Гейл Хилл
Три очка к счастью

Глава 1. Удачное стечение обстоятельств

Господи, и почему на просмотр в группу поддержки нашей студенческой баскетбольной команды такая очередь огромная? Ощущение, словно каждая пришла не в группу попасть, а задницей перед парнями потрясти! Ну, конечно же, каждая хотела засветиться перед этими красавцами, будто бы задница решала все. Хотя… судя по некоторым “шортам”, которые больше были похожи на стринги, задница и правда решала все.

Еще и Женька опаздывала, я не знаю, как буду держать подруге место в очереди дальше, если она не придет в течение пятнадцати минут. Меня же тут разорвут! Потому что Диана – глава группы поддержки сказала минут десять назад, что всех они точно не отсмотрят. А мы в начале очереди, у нас ещё был шанс.

– Наконец-то! – убрала со скамьи вещи, освобождая подруге место. – Я думала, еще немного, и тут будет драка за твое место.

– Ну прости, Лис, – Женька поправила топ, собрала волосы в хвост и улыбнулась. – Я не виновата, что маме понадобилось, чтобы я встретила сестру со школы именно сегодня. Еле добежала. Как я выгляжу?

– Шикарно!

Подруга у меня и правда была шикарной. Метр семьдесят пять, русоволосая и длинноногая красотка с большими серыми глазами и своими пухлыми губами. Все наши парни с журфака ходили за ней и уговаривали пойти с ними на свидание. Женька изображала недотрогу и тайно сохла по Карасеву из “Воробьиного легиона”, ну или как мы ласково их называли – “Воробушки”.

Вот только этот Карасев давно был в лапах рыжеволосой бестии с третьего курса – Дианки Быстровой, которая ни на шаг от него не отходила, все боялась, что ее красавца уведут. Даже команду на просмотр притащила. Бедные парни устали после тренировки, а их еще и не отпустили после, заставили отсматривать около пятидесяти девчонок. И, о боже, мы с Женей были в их числе…

Вообще мы неплохо танцевали, я в детстве занималась танцами, а Женька до сих пор. Она по выходным даже детишкам преподавала. Жаль, что было всего только одно место. Я надеялась, его получит кто-то из нас. Мы договорились, что не расстроимся только в таком случае.

– Морковкина Алиса! Прошу!

Диана, оправив свои длинные рыжие волосы, обратилась куда-то в пустоту.

Это был мой шанс. Включив музыку на телефоне, я станцевала заготовленную заранее программу наподобие того, что танцуют девочки. Мальчишки из команды даже в какой-то момент оживились, мне показалось, что кто-то из них похлопал. Закончив, я, как примерная школьница, встала напротив импровизированного жюри, состоящего из группы поддержки и любимого Женькиного Карасева. Недолгие перешептывания, и я получила вердикт.

– Ростом не выдалась, а так неплохо, – констатировала факт Быстрова и вычеркнула мою фамилию из кандидаток. – Следующая! Васильева Евгения, и мы заканчиваем. Остальные сразу же нет, время не резиновое.

Не знаю, расстроилась ли я. Вроде, хотелось попробовать себя в роли участницы группы поддержки, а, вроде, и нет. Если Женьку утвердят, на что я сильно надеялась, я останусь совершенно одна в те дни, когда она будет на выездах с командой. В дни игр на нашей арене я буду приходить на трибуны, а поехать с ними в другой город, особенно если это будет в учебное время, я точно не смогу. Да и куда? Я поступила, в первую очередь, учиться, а не ерундой всякой заниматься.

Женька танцевала как богиня. Она умела: и ножку красиво выставит, и ручку, и грудь в нужных моментах округлит, и попой сделает такие классные движения, что даже у Карасёва слюни потекли. Я видела, он реально засмотрелся, за что, правда, сразу подзатыльник получил от Дианы. Ничего, с него не убудет. Знаю я таких.

Красивый он, это да. Русый, голубые глаза, те самые шесть кубиков идеального пресса, руки с явными бицепсами. А ещё высокий, баскетболист же! Целых метр девяносто пять тестостерона и красоты, как говорила Женька. Красивый идиот, я бы выразилась так. Бабник, пока Диана не видит, с другими целуется, зажимает их в стенах вуза. В общем, типичный капитан баскетбольной команды. Как ещё не вылетел с третьего курса экономического? Этого я не могла постичь.

Когда Женя закончила, всех выгнали в коридор, чтобы принять окончательное решение. Мы переоделись в раздевалке баскетболистов, услужливо уступивших нам свое место.

Я уже точно знала, что меня не возьмут. Пф, будто бы я рассчитывала на что-то другое! С моими метр шестьдесят я не то что в группе поддержки низкая, я на фоне этих баскетбольных гениев потеряюсь.

– Ты видела, когда ты танцевала, Диана подзатыльник дала Арсению за то, что на тебя пялился, – я ухмыльнулась подруге.

– Значит, понравилась, – резюмировала она, расплетая хвост.

– Ага, смотри, возьмут тебя и уведешь его у Дианы, она тогда из группы поддержки тебя выпрет!

– На то и расчет, – подруга самодовольно улыбнулась, и я тут же рассмеялась.

Такой самоуверенности мне точно не хватало. Я знала, что я красивая. Блондинка, кукольное личико, большие голубые глаза и пухлые губы, в которые я вколола немного филеров, чтобы они выделялись. Не наградила меня природа большими губами, зато косметолог помог! Вот только красотой своей я пользоваться не умела в отличие от Женьки, которая только с помощью внешности могла завоевать внимание мужчин вокруг и заставить их за нее соревноваться. Мне такое не по нраву, мне бы одного и на всю жизнь, и явно не кого-то из этой баскетбольной команды. Там все придурки, кроме Эдгара. Да и тот иногда вел себя также.

– Васильева Евгения с журфака остаётся, – объявила Диана, открыв двери спортзала. – Остальные свободны. Всем спасибо! Возможно, в следующем году возьмём кого-то из вас.

– У-и-и-и, – я заключила подругу в объятия, поздравив ее. Она заслужила. – Беги, пока они не передумали. Отметим вечером!

– Купишь нам винишко? – она довольно виляла ягодицами, пританцовывала. Ну точно человек танцев и музыки!

– Куплю, конечно!

Мне хоть и исполнилось восемнадцать совсем недавно – месяц назад, я все равно самая младшая из группы. Я всегда младше всех на год. Пока всем моим одногруппникам в течение первого курса исполнится по девятнадцать лет, я свое девятнадцатилетие отмечу только в октябре месяца! И надо же было меня отдать в школу так рано, у-у-у! Хотя, я бы тогда не познакомилась с Женькой. Ладно, и в этом есть плюсы.

– Ой, спасибо большое! Ну все, я побежала! С тебя ещё роллы! Не забудь!

