Александр Черевков
Бытовые проблемы

Бытовые проблемы
Глава-1. На съёмной квартире.
1. Временное проживание.

После моей ночёвки в медвытрезвителе тёща сразу поставила нам ультиматум, чтобы мы семьёй в три человека убирались с её квартиры на все четыре стороны в течение двадцати четырёх часов.

Вполне понятно, что такой ультиматум касался только меня, а убраться из квартиры тёщи за двадцать четыре часа мы никак не могли. Тогда с женой принял такое решение.

Пока мы будем искать съёмную квартиру, жена с маленьким сыном останется жить в квартире тёщи. Мне на этот период придётся временно поселиться у своих друзей в общежитии на военном заводе или у друзей в гостинице цирка, с которыми когда-то работал на цирковых гастролях. Другого варианта у нас не было.

Поселяться на время к замужним сёстрам жены принципиально не хотел. Так как у меня ещё до нашей свадьбы с женой были неприятные стычки с многочисленными сёстрами жены, которые с детства привыкли спать и ходить по дому совершенно голые. Даже моё присутствие ничуть не смущало голых сестёр жены. Всё было как в семье нудистов.

Однако поселяться на временное проживание к друзьям мне не пришлось. В первый же вечер наших поисков мы наткнулись на записочку на стенде объявлений, где было объявление о том, что молодая мать с двумя дочерями близнецами сдаст комнату в трёхкомнатной квартире молодой паре с ребёночком. Место квартиры в жилом квартале возле "Дома советов" в первом доме на двенадцатом этаже в квартире №46.

Такой адрес нас вполне устраивал. В самом центре города. Близко идти на работу Людмиле, моей жене. Мне все равно ехать на работу электричкой на военный завод. Но зато вставать на работу не в четыре часа, когда ездил от тёщи двумя электричками.

Теперь можно ездить на два часа позже и вставать утром тоже на два часа позже. Кроме того, рядом со съёмной квартирой центральный гастроном и колхозный рынок.

Единственное, что нас не устраивало, так это двенадцатый этаж с лифтом, который мы с женой не любили с самого детства. У меня на лифт вообще была аллергия больше чем на собаку болонку или на тёщу. Но у нас на данное время не было никакого выбора. Двенадцатый этаж все-таки лучше, чем аллергия с тёщей.

К тому же номер квартиры совпадал с номером года моего рождения. В какой-то мере, пусть даже не фанатично, мы верили в счастливые цифры. Поэтому решили испытать своё счастье в квартире с цифрой №46.

Не рискуя застрять в лифте в первый день нашего знакомства с хозяйкой квартиры, мы решили подняться на двенадцатый этаж без лифта по ступеням лестничных переходов.

Мне, с детства привыкшему покорять горные вершины Кавказа, было несложно покорить вершину в несколько десятков метров. Людмиле подняться на двенадцатый этаж было сложнее.

Так как она за всю свою сознательную жизнь не поднималась выше четвёртого этажа городского центрального универмага. Поэтому мне приходилось буквально плестись за женой по ступеням и отдыхать с ней на каждой лестничной площадкой, чтобы не потерять свою молодую и любимую жену где-то в пространстве между этажами двенадцатиэтажного жилого здания.

Примерно, за полчаса, мы достигли намеченной высоты под самой крышей двенадцатиэтажного жилого здания. Пару минут пришлось стоять на площадке возле заветной двери, пока Людмила смогла отдышаться после подъёма, на самый верх нашего будущего, пускай даже временного свободного проживания вдали от любимой тёщи, которую легче было любить вдали от своей семьи, чем рядом с собой каждый божий день.

– Вам кого надо? – спросил тревожный женский голос, через плотно закрытую дверь квартиры.

– Мы к вам пришли по объявлению. – ответила Людмила, чтобы в поздний час не спугнут хозяйку.

Дверь квартиры открыла молодая женщина лет на десять старше нас. Тут же сразу из-за спины хозяйки квартиры появились две девчушки лет семи, как две капли похожие друг на друга и сильно похожие на свою маму.

Они все трое внимательно оценили нас с ног до головы. Сразу было заметно, что мы были не первые, кому отказали они или кто сам не захотел поселиться жить маленькой семьёй под крышей здания.

– По десять рублей с человека. – убедившись в нашей надёжности, сходу объявила цену хозяйка квартиры.

– За одни сутки или за неделю? – прикололся, зная за ранее, что речь идёт об оплате за месяц.

– Нет! За один месяц или за один год. – со знанием юмора, смеясь, ответила хозяйка квартиры.

– Когда нам можно поселиться в вашу квартиру? – поинтересовался, у хозяйки съёмной квартиры.

– В квартиру вы поселитесь только в свою. – с юмором, ответила хозяйка, – В комнату селитесь хоть сейчас.

– В таком случае оставляю жену в залог прямо сейчас. – согласился с предложением хозяйки.

– Сам поеду за вещами к тёще. Ребёнка мы привезём завтра. Сейчас наш сын спит. Нашему сыну всего два года.

Рассчитавшись за съем комнаты на первый месяц сразу в коридоре квартиры. Оставил Людмилу осваиваться на новом месте жительства, а сам отправился на автобусную остановку, чтобы быстрее съездить за вещами в квартиру тёщи.

Мы свои вещи собрали заранее. Оставалось вещи только перевести. Своего двухлетнего сына и разборную кроватку можно было перевезти завтра после работы. В квартире у тёщи к этому времени проживали четыре взрослые дочки, которые могли присмотреть за нашим сыном до завтра.

Автобус в сторону микрорайона "Железнодорожный", где проживала тёща, отправлялся от "Дома совета". Всего метров двести от нашей съёмной квартиры, точнее комнаты.

Так что минут через десять уже сидел в салоне автобуса с надеждой на то, что, возможно, в предпоследний, раз еду в гости к тёще против своего желания? Завтра принудительная поездка будет последней и больше никогда там не будет моей ноги, чтобы своим присутствием мне не раздражать любимую собаку тёщи, а также саму любимую тёщу.

Как всегда, за год проживания у тёщи, едва только зашёл в квартиру к тёще, как тут же собака болонка по кличке Чапи начала лаять в мою сторону и через несколько секунд истерического лая потеряла сознание. Тут же на смену лая собаки Чапи пришла моя тёща, которая сильнее собаки обрушила на меня свой гнев.

Опасаясь быть покусанным собакой или тёщей, быстрее схватил сумки со своими вещами прямо в прихожей у квартиры тёщи и поспешил скрыться бегством подальше от взбесившейся тёщи и её собаки.

– Куда дел мою любимую дочь? – закричала вдогонку не на шутку озлобленная тёща. – Верни её!

– Вашу любимую дочь сдал в ломбард. – прикалываясь, ответил. – Завтра туда сдам своего сына.

– Никогда не отдам тебе своего внука! – закричала мне вдогонку не на шутку озлобленная тёща.

Мне больше нечего было сказать своей тёще. Ведь она все-таки мама моей любимой жены. Как матери восьми детей, семи дочек и одного сына, Зинаиде Петровне, моей тёщи, при жизни надо поставить памятник за то, что она смогла родить и вырастить до совершеннолетия восемь детей.

Все остальное с ней сделала сумасшедшая жизни, а также положение тёщи и свекрови. Такая ноша не каждому будет по силе. Приехал на съёмную квартиру тогда, когда практически большая часть многоэтажного дома спала.

В этот раз обратно не рискнул войти в лифт, так как в случае остановки лифта мне придётся поднимать шум на весь многоэтажный дом. Будить ни в чем не повинных людей или спать в лифте до утра, когда придёт мастер, чтобы запустить лифт. Конечно, такого позволить не мог. Поэтому пошёл наверх по ступеням.

– Там кто? – спросил за дверью знакомый голос моей жены, когда тихо звякнул на кнопку звонка.

– Мент в пальто. – с юмором, ответил. – Можно подумать, что живём в этой квартире всю жизнь.

– Ой! Саша! Совсем забыла, что на чужой квартире. – растерянно, сказала жена, открывая дверь.

Тихо прошёл в нашу комнату прямо напротив входной двери. Стараясь не шуметь, поставил у стены чемоданы с нашими вещами. Разделся до трусов и лёг в железную кровать, рассчитанную на одного человека.

Людмила буквально притулилась сбоку меня, отчего кровать скрипнула и едва не развалилась среди ночи. Мы сразу оба поняли, что на такой кровати мы не сможем спать даже одну ночь в съёмной комнате.

Пришлось осторожно снять постель на пол и расстелить на полу так, чтобы поместиться вдвоём хотя бы до утра. Завтра придётся решать вопрос со второй кроватью. Сын у нас растёт не по дням, а по часам. Пора подумать о второй кровати, на которой временно буду спать сны и его мама.

Мне придётся повременить с рождением следующего наследника. Надо, прежде всего, позаботиться о собственной квартире, а после решать вопрос об увеличении своей семьи.

Иначе нам придётся бегать по съёмным квартирам много лет. На следующее утро проснулся по привычке раньше того момента, когда зазвенит будильник. Нажал на кнопку будильника, чтобы он зря не пищал. Накинул на себя махровый халат и тихо вышел из комнаты.

В это утро, как и во все предыдущие, мне на кухне делать было нечего. Так как вставал всегда рано. Поэтому на кухню не ходил, чтобы шумам посуды не разбудить других. Завтракал стаканом какао и булочкой во время пересадки на электричку на станции Перьмь-2.

Обед всегда на военном заводе ПЗХО. Ужинал тоже чаще на полустанке возле завода при возвращении домой. Дома вообще даже в выходные дни никогда ни кушал только по той причине, что в квартире у тёщи тараканов было больше, чем блох у её собаки болонки Чапи.

Когда проходил в туалет и в ванную комнату, то хозяйка в это время уже возилась на кухни. Видимо с утра отправляла своих дочек в школу в первую смену. Затем сама отправлялась работать на какой-то военный завод или, скорее всего на службу в "Дом советов". Так как комплекс двенадцатиэтажных жилых домов проводился одновременно с строительством "Дома советов" и с застройкой культурного центра.

Тогда поговаривали, что вся эта застройка целого микрорайона ведётся на деньги ряда военных заводов.

– Вам чай или какао приготовить? – спросила хозяйка квартиры, когда увидела меня в коридоре.

– Нет! Нет! Спасибо! – поспешил, отказаться от услуг. – Надо спешить. Моя пища будет на заводе.

Вернувшись в комнату, увидел, что Людмила проснулась и включила свет в комнате. Поспешил надеть на себя повседневную одежду. Людмиле сказал, чтобы она заехала к матери забрать ребёнка. Детскую кроватку брать не нужно. Прямо после работы проеду в мебельный магазин купить нам вторую кровать и постель на новую кровать.

Ребёнок растёт и скоро не поместится в детской кровати. Пора ему купить кровать на вырост. Со вторым ребёнком мы пока повременим. Надо вначале обзавестись своим жильём. В это утро у меня было два выбора.

На какую станцию идти, чтобы ехать на электричке к месту работы. Сейчас наше новое место жительства было ровно по самой середине между станциями Пермь-1 и Пермь-2. Добираться до обеих станций одинаково. На станции Перь-1 был всего несколько раз.

Зато на станции Пермь-2 делал пересадку в течение двух лет. Там меня все буфетчицы давно знают. Заранее готовят мне горячий стакан какао с молоком и булочку с повидлом посыпанную марципаном. Поэтому лучше мне делать посадку на электричку со станции Пермь-2. Туда даже городской транспорт подходит ближе к вокзалу…

– Александр! Ты чего так рано сегодня явился к электричке? – поинтересовалась буфетчица Вера, приготавливая мне традиционный заказ. – Вроде твоя электричка не пришла? На лево ходил или с дома выгнали?

– Ни то и не другое! – ответил, принимая от буфетчицы стакан с какао и булочку. – Мы с женой сняли квартиру в жилом доме на двенадцатом этаже возле "Дома советов". Теперь будем там жить своей семьёй.

– Отдельно жить, конечно, лучше. Но! Двенадцатый этаж. – сочувственно, сказала буфетчицы. – Не опасно?

– Большую часть своей сознательной жизни провёл в горах. – радостно, сказал. – Мне двенадцатый этаж, это как спортивная разминка к моему здоровью. Жена с ребёнком могут подниматься в квартиру на лифте.

– Твоему спортивному телосложению бег как раз на двенадцатый этаж. – поддержала буфетчица.

Рассчитавшись с буфетчицей за приготовленный завтрак, поспешил к своей электричке, которую подавали на первую платформу нужного направления. Возле электрички столпились постоянные пассажиры, которые ездили первой электричкой работать на военные заводы, расположенные вдоль железной дороги.

Несмотря на то, что мы ездили каждый день по одному и тому же маршруту, друг с другом знакомы не были.

Так как за общение с коллегами по работе, а также с посторонними и даже с родными людьми общаться в общественном транспорте рабочим военных заводов строго запрещено.

За утечку любой информации с военного завода могли уволить с любой занимаемой должности или даже посадить на большой срок. Возвращаясь с работы, домой, вышел с электрички на станции Пермь-1, откуда было ближе к центру, где находился мебельный магазин.

Хорошо, что мебельный магазин работал до вечера. У меня было время купить хорошую кровать и к кровати постель. Затем надо было нанять машину с грузчиками, чтобы доставить купленный товар до своей съёмной комнаты.

Несмотря на мой спортивный вид, все равно не смог бы все сразу донести до своей квартиры. Пусть даже нести мне от магазина до дома всего один километр.

– У вас есть знакомые грузчики с машиной, чтобы довести товар до моего дома? – спросил, когда выбрал себе подходящую кровать на пружинах и постель к кровати. – Живу близко, рядом с "Домом советов".

– Да хоть в конце города живите! – с удивлением, ответил продавец. – Доставка входит в стоимость товара.

– Вот и прекрасно! – радостно, сказал, рассчитавшись с продавцом за товар. – Спасибо вам за покупку!

– Всего вам доброго! – сказал продавец. – Машина и два грузчика с товаром ждут вас в грузовой машине.

Грузовой автомобиль с моим товаром стоял радом со складом мебельного магазина. Один грузчик забрался в кузов к моему купленному товару. Второй грузчик, он же водитель, сел за руль в кабину машины. Сел рядом с водителем и в пути стал объяснять водителю как лучше подъехать к нашему дому.

Оказалось, что, несмотря на недавно отстроенные многоэтажные дома, водитель много раз был рядом с нашими домами с подвозкой мебели новосёлам. Так что мы через десять минут были у подъезда нашего дома.

– Все равно мы не поместимся в лифт с кроватью и с матрасом. – сказал грузчикам под предлогом, чтобы не подниматься в лифте на двенадцатый этаж. – Пока вы разгрузите товар, буду на двенадцатом этаже.

– Пан хозяин, как скажет, так будет. – пробубнил грузчик, снимая мой товар с кузова машины. – Мы быстро.

Как на беговой дорожке с препятствиями к пьедесталу быстро стал подниматься по ступеням наверх. Надо было успеть добраться к двери квартиры раньше, чем грузчики поднимутся на лифте.

Сейчас уже конец рабочего дня в мебельном магазине. Грузчики не обязаны работать на меня в неурочное время. Надо будет дать грузчикам чаевые. Пусть после работы выпьют за моё здоровье или купят конфет своим детям.

– Анна Ивановна! Откройте, пожалуйста! Это я! Ваш квартирант. – сказал, когда услышал голос за дверью.

Пока хозяйка квартиры ковырялась ключом в замочной скважине, к этому времени поднялся лифт с моим товаром. Грузчики сразу стали выставлять на площадку спинки и лежак кровати.

Затем выставили матрас и упаковку постельных принадлежностей. Стараясь не задерживать грузчиков у открытого лифта, дал грузчикам по три рубля чаевых. Мы обменялись друг с другом любезностями. Грузчики обратно вошли в лифт.

– Где вы купили такую хорошую кровать? – поинтересовалась Анна Ивановна, когда лифт ушёл вниз.

– В мебельный магазин возле универмага завезли. – ответил, занося спинки кровати в съёмную комнату.

Пока не было Людмилы и нашего сына в комнате, на пару с Анной Ивановной собрал новую кровать. Затем положил на новую кровать новый матрас и застелил новую постель так, как нас учили застилать кровати вовремя моей службы в советской армии.

Постель прямоугольником, а подушка кубиком. К тому же угол простыни у изголовья белый, а угол у ног под цвет байкового одеяла. Получился красивый конверт.

– Откуда вы так красиво научились заправлять кровать? – настороженно, поинтересовалась Анна Ивановна.

– Служил в штабе дивизии в советской армии. – радостно, ответил, довольный своей работой. – У нас командование в штабе было строгим. Проверяли заправку солдат со всех сторон. Даже постели проверяли.

– Фу, ты! – тяжело вздохнув, радостно, сказала Анна Ивановна. – Думала, что вы на зоне этому учились.

– На зоне не был. – удивлённо, сказал. – Моя тёща всю сознательную жизнь работала на зоне.

– Тоже много лет проработала бухгалтером на зоне. – сказала Анна Ивановна. – Как вашу тёщу зовут?

– Мою тёщу не зовут. Она сама приходила на зону. – в шутку, ответил. – Звать тёщу Зинаида Петровна.

– Конечно, так и думала, что только от такой тёщи надо бежать. – догадливо, сказала Анна Ивановна. – Зинаиду Петровну Пивень на зоне величали "Мамаша". Так как она кормила не только зеков, а также службу охраны и солдат на зоне. Очень строгая женщина. Но справедливая. Как сейчас она на пенсии живёт?!

– Как на пенсии она живёт, не знаю. – в шутку стал отвечать. – Но дома не дай Бог. Не дом, а прямо зона.

– Косточки моей мамочки перебираете? – поинтересовалась Людмила, входя в комнату с сыном на руках. – А она вам привет передаёт и всех благ. Как только сказала, у кого на квартире будем жить. Так мама сразу вспомнила про шуструю девушку в бухгалтерии. Между прочим, тоже у вас работала в кассе на зоне.

– То-то думаю, что где-то раньше видела эту девушку. – радостно, сказала Анна Ивановна. – Сразу не признала. Ведь лет семь не виделись. Наверно, с того самого момента, как вашу маму отправили на пенсию?

– Нет! Это было до маминой пенсии. – поправила Людмила воспоминания Анны Ивановны. – До маминой пенсии ушла работать в бухгалтерию на военный завод "Дзержинского". Затем вышла, замуж и уехала с мужем жить на Кавказ. Мама ушла на пенсию, когда была беременна первым ребёнком. Пять лет будет.

– Так у вас, что, двое детей сейчас? – растерянно, спросила Анна Ивановна. – Как вы у меня поместитесь?

– Не волнуйтесь. Первого ребёнка у нас нет. – грустно, сказала Людмила. – Дочка умерла два года назад…

Мне было неприятно ворошить траурные воспоминания из нашей прошлой жизни. Сейчас мы как бы стали жить заново с рождением нашего сына. Теперь вся наша жизнь вокруг нашего наследника, который постоянно требует к себе внимание.

Вот и сейчас шепчет мне свои первые слова, что хочет писать. Пусть женщины поболтают о своих бабьих проблемах без нас мужиков. Мы в это время сходим писать в туалет.

С переездом на съёмную квартиру наша семейная жизнь сильно изменилась. Профсоюзный комитет военного завода выделил место нашему сыну в детском садике Мотовилихинского района. Мне пришлось передвинуть на один час моё рабочее время. Теперь рано утром с двенадцатого этажа без лифта спускаюсь по ступеням вместе с сыном на улицу. Утром мы оба не доверяем лифту.

Затем бегом на автобус, чтобы успеть первым автобусом доехать до детского садика. Дальше заводским автобусом еду на работу. Людмила после своей работы отправляется автобусом в детский садик за сыном. Обратно с детского садика автобусом до "Дома советов". На двенадцатый этаж Людмила и Артур поднимаются в лифте. Принципиально после работы не вхожу в лифт. До сих пор не доверяю лифту. Поднимаюсь на двенадцатый этаж пешком по ступеням.

К этому времени Людмила с сыном готовят завтрак на семью. После того, как у меня поменялся маршрут моего передвижения на работу и обратно, стал завтракать и ужинать дома.

Вполне понятно, что обед у меня на работе в рабочее время. В выходные дни мы семьёй больше на природе или гуляем по городскому парку. Стараемся с детства укрепить организм нашего сына, чтобы у нас больше не было трагедии с ребёнком, как получилось с дочкой, которая умерла у нас от слабого организма.

Сегодня у меня было много тяжёлой работы на военном заводе. Целый день таскал подрамники на плакаты. В темпе писал лозунги и плакаты к первомайским праздникам. Ведь работаю на военном заводе художником дизайнером и художником оформителем.

Вся наглядная агитация на мне. Если сорву постановку наглядной агитации на первомайский парад, то меня могут не только уволить с работы, а даже посадить за решётку на длительный срок. Конечно, мне никак не хочется сидеть на зоне.

Поэтому перед каждым праздником работаю на пределе своих сил. Видимо сегодня был предел моих сил. Сорвал себе спину. Едва передвигая свои ноги с трудом, выбрался с военного завода до полустанка на железнодорожную платформу рядом с военным заводом.

Автобусная остановка немного дальше за железнодорожной линией. Туда идти, у меня нет ни каких сил. Лучше час посижу на полустанке. Может быть, отпустит спину? Иначе придётся заночевать на полпути или вызывать скорую помощь. Хотя бы отпустило спину. Много работы.

До праздника два дня. Надо закончить первомайское оформление заводского парада, а также выпустить к празднику стенгазету. Профком и партком буквально сидят за моей спиной. Боятся за свои шкуры.

Если сорву первомайскую наглядную агитацию, так руководителей профкома и парткома выкинут с тёплого местечка за шиворот, словно паршивых котят или намотают срок на полную катушку за срыв наглядной агитации.

Один час ожидания электрички немного ослабил напряжение в моей спине. Стараясь не опоздать на посадку в электричку, вышел на платформу заранее до прихода электрички. Не по-весеннему холодный воздух словно облил меня холодным потоком пришедшей электрички. С огромным трудом последними усилиями буквально втолкнул своё тело в электричку, как тут же закрылась за мной дверь вагона и электричка, словно взбесившаяся помчалась в сторону станции Пермь-1. С трудом переместился в центр тамбура.

Ехать до станции Пермь-2 у меня могло не хватить сил из-за острой боли в спине. Поэтому решил не входить в салон вагона, а подождать в тамбуре до станции Пермь-1.

Надо только продвинуться к противоположной двери в тамбуре вагона, чтобы было ближе выйти прямо на перрон возле вокзала станции Пермь-1. Дальше покажет обстановка, как мне передвигаться к дому.

Поеду автобусом или троллейбусом. Когда выходил из вагона электрички на платформу станции Пермь-1 то меня едва не раздавило автоматически закрывающейся дверью вагона.

Мало того, сорвавшаяся с места электричка зацепилась чем-то за мою куртку и едва не утащила меня следом за собой. Хорошо, что рядом со мной случайно оказался дежурный по станции. Мужчина буквально выхватил меня на платформу из потока мчавшейся электрички.

– Разве так можно выходить из электрички? – взволнованно, сказал мужчина. – Вас мог поезд разорвать.

– Сорвал спину на работе. – стал оправдываться перед дежурным по станции. – Поэтому едва вышел с вагона электрички. Спасибо, что вы спасли меня. Иначе бы у меня в семье был траур перед праздником.

– Не стоит благодарить. У меня такая работа на станции. Спасать людей. – шутя, сказал дежурный по станции. – Может быть, вам от меня нужна медицинская помощь или сюда вызвать наряд скорой помощи?

– Нет! Спасибо! Мне ничего не надо. – поспешил отказаться от помощи. – Здесь рядом живу. Немного посижу в зале ожидания. Затем доплетусь до своего дома по свежему воздуху. Главное, что целым остался.

– Вам виднее, как поступать с собой. – сказал дежурный по станции. – Желаю вам поправиться к празднику.

Дежурный по станции вернулся обратно на платформу встречать очередную электричку. Едва дотянул свои ноги до зала ожидания. Там осторожно сел на скамейку и просидел в зале ожидания около часа.

Пока моя спина от боли превратилась в общую застывшую массу, словно ото льда, который приложили к спине. В таком состоянии, словно бревно или льдина доплёлся до автобуса, идущего маршрутом к нашему дому. От автобусной остановки до места своего проживания двести метров преодолевал около двадцати минут.

При прямолинейном вертикальном положении своего тела лишь слегка передвигал свои ноги к направлению к дому. Через каждые десять метров приостанавливался, чтобы перевести дыхание от боли в спине.

Как назло, в эту холодную ночь никого на моем пути следования не было, чтобы помогли добраться домой. Хотя бы Людмила догадалась выйти на улицу. Даже не представляю, как буду подниматься наверх.

Возле подъезда в наш дом, а также на лестничной площадке возле лифта никого не было. Как мне подниматься на двенадцатый этаж? Лифта истерически опасаюсь с самого детства, когда во сне вместе с псом по кличке Тарзан отправился путешествовать в своё будущее, до которого пока не дожил.

Тогда вдвоём с Тарзаном провёл целые сутки в лифте у многоэтажного здания, которое принял за водонапорную башню. Хорошо, что какие-то люди вернули меня обратно в детство.

Но с тех самых пор не доверяю лифтам. Несколько минут постоял в раздумьях на первом этаже у двери лифта. Не дождавшись никого, кто бы мог подойти к лифту или спустится в кабине лифта. Нерешительно нажал на кнопку вызова лифта. Кабина лифта была внизу.

Дверь лифта открылась. Робко с дрожью в ногах вошёл в кабину лифта. Дверь лифта закрылась. Нажал на кнопку двенадцатого этажа. Кабина лифта вздрогнула.

Медленно набирая скорость, кабина лифта стала продвигаться к верху. Где-то на высоте между восьмым и девятым этажом лифт остановился. Отключился свет. Сразу понял, что мои опасения и недоверие к лифту сбылось.

– Помогите! Спасите! – стал кричать во всю глотку, когда минут через пять лифт не двинулся с места.

В туже минуту на этажах стали открываться двери в квартирах на лестничных площадках. Сквозь открытые двери в шахту лестничного пролёта и лифта проник электрический свет.

Сквозь щели отечественного лифта стали видны края домашних халатов мужчин и женщин. У большинства хозяев домашних халатов под халатами ничего не было. Однако мне было не до стриптиза. Мне хотелось скорее выбраться из лифта.

– Задыхаюсь! Спасите! Вытащите из лифта! – с новой силой стал орать во всю глотку в кабине лифта.

– Ты чего орёшь, словно резанный?! – прикрикнул мужчина откуда-то с боку. – Сейчас включат свет и лифт пойдёт. Всех жильцов перепугал. Сейчас почти полночь. Завтра рабочий день. Людям не даёшь отдыхать.

– Целых полчаса сижу в кабине лифта. – приврал в свою защиту. – Мне тоже завтра надо идти на работу.

– Вот только врать не надо. – сказал мужчина на лестничной площадке. – Всего пять минут назад выходил покурить на лестничную площадку. Свет в шахте пролёта горел. Лифт в нашем доме был в полном порядке.

– В закрытом пространстве время летит быстрее. – стал философствовать. – Тут пять минут, как один час.

Мужчина с площадки ничего не успел сказать. Свет в кабине лифта включился. Лифт медленно и неуверенно двинулся к верху. Через несколько секунд лифт остановился на двенадцатом этаже.

Дверь кабины лифта открылась. Стараясь не обращать никакого внимания на боль в спине, шагнул на лестничную площадку двенадцатого этажа. Дверь кабины лифта быстро закрылась, лиф сам отправился на первый этаж.

– Это ты кричал, словно резаный? – спросила Людмила, открывая мне дверь в квартиру на мой звонок.

– Посмотрел бы, как ты орала, если б застряла в лифте. – сказал, жене, с трудом проходя в комнату.

– Ты же принципиально не поднимаешься в лифте. – напомнила Людмила. – Чего, вдруг, вошёл в лифт?

– Сорвал на работе спину. – ответил в своё оправдание. – Поэтому вынужден был войти в этот лифт.

– Ему надо сделать массаж спины. – забеспокоилась Анна Ивановна. – У меня есть настойка пчелиного прополиса на спирту. Сейчас мы натрём ему спину настойкой прополиса. Завтра он будет у нас, как огурчик…

Анна Ивановна поспешила на кухню и вскоре явилась к нам в комнату с двухлитровой бутылкой, из которой исходил запах пчелиного прополиса и медицинского спирта.

С детства знал, что такую настойку в лечебных целях можно употреблять не только сверху, а также вовнутрь человека. Тут же поделился своим знанием с Анной Ивановной. Скрепя сердцем Анна Ивановна дала мне вовнутрь всего сто грамм настойки.

Как только целебная настойка ударила мне в голову, так меня сразу потянуло ко сну. Утром на работу действительно встал как огурчик. Словно у меня ничего не болело. Видимо действительно помогла мне настойка прополиса, принятая мной сверху и вовнутрь.

Так что на работу прибыл вполне здоровый. Работал с таким энтузиазмом, что фактически почти закончил подготовительную работу по наглядной агитации. Вот только к концу рабочего дня спина меня обратно прихватила.

С огромным трудом, стараясь пересилить боль в спине, к вечеру добрался до своего дома. Не желая больше повторять свой глупый поступок со вчерашней попыткой подняться на двенадцатый этаж в кабине лифта.

Почти два часа поднимался по ступеням на двенадцатый этаж в свою съёмную комнату. Мне обратно оказывали домашнюю помощь.

– Анна Ивановна! Мне прямо неудобно перед вами. – сказал хозяйке съёмной квартиры. – Вы ведь не для меня готовили спиртовую настойку с прополиса. Перед вами в долгу. К праздничному столу куплю торт.

– От праздничного торта мы конечно не откажемся. – подмигивая Людмиле, сказала Анна Ивановна. – Но настойка прополиса не причина. Настойку делала, как раз к лечению. Мы приняли настойку по назначению.

На следующее утро, опасаясь, что все повториться с моей спиной, поручил Людмиле купить к праздничному столу самый большой торт, какой будет в кондитерском магазине.

Вполне понятно, что к праздничному столу нужен не только тор, а также конфеты детям. Ну, а взрослым без шампанского вина и без водки никак не обойтись. Так что у Людмилы предпраздничный день был полностью посвящён покупки продуктов.

Вот только у меня предпраздничный день едва не обернулся трагедией. Закончил свою работу по наглядной агитации с такой острой болью в спине, что вынужден был предупредить своих начальников о том, что на первомайский парад не выйду из-за боли в спине. Если после праздников не выйду на работу, то это будет сигналом к тому, что ушёл по больничному листу на неопределённый отдых на время лечения.

Как добрался до своего дома, это помню смутно. Вполне возможно, что в пути к дому терял сознание? Помню только, что в полусознательном состоянии вошёл в кабину лифта и окончательно отключился.

Дальше все происходило как в тумане. Кабина лифта обратно застряла где-то между этажами. Обнаружили моё присутствие в кабине лифта где-то к полуночи.

Когда моя любимая, жена не дождалась меня домой и забила тревогу. Стала заглядывать в щели кабины застрявшего лифта и обнаружила меня там, в бессознательном состоянии. Вызвали срочно дежурного мастера по лифтам.

Но так как по какой-то причине весь жилой квартал был обесточен и в застрявших кабинах лифтов был не одинок, то пришлось все лифты вскрывать, чтобы вытащить людей из кабин лифтов. Мне обратно делали медицинскую помощь на дому.

Все майские праздники, вплоть до середины мая месяца, провалялся дома в кровати. Лечился с помощью советской медицины на дому, медсестры кололи мне уколы в спину, а также с помощью народной медицины. За месяц лечения Анна Ивановна истратила на меня два литра настойки прополиса на спирту, как сверху меня на спину, также вовнутрь меня к общему лечению организма. Не желая оставаться в долгу перед Анной Ивановной, через своих друзей по медицинской части, приобрёл Анне Ивановне пять литров чистого медицинского спирта. Она сказала мне, чтобы насчёт пчелиного прополиса не беспокоился.

В сельской местности у Анны Ивановны жили родственники, которые вскоре привезли прополис. Едва только смог встать на ноги после своей болезни в области поясницы, как сразу стал искать новую съёмную квартиру в доме, где нет лифта, чтобы у меня не было никакого предлога входить в лифт.

Такую квартиру мы нашли на первом этаже трёхэтажного дома, куда мы переехали сразу в первый же день договора с хозяйкой новой съёмной квартиры. Больше мы в этом громадном доме на двенадцатом этаже с лифтом не жили.

2. В приёмной графа Шереметьева.

Никогда не думал, что за одну провинность наказывают несколько раз. После того как за пьянку меня лишили тринадцатый зарплаты за прошедший год и внесли выговор в личную карточку.

На общем заводском собрании по итогам уходящего года обратно всплыла моя проблема из медвытрезвителя. Видимо кто-то был недоволен минимальным наказанием моей личности за пьянку.

– Профсоюзный комитет ПЗХО постановил. – объявил мне приговор председатель профкома завода. – Александра Черевкова снять с очереди на квартиру за пребывание в медвытрезвителе.

– Вы хотя бы соображаете, что сейчас сказали?! – всерьёз, возмутился. – У меня жена в положении! Мы ждём второго ребёнка! Нам негде жить! Вы сейчас приговариваете нашу семью к гибели!

– Александр! Кричать не надо. – пресёк моё возмущение, ведущий собрания. – Вы не на стадионе.

Не председатель профкома выносит такое решение, а общее единодушно решение профкома…

– Да знаю прекрасно ваше единодушное решение. – спокойным голосом, сказал. – Председатель профкома или ведущий собрания поднимают руку. Все остальные следом поднимают руки за ними. Если кто против или не поднял руку у того сразу появляются проблемы по всем инстанциям.

– Ты что этим хочешь сказать? – выступил кто-то из зала. – Мы, что все под одним колпаком?!

– Ты сам только что это сказал. – ответил с иронией в голосе. – Мы давно живём в одном лице.

– Да гнать надо этого пьянчугу из завода и из партии тоже! – выкрикнул кто-то из зала собрания.

– Вам только осталось поднять руки и подтвердить мои выводы насчёт решения профкома. – серьёзным тоном, сказал. – Но! Последнее слово за мной. В последний день на партийной конференции был общий банкет, откуда районных делегатов развозили по районам на заказных автобусах. Местных делегатов развозил на служебных автомобилях. Мне после партийной конференции предстояло добираться домой в общественном городском транспорте. На общем банкет в "Доме советов" меня не было. У меня нет зависимости от алкогольных напитков. К тому же у меня тогда были серьёзные проблемы, которые надо было решать на трезвую голову. Однако, не всё бывает так, как нам хочется. Случилась трагедия, после которой мне пришлось ночевать в медвытрезвителе. Конечно, этому нет оправдания за мой данный поступок. Но нельзя бесконечно наказывать.

– Ты что этим хочешь сказать? – обратился ко мне с вопросом всё тот же любопытный из зала.

– Хочу сказать. – высказался в заключении. – Мне всё равно, что скажет профком завода в своём последнем слове в мой адрес. Но если до родов моей жены моя семья не будет иметь собственного жилья, то мне будет что сказать в прессе и по телевизору про недостатки на военном заводе ПЗХО. В отличии от большинства сидящих в этом зале, которые дальше завода негде не были, мне многократно раз приходилось бывать на разных командировках, где мне приходилось серьёзно помогать нашему заводу, чтобы вышел завод в передовики среди военных заводов в Советском Союзе.

Кроме всего мной сказанного в свою защиту, здесь в зале забыли, что в Советском Союзе у меня профессия номер один, без которой не может существовать даже Политбюро ЦК КПСС. Если бы не было моей наглядной агитации на заводе, то не было бы и завода в передовиках. Теперь всё сказал в свою защиту. У меня есть время на встречи с прессой и телевидением.

Мне больше нечего было делать на собрании профкома завода. Покидал зал собрания при полной тишине. Видимо моё выступление коснулось всех без исключения. Тогда о коррупции никто не говорил.

Ведь в советском государстве не употреблялся лексикон капиталистов, а в советский лексикон ничего подобного не могли придумать при строительстве светлого будущего коммунизма.

Однако, у строителей коммунизма было столько много бытовой, экономической и политической грязи, которая могла испортить карьеру любому. Поэтому все боялись любой огласки в прессе. Выходные дни в семье прошли спокойно.

Мы уделили внимание сыну, который в свои не полные четыре года требовал от нас большого внимания. Каждый выходной день, мы всей семьёй в три человека, ходили в кино или в цирк.

Часто по долгу гуляли в парке. Иногда ходили в театр. По вечерам читали сыну сказки. Однако, нашему сыну было скучно одному среди своих родителей.

– Артур! Мы решили родить тебе брата или сестричку. – сказал сыну как-то вечером перед сном.

– Зачем мне брат или сестра?! – удивлённо, воскликнул сын. – Мне одному хорошо рядом с вами.

Конечно мы такого никак не ожидали от своего сына. Мы поняли, что рядом с нами вырастает маленький эгоист. Если у нас больше не будет детей, то из нашего наследника может вырасти чёрте что.

Хорошо, что мы зажали следующего ребёнка, который появится у нас в начале следующего года. Может быть, к этому времени у нас будет своя квартира и мы не будем скитаться по чужим квартирам?

Время покажет, чего нам ждать в будущем, которое не за горами, а рядом с нами. Ещё неизвестно, что решили на заседании профкома после моего ухода из собрания.

После выходных дней, в понедельник, как ни в чём не бывало, первой электричкой прибыл на работу. Сходу погрузился в работу по наглядной агитации и дизайну нашего цеха перед очередной проверкой из министерства оборонного машиностроения.

Такие проверки у нас были часто, почти каждый квартал текущего года. Чаще всего проверки были перед праздниками или перед запуском очередных космических кораблей.

Ведь наш цех занимался оснасткой космических кораблей. С того времени как меня хотели наказать на собрании профкома прошло много времени. Никто ни разу не огласил мне заключительного слова на собрании профкома о моём наказании за «пьянку».

Словно ничего вообще не было такого, что могло отразится на дальнейшей судьбе моей семьи.

Всё шло так, как прежде, работа-дом, работа-дом, выходные дни и праздники. Всё как у людей.

С той лишь разницей, что у большинства людей было собственное жильё, чего у нас не было.

Поэтому мне ничего не оставалось, как только обратиться за помощью к прессе. Но, тут меня, вдруг, вызвали в комитет профкома по вопросу распределения жилплощади на заводе ПЗХО.

– Профком рассмотрел проблему вашей семьи и решил выделить вам квартиру из запасника. – сходу начал говорить мне руководитель комитета профкома по вопросу распределения жилплощади. – Дело в том, что новый заводской посёлок будет сдавать квартиры, примерно, через год. Вы в списке нуждающихся в жилплощади в четвёртой очереди. В то время, как в новом заводском посёлке будут получать квартиры только из первой очереди. Так что вы ни скоро получите жильё.

– Когда моя семья может въехать в ваш запасник? – прервал длинную речь деятеля Профкома.

– Да хоть сегодня! – радостно, воскликнул представитель Профкома. – Вам надо подписать несколько документов, в которых вы согласны с решением Профкома и к нему не имеете претензий.

У меня не было другого выбора, как только подписать вслепую документы на поселение в коммунальную квартиру, которую не видел и ни знал где она расположена.

Мне хорошо было известно, что жилые дома, построенные в новом микрорайоне прямо напротив военного завода ПЗХО сдаются на поселение через три месяца, а не через год, как мне сейчас говорил представитель Профкома.

Мне так же было известно, что моя фамилия до пьянки была во второй очереди, а не в четвёртой. Может быть, последнее собрание Профкома после скандала приняло решение передвинуть мою фамилию в четвёртую очередь?

Мне это не было известно. Однако, мне хорошо было известно, что многие нуждающиеся в жилплощади стояли в очереди больше десяти лет. Так что такое решение Профкома было для меня подарком или наказанием, чтобы убрать меня из списка. Никто не хотел скандала в прессе.

Мне тоже не нужно, поэтому согласился на подпись. На съёмной квартире мы прожили до тех пор, пока военный завод ПЗХО в начале1978 года выделил нам из запасника свою комнату в коммунальной квартире возле театра "Опера и балет". В бывшей приёмной мецената театра "Опера и балет" графа Николая Петровича Шереметьева. Всё было рядом. Надо было всего лишь перейти улицу и быть в культурном центре города Пермь.

3. Жизнь в историческом пространстве.

Одно дело временно находиться в культурном центре города, как турист, любоваться историческими ценностями и достопримечательностями. Совсем другое впечатление, когда живёшь в этом культурном центре, где каждый день под окном толпы туристов и экскурсовода глотка нагревается от напряжения рассказывая в рупор туристам то, что тебе уже давно снится в кошмарном сне.

К тому же дали нам комнату на жильё в старинном доме, который был построен два столетия назад. В этом двухэтажном доме было множество огромных комнат. Первого этажа как такового не было, это было цокольном нагромождение из огромных тёсанных камней на которых находилось громадное здание из жжённого кирпича в несколько рядов.

Рядом с аркой под домом вход на второй жилой этаж по огромной лестнице, ведущей в широкий коридор, по обе стороны которого находились бытовые и жилые комнаты в которых жили бабульки, рождённые ещё задолго до Октябрьской революции.

Бывшие служанки господ теперь сами чувствовали себя госпожами, совали свой нос во все проблемы своего быта и с самого знакомства с нами стали учить нас как жить.

Нам дали комнату над аркой, прямо сразу за массивной дверью с лестницы в коридор, то есть, все посетители этого дома всегда проходили мимо нашей двери и непременно пытались заглянуть в нашу комнату.

Так что пришлось с первого дня изнутри поставить огромную задвижки, чтобы никто не входил в нашу комнату без нашего согласия. Снаружи наша комната закрывалась на ключ.

Наша жилая комната площадью почти три десятка квадратных метров. Высота комнаты шесть метров. Толщина стен больше метра. Окно из двойного остекления, две рамы, которые не открывали лет сто.

Комнату можно проветривать открытой дверью или выдвижной форточкой на окне. Единственное преимущество нашей комнаты в том, что при закрытых окнах и дверях не слышно шума с улицы и коридора. Достучаться до нас через массивную дверь практически невозможно.

– Боже мой! – воскликнула жена, когда пришла посмотреть нашу комнату. – Нас, что решили прописать в эту историческую берлогу рядом бабульками, которые давно живьём пахнут ладаном?!…

– Мне сказали, что это временное жильё. – стал оправдываться перед женой. – Скоро это будет исторический культурный центр под охраной ЮНЕСКО. Нам дадут квартиру в новом доме…

– Пока бабульки не отправятся к своим предкам. – тоном знатока, произнесла Людмила. – Никакого исторического культурного центр под охраной ЮНЕСКО здесь не будет. По виду старушек заметно, что они не скоро покинут нас. До родов поживу у мамы. К рождению нашего ребёнка постарайся сделать ремонт в этой исторической берлоге. Иначе будешь жить один под охраной ЮНЕСКО.

Жена демонстративно поддержала руками свой огромный живот на последнем месяце беременности и в сопровождении своих многочисленных сестёр отправилась жить к своей маме, моей классической тёщи, которая навсегда закрыла передо мной дверь в свою квартиру. Мне пришлось остаться наедине с огромной комнатой размером с актовый зал, где нужно сделать ремонт.

Так как Людмила была беременна, а мы жили на маленькой съёмной квартире, наш четырёх летний сын Артур, временно, жил у моей мамы в Беслане на Северном Кавказе.

Мы планировали забрать сына к себе в семью в собственную квартиру после появления новорождённого ребёнка. Мы никак не ожидали, что нашей квартирой будет громадная комната в историческом центре.

Прежде чем заняться ремонтом комнаты, решил обновить фасад нашего жилища, чтобы любознательных посетителей не тянуло к нам в комнату, как к доисторическим бабульками, к которым приходят ежедневно как памятникам нашего культурного центра под охраной ЮНЕСКО. В действительности городская власть ждёт, когда старухи покинут нас, чтобы отдать культурный центр города под охрану ЮНЕСКО. Но старухи не собираются покинуть нас и продолжают жить.

Перед тем как обновить фасад своей комнаты, длинной палкой со скребком мне надо было снять толстый слой краски и штукатурки, накопившиеся за годы советской власти. Едва снял исторический слой штукатурки и краски, накопившиеся при построении социализма, как на стене над дверью появилась действительно историческая надпись – «приёмной графа Шереметьева».

Конечно, для истории, стоило оставить открытой эту историческую надпись. Но тогда моей семье не жить в этой комнате. Туристы и просто поклонники старины каждый день будут ломиться в нашу дверь.

Воспользовавшись тем, что наши старушки в это время каждый день прогуливались по историческим местам своей юности вокруг театра "Опера и балет", толстым слоем штукатурки и сверху поселков извести закрыл надолго историческую надпись. Конечно, штукатур из меня плохой, к тому же художник, а не моляр. Так что всё же избежать разгона от старух мне не пришлось.

– Ты зачем начал портить нашу историю?! – завопили старухи в один голос при виде моей работы.

– Просто хотел освежить фасад своей комнаты. – как нашкодившие пацан, стал оправдываться.

– Мы вызвали специалистов на реставрацию нашего дома. – повелительно, заявила баба Лиза.

В этот день ни стал продолжать ремонт в своей комнате, чтобы не вызывать очередную ярость старух на свою личность. Решил подождать до завтра. Может быть, действительно придут реставраторы и начнут свою работу с нашей комнаты? Тогда мне не надо будет делать ремонт комнаты.

После работы с наглядной агитацией на майские праздники у меня был отгул на неделю с целью провести ремонт в своей комнате. Таким образом у меня было время присутствовать при реставрации нашего исторического дома. Вполне возможно, за неделю отреставрируют нашу комнату?

На следующий день утром действительно пришла бригада строителей. Но на строителей они не были похожи. Такую рабочую одежду носят на предприятиях, а не на стройках. Причём к реставрации дома приступили не со стен и не с фасада дома, а с чугунного каслинского литья, рисунками которого были украшены ванная комната, русская печка на кухне и крепление к люстрам в доме.

– Вы зачем снимаете рисунки каслинского литья? – с беспокойство, спросил у реставраторов.

– Нам сказали снять чугунные картины на реставрацию до покраски. – ответил один из парней.

– Чугун можно смазать марафоном или вазелином до покраски. – не унимался с претензиями.

– Тебе что больше всех надо? – разозлился, долговязый парень. – Нам приказали, мы снимаем!

– Вы вторглись на мою территорию без моего согласия. – заподозрив неладное, настаивал. – Меня интересует только один вопрос. Кто заставил вас здесь снимать эти произведения искусства?

– Городской художественный фонд. – неуверенно, ответил долговязый парень. – Доволен ответом?

– Нет не доволен! – настаивал на своём. – Покажи мне документы на реставрацию этого здания.

– Ты чего пристал к парням? – вмешалась баба Дина в мои разборки с подозрительными реставраторами. – Мы обращались в художественный фонд за помощью в реставрации нашего дома.

Мне ничего не оставалось делать, как уступить престарелым бабкам в их выборе. Однако меня беспокоили методы реставрации и ответы реставраторов на мои вопросы.

Отвлечённо для реставраторов и для моих престарелых соседок несколько минут без пользы отирался на кухне. Сходил в туалет. Замкнул свою комнату на ключ и с зелёной авоськой отправился за хлебом.

У меня была в голове только одна мысль, это проверить законность реставрации нашего дома. С представителями художественного фонда мне довелось познакомиться и общаться ещё вовремя моих гастролей в цирке.

После мы общались по работе в цирке и на военном заводе ПЗХО. За эти годы знакомства ни разу ни слышал, чтобы представители художественного фонда занимались какой-то исторической реставрацией без согласия городских властей и без согласия Минкультуры.

– У нас в доме возле театра "Опера и балет" снимают на реставрацию рисунки каслинского литья с ведома вашего указания. – обратился к руководителю художественного фонда. – У вас имеются документы горисполкома и разрешения министерства культуры на выполнение данной работы?

– Мы никого не отправляли к вам на реставрацию вашего дома. – с удивлением, ответил на мой вопрос директор художественного фонда. – Мы вообще не выполняем такого вида работу…

– В таком случае вызывайте милицию по нашему адресу. – с тревогой, сказал руководителю художественного фонда. – Иначе у вас будут большие неприятности с представителями власти.

Пока звонили из художественного фонда в милицию отправился бегом домой, чтобы задержать грабителей на месте преступления. От художественного фонда до нашего дома по прямой через дворы можно добраться минут за двадцать. Если бегом, то намного раньше. Проблема только на пересечении у театрального парка и улицы Ленина у светофоров, где долго горит красный цвет.

С перекрёстка напротив театрального парка, дальше вокруг нашего дома, до моего прихода, было оцепление нарядов милиции. Движение транспорта вокруг нашего дома остановлено. Свободный проезд только о улице Ленина. Дождавшись зелёного цвета светофора, поспешил к своему дому. Меня остановил сержант милиции прямо напротив арки под нашим домом.

– Живу в этой квартире. – показал милиционер на окно над аркой. – Там у меня ребёнок один.

Сержант милиции поднял ленту заграждения и не говоря ни слова пропустил меня к нашему дому. Во дворе между старинными домами, где были кучи исторического мусора, собралось множество представителей городской власти. Здесь же была служба скорой помощи, которые оказывали медицинскую помощь нашим старушкам. Бабульки были в шоке от случившегося в нашем доме.

– Мы хотели, как лучше! – вопила во всю глотку баба Лиза. – Они обманули нас. Содрали всё…

Представители городской власти и милиции составили протокол кражи исторических ценностей в нашем доме. Все присутствующие, как свидетели, расписались в протоколе.

Милиция сняла оцепление нашего дома. Двоих старушек отвезли в больницу на машинах скорой помощи. Минут через десять двор опустел. Во дворе остались только кучи старого мусора. Поднялся к себе наверх.

От двери нашей комнаты по всему коридору, на кухне, в ванной комнате и в туалете валяется штукатурка с места ободранных изделий чугунного каслинского литья.

Всё выглядело так, словно в нашем доме побывали варвары, которым наплевать на историческую культуру данного народа. Разрушили историческую красоту и исчезли в неизвестном направлении. Кто это всё восстановит?

У меня не было времени разбираться с балаганом в нашем доме. Надо было к рождению нашего ребёнка сделать ремонт в нашей исторической комнате. Обдирать со стен и с потолка старую штукатурку у меня не было времени. Решил просто побелить стены и потолок свежей известью на старой штукатурке. Затем масляной краской покрасить пол, двери, подоконник и оконные рамы.

Гашённой извести в хозяйственных магазинах не было. Пришлось покупать белую водоэмульсионную краску, которой грунтовал планшеты и стены на военном заводе под наглядную агитацию. Красить стены в белый цвет в жилых комнатах считалось неприлично. Так как в белый цвет красили стены в больницах.

Мне пришлось в белую краску добавить розовый порошок. Когда краска на стенах высохла, то стены нашей комнаты покрылись в матово бледный красный цвет. Это выглядело ужасно странно и дико.

Но перекрашивать заново стены у меня не было средств и времени. После того как наша комната стала пригодной к проживанию, то передо мной был один вопрос. Как провести хорошее освещение в такой огромной комнате?

По самой середине комнаты, на высоте шести метров, с потолка свисал единственный уцелевший в доме крюк под люстру из чугунного каслинского литья. Здесь когда-то висела гигантская люстра.

Сейчас на этом месте была небольшая лампочка, которая словно свеча тускло мерцала в огромном пространстве нашей комнаты. Надо было что-то делать, чтобы стало светло и уютно в нашем историческом пространстве.

Мои хождения по магазинам в поисках огромной люстры не увенчались успехом. Самая большая из найденных люстр имела полутораметровую алюминиевую трубку на верху которой было кольцо, а снизу свисал единственный рожок, куда можно было вкрутить лампочку большей мощности. Конечно меня это никак не устраивало.

Пришлось купить дополнительно небольшую четырёх рожковую люстру. Затем из двух разных люстр с алюминиевыми трубками одного диаметра собрать одну большую четырёх рожковую люстру. Такая конструкция люстры выглядела внушительно в сравнении с одной лампочкой тускло мерцающей под потолком на огромном крюк. Теперь передо мной стоял один вопрос. Как повесить мою люстру на крюк под потолком? У меня в комнате и во всем доме не было раздвижной лестницы-стремянки или какого-то сооружения, с которого можно достать до крюка под потолком чтобы повесить мою большую люстру. Бегать по магазинам в поисках лестницы-стремянки у меня нет времени и денег. Как повесить люстру?

После того как закончил ремонт нашей комнаты, то со съёмной квартиры привёз нашу мебель. Двуспальную кровать, большой стол и два стула. Нагромождение всего этого не давало мне шанс добраться до крюка под потолком. Надо было добавить какую-то приставку с метр на высоту. Хорошо, что у моих престарелых соседок в это время дня был тихий час после бессонной ночи.

Воспользовавшись отсутствием старух на кухне, взял там небольшую историческую реликвию в виде резного стульчика. Поставил этот стульчик на вершину моего сооружения. Взял в одну руку собранную мной люстру и осторожно стал подниматься на свой пьедестал с высоты которого надо было водрузить на крюк люстру освещения огромной комнаты на месте проживания нашей семьи.

Забравшись на верх, понял, что одной рукой мне люстру на крюк не повесить. Надо одной рукой держаться за крюк, а другой рукой ухитриться повернуть кольцо на алюминиевой трубке в нужном направлении и повесить это кольцо на крюк. Соединить электрические провода освещения, свисающие ниже крюка, не представляло для меня особого труда. Дотянуться только до крюка.

Длины моей руки ухватиться за крюк не хватало сантиметров пять. Поднялся со стульчика на пальцах ног. Левой рукой зацепился за крюк. Правой рукой ловко повесил кольцо люстры на крюк. В это мгновение весь мой пьедестал развалился под моими ногами. Едва успел ухватиться обеими руками за массивный чугунный крюк, чтобы не упасть с высоты на кучу моей мебели на полу.

Несмотря на то, что мне довелось работать в цирке, прыгать с высоты в сторону не учился. Свалится на кучу мебели, это поломать себе руки и ноги. За тем оказаться в больнице или на том свете до рождения моего ребёнка. Мне этого никак не хотелось. Оставалось надеяться на чудо, которое может появится ниоткуда и спасти мою жизнь. Ведь ещё молод, чтобы умереть.

Хорошо, что забыл закрыть дверь в нашу комнату, когда со стульчиком пришёл из кухни в свою комнату. Чудо случилось. На шум моего развалившегося сооружения из мебели проснулась баба Лиза. Она полуголая вышла из своей комнаты на мой шум. В верхнем проёме нашей двери увидела мои ноги. Очевидно подумала, что повесился, вскрикнула и рухнула на пол без сознания. На крик бабы Лизы вышла следующая старушка и при виде такой картины, тоже потеряла сознание.

Мне оставалось только представить, что будет к вечеру, когда сёстры моей жены придут навестить меня или поздравить меня с рождением моего ребёнка.

К этому времени у двери нашей комнаты будет куча старых бессознательных тел или куча долгожданный трупов нудных старух.

Однако мне крупно повезло. Минут через пять после моего неудачного подъёма на пьедестал к нам пришли настоящие строители, которых к нам послали городские власти, чтобы навести в нашем доме порядок после грабителей, которые похитили с нашего дома изделия чугунного каслинского литья.

Оставили повсюду на полу мусор из оборонной исторической штукатурки. При виде полуголых старух без сознания на полу у двери нашей комнаты. Строители в первую очередь вызвали скорую помощь и стали приводить в чувства бабуль, которые пока имели признаки жизни.

Вполне понятно, что всем в это время было не до меня. Мало ли что болтается там под потолком на большом крючке. Когда надо приводить в чувства лежащих на полу полуголых старух.

– Ты что там делаешь? – поинтересовался пожилой строитель, когда обратил внимание на меня.

– Хотел повеситься. Не получилось. Старушки вовремя меня спугнули. Вот жду, когда меня снимут с крючка. Жить хочется. – переминаясь с руки на руку, ехидно с юмором ответил.

Строители убрали подо мной мебель. Поставили под мои ноги лестницу-стремянки. Воспользовавшись удобным моментом, тут же соединил электрические провода с люстрой. Попросил строителей включить свет.

Четыре мощные лампочки в одно мгновение осветили тусклое пространство нашей огромной комнаты. Спустившись на пол, поблагодарил строителей за помощь.

– Сашка! Поздравляем! У тебя родился сын! – радостно, закричали сёстры моей жены, когда поздно вечером пришли в нашу комнату. – С родами всё нормально. Но они четыре дня будут в роддоме.

Мы тут же отметили с шампанским и с тортом в шоколаде день рождения моего второго сына, который родился 18 мая 1978 года.

На следующий день купил своему новорождённому сыну Эдику детскую коляску, которую поставил у себя в комнате на подоконник, где было светло и тепло от батарей домашнего отопления. Так как весна в этот год была холодной и отопление не отключили.

– Саша! Помоги нам бабу Лизу в ванной на стол передвинуть. – 20 мая вечером, обратилась ко мне за помощью баба Дуня. – Она только что покинула нас. Нам надо её хорошо помыть до похорон.

Труп бабушки Лизы лежал на каталке. Видимо она сама забралась туда, предчувствуя собственную смерть или труп привезли на каталке из морга. Вообще-то мне всё равно было как она на каталке оказалась.

Мне было неприятно дотрагиваться до трупа, который дурно пахнул. К тому же волосы старухи прямо-таки пучками осыпались с её головы и тут-же прилипали к моим рукам.

Труп был огромный и тяжёлый. Наверно, весом больше ста килограмм? У старух совершенно не было сил. Поэтому вся тяжесть трупа досталась мне. Мы впятером едва перетащили труп с каталки на большой стол, на котором видимо за время существования этого старинного дома мыли в последний путь не один десяток трупов. Вот и сейчас меня подключили к этому делу с трупами.

– Извините меня. Мне надо срочно в роддом. Дальше без меня. – отказался сразу от дальнейшего участия с трупом старухи. – У меня жена родила сына. Надо мне узнать. Когда забирать их домой.

– Да! Да! Ты свободен. – трудным тоном, сказала худая старушка. – Дальше всё сделаем сами.

Прямо из ванной комнаты помчался брезгливо отмывать руки от волос, прилипших ко мне от головы с трупа старухи. Затем заскочил в свою комнату. Переоделся в чистую одежду. Грязную одежду, пахнувшую трупом, завернул в газеты, чтобы выкинуть в мусорный бак подальше от нашего дома. Мне было ужасно неприятно то, что принимал участие в таком процессе с трупом.

Когда выскочил из дома, то сумерки едва окутали наш двор и под аркой нашего дома пробивался слабый едва заметный свет уличных фонарей. Вокруг была гробовая тишина. Словно все остерегались нарушить покой усопшей старухи.

Мне было как-то не по себе от всего того в чём только что принимал участие рядом со старухами, от которых как от усопшей пахло ладаном. Мне надо было как-то расслабиться чтобы сбросить с себя за день накопившиеся напряжения.

Прямо напротив театрального парка центральный гастронома. Выбросил в ближний у дороги мусорный бак свёрток с газет со своей одеждой и нарушая правила уличного движения побежал в гастроном. До закрытия гастронома было далеко. Но мне хотелось быстрее отвлечься от прошедших событий. К тому же надо было купить что-то из продуктов к приходу жены из роддома.

К моему удивлению в магазине ничего не было из продуктов с чего можно сварить борщ или суп. Мясной прилавок пуст.

В рыбном отделе тоже ничего нет. Всюду сухие продукты и сладости в фирменных упаковках. Из напитков тоже выбора нет. Сухое вино, коньяк и лимонада одна бутылка.

Шампанского вина и торта нет. С чем завтра идти к роддому забирать жену с сыном домой?

– Мне дайте. Пожалуйста. Бутылку сухого вина, коньяк и упаковку плова. – обратился к продавщице. – Думаю, что упаковки плова мне будет мало. В таком случае беру десяток упаковок.

– У вас, что праздник в большой семье или пополнение? – поинтересовалась любопытная дама.

– Вы угадали всё до мелочей. – угрюмо, ответил. – Но какой праздник без торта и шампанского?

– Насчёт шампанского не беспокойтесь. – решительно, сказала продавщица. – У меня есть в запасе бутылка шампанского. Вот с тортами у нас проблема. Могу обещать вам торт на завтра к обеду.

– Мне как раз только завтра к обеду всё надо! – радостно, воскликнул. – Примите от меня заказ! Два самых лучших торта и две бутылки шампанского. Если, конечно, шампанское у вас имеется.

– Так и быть! Уговорили! – махнул рукой, сказала дама. – Себе хотела оставить бутылочку шампанского. Но у нас в семье праздник будет не скоро. Надеюсь к нашему празднику будет шампанское.

Продавщица долго рылась под прилавком, звеня стеклянной посудой. Наконец достала на прилавок запылившиеся две бутылки марочного советского шампанского.

Обтёрла бутылки от пыли мокрой тряпкой. Дама обратно скрылась под прилавком шурша бумагой.

Достала десять упаковок плова. Весь мой заказ выставила передо мной на прилавок. Принялась считать стоимость заказа.

– Пожалуйста, на ваш выбор, присоединить к моему заказу две упаковки шоколадных конфет. – сказал, продавщице, когда она уже пыталась назвать стоимость всего моего заказа.

– Столичные шоколадные конфеты «Красная Москва» самые лучшие. – предложила мне, дама. – Ваш заказ будет стоить тридцать восемь рублей сорок копеек. Торты будут готовы завтра к обеду.

– Одна упаковка шоколадных конфет вам за доброту. – выкладывая на прилавок четыре червонца за товар, сказал заботливой даме. – Сдачи не надо. За тортами приду к вам завтра до обеда.

Продавщица пыталась возразить насчёт моего доброго жеста в её сторону, но сам поспешил покинуть магазин, чтобы не создавать проблем из своего необдуманного поступка.

Ведь с таким жестом в отношении женщин продавщиц поступают мужчины в некоторых республиках Кавказа. Здесь же Урал, где, может быть, нельзя проявлять подобные жесты доброты к замужней женщине?

Когда пересекал улицу Ленина на зелёный цвет светофора в сторону театрального парка, то увидел, как к нашему дому подъезжает автомобиль скорой помощи. Мне некуда было спешить.

Поэтому решил со стороны посмотреть, что опять происходит в нашем доме со старыми женщинами. Мне никак не хотелось обратно принимать участие в траурной процессии в нашем доме.

Вскоре из-под арки нашего дома показалась коляска с носилками, на которых лежала пока что живая старушка. По белой ночнушке с розочками понял, что скорая помощь увозит в больницу бабу Дуню. Видимо её старое сердце не выдержало утраты старой подруги Лизы, с которой она училась в церковно-приходской школе задолго до Октябрьской революции в России.

Не успела отъехать от нашего дома машина скорой помощи с бабой Дуней как следом прикатил такой же автомобиль, из которого санитары выкатили коляску с носилками и не спеша направились под арку дома.

Мне сразу стало ясно, что вторая карета скорой помощи прибыла за трупом бабы Лизы. Ей уже некуда спешить. Поэтому санитары так медленно работают с клиентурой.

Прошло минут двадцать прежде чем появились санитары с трупом бабы Лизы, накрытой белой простынёй. После того как труп уложили в машину скорой помощи санитары решили сделать перекур, на который ушло минут десять. Наверно, водителю их машины надоело ждать затянувшийся перекур санитаров, старенький автомобиль сердито зарычал своим изношенным двигателем? Санитары поспешили на свои рабочие места рядом с трупом. Вскоре улица у нашего дома опустела.

Теперь мне некуда было спешить. Трупом быть мне слишком рано. Но бежать в дом где запах ладана и трупа тоже нет никакого смысла. К тому же ноги отекли после часового ожидания на лавке в театральном парке.

Стоило бы ноги размять по пути к дому. Однако с авоськами из гастронома не до разминки. Упаковки с бутылками и с конфетами, а также плов потянут на десять кило.

Поднявшись по старинным ступеням к дверям своей комнаты, сразу ощутил мёртвую тишину старинного дома. За толстыми стенами из кирпича и тёсанного камня совершенно не слышно шума большого города.

Ощущение такое словно ты находишься в старинном замке где-то далеко от цивилизации или в казематах старинной тюрьмы глубоко в подземелье без городского шума.

Конечно меня совершенно не устраивало такое проживание моей семьи с грудным ребёнком. К сожалению другого места проживания, у нас не было. Надо было хоть как-то создать уют для нашей семьи.

Мне обещали в профкоме нашего завода, что это временное жильё. В течении года городские власти предоставят нам улучшенное жильё, а этот дом отдадут под охрану ЮНЕСКО.

Совершенно не размышляя над своими действиями, как только вошёл в нашу комнату, поставил свои авоськи на стол, закрыл за собой дверь и тут же направился к окну в нашей комнате.

Надо было во чтобы то ни стало в первую очередь проветрить нашу огромную комнату. Затем можно будет проветрить коридор, кухню, ванную комнату и туалет. Пока живые старухи спят.

Наверно, окна в этом доме не открывали десятки лет? Замазанные масляной краской двойные рамы ни поддавались моим рукам. Пришлось открывать окна при помощи монтировки и отвёртки.

Другой метод открывать окна не подходил. Применять молоток, это равносильно тому, что стуком молотка выпустить среди ночи злого джина из заточения в виде не умерших старух нашего дома.

Как только открыл окно в нашей комнате, свежий воздух с улицы и городской шум сразу ворвались в нашу комнату, мгновенно заполнили всё пространство вокруг меня. Глубоко вздохнул свежий воздух, как космонавт вынутый на землю из капсулы космического корабля.

Хотел размять свои отёкшие мышцы. Но в это время устало скрипнула массивная дверь в нашу комнату. В дверном проёме появилась старуха из соседней комнаты, словно приведение из старинного замка.

– Что тут случилось? – сонным голосом, спросила старуха. – Почему так много шума среди ночи?

– Вот, решил после ремонта комнату проветрить. – растерянно, ответил, строгой соседке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.