Наталья Патрацкая
Изумрудинг

Глава 1. Клапан жизни

Марина сидела перед зеркалом и вглядывалась в черты своего лица. Иногда она тянула волосы за их кончики. Она вставала с пуфика и осматривала свою талию со всех сторон. Вердикт ее был прост: серая мышка. Да, она невзрачная девушка. Никто ее не любит и не жалеет. Она девушка – невидимка. "Умница – разумница, про то знает вся улица, кот да кошка", – вспомнила она строчку из детской книжки.

Еще она хорошо помнила чудесную сказку, в которой добрая фея спасла девушку от прозы дня, отправив ее в карете из тыквы к принцу. У Марины были тетушки, но среди них фей не было и помощи ждать было неоткуда. Конечно, она смотрела передачи, в которых из серых мышек на экране делали мерцающих звезд. Но ее никто не возьмет в передачу, никто не отправит в зеркальную примерочную показывать фигуру всему свету, никто не сделает из нее принцессу на один вечер. Ей захотелось заплакать, но слез не было.

Совершенно случайно она заметила две кнопки на створках. Она никогда так внимательно не смотрела на себя в старое зеркало, прикрепленное к туалетному столику. Она одновременно нажала на две кнопки. Нет, она не превратилась в принцессу. Но зеркало! Оно преобразилось. На зеркале появились морозные узоры. У Марины возникло ощущение, что над ней появилось ажурное облако фаты. Нет. Фата – явный перебор желания. Ей хотелось быть красивой на сегодняшнем празднике. Время таяло, а она все еще была сама собой.

А кому она нужна? Никому! Когда она училась в школе, то симпатий к ее особе среди парней не наблюдалось. Одноклассники видели ее одноклассниц, а ее никто не видел, кроме учителей. Даже девчонки из класса на нее не обижались, хотя между собой они постоянно спорили и ругались. Марина еще раз посмотрела в зеркало перед тем, как принять окончательное решение по поводу макияжа, но лицо расплылось и исчезло. Она потрогала лицо. Оно было на месте, но как на лицо нанести косметику, если лица нет в зеркале? Задачка не для нее. Тогда она покрутила пальцами перед зеркалом, но и пальцы в серебристом стекле не отражались.

– Мы так не договаривались! – вскрикнула она и отступила на шаг от зеркала.

Интерьер комнаты в зеркале не отражался. Марина невольно взяла пудреницу, но она оказалась пультом с сенсорным управлением. Девушка нажала на красную кнопку. Зеркало включилось. Оно оказалось обычным монитором. Она нервно рассмеялась, ведь это зеркало стояло на этом месте еще до ее рождения…

На столе засветился зеленый светодиод, появились кнопки клавиатуры. Она глубоко вдохнула и открыла почту. Первое письмо сообщало, что на компьютере стоит программа для макияжа. Она открыла программу и с большим вниманием стала рассматривать свое лицо в многочисленных вариантах макияжа. Ей стало нестерпимо грустно, когда она дошла до варианта с черными губами и черными кругами вокруг глазниц.

После очередного вздоха Марина открыла второе письмо, которое сообщало об установке программы с вариантами одежды лично для нее. Перед глазами замелькала фигура в разных одеждах.

– Мне какая польза от всей этой одежды? – заплакала девушка от одного вида волшебных или примитивных комплектов.

Марина открыла третье письмо, которое гласило, что она может выбрать себе молодого человека. Естественно, тут же рядом с ней на мониторе появились молодые люди. Она села на стул и из ее глаз полились слезы рекой.

– Что за кино на мою голову? – спросила она с отчаяньем в голосе.

Вверху над экраном появился свет, послышался механический голос:

– Марина, выбирай грим, одежду и молодого человека.

– Автомобиль мне не предлагаете? – спросила она ехидно.

– Автомобиль прилагается к тому комплекту, который ты выберешь.

– Отлично! – воскликнула девушка и рассмеялась: терять ей было нечего, а предложение было более чем заманчивое.

Марина быстро выбрала комплект сиреневой одежды, макияж, почти сразу нажала кнопку рядом с парнем и отвернулась в сторону окна. Когда она повернула голову к экрану, то увидела свое отражение в зеркале. Она увидела контуры своего лица, но оно напоминало лицо прекрасной ведущей концерта, который шел в это время на телевизионном экране. Она увидела свой силуэт в платье ведущей, и рядом с ней стоял молодой человек, с которым она вела концерт. Девушка поняла весь юмор ситуации. Получилось, что красавица с телеэкрана шагнула в ее комнату вместе со своим партнером.

Итак, в комнате было уже два человека: Марина и Владимир.

– Ужас! Мне что, так и идти на праздничный вечер? Все подумают, что я двойник известной красавицы, что у меня своего вкуса нет! Что я нашла двойника ее парня! – запричитала Марина.

И зеркало стало обычным трельяжем на старом столе.

– Марина, мы идем в клуб? – спросил Владимир.

– Мы идем в клуб. Владимир, а у Вас есть автомобиль?

– Вероятно, есть. Выйдем на улицу – увидим.

У входа в подъезд молодых людей ждал лимузин последней модели, при их появлении дверь приоткрылась, а ключ приветливо закачался.

Они сели в машину, поехали и приехали в клуб, где Марину приняли за двойника красавицы, такой известной, что при виде ее улыбки поплыли по холеным лицам публики. Спрашивается: кому нужен концерт с участием Марины? У девушки стали просить изобразить голос знаменитости. Владимир всем улыбался. Его приветствовали. А она? Марина попала в шоу, но способностью к пародиям она не обладала. Оставалось играть выбранную роль. Вскоре публика смотрела в другую сторону. Про нее забыли.

Не забыл ее Владимир. Он улыбнулся:

– Все нормально. Я проходил подобную ситуацию. А ты красивая.

– Что мне здесь делать? – спросила она растерянно.

– Иди за мной. У нас есть столик на этот вечер. Наблюдай. Сама поймешь, что здесь все просто и дорого одновременно. Не волнуйся.

Марина посмотрела на стол, на публику, которая разошлась по своим столикам. Она еще раз взглянула на парня и опустила взгляд в салат. Странный вкус пищи отвлек от грустных мыслей. Она впала в транс. Внезапно ее осенило, что все, что с ней произошло за последний час, – это просто сказка, и нечего ей показывать людям свою унылую физиономию. Она непроизвольно улыбнулась и открыто посмотрела в сторону Владимира. Грановского нигде не было!

Марина посмотрела на публику и увидела картонные фигуры. Она одна сидела среди картонных фигур с лицами и фигурами знаменитостей. Открылось окно. Подул холодный ветер. Картонки зашатались и одна за другой упали на пол. Она попыталась встать, но не смогла – она приклеилась к стулу, поэтому встала вместе со стулом и пошла. Девушка попыталась оторвать стул от одежды. Не получилось. Она сорвала с себя платье вместе со стулом и оказалась в майке и колготках. Под потолком послышался смех. Ей было не до смеха. Туфли прилипли к полу. Она оставила их на полу и пошла босыми ногами к двери, которая сама открылась.

Ветер растрепал прическу. Она посмотрела в зеркало, расположенное перед выходом из клуба. Марина увидела себя! Это была она сама, а не прототип известной красавицы. Она заглянула в раздевалку, где висело ее пальто. Она надела пальто и вышла из клуба. Она не выдержала и повернула голову: здание потонуло в темноте. Она пошла в сторону дома. Дома у нее никого не было. Она подошла к зеркалу, посмотрела на место, где были кнопки. Кнопок не было. Чуда не произошло, но в ее голове застыла фраза: "А ты красивая".

Марина неожиданно для себя почувствовала себя красивой. Она смыла с себя грим, вымыла волосы. Ее отражение прекрасно смотрелось в зеркале. Она закружилась вокруг себя и включила музыку. В дверь позвонили. Девушка посмотрела в глазок: за дверью стоял молодой человек. Настроение улетучилось, но всего на одно мгновение. Она накинула на себя халат, сунула ноги в тапки, улыбнулась и открыла дверь.

– Привет, Марина! Все тебя ждут на празднике жизни, а тебя нет! – сказал Илья Мухин.

– Илья, прости, я забыла о вечере! Проходи, я скоро! – на ходу сказала Марина.

Она быстро пробежала мимо зеркала, мимо косметики. Она надела любимую одежду, расчесала чистые волосы и вышла к нему.

– А ты красивая, – задумчиво произнес Илья.

И Марина ему поверила, а в ее сердце вселилось странное, тревожное состояние. Она вышла из квартиры за ним и случайно заметила, как приподнялись брюки на его ногах, и показалась белые птички на его пятках, словно показывали дорогу на бал. Девушка опять сомневалась в своей красоте.

***

На фирме Владимира перешли на изготовление новых приборов. Сотрудники продумали и придумали Клапан жизни… Пока мужчины думали, Марина решила заняться своим здоровьем и купила Клапан жизни, который уже мигал красным цветом. Она тревожно прислушалась к своему состоянию: вроде все нормально, и в данный момент времени у нее ничего не болело.

Этот маленький приборчик появился совсем недавно. А вдруг это проблема прибора, а не ее? Марине больше захотелось поверить в поломку неодушевленного прибора, чем в свою еще не понятную болезнь. Прибор трещал, вращая красным глазом светодиода.

– Клапан, что я не так сделала? – спросила Марина у прибора.

– Ты съела печенье на завтрак, – механически ответил "Клапан жизни".

– Смешной ты! Есть поговорка "Завтрак съешь сам, обед раздели с другом, ужин отдай врагу".

– Неправильно понятая поговорка, неправильная трактовка поговорки, – проговорил Клапан жизни.

– Умный Клапан, хороший Клапан, утро – это утро, обед – это обед, а вечером ужин.

– Нет! Нет! – замигала красная лампочка. – Даю правильное объяснение поговорке. Утро – это детство и юность, обед – молодость и зрелость, ужин – это старость человеческого существа.

– А я что, старая? На мне написано, что я пожилая женщина? Я еще совсем молодая девушка! – вскрикнула Марина, рассматривая себя в зеркале.

– Ты – молодая. Ты можешь съесть обед и ужин, но свое печенье на завтрак ты уже съела.

– Когда я съела свой завтрак? Я его съела сегодня, а ты сказал, что я поступила неправильно.

– Вчера ты была юная и могла съедать завтраки, а сегодня ты молодая и не должна завтракать.

– Я что, сегодня постарела?

– У тебя сегодня день рождения. Ты стала взрослой. Ты должна есть обед.

– Жадный ты, Клапан! Если у меня сегодня день рождения, мог бы и поздравить!

– Я поздравил. Я предупредил. Я поступил правильно.

Марина не стала спорить с прибором, а просто открыла инструкцию по эксплуатации Клапана жизни. Инструкция гласила, что срок службы прибора равен ста годам. Именно на такой срок рассчитана жизнь подопечного человека. В инструкции черным по белому было написано, что все утверждения Клапана жизни верны и не должны оспариваться потребителем.

– Клапан, на сегодня ты дал все указания по состоянию моего здоровья?

– Да, – ответил Клапан и погасил красную лампочку.

– Почему все так несправедливо? Все детство и юность меня заставляли по утрам кушать, а теперь, когда я привыкла по утрам кушать, мне это частично запрещают? Тогда вместе с прибором надо вручать таблетки от аппетита или выкидывать прибор, чтобы не мешал жить.

Красный светодиод вновь замигал.

– Нельзя меня выкинуть! Нельзя обо мне плохо думать! Я защищаю твою жизнь, – заскулил Клапан жизни.

– Купила я тебя на свою голову!

– Ты меня не покупала. Тебе меня подарили. Я очень дорогой Клапан жизни. Меня нельзя выбрасывать! Прости, Марина, тебе разрешен легкий завтрак. У меня шарик за ролик зашел.

– Да ты вовсе не Клапан жизни, а мой собеседник! Мне пора ехать на работу.

– Можно ехать на работу, – Клапан жизни включил зеленый светодиод.

– Спасибо на добром слове, – ответила Марина. Ей захотелось оставить прибор дома, но она передумала и взяла его с собой.

На улице царил ясный и прекрасный день. Безоблачная голубизна небес, вымытая вчерашним дождем, была безукоризненна. "Температура воздуха 20 градусов по Цельсию" – горело на табло, стоящем на остановке общественно полезного транспорта. Личные автомобили проносились по средним полосам дороги с каждой стороны. Центр дороги занимали специальные виды транспорта. По крайним дорогам перемещался общественный транспорт.

Марина посмотрела на все виды транспорта и вздохнула.

– Правильно, надо идти пешком по Кленовой аллее, – медленно проговорил Клапан жизни.

– Почему я должна идти пешком? – недовольно проговорила Марина. – На любом транспорте можно быстрее добраться до работы!

– Быстрее – пешком! Ты молодая, ты должна идти по Кленовой аллее.

– Нет! Я не хочу идти по аллее.

– Попрошу без отрицаний! – строго проговорил Клапан жизни.

– Затихни! Я пойду пешком. Ко мне приближается Инга. Клапан, помолчи, будь так любезен.

– Я буду любезен. Инга – можно.

Марина посмотрела еще раз на синеву небес, на длину Кленовой аллеи – и перевела взгляд на Ингу. Она выглядела великолепно в белых кроссовках, белой футболке с золотой отделкой и светлых джинсах.

– Здравствуй, Марина! Идем по Кленовой аллее?

– Идем, – ответила Марина.

– Что так невесело отвечаешь? У тебя сегодня день рождения? Поздравляю!

– Спасибо, – уныло ответила Марина и пошла рядом с Ингой под зеленой листвой кленов.

– Как сегодня отметишь день собственной молодости? Теперь тебе можно все.

– Инга, а ты утром завтракаешь? – с болью в голосе спросила Марина.

– Я завтракаю ли утром? Ты об этом спрашиваешь? Я пью утром черный кофе.

– И давно ты так завтракаешь?

– Со дня своей молодости, – спокойно ответила Инга.

– Хорошо, я попробую пить черный кофе и загрызать его сухими галетами, – улыбнулась Марина, – но мне это очень не нравится.

Девушки замолчали. Они все шли и шли мимо кленов, пока аллея не закончилась, пока перед ними не открылся вид на великолепные здания офисов и лабораторий. Они еще раз улыбнулись друг другу и разошлись по своим местам.

Марина одна ехала в лифте. Неожиданно подал голос Клапан жизни:

– Галеты – правильно, – и замолчал.

– Высказался, а промолчать не мог! – возмутилась Марина. – Я и сама знаю, что молодые женщины должны выходить замуж, а юные не могут. Юные – учатся, молодые – работают. Я работаю, я молодая, мне можно все, кроме обильного завтрака.

– Пожалуйста, – загорелся зеленый светодиод.

Марина вошла в офис, поздоровалась с сотрудниками и села на свое место. Она включила компьютер, полила цветы, причесала волосы. В это время открылась дверь, и в нее вошли все сотрудники фирмы. Они поздравили Марину с днем рождения и великим днем молодости! На столе появился огромный букет свежих роз в каплях росы. Все вышли.

– Приди в себя, приди в себя, – громче и громче стал приказывать Клапан жизни.

Марина с трудом вернулась мыслями в мир людей.

– Одна роза ядовитая, ее запах тебя одурманивает. Выброси розы, – медленно проговорил Клапан жизни.

– Неудобно. Мне подарили цветы, а я их выброшу?! – возмутилась Марина.

– Мне трудно держать тебя в этом мире, мне трудно… – сказал Клапан жизни, и на светодиоде появился желтый цвет.

– Я выброшу розы! – вскрикнула испуганно Марина.

Марина на самом деле взяла букет цветов и вынесла его из офиса, надев на него большой полиэтиленовый пакет. Никто не смотрел в ее сторону. Она вышла на улицу. Небо покрыли темные тучи. Подул свежий ветер.

– Хорошо, – сказал Клапан жизни, – одну жизнь ты потеряла.

– Так, расскажи мне, что произошло? Что будет со мной?

– Нет, все по порядку…

Вечер оказался полной противоположностью утру: тучи, прохладный ветер, дождь, накрапывающий без перерыва. Марина отменила дома празднование дня молодости. Ей хватило поздравления сотрудников. Ее волновал вопрос: кто брызнул яд на розу? Все сотрудники не могли быть настроены против нее и желать ей смерти. Это сделал кто—то один. Кто? Клапан жизни молчал и не поддерживал беседу мыслей, его пришлось подключить к аккумулятору досрочно, он сегодня ее спас своими дополнительными функциями и заслужил питание.

"Кому мешала жить Марина на своей фирме?" – думал семейный детектив Илья Мухин. К нему поступил сигнал с прибора "Клапан жизни" на пульт управления. Он лежал на ложе нового образца, его голова лежала на двух согнутых за головой руках. Марина ему всегда нравилась, а кто ее ненавидел – это другой вопрос. Марина ему сказала, что одна роза была отравлена, это определил ее Клапан жизни. Следовательно, надо подключать компетентные органы для розыска злоумышленника.

Возможно, что это сделал представитель компании, изготавливающей приборы? Они повысят цены на свою продукцию. Но информация об отравленной розе в средства массовой информации не проникла. Так, так, так – и все лесом. Надо разобраться в ее коллективе: кто, зачем и почему, но у него доступа в здание фирмы не было. Илья уснул, перевернувшись на бок. Утром он продолжил работу в этом направлении.

Прибор "Клапан жизни" был нашпигован миниатюрными датчиками, определяющими отравляющие вещества, и снабжен логической начинкой в виде очень сложной микросхемы. Он был похож на маленький сотовый телефон, чьи скромные функции он выполнял для прикрытия свой сущности и назначения. Жаль, он не был предназначен для поиска преступника. Хотя почему нет? Илья Мухин это прекрасно понимал. Он решил обойти всех сотрудников фирмы, заказав себе пропуск в офис.