И довольная поскакала в открытый зал, а я наблюдала за ней счастливой и жизнерадостной. Вот кому везёт по жизни: и родители богатые, и тетя в своей квартире пожить за просто так пустила, и парни вокруг вьются, словно плющи, и в группу поддержки попала с первого раза. Горжусь своей подругой!

Вышла в холл универа, собираясь пойти в квартиру, однако обнаружила, что без куртки. Видимо, оставила в раздевалке. Я очень надеялась, что баскетболисты уже ушли из раздевалки, пока мы ждали вердикта, потому что увидеть кого-то в чем мать родила мне не хотелось.

Аккуратно приоткрыв дверь раздевалки, я юркнула внутрь. Так, где-то тут должна была висеть моя курточка. И какого черта эта раздевалка такая огромная? Там всего шестнадцать человек переодеваются, а не целая сборная России по футболу.

Слава богу, никого не было, уже прекрасно, а то стресс на несколько лет вперёд обеспечен. Не то чтобы я никогда голого парня вживую не видела. Видела, в телефоне… В жизни такого счастья ещё не привалило.

– Да где же эта куртка?!

Безнадежно. Ее нет. Видимо, кто-то себе забрал случайно или специально, не знаю. Студенты могут.

– Не это ищешь? – услышала сзади, не желая оборачиваться.

Звук шел со стороны душевых. Если там кто-то без всего, клянусь, я отобью ему его хозяйство, нечего тут светить.

– Эй, мелочь, твоя куртка, говорю? – снова повторил этот голос, и мне пришлось обернуться.

Карасев. В одном лишь полотенце на бедрах. Со стекающими вниз по торсу капельками воды, за которыми невольно хотелось проследить, я так и поступила. На указательном пальце, словно на вешалке, висела моя кожанка, хотя, сейчас, казалось, что повесится моя психика. Мог бы и одеться, раз видел, что я тут.

Надо брать себя в руки. И плевать, что слишком красиво, и я никогда ещё не видела такого вживую. Плевать-плевать-плевать.

– Я…э…

Это был провал. Мозг отключился, и я забыла все слова. Ну как так-то? Это же просто красивое мужское тело, и не больше. Да у него девушка есть! Куда я вообще смотрю?

На кубики пресса, Алиса! Куда ещё!? А, ну, на красивую паховую область, по которой так и стекали капли воды. Он специально не вытерся после душа?!

– Говорить разучилась? – Карасев закатил глаза, тяжело вздохнул и подошёл ближе. – Куртка твоя?

Я кивнула. Куда ещё ближе, мать твою!? Я и так ничего не соображаю. Схватилась за куртку, как за спасательный жилет.

– Спа-спасибо, – еле выговорила эти три слога.

Хорошо, что не по слогам, а то решил бы, что я умалишенная. А будто я сейчас себя не так веду!

Морковкина, в руки себя бери, давай!

– Ну, шуруй тогда, раз спасибо и твоя, раздевалка-то мужская. Или мне при тебе переодеваться? В принципе, – он сделал непродолжительную паузу, после чего опустил руки на узел на полотенце. – Я могу.

Не знаю, снял он полотенце или нет, я выскочила оттуда как ошпаренная. Мозг вовремя включился, и на том спасибо. Провокатор хренов. Думает, что может все, раз такой красивый? И чем он только Женьке нравится? Не понимаю.

Остановилась только на выходе, решив, что выбегающая из университета первокурсница будет выглядеть странно. Свежий ноябрьский московский воздух сразу же ударил мне в нос прохладой. Я ещё и в кожанке зачем-то выперлась с утра, о чем только думала? На улице плюс один, а я в тоненькой кофточке и кожанке. Холодно прямо, б-р.

О, а вот и остальная часть команды стоит у машины одного из игроков, что-то бурно обсуждая. Все в теплых куртках, кто-то даже в шапке. Не то что ты, Морковкина! Видимо, мозг уже себе отморозила, сейчас ещё что-нибудь отморозим. Одним отмороженным органом больше, одним меньше, пф, какая разница?

– Эй, в кожанке, – ко мне подбежал один из игроков, несильно схватив за локоть. Я даже не успела его разглядеть. Слишком высоко, голову задирать не хотелось.

– Что надо!? – одернура руку, мне и так холодно, куда он меня тормозит? Уже зуб на зуб не попадает.

– Да смотрю, идёшь вся, дрожишь, довезти хотел. Тебе далеко?

Только сейчас я его рассмотрела. Эдгар. Точно, тот, который, вроде, не идиот, но ведёт себя иногда именно так. По крайней мере, чтобы он зажимал какую-нибудь девушку в углу, как Карасев, я не видела. Вроде, ехать с ним в машине не опасно.

Конечно же, я согласилась. В теплой машине куда лучше, чем на холодной улице. Тем более, мне сначала надо было дойти до остановки, а потом на автобусе ещё две остановки проехать и там пешком ещё минут восемь. Я же замерзну, а тут с комфортом и быстро. И с красивым парнем, тоже плюс.

– А по погоде одеваться ты умеешь?

Он усмехнулся. Достаточно красивый молодой человек. Чернобровый, с трёхдневной щетиной, которую, кажется, он никогда не сбривал. Карие глаза. Настоящий восточный мужчина, и манеры у него были оттуда же. Высоченный тоже. Не знаю, сколько ростом, но явно не меньше ста девяносто. Он почти упирался головой в потолок машины. И я такая низенькая, маленькая, прямо как лилипут в царстве великанов.

– Умею, когда не опаздываю, – виновато поджала губы, отогревая руки над печкой. Спасибо доброму человеку , печку мне включил, а то пальцы заледенели. – Я, кстати, Алиса.

– Да я запомнил тебя, ты красиво танцевала. Не узнал со спины просто, – улыбнулся мне широко так и приятно. – Эдгар. Приятно познакомиться, Лиса Алиса.

Лиса Алиса? Что ж, мне нравится. Голос приятный, не пялится, взглядом не раздевает, не ухмыляется, как его дружок. Они, вроде, с Карасёвым друзья не разлей вода.

– Взаимно, – и оба замолчали.

Я не знала, о чем с ним говорить. Не о баскетболе же? Я знаю-то только, что есть двухочковые и трёхочковые броски, и все. А, ещё четыре четверти. Все. Позориться не буду. Лучше помолчу, может, ему вообще беседы со мной не интересны.

Может, он просто благородный рыцарь, который не смог оставить девушку одну в холоде? Я надеялась, что это так, и у него не было на меня никаких планов.

– Не хочу показаться навязчивым, – снова заговорил он, когда машина остановилась у нужного дома. – Ты ведь с журфака?

Кивнув, я снова улыбнулась. Милый такой, а глаза хитрые. Явно что-то хотел. Что можно от меня хотеть? В любовных утехах я полный ноль, разве что компанию могу составить в походе куда-нибудь.

– Это ты фотографировала последнюю нашу домашнюю игру, и статья твоя в университетской газете?

– Все мое, да, – с гордостью ответила я.

Неделю назад выпустили газету с моей статьей и фотографиями к ней, где я вела репортаж матча наших “Воробушков” с питерскими “Сфинксами”. Не думала, что ее читает кто-то, кроме студентов с журфака. Сами создаём, сами читаем.

– Не буду ходить вокруг да около, раз так вышло, что я подвез именно тебя сегодня, это знак, – он вытащил из кармана куртки телефон и что-то там стал искать, пока я ничего не понимала. – У нашей команды есть телеграм-канал, он давно пустует, потому что мы с парнями тупо не успеваем его вести. Я пытался, но это точно не мое. Все эти фото, видео, слова, все плохо. Может, поможешь?

С такой надеждой, которой он меня одарил своим взглядом, было невозможно отказать. Да я ведь и хотела быть поближе к подруге, а тут администратор телеграм-канала, значит, ездить в поездки с ними, потому что контент дело святое!

– Предлагаешь мне стать вашим пресс-секретарем?

– Хрен его знает, как это называется, но да, будешь с нами кататься, снимать кружочки там, посты писать. Все за счёт команды, с руководством Сеня договорится, я попрошу. Тебе ещё за это и заплатят, чисто символически, конечно, но студенту ведь любые деньги нужны. Согласна?

Провальное прослушивание в группу поддержки уже не казалось такой катастрофой, да и день начинал приобретать оптимистичные нотки. Мне, как будущему журналисту, такое предложение, да ещё и платить за это будут? Если бы можно было его расцеловать, я бы уже, но а пока просто скажем ему спасибо.

Но я так счастлива, Господи. Да! Всегда мечтала вести телеграм-канал какой-нибудь звёзды, а тут целая баскетбольная команда с такими красавчиками. Интересно, а интервью у них можно брать? Если да, то этому Карасёву не отвертеться, все о нем разузнаю и Женьке солью.

– Конечно же, да! Делать контент – это мое, вы не пожалеете!

Господи, я радовалась, как идиотка. Он ещё посмотрел так странно, точно решил, что я из ума выжила. В кожанке в ноябре гуляю по улице, ещё и радуюсь, как сумасшедшая. Надеюсь, он не передумает. Или решит, что я просто голову себе успела отморозить за пять минут на улице.

– Запиши мой номер, а я твой. Я обговорю все с руководством клуба и с Карасем и завтра тебе все расскажу. Окей?

– Окей! – всё-таки чмокнула его в щеку, когда мы обменялись номерами.

Не удержалась. Хотелось как-нибудь отблагодарить, а простого спасибо показалось мало. Ну ладно, я просто хотела ощутить на губах вкус его кожи. Не поняла, правда, но ничего, может, когда-нибудь это будет благодарностью с его стороны, и не в щеку, а а губы. С таким красавцем грех не поцеловаться!

– Если бы знал, что за это меня поцелуют, подошёл бы раньше, – с самой очаровательной улыбкой произнес Эдгар, заставив меня покраснеть.

– Одноразовое вознаграждение, больше не повторится, – пожала плечами и, попрощавшись с Эдгаром, вышла из машины.

Трусцой добежала до подъезда и только в квартире устроила танец радующейся макаки. Ну потому что это даже лучше, чем быть членом группы поддержки! Ух, я уже предвкушаю, что меня ждёт. Это будет великолепное путешествие по городам России и, надеюсь, увлекательное общение с ребятами, если они там не все такие, как Карасев.

Последнему вообще надо его самодовольство куда-нибудь засунуть поглубже, а то ходит, как царь и бог. Ага, царь полотенец и мокрых трусов девочек, что текут от него при одном лишь виде. И было бы у него что-то, кроме тела, мозг хотя бы, так им там даже и не пахло. Я ж говорю, полководец мокрых трусиков Арсений Карасев. И почему капитан не Эдгар? Со вторым хотя бы общаться приятно.

Ладно, мысли в сторону. Меня ещё никуда не утвердили и точно не сказали, что я буду пресс-секретарем команды, поэтому пока что оставим всё свои рассуждения на потом. Успею ещё тысячу раз косточки парням с Женькой перемыть. А пока пора выбирать сет из роллов и ждать подругу с бутылкой вина, у нас есть почти два повода, которые можно отметить!

Глава 2. Маленькая спасательница

Кто бы знал, как мне надоели эти женские перемены планов и настроений! У Дианки семь пятниц на неделе. Сначала она мне говорит: “коть, не планируй ничего на сегодняшний вечер, мы пойдем в кино”, а потом: “коть, я не смогу, у Аськи сегодня родители уезжают, и у нас планируется девичник ночью”. И вечно это противное “коть”, будто я ее личный кот.

Мало того, что вчера я убил добрую половину вечера на просмотр в группу поддержки, так ещё и сегодня оборвались все планы. Хорошо, что Эд свободен и пригласил в кафе посидеть после пар. Сегодня у нас не было тренировки, Палыч решил пожалеть нас и устроил выходной, единственный за последние две недели. С Палычем про личную жизнь можно и не вспоминать, так на тренировки упахает, что потом уже ничего не хочется.

Апельсиновый сок вместо виски и салат, потому что диета. А хотелось мяса и напиться, потому что я устал. Да, бывало и такое. Нагрузки, нагрузки и ещё раз нагрузки. Никакого веселья. Конечно, я понимал, что спорт – это нагрузки и отсутствие свободного времени, но где-то в глубине души надеялся, что у меня всё-таки будет время с девушкой, а не ее вечное отсутствие с подружками. Вот и приходилось ходить иногда налево, потому что хочется, а не с кем.

А вот и новая жертва – красивая официанта. Подмигнул красотке, и она тут же смущённо отвела взгляд в сторону. Ой, знаем мы таких, и не такие сдавались в мой плен. Сначала такие недоступные, а потом: “Сеня, не надо, Сеня, боже, да, как хорошо”.

– Снова строишь глазки девушкам?

Этот Мхитарян вечно все портил! Она уже подмигнула мне в ответ, ещё пару улыбок, и я бы записывал ее номер, а вечером зажаривал бы ее в квартире или в машине. Или и там, и там.

– Ты как всегда вовремя, – пожал протянутую руку, мысленно наложив на него порчу.

Вот что он всегда в ненужные моменты приходит?! У него миссия спасти всех девушек мира от моего члена? Сколько раз он обрывал мои знакомства? Не пересчитать и по пальцам.

– Только не говори, что ты уже почти договорился. А как же Ди?

Их в восточных семьях всегда учат быть такими прилежными и милыми мальчиками? Иначе я не понимаю, откуда в нем столько противного благородства? Молодость дана для того чтобы жить в кайф, спать с девушками, танцевать, гулять, пить и заниматься спортом, а он вечно нудит.

– Да заколебала она меня, – подозвал официантку и всё-таки заказал себе мясо. Хрен с этой диетой! – Вечно ей все не так и не этак, а потом с подружками на девичник или ещё чего. А мне как бы другого хочется, я устаю, оргазм прекрасно помогает снять стресс.

– Понятно, у тебя только секс на уме, – друг усмехнулся, заказав себе кофе. – Я так-то поговорить хотел.

– О чем?

Докатился: сижу вечером в кафе, ничего не делаю, пялюсь на девчонок и ни с одной не целуюсь. И зачем я ввязался в отношения с Ди? Мне и без нее было прекрасно, никто на мозг не капал, делал что хотел, а сейчас, вроде, что-то типа ответственности и совести есть. Хотя у меня ее никогда не было, по правде говоря. Вечный бабник Карасев, а потому что никто не видел другого. Другое внутри, глубоко, пока никто так и не разбудил, поэтому бабник и мачо все ещё занимают лидирующие позиции.

– Нам же нужен был пресс-секретарь в команду, я нашел девчонку. С руководством клуба переговорил через Палыча, они не против, одобряют.

– А от меня ты что хочешь?

Он аж от счастья светился, неужели девушка понравилась? Что там за красотка? Тоже восточная девушка? Эду только такие и нравились. Заинтриговал.

– Ну как что? Познакомься с ней, представь команде. Вам работать вместе придется.

– Ладно, все равно делать нечего. Зови свою красотку, посмотрю на нее, а завтра команде представлю. Пусть парни отдыхают сегодня.

– Она не моя, – как-то обиженно возразил друг.

Двадцать лет парню, а девушек у него было по пальцам пересчитать. Неужели не интересно было попробовать все, пока есть возможность? Хотя я даже завидовал ему. У него цель: найти ту самую, завести с ней семью, детей и все дела, поэтому Эда и считают хорошим мальчиком, в отличие от меня. А репутации соответствовать надо.

Друг отошёл в сторону, созвонился с девушкой по телефону и вернулся с такой милой улыбкой на лице, что я даже удивился. Реально девушка понравилась? Меня начало одолевать желание увидеть ее, понять, какие ему нравятся. Сто лет дружим, а я так и не понял. Вечно разные, но всегда милые и хорошие девочки.

– Сказала, подойдёт через десять минут, – Эд махнул официантке и заказал ещё один кофе. – Не смотри на меня так, я не собираюсь к ней подкатывать.

– И поэтому кофе заказываешь?

– Нет, просто человеческая забота, – он отнекивался, а я наблюдал.

Я-то думаю, чего он сегодня такой красивый. Рубашка, брюки, прическу вчера обновил. Решил охмурить девушку, похоже, но сам не признается. Я уже представил объект его обожания: низенькая, брюнеточка, скорее всего, в очках. Не вульгарная, но при этом соблазнительно красивая. Вежливая, стеснительная и обаятельная одновременно. В общем, полная противоположность моей Диане.

Студенческая кафешка всегда была полна разных категорий людей. Громкие первокурсники, бурно обсуждающие все подряд. Молодые, много эмоций, что с них взять? Мы были такими же. Уставшие выпускники, сходящие с ума от дедлайнов и ругающие своих научных руководителей, которые не помогают им с дипломами. Это нам предстоит в следующем году. И оставшиеся студенты, собравшиеся, чтобы провести время вместе для решения домашки или общения ради. И куда же без целующихся парочек? Эти сидели по углам и изображали любовь, хотя, как показывает практика, большая часть этих парочек разбивалась, не продержавшись и несколько месяцев отношений.

Не то чтобы мы с Дианой были вместе намного дольше, но мы хотя бы не строили иллюзий на будущее. Оба понимали, что отношения прекратятся рано или поздно, потому что я тот самый плохой парень, а она популярная девчонка. Не суждено нам долго и счастливо, скорее эмоционально и коротко, пока либо она не признается в своих изменах откровенно, либо я. Знал же, что она с Ваней Потемкиным крутит шашни, случайно даже увидел как-то, как они целовались. Просто сейчас нам было выгодно быть вместе, вот и терпели друг друга. По крайней мере я, от чувств у меня было исключительно желание хорошо заняться сексом, в этом Диана была отличницей, не то что в учебе.

– Кажется, твоя девушка задерживается, – я никуда не торопился, но ждать ненавидел.

Прошло даже не десять минут, а почти двадцать, и мне порядком надоело слушать галдеж перваков. Несколько раз желание уйти отсюда меня практически одолевало, но я сдержался ради друга.

– Написала, что бежит уже. И она не моя.

– Я вижу. Посмотрим.

Действительно, в кафе вбежала девушка, озираясь по сторонам, она искала столик, и, обнаружив наш, практически подлетела. Просто буря какая-то.

– Извините, задержали на паре, – я даже не успел ничего сказать, как она продолжила. – Я Алиса. Алиса Морковкина.

Обратилась ко мне, и только сейчас я ее рассмотрел. Блондинка. Голубые глаза. Пухлые губы. Хорошенькая такая, прямо куколка. Лицо знакомое только. Где же я ее видел? Склонил голову набок и снова изучил черты лица, вспомнив. Это же вчерашняя неразговорчивая забывчивая девушка из раздевалки, не выдержавшая моего перформанса с полотенцем.

– А я думал, что ты вообще говорить не умеешь, – да, я не упустил возможности припомнить ей вчерашнее. Победно улыбнулся.

– Вы знакомы?

Лицо Эда надо было видеть: удивление вкупе с каким-то недовольством. Точно имел на нее какие-то планы. Что ж, так даже интереснее.

– Да, было дело вчера в нашей раздевалке, – специально сделал паузу, ожидая их реакции.

Морковкина. Нет, не нравится мне ее так называть. Морковка. Морковочка. Ей подходит. Такая же яркая, сочная, разве что только не рыжая. Так вот, Морковка покраснела от ушей до щек, сглотнув, а Эд заинтересованно на меня посмотрел, явно ждал продолжения рассказа.

– Я куртку забыла в вашей раздевалке, думала, там пусто, а он вышел из душа почти что в чем мать родила. Светил своим прессом, я и растерялась. Вот и слова все забыла.

Оправдывалась, краснела. И вчера вся красная была. Вела себя как школьница, ей богу, будто парня никогда голого не видела. Взрослая же девочка уже.

– Похоже на Сеню, я не удивлен, – о боже, снова этот осуждающий взгляд друга. – В общем, руководство клуба согласилось на мое предложение твоей кандидатуры на должность пресс-секретаря. Попросили передать тебе все пароли от социальных сетей, у нас телеграм-канал и группа в ВК. Будешь с нами на тренировки ходить иногда, кататься на матчи всегда, на мероприятия разные, интервью можешь брать, официальные бумажки на пропущенные занятия тебе предоставят. Карась тебя команде завтра представит, да, Арсюш?

– Да, Эд, – вот прям врезать ему хотелось. Просил же меня так не называть.

Вон, Морковка уже смеётся, косится на меня с какой-то неприязнью. Не нравлюсь я ей, вижу. Я другого и не ожидал, учитывая мою репутацию в универе. Наверняка думает, что зажму ее где-нибудь в углу, да целоваться полезу. Я бы мог, конечно, но не стану. Мелочь же ещё совсем. Да и Эду нравится она, мешать не буду.

– Ну, раз знакомство состоялось, я могу идти? Или вы хотели ещё что-то мне сказать? У меня просто дела на вечер есть.

Суетилась, смотрела то на меня, то на Эда. Стеснялась, неуютно ей было. Милая такая, я понял, почему Эд так эмоционально на нее реагировал. Хочется сразу ей соответствовать. Прям целый заряд эмоций. Я уж и забыл, что такое, когда девушка стесняется и волнуется, рядом со мной обычно те, кто нифига не волнуется. Сами в штаны тебе залезут, только повод дай.

Была у меня одна такая, мы гуляли допоздна, и я ее до дома довезти решил. Телефон уронил под сиденье, нагнулся, чтобы поднять, и тут вдруг чувствую ее руки на ширинке джинс. И даже как-то отказываться было неудобно, сама же захотела, я и сделал вид, что все ок. Секс, и разошлись. Ни капли смущения. А тут такой ценный экземпляр, Эд и загорелся.

– Тебя довезти, может?

Благородный рыцарь Эдгар мчит на помощь к стеснительной Морковке, и она… Конечно же, соглашается. Зачем я только был тут нужен? Они бы и без меня прекрасно справились. Кажется, у друга зарождалась симпатия, а у меня появился повод сблизиться с объектом его симпатии, чтобы если что подтолкнуть в нужное русло. Не, ну а что? Другу давно пора найти себе девушку, может, хандрить тогда перестанет.

– Одну минуту, извините, я только на звонок отвечу.

Нет, меня реально тошнило от его вежливости. Одну минуту, о боже, из какого он века? Извинился, встал, ответил и пришел. А Морковке нравилось, смотрела она на Мхитаряна с уважением, улыбалась даже.

– А когда у вас следующая игра?

Тихо-тихо, почти неслышно спросила Морковка. Мне даже пришлось напрячь слух, чтобы ее расслышать. Она всегда была такой? Или только с мужчинами?

– В пятницу на нашем поле. Вечером, в восемь.

– Спасибо, Арсюша, – она повторила за Эдгаром, и меня аж передёрнуло.

А, нет, был в ней огонек, просто скрывался внутри за стеснением. Интересно, что там ещё внутри пряталось?

– Так может говорить только Эд, – строго на нее посмотрел, но Морковка не испугалась. Только улыбнулась шире. Маленькая такая, я рядом с ней точно великан, это даже сидя чувствовалось. – Иначе будешь просто Морковка, а не Алиса.

– Хорошо, что не овощ, а Морковка мне даже нравится. Можешь называть так, необычно. А я буду Арсюшей.

Вот змеюка, ещё и смеётся при этом. Девочки такие девочки, посмеялась, улыбнулась, и мне прям хорошо на душе стало. Всё-таки хорошо, что такие девушки существуют, они созданы для того, чтобы дарить людям радость. Таким и в ответ дарить ее приятно.

– Алис, прости, пожалуйста, но мне срочно нужно уехать совершенно в другую сторону. Тебя Сеня довезёт, хорошо?

– Хорошо, конечно, езжай. Ты же не обязан!

Выглядел Эдгар подавленным, когда вернулся. Неужели снова что-то с мамой случилось? Она у него совсем слабая, здоровье плохое, вечно болеет.

– Мама? – тихо спросил я, когда он надевал куртку. Друг кивнул. – Что случилось?

– В больницу положили, с сердцем что-то. Поеду папу поддержать и сестру, отвези Алису, пожалуйста.

– Езжай уже, – похлопал друга по спине.

– Ей только восемнадцать если что, – шепнул мне в ухо, и ушел, оставив нас вдвоем.

Уточнение возраста не требовалось, по ней и так видно было. Такая милая добрая девушка, все ещё в розовых очках. Не сорвал бы эти очки с нее кто-нибудь, показав жестокую реальность мира. Боюсь, она не выдержит.

– Поедешь со мной, Морковка? Или предпочтешь осенний ливень?

За окном шел ливень. Проливной дождь, не грибной, не теплый, холодный и противный. В такую погоду собаку из дома не выгонишь, а самому вообще не хочется выходить. У Морковки просто не было выбора.

– С тобой.

– Тогда надевай куртку, – сам пока что расплатился за счёт.

На улице быстро добежали до машины, оба без зонтов. Пришлось проявить свои лучшие качества и открыть дверцу машины Морковке. Она уже сама потянулась к ручке, но я опередил ее, и, видимо, так близко к ней встал, что она запрыгнула в машину буквально за секунду. И сразу покраснела. Так непривычно видеть настолько яркие эмоции.

Она продиктовала адрес и повернулась к окну, а я рассмотрел ее сбоку. Длинные блондинистые волосы чуть намокли под дождем, и Морковка стала похожей на русалку. Я слабо улыбнулся, не понимая, что вызывало улыбку. Видимо, это тоска и одиночество. Или усталость. А, может, ее искренность и живость, которых мне так не хватало в других девушках?

– Это, что, твоя Диана?!

Неожиданно громко объявила Морковка, указав рукой на целующихся Диану и Ваню. Ну вот этого не хватало сейчас… Девичник у нее, ага, сейчас я ей такой девичник устрою. Хоть бы пряталась лучше, раз таскакается с Ваней. Не возле студенческого кафе же! Идиотка.

Вышел из машины, собираясь устроить скандал. Морковка зачем-то увязалась за мной. Решила остудить пыл?

– Какого черта?! – не обращая внимания на дождь, остановил телячьи нежности парочки, обратив их взгляды на себя.

– Сень, это не то, что ты подумал, – начала оправдываться Ди, а я тем временем разминал кулаки.

Всегда хотел врезать Ване, слишком он меня раздражал. То в капитаны метит на мое место, так ещё с и девушкой моей целуется. Терпение терпением, но я не терпила.

Сделал шаг вперед, занёс руку для удара, но был остановлен. Морковка, стоявшая позади все это время, оказывается рядом и обескураживает меня своими действиями. Тянется на носочках ко мне, обхватывает руками шею и подставляет губы для поцелуя.

– Что ты делаешь? – шепчу ей, ничего не понимая. Смелости где успела набраться за пару минут?

– Спасаю ситуацию, целуй меня давай! Они же смотрят! – тоже шёпотом, волнуясь, крепче сжимая руки на моей шее, чуть задевая ногтями кожу.

Кто я такой, чтобы ей отказать? Спасательница маленькая. Вся холодная, мокрая, губы дрожат, руки тоже. Жмется ко мне, близко так, что я невольно ощущаю тепло внутри. И не смотря на дождь и жуткий холод, это тепло согревает меня и дарит какой-то невероятный прилив энергии.

Целоваться Морковка не умеет, но делает это так старательно, что я готов закрыть глаза на все и перехватить инициативу в свои руки. Напираю больше, обхватываю талию и примыкаю к губам сильнее, пуская в ход язык. Морковка тяжело дышит и смотрит своими голубыми так проникновенно, что я, кажется, встрял по полной, утонув в них. Тепла внутри становится больше, а дождь уже совсем не волнует. Глаза напротив и эти мягкие, полные губы – все, что я хотел видеть и ощущать сейчас.

Вот только хорошего должно быть немного, чтобы не привыкать и не наглеть. Она отступает, неловко переминаясь с ноги на ногу, раскрасневшаяся и промокшая до нитки.

– Пойдем, Морковка, – хватаю ее за руку. Ледяная. Замёрзнет ещё и заболеет.

– Карасев, что это было?! – прокричала нам вслед Диана.

Отвечать я не собирался. К черту ее и наши отношения. Давно нужно было расстаться. Меня Морковка сейчас интересует и ее поступок. Надо ее согреть, а потом все обсудить. Нам есть о чем поговорить.

Глава 3. Трусиха

Черт. Черт. Черт. Зачем я это сделала? О чем вообще думала? Я целовалась с парнем, которого знаю от силы минут двадцать. Уму непостижимо! А, хотя, откуда у меня вообще уму взяться, раз я такими вещами занимаюсь? А если Женька узнает, что тогда? Он же ей нравится, у нее планы на него, а я тут с ним целуюсь… Она меня не простит.

Да и этот теперь смотрит на меня выжидательно, словно думает, что я что-то ему скажу. Ни-че-го. Поцеловала, и поцеловала, говорить почему не буду, пусть сам думает.

И, вообще, мне холодно и мокро, коленки дрожат, зуб на зуб не попадает и так противно от прилипшей одежды, что хочется поскорее из нее вылезти. Чего я туда поперлась в такой ливень… Хотя поцелуй под дождем – это так романтично, но не в ноябрьский вечер, и не в такой холод собачий. Боже, о чем я снова думаю?

– Замёрзла? – заботливо спросил Карасев, видимо, поняв, что я ничего не скажу про поцелуй.

А он не видит? Я вся дрожу и никак не могу согреться, даже печка не помогает. Одежда-то мокрая, холодная, фиг в ней согреешься. Не хватало после этого заболеть. Завел машину, но так и не поехал никуда. Чего стоим?

– Очень, можем немного быстрее поехать? Хочу поскорее снять мокрую одежду и залезть в теплую ванну.

Я поежилась в очередной раз от холода, подставив ладони под теплый поток воздуха с печки. Можно было бы, я бы сняла кроссовки и ноги подставила, но выглядеть это будет странно.

Ненавижу! Ненавижу проливные дожди! Пару минут, и ты весь как псина мокрый. У-у-у, хочу под одеяло, домой, в кроватку, подальше от Карасёва и его компании, от этого пытливого взгляда и ухмылки. И вида, словно он победитель по жизни и все ему все должны.

– Я выйду из машины, ты из моей сумки спортивной с задних сидений возьми толстовку и штаны спортивные. Там ещё полотенце есть, вытрись хоть немного. Переоденешься, нажми на клаксон на руле, я зайду. Возьму пока нам кофе горячий, или чай больше любишь?

Что за странное проявление заботы от заядлого бабника Карасёва? Хотел продолжения поцелуя и поэтому заботился? Не поверю, что жалко ему меня стало. Проще же тупо отвезти и избавиться от меня, от проблемы, чем ее решать. Это же усилия прилагать, думать. К чему эти переодевания, горячий кофе?

– Я в них утону, – дрожащим голосом ответила я, понимая, что если мы сейчас не поедем, я тут же и умру от холода.

– Зато будешь сухой, давай, не противься, – настаивал Арсений, все рассматривая меня. Скользил взглядом сверху вниз и в обратном направлении, от чего мне становилось неуютно, неловко. Я сразу себя ощущала без всего. Как он так делал? – Или мне тебя самому раздевать?

Ох уж этот взгляд с хитрой ноткой, так и хотелось ему по лицу дать за эти пошлые намеки. Пусть раздевает себя сам, а ко мне прикасаться не нужно. Уж кто-кто, а Карасев меня не коснется ни в этой жизни, ни в другой. Поцелуй – единственное, что ему досталось, и то случайно по моей дурости.

Пришлось согласиться. Переместилась назад, когда Арсений вышел. На всякий случай проверила, не видно ли ничего из-за затонированных стекол, показав ему фак, и только потом открыла спортивную сумку. Господи, как же ровно и аккуратно сложены были в ней вещи. Толстовка, футболка, штаны, шорты и чистые носки. И целых два полотенца. А по нему и не скажешь, что может сам все так аккуратно сложить и держать в полном порядке.

Быстро сняла с себя все вещи, что, учитывая габариты его машины, было достаточно просто сделать. Я в его машине была как лягушонка в большой коробчонке, да и ощущала себя точно также: неуютно, не в том месте. Облачилась в теплую толстовку, вкусно пахнущую моющими средствами, и в те самые спортивные штаны. Пришлось завернуть штанины, чтобы не наступать на них, и рукава, иначе я похожа на пугало с огорода в неподходящей ему одежде. Зато тепло, и на том спасибо. Носки я тоже забрала, верну потом. Жаль, кроссовок нет, а то мои совсем промокли. Но и в этом было уже гораздо теплее и чувствовалось лучше. Хоть дрожать перестала.

Дождь все лил и лил. Карасев там, наверное, совсем взмок. Ещё и одежду свою отдал мне, тоже ведь мёрзнет. Может, он не такой уж и плохой? По крайней мере, заботу проявил. Надеюсь, не ради своей цели.

После того как я нажала на клаксон, прошло около пяти минут, и только тогда вернулся Арсений. С двумя стаканчиками горячего, ароматного кофе, весь мокрый, но счастливый. Ему все нипочем было, похоже. Карасев протянул мне стаканчик и осмотрел с головы до ног, тепло улыбнувшись. А улыбка-то красивая! Завораживающая.

– Морковка, тебе идёт. – остановил взгляд на моих губах, словно специально дразня, на что-то намекая. – Вещи мокрые где оставила?

– Сложила в пакет, – сделала глоток кофе, и тепло разлилось внутри. Без сахара, как я люблю. Шикарно. Уже совсем не холодно, даже тепло.

– Кофе пей, пакет где? – строго и решительно, словно он тот самый мужик из книжек, которому сразу хочется отдаться. Но нет, это все тот же Карасев, и отдаваться ему, а уж тем более терять с ним девственность я не стану.

Я кивнула в сторону задних сидений. Арсений протянулся за пакетом, вытащил из него мои вещи, открыл дверцу машины и выжал их. На руках у него красиво проявились вены, и я невольно отметила, что это выглядело очень горячо. Впрочем, как и все его действия. Столько заботы, внимания, каких-то интересных знаков. Непонятно только чего ради. Не верилось мне, что он делал все просто так.

– Теперь можем ехать, – наконец-то тронулся, довольный собой.

– Ты сам-то не замерз? Мокрый же весь. Ещё и вещи сухие мне отдал.

Переживала ли я? Отчасти. Было неловко от того, что я пользовалась его сухими вещами, сидела в тепле и комфорте, а он явно ощущал себя дискомфортно, но не показывал этого. Отрицательно мотнул головой, а потом улыбнулся краешком губ и посмотрел на меня заинтересованно, заставив нервничать. О чем он думал?

– Целоваться ты не умеешь, Морковка, – вдруг выпалил он, и мне стало так стыдно.

Боже, я ведь и правда целовалась по-взрослому только однажды, и то это был поцелуй, проигранный в карты на желания. Нежеланный, неожиданный и совершенно не нужный. И сегодня это был мой второй поцелуй, такой же неожиданный и нежеланный, наверное, нежеланный. Я не знаю, я так и не поняла, хотела ли я его поцеловать. Но мне понравилось, особенно язык, такой умелый, и ощущения от этого яркие и самые положительные. Меня словно током прошибло с головы до пальцев ног, и внутри все перевернулось. Я бы повторила, если бы не знала, что было внутри у Карасёва. С ним нельзя и не нужно. С ним будет ненадолго и неверно, страшно и неуверенно.

Мне кажется, я покраснела и стала похожей на знаменитого синьора Помидора из всеми известной сказки о луковице. Его, похоже, это забавляло. Он ухмылялся. Мне стыдно, а ему весело! Ну что за человек?

– Я целовалась второй раз в своей жизни, извини, если не оправдала твоих ожиданий. Я не твои девочки, которые вешаются тебе на шею, таких познаний у меня нет.

Даже обидно стало. Мог и бы и промолчать. Не умею и не умею, это не самое важное в жизни. Кажется, я надулась, как обиженная маленькая девочка. Арсений нисколько не изменился в лице после моего объяснения, сидел все такой же весёлый, слушал только внимательнее, а потом выдал на одном дыхании:

– Если нужна практика в этом деле, знаешь к кому обратиться, – подмигнул мне, снова расплывшись в ухмылке. Пришлось закатить глаза. Я только решила, что он нормальный, а он снова за свое.

Арсений припарковался у самого подъезда, чтобы я не попала снова под ливень, а быстро забежала внутрь. Ладно, что-то нормальное у него и правда было. Видимо, от отца досталось. Какая-то забота, правила приличия, что-то от мужчины, а не от бабника.

– Спасибо, я лучше с кем-нибудь другим попрактикуюсь, – забрала пакет и сумку. – Вещи верну завтра.

Помахала рукой и выскочила из машины, забежав в подъезд. Нафиг, подальше от него, от его приемчиков. Спасибо за вещи и заботу, но большего не нужно. Тем более, целоваться я не умею, сам так сказал, вот пусть и целуется с теми, кто умеет. А то со мной ведь, наверное, неинтересно, нет никаких ощущений, я же ничего не умею. Козел!

***

– Алис, ты так и не рассказала, что за парень отдал тебе свою одежду, – Женька никак не успокаивалась. Она мучила меня вопросами со вчерашнего вечера.

Конечно, я никогда не приходила в мужской одежде домой, да и с парнями не встречалась до этого без нее. Женя привыкла, что я не хожу на свидания, а провожу вечера в компании книжек или сериалов. Пару раз гуляла, но исключительно в компании с подругой. Одной страшновато. А тут пришла в мужских вещах, ни на один вопрос не отвечаю, молчу, как рыба, и вообще без настроения сегодня.

– Тебе не понравится мой ответ, – попыталась начать издалека, с намеков. Попыталась улыбнуться, но вышло какое-то недоразумение, и я просто расслабила лицо.

Мы сидели в университетской столовой. Заняли самое удобное место у окна, из которого была видна спортивная площадка. Старшекурсники-парни играли там в футбол, и мы иногда на них поглядывали. Всегда было приятно посмотреть на красивых парней, занимающихся спортом.

Женя ела овощной салат из капусты и болгарского перца, а я ограничилась кофе. Есть не хотелось, было так стыдно перед подругой, что я потеряла не только аппетит, но и всю свою эйфорию от получения новой работы с командой баскетболистов. Только Женя все на позитиве, счастливая, радостная. Вчера рассказывала о своих тренировках, о том, какую они программу готовят для матча. Подруга нашла то, что хотела, и ее это вдохновляло. Она будто от счастья даже светилась, улыбалась чаще. Я так люблю ее улыбку, от нее всегда теплом веет, но сегодня меня даже улыбка не спасает.

– Господи, Лис, ты же моя подруга, что бы ни произошло, я тебя приму и пойму.

С поддержкой во взгляде и голосе говорила моя прекрасная подруга, совсем не подозревая, что вчера я целовалась с ее мечтой. И самое противное в том, что мне понравилось. Не Карасев, нет, а поцелуй.

– Привет, – храни господь Эдгара! Он подсел за наш столик и улыбнулся сначала мне, а потом Женьке. – Ты подруга Алисы, Женя?

– Привет, – поздоровалась я, заметив, что настроение парня было сегодня намного лучше, чем вчера.

Вчера он ушел разбитый, испуганный, а сегодня пребывал в хорошем расположении духа. Улыбался, смотрел своими красивыми глазами и хотелось улыбаться ему в ответ. Хороший парень, добрый. Лучше бы я с ним поцеловалась. Толку было бы больше, да и стыдно ни перед не было бы.

– Привет-привет, да, я Женя. А ты Эдгар, тот самый красавчик из команды баскетболистов, разбивший сердце очень многим дамам.

– Я думал, сердца разбивает только Карась, – судя по его реакции, он был приятно удивлен такому мнению о своей персоне. Осмотрел наш стол, а потом обратился к обеим. – Чем вкусным сегодня кормят?

– Свиные котлеты, пюре, жареная рыба и макароны. Вчерашний борщ и какая-то странная жижа, которая называется суп-пюре из брокколи.

– Понятно, ничего нового и вкусного, – он вытащил из рюкзака контейнер, открыл крышку и поставил на стол. – Угощайтесь, это пахлава, сестра пекла. Вкусная, хоть и не очень полезная.

Дальнейшего разговора между ними я не услышала. Все водила ложкой по дну кофейного стакана и думала, как во всем признаться подруге. Не то чтобы она на что-то рассчитывала, или Карасев ей что-то обещал, они даже не были знакомы, просто я же знала, что он ей нравится. И вся ответственность за поступок лежала на мне. Ему-то явно плевать, у него таких, как я, много. А мне неприятно и так противно от самой себя, что внутри пустота какая-то.

И номера этого идиота у меня не было, чтобы написать ему и отдать вещи как-нибудь незаметно. Надеюсь, он ничего не рассказал Эдгару о вчерашнем, а Диана не станет устраивать со мной разборки при всех. Я же посягнула на ее собственность, Карасёва она считала именно собственностью. Зачем только тогда с другим целовалась, если у нее был Арсений. Странная какая-то, они друг друга стоят. Один налево ходит, вторая тоже. Зачем тогда отношения, если они свободные?

– Алиса, ты где? Земля вызывает Алису!

Подруга провела ладонью перед моим лицом, и я вышла из потока своих мыслей. Они с Эдгаром рассмеялись. А они неплохо законнектились. Может, им встречаться начать? Хорошо смотрятся как пара. И Женьке не так обидно будет, что я с Арсением целовалась.

– Тут я, – сделала вид, что все хорошо, натянула на лицо улыбку, решив вклиниться а разговор. – О чем мы говорили?

– Мы о предстоящей игре парней, а ты смотрела в одну точку и почти что проделала в стакане дырку ложкой. Что с тобой, лисенок?

Моя заботливая Женька. Эти добрые глаза, полные переживания, ее красивое лицо и ангельский голосок. Она словно с обложки журнала, вся такая красивая, та самая, на которую надо равняться.

– Тебя вчера Карась обидел?

Твою ж налево! Эдгар! Ну кто его за язык тянул? Теперь Женя все поймет. Но очко за заботу засчитано. Серьезно так, громко, даже в лице изменился. Улыбка исчезла, губы стали ровной линией, зубы, похоже, сжал сильно, раз желваки проявились.

– Он тебя не отвёз домой?

Мне казалось, если я сейчас скажу да, то он тут же найдет Карасёва и набьет ему морду, и плевать, что они друзья.

– Ты была с Карасёвым и молчала? Так это его вещи, да? – подруга тоже оживилась, удивлённо вскинула брови и ждала ответа.

От такого количества вопросов у меня голова закружилась, и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя. Чего я так переживала? Не понимаю. Я никому и ничего не должна.

– Все хорошо, он довез меня. Да, это были вещи Арсения. Мы намокли под дождем, и он вежливо поделился своей одеждой, потому что я замёрзла. Все, вопросы закончились?

Я так разволновалась, что у меня задрожал голос и в горле пересохло. Конечно же, это не осталось незамеченным моими собеседниками.

– Ты чего нервничаешь так? – Женька пересела поближе, обняв меня. – Точно он тебя не обидел?

– Ты скажи, если да, я поговорю с ним, – Эдгар аккуратно положил свою ладонь на мою, так пронзительно посмотрев, что мне стало ещё более неловко. Он и правда готов был за меня заступиться.

– Просто…просто…

Договорить я не успела. Кто-то положил свои ладони мне на плечи, и, судя по их размеру, они были мужскими. Огромные, теплые, сильные. Я тут же замолчала.

– Привет, Морковка, Эд и…

– Женя, – быстро вставила подруга, сверля взглядом Карасёва.

– Ага, Женя, новенькая из группы поддержки, – Карасев опустился на стул по правую сторону от меня, даже не спросив, можно ли к нам за стол. – Короче, команда ждёт тебя сегодня в четыре. У нас тренировка, познакомишься, поснимаешь. Палыч тоже если что в курсе, с ним тоже познакомлю.

Молча кивнула, протянулась к висевшему на стуле пакету с его одеждой и вручила. Без лишних слов. Мы вчера так наговорились, что поцеловались. Идиотское было какое-то ощущение внутри. Я ничего плохого не сделала, а противно и стыдно было, и больше не от того, что я поцеловалась с тем, кто нравится моей подруге, а из-за того, что мне понравилось. И что я теперь даже видеть этого капитана не хотела, потому что вспоминала его губы, руки, глаза, и проваливалась в бездну. Тонула в ней.

– Снова дар речи потеряла? Я сегодня, вроде, в одежде, – Арсений пожал плечами и совершенно спокойно продолжил делать вид, что сказанные им слова в порядке вещей.

– Я многое о тебе не знаю, Алиса, – подруга присвистнула и требовательно посмотрела, ожидая моего рассказа обо всем. – Когда это вы без одежды уже успели?

– Тьфу на вас! Никогда не успевали, – тяжёлый вздох и желание провалиться под землю. – Этот Арсюша, – специально так сказала, чтобы услышать недовольное цокание. – из всего делает слона. Из любой мухи.

– Какие мы ранимые, – Карасев испустил тихий смешок, а потом встал из-за стола. Я облегчённо вздохнула. – Пошел я, а то у вас тут скучно. Сидите кислые какие-то.

Слава богу. Мне аж легче стало. Спасибо, что про поцелуй ничего не рассказал, иначе я бы точно сгорела со стыда. Одни проблемы от этого Карасёва.

Эдгар ушел вслед за Арсением на пару, а мы с Женей отправились на физкультуру. Молча. Она видела, что я не хотела об этом говорить и решила пока что не беспокоить. Думаю, вечером она устроит мне допрос. Я сегодня была без формы и не в состоянии заниматься, поэтому, придумав отмазку в виде болей в животе, осталась сидеть на скамейке. Решила поразмышлять о произошедшем, но отвлеклась на сообщение в телефоне.

Неизвестно: Если что, я никому не сказал о нашем с тобой поцелуе, выдыхай. Ходишь как тень, Морковка, тебе не идёт. Улыбнись;)

Видимо, номер мой у Эдгара попросил. И вот, вроде, сообщение с поддержкой и ничего в нем нет плохого, а я все равно вижу какой-то злой умысел. Ощущение, что меня профессионально пытаются развести на секс, но, учитывая мою неопытность, делают это аккуратно и медленно, чтобы не спугнуть.

Я: Ок. Спасибо.

Без смайлов и всяких там скобочек. Не заслужил. Я ещё и Эдгару выскажу за то, что мой номер без спроса даёт кому попало. Записала Карасёва как “Карасик”, убрав телефон. Вытащила наушники и включила музыку, прикрыв глаза и вдохнув полной грудью. Спокойствие и приятная мелодия в ушах – вот, что мне было сегодня нужно. Плевать на этого Карасёва и его попытки что-то там со мной сделать. Ничего не получит.

Очередная вибрация, оповещающая о прошедшем сообщении. Кому и что от меня нужно? Разблокировала экран и снова сообщение от Карасёва.

Карасик: И всё-таки ты неразговорчивая, Морковка. Я все ещё оказываю на тебя эