – схватив девушку за руку, я без особых усилий подтащил её худощавое тело к взирающей на нас с любопытством Рише. – Подержи пока свою соседку, – пихнул одну блондинку в объятия другой и вернулся к так и не поменявшей позу, но с интересом наблюдающей за моими действиями Саночке. Ещё раз смазав руку, вновь использовал сначала один палец, потом два и три. Затем приступил к основному действию.

Брюнетка, вцепившись пальцами в подушку, лишь тихо охнула, когда напирающий на растянутый ободок исследовательский зонд, после недолгого сопротивления, провалился внутрь на треть. Очень скоро загнав его внутрь полностью, я проверил эмоции девушки и слегка ужаснулся. Удовольствия там и в помине не было. Проигравшая спор красотка самоотверженно терпела неприятные ощущения и боль, и это при тех усилиях, что были потрачены на облегчение процесса. Придётся применить тот же фокус, что и с Силеной.

Положив ладони на лопатки девушки, я незаметно использовал «разделение ощущений». Оглянулся на соседнюю кровать, Лия распахнутыми в удивлении глазами безотрывно следила за происходящим. Сидящая сзади и обнимающая её Риша тоже следила, но её руки при этом были заняты делом, одна гладила небольшую грудь своей пленницы, другая что-то искала в её трусиках.

Когда я вновь неторопливо задвигался, лежащая подо мной девушка опять заохала, но уже по-другому, после чего уже не останавливалась. Вот теперь можно расслабиться и получить удовольствие. Наслаждаясь каждой секундой нашего близкого контакта, я уже не обращал внимания на свидетельниц, пока от соседней кровати не донеслись аналогичные звуки. Обе наблюдательницы были уже без одежды, причём голова Лии двигалась между бёдер Риши, а выпяченная попка с моего ракурса выглядела очень соблазнительно. Не такая уж она и невинная, как я погляжу.

Когда я, повинуясь подталкивающим меня вперёд инстинктам, яростно финишировал, закачивая всё, что накопилось, настолько глубоко, насколько это возможно, ведомая передающим ощущения конструктом девушка закончила даже ещё более бурно. Полежав немного на спине учащённо дышащей и прямо таки излучающей довольство Саны, я поднялся и сел на край кровати. Наконец-то, долгожданное чувство расслабленности и умиротворённости, как я по нему соскучился.

– Ладно, разрешаю тебе сделать со мной то же самое, – нахально заявила блондинка, обнимающая за талию свою сидящую рядом соседку и пожирающая взглядом расслабленную довольно растянувшуюся на кровати Саночку. – Только поаккуратнее, я давно уже таким не занималась.

– Я бы с радостью, только чуть попозже, – озадаченно протянул я, машинально поглаживая лежащее сзади меня бедро удовлетворённой девушки. Честно говоря, попользовать соблазнительную фигуру Риши очень хотелось, но прямо в эту минуту во мне не было никакого желания, будто всю свою страсть я закачал внутрь проигравшей спор. – Я же не могу прям сразу.

Поглядев на ту часть меня, которую я и не скрывал, блондинка зашептала что-то на ухо сидящей рядом Лийки, не разобрал ни слова, поскольку мне было лень прислушиваться. Та с сомнением посмотрела на Ришу, но встала и опустилась на колени возле меня, после чего наклонилась и принялась ласкать уставшего работника сферы углублённых межполовых контактов руками и языком. Я аж охнул от неожиданно приятных ощущений, невообразимого сочетания нежности и напористости. Такой опыт на огурцах не натренируешь, здесь нужна немалая практика с оригинальными запчастями, а не с аналогами.

Усилия мило глядевшей в мои глаза прямо в процессе ласки блондиночки очень быстро принесли плоды, однако по её лицу и действиям не было заметно, что мой увеличившийся до предела размер как-то напрягал Лию. Девушка встала и потянула меня за руку к соседке, уже устроившейся в той же позе, что и Сана недавно. Не отрывая глаз от потрясающей пятой точки, расположившейся передо мной, я принялся за подготовку. На этот раз конструкт, вделанный в последнюю фалангу указательного пальца, сработал как надо, одновременно расслабив мышцы и заполнив полость смазкой.

Дальше ситуация повторилась, с тем отличием, что конструкт «разделения ощущений» применять не пришлось, заведённая зрелищем и ласками с подругой, Риша завершила почти сразу после полного погружения. Естественно, я и не думал прекращать или делать паузу, используя податливое женское тело для получения максимального удовольствия, поскольку внутри по ощущениям, всё подходило для моего размера и формы просто идеально. Несмотря на тот факт, что об удовольствии партнёрши я абсолютно не заботился, наслаждаясь собственными ощущениями, перед финишем блондинка вновь меня обогнала, завершив ещё более бурно, чем в первый раз. Я залил в неё ничуть не меньше, чем в Сану, которая всё это время лежала на боку, и глядя на нас, без всякого стеснения ласкала себя.

Вставать с этого невероятного тела не хотелось, так и лежал бы сверху, но Риша, также расслабленная после перенесённого удовольствия, дала понять, что пора подниматься.

– Не думала, что смогу дважды достигнуть пика за столь короткий срок, – призналась она, переворачиваясь на спину. – Такого у меня ещё не было. Откуда у тебя столько опыта в таком возрасте?

– Как-то само собой получается, – ничуть не соврал я, вновь размещаясь на краю кровати, поскольку ничего особенного по сравнению с другими разами не делал. – Ты же планировала просто смотреть?

– Ну да, – довольная улыбка не сходила с её лица. Лия придвинулась ко мне поближе и робко обняла. Не глядя на неё, я обнял её худощавые плечи в ответ. – Но когда я увидела, как Саночка, которой больно было даже с пальцами и которая ни разу не достигала вершин от таких ласок, без особых проблем принимает твой размерчик, а потом получает море удовольствия, то решила не упускать такую возможность. Кстати, теперь очередь Лийки. Осилишь?

– Ты тоже хочешь? – развернулся к прижимающейся к моему плечу девушке, та закивала, вцепившись мне в руку и не поднимая взгляд. Прямо сама скромность, если не знать об её умениях. Прямо даже интересно стало узнать историю её жизни.

– У неё, как у Саны, это впервые, – Риша тоже села рядом, – так что я помогу.

Мы расположились на кровати, повинуясь указаниям блондинки, я лёг на спину, Лия на меня сверху, головой на бёдра. Сама командующая расположилась возле попки принявшейся за ласки моих чувствительных частей последней моей жертвы на сегодня, и приступила к подготовке. Оставшаяся в одиночестве Сана не утерпела, и присев рядом со мной, впилась своими губами в мои, давая доступ моим рукам к своей потрясающей груди.

Третий раз был похож на первый, только я не стал использовать «разделение ощущений». Риша положила нас на бок, вплотную друг к другу, в такой позе я и приступил к делу. Приходилось действовать медленно и осторожно, поэтому пика я так и не достиг. У моей партнёрши тоже были с этим проблемы, но рука помощи, протянутая её соседкой, очень умело воздействовала на чувствительные места девушки, что и привело в итоге к долгожданной разрядке. После этого, её возбуждение, за которым я следил, резко упало, пришлось ретироваться, не добежав до финиша, чтобы ей не стало больно от моих движений.

В благодарность за доставленное удовольствие, Лия вновь подарила мне ласки своего рта, куда я, не в силах сдерживаться, уже через несколько минут в полном восторге и разрядился. После этого девушки единогласно постановили, что я выполнил то, что требовалось, и могу быть свободен. Мои робкие возражения, что изначально договаривались на всю ночь, были решительно отвергнуты. Пришлось усталым возвращаться в свою новую каморку по тёмным пустым вечерним коридорам, со странным чувством, будто бы мной воспользовались и после по-быстрому отделались. Вроде и удовольствия получил предостаточно, а вроде и неловко как-то.

Когда я, с трудом найдя ключ в кармане, открыл дверь, то сразу попытался зажечь магический светильник, по обыкновению висевший рядом со входом. Тот, по всей видимости, был разряжен, поскольку так и не соизволил даже на чуть-чуть разогнать царящий внутри мрак. Припомнив конструкт, показанный несколько дней назад симбионтом, я зажёг в ладони светящийся желтовато-тёплым неярким светом шарик, который не сильно помог, но хотя бы наметил контуры стен и мебели. Зашагав в сторону проёма, ведущего в спальню, я запнулся о лежащий под ногами свёрток, чуть не упав при этом от неожиданности. Откуда он тут взялся? Когда я уходил, ничего не было.

Подхватив с пола свёрток свободной от конструкта ладонью, я направился в спальню. Рухнув на кровать, не развеивая свой ручной ночник, я извлёк на свет содержимое свёртка. Крест с загнутыми в одну сторону концами, напоминающий свастику, на тонкой цепочке. Только сейчас я вспомнил, что Карла просила меня вечером зайти за целительским амулетом, про который рассказывала. А ещё его форма оказалась очень знакомой, и не только потому что напоминала дискредитированный нацистами символ вечного круговорота всего сущего. Покопавшись в памяти, я понял, что точно такой же видел у своей матери перед отъездом. Амулет, который по её словам, сделал и подарил ей мой отец.

Выходит, у Верховной матери есть ключи от этой комнаты, и она в любой момент может зайти и посмотреть, что тут происходит. Я вспомнил, что ещё днём видел на двери засов, тогда удивился, зачем он нужен, а сейчас понимаю, нужно запираться, когда занимаюсь чем-нибудь не предназначенным для посторонних взглядов. Я надел амулет на шею и постарался расслабиться, решив, что разберусь с ним завтра. Докричался до симбионта и спросил, откуда такая усталость, хотя раньше подобного не замечалось. Выяснил, что из-за воздействия богини, моя магическая система требует регулировки, чем мой коллега по попаданчеству в местное тело и планировал заниматься этой ночью. Прямо в процессе беседы я отрубился.

***

Утром мне было значительно лучше. Я как-то резко проснулся, от вчерашней хандры и усталости не осталось и следа, организм был полон сил, тут даже совсем тупому будет ясно, что у Сима всё получилось. Интересно, сколько сейчас времени? Без часов тут жутко неудобно, и как только местные не опаздывают на занятия? Возможно, все уже давно учатся, или наоборот, весь Оплот ещё спит? Никаких звуков из коридора не доносится, но здесь, неподалёку от кабинета Карлы, никогда не бывает шумно. Как раз в этот момент один звук из коридора достиг моих ушей, и это был стук в дверь.

Пришлось тащиться и открывать, помятым и неумытым. Интересно, кто это мог быть? О том, что я здесь живу, знает только Верховная мать, но у неё, по всей видимости, есть ключ.

– Светлого утречка! – с энтузиазмом поприветствовала меня Ивона, буквально исторгая из себя в окружающий мир радость и довольство. – Поздравляю с новосельем! Ты уже готов идти?

– Куда это? – недоумевающе спросил я, машинально почёсывая подбородок. Хорошо, когда твоему телу шестнадцать и не нужно отскребать щетину с лица каждое утро. – А занятия уже начались?

– Верховная мать повелела проводить тебя в изучальню, как только ты будешь готов, – ни на секунду не прекращая улыбаться, поведала мне гостья. Можно подумать, ей приятно лицезреть мою помято-лохматую физиономию. Ещё и с немытой неизвестно сколько головой. Какая-то она подозрительная. Я всегда относился с недоверием к людям, которые непонятно чему радуются уже с утра. – Занятия только недавно начались, я уже стучалась сюда ранее утром, но никто не открывал. Ты уже готов?

– Я ничего не слышал и только проснулся, проходи пока внутрь, я умоюсь и пойдём, – сделав приглашающий жест рукой, двинулся в ванную комнату. – А как ты определяешь, что занятия уже начались?

– Также, как и все, по браслету, – вошедшая за мной блондинка в своём открытом наряде, который был на ней и вчера, с любопытством осматривалась, – у тебя же тоже должен быть браслет. Ух ты, как здесь просторно!

– Нет у меня никакого браслета, – в недоумении посмотрел на девушку, – давай так, ты мне расскажешь про него, а я пока умоюсь.

– Ладно, странно, что у тебя его нет, их выдавали ещё на первых занятиях, – озадаченно промолвила девушка, пока я в ванной комнате снял рубашку и пустил небольшой струйкой воду, приступив к умыванию. – Каждый браслет своим цветом показывает, насколько сильно мы продвинулись в изучении целительства, а ещё он слегка стискивает руку в определённые моменты, когда пора просыпаться, незадолго до начала учёбы и в начале, а ещё на большой перерыв в середине и в конце занятий. Ух, какая у тебя кровать замечательная, такая удобная и мягкая. Ты там скоро?

– Ещё несколько минут, – я уже смывал с головы мыло, волосы короткие и быстро просохнут. Не то, чтобы меня сильно заботил внешний вид, но когда постоянно отвлекаешься на желание почесать голову, это не слишком комфортно. Найдя в одном из флаконов нечто, напоминающее зубной порошок, я ещё и полость рта освежил.

Выйдя из ванной комнаты в спальное помещение, я обомлел. Ивона бессовестно дрыхла на моей кровати, до шеи укрывшись одеялом. Подумав, что девочка может притворяться, я сел на кровать и помахал перед её лицом ладонью – никакой реакции.

– Дин, ты тут? У тебя дверь открыта, – донёсся голос Карлы от входа. Я только успел встать и направиться к проёму, как Верховная мать уже появилась в нём, быстро окинув взглядом окружающее пространство, задержавшись на спящей в моей кровати. Наверно, это смотрелось подозрительно, Ивона выглядела столь умиротворённо, будто дрыхла тут с вечера, я был обнажён выше пояса, будто только мгновение назад натянул штаны.

Глава 6: Изучальня.

– Когда я разрешила приводить сюда, кого захочешь, я не имела ввиду свою помощницу, – тихо, но с небольшим гневом в голосе, проговорила Карла, строго глядя на меня. – Как ты мог её совратить? Она же ещё совсем маленькая!

– Я понимаю, что это неоднозначно выглядит, но это совсем не то, чем кажется! – Я даже руки поднял и замахал в отрицании для убедительности. – Она просто уснула здесь. – Я конечно, фантазировал вчера на тему близости с Ивоной, как и вообще со всеми знакомыми мне девушками, но это не означает, что я собирался воплощать эти мысли в реальность.

– Это же как ты её заездил, что она уснула в твоей кровати? – хитро прищурилась Верховная мать, опираясь плечом на проём. Мне почему-то показалось, что она уже прекрасно всё поняла и теперь просто издевается, видя мою растерянность.

– Я был в ванной комнате, она ждала здесь, – пояснил я гораздо спокойнее, – вышел сюда, а она спит себе спокойно, хотя несколько минут назад разговаривала. Вот доказательство, – я откинул с лежащего тела одеяло, чтобы гостья увидела одежду на лежащем теле. К счастью, эта спящая красавица сняла только обувь, будь она голой, оправдаться было бы значительно сложнее.

– Да верю, верю, – улыбнулась Карла, направившись к изголовью. Протянув руку, она вытащила из незамеченного мной ранее паза в перекладине металлическую пластину.

– Это вызывающий сонливость амулет, – пояснила она, водя пластинкой перед моим взором – та, кто жила здесь до тебя, почему-то не забрала его с собой, когда уехала. Он должно быть, зарядился от тебя за ночь, и когда Ивона прилегла, сразу попала под его действие.

– Хторовы перья, – пробормотал я, машинально почёсывая висок. Теперь понятно, почему меня вчера вырубило. Как-то я слишком расслабился, даже не проверив перед отдыхом помещение магическим зрением. В будущем такая беспечность может привести к непоправимым последствиям. – Так её будить?

– Ладно, пусть спит, – милостиво разрешила Верховная мать, пряча пластинку в карман накидки, – изучальня в корпусе, следующем за твоим общежитием, спросишь у кого-нибудь по пути. Найдёшь Ринду, попросишь ввести в курс дела. Кстати, я же пришла про амулет спросить. Сможешь его починить?

– Об этом я скажу сегодня вечером, надо сначала его хорошенько изучить, – я вытащил амулет из-под одежды, попутно проверив заряд – пустой, как и вечером. – Может, пойму, почему он не заполняется энергией.

***

Добраться до нужного места было несложно, всего-то, пройти по коридорам и спуститься в подвал. Открыв дверь, я попал в пустой полутёмный коридор с кучей закрытых дверей по обе стороны. Прислушался к плотно висящей, слегка давящей тишине, но никаких звуков до моих ушей так и не донеслось.

– Эй! Есть тут кто-нибудь живой?! – громко разорвал пелену тишины острым криком. Если никто не отзовётся, придется обыскивать все помещения, чьи двери не заперты.

– Кого тут хтор принёс в такую рань? – раздался хриплый голос где-то за дверью дальше по коридору, точно было не понять. Открылась одна из дверей, и оттуда вышел мрачный помятый невысокий парень в мешковатой одежде, с ворохом нечёсанных вьющихся тёмных волос. – Ты ещё кто такой? Твоя внешность мне незнакома, новенький?

– Меня зовут Дин, Верховная мать направила меня сюда на помощь, сказала найти кого-то, по имени Ринда, – выложил я сразу всё, чтобы не было недопониманий.

– Ах, вот оно что… – незнакомец почесал спутанную шевелюру и скривился, – считай, уже нашёл, я Ринда. А ты специалист по артефактам или как? За мной иди.

– Да какой я специалист, – махнул рукой, хотя повёрнутый спиной собеседник не мог видеть мой жест – так, по верхам нахватался, – хм, странно, мне казалось, что речь шла о девушке. С другой стороны, какая девушка будет увлекаться созданием и починкой артефактов?

– Вот, осматривайся, – парень открыл дверь в помещение, – я сейчас приведу себя в порядок и вернусь, поговорим насчёт того, что ты умеешь. – Не заходя внутрь, незнакомец двинул дальше по коридору.

В помещении была масса интересного, множество шкафов, столы с какими-то приборами, какие-то стеклянные шары и линзы разных размеров, заготовки для артефактов, кристаллы для накопителей, какие-то совсем непонятные приспособления, порой занимающие целый стол. Всё это валялось без малейших признаков порядка, зачастую покрытое заметным слоем пыли.

Докричавшись до как всегда занятого симбионта, я приступил к исследованию всего этого хлама, врубив магическое зрение. Оказалось, что конструкты, вделанные в стеклянные линзы, позволяли видеть магию тем, кто для этого недостаточно силён, а странные приспособления служили либо для копирования однотипных несложных конструктов в заготовку без контроля мага, либо для зарядки готовых амулетов.

Увидев Ринду после приведения в порядок, я сразу понял, что это девушка, а не парень. Несмотря на в целом не похожие на женские жесты и движения, довольно значительно выпирающая грудь не оставляла никаких сомнений в половой принадлежности ученицы. А ещё, судя по крепко сбитой, хоть и не толстой фигуре, и характерным арабским чертам лица, которое я плохо рассмотрел в темноте, она была номкой.

– Чего уставился, сиськи впервые в жизни увидал? – довольно грубо осведомилась Ринда, заметив направление моего взгляда. – Имей ввиду, я предпочитаю девушек. Так что даже не пытайся набиваться мне в пару.

– Вот и отлично, а то я уже испугался, что начнешь приставать ко мне, – пошутил я, на что собеседница лишь презрительно фыркнула. – Кстати, я тоже предпочитаю девушек, так что мы подружимся.

Ринда объяснила мне основную сложность, с которой ей приходится бороться, конструкты в приспособлениях и амулетах от времени и частого использования постепенно искажаются, что сказывается сначала на качестве, а потом и на самой возможности их работы. Видящие конструкты маги довольно легко могут исправить незначительное расхождение, не испортив при этом сам амулет, остальные могут сделать это только через магическую линзу, рабочий конструкт которых также со временем искажается, ухудшая точность показываемого. С того времени, как последняя видящая конструкты целительница покинула изучальню, почти все магические линзы вышли из строя, практически парализовав работу последней оставшейся здесь работницы.

– Я отсюда никуда, уж больно мне нравится с амулетами возиться, – рассказывала мне номка, пока я изучал вделанный в магическую линзу конструкт. – Целительница из меня так себе, зато тут я на своём месте. И уж точно домой не вернусь, чтоб не выдали замуж за какого-нибудь придурка. А ты правда их видишь?

– Зуб даю на отсечение, – я уже поведал Ринде, что в Оплоте недавно и пока что лишь ученик, но в отличие от остальных учеников, могу куда больше. – Думаю, что смогу это поправить. – Сим, после исследования этого, как он выразился, «хлама и мусора», уже разъяснил мне, что все проявляемые в этом конструкте искажения однотипны, и я после тренировки смогу их исправлять даже без его помощи.

– Вот и отлично, – обрадовалась та, – а то у меня всего пара осталась, а без линз работа встанет.

Через некоторое время, под чутким руководством ругающего при каждой оплошности мою бездарность и неумелость симбионта, у меня получилось исправить один конструкт магической линзы. Вторую я пробовал исправить уже самостоятельно, сравнивая с готовой. Параллельно я заряжал несколько малых кристаллов-накопителей, которые использовались в магических приспособлениях, в отличие от больших, наподобие моего ученического, используемых как индивидуальные накопители. Номка, узнав что я без всяких усилий, не напрягаясь, могу заряжать сразу несколько, немедленно вручила мне целую кучу разряженных. Почему бы и нет, если они заполняются просто от контакта с моей магической системой. Сим даже исправил управляющие конструкты в нескольких, вернув их в рабочее состояние.

Ринда сходила на кухню за едой, взяв и на меня тоже. Вообще общаться с ней оказалось легче, чем могло показаться при знакомстве. И голос у неё был низким и хриплым только спросонья, сейчас он был вполне обычным контральто. Не исключено, что свою роль сыграло моё выработанное с годами умение ладить и влезать в доверие абсолютно к любому собеседнику, но к середине дня номка уже ржала над моими шутками, а к концу свободно общалась на любую тему и предлагала мне устроить совместную попойку. Как оказалось, она ещё и алхимией баловалась, и те синие кристаллы, которые целительницы растворяют в дурмане, дабы вырубить сопротивляемость к отравлению алкоголем, с недавнего времени её рук дело.

Вторую половину дня я частично потратил на исследование полученного от Карлы амулета, хотя, если быть точнее, обследованием занимался симбионт, комментируя и показывая мне свои действия. Вопреки моим ожиданиям, ругани на криворуких создателей-амулетчиков почти не было, Сим даже сдержанно похвалил продуманную компоновку модульной структуры и чёткое взаимодействие различных элементов конструктов между собой. Ругал он только недостаточно надёжный управляющий модуль, который и вышел из строя, хотя во время исправления признал, что без его собственных знаний, используя только местные способы, лучше сделать невозможно. В итоге, он сообщил мне, что исправит неполадку этой ночью, а также, впоследствии разработает на базе этого амулета более совершенный, более ёмкий и надёжный амулет, уже для личного пользования.

Оставшееся время я исследовал склад в соседнем помещении, куда стаскивали любые амулеты и магические приспособления, которые вышли из строя и по разным причинам не подлежали починке. Вот тут симбионт оживился, попросив не мешать его сканированию. По указке излишне любопытного мозгового сожителя я брал в руки, либо водил ими вдоль заинтересовавших вещиц, дожидаясь дальнейших указаний. Каждую из этих поделок я и сам пытался просмотреть магическим зрением, но иногда не видел ничего, иногда внедрённый конструкт был слишком сложным для моего понимания.

Договорившись насчёт совместной дегустации солидной коллекции дурмана, собранной Риндой за время её пребывания тут, на завтрашний вечер, я поддался её уговорам на посещение очень весёлого, по её словам, мероприятия. Как оказалось, многие ученицы, особенно более высоких ступеней, чем первая, частенько участвовали в дружеских поединках на арене. Сражения велись исключительно магией, условия победы или проигрыша обговаривались отдельно. Был ещё ряд правил, о которых Ринда, для которой наблюдение за поединками было сродни просмотру футбольного матча, рассказала мне по пути к месту проведения поединков, о тех, кто допускается к участию, о допустимых конструктах и амулетах.

В этот вечер на арене было довольно много народа, хотя большая часть присутствующих учениц в драку не стремилась, предпочитая, как и Ринда, просто понаблюдать и обсудить бой с подругами. Мою спутницу присутствующие знали очень хорошо, целая куча девиц, как молодых, так и постарше, подходили поприветствовать или перекинуться парой слов, с любопытством глядя на меня. Была ещё и пара ульвиек, но мне они знакомы не были. Из известных мне здесь присутствовали только двое, Арина, в качестве следящей за порядком, дружелюбно мне улыбнувшаяся, и угрожавшая мне недавно особа, представившаяся Лилией. Вот только заметил я её, когда эта мрачная брюнетка уже вовсю буравила мою персону не менее мрачным взглядом, сулящим скорые неприятности. Понадеявшись на то, что в присутствии наставницы мне ничего не угрожает, я быстро забыл о её существовании, увлёкшись поединками.

На арене как раз две незнакомые мне девушки готовились к поединку, не стесняясь в выражениях. Одна говорила, что зажмёт голову соперницы между ног и будет держать до полного удовлетворения. Вторая отвечала ей, что это будет затруднительно сделать, валяясь связанной и с огурцом в заднице. Болельщицы радовались каждой подобной фразе, из чего я заключил, что подобные разговоры перед поединком – это норма, а не нечто из ряда вон. А ещё, в наиболее удалённой от глаз следящей за порядком части арены, судя по характерным передачам местных денежных ценностей из рук в руки, самые азартные болельщицы делали ставки.

А вот бой выглядел очень уныло. Поединки приспешников были куда зрелищнее. Здесь всё сводилось к тому, что целительницы различными атакующими конструктами пытались разрядить друг другу защиту. Таким образом при прочих равных побеждала та, кто умел быстрее создавать конструкты и обладал более ёмким резервом. В следующей паре по-прежнему единственным весёлым моментом были из диалоги перед боем, где соперницы старались словесно унизить друг друга. Однако местные болельщицы, и Ринда в том числе, очень активно переживали и поддерживали поединщиц, обсуждая и комментируя чуть ли не каждый вздох соперниц в кругу арены. Наблюдать за ними оказалось даже интереснее.

Среди присутствующих выделялась девушка в мешковатой тёмной одежде с прилизанными волосами, собранными сзади в хвостик. Выделялась тем, как перед ней лебезили остальные, то ли стремясь заслужить одобрение, то ли из уважения. Сама она за боями также не следила, предпочитая наблюдать за окружающими цепким холодным взглядом. К счастью, она не заметила, как я её разглядываю. А вот Лилия мой взгляд словно почувствовала, окатив меня в ответ ведром презрения и отвернувшись.

Улучшив момент, я подошёл к удобно устроившейся на скамейке с книгой в руках и картинно не замечающей ни ругательства поединщиц, ни ставки на победителя Арине, которую не видел с позавчерашнего утра после совместной ночёвки, поприветствовать и задать пару вопросов. Как оказалось, по правилам возле арены должен присутствовать кто-нибудь из наставников, а поскольку их было мало при частой занятости, бои проводились далеко не каждый день. Участвовать в них мог любой ученик-целитель, но лишь раз в день. Отказываться, если тебе кинули вызов, не возбранялось, но считалось дурным тоном и признаком трусости. Сама арена была сделана так, чтобы поглощать направленную на неё как изнутри, так и снаружи магию, поэтому любые, даже самые активные поединки были безопасны для окружающих. Поблагодарив за сведения, я получил в ответ приглашение как-нибудь навестить вечерком одинокую целительницу, сказанное со смущённой улыбкой на устах. Только непременно предупредить о визите заранее.

Со временем поток желающих померяться силами иссяк. Я уже собрался двигаться на обговоренную ещё вчера встречу с Верховной матерью, но вдруг мне на плечо легла чья-то рука. Обернувшись, я увидел ухмыляющуюся Лилию.

– Я вызываю тебя на поединок, прямо сейчас, – громко и чётко проговорила она, – или ты слишком труслив, чтобы выйти в круг?

– Меня?! Старшая ученица какого-то слабого новичка? – удивился я такому обороту. Вокруг зашептались, мне показалось, что я услышал слова «трус» и «откажется».

– Он первый раз тут, – возразила стоящая рядом Ринда, – новичков в первый день никто не вызывает. Ты не хуже меня знаешь правила.

– Это не касается личных учеников, – отрезала моя обвинительница. Номка удивлённо посмотрела на меня. Ну да, об этом я ей не говорил, как-то речь не зашла. Я в принципе не любитель выбалтывать всю свою подноготную. Краем глаза я заметил, что девушка с прилизанной причёской пробивается сквозь толпу вплотную к нам. Почему этой недоброжелательнице так важно заставить меня сражаться? Не знаю, но самым разумным будет нарушить эти её планы.

– Я так и знала, что испугаешься, – продолжила свою речь Лилия, скрестив руки. – Мужчины-целители годятся только на то, чтобы приставать к слабым и беззащитным. А ты и вовсе не мужчина. Только трусы могут испугаться и отказаться от учебного поединка.

– Я разве говорил, что отказываюсь? – удивился я, нахмурившись, поскольку перешёптывающихся голосов, повторяющих слова этой чокнутой, стало ещё больше. Если это просто учебный поединок, почему эта психованная так активно его навязывает? Ежу понятно, что дело тут нечисто. – Я лишь прошу отложить поединок на другой день.

– Нет никаких оснований для откладывания, – отрезала вызвавшая меня так некстати брюнетка. Я заметил презрительные выражения на лицах окружающих. Чего они так серьёзно относятся к этим поединкам? Опять какой-то глупый обычай, который я нарушил по незнанию? Хотя версия, что они все попросту могут быть ненормальными, тоже имеет право на существование. – Ты пришёл сюда, значит, тебя можно вызвать. Или выходи в круг, или забудь дорогу к тем, кто не боится поединков.

– Ты сказал, что просишь отложить поединок, – бросила мне подошедшая девушка с прилизанными волосами, хмуро переводя взгляд с меня на Лилию и обратно. – У тебя должна быть веская причина для этого. Назови её.

– Не лезь в это, Гера, – прошипела ей непонятно на что обозлившаяся брюнетка. – У меня с ним свои счёты.

– Я сегодня весь день провёл в изучальне, зарядил целую кучу накопителей, – я наконец придумал, как можно отмазаться от очень подозрительно навязываемого мне поединка. – Как вы думаете, в каком состоянии мой резерв после такого?

– Это правда? – осведомилась Гера у Ринды, по прежнему без всяких эмоций, словно её ничуть не волновал результат этой ситуации, а она лишь выполняла необходимую процедуру.

– Насчёт пустоты его резерва я не знаю, – пожала плечами моя спутница, – но про зарядку накопителей это правда, я сама его заставила. Он зарядил около десятка малых. – Среди слышавших её слова послышались звуки удивления и недоверия. Ещё бы, на такое способны только наставницы, и то не все. Таните, например, резерва не хватило бы.

– Они оба говорят правду, – объявила прилизанная, доставая из под одежды амулет истины. Я порадовался, что предусмотрительно составил фразу так, чтобы в ней не было лжи, лишь недосказанность. – Вызывать того, у кого пустой резерв, запрещено правилами, даже если это личный ученик. Тебе сутки хватит на восстановление?

– Утром буду свеж и полон, – заверил я её, наблюдая, как настроение толпы вновь меняется в мою пользу, – готов взгреть твою задницу ещё до начала занятий. – Я направил указательный палец прямо на Лилию, чтобы не осталось сомнений, кого я имею ввиду. В топе послышались смешки, видимо, наглых и уверенных тут любят. Всё как и везде. – Выбирай время.

– С утра я занята, – отрезала изрядно поубавившая спеси соперница, – завтра после занятий. Опоздание – проигрыш. Береги энергию, малыш, хоть это завтра тебя и не спасёт.

– Не сомневайся, завтра я залью тебя всем, что накопил, – усмехнулся я, хлопнув ладонью по своему паху и тем самым давая понять, какой именно смысл из двух я имею ввиду. Насколько я понял из сегодняшних наблюдений, подобные диалоги перед поединками были своеобразной традицией. Чем более пикантными и двусмысленными были слова, тем больше удовольствия у зрительниц они вызывали. Сейчас преимущество было на моей стороне, поскольку я парень, и любая подобная фраза от Лилии имела бы обратный эффект. – Мне взять смазку или ты любишь пожёстче?

– Завтра узнаешь, – зло пообещала девушка, по реакции окружающих на мои слова поняв, что продолжив этот словесный поединок, она проиграет вчистую. Поэтому она сразу направилась к выходу.

Глава 7: Отношения.

– Пойдём, поговорить надо, – схватив меня за локоть, Ринда потащила меня к выходу. Злости я в ней не почувствовал, зато настороженности было хоть отбавляй. Мы отошли к стене корпуса, в подвале которого была изучальня, и встали недалеко от входа.

– Ты как ухитрился Лилию так разозлить? У неё на лице было написано, как сильно она хочет макнуть тебя в отходы, – вопросительно посмотрела мне в глаза Ринда. – Понятно же, зачем она этот поединок затеяла. Она и не скрывала, что между вами какие-то счёты.

– А с чего ты решила, что у неё получится? – недоумевающе глянул на неё в ответ. – Я вообще-то проигрывать не намереваюсь. И отказывался только потому, что не люблю, когда что-то навязывают.

– Лилия одной ногой выпускница и знает достаточно боевых конструктов, чтобы победить в семидесяти двух поединках, проиграв при этом лишь раз, и это второй результат на весь Оплот, – обрадовала меня Ринда. – У неё раньше наставницей была Фирса, лучшая целительница Оплота. Я давненько слежу за ареной и знаю, что к чему. Без реального опыта магических поединков тебе не выстоять и пары мгновений. А после твоего проигрыша она ещё и поглумится над тобой. Когда она предложит заклад, а она точно предложит, ты хотя бы не ставь ничего ценного, чтобы не так обидно было.

– А что, надо ещё и ставить что-то? – почесал я голову. – Замечательное ты мне развлеченьице подкинула на сегодняшний вечер.

– Сам виноват, коль мне ничего не сказал, – решительно отрубила номка, – ни про статус личного ученика, ни про ваш конфликт. Так скажешь, какая крыса между вами пробежала, или это тайна? Может, помогу чем-нибудь.

– Это не тайна. Лилия почему-то считает, что я приставал к её подруге Нолии, хотя это было недоразумение, – объяснил ситуацию, – когда всё выяснилось, Нолия потом извинилась за это, но её чокнутой подруге бесполезно что-либо объяснять. Теперь она считает, что я любитель маленьких девочек.

– Что за бред? – возмутилась Ринда. – Она совсем из ума выжила со своей Нолькой? Возится с ней, как с младшей сестрёнкой, пылинки сдувает. Верит каждому её слову, хотя дочь Верховной та ещё выдумщица. Да мне достаточно было того, как ты на мою задницу пялишься, когда думаешь, будто я не вижу, чтобы понять, что тебе нравятся фигуристые. А будь ты по детям, тебе нравились бы тощие.

– Извини за это, – покаялся я, слегка смутившись, – такое как-то само собой происходит. Я и не думал приставать или что-то в этом роде.

– Да смотри, сколько хочешь, – отмахнулась номка, – за смотр мзду не берут. Выходит, договориться с ней не получится, насколько я знаю Лилию, она этих детолюбов ненавидит. Видимо, что-то плохое ей в прошлом сделали. Значит, она может что-то серьёзное для заклада от тебя потребовать.

– Слушай, а что за Гера такая, что вмешалась? – спросил задумавшуюся собеседницу. – Кажется, они не очень ладят.

– Ещё бы, – хмыкнула Ринда, – я уже говорила про второй результат и одно поражение Лилии? Угадай, кто на первом месте, и от кого это поражение. Но Гера тебе не поможет избежать поединка, она всегда за справедливость, без исключений и любимчиков. Именно поэтому её так уважают.

– Кажется, ты не поняла, – улыбнулся, помотав головой, поскольку уже обдумывал новорожденный план действий, – я не собираюсь избегать поединка. Скажи мне, какая вещь для Лилии самая ценная? И ещё, у тебя есть деньги?

***

Я вышел из кабинета Карлы и зашагал к соседней двери. Доклад о делах сегодняшнего дня закончен, Верховная мать велела помогать в изучальне и дальше, до тех пор, пока от моей помощи есть толк. Разговор с Риндой тоже прошёл без проблем, та поначалу не хотела влезать в эту авантюру ни в какую, пришлось ей кое-что рассказать про себя, чтобы она поверила в мои возможности. Но без способности навязывать собеседнику эмоции, что подарил мне подневольный союзник, я бы точно ничего не достиг.

Пока я добирался от изучальни до кабинета верховной, побеседовал и с симбионтом. Тот поведал, что мне, с моим практически неисчерпаемым резервом, уже вполне по силам выйти победителем в поединке, используя только «ошеломление» и «пузырь», но подчиняясь моим настойчивым просьбам, обещал помочь в процессе поединка. Но основной процесс усвоения базы целительских конструктов, полученной из головы Арины и бережно хранимой в надёжном месте, будет лишь после ещё одной встречи с богиней. Сим не уточнял, что видит по этому поводу во временных линиях, но тот факт, что он строит такие планы, говорил сам за себя.

Дверь в помещение оказалось открытой. Я на миг напрягся, но потом вспомнил, что не закрывал её на ключ, дабы заснувшая в моей кровати могла выбраться из апартаментов. Внутри было уже темновато, закатное светило бросало свои не особо яркие лучи на окно под углом, поэтому я, достав из кармана один из нескольких прихваченных из изучальни малых накопителей, быстренько заменил разряженный источник энергии для светильника на новый. Отрегулировав нажатиями яркость до минимально возможного, я спрятал разряженный накопитель и огляделся – света было вполне достаточно, чтобы не запинаться. Можно вообще этот светильник не трогать, в таком режиме накопителя хватит очень надолго.

Вспомнив свои утренние мысли насчёт безопасности, я огляделся в магическом зрении и сразу же насторожился. В спальне кто-то был. Через стену не было видно ауру, но это явно обладатель магических способностей, раз я заметил его магическую систему, поскольку чувствовать жизнь, как это делают сильные целительницы, я пока что не умел, слишком сложный конструкт. Судя по позе, незнакомец лежал на кровати без движения. Странно, Карла забрала сонную пластину, а Ивона давно должна была проснуться и уйти по своим делам. В голове мгновенно замелькали варианты, кто это может быть, включая самые невероятные, наподобие некстати вернувшейся предыдущей владелицы кабинета, нашедшего меня Минхо или самой Верховной матери, которая будет пытаться меня соблазнять. Хотя нет, это точно не Карла, поскольку у неё нет магических сил.

Аккуратно прокравшись в спальню, я зажёг шарик в ладони и поднёс к кровати, рассматривая лицо спящей. Почесав голову, задумался. Поискал магическим зрением спрятанные амулеты – ничего не было. Лежащая явно уснула по своей воле. Поменял малый накопитель в светильнике на стене, отрегулировав яркость так же, как у входа. Ещё раз посмотрел на зарывшуюся в одеяло оккупантку моей кровати. Так и не придя к определённому выводу, решил послушать версию гостьи, деликатно подёргав её за плечо.

– Я проспала?! – Сана дёрнулась и подскочила, щурясь и озираясь. Одеяло при этом упало, открыв её почему-то не прикрытую никакой одеждой грудь. Ойкнула, увидев меня, и машинально подтянула упавшее одеяло к груди. – Я это… дверь была открыта, я ждала тебя и почему-то заснула. Светильник не работал, а меня в темноте всегда в сон клонит.

– Меня больше интересует, зачем именно ты меня ждала, причём в голом виде, – я присел на край кровати, устало глядя на просительную физиономию девушки и гадая, как она узнала, что я здесь живу. – Когда вы меня выперли вчера, вроде не было никаких взаимных претензий.

– Я не поэтому здесь, – тихо произнесла Сана, откидывая движением головы мешающую прядку волос со лба. – Я просто подумала, если у тебя нет девушки, может, я могу ей стать? Нет, не нужно сразу отказываться, – поспешила она, глядя на моё удивлённое лицо, – ты правда мне очень нравишься, и я буду всё для тебя делать. Только не гони, пожалуйста.

– Ты предлагаешь быть парой человеку, с которым даже толком незнакома, – усмехнулся, прислушиваясь к эмоциям собеседницы. – А вдруг я извращенец и захочу тебя связать и отхлестать, или например, в рот помочиться?

– Я… я постараюсь удовлетворить тебя, – прошептала нерешительно Сана, хотя в её эмоциях чётко прослеживались отвращение и неприязнь после моих слов. – Я очень хочу быть с тобой.

– Так, или ты говоришь мне правду, или улепётывай отсюда, чтобы мои глаза больше тебя не видели, – решительно заявил, глядя в её удивлённое лицо. – Или ты думала, что я настолько глуп, что поверю в твои внезапно вспыхнувшие чувства? Не люблю, когда меня держат за идиота.

– Хорошо, я расскажу, – после недолгих раздумий обессиленно вымолвила девушка, – но мне придётся начать издалека, это долгая история.

Как оказалось из её сбивчивого и эмоционального рассказа, в родном городе Саны, Квинте, жили-были две семьи: семья самой девушки и ещё одна, в которой состоял ровесник нашей героини, мальчик, с которым они дружили с детства. И когда дети выросли, этот мальчик воспылал нешуточной страстью к давней подруге, для которой он так и остался в жёсткой френдзоне. Попытавшись завоевать любовь Саны, парень потерпел полнейшее фиаско по всем фронтам и понял, что нужно действовать по-хитрому. Он задвинул идею их свадьбы сразу родителям, как своим, так и несчастной невесты. Мутившие связанный с какими-то морепродуктами совместный бизнес родители смекнули, что намечается неплохой способ объединить обе семьи в одну, и несчастную героиню принялись уговаривать уже впятером. После предсказуемой неудачи уговорить нежелающую портить себе жизнь в угоду родственникам невесту, в ход пошли санкции.

Очень кстати оказалось, что у несчастной героини этой трагической повести есть склонность к целительству. Предприимчивые предки, смекнувшие, что своя целительница в семье – это чрезвычайно выгодно с любой точки зрения, отложили свадьбу до возвращения Саны из Оплота, что сильно не понравилось несостоявшемуся сгорающему от желания жениху. Все полгода, что девушка тут пребывает, несчастный влюблённый слал сбежавшей невесте письма, вначале с признаниями и мольбами о возвращении, потом перешёл к угрозам. Сана поделилась своими опасениями со своей подругой Ришей, и та предложила вариант, о котором сама девушка даже не подумала – отдать какому-нибудь парню невинность, а потом заявить родителям и упёртому жениху, что она падшая до плотских удовольствий женщина, недостойная такого замечательного парня.

– А вы не подумали, что настолько одержимому тобой идиоту вообще всё равно будет, сколько парней тебя пользовало? – спросил я смущённую своей откровенностью Сану. – Он будет добиваться тебя, даже если станешь работницей дома удовольствий.

– Главное, это убедить родителей отменить свадьбу, – грустно ответила омрачённая воспоминаниями девушка. – Без их помощи у него ничего не выйдет. А когда я стану целительницей, даже если не выше второй ступени, я и без невинности найду себе суженого.

Девушка продолжила свой рассказ, из которого выходило, что с кандидатурами на роль «какого-нибудь парня» всё оказалось очень глухо. Ещё бы, тут из мужского пола были только приспешники, но ни один из них Сане не нравился. И остался бы план нереализуемым, но тут Рише её соседка по комнате, Лия, поведала про одного красавчика ученика-целителя, да не просто поведала, а все уши прожужжала. Риша навела справки, и оказалось, что этот ученик, не смотря на то, что целитель, очень даже любит девушек. Увидев предложенного ей кандидата, Сана поняла, что Лийка ничуть не преувеличила. А дальше генератор идей в их троице, Риша, предложила придумать спор, который Сана якобы проиграла, но чтобы у меня не возникло слишком много подозрений, вместо очень ценной в среде аристократов невинности, для начала предложить менее ценную, но не менее притягательную.

– А дальше ты знаешь, как было, – заключила девушка в итоге, – эту историю знаете только вы с Ришей. Если ты мне не поможешь, придётся выйти замуж за нелюбимого.

– Даа, дела, – протянул, давно уже улёгшись рядом прямо в одежде, – объясни мне ещё одну вещь, почему для потери невинности нельзя просто воспользоваться любым подходящим продолговатым предметом? Зачем обязательно нужен парень? Или я чего-то не понимаю?

Лежащая рядом со мной голая девушка, отделённая от меня лишь одеялом, любезно разъяснила мне некоторые весьма важные аспекты размножения. Если для лишения невинности употребить предмет, то используемый в испытании конструкт, реагирующий на особое вещество в крови, срабатывает тем слабее, чем больше времени прошло. Если же в женские органы попало мужское семя, то вещество, готовящее организм к деторождению, вырабатывается сильнее и постоянно. Правда, зачать, или «потяжелеть», как говорят местные, от одной порции не получится, для этого нужно длительно и регулярно вводить новые порции. Причём, если семя будет от разных людей, зачать не получится ни при каких условиях. А бесплодие среди местных женщин чрезвычайно редко и могло быть только в результате длительных болезней или травм.

– То есть, если жена изменяет мужу, то и детей у них не будет? – удивлённо почёсывая макушку, спросил я. До этого убедившись, что девушка говорит чистую правду, я сильно поразился таким отличиям физиологии местных разумных, порождённым, очевидно, магией. – А работницы домов удовольствий без всякого предохранения не могут потяжелеть?

– Только если она позволяет любовнику завершать внутрь, – улыбнулась Сана. – А про продажных девок верно. Теперь ты понимаешь мои мотивы? Ты станешь моим парнем? Я ничего от тебя не потребую взамен, наоборот, готова отдать себя нашим отношениям полностью. Ты ведь мне и правда нравишься, честно.

– А если я потребую в качестве платы, чтобы ты ублажала других парней? Возможно даже нескольких сразу? – я серьёзно посмотрел на слегка напрягшуюся после этих слов девушку, сжавшую до побелевших костяшек край одеяла в пальцах.

– Если ты именно такой платы хочешь, то я согласна, у меня попросту нет выбора, – Сана тяжело вздохнула и грустно посмотрела на меня, – только познакомь меня с ними заранее, я просто не смогу с незнакомцами, прости.

– Не волнуйся, я пошутил, – широко улыбнувшись, я поднялся с кровати и начал раздеваться, мысленно поражаясь тому, насколько моя гостья отчаялась, что готова идти на такое, – просто хотел проверить твою реакцию. Я согласен быть твоим парнем, так что ты приступаешь к должности моей девушки прямо сейчас.

– Чтто, ссразу? – Сана от волнения начала слегка заикаться, глядя расширенными глазами, как я скидываю остатки одежды. – Мможет, снаначала обссудим…

– Так, я не понял, – недоумённо посмотрел на смущённую девушку, – ты меня ждала голая в кровати для чего? Обсудить что-то? Не волнуйся, – я залез под одеяло, притянув упёршуюся в меня ладонями поближе, – я не сделаю тебе больно, доверься мне.

***

Танита задумчиво ковырялась в тарелке, пытаясь отыскать ответы на волнующие её вопросы. Ответы в тарелке почему-то не находились, но и доедать второй день страдающая потерей аппетита девушка не спешила. Занятия с ученицами, к которым она всегда испытывала неприязнь, теперь наоборот, успокаивали и отвлекали от грустных мыслей. В преподавательской столовой в это время, когда день переходит в вечер, как раз после занятий, всегда было людно, но на целительницу никто не обращал внимания. Да и сама она, погружённая в раздумья, воспоминания и диалоги с воображаемым собеседником, не особо замечала окружающих.

– Мы можем поговорить? – опустив поднос на её столик, к ней подсела та, с которой говорить Таните совсем не хотелось, а если хотелось, то исключительно ругательства.

– Не здесь, – наконец хмуро выдала целительница Тине, мысленно придумав, а затем отбросив целую кипу различных колких фраз и ответов. В итоге любопытство победило обиду и неприязнь, но разговаривать о чём-то важном в месте с таким количеством лишних ушей было просто невероятной глупостью.

Не сговариваясь, обе принялись за еду, затем, избавившись от грязной посуды, двинулись к выходу. Танита привела убивицу в лабораторию, в которой планировала убить остаток вечера. Здесь их точно никто не побеспокоит.

– Итак, я тебя слушаю, – холодно произнесла она после того, как заперев дверь, разместилась на стуле. Гостья скромно присела на стоящее рядом сидячее место.

– Прежде всего, я хотела бы извиниться за то, что произошло, – убивица говорила на удивление кротко, видимо, от осознания вины. – Если бы я знала, что вы пара, я никогда бы не сделала того, что сделала.

– Ну, это уже неважно, – заметила Танита, – он же теперь с тобой, верно?

– Вообще-то мы не вместе, – удивилась Тина. – Я думала, что вы пара. Ты же так сказала тогда.

– Мы стали парой как раз перед твоим приходом, и с тех пор, как я оставила вас двоих, я его не видела, – горько усмехнулась целительница. – Выходит, мы обе его бросили?

– Получается, что так, – грустно улыбнулась гостья, – не люблю, когда мне лгут. Жалею теперь, что поддалась на уговоры и сделала его приспешником.

– Ты сделала его приспешником? – насторожилась Танита, и ошарашенно замолчала после подтверждения. – Но это же невозможно, он в тот момент уже был моим приспешником! Твой конструкт не должен был сработать!

Глава 8: Проба.

После того, как выяснилось, что Дин в очередной раз совершил невозможное, став приспешником сразу двух магинь, Танита с Тиной начали обсуждать вчерашние события, выясняя всё новые и новые странности. Вскоре тема начала затихать, поскольку никто из девушек не хотел говорить о личном, но Тина, уже выяснившая, что между Дином и его наставницей не всё так однозначно, решила раз и навсегда выяснить этот вопрос.

– Жаль, что у тебя нет дурмана, у меня в голове такой сумбур, что я бы не отказалась, – намекнула убивица, памятуя, как легко можно развязать язык за бокалом. Нужно выведать у Таниты, собирается ли она мириться с Дином, или просто уступит его. Девушка рассчитывала уговорить целительницу, а затем принести свой последний запас, однако всё пошло не по плану.

– Почему же нет? Есть немного, берегу для особых случаев, – после слов Тины про дурман, целительница вспомнила о его свойстве разговорить любого собеседника. Ей очень хотелось узнать, что связывает убивицу с её учеником и что между ними было, и припасённый ещё несколько лет на всякий случай запас дурмана и специальной добавки в виде синих кристаллов, усиливающей его действие на магов, оказался весьма кстати. Она достала свой запас и пару бокалов. – Только, честно признаться, я никогда не пробовала пить эту смесь и не умею её делать.

– Это ничего, я уже пробовала и научу тебя, – улыбнулась Тина, открывая бутылку и высыпая большую часть кристаллов внутрь. Да, такое количество значительно усиливает коварство напитка, но разговорить не подозревающую об этом целительницу было важнее. О том, что раньше добавка была более насыщенной, чем сейчас, она и не подозревала.

Через полчаса уже прилично одурманеные магини успели обругать и свалить всю ответственность на виновника их посиделок, затем, уже не особо стесняясь друг друга, рассказали о том, что у них было с этим самым виновником, по мере уменьшения уровня раствора в бутылке, выкладывая всё больше и больше подробностей. К тому моменту, как ёмкость опустела и хозяйка помещения, слегка пошатываясь, полезла за второй, они обе уже забыли, чего именно хотели узнать, чувствуя какую-то невероятную лёгкость и свободу общения, которой раньше никогда не было. Перейдя на истории из жизни, обе девушки выяснили, как много общего в их судьбах и насколько сходятся их взгляды на всё вокруг. Затем, к окончанию второй ёмкости с дурманом, позабыв о том, что они считали друг друга соперницами, от обеих последовали признания и заверения в вечной дружбе и поддержке, произнесённые уже заплетающимися языками.

Очнувшаяся утром Танита долго не могла понять, почему во рту так сухо, болит голова, глаза не желают открываться и сильно хочется облегчиться. А ещё, почему так неудобно лежать. Когда веки всё же удалось разлепить, выяснилось, что она лежит на брошенной в углу тонкой подстилке, а на её ногах валяется дрыхнущая Тина.

Кое-как освободив свои ноги из под лежащего тела, которое после такого обращения помянуло хтора и завозилось, Танита применила на себя целительский конструкт, и сразу же почувствовала себя лучше. Припомнив подробности их вечернего разговора, Танита применила тот же конструкт на свою новоприобретённую подругу, и довольно твёрдо двинулась в ванную комнату. Запустившая заново как всегда в таких случаях погасившееся «физическое возмещение», Тина подождала пару мгновений, затем уверенно двинулась по тому же маршруту.

Облегчившись и умывшись, обе девушки вернулись обратно в лабораторию. Танита дёрнула очень редко открываемые ставни, издавшие протестующий звук, и выглянула наружу. Судя по небу, вот-вот должен был начаться рассвет. Закрыв ставни обратно, она села на стул возле стола и устало посмотрела на грустную Тину, внимательно наблюдающую за ней. Никому из них не хотелось начинать разговор, но Танита, на правах более старшей, решила взять это на себя.

– И что мы теперь будем делать? – слегка умоляющим тоном спросила она у рыжеволосой. – Мы же обе его любим и обе не намерены отступать, не смотря ни на что.

– Не знаю, – слегка насупившись, выдавила Тина. – Если раньше я думала просто забрать его себе, то теперь, зная, какая ты на самом деле славная, и зная, как ты от него с ума сходишь, я просто не могу больше так поступить.

– Вот и я не знаю, – Танита устало положила голову на лежащие на столе руки. – Я не думала, что мы подружимся, что у нас столько общего. Если честно, мне очень хочется и с тобой дружить, и с ним быть парой, но ты любишь его не меньше меня, так что это невозможно.

– У гурров, если две подруги влюбляются в одного парня, они становятся сродницами, – после некоторого колебания, заявила убивица. Танита удивлённо подняла голову. – Не то, чтобы я настаивала на таком варианте, но единственная альтернатива такому, которую я вижу – мы оба расстаёмся с Дином и остаёмся подругами. Несчастными в личной жизни подругами. Как видишь, я пытаюсь быть предельно честной.

– Тогда я тоже скажу без прикрас, я не знаю, смогу ли стать с тобой сродницей, – честно заявила Танита, в чьей голове после слов собеседницы вновь поднялась буря из мыслей. – Мне нужно время, обдумать всё это. Давай поговорим через пару дней, и решим, что делать. А потом доведём наше совместное решение до Дина, каким бы оно не было. И… я и правда хочу дружить с тобой. Даже странно, как мы раньше не общались?

– Я тоже этого хочу, – улыбнулась Тина, поднимаясь со стула. – Давай останемся подругами в любом случае?

– Давай, – заулыбалась в ответ целительница, обнимая новоявленную подругу. – И надо запастись ещё дурманом.

***

Я легонько поглаживал по волосам доверчиво прижавшуюся ко мне спящую девушку, любуясь тем, как она улыбается во сне. Судя по пробивающимся сквозь ставни лучам, скоро наступит время пробуждения. Вставать и идти в изучальню не хотелось, вместо этого у меня руки чесались продолжить начатое вечером. Сана делала всё, что я хотел, быстро научившись получать от процесса удовольствие. От одних воспоминаний о нашей близости у меня возникло неодолимое желание дать волю рукам и не только. Двух раз перед сном моему телу явно было недостаточно. Девушка проснулась, когда сопротивляться было уже поздно, но она, судя по ответным действиям, возражать и не думала, горячо поддерживая мою инициативу.

После совместного умывания, ещё немного смущающаяся Сана убежала на занятия. Как она вчера мне поведала, многие ученицы предпочитают не завтракать, чтобы перед занятиями было больше времени привести себя в порядок. Мне завтракать почему-то тоже не хотелось, поэтому двинул сразу в изучальню. Постоял в раздумьях у дверей, прикидывая, кто в следующий раз попадётся в плен моей кровати, если не запирать замок. Решив не рисковать, провернул ключ в скважине и дёрнул дверь для страховки. Оказалось, что замок сломан и не запирает дверь, я специально проверил это, повращав пластину ключа и понаблюдав за задвижкой.

Помянув хтора и явно состоящих с ним в родстве починщиков, я оставил комнату незапертой, радуясь, что ничего ценного из вещей не имею, а всё, что есть, ношу с собой. На этом сюрпризы утра не закончились, поскольку, спустившись по лестнице к дверям изучальни, я обнаружил запирающую их с явным намерением куда-то свалить Ринду.

– Ты что, забыл, что у всех новых, либо имеющих лишь первую ступень учеников сегодня проба? – удивлённо уставилась номка в ответ на мой вопрос. – Тебя разве наставница не предупредила об этом? Правила общие для всех. Двигай за мной.

– Она как-то забыла упомянуть об этом во время нашей последней встречи, – пробормотал в спину торопящейся Ринде, шагая вслед за ней. Того, что она теперь вообще не хочет меня видеть, я упоминать не стал. Ни к чему рассказывать такое кому попало.

Уже на подходе к месту для упражнений целительниц, похожему на небольшой стадион, разделённый на зоны, стало заметно целую толпу юных целительниц, негромко переговаривающихся, что создавало своеобразный гул. Мы с Риндой аккуратно примкнули к задним рядам, и моя спутница перекинулась парой слов с очередной своей знакомой. Оказалось, мы слегка опоздали и проба уже началась. Присутствующих заставляли в порядке очереди одевать на руки специальные браслеты из прозрачного материала, а потом по величине, толщине и другим параметрам появляющихся цветовых полосок, записывали примерный размер резерва. Измеряли магический запас в специальных условных единицах, равных трате энергии на стандартный исцеляющий конструкт.

Из разговоров стоящих рядом учениц между собой, я выяснил, что запас меньше ста единиц говорил о слабых перспективах его владельца, у старших учениц он был в районе тысячи, а у наставниц был от двух до пяти. Кроме одной, хорошо мне известной, у которой он был меньше трёхсот, над чем сплетницы похихикали. Результаты пробы наставницами никогда не озвучивались, но учитывались при дальнейшем обучении.

– «Сим, сколько сейчас у меня размер резерва?» – насторожился я, поскольку как-то не очень хотелось пугать окружающих. – «Сможешь дать ответ в местных единицах?»

– Естественно, – оскорблённым шёпотом зашелестело в моей голове, – сейчас около сотни тысяч, но я планирую путём полной переделки твоего скелета увеличить показатель минимум в пять раз. Вдобавок, скорость восстановления энергии у тебя на порядок выше, чем у местных. Теперь ты понимаешь, что зря беспокоишься по поводу поединка? У твоей соперницы нет шансов.

– «Я сейчас не об этом», – мысленно отмахнулся, пребывая в лёгком шоке от этих цифр, – «вчера я притворился, что у меня резерва хватило на зарядку лишь десяти малых накопителей. Можно как-то обмануть эту пробу, чтобы цифры сходились? Что-то мне слабо верится в секретность результатов, да и лишнего внимания привлекать не стоит.»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.