В день рождения люди могли покидать рабочее место раньше обычного, и это не являлось нарушением дисциплины. Они могли забирать подаренные цветы, поэтому никто ничего из сотрудников не понял, что было на самом деле с Мариной. Она, как обычно, пришла на работу и внимательно посмотрела на людей в момент общепринятого приветствия. Она искала взгляд удивления тому, что она жива. И не нашла ничего необычного в поведении людей.

Илья наблюдал шествие Марины по офису на экране. Взгляды людей он сверял с поведением Клапана жизни. Он надеялся, что обнаружит того, кто отравил розу. И прибор мигнул красным светодиодом на одно мгновение. Это означало, что доза отравляющего вещества была очень мала, но она была, и при необходимости можно взять ее формулу с миниатюрного записывающего устройства.

Илья мельком посмотрел на того, рядом с кем вспыхнул и погас красный светодиод Клапана жизни Марины. А она прошла мимо этого человека, сделав вид, что ничего не произошло. У нее возникло странное ощущение тяжести, словно этот человек на нее навалился своим телом. Она села на свое место, но чувство тяжести и общего угнетения не проходило.

Клапан жизни молчал. Марина боялась думать на эту тему и занялась своими прямыми обязанностями. В конце дня она позвонила Илье, и они вместе пошли домой по Кленовой аллее. Небо над рядами кленов было подернуто перистыми облаками с красноватым оттенком. Они заговорили почти одновременно, спеша выпустить пар напряжения от собственных мыслей.

– Марина, как день прошел? Ты нашла того, кто мог отравить подаренные тебе розы? – спросил Илья. – Я видел на экране, как твой Клапан жизни мигнул на остатки отравляющего вещества.

– Думаю, что я знаю, кто отравил розы, – задумчиво ответила Марина. – Илья, ты прав, но я не понимаю, почему Он это сделал?! – с искренним удивлением проговорила она.

– Значит, это он? Кто он, что у вас с Ним? – быстро спросил Илья.

– Да я меньше всего знаю этого человека! Мы вообще с ним не связаны! Я не понимаю! – воскликнула в сердцах Марина.

– И правильно! Не понимай! Понимать буду я. Марина, будь с ним осторожна и предупредительна, – предупредил Илья.

– Я боюсь, – тихо пролепетала Марина.

– Я тебя понимаю. Пойми, твой уход из фирмы ничего не даст! Если кому-то надо тебя достать, то они достанут тебя в любом месте. Назови Его! – потребовал настойчивый Илья.

– Илья, смотрите, кто-то стоит в конце Кленовой аллеи! – со страхом в голосе воскликнула Марина.

– Вижу! Не суетись, Марина. Нам до него осталось идти метров пятьдесят. Посмотри, на проезжей части дороги рядом с ним стоит автомобиль. До машины ему бежать пять метров. Он брызнет ядом на нашу дорогу, или уже брызнул, и уедет. Уже уехал. Шустрый. Поворачиваем назад, – предложил Илья. – Отличная ситуация, но приборы молчат, и мы еще живы, бежим в лесопарк. Марина, иди за мной.

Они зашли в придорожный лес, прошли десять метров в сторону от дороги. Чувство цивилизации исчезло, словно его никогда не существовало. Дорог для проезда автомобилей в лесу не было. Молодые люди шли по тропинке в сторону, противоположную дороге. Внезапно они услышали резкий, непродолжительный звук клаксона – и все стихло.

Березы, сосны, ели, осины в разном возрасте окружали их со всех сторон. Под ногами то и дело хрустели старые ветви, если они забывали их переступить. Папоротник гордо рос вдоль узкой тропы, по которой можно было пройти только по одному. Лесные цветы цвели поодаль, они к тропе близко не приближались. Значит, этой тропе десятки лет, хоть она и мала, и узка. Ветви над головой надежно закрывали путников от вида сверху.

– Марина, мы куда пойдем? Можно выйти на станцию, но к ней может подъехать твой враг. Можно вызвать подкрепление, но при этом могут запеленговать его сторонники.

– Если он брызнул средство от комаров, а мы подумали, что это отравляющее вещество? Где доказательства, что на розе был яд? Яд для комаров ядом для людей не считается, но прибор мог не уловить этой разницы!

– Смешно, но не лишено логики. Заметь, наши приборы молчат, как провинившиеся жуки. Пойдем домой, погуляли по лесу и достаточно.

Парочка вышла на тропу, по которой они могли пройти вместе. На лесной тропе встречались корни елей и многочисленные слои иголок. Хвойная часть леса дышала мудростью и благоразумием. Вскоре они разошлись по своим домам. Дома Клапан жизни продолжал молчать. Марина приготовила ужин, поела без реплик прибора, включила телевизор. На экране по всем каналам показывали красную рябь, смотреть видеофильмы не хотелось, она задремала.

Внезапно Марина проснулась, подошла к окну и услышала механический крик Клапана жизни:

– Осторожно! Осторожно!

Марина отшатнулась от окна. В комнату влетел булыжник, так ей показалось. Но булыжник оказался с дырочками, он стал вращаться, а из отверстий пошли струйки неизвестного газа. Когда все успокоилось, Марина увидела связку брелоков.

– Не дыши! Выйди из комнаты! – услышала Марина крики Клапана жизни.

Марина приостановила дыхание, выскочила на балкон, вдохнула воздух и заметила внизу неизвестного мужчину. Он садился в автомобиль.

Жизнь продолжалась. Марина считала дни с мини-завтраками, ощущая терпкий вкус кофе. Стекло в комнате сменили, и она к нему близко больше не подходила. Враг на работе был славным малым, улыбался и общался.

Глава 2. Гитарный паж

В воскресное утро Марина сидела дома, пытаясь выразить тоску через переборы струн. Немного поиграв, девушка бросила гитару в кресло, новая мелодия у нее сегодня не получалась. Шестиструнная гитара дребезжала. Чистые звуки исчезли, словно их никогда не было.

Да еще мать, заглянув в комнату, спросила:

– Марина, когда сегодня постель за собой заправишь?

– Никогда! – вскрикнула Марина и легла лицом вниз.

Мать вздохнула оглушительно. В гитаре жалобно вздрогнула струна.

Дверь захлопнулась. Марина осталась в комнате одна, не считая лежащей в кресле гитары. Илья бросил ее! Она жалобно всхлипнула, она уже неделю всхлипывала по этому поводу. Марине было жаль себя, такую стройную девушку! Она медленно приподнялась на локтях, посмотрела в окно, увидела серое небо и опять плюхнулась лицом в подушку—подружку. Потом резко вскочила – ее осенила простая мысль, что ее любимый Илья ушел к подружке Инге!

Конечно, он бросил ее, такую стройную и тонкую! Слезы обиды мгновенно высохли, появилась непонятная улыбка, она блуждала по лицу Марины, словно она задумала смешную шутку.

У Ильи на самом деле были свои проблемы: его родители развелись. Он выбрал отца. Мать его еще два года назад отказалась от него в пользу отца, а сейчас они разменяли квартиру и разъехались. Ему вообще было не до Марины, он осваивал новую квартиру, новый район, новую жизнь. В доме царил мужской порядок – или беспорядок после переезда, что было ему абсолютно безразлично.

Идеальный порядок был в доме Марины, можно было подумать, что пыли вообще не существует, у них в квартире всегда и все блестело! Порядком в квартире занимались мать и бабушка, которая без очков ничего не видела, но признавала, что гитара живет в кресле.

Марина взяла в руки гитару, провела рукой по струнам, перебирая аккорды, и воскликнула:

– Почему у меня нет пажа, который заправил бы эту постель!

Гитара вырвалась из ее рук, встрепенулась и превратилась в Илью или очень похожего на него парня.

– Гитарный паж! – выдохнула девушка.

– Так точно, я Ваш паж, госпожа Марина! Что делать прикажете?

– Постель заправить по струнке.

– Слушаюсь, моя госпожа!

Гитарный паж в мгновение ока застелил постель и превратился в гитару.

В комнату зашла мать:

– Марина, как тебе удалось по струнке застелить постель?

– Так случайно получилось.

– Молодец, – сказала мама и вышла из комнаты.

Дверь закрылась. Марина осталась в комнате одна. Она радостно хлопнула в ладоши и удивленно посмотрела на кресло: в нем сидел некий прототип Ильи.

– Слушаю, госпожа! – воскликнул парень из кресла.

– Нет, так не пойдет! Я одна живу в этой комнате, а теперь ты еще навязался на мою голову, – недовольно проворчала Марина.

– Вы меня звали, госпожа! Вы хлопнули в ладоши, и я появился для выполнения Ваших заданий.

– Нет у меня для тебя заданий! Из-за тебя у меня теперь гитары нет. И кресло ты занял, господин Гитарный паж, или кто ты там еще! – быстро проговорила обиженная девушка.

– Я – Шурик. Я принял образ того парня, который Вам, госпожа, так нравится, чтобы Вы больше не плакали, – с нравоучительной ноткой в голосе проговорил рыцарь.

– Я уже не плачу, можешь уходить в свою гитару, а я буду на компьютере слушать мелодии, – ответила Марина и включила компьютер.

В комнату резко открылась дверь. На пороге стоял отец.

Увидев в комнате парня, он воскликнул с шальными глазами:

– Марина, почему Илья живет в моем доме? А?! – взревел отец и стал доставать ремень из шкафа в прихожей.

– Папа, это не Илья, это моя гитара!

– Где гитара? Он у тебя здесь сидел! Правда, гитара в кресле. Мне что, показалось?

– Папа, тебе показалось.

На пороге появилась мать:

– Что шумите?

– Мама, папа решил, что он увидел в кресле Илью, но там лежит гитара!

– Отец, я два раза уже была в комнате, там не было Ильи. Говорила тебе, не пей на голодный желудок, завтрак уже готов.

– Я что, пьяный? Да я не пил сегодня! Вы чего сегодня против меня, да еще Илью с утра позвали?! – обиженно сказал отец и пошел на кухню.

Марина вышла из комнаты и тоже пошла на кухню. Услышав звонок в дверь, она повернула к двери. На пороге стояла беспечная подруга Инга, выкрашенная в блондинку.

– Марина, привет! Можно я поиграю на твоей гитаре? Мать сказала, что не купит мне гитару, пока я не научусь хоть немного играть, – весело проговорила Инга.

– Инга, раздевайся и проходи в комнату, я сейчас поем и приду.

Только Марина села за стол обедать, как услышала вопль из своей комнаты. Она бросила ложку и побежала в комнату. Открыв дверь, она рассмеялась: на коленях у Инги лежал Шурик, а она пальцами ударяла куда-то в область его пупка. Марина закрыла дверь в комнату и вернулась на кухню.

Отец, посмотрев на дочь, спросил:

– Марина, это кто у тебя кричит в комнате?

– Инга играет на гитаре.

– У меня нет галлюцинаций. Прости, дочь, но я не слышу звуков гитары!

– И не услышишь, – буркнула Марина, откусывая бутерброд.

– Вы меня с ума сводите, – недовольно и обидчиво сказал отец.

Инга попыталась сбросить с колен парня:

– Илья, ты откуда здесь взялся? Я что-то пропустила?

– А я не Илья, я Шурик из циркового училища!

– Ты что, брат Ильи? Но я взяла в руки гитару, а ты откуда взялся?

– Я и есть гитара!

– Не заливай! Говори, куда дел гитару? Меня отпустили на полчаса, а ты мое время тратишь.

Инга не могла понять, что это не Илья, а Шурик, такие чудеса в ее голове не умещались. Марина вернулась в комнату и плотно закрыла за собой дверь.

– Инга, ты зачем с собой Илью привела? – спросила Марина.

– Ты чего гонишь?! Подруга, называется! Илья – мой парень, а он у тебя дома сидит! – запричитала Инга.

– Если Илья – твой парень, то какие вопросы? Инга, куда ты спрятала гитару? Ты пришла играть на гитаре и не играешь?

– А где эта твоя гитара? Тут Шурик, а не Илья!

– Так ты еще и Шурика ко мне привела? – напористо спросила Марина.

– А ну тебя! Я домой пойду! – разозлилась Инга.

– Проваливай, – раздался голос Шурика.

– Вы чего меня гоните! – вспылила Инга и выскочила из комнаты, потом вернулась, но, увидев гитару в кресле, открыла рот просто так, а потом выдохнула: – Жадная ты, Марина, я ушла – и гитара появилась!

Марина посмотрела на подругу, проводила ее до двери, взяла гитару в руку, засунула ее в шкаф и спокойно подошла к компьютеру. Только девушка открыла таблицу с перечнем мелодий, как почувствовала на плечах руки.

– Госпожа, меня нельзя прятать в шкаф, – назидательно проговорил Шурик.

– Если ты Гитарный паж, так и сидел бы там, куда тебя засунули! – вскричала Марина. – Не даешь мне музыку послушать! – и она включила любимую мелодию на полную громкость.

В соседней комнате мать зажала уши от таких звуков. В потолок кто-то стал стучать. Через минуту раздался звонок в дверь – это пришел сосед из квартиры, расположенной выше этажом:

– Сделайте музыку тише, у меня жена болеет.

Марина уменьшила громкость и подумала, что эти, которые живут этажом выше, постоянно что-то сверлят, но ведь они к ним не бегут и не просят перестать стучать и сверлить.

– Шурик, ты так и будешь мне мешать? – спросила она у парня.

– Я Ваш Гитарный паж! Я буду Вам помогать жить!

– Ага, я тебя не звала! Вот подарю тебя Инге! Я видела, как ты на ее коленях лежал!

– О, меня уже ревнуют?

В комнату вошла бабушка:

– Марина, это ты, что ли? А с тобой кто стоит? Это твой отец или мать? Я что-то совсем не вижу.

– Бабушка, я одна в комнате.

– Но я вижу два темных силуэта, только не пойму, кто они. Одна так одна, а вы поели? Ложки освободились? Пойду и я поем, – и бабушка пошла на кухню.

– А тебя, господин паж, кормить надо – или вы святым духом питаетесь? – спросила Марина.

– Меня кормить не надо, я не человек, а гитарный паж, – проговорил Шурик как робот.

– Это все чушь! Но в понедельник у меня концерт, я должна играть на этой гитаре! Ты это понимаешь?

– Без вопросов, играй! – излучая спокойствие, сказал Шурик.

– Играть вместо гитары на твоем пупке?

– Об этом надо еще подумать.

Инга позвонила по телефону Илье:

– Илья, ты сегодня был дома у Марины утром?

– Инга, у тебя случайно котята не родились?

– Это у тебя щенки родились! Я спрашиваю, ты был сегодня у Марины?

– Отвечаю: я ее не видел неделю. Мы с отцом переезжали на другую квартиру.

– Поняла. А у тебя нет брата Шурика?

– Ты в своем уме сегодня?

– В своем уме, но я дома у Марины видела парня, как две капли похожего на тебя.

– Ты хочешь сказать, что я не знаю все разборки своих родителей? Интересно! Я у них спрошу про брата.

– Спроси, – сказала Инга и положила трубку телефона.

Илья пошел в комнату к отцу и спросил:

– Папа, Инга мне позвонила и сказала, что у Марины сегодня дома видела моего брата Шурика!

Глаза отца округлились, потом налились гневом:

– Это все твоя мать! Вот видишь, сын! Я даже не про всех ее детей знаю! Это надо выяснить! Она требует, чтобы я ей платил на тебя алименты, а жить при этом ты будешь со мной! Это я должен кормить ее ребенка, и неизвестно какого?!

– Инга сказала, что он мой брат.

– Еще чего! Не понял! – впал в транс отец.

– А я понял?! – возмутился Илья.

– Раз не понял, так езжай к Марине и выясни все на месте, а уж потом будем спрашивать о брате у твоей матери.

Дверь Илье открыл отец Марины:

– Вот и Илья явился! Но я тебя сегодня у Марины в комнате уже видел, только не видел, когда ты выходил! Нет, надо хотя бы пива выпить, а то совсем не помню, как люди входят в квартиру и как выходят!

Илья резко открыл темную дверь в комнату Марины и остолбенел:

перед ним сидел он сам.

– Марина, это кто у тебя сидит в кресле?

– Илья, дверь закрой.

– Закрыл, а это кто? – спросил Илья, показывая на парня, сидящего в кресле.

– Ты, естественно! Это ты в кресле сидишь.

– Я – это я. Это – кто?!

– Если ты не ты, то это твой брат Шурик.

– Я один у родителей, братьев у меня нет.

– Значит, есть у тебя брат. Не видно, что ли? А ты у него спроси, его Шурик зовут.

– Шурик, ты мой брат? – спросил Илья, озадаченный до последней степени.

– Нет, я не твой брат, я ее слезы о тебе. Илья, Марина любит тебя первой любовью. А я – олицетворение ее желаний.

– Не издевайся надо мной! – возмутился Илья.

– Хорошо, я – гитара! Я гитарный паж Марины.

– Ты человек, не видно, что ли!

Неожиданно Шурик превратился в гитару, лежащую в кресле.

– Что это было? – спросил Илья.

– Сама не знаю. Так с утра продолжается, – ответила Марина.

– Можно я эту гитару себе заберу?

– Мне играть в понедельник на концерте.

– Я тебе свою гитару отдам. Правда гитары у меня пока нет.

– Тогда поиграй на моей гитаре.

Илья взял в руки гитару, но от неожиданной тяжести опустил ее на пол. На полу лежал Шурик и потирал свою шею.

– Илья, да ну его! Идем на дискотеку!

– Идти пора, а то опоздаем, – согласился Илья.

– А я, вы меня с собой возьмете? – спросил Шурик.

– А ты, гитара шестиструнная, спи в кресле, – ответила ему Марина.

Удивительно, но Шурик незамедлительно превратился в гитару и занял свое место в кресле.

Илья махнул ему рукой и спустился в квартиру к своей бабушке.

– Ба, привет! Я очень хочу новую гитару.

– Илья, и давно ты хочешь гитару? Ты и играть на ней не умеешь.

– Я буду играть на гитаре!

– Не верю! – ответила бабушка.

На школьную дискотеку Марина и Илья так и не пошли.

Шурику понравилась Инга, он подарил ей в знак симпатии белую норковую мышку. Почему норковую? Из этих славных белых мышат люди одно время шили норковые шапки. Мех белых мышей был похож на мех белых норок на брюшке, этим воспользовались скорняки. В соседнем доме мыши занимали целую комнату, в которой стояли клетки. В клетках сидели мышки, как кролики. Их кормили, поили и не выпускали из клеток.

Мышки размножались очень быстро, хорошо росли и превращались в белых норок. Это был семейный бизнес друга Шурика. Возможно, подарив белую норковую мышь девочке, мальчик хотел посмотреть, сможет ли она подхватить их бизнес в качестве его будущей жены. Хотя перспектива была тогда очень отдаленная.

Что происходило в семье Инги после появления белой мыши? С мышкой все играли в кошки-мышки. Мышка пряталась, но ее энергия не позволяла ей сидеть на одном месте, и она вскоре выскакивала из любого места на поверхность. Мышка очень понравилась Инге, она была шустрая и развлекала всю семью. В семье Инги никто не занимался разведением мышей, и мышь служила для всех обычным развлечением. Мышка вела вольную жизнь в отличие от своих собратьев, предназначенных быть шапками.

Что еще могла делать мышка? Мышка могла гулять по улице на плече Инги, а посмотреть на нее выбегали свободные от хозяев кошки и собаки, чтобы приветствовать ее мяуканьем и лаем. Мышка могла перегрызать телефонные провода. Она могла прыгать в высоту через барьеры. Мышке ставили чемодан, и она его перепрыгивала. Мышка, будучи маленьким существом, легко переезжала границы на поезде, ее портреты остались на фотографиях Инги. Так получилось, что мышка выросла, стала меньше прыгать и больше грызть то, что под зубы попадалось. Мышку оставили без свободы. Ее поместили в стеклянный аквариум, сверху накрыли стеклом и оставили щель для воздуха. В аквариум мышке подавали пищу. Как грустно стало белой мышке!

Иногда ей удавалось сдвинуть стекло, и она выпрыгивала из аквариума, совершая пробежки по квартире, пока ее не останавливали. Она перестала кататься на плече Инги. Изменилась белая мышка. Кто-то принес в дом кусок хлеба, пропитанный ядом для мышей, и спрятал в то место, куда любила забираться мышка. В свой очередной побег из аквариума мышка этот кусочек хлеба сгрызла и заболела. Мышка перестала выпрыгивать из аквариума, у нее не было на это силы, она отказывалась от еды и умерла.

Инга долго плакала над мышкой. Шурик предложил ей в подарок еще одну норковую мышь, но девочка отказалась от подарка. Ей стало жаль мышку, она уже знала, что мышь в доме – это не всегда радость и смех, а выращивать мышей для шапок она вовсе не хотела. Семья Инги проводила мышку с почестями, ведь она прожила в семье целый год и все к ней привыкли. Кто принес яд? Осталось загадкой по сей день.

Владимир ехал в вагоне метро. Он только что успешно сдал экзамен и был полностью доволен жизнью. Он любил быструю езду на машине, но иногда пользовался подземкой, где всегда было много людей. Бездна метро отторгала мысли, она отпугивала и не подпускала к себе человека, пытающегося проникнуть в собственное подсознание. Рядом с парнем стояла девушка.

Череда событий последних дней таяла, как пресловутый снег, более осязаемый, чем бездна очевидного подсознания. Чепуха, обведенная золотистым фломастером, была очевидна, но ведь кто—то ее написал на листке бумаге, который совсем недавно выполз из принтера, а теперь лежал в ее сумке.

Весна медленно вторгалась в мир солнечными бликами, что особенно чувствовалось после серых дней. Девушка, стоя рядом с молодым человеком, почувствовала его солнечную энергию. Она подняла руку, чтобы удержаться за поручень в вагоне метро. Молодой человек стоял рядом. Она еще не успела встретиться с ним глазами и такие чувственные слова услышала:

– Я Вас чувствую! – воскликнул молодой человек, это до него дошли флюиды девушки. – Нет, правда, от Вас идут удивительные биотоки.

– "А я девушек люблю", – ответила девушка ему словами из песни.

– В Вас проснулись импульсы желаний, в этом нет ничего удивительного, – девушка посмотрела в глаза стоящему рядом с ней молодому человеку. Ее словно кольнуло в сердце от его пронзительных глаз.

– Владимир, – сказал он, улыбаясь ровными зубами.

– Марина, – откликнулась она и окинула взглядом весь его облик: ничего особенного, стандартный молодой человек с черной тканевой сумкой через плечо. В метро такие сумки встречались сплошь и рядом.

Владимир уловил взгляд Марины:

– Вам что-то во мне не нравится?

– Да нет. Все в норме по местным правилам приличия. Я подумала: может, и мне такую сумку купить? А то у моей сумки ручка оторвалась. И она подняла вверх сумку с оторванной ручкой.

– Да Вы посмотрите внимательно: Вам ручку у сумки срезали.

Девушка повертела сумку, подержала в руке оторванную ручку.

– В подземных переходах полно сумок, куплю другую.

– Но и эту можно починить, – возразил Владимир. – А Вы заметили, что людей в метро меньше стало?

—А мне кажется, что, как всегда, потоки людей нескончаемы, а рекламы стало больше, – заметила Марина. – Мне выходить на следующей остановке.

Владимир забыл, куда ехал, и пошел за Мариной к выходу. Встречный поток пассажиров разлучил их на мгновенье, но этого было достаточно, чтобы он потерял ее из виду. Он прошел сквозь толпу и стал осматривать движущиеся потоки людей в поисках потерянной девушки. Мало того, что он вышел не на своей станции, так еще и потерял девушку. В его голове пронеслась ее история с сумкой, и он уверенно вышел из метро. Недалеко от выхода из метро стояли прилавки и на них лежали сумки. Продавцов стояло двое, а покупала сумку одна девушка.

Он подошел к ней:

– Девушка, Вы выбрали себе сумку?

Марина посмотрела на Андрея отсутствующим взглядом и выдохнула:

– Сумку я выбрала, но денег в моей сумке не оказалось. Куплю в следующий раз.

– Я могу купить Вам эту сумку, – отважно предложил Владимир.

– Отстаньте от меня! – крикнула Марина и нырнула в очередной поток людей, идущих из метро.

Вскоре она почувствовала сырость в сапогах, наступив в лужу. Она остановилась, но, махнув рукой в воздухе, перешла на сухую дорогу. Она шла быстро, не оглядываясь по сторонам. До ее дома оставалось метров сто, когда она почувствовала взгляд за спиной. Марина невольно повернула голову и встретилась глазами с Андреем.

– Марина, я Вас сегодня третий раз нашел! – выдохнул молодой человек с натянутой улыбкой.

– Что Вам от меня надо? У меня сапоги порвались! Ноги промокли. Я домой иду! – запричитала девушка.

– Как много у Вас проблем! Зовите меня в гости, будем их ликвидировать сообща, – предложил Владимир.

Дверь в квартиру Марины открыла ее бабушка, которая, быстрым взглядом оглядев внучку и молодого человека и ничего не сказав, просто пошла на кухню. Марина скинула мокрые сапоги. На ногах ее остались мокрые носки. Она опустила на пол порванную сумку, вынула из нее пакет с пирожками и отдала бабушке. Владимир не стал ждать приглашения и снял свои башмаки на внушительной подошве, потом поставил на пол свою невзрачную, но прочную сумку.

Из кухни показалась бабушка:

– Марина, опять ноги мокрые и сумка без ручки? Я сколько раз тебе давала деньги на сапоги? У меня одна к тебе просьба – чтобы у сапог была подошва больше одного сантиметра. А ты что покупаешь? Я сегодня ночью тебе двое сапог заклеила, они высохли. Эти высохнут – заклею.

– Обязательно все это надо сейчас говорить? – недовольно спросила внучка. – Я что, виновата, что сапоги расползаются от снежной грязи?

– Посмотри, какие прочные башмаки у молодого человека, учись у других! – сказала бабушка и опять ушла по своим делам.

Марина стянула мокрые носки, сунула ноги в тапочки и посмотрела на Владимира:

– Что мне с Вами делать?

– Пригласить на чай.

– Пройдите на кухню, – предложила Марина и прошла в комнату. Она залезла с ногами на диван, взяла ноутбук и стала быстро писать кому-то ответ.

Владимир пошел на кухню, но не успел он сделать и двух шагов, как бабушка вынесла поднос с двумя чашками чая и пирожками на блюдце. Она отдала ему поднос и махнула головой в сторону Марины. Девушка, не глядя на молодого человека, взяла чай и пирожок, продолжая долбить кнопки ноутбука. Он почувствовал себя лишним и стал осматривать комнату. Три дивана на небольшой площади удивили его, но еще больше удивили ноутбуки на каждом диване. Появилось желание сесть на соседний диван и взять в руки ноутбук или встать и уйти. В этот момент Марина надломила пирожок, вынула из него капусту, а тесто от пирожка положила на поднос.

Она насмешливо посмотрела на парня и сказала:

– Простите, Вы хотели решить мои проблемы? Сумка в прихожей, нитки и иголки у бабушки. Чините сумку, а мне не мешайте, – она включила музыку и стала подпевать, продолжая долбить по клавиатуре пальчиками с неподражаемым изяществом.

Владимир собрал чашки на поднос, отнес их на кухню, попросил у бабушки иголки и нитки для ремонта сумки. Бабушка одним движением руки подала то, что он просил. Он взял сумку, сел на стул и стал пришивать оторванную ручку. Марина так и не поговорила с Андреем. Он, починив сумку, ушел в неизвестность. И разошлись они, как в море корабли. Марина себя бедной никогда не считала. Просто они в последнее время сдавали квартиру бабушки и жили в несколько стесненных условиях.

Вечером Владимир позвонил в дверь Марины, в руках он держал большой пакет. Девушка, открыв дверь, без эмоций оглядела его с ног до головы и пропустила в квартиру. Она взяла пакет, протянутый ей молодым человеком. В пакете лежали новая сумка и сапоги.

– Владимир, зачем Вы деньги потратили, а если сапоги мне будут малы или велики? – недовольно спросила Марина, примеряя сапоги. Сапоги оказались ей впору. Она покрутила перед собой сумку, но и к сумке у нее претензий не было, она ее уже выбирала, но купить не смогла. – Вы что, такой богатый, что всем покупаете дорогие подарки?

– Я Вас чувствую! – крикнул Владимир, уходя из квартиры…

Дома Марину встретила моложавая мама, еще вполне интересная женщина! Марина была молодой девушкой, она отражалось во всех зеркалах квартиры. Она стала соображать какой это год ее жизни, чтобы не ошибиться в поступках и словах, обращенных к бабушке. Пройдя по квартире, она поняла, что живет в этой квартире с матерью и бабкой, судя по всему, институт она еще не окончила и недавно стала работать. Марина пошла в ванну, в зеркале посмотрела на свое подтянутое, молодое тело. Она вся была молодая! В ванне она полежала от души, потому что в далеком прошлом было трудно с горячей водой и моющими средствами, уж очень они были неудобные для употребления.

Марина нежилась в пене, она налила шампунь на волосы, которые были достаточны длинные и даже неокрашенные, взяла мочалку из морских водорослей и смыла с себя историческую грязь. Она на самом деле вернулась в свое время с некоторой ошибкой во времени. Марина напрягла память, но память не пускала в ее родное, уже однажды прожитое будущее. Она помнила, что первым мужем был парень, с которым она отдыхала с детства на море, и это ее иногда напрягало. У Марины появилась новая любовь. Он южанин, уроженец деревни с минеральными источниками. На его родине тепло, и он здесь плохо себя чувствует, хотя живет здесь совсем недавно. В ее квартире ему понравилось все сразу, как будто он попал в другой мир. И он точно не ее брат по отцу. Но это была мимолетная дружба.

Марине исполнилось восемнадцать лет, ее заботами наполнен дом. День рождения бабушки в этом году отметили в тесном кругу родственников, было всего девять человек. А к Марине придут человек тридцать девять. Она общительная, у нее тьма друзей, подруг, приятелей.

Бабушка на брутальный праздник даже не пойдет, но руку к наряду она уже приложила. Она укрепила искусственные камни на платье Марины, пришила пуговицы, похожие на камни. Нормально получилось. И с прическами у них разная ситуация. Бабушка все прически сама норовит сделать, а Марине сделают прическу одноразовую по цене, которой бы хватило на прическу длительного пользования, месяца на три.

Бабушка и внучка вообще, разные дамы. Марина уже сдала на права, и прекрасно водить машину. А ее бабка пешеход автобусный. Марина готовит для Марины праздник, оплачивает ресторан, готовит конкурсы, подарки. Фотоальбомы и видео подбираются тщательно для праздника. Хотя в этом что-то есть, если Марине исполняется 18 лет, то ее мама тоже становится свободным человеком. Она уже может выдать дочь замуж. Да, пожалуй, это их общий праздник. Нет, Марина не собирается изменять мужчине, ей с ним комфортно. Кто он? Пока никто. Что там никто – Илья.

Глава 3. Высокие каблуки

За окном светило солнце так, как давно не светило: ярко и без признаков облаков. Округ купался в сухом климате, который случайно заглянул в эти места, да так и остался. Школьник на своей парте обнаружил зеленый кусочек неизвестного материала, на срезе он был белым. Он автоматически положил его в рот, и кусочек через некоторое время стал мягким.

Теперь молодой человек сидел и жевал странное вещество. Он посмотрел на девушку. Она хлопала огромными ресницами, которые вполне могли бы удержать на себе спичку или любой мелкий предмет. Ее круглое лицо в обрамлении темных волос источало волны невинности. Она была чудо как хороша, поэтому она была верхом внимания Ильи. Он таял от одного ее вида.

Они сидели за одной партой и источали друг другу флюиды взаимной нежности и любви. Марина и Илья много не говорили, внимания к себе не привлекали, числились хорошими учениками и никому не мешали. Илья – гибкий парень с острыми плечами и тонкой талией – гипнотизировал Марину своей внешностью. Она была счастлива оттого, что он сидел рядом. Она знала, что собаки взрослыми становятся за один год, а ей было в шестнадцать раз больше, но ее взрослой никто не считал за ее милое детское лицо. Иногда одноклассница Инга претендовала на Илью, но отношения между ними по большей части носили шутливый характер.

Марина очень любила мультфильм про корову с длинными ресницами, ей казалось, что она в прошлой жизни была буренкой, хотя всегда жила далеко от деревни. Девушку редко на дачу возили, чаще отдыхала она в южных городах. У нее была небольшая грудь, напоминающая вымя коровы без всяких вкладышей. Илья предпочитал смотреть фильмы о человеке—пауке. Он представлял себя суперменом в плаще, летающим между домами. Одним словом, ничего общего в мечтах влюбленной пары не было, но это не мешало им наслаждаться общением друг с другом в жизни до поры до времени. В Илью вселилось неизведанное желание, оно тяготило его, ему хотелось летать вокруг нее на крыльях любви в плаще, неотразимом для любой девушки. Эти желания отвлекали его все больше, а девушка продолжала смотреть на него ясными глазами беззаботной коровы. Он трепетал от любого прикосновения к ее руке, он изнемогал, но не мог понять от чего.

Марину внезапно пронзило острое чувство, неизвестное, тревожное и зовущее. Она резко повернула лицо к Илье. Он смотрел на нее. Шел последний урок. Они вместе вышли из школы. Май трепетал первой листвой. Теплый воздух опьянял пряными запахами нежной зелени. Травка нежно зеленела. Марина отщипнула несколько травинок и сунула их в рот.

– Ой, как вкусно! Илья, попробуй зеленую травку!

– Здесь собаки ходят, а ты в рот траву берешь!

– Ладно, я попробую листик, – и она оторвала пару листиков с дерева и взяла их в рот.

– Ты такая голодная? Давай купим мороженое.

– Ты что, зелень вкуснее! – сказала Марина и выплюнула незаметно зелень изо рта.

Они зашли в парк, купили мороженое и пошли по аллее. Марина случайно уронила мороженое, которое подхватил бродячий пес. Она сорвала высокую травинку и стала ее жевать.

– Я понял, тебе витаминов не хватает. Вон листики одуванчиков, кушай, – смеясь, сказал Илья, пытаясь удержать в своей руке ее руку с зеленой травой.

Марина встала на четвереньки, вырвав у него свою руку, и на его глазах стала превращаться в корову или теленка женского рода. Все, чего она хотела, так это щипать молодую зеленую траву.

Илья глубоко вздохнул, ему захотелось забраться на дерево или взлететь на него. Он бросил на землю школьный рюкзак и полез на дерево. Вид с дерева был опьяняющий. Он посмотрел на буренку. Она все еще ела траву. У буренки выросли рожки сквозь волосы. Джинсы натянулись и готовы были лопнуть в любую минуту, но швы у них были крепкие. Марина стояла на четвереньках, как настоящая буренка, и ничто в ней не напоминало девушку.

Илья оказался рядом с ней, ему очень захотелось быть молодым бычком! Он готов был на нее запрыгнуть, про собак он все хорошо знал и про крупный рогатый скот догадывался. Он уже закинул ногу на холку молодой буренки, но что-то его приподняло вверх. Парень с удивлением обнаружил на себе плащ, приподнимающий его над землей. Илье хотелось оседлать буренку, смертельно хотелось быть бычком, но крылья его удерживали над буренкой, не позволяя к ней приблизиться.

Буренка подняла голову на Илью: он был красив в плаще. Марине захотелось стать девушкой, ей безумно надоело быть коровой! Она с огромным трудом пыталась встать на задние ноги, но передние копыта только немного отрывались от земли и вновь опускались на землю. Трава в глотку не лезла!

Илья подлетел к дереву, снял с себя плащ и спустился на землю. Он подошел к буренке, у которой в глазах стояли слезы, и поцеловал ее. И о, всемирное чудо! Марина стала превращаться в обычную девушку. Они просто обнялись. Школьники выпускного класса были рады вернуться в обычное состояние. Губы у девушки были зеленые от травы, но она радостно и нервно рассмеялась. А он поцеловал ее зеленые губы. Им стало так хорошо, что рядом запел соловей. Его волшебные трели трепетно отзывались в молодых сердцах. Они сели на скамейку.

– Что это было? – спросил Илья.

– Не знаю, со мной такое впервые, – ответила Марина, – мне до сих пор жутко.

– Надо думать. Пройти через такое превращение! Что ты чувствовала, когда была буренкой?

– Ничего, хотелось травы, и все.

– А бычка тебе не хотелось?

– Чего-то точно хотелось, но чего именно – я не могла понять. А ты летал на плаще и был необыкновенно красив.

– А я все думал, как на тебя опуститься, но крылья мне не давали к тебе приблизиться. Нет, я не хочу летать и зависеть от желаний крыльев или чужого мозга.

– А я не хочу быть больше буренкой! У меня всегда перед глазами стояла буренка с ресницами из мультфильма.

– Точно, ты на нее похожа.

– А ты хотел быть человеком—пауком? Все с тобой понятно. Давай хотеть быть людьми! Ты такой красивый и без плаща!

– А ты и так красивая!

Марина и Илья медленно пошли по аллее, потом вернулись за сумками и побежали навстречу своей любви. Вот теперь в школе стали говорить о том, что Илья и Марина – пара, а до этого они были обычные одноклассники. Непонятно, как школьники разбираются в любви с первого взгляда? Ведь сами они этого не проходили!

У Ильи и Марины глаза стали светиться при виде друг друга, они уже знали свои потаенные превращения. Нет, они не поверили в превращение и сказочность своих персон, они постарались о них забыть.

Директор с растрепанной ветром прической сказала прощальную речь, завершив ее следующими словами:

– Главное в жизни – найти источник положительных эмоций и заставить работать тело и внутренние органы, дабы они не дребезжали и не брюзжали от лени.

От младших и старших школьников выступили активисты с громкими голосами. На этом торжественная часть замерзания была закончена. Замерзшие дети пошли туда, куда положено: кто на каникулы, а кто готовиться к выпускному вечеру. Марина и Илья пошли в школу, где им сообщили расписание экзаменов и еще раз обговорили план проведения выпускного вечера.

Марина после школы собиралась идти в медицинское училище. Мединститут ей сразу не потянуть, хватит того, что она школу закончила! Хотя точные науки ей давались лучше.

В квартире Ильи на окнах всегда цвела герань. Но однажды он услышал крик матери, которая в очередной раз вернулась домой:

– Кто сорвал цветы герани?

Илья и его отец вышли на крик.

Мать смотрела на горшки с геранью без единого цветочка. Кошки и собаки у них в доме не было, посторонние не приходили.

– Мама, я не ем герань! – в сердцах сказал Илья.

– Мать, я не коза, лепестками не питаюсь, – пробасил отец.

– Я тем более не питаюсь геранью! – воскликнула мать, готовая разреветься от досады.

– Извините меня, но это сорвала цветы. – сказала Марина, выходя из комнаты Ильи.

– Марина, тебя покормить забыли? – с надрывом спросила мать.

– Цветы герани такие вкусные!

– Что?! – воскликнул отец. – Мать, она шутит или правду говорит?

– Ну что вы так расстроились? Я только на кухне съела цветы герани, в комнате я их еще не ела, – наивно проговорила Марина.

– Мать, она не все цветы съела! – весело воскликнул отец.

– Ладно, отец, цветы я восстановлю. Но что нас ждет дальше, сын?

– Мама, Марина любит жевать зеленую травку газона, – преданно проговорил сын.

– Сын, я ей проращу зерна пшеницы, – улыбнулась мать.

– Ой, спасибо! – вскрикнула Марина.

– Марина, а может, ты салат съешь из свежих овощей с зеленью? Я быстро сделаю салат, у меня новый нож, я помидоры нарежу и все остальное.

– У нас всегда дома есть свежие овощи и капуста. Я страсть как капусту с огурцами люблю, – ответила Марина.

– Деточка, ты, вероятно, была в прошлой жизни козой или кроликом?

– Мама, она была буренкой! – подсказал Илья.

– Шутник, – сказала мать и ушла на кухню.

Большие дети зашли в комнату, закрыли за собой дверь.

– Марина, это так серьезно, я про герань спрашиваю? – без улыбки спросил Илья.

– Нашло. Раньше такого не было, а теперь так тянет на цветочки—лепесточки!

– Ешь укроп пучками, но герань?! Зачем?! – недоумевал молодой человек.

– Знала бы зачем, не тронула бы цветочки. Кушать хочется.

– Я начинаю за тебя бояться.

– Брось меня, подними другую.

Неожиданно Илья подпрыгнул, зацепился за кольца на потолке и стал похож на обезьяну, которая на руках бегала по потолку. На самом деле, на потолке были закреплены кольца, уступы и палки на веревках, он за них держался руками, а казалось, что он на руках ходит. Илья показал свой гимнастический сериал, спрыгнул на пол, схватил с тарелки банан и стал его жевать.

– Илья, а ты кто? Обезьяна или человек-паук?

– Я человек с развитыми руками, вес у меня легкий, и я легко держусь руками за любые предметы.

– Ты ненормальный человек, – протянула девушка.

– Хорошо, но быть обезьяной – это проще, чем быть коровой.

– С копытами тяжело, это точно, – согласилась она.

Их позвали на ужин с большим количеством салата из свежих овощей с зеленью. Марина набросилась на салат, он мелькал и быстро исчезал из салатницы. Остальные только облизнулись и ели мясо с картофелем, к этим продуктам она не прикасалась. Марина сидела сытой кошкой и лениво жевала картофель. Отец уплетал мясо за обе щеки, он даже добавки попросил, весь его облик напоминал льва после охоты. Мать жевала картофель с салатом, который положила себе в тарелку до прихода Марины. Она вернулась в дом мужа и сына и теперь с удовольствием им готовила.

"Интересно, а мать его кто?" – подумала Марина и не могла придумать, но решила, что до комнатных цветов она больше опускаться не будет, она не коза. Марина посмотрела на окно, вверху на полочке стояли кактусы. Она улыбнулась: нет, она не верблюд! Ужин прошел в дружеской обстановке и без упреков. Марина вышла из квартиры одна, достала из кармана пакетик с лепестками герани и выбросила в урну.

– Неужели я ем герань, – проворчала Марина и медленно пошла к себе домой.

Дома Марина вынула из школьной сумки копыта, повертела их в руках и положила в шкаф. Всю эту бутафорию с буренкой она придумала давно, после посещения детского спектакля, но использовала впервые. Была у нее светлая мысль стать актрисой, и еще она слышала, что с ее ростом приходится играть мальчиков и животных. Быть буренкой Марине расхотелось, а, чтобы быть ею на сцене – и речи быть не могло. Нет, она лучше пойдет в медицинское училище!

На следующий день Илья все подмигивал Марине. Что он знает? Ровным счетом ничего! Что она цветы с клумбы ела? Да ни за что! Если только на спор и за большие деньги. Они зашли на спортивную площадку, где Илья показал, какой он классный парень, на школьных тренажерах весьма грубого изготовления. Он так старался, что сорвался, из его голой ноги побежала кровь ручьем.

– Марина, ты хотела быть медсестрой, забинтуй! – прокричал Илья.

Она с ужасом смотрела на кровь, на разорванную рану:

– Нет, я уже расхотела быть медсестрой!

– Принеси подорожник, он растет на газоне!

Марина нехотя сорвала листья подорожника и стала прикладывать их к ранке.

Приближался последний звонок в школе, надо было учиться, и любовь отошла на второй план. Последний школьный день выдался дождливым и холодным. Школьников выстроили на улице. Холодный ветер пронизывал их насквозь. Школьники, учителя и родители надеялись на теплую погоду, всем хотелось что-нибудь оголить. Первоклассники просто замерзали вместе с родителями. Первый класс провожал последний класс. Этот последний класс выглядел очень разрозненно в плане роста и толщины школьников последнего дня обучения.

Илья решил идти в школу полиции. Отец за то, что он окончил школу, подарил ему автомобиль предпоследней модели отечественного производства. Марине это очень понравилось. Они оба ходили домой друг к другу, и родственникам оставалось только признать их дуэт. После того как отец переехал в новую квартиру, к нему опять вернулась жена, то есть мать Ильи, и на все окна поставила герань.

Инга пришла к Марине по старой дружбе. Они сели на кухне за стол и стали пить чай. Марина все про Илью говорила. Инга вспоминала Гитарного пажа, как держала его на коленях вместо гитары. Они сложили все воспоминания в кучу и пришли к выводу, что все это мистика чистой воды. И добавили чая в кружки.

Девушки поговорили за жизнь и пришли к выводу, что надо съездить на большой рынок имени колбасных изделий. Народ под праздник туда толпами ехал, цены там были ниже, выбор вещей богаче. Если ноги ходят, люди мчат туда на всех парусах, а обратно идут, как вьючные верблюды. Денег у молодых девушек всегда мало, а хочется всегда много. Сговорились они и поехали на рынок.

Марина не смогла сбросить весь лишний вес и взлететь на высокие каблуки. Какая все это ерунда, но как она близка к мелодраме. Каждая пара обуви может рассказать о любви, о небольшом увлечении, о пережитых чувствах, о непонятых тревогах Марина ходила с прической, пиком которой была коса, заплетенная из конского хвоста. Да, такая она! Вне моды. У нее был редкий по нынешним временам стиль. Марина проливала слезы лужами, и сама их вытирала, и возвращалась к себе домой. Она вновь сидела перед стертыми носками и каблуками сапог и только что не рыдала. Она вспоминала слова бабушки о том, что обувь есть для улицы, для машин, для помещений. Она иногда покупала обувь на тонкой подошве и на высокой шпильке.

Сапоги такого пошива все одноразовые, как говорила мать, в них пройдешь раз по асфальту – и в ремонт. Идти в мастерскую ей страшно не хотелось, но и ходить в таких сапогах было нельзя. Покупать новые сапоги? Хотя за суммарный ремонт обуви она как раз отдаст столько денег, что хватило бы на новые сапоги, такие, какие мать носит, и носит без единого ремонта. Мать всегда рассчитывала на себя и практичность в обуви и одежде.

Погоревала девушка над последними сапогами без шпильки, кожаными, высокими, у которых каблуки стерлись под углом, словно они дешевые. Дешевые сапоги так не стираются, они выносливые, а на эти сапоги она столько нервов положила и денег, а они оказались для богатых: носила неделю – выброси. Слезы то набегали, то высыхали, так проскочило часа три. Наконец, она все сапоги свернула и засунула в большой пакет и, всхлипывая от жалости к себе, пошла в ремонтную мастерскую.

Ах, эти высокие каблуки!

Но как на них ведутся мужчины! Так думала Марина, семеня в сапожках на высоченных каблуках со скрытой платформой. Что делать, если ее рост был мал, а она постоянно заглядывалась на высоких парней. Вот опять она дружила с молодым человеком, который был выше ее на полторы головы. Из-за этого она с утра до вечера ходила на высоких каблуках. Это не жизнь, а сплошной цирк. Стоило ей снять обувь на каблуках, как она становилась крошечной девушкой, вечным подростком. Но если она надевала обувь на каблуках, она взлетала вверх, туда, куда ей природой путь был заказан.

Девушка постоянно задавала дома один вопрос:

– В кого я такая маленькая?

Слезы накатывались на ее глаза от отчаянья. Годы шли, но ее рост существенно не изменялся. На вид она становилась плотной, сильной девушкой. Она понимала, что с такой внешностью парней не завоюешь, да и подружки ехидничали на все лады. Тогда она стала худеть, истязать себе голодовками. Зрительно ее фигурка стала красивей, но в ней исчезла обыкновенная сила. Она стала хрупкой девушкой. Нормальную сумку с учебниками с трудом поднимала. Любой вес стал для нее наказанием. Плюс был один – она легче взлетала в обувь с каблуками и ходила в ней, чтобы никто ее не считал низкорослой.

Последняя любовь Марины на данный момент времени продержалась уже пару лет. Как она перед ним ходила на каблуках! Ой, девушка без устали жила на цирковой арене влюбленности. Но подружка была высокая и легко подходила к ее молодому человеку безо всяких каблуков. А каблуки?! С каблуками до любви, а как на них войти в любовь? Каблуки – это яркий показатель влюбленности молодой девушки или женщины. Если муж у женщины невысокого роста, а она вдруг взлетела на высокие каблуки, значит, тот, кого она действительно любит в этот момент, высокого роста.

Сказка о Синей Бороде? Вот! У женщины высота каблуков на обуви и является ее синей бородой, можно сказать, еще и предателем ее увлечений. Жить можно с одним мужчиной и физически ему даже не изменять, но истинная любовь женщины всегда колеблется на каблуках, меняя их размеры. Можно еще добавить, что если женщина высокого роста, да на высоких каблуках ходит рядом с низкорослым мужчиной и утверждает, что он смысл ее жизни, то тут можно сильно засомневаться. Или хотя бы дать деньги ей на новую обувь и посмотреть, что же она купит и кого она любит.

Как же Марина? Сложно ей, сложно понять, что на всю жизнь трудно удержать высокого мужчину, потому что соблазнов у него много. Лучше выбрать себе молодого человека и не чувствовать себя рядом с ним девушкой. Маленькой елочке холодно зимой… В морозы на каблуках лучше не ходить. В морозы надо быть морозоустойчивой и сытой, а потом уже думать о любовном цирке. Но как-то ей пришлось взлететь на каблуки. Ей подарили деньги, и она купила зимние сапоги на каблуках.

В новых сапогах Марина вновь стала заглядываться на высокого красавца. О, как он был хорош! Она жила мимолетными встречами с ним. Сколько она обуви купила на высоких каблуках ради него! Она сама себя выдавала с потрохами. И все же прекрасно, что она испробовала новое чувство любви, которое очень зависело от величины каблука. Но так получилось, что высокий красавец исчез из ее жизни. В жизнь Марины вторгся одноклассник. Он так ее веселил, что она стала ходить на тонкой и плоской подошве, есть больше и толстеть. Она стала невысокой и полной девушкой. Он взял и исчез. Она уже стала толстой коровой, которая не могла устоять на каблуках, даже небольших. Каблуки, каблуки, были вы так легки, а остались лишь тапки.

Иногда Марина просила мать пойти с ней в магазин, но мать на все отвечала примерно так: у нее нет денег на то, чтобы выходить с такой дочкой из дома. И это было верно, дочь постоянно тянула из матери деньги, как могла. Молодые люди любят унижать старших и при этом выпрашивать все деньги, что те получают. Марина от жалости к самой себе чуть не разревелась…

Но все меняется иногда…

Марина пошла домой к Илье под Новый год. В подъезде она увидела беловато-голубоватое облако. Снегурочка задумчиво сидела на ступеньках лестницы в подъезде – так казалось тем, кто проходил мимо нее. Длинная белая коса лежала на груди и не колыхалась от дыхания. Марина посмотрела на Снегурочку. Ей показалось, что Снегурочка дышит, и она спокойно прошла мимо. Лицо Снегурочки было спокойное и слегка удивленное, глаза прикрыты, и потому создавалось впечатление сна и покоя. Крови на одежде не было, выглядела она как заснувшая сказочная принцесса.

Люди проходили с новогодними сумками и не останавливались. Может быть, Снегурочка ждала Деда Мороза и заснула от усталости. А может быть, она не спит, а просто глаза прикрыла. В подъезд вошел Илья. Его очень удивила спящая Снегурочка. Он дернул Снегурочку за белую косу. Коса сдвинулась с места, и под ней стала видна дорожка из капелек крови, тогда он поднял косу и увидел маленькую золотую ручку, торчащую из груди Снегурочки.

Илья положил косу на место и побежал к себе домой. Внутри квартиры все крупные предметы были перевернуты: кто-то что-то искал у них в квартире. В квартире, кроме Марины, не было никого. Она подошла к дивану, подняла сиденье и застыла в удивлении: в деревянной нише дивана лежал огромный меч с золотой ажурной рукояткой, рядом лежал маленький кинжал с золотой рукояткой, отделанной камнями. Сталь лезвия меча поблескивала в темноте дивана. Она быстро опустила сиденье дивана и села на него с задумчивостью Снегурки. Илья подбежал к Марине и стал дергать ее за руку.

Она с большим трудом пришла в себя:

– Подожди, Илья…

– Марина, что ты в диване увидела? Кто у нас все перевернул?

– Не знаю. Здесь было все перевернуто, а дверь входная была приоткрыта.

В дверь сильно забарабанили кулаком. Марина пошла к двери, чтобы открыть ее. За дверью стоял встревоженный Дед Мороз:

– Где мой посох? Я его у вас забыл! Он у двери стоял! А, бумагу вижу, в которую посох был завернут, а где то, что было в бумаге?

– Я не знаю, о чем Вы спрашиваете, – медленно проговорила Марина.

– Знаешь, девка, говори, куда дела!

– Вам меч нужен? – спросила неосторожно Марина.

– Точно знаешь, а говоришь, что не знаешь.

Илья стоял за дверью в другой комнате, когда услышал, что про меч говорят, попытался поднять диван, но только чуть приподнял. Увидев блеск меча, он отошел от дивана. В комнату вошел Дед Мороз. Марина приподняла сиденье дивана.

Дед Мороз посмотрел на меч и кинжал и как закричит:

– Где еще золотой нож?!

– Здесь ножа не было, – ответила она.

– Я видел золотую ручку ножа в сердце Снегурочки. Вы мимо нее только что прошли! Она на лестнице сидела! – крикнул Илья.

– Где Снегурочка? Она убита?

Дед Мороз, автоматически закрыв диван, сел на сиденье. На некоторое время он замер.

– Где Снегурочка? – спросил Дед Мороз.

– В подъезде, на первом этаже, – ответила Марина.

– Я шел с верхнего этажа. Когда мы расстались со Снегурочкой, она была жива. Ой, как тут у вас все разбросано, а когда мы с ней выходили из квартиры, то здесь был полный порядок!

– Дед Мороз, Вы сюда уже приходили, но кто Вам двери открыл? – спросил Илья.

– Дверь мне открыл парень в халате. Снегурочка, когда его увидела, воскликнула: «Ой, это ты!»

Дед Мороз продолжил говорить:

– Видимо, Снегурочка и парень были знакомы. Я увидел, что родителей дома нет, и решил пойти по другому вызову на верхний этаж. Снегурочка сказала, что останется здесь, потом меня догонит. Я взял мешок с подарками, а трость сгоряча забыл в углу вашей прихожей.

– Так это был Шурик! – воскликнула Марина. – Тогда все понятно становится.

– Да, похоже. Снегурочка схватила посох, а Шурик у нее стал отбирать. В посохе у меня был спрятан очень дорогой подарок для одного мальчика, который увлекается коллекциями холодного оружия.

– Вон оно что! А почему Вы не положили подарок в мешок?

– Нож в мешке не утаишь, а тут целый военный набор холодного оружия! Да, но мы все в этом виноваты: я – из-за халатности, а ваш Шурик убил Снегурочку. Надо обсудить, что детективу скажем. А где теперь он? И почему Снегурочка оказалась в подъезде? – разговорился Дед Мороз.

– Пусть в этом детектив разбирается, – и Марина позвонила по телефону детективу.

Детектив приехал довольно быстро и спросил у Марины:

– Детектива вызывали? Убийство здесь произошло? Покажите.

– А Вы разве не проходили мимо убитой Снегурочки? Идемте, она в подъезде сидела.

Все спустились на первый этаж, но Снегурочки там не было!

– Ложный вызов под Новый год, да еще с Дедом Морозом! Шутите с утра пораньше!

– Эй! Кто здесь плачет? – раздался сверху дивный женский голос.

С верхнего этажа спускалась Снегурочка! Немая сцена. Все с удивлением смотрели на Снегурочку.

– Объясните, в чем дело? – сурово спросил детектив.

И Снегурочка сказала:

– Ой, господин детектив, все получилось случайно. Мы увидели в углу палку Деда Мороза, бумага раскрылась, а в ней оказались меч, кинжал и нож – и все золотое. Мы поиграли острыми предметами, потом я их спрятала. Шурик увидел, что Илья с Мариной к дому идут, и позвал меня, чтобы мы их встретили. Мы и пошли. Шурик взял томатный сок, брызнул мне на грудь, между грудью и подмышкой вставил нож, заставил сесть и все прикрыл косой. А я плаванием занималась и умею надолго сдерживать дыхание. Мы пошутили!

– Хороши шутки! – сказал детектив и вышел из подъезда.

– Я сам видел убитую Снегурочку, – задумчиво сказал Илья.

Глава 4. Двенадцать зайцев

Город, состоящий из небольших домов, прятался среди огромных деревьев, которые были настолько велики, что их крона уходила в небо. Все попытки разглядеть, где она заканчивается, ни к чему не приводили. Марина вспомнила, что друзья намекали о существовании огромных, прямых, великолепных деревьев, но она и представить не могла, что деревья могут уходить изгибами своих ветвей прямо в небо, на котором облака особо не разгуливали.

Насмотревшись вверх, она опустила глаза до уровня домов. Это были постройки не выше трех этажей, украшенные крупными камнями округлых форм. Смеркалось. На домах засветились таблички с названием "Округ Изумруд". Она подумала, что Изумрудами здесь могут быть кроны деревьев, поскольку слышала шелест листвы, доносившийся сверху, но шума прибоя океана она не слышала и не видела. И при чем здесь снег?

Как Марина попал в этот теплый округ, она абсолютно не помнила и поэтому не представляла, где предстоит спать и куда надо идти. Она еще раз посмотрела на прямые стволы деревьев и решила пойти в ту сторону, где их не было. Она шла, встречая людей только баскетбольного роста, где-то от двух метров высоты. Она сама себе показалась миниатюрной в стране великанов – людей и деревьев.

Марина посмотрела на газоны, поросшие кустарниками с крупными цветами. Она жила там, где верхушки деревьев были видны из окна, а их округ назывался «Изумруд».

Шурик сидел один и смотрел телевизор. На экране промелькнул фильм о пиратах, живших в свое время на астероидах, то есть на кораблях. Он представил себя боцманом на деревянной ноге. А почему бы и нет?! Эта прелестная Марина – Венера его в гости не приглашала, а очень хотелось ее достать. Но как? Изобразить скрипучего боцмана? Почему бы и нет? Он решил стать хромым боцманом, он надел разные по высоте подошвы башмаки. Один башмак стучал. Второй башмак скрипел. На лицо он надел маску пожилого человека. Он был готов нанести свой визит к Марине – Венере. Мини – камеру закрепил на лацкане пиджака.

Марина подошла к своему подъезду. Моложавый человек посмотрел тяжелым, диким взглядом на Марину. Он перевел свой дерзкий взор на закрытую дверь дома, когда она набирала код для входа в подъезд. Он не сводил глаз с ее рук. Она чувствовала этот жуткий взгляд, поэтому ошиблась. Она сбросила код и вновь набрала, прикрывая номер кода замка своего подъезда. Мужчина ворвался следом за Мариной в светлый холл, к лифту он не подошел. Сильно хромая, он стал подниматься по лестнице. Марина посмотрела вслед хромому с внутренним страхом. Ей показалось, что в его ноге кроме самой ноги что- то есть еще. Но что? Или показалось…

Лифт остановился, открыв двери. До нужного этажа она доехала без проблем. Хромого на ее этаже не было, да и не мог он физически преодолеть столько этажей раньше нее. Страх в душе Марины появился от его жуткого взгляда. Она открыла свою входную дверь, торопливо задвинула засов и немного успокоилась. Вскоре позвонила в дверь Инга. Они договорились встретиться, чтобы обсудить свои личные проблемы и просто отвести душу в разговоре.

Подруга Инга влетела в квартиру Марины с круглыми от ужаса глазами:

– Марина, в вашем лифте света нет! В холле света нет!

– Инга, я недавно приехала, свет был везде.

– А сейчас! Представь подъезд, когда в нем света нет! Не люблю я эти ваши башни до чертиков. Страшно в башнях! Двадцать этажей давят на психику, каждый этаж похож на западню! На болоте лучше жить, этажей меньше.

– Мы живем.

– Марина, ты идешь с ключом от дверей между лифтом и площадкой у твоей квартиры. А я выхожу из лифта и вижу две закрытые на замок двери, да еще четыре двери лифта. Представь: свет выключен. Это же ловушка! Уникальная ловушка.

– Ты права, Инга. Лестница есть между первым и вторым этажом, выше она перекрыта на каждом этаже. Сегодня видела хромого человека, он шел на второй этаж по лестнице. До нашего этажа ему не подняться, в боковом подъезде закрыты все двери на площадки с квартирами.

– Поэтому не люблю я эти башни.

– Знаешь, у нас ремонт на площадке не делали 18 лет, столько лет мы здесь живем.

– Сама крась стены в подъезде на своем этаже.

– Еще чего, лестничная площадка огромная, здесь четыре больших квартиры. В двух квартирах никто не живет. В нашей квартире нас двое, да еще в одной один человек живет.

– А еще пятиэтажные дома сносят, в них хоть лестница была! А у вас в башнях свет отключи – и все застрянут в своих квартирах навечно.

– Да, башня огромная и полупустая. А в твоем доме на болоте людей совсем нет, одни упыри, сама говорила.

– Это точно. Любят люди безопасность, а не огромные площади.

– Не скажи, башни разные бывают.

– Мы о твоей башне говорим, Марина.

За дверью послышался странный звук. Девушки переглянулись. Свет потух в квартире. Дверь входная открылась. Они вжались в огромные кресла, в которых сидели. Послышался неравномерный скрип обуви.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Подруги замерли. Свет вспыхнул. Перед ними стоял моложавый человек с пронзительным взглядом черных глаз.

– Девушки, у вас есть одно желание на двоих. У меня есть всего одно желание. У нас на троих есть одно желание, – ледяным голосом проговорил мужчина, словно он робот.

– Чего Вы от нас хотите? – дрожащим голосом проговорила Марина.

– Вас хочу. Очень. Правда не знаю зачем.

– Вы что, людоед? – хриплым голосом спросила Инга.

– Не складывается ваш пасьянс. Я вас хочу вместе и на этом лежбище, – и он показал на диван, который был из одного комплекта мягкой мебели с гигантскими креслами. Значит, диван был огромный.

– Без вина, на сухую? – переспросила Марина.

– Можно с ликером.

– У меня ликера нет, – ответила Марина.

– А чего спрашиваешь? Раздевайтесь! – неожиданно громко крикнул мужчина.

Девушки к блуждающему стриптизу были не готовы. Стали стаскивать с себя одежду.

– Прекратить! – зарычал мужчина, встряхивая длинными волосами.

– Что прекратить? – хором спросили подруги.

– Перестаньте снимать с себя одежду!

– У меня рука сломана в запястье, – заныла Марина.

– Отлично, ты мне и нужна! У меня нога сломана. У тебя рука сломана. Мы будем отличной парой.

– Я могу уйти? – запищала чужим голосом Инга.

– И тебе сломаем, если уйдешь! – назидательно сказал хромой. – Быстро присели обе! Я сказал: обе!

– Я не могу присесть. У меня брюки узкие. Я располнела.

– Сними брюки, приседай без них.

Инга стянула с себя брюки. На девушке остался треугольник с тесемочками. Она присела.

– Фу, голая девчонка, – укоризненно проговорил мужчина. – Ты вся наружу! Ладно, приседай. Приседай, я тебе сказал! – завопил хромой, садясь в кресло.

– Это что, разминка? – спросила Марина.

– Я о любви ничего не говорил.

– А кто нас хотел на диване? – устало спросила Инга, приседая двадцатый раз. – Лучше уж на диване…

– Ложитесь на диван. Обе ложитесь на диван!

Девушки легли рядом на диван: одна в шортах, вторая в трусиках.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Мужчина вышел из комнаты. Девушки встали. Инга стала натягивать на себя брюки.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

– Почему пресс не качаете? – спросил хромой.

– Приказа не было, господин полковник! – бойко сказала Инга.

– Я не полковник. Я – боцман в отставке.

– Что, и покомандовать некем? – жалостливо спросила Инга.

– Молчать! Я сказал молчать!

– Какой командный голос…

– Разговорчики в строю…

– Мы зачем нужны? – спросила Марина. – Давайте я стол накрою, покормлю Вас.

– Накрывай! – крикнул хромой.

Марина быстро пошла на кухню.

Инга никак не могла брюки застегнуть, слишком они были узкие.

– Какая ты несуразная девчонка, – с теплотой сказал мужчина.

– Обижаете, господин боцман.

– Поверишь, нет…

– Поверю, господин адмирал!

– Куда хватила! А звучит красиво, так меня еще не называли.

– И сколько у Вас девушек в месяц бывает? Поподробнее! Вы вторгаетесь в квартиру к девушке, ее не грабите, не насилуете. Зачем она Вам? – удивилась Инга.

– Смотрю, какие девушки разные. Вот вас двое, а какие вы разные!

– Вторая девушка ушла готовить, а ты пять минут плясала, все брюки пыталась застегнуть.

– Я Вам не понравилась? Простите, а что с Вашей ногой?

– Так, шальная пуля.

– Почему нога не гнется? Ее нет? У Вас протез?

– Чего прилипла? Не скажу.

– Покажите, я врач. Ортопед, между прочим.

– Так бы и сказала. Так это ты меня лечить не хотела? Не припомнишь меня?

– Не помню Вас, у меня много пациентов.

– Долго я тебя выслеживал, долго. Когда я тебя увидел, решил, что ты мне сможешь помочь с ногой.

– Пришли бы в больницу или ко мне домой, а то к подруге притащились.

– Ты на врачиху похожа. Я тебя раньше видел, хотел на испуг взять.

– Вам это удалось. Не стыдно?

– Ты меня не стыди, ты ногу посмотри.

Хромой посмотрел на Ингу и стал расстегивать брюки. Инга напряглась, много она видела ног на пляже, но этот человек вызывал у нее смешанные чувства. Брюки упали на пол. Одна нога была обычная, волосатая. Вторая нога оканчивалась механическим протезом. Инга потеряла сознание.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Приковылял хромой на кухню. Марина посмотрела на мужчину без брюк и упала вместе с тарелкой, в глазах у нее поплыло. Очнулись девушки. Посмотрели друг на друга. Мужчины рядом не было. Скрип не слышался. Они встали и на цыпочках обошли квартиру. Пусто. Дверь в квартиру закрыта. На кухне все было чисто, посуда помыта, кастрюли пустые. Марина решила проверить кошелек в сумке. Кошелек был пуст. Марина пошла к сейфу в шкафу. Модный сейф зиял пустотой своей раскрытой пасти.

– Вот и стук – скрип.

– Наживешь. Живы, и хорошо. Марина, я одна из твоего подъезда не пойду, проводи до дороги.

– Уговорила, провожу.

Подруги вышли на улицу, они вдохнули прохладный вечерний воздух. Инга подняла руку. Третья машина подъехала, остановилась. На них смотрел мужчина, его пронзительные черные глаза впивались в глаза девушек.

– Обе садитесь! – зычно крикнул хромой человек.

Девушки сели на заднее сиденье машины. Между шофером и подругами медленно поползло вверх стекло. Девушки пожали друг другу руки, начинающие нервно вибрировать от элементарного страха. На боковых окнах медленно поднялись темные стекла, не пропускающие свет. Подруги оказались в движущейся машине в полной темноте. Заднее стекло было наглухо закрыто темной тканью. Легкие подруг почувствовали, что вдыхать им нечего. Неожиданно над ними открылась крыша. Крупные звезды заглянули в машину. Машина резко остановилась. В люке крыши появилось лицо с тяжелым взглядом.

– Как себя чувствуете, подружки? – спросил ехидно хромой.

– Хорошо, господин адмирал, – ответила Инга.

– Мы приехали в красную крепость.

Двери машины открылись. Девушки оказались в лесу перед красной кирпичной стеной. Дверь отъехала в сторону.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Рядом с ними шел хромой. Во дворе дачи стоял большой круглый стол. Вокруг стола сидели десять женщин.

– Женщины, вашему полку прибыло! Есть еще две девушки. Теперь вас двенадцать человек. Живите дружно. Приглашайте нас к столу.

Мужчина сел на стул типа трона, украшенного трезубцем, перед ним по кругу сидело двенадцать женщин. Тринадцать тарелок стояло на столе. Две женщины подали пищу на стол. Оживления за столом не наблюдалось. Чувствовался всеобщий дамский страх.

– Встать! Сесть! Встать! Сесть! – крикнул властно мужчина и приступил к принятию пищи.

Девушки выполнили его команду, взяли ложки в руки. Острых вилок и ножей на столе не было. Вся посуда была из чистого алюминия.

Марина невольно оглядела постройки из красного кирпича. Ей было и грустно, и любопытно.

– В моем ведомстве тринадцать комнат, всем по одной. Столовая – на улице, кухня – перед вами. Продуктов закуплено на тринадцать дней, тринадцать дней двери крепости не будут открываться. На вашей работе вас не уволят, вы все в отпуске на две недели. Вас двенадцать – я один. Стены под током. Разойтись!

На столе перед каждой девушкой лежала памятка, на которой стоял номер комнаты, был написан распорядок дня, но обязанности девушек расписаны не были. Девушки вышли из-за стола. Две девушки стали собирать грязную посуду. Одной из них была Марина. Она не понимала, что это все реальность, а не шутка. Марина приняла единственное мудрое решение: быть ближе к кухне, готовить, убирать, мыть посуду, молчать и слушать.

"Всем жалуй ухо, голос – лишь немногим", – вспомнила она слова Шекспира.

На первое утро одно место осталось пустым. Марина готовила еду на тринадцать человек. Алюминиевый прибор остался пустым, одна девушка не пришла на обед и на ужин. Что это была за девушка, Марина не успела запомнить. Теперь она пыталась всех запомнить.

Второй день был дождливым. Мужчина не вышел. Два места за столом оказались свободными. Десять девушек ели под дождем. Кое – кто чихал, одежда на них была та, в которой их сюда привезли. Инга шепотом подбивала Марину на бунт, она звала посмотреть те комнаты, из которых никто не вышел. Марина решила выжить и на бунт не соглашалась. В свободное время она подметала двор. Инга нашла себе приятельниц, и они бурно обсуждали ситуацию.

Третий день слепил солнечными лучами. Тепло обволокло девушек с ног до головы. Они думали, где бы им помыться.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

К Марине подошел хромой, посмотрел ей в глаза и ушел.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Так прошло пять дней. На шестой день за столом не появилась Инга. Сердце у Марины упало. Спрашивать у мужчины было бессмысленно. За столом стало тихо. Он даже не командовал. Еды становилось меньше, пища исчезала на глазах. Марина решила готовить экономней, с учетом выбывающих каждый день девушек. На восьмой вечер в ее комнате послышались шаги.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.

Марина притихла. Прятаться было негде, рядом с комнатой находился совмещенный санузел, но без окон и ванны. В комнате стояла кровать и больше ничего. Зашел хромой, он тихо подошел к Марине. Скрипа больше не было слышно. Марина лежала и смотрела на мужчину… Его тяжелый взгляд неожиданно подобрел.

– Марина… Ты жить хочешь? Ты не боишься моей ноги?

– Я ее не видела, одну видела, вторую нет.

– Ты не спрашиваешь, где семь женщин? Они у себя дома.

– Остальные в страхе или знают, что их отпустят?

– Нет, остальные ничего не знают. Ты можешь уйти домой или можешь остаться со мной.

– Девушки ушли домой?

– Хочешь пройти их дорогой?

– Не знаю, через улицу они не проходили.

– И ты на этот двор уже не выйдешь, метла тебе больше не поможет, ты за нее держалась.

– Да, Вы правы. Что мне делать?

– Два варианта: полюбить меня или уйти домой.

– Что они выбирали? Они с Вами спали?

– Нет. Все ушли домой. Я их не чувствовал. Через них ток не шел, ток идет по проводам, а они не были влюблены в меня даже под страхом смерти. Я тебя чувствую.

– А Инга где?

– Врач, что ли? Я думал, что с ней у меня получится, но я ее не захотел. Она ушла.

– Инга ушла из жизни или домой?

– Для меня это одно и то же.

– Они приведут сюда полицию!

– Нет, никто не приведет.

Внезапно комната окунулась в кромешную тьму. До руки Марины дошло легкое, трепетное прикосновение. Она непроизвольно подтянулась к этой руке. Вспыхнул свет. Рядом лежала серая мышка. Марина осмотрела комнату, ни одной двери она не обнаружила. Четыре ровных стены. Она крикнула, но звук потонул в мягкой ткани стен. Кровать резко дернулась. Марина провалилась в очередную темноту. Она резко вскочила на ноги, почувствовала в одной ноге сильную боль и ладонь у локтя.

– Марина. Марина…

– Это все еще Вы?! – скрипя зубами от боли, проговорила Марина, глядя в жуткие глаза мужчины.

– Я самый негодный из людей.

– Что Вы себе позволяете?! Зачем Вы издеваетесь над девушками? У Вас были женщины?

– Я не знаю, что с ними делать, вот собрал гарем, посмотрел на всех и отпустил.

Они стояли в подвальной комнате с красными кирпичными стенами. Тусклый свет горел в одном углу. Мужчина сел на черный кожаный диван. Марина, прихрамывая, последовала за ним.

– Все девушки пытались со мной что-то сделать. Я не понял, чего они от меня хотели. Я всех выпустил в ту дверь, – и он показал на дверь напротив дивана.

– Вы нормальный человек?

– Я пытаюсь вспомнить, зачем мужчине нужна женщина, и не могу.

– Откуда у Вас эта красная крепость?

– Это моя дача. Я здесь сторож. Дверь открыта. Можешь уходить.

Шурик двенадцать зайцев убил, это был его метод, так он перевоспитал двенадцать девушек. Укрощенье строптивых девушек было его коньком. На даче он охранником подрабатывал. Он и так чувствовал, что Марина – Венера – самая сильная из девушек в моральном и этическом плане, но Инга тоже хороша… Благоразумие – тонкая нить, определяющая благополучие человека. А нога? Шурик циркач по образованию…

Надела Инга модное пальто – плащ с меховым воротником, искусственным. Вся из себя вышла на улицу, шла и песни напевала. А навстречу ей шла гитара, а точнее Гитарный паж, а еще точнее – Шурик. Остановились. Посмотрели друг на друга, словно и не лежал он на ее коленях.

– Куда пойдем? Ко мне домой, мать сегодня в больнице работает, ушла на сутки.

– У Вас мама врач?

– У нас мама врач. Отказ не принимаю, я только что вернулся из Фруктовой страны, могу угостить фруктами и еще кое-чем.

– Идем, я все равно сегодня не работаю, выходной у меня.

Квартира у Шурика была однокомнатной, по центру комнаты стояли два шкафа, деля комнату на две половины. Они прошли в ту часть комнаты, что была у окна.

– Шурик, а у тебя неплохо! У нас еще смешнее, нас восемь человек в трехкомнатной квартире.

– Значит, ты не будешь презирать меня за подобные жилищные условия? Хотя я мог иметь несколько дворцов. Меня во Фруктовой стране приняли за султана, а я испугался и уехал сюда, в этот уголок.

– Султаном быть сложно, много ездить надо.

– Инга, ты мне нравишься. У меня во Фруктовой стране жена была, но я ее не понял. Женщины там все странные и непонятные. Ты создана для меня, я запомнил твои пальцы, когда гитару изображал. Давай я снова буду гитарой?

– Лучше контрабасом. Нет, будь собой. Ты мне нравишься.

– Ты не шутишь?

– Шурик, у меня вся жизнь – юмор. Парни меня всерьез не принимают с такой семьей.

– Золото хочешь?

– Откуда оно у тебя?

– У меня откуда? От верблюда!

Шурик достал из ниши стенки металлическую банку из—под печенья, открыл.

– Ой! Золото! Это настоящие сережки и браслеты или бижутерия?

– Все настоящее! Выбирай! Бери! Бери все!

Инга взяла свою новую сумку и сунула в нее коробку с изделиями в золотой оправе.

– Инга, выходи за меня замуж, и сейчас! Готовить умеешь? Иди на кухню и готовь, а я спать буду.

Инга пошла на кухню, где продуктов было много, кастрюль чистых хватало, но ничего приготовленного не было. Она занялась приготовлением обеда. Шурик уснул, как только она вышла из комнаты.

Девушка приготовила пищу, включила телевизор во второй половине комнаты, легла на диван и стала смотреть программу юмористов. Мельница выступал с любимой песней "Ерунда", целая команда в белых масках подпевала ему. Среди клоунов сидела его великолепная жена, спрятанная под маску тихого ужаса.

Инге очень захотелось попасть в эту команду юмористов в масках, когда один поет, а остальные сидят и пугают зрителей. Она вполне могла бы быть пугалом на сцене. Размечталась девушка и не заметила, как проснулся Шурик, как он прошел на кухню, съел то, что она приготовила. И, нисколько не жалея банку с драгоценностями, поцеловал Шурик Ингу в мягкую щеку. Она встрепенулась, улыбнулась, села и поцеловала в ответ молодого человека. Поцелуй за поцелуем – и получилась "ерунда".

Инге так понравилось гостить у Шурика, что она с радостью забыла о своем доме, а когда вспомнила, то петухи в деревне запели, вскоре и его мать пришла с работы. Она оказалась доброй и усталой женщиной. Мать ни слова не сказала Инге, но съела все, что она приготовила, и предложила еще приготовить, а сама уснула. Дома по Инге даже не соскучились, у нее дома всем было не до нее.

К Новому году хорошее шампанское пользуется популярностью. Марина прошла по магазину, набрала продуктов и вышла на улицу, стоящую в единой новогодней пробке. Счастье от праздников меньше всего радовало людей, сидящих в машинах по восемь часов без возможности покинуть ее в пробке. Интересно, кто в такой ситуации может пожелать здоровья человеку, из-за которого город страдает в машинах от беспробудного безделья, усложненного сиюминутным наблюдением за движением на дороге? Страшная ситуация.

Марина вообще по столице давно уже не ходила и старалась в центр города не ездить никогда, да и сегодня она находилась не в центре, а на окраине, куда добрались автомобильные пробки. Она еще раз бросила взгляд на мучеников в машине, вспомнила, что Илья сегодня за рулем, немного его пожалела и пошла домой. У дома Марину ждала странная пара: Инга и Илья – или нет? Она напрягла глаза: с Ингой стоял Илья в чужой одежде. Марина подошла к странной паре. Ощущение, что перед ней Илья, почти исчезло.

– Инга, это кто стоит рядом с тобой?

– Шурик, или ты его забыла вместе с гитарой?

– Если честно, не особо вспоминала, а вы к нам?

– Мы хотим объявить себя парой! – важно сказала Инга.

– Обязательно мне? Лучше матери объяви и сестрам.

– Им до лампочки, а его мать уже знает.

– Где жить будете, парные вы наши? – спросила Марина, соображая, что подруга говорит весьма серьезно.

– У Шурика мы будем жить.

– Так это он и есть, неуловимый Шурик? Да его все ищут! На нем висят многочисленные кражи ювелирных изделий! Инга, очнись, тебе нужен не такой человек!

– А другие меня не видят! У тебя Илья есть, а у меня никого нет! Вот, нашелся человек, а ты против моего решения оказалась! – всхлипнула Инга. – А все, что он украл, он мне отдал! Да я все это вернуть могу, если надо!

– Это вы Илье расскажите, а мне все равно! Только из-за Шурика у Ильи одни неприятности! Его уже оборотнем считают. Он уже хочет идти учиться в технический институт и сменить специальность, и я с ним пойду учиться.

Из-за угла выползла машина, вся в снегу.

– Привет всем! Ух, еле проехал мимо пробок, ехал переулками да закоулками, лучше бы пешком шел! А это Шурик! Стой! – крикнул Илья Шурику, который удирал от него во всю прыть.

– Илья, он мой жених, а ты его прогнал! – разревелась в голос Инга.

– Илья, они жениться хотели, – подала голос Марина.

– Инга, да он настоящий невидимка, зачем он тебе сдался? – прокричал Илья.

Неожиданно Инга развернулась и побежала вслед за Шуриком, но ничего из этого не получилось. Шурик словно растворился в зимнем пейзаже. Инга повздыхала, подумала и устроилась на работу, были и у нее свои способности.

Глава 5. Кедровый край

Марина и Илья, уехали на лето в Кедровый край. Наблюдательный пункт, на котором она работала, находился на пятьдесят метров выше макушек кедрового леса. Среди деревьев встречались редкие золотистые ветви. Но не красота осени привлекла ее внимание. Над лесом простиралось обыкновенное небо с серыми перистыми облаками. Так вот, среди серых перистых облаков одно облако было голубоватого цвета. Голубоватое облако было вытянуто некой волной. Под этим облаком на земле находился маленький пруд аналогичной конфигурации.

Казалось бы, тайна облака раскрыта. Буквально через пять минут небо имело совсем иной вид и цвет. В том месте, где плыло голубоватое облако, именно облако, наблюдался довольно большой просвет светло—голубоватого неба! Но голубоватое облако вновь появилось! Облако с синим отливом по бокам! Вот что значит сидеть на наблюдательном пункте. Вышка лесника была построена в тайге с одной целью: наблюдать за лесными угодьями сверху. Внизу простирался кедровый бор. Дорогие деревья требовали охраны.

В этих местах водилось огромное количество норок голубоватого цвета. Марина могла предположить, что по лесу бежала стая голубоватых норок, и они каким—то образом отразились на сером облаке, и оно стало голубоватого цвета? Блеф. Она опустила глаза на стол, покрутила головой, пытаясь сбросить видение голубоватого облака.

Металлическая вышка, обладающая стеклянной кабиной внушительных размеров и красным колпаком крыши для ориентации самолетов, красиво смотрелась среди зеленого моря тайги. Илья летел на вертолете к Марине. Он вез ей продукты и новый прибор для наблюдений за окрестностями. Илья всегда с радостью летал к Марине. Ее вышка отличалась таким внутренним уютом и так светились ее глаза при встрече, что он в буквальном смысле летал к ней на крыльях любви зеленого вертолета.

Марина заметила вертолет и не удивилась его приближению: Илья летел по расписанию. Башню окружала большая смотровая площадка. Он просто мог сбросить продукты на площадку, но предпочитал садиться на красную крышу и доставлять груз лично. Сегодня она его встретила рассеянным взглядом. Он искренне удивился, но ничего не сказал. Илья проверил записи телекамер, расположенных по периметру вышки ниже уровня кроны деревьев. Здесь ему пришлось удивиться еще раз: мимо башни пробежала целая стая голубоватых норок!

Илья поднялся к Марине:

– Рядом с твоей вышкой прошла стая голубоватых норок.

Она улыбнулась и сказала:

– Илья, я видела голубоватое облако.

На ее заявление удивления со стороны Ильи не последовало. Он ожидал увидеть некую аномалию в небе от большой стаи голубоватых норок. Эти норки несли в себе непонятную энергию или просто статическое электричество шерсти. На экранах летели искры, а искры для леса – это очень плохо. Оба они так задумались, что не замечали друг друга. Первым пришел в себя Илья. Он нажал на кнопку экстренной связи и сразу попал в центральный наблюдательный пост.

На Ильи с вопросом смотрели глаза Добрыни Никитича, выполняющего обязанности главного лесника Кедрового края:

– Илья, в чем дело?

– Рядом с вышкой Марины прошла стая голубоватых норок.

– Хорошая новость. Дело в том, что голубоватые норки сбежали со звероводческой фермы. Некто нажал на кнопку "открыть двери". Во всех клетках фермы одновременно открылись дверцы. Норки сбились в стаю и в мгновение ока исчезли с фермы.

– А почему новость хорошая? – спросил наивно Илья.

– Голубоватые норки идут по нашей территории. Мы возьмем за них хороший выкуп, – хладнокровно ответил Добрыня Никитич.

– Но для выкупа, надо норок поймать! – вскрикнул Илья.

– Ты это и сделаешь! – довольно крикнул Добрыня Никитич. – У тебя в вертолете есть сеть. Вместе с Мариной закрепите кусочки мяса в сети. Забросите сеть перед стаей голубоватых норок со своего вертолета. Сеть хитрая, имеет электронное управление, как управлять сетью – ты знаешь. Поймаешь норок – сообщи, – проговорил он и отключил экстренную связь с вышкой.

Марина нарезала мясо небольшими кусочками. Илья закрепил мясо крючками в узелках сети. Подготовленную сеть они положили в зеленый вертолет и полетели за стаей голубоватых норок. Только зеленый вертолет взлетел с красной крыши вышки, как в вышку ворвались двое мужчин в синей униформе. На их лицах блестели глаза в прорезях синих масок. Они просмотрели все помещения вышки, заметили следы мяса и беспорядок, оставленный в спешке. Люди в униформе просмотрели кадры, снятые телекамерами. Кадры с голубоватыми норками они изъяли из камер и вызвали синий вертолет зверофермы. Среди людей в униформе оказался Шурик. Он сел на место наблюдения и увидел летящий над лесом зеленый вертолет. Он скрипнул от бессилия зубами.

Взгляд его упал на пульт управления. Он нашел кнопку с надписью "пушка", нажал на нее. Появилась цель на экране. Шурик навел пушку на зеленый вертолет и нажал на кнопку. Из боевого отсека наблюдательной вышки вылетел небольшой снаряд и полетел в сторону зеленого вертолета. Но вертолет резко опустился в лес. Снаряд пролетел над зеленым вертолетом.

Зеленый вертолет опустился на поляну. В сеть—ловушку действительно попала стая голубоватых норок, которые стали издавать пронзительные звуки опасности. Марина сообщила по лесной связи Добрыне Никитичу о том, что норки пойманы. Он издал вопль победителя. А над поляной закружил синий вертолет представителей зверофермы. Из громкоговорителя синего вертолета раздалась предупредительная речь Шурика, после которой должны были последовать выстрелы…

Илья быстро открыл грузовую дверь зеленого вертолета, и всю сеть вместе со стаей норок засосало в зеленый вертолет. Потом он нажал еще на одну на кнопку – и над вертолетом появился пуленепробиваемый экран. По экрану застучала картечь. Марина сообщила Добрыне Никитичу о возникших неприятностях. Он не удивился нападению с синего вертолета. Он предупредил экипаж синего вертолета о том, что если они не перестанут стрелять, то все голубоватые норки погибнут в печи зеленого вертолета. Обстрел зеленого вертолета прекратился. Синие и зеленые приступили к переговорам.

Добрыня Никитич затребовал от зверофермы треть дохода от продажи шкурок голубоватых норок. Шурик, как совладелец зверофермы, согласился с его условием. Партия норок уже была практически продана, за нее был отдан задаток. Шкурки голубоватых норок предназначались для шатра самой Нимфы Игоревны, исполняющей обязанности губернатора Кедрового края. У нее была новая фишка. Она хотела шатер со стенами из голубоватых норок. Ей был нужен голубоватый норковый ковер, на котором бы стояла мягкая мебель, обтянутая нежной синей кожей бычков.

На поляне Марина почувствовала удушливый запах сернистого ангидрида – горела сера. Не из-за этого ли она видела голубоватое облако? Так это был газ! А ей просто понравилось облако в небе! А вот теперь она издавали различные звуки. Шумел винт зеленого вертолета, работая в холостом режиме. Илья кричал в трубку лесной связи. Шумел синий вертолет. Марина на секунду прикрыла уши, тогда ее стал донимать запах. Куда ни кинь – всюду клин!

Борьба между ведомствами велась давно. Дело в том, что при обработке шкур норок использовали в разных количествах соль, уксус, фенол, буру. Все это, растворенное в воде, стекало к корням кедрача. Кедры гибли от такого серьезного соседства. Добрыня Никитич именно по этой причине вел борьбу со зверофермой. Разумеется, это его человек открыл все клетки с норками. Неожиданно сверху прямо на защитный экран зеленого вертолета посыпались синие кристаллики сульфата меди. Из вертолета вырвался теплый поток воздуха под давлением. Кристаллики от нагрева выпали в белый осадок. Синий цвет исчез, а стекло в вертолете перестало быть прозрачным. Это Марина заметила и сжалась от неожиданности очередной неприятности.

Шурик позвонил самой Нимфе Игоревне:

– У нас разгорелась борьба между зелеными и синими.

Нимфа Игоревна в ответ радостно рассмеялась:

– Господин Шурик, снимите борьбу между зелеными и синими на пленку и сделайте из этого приятный, но короткий фильм, я его покажу губернаторам. Съезд губернаторов соседних краев ожидается именно в шатре из голубоватых норок.

Губернатор Кедрового края так развеселилась, что вызвала к себе дизайнеров по ландшафту. Ей захотелось сделать парк у озера. Тут же она вызвала к себе архитекторов и дизайнеров по интерьеру. Их задачей было оформление полукруглой гостиницы. И в этот момент Нимфа Игоревна подумала, что сама она ни в коем случае не будет одета в синие одежды. Она выбрала золотую парчу, потом передумала и решила, что в черной одежде будет смотреться элегантнее. Дама посмотрела на себя в зеркало и решила, что для подчеркивания своих синих глаз она сделала все. Нимфе Игоревне осталось подчеркнуть свои крашеные сине—черные волосы. А чего их, собственно, подчеркивать? Она и так великолепна! Ей стало немного скучно от мудрых мыслей. Она вызвала главного модельера края и своего лично, Константина. Он сам был эксклюзивной наружности, но, зная неадекватный нрав своей хозяйки, предложил серый цвет.

Нимфа Игоревна высокомерно опешила:

– Константин, ты чего, милый? Я, можно сказать, стою на ушах голубоватых норок, подчеркивая цвет глаз, а ты мне предлагаешь быть в серой одежде!

– Госпожа, серый цвет подчеркнет Ваш скромный нрав, Ваши небольшие личные запросы. Ваша скромность благотворно скажется на Ваших переговорах с богатыми краями.

– Ты так думаешь? А как можно украсить мою скромность? Что предлагаешь надеть в качестве украшений?

– Очень щепетильный вопрос. Вас украсит шатер из голубоватых норок.

– Что, так просто? А на мне что будет надето?

– Ради Вашей безопасности я бы надел на Вас скромный бронированный жилет.

– Хорошо. А из чего жилет будет сделан?

– Из электронных лучей.

– Вот это да! А как пуля будет отлетать от электронного луча?

– Выше бюста Вам придется надеть полоску с электронной аппаратурой, которая Вас окружит лучами со всех сторон. Пуля, долетая до луча, отлетит, как бумеранг, назад в того, кто ее в Вас послал.

– А если электронный жилет не понравится другим губернаторам?

– Параллельно лучам будут висеть серебристые нити, а лучи будут в них играть.

– Мне нравится, – с достоинством проговорила губернатор Кедрового края.

– Все готово, моя госпожа!

– Можно примерить электронный жилет?

– Хоть сию минуту! – воскликнул Константин и хлопнул в ладоши.

В комнату внесли плоскую упаковку с электронным жилетом.

В это время в кедровом лесу синий вертолет, покружив над зеленым вертолетом, улетел на свою пустую звероферму. Илья с большим трудом сбросил с вертолета испорченный экран, заменил стекла и полетел с ценным грузом. Его встретили, забрали ценный груз, дали новые продукты для Марины. Илья вновь полетел на знакомую красную крышу наблюдательной башни.

– Илья, ты привез мясо, чтобы я из него приготовила ужин? – спросила Марина. – Посмотри за меня в окно, а я приготовлю запеченное мясо, пронизанное палочками из моркови.

Илья достал прибор дальнего виденья, который еще даже не распаковали. Он установил прибор и стал осматривать окрестности. Ничего нового он при этом не обнаружил. Небо и то было практически безбрежным и полностью светло—голубоватым. И вдруг он увидел тонкий столб огня, словно его выбросило из земли. Столб огня находился рядом с тем местом, где еще недавно стоял зеленый вертолет, а над ним летал синий вертолет противника. Илья быстро поднялся на красную крышу и взлетел на вертолете. Он полетел в направлении странного столба огня, который он заметил через новый прибор наблюдения.

Зеленый вертолет закружил над странной поляной. Илья точно помнил это место раньше, и здесь ничего не было, а сейчас стоял круглый дом металлического профиля. Из центральной части купола в небо уходила тонкая струйка огня. Такого явления в Кедровом крае в принципе быть не могло! Это недопустимо в царстве величественного кедра! Любой ветер – и загорятся кедры. Илья, не раздумывая, направил мощную струю пены из вертолета прямо в огонь. Странно, но огонь не потух, напротив, он обошел струю пены и горел теперь целой чашей вокруг нее.

Илье это совсем не понравилось! Он сообщил о возникшей ситуации в лесу на центральный пункт:

– Добрыня Никитич, обнаружен очаг возгорания в квадрате… Я пытался потушить огонь пеной, но огонь не ликвидирован, а стал еще больше.

– Илья, в таком случае это огонь не из очага, а от реактивного двигателя, по типу выхлопных газов. Там работает что—то очень запрещенное в этих местах! Лети на базу! В указанный квадрат подойдет боевой расчет. Спасибо.

Боевой расчет бравых мужчин в зеленой униформе с мини—пулеметами в руках и огнетушителями за плечами подошел к домику металлического профиля. Людей и зверей нигде не было видно, не было заметно и дверей. В лесу стоял металлический домик без окон и дверей, а из его крыши извергался огонь тонкой струйкой. Вблизи струйка огня казалась неправдоподобной. Мужчины в зеленом стали медленно обходить домик, пытаясь найти стыковку профилей. Один достал саперную лопату и попытался сделать подкоп, но, сколько бы он ни копал, его лопата натыкалась на металлический лист.

Главный член группы боевого расчета прокричал:

– Внимание: или вы сдаетесь, или через пять минут мы откроем огонь на поражение сквозь тонкий металл!

А в ответ тишина. Люди в зеленой униформе подождали пять минут и стали стрелять почти в одно место. Но не тут—то было! Материал смеялся над выстрелами. Пули застревали в металле и лежали в нем прочно. Металл обладал непредвиденной вязкостью.

Вооруженные люди почувствовали свою беззащитность перед непонятным явлением и сообщили на центральный пункт:

– Добрыня Никитич, у нас ничего не получается! Странное металлическое сооружение без окон и дверей. Пули вязнут в стенах! Огонь потихоньку горит. Может, оставить засаду и уходить на базу?

– Еще чего! Отрабатывайте все! Наблюдение организуйте за домиком с четырех сторон, а один приготовит для вас еду и будет на связи. Все, отбой.

"Жилет удивительно красивый", – подумала Нимфа Игоревна, надевая на себя электронный жилет с серебристыми нитями. Но она полностью отказывалась верить в его пуленепробиваемую силу:

– Константин, ты не очень толстый, надень жилет, а охранник в тебя постреляет.

Трясясь от страха, Константин надел на себя электронную защиту от пуль. Охранник, статный красавец, стоял с резным серебристым пистолетом. Он без эмоций выстрелил в луч на электронном жилете. Он упал замертво. Но кто упал из двух придворных? Естественно, охранник! Невероятно, но пуля отлетела от электронной защиты и попала в грудь охранника с пистолетом в руках!

– Восхитительно! – воскликнула глава Кедрового края. – Я непременно буду надевать этот электронный жилет на приемы.

Марина села к компьютеру и не нашла на любимой странице Паутины обычных гадостей в свой адрес, но нашла краткое объявление. "Губернатор кедрового края Нимфа Игоревна сообщает, что в неравной борьбе с электронной аппаратурой погиб ее охранник". Марина заметила свою подружку белочку, сидящую на антенне с той стороны окна. Она открыла окно. Белочка медленно прошла по пульту управления и села на свое любимое место у экрана компьютера.

Дворец губернатора Кедрового края стоял на возвышенности, это был своеобразный замок из красного кирпича с большим количеством башенок. С трех сторон дворец окружали величественные ели. С четвертой стороны дворца располагался изумительный каскад фонтанов, выполненный в фиолетовом граните. Каскад смотрелся великолепно, спускаясь по огромным ступеням к реке. Внутри дворца располагались большие залы и маленькие комнаты. Губернатор принимала представителей различных краев в разных залах. А жить она предпочитала в одной комнате с мягким лежбищем, с зеркалами с двух сторон относительно кровати. Перед кроватью стоял гигантский плоский экран, который мог быть телевизором и компьютером.

На спинке кровати лежали различные пульты управления, телефоны и клавиатура. Что касается шатра из голубоватых норок, то его предполагалось поставить правее дворца. Данное место предназначалось для выдумок в плане приема представителей других стран. Нимфа Игоревна лежала в своей постели и смотрела передачу о моде. В этот момент ее соединили с главным лесничим для телефонного разговора.

– Добрыня Никитич, в чем дело? – спросила она.

– Нимфа Игоревна, в кедраче обнаружен металлический дом в виде цистерны. Из его центральной части вырывается тонкий столб огня, что может плохо сказаться на Кедровом крае.

– Понятно. Забыла тебе сказать, что в кедраче обнаружили газ, он и горит. Газ скоро перекроют.

– Да, но я не заметил строительства! Я не видел, когда этот металлический цилиндр поставили!

– Это твои недоработки. Спроси у Марины, чем она так занята, что пропустила вторжение на свою территорию.

Трубка недовольно загудела. Добрыня Никитич озверел, он решил сам навестить Марину и сделать ей внушение за нерадивое внимание к кедрам. Он вызвал Ильи на вертолете. Бегать по лесу он не хотел с тех пор, как стал главным лесником Кедрового края. Зеленый вертолет появился достаточно быстро и доставил его на красную крышу наблюдательного пункта. Добрыня Никитич так стремительно влетел в комнату к Марине, что она вздрогнула, испугались и ее гости – белка и норка. Зверьки моментально выскочили в открытое окно.

– Марина, почему ты вовремя не обнаружила газовые разработки на своем участке? Почему об этом я узнаю от губернатора Кедрового края?

– Добрыня Никитич, если я что—то просмотрела с высоты своего наблюдательного пункта, то это должны были зафиксировать камеры наружного наблюдения. Давайте вместе посмотрим кадры строительства.

– Ты чего? Я что, буду смотреть в пустой экран? – возмутился он.

– Хорошо, я просмотрю записи по наружному наблюдению.

Марина добросовестно просмотрела записи четырех камер наружного наблюдения. На одном экране она увидела, как пролетел зеленый вертолет и опустился на поляну. Потом ясно было видно, что пушка выстрелила, далее синий вертолет висел над поляной. В это время вдалеке пролетел грузовой вертолет с металлическим цилиндром и опустил его на соседнюю поляну. Если она была в зеленом вертолете, то никак не могла видеть прибытие металлического цилиндра!

Илья посмотрел показанные ему кадры и понял, что губернатор ведет двойную игру, на то она и губернатор Кедрового края. Безбрежное небо давало возможность вести наблюдения за кедрами без напряжения зрения. Камеры наблюдения записывали зелено—синий пейзаж.

Скучно стало Марине, страсти по поводу находки газа улеглись, норки были вновь размещены в своих клетках. Шурик Пион на экране был так красив, что затмевал всех. "Если гонят за красоту, то против лома нет приема, пусть сами смотрят на некрасивых мужчин", – так думала Марина, всхлипывая над шоу—программой. Илья находился в полете и не увидел ни уход Шурика из телевизионного проекта, ни как его стоя провожали женщины у телевизионных экранов всего края. Марине нравился Илья, поэтому она не замечала другой мужской красоты. "Да, Снежным королем мог бы быть только Шурик, – так думал Шурик, глядя на телевизионный экран. – Его бесподобные черты лица, глаза, зубы, улыбка – вылитый Снежный король, а я слишком будничный".

Шурик так увлекся идеей, что Снежный король должен походить на него, что напряг все свойства своего организма в области превращений. Он посмотрел на себя в зеркало и не сильно удивился, увидев в зеркале вместо себя лицо великолепного Шурика. Вскоре и его тело трансформировалось в тело Шурика. Шурик так изменился, что одежда для него стала широкая и короткая. Он стал выше и стройнее. Он стал обаятельным и привлекательным! Теперь он был готов вновь удивить приятелей в Кедровом крае! Шурик сразу решил появиться у губернаторши. Он решил удивить ее! Охранники с удивлением пропустили красивого молодого человека к губернатору Кедрового края. Нимфа Игоревна, как все женщины, представляла, что именно она Снежная королева и очень обожала Кая, увидев его в своем кабинете, приподнялась с места.

Ее лицо расплылось в обворожительной улыбке:

– Шурик, какими судьбами? Я недавно видела Вас на телевизионном экране – и Вы уже здесь!

– Нимфа Игоревна, у телевизионного проекта есть сдвиг во времени. Я не сам Шурик, я обычный Шурик.

– Чего хочешь от меня, мой дорогой? – спросила Нимфа Игоревна.

– Я хочу быть Снежным королем! – гордо заявил Шурик.

– Милый, будь Снежным королем, снега у нас полно зимой! – сказала Нимфа Игоревна, влюбленными глазами смотря на него.

– Мне нужно королевство! – гордо запросил молодой человек.

– Я – губернатор, это несколько осложняет твой королевский статус, – заметила женщина. – Мне сделали шатер из голубоватой норки, он стоит в современном куполе. В шатре есть кресло для Снежного короля. Для тебя сделают костюм, отделанный голубоватой норкой. Твоя задача – вести переговоры с дамами, заключать контракты на пушнину и кедровые орехи. Рядом с тобой всегда негласно будут находиться консультанты, специалисты по этим вопросам. Ты согласен работать Снежным королем?

– Я с великим удовольствием стану Снежным королем!

– Работай, а если понадобишься для представительства – вызовем в шатер.

Так Шурик стал Снежным королем. Но аппетит приходит во время еды: ему быстро надоел шатер, он захотел целый дворец. Для появления перед народом был разыгран небольшой спектакль.

Дом с колоннами стоял на возвышенности с незапамятных времен, к нему так привыкли, что не могли представить горизонт без этого дворца. Долгое время дворец пустовал. Просто люди не знали, как его использовать. Одно время в доме с колоннами находился Дворец культуры. Старые кинофильмы в нем уже никто не смотрел, обходились телевизорами. Молодые люди танцевали на дискотеках, для которых старый дворец и вовсе не подходил.

Из-за границы приехал потомок хозяина дворца – граф Добрыня Никитич. Он был так красив, сед и благороден, что люди его тут же окрестили Снежным королем. Большим богатством, по мнению местных жителей, он не обладал, им казалось, что у него, кроме его священной внешности, ничего и не было. Но людям нужна была сказка. По законам государства ему никто не мог отдать родовое гнездо, а по закону чести можно все, что носит благородный оттенок. Хозяйкой, точнее губернатором, Кедрового края была госпожа Нимфа Игоревна. Она элементарно купила этот край, но об этом вообще никто не догадывался. Черты ее лица благородством не отличались: нос курносый, щеки на месте, а не втянутые. Но она могла быть разной, неожиданной как в своей внешности, так и в своих решениях.

Встретив графа Павлина, точнее Ивана Сергеевича, на благотворительном вечере, она решила подвергнуть его минутной популярности. Узнав о его желании жить в родовом дворце, она выделила ему ремонтную бригаду для восстановления дворца. Еще, если честно, она с детства любила сказку "Снежная королева" во всех ее вариантах. А тут она услышала, что народ называет графа Снежным королем, естественно, она решила, что у короля должен быть тронный зал. Она дала команду собрать все шкуры белых медведей и белых норок. Из меха она заказала отделку для тронного зала.

Перед седовласым графом поставила простую задачу: он должен периодически сидеть на белом троне. Зрелище оказалось настолько потрясающим, что съехались многочисленные журналисты, и регион мгновенно стал известен в мире благодаря Снежному королю. А это и новые заказы, и всемирный успех Кедрового края! Нимфа Игоревна прекрасно понимала, что сама она не смотрится, даже на своем рабочем кресле, но она обладала силой воли и стальным характером. Вот поэтому на трон она вполне могла посадить седого Снежного короля. Он зачитывал ее указы по Кедровому краю, и их с большим вниманием выслушивали обыкновенные жители.

Мировой судья тоже сообразил, что вещать вместо него может Снежный король. И некоторые сложные дела в последней стадии стали проводить в тронном зале Снежного короля. Граф Иван Сергеевич был настолько благороден на троне, покрытом белыми норками, что виновная сторона свято обещала исправиться. Шурик зашел в свою комнату, посмотрел в зеркало и усмехнулся: оказывается, успехом он больше пользовался в благообразном облике графа, чем в красивом облике Шурика на должности Снежного короля. Последний облик графа он высмотрел в одной телевизионной передаче, где показывали старого аристократа, вот в него он и превратился, но Шурик уставал быть кем—то, его неумолимо тянуло стать собой.

Губернатор Кедрового края, блистательная Нимфа Игоревна, решила повысить посещаемость собственного региона. У нее были кедры, пушнина, а людей в этих краях было так мало, что всех можно было пересчитать. Ее владения – огромные, но очень удаленные от людных мест. И она придумала туристический маршрут по своему краю. Маршрут необычный. Губернатор организовала фирму по производству древних сундуков с самоцветами внутри! Геологи помогли составить пару десятков маршрутов с прилагаемыми картами. В сундуки положили настоящие самоцветы – чего им на складах пылиться, пусть людям послужат и радость доставят. Главное в этом деле – никакого объявления в прессе не давать, таинственность загнули такую, что слухи поползли сами собой.

Слухи, что в Кедровом крае нашли сокровища несметные: сапфиры и топазы, алмазы и аметисты, рубины и аметисты настоящие, драгоценные – распространялись из уст в уста. Хорошо и то, что на поиск сокровищ не надо было приобретать лицензию, их можно было искать сразу. Карты маршрутов распространялись среди людей, они множились и обрастали легендами. Шурик знал о фирме, выпускающей сундуки с драгоценностями только для того, чтобы их прятать в землю в разных местах Кедрового края. Это его сильно заинтересовало. Найти сундук и обогатиться – мечта. Нимфа Игоревна пустила слух, что только один Снежный король знает местонахождение любого клада в крае. Народ потянулся к Снежному королю, все сразу поняли, что он в фаворе у самой губернаторши. Но он ничегошеньки не знал по вопросу местонахождения сундуков с драгоценностями!

Люди стояли к нему в очередь, так всем хотелось быть богатыми – и не пересказать! Но народ пересказывал, и потянулись люди в эти глухие места за чудом в сундуке. Сказывали, что в них лежат и аметисты, и сапфиры, и монеты золотые – и все упакованные, чтобы не испортились. А еще люди придумали, что сундуки в землю закопали для будущих поколений, чтобы им приятнее было искать сокровища Кедрового края. Нимфа Игоревна узнавала о новых слухах. Ей докладывали, что число приезжающих в край растет. Она смеялась и добавляла в сундуки монеты. Это еще больше повышало заинтересованность людей в их поиске. А Шурика Нимфа Игоревна стала называть Снежным корольком, так как на короля он пока не тянул.

К Марине на наблюдательную вышку потянулся народ: то она, кроме норок, тут никого не видела, а теперь к ней то и дело приходили люди и просили показать с вышки, где клад надо искать. Все утверждали, что у Снежного королька есть карта всех кладов. Она отвечала, что о нахождении кладов ничего не знает конкретно, а слухами земля полнится. У Марины был приказ от самой Нимфы Игоревны: вести наблюдение за кладоискателями с помощью нового зонда, который постоянно висел над вышкой, увеличивая дальность наблюдений за кедровым лесом. Кедры старели, новые саженцы высаживали в другом месте. Люди везли свои настоящие деньги в Кедровый край, а взамен получали сказку, которой столько лет, сколько всем сказкам, – много.

Чаще всего кладоискатели занимались корчеванием старых кедров, и действительно, сундуки были спрятаны в корнях самых старых деревьев. Сюда же потянулись люди за древесиной. Спонтанно столица Кедрового края стала разрастаться, а наши герои вернулись домой.

Глава 6. Карета на мостовой

Марина летом уехала на Райский остров, где и познакомилась с режиссером Тимофеем Куклиным. Они подружились на коммерческой основе. Девушка очнулась от воспоминаний, посетивших ее, когда она сидела в кресле-качалке на веранде каменного дома. Да, она красивая, ухоженная девушка. Ее волосы струились по плечам, а ногти с вычурным рисунком огибали высокий стакан с коктейлем. Тонкие ноги в босоножках на высоких каблуках виднелись из-под коротких шорт.

Последнее время она была немного унылой. Два месяца прошло с тех пор, как она оставила свою страну и жила на Райском острове.

– Тимофей, привет! – воскликнула Марина сладким голосом при виде молодого человека.

– Привет, Марина! – отозвался Тимофей, – Почему не загораешь?

– От загара я стану сушеной воблой. Проехали. Ты мне задолжал!

– Быть не может, я в долг денег у тебя не брал!

– Тимофей, ты мой трофей, а трофеи – это прибыль. С тебя, мой дорогой, причитается круглая сумма!

– Ты говорила, что меня любишь, а любовь – она бесплатная.

– А ты мне в душу влез по шею! Плати. Сумма написана на салфетке.

Тимофей мельком посмотрел на салфетку, на цифру, и онемел.

– Почему ты в ступор впал? Любил-любил, накопилась плата. На тебя мне пожаловались, не меня же ты любил. – сказала Марина.

У Тимофея в голове пролетела мысль, что на родине он жил со своей гражданской женой, а она у него никогда ничего не просила, а только радовалась жизни! Или радовалась главным ролям, которые ей доставались от мужа-режиссера.

– Марина, у меня столько денег нет!

– Давай столько, сколько есть! Остальное вернешь. За тобой присмотрят.

Тимофей зашел в соседний номер, взял деньги и принес их Марине. Она взяла деньги, на ногтях у нее сверкнули стразы, а на лице появилась гримаса улыбки. Женщина, не слушая ответ, вышла из номера на улицу под горячие лучи солнца и свернула за угол, словно растаяла от жары. Тимофей сидел на стуле, держа непутевую голову в двух руках. Мыслей в голове не было от удивления. Его еще так никто не кидал.

Люди боялись его внушительных размеров, а эта искусственная женщина с накладными ресницами и грудью его обчистила просто так. Он был уверен, что женщины должны считать за счастье обычное общение с режиссером Тимофеем Куклиным, с таким человеком, как он!

В это время от одиночества страдала Инга. Она думала о Тимофее и наполнялась эмоциями. Дело в том, что она работала журналисткой и делала репортажи о его театре. Так они и познакомились. "Обида, досада – нет. Ненависть – черт с ним. Отчаянье? Нет. Безразличие? Отчасти. Заговор? Обойдется. Прошло время чужой власти. Темно, и все. Радость врагов долгой не бывает. Его жизнь уничтожит!" – так думала Инга, глядя на единицы на своей электронной странице, уничтожая в очередной раз все написанное одной кнопкой.

Хранить чужие единицы ей не хотелось. Посмотрев электронную почту, она поняла, кто так старался и изо всех сил уменьшал ее литературный вес. За окном Инги туман окутал землю пеленой полумрака, спрятав осеннее цветение листвы. Удивительно смотрелись пихты—однолетки: их никто не подстригал, а они стояли в один ряд с одинаковой кроной. Лиственница осенью всегда привлекает к себе внимание если не кроной, то мелкими мягкими иголками, которые с нее осыпаются с порывами ветра.

Клены лысеют на глазах: они пышно цветут и быстро теряют верхнюю листву. Чего не скажешь о березах: они и листву теряют, и остаются прикрытыми своими мелкими желтыми листочками. Если она береза, то у нее на данный момент времени даже лысого клена нет. Нет. О чем тогда писать, если у березы нет клена? Значит, у березы есть лиственница!

О, а лиственницы напоминают команду по художественной гимнастике. А гимнастки в любви победят любую иную женщину: у них ноги в обратную сторону закладываются и открывают доступ для любви. Это качество гимнасток хорошо видно в произвольной программе танцев на льду. Такие чудесные позы, что дальше некуда, и самые крутые партнеры заняли первое место – это Инга вчера по телевизору наблюдала. Нет, она не завидует, и у нее нет подруги—гимнастки из серии гибких иголок лиственницы.

Вчера Инга попыталась она прочитать английского романиста начала двадцатого века. Роман толстый, тридцать четыре авторских листа мелким почерком. Описания улиц преодолеть Инга не смогла, а выглядывающие в окно сестры утомили своими наблюдениями за одинокими прохожими. Закрыла она книгу и положила на полку. Автор еще поразил ее тем, что без электроники считал число слов в книге.

Описать улицы, по которым ходила Инга, просто: прямоугольные квадраты зданий – либо стоящие по высоте башни, либо лежащие по длине лайнеры. Светлый город дешевой застройки. Если бы не деревья, так и пейзажа бы не было, а были бы одни прямые углы. Деревья дают работу дворникам: одни метут листья, другие застилают их листьями, и с каждым днем все больше видно светлых квадратов зданий Люди ходят по листве или по чистому асфальту – это кому как повезет. Лужи заполняют любые выемки в асфальте и любые углубления в нем.

Осень. Дожди. Ветер. Листва.

Марина в это время на Райском острове опять вспомнила Илью, он обещал ей сегодня позвонить. Да, у них был обычный школьный роман. Оба они далеко не гимнасты по внешнему облику. Илья вообще полжизни пробегал с баскетбольным мячом на баскетбольной площадке. Ему еще в школе предлагали учиться в школе олимпийского резерва. Он съездил два раза и больше не захотел тратить жизнь на поездки в транспорте, а идти в интернат, даже спортивный, ему тоже не хотелось, поэтому олимпийским чемпионом по баскетболу он не стал.

Вообще быть выше толпы – это сложно. Он поэтому не любил ходить по улицам, ездить в общественном транспорте, он любил спрятать свой рост в машину и ехать, глядя на мир из окна машины.

Рядом с детективным агентством Ильи Мухина перед машиной налили масляное пятно. Вышел он из машины, а какой—то доброхот ему сказал, что у него масло течет. В это время второй мужик полез в машину за деньгами.

Глупец! Илья к этому моменту уже успел сдать деньги, и денег у него при себе не было! Опоздали голубчики. Он взял двух этих мужичков за ворот одежды и стукнул их лбами, чтобы неповадно было мужские сумки из машины таскать. Туман за окном стал таять, появились цветовые краски осенней листвы. Прямоугольники домов проявились своими квадратами в легком тумане. Вид за окном еще мутный, туманный, как и настроение. Марина очень интересовалась другими мирами. Если мир бесконечен, то где-то есть лобастые, глазастые существа. И Илья Мухин для нее подходит по всем параметрам, так зачем еще кого—то искать?

Так, а где Тимофей, к которому ревнует Илья Марину? Где закадычный, можно сказать, дружок журналистки Инги? Он один уехал на Райский остров на Лазурном море. Путевка стоила дорого, но он купил ее и уехал. Звонил Тимофей Инге, говорил, что находится в сказке. Инга скучала по своему большому режиссеру, рядом с ним она чувствовала себя маленькой женщиной, а рядом с другими – большой женщиной. Почему она с ним не поехала? У нее не было заграничного паспорта, а у него был. У нее не было денег, а у него теперь нет денег – потратился с поездкой.

Инга посмотрела на желтеющее море деревьев за окном, вздохнула и отвернулась от экрана. Через пару недель исчезнет и желтая листва, появятся черные контуры деревьев, на которые приземлится белый снег, а серая гладь пруда замерзнет. А на том далеком Райском острове будет тепло. За углом дома в кресле под огромным зонтом сидел мужчина высшей степени привлекательности: он был высокий, широкоплечий. Белая тонкая рубашка была расстегнута. Мужчина демонстрировал изумительные по красоте мужские грудные мышцы, на которых висела золотая цепь с большим золотым диском.

– Мартин, я принесла тебе деньги, – и Марина протянула ему деньги, взятые у Тимофея.

– Молодец, Марина! Мой вечер – твоя плата. Мы в расчете! Пойдем на мол?

– Нет, мне это не по карману, – грустно сказала Марина, поджала губы и побрела в свой номер, ругая себя за то, что чуть не соблазнилась на этого красавца.

Мартин поднялся на свои стройные, накачанные ноги. Он сделал несколько шагов и сел в открытый лимузин. Машина тронулась с места. Волнистые светлые волосы мужчины красиво поднялись за его головой. Зрелище было за пределами женского восхищения. Далеко ехать по острову было просто некуда, машина поднялась в гору и остановилась у древнего каменного белого двухэтажного дома.

Мартин, пройдя по красивым плиткам, вошел в холл, украшенный амфорами.

В прохладном полумраке в огромном белом кресле сидела женщина: невысокая, плотная, с темными волосами. Она пила вино из бокала. Мартин отдал деньги женщине, развернулся на одной ноге и пошел в свой номер. Он лег на огромную кровать с белой спинкой, разрисованной золотыми вензелями, и, положив руки под голову, посмотрел в потолок. В голове было пусто, как в местных амфорах. Он жил на этом острове два года. Зазевался однажды и остался. А одна сильная женщина прибрала его к рукам.

В комнату вошел плотный, невысокий, темноволосый мужчина и сказал:

– Мартин, сегодня приехала женщина, нашпигованная деньгами, как сало солью! Сама она худая, без возраста, с белыми прядями волос. Займись!

– Дайте мне отдохнуть! – взмолился Мартин.

– Пять минут полежал? Считай, что отдохнул. Работать надо! Работать!

– Говори: кто, где, что?

– Найдешь ее. Вот ее досье. Читай. Ты сообразительный.

Мартин позвонил Марине:

– Марина, есть для тебя клиентка! Судя по всему, она старая облезлая курица с деньгами. Встретишь клиентку, покажешь ей мой портрет, потом возьмешь ее в свой салон, нарастишь ей все, что можно, потом организуешь встречу со мной.

Тимофей задремал без снов и мыслей. Его голова красиво лежала на фоне спинки кровати. Он остался без денег. В такой глупой ситуации он еще не был, да еще в чужой стране, хотя путевка оплачена, но на дополнительные экскурсии и покупки у него денег не было. Он сидел в шезлонге у бассейна и загорал.

К нему подошел невысокий, плотный мужчина, толкнул его в бок:

– Заработать хочешь? Бабка приехала: худая, старая, с деньгами.

– Катись отсюда! Я не по этой части!

– Врешь! Марина тебя хвалила! А ты чего хотел? Ей имидж поддерживать надо. Вот распечатка, читай, работай. Разберешься! – и мужчина исчез, словно его и не было.

Но Тимофей не Мартин, ради денег он не пошевелился. Тимофей поехал домой загорелым, с огромным количеством снимков, которые под музыку сиртаки показал Инге. На снимках: Лазурное море, каменные дома, мостовые, бассейны, шезлонги, музеи и похожие на музейные амфоры в магазинах. И зелень абсолютно незнакомая. Земли, песка практически нигде нет, одни камни в виде гор и домов.

Некая Полина Юрьевна, получив наследство, пустилась во все тяжкие: она купила путевку на Райский остров, расположенный в Лазурном море. Она взяла с собой кучу денег и поехала отдыхать за всю свою тоскливую жизнь с мужем. Он был настолько жадным, что вспоминать о нем ей не хотелось. Ее муж на всем экономил до такой степени, что она всегда была худая, голодная, плохо одетая и плохо причесанная. Да что там говорить!

В фойе своего корпуса Полина Юрьевна столкнулась с Мариной и обомлела: такой красивой женщины она никогда не встречала. Марина ей почтительно поклонилась, подобострастно улыбнулась и предложила помочь устроиться. Носильщик уже нес вещи Полины Юрьевны. Все служащие отеля ей улыбались, слегка кланялись.

Полина Юрьевна разомлела от внимания. Слово за слово, и вскоре она вместе с Мариной пошла в ее салон. Полине Юрьевне нарастили сто двадцать прядей светлых волос, ей нарастили ногти, поработали с кожей лица – и куча денег как с куста! Но она залюбовалась своим отражением, потом вздрогнула, переведя глаза на свою одежду. Ее поняли и тут же проводили в магазин.

Из магазина она вышла еще с меньшим количеством денег, но довольная до бесконечности. Только Полина Юрьевна плюхнулась в кресло под большим зонтом, как напротив нее сел божественный по красоте мужчина с кудрями, точнее, Мартин, бывший участник телевизионного шоу "Поляна".

– Добрый вечер. – сказал Мартин томным голосом и стал тянуть напиток из бокала через крупную соломинку.

– Здравствуй, добрый человек, если не шутишь, – протарахтела Полина Юрьевна.

– Какие могут быть шутки! Вы молодая, интересная женщина, с такими женщинами не шутят!

– Правда, что ли?

– А Вы себя давно не видели? Вы привлекательная, интересная, обаятельная, стройная! – выдохся от похвалы Мартин.

– Это я? – Полина Юрьевна посмотрела вокруг себя, но за столиком они сидели вдвоем.

– Девушка, как Вас зовут?

– Меня? – от удивления она свое имя забыла, но, подумав, вспомнила: – Полина Юрьевна.

– Полина Юрьевна, что мы тут время теряем? Можно прогуляться. Вечером здесь можно гулять, а днем жара не даст.

– Так я пристала за день.

– Устала? Так можно отдохнуть! Вы меня к себе пригласите? Или ко мне пойдем?

– Ой, что Вы! Ой! Да к чему это все! – замахала Полина Юрьевна руками.

– Хорошо, завтра встретимся. – сказал Мартин и исчез в своей машине с открытым верхом.

Очарованная мужчиной, Полина Юрьевна раскрыла рот, а закрыть забыла. Она побрела в свой корпус и по дороге стала вспоминать, сколько денег зря за день потратила, но потом вспомнила Мартина. Ей такие мужчины никогда внимания не оказывали, значит, не зря истратила деньги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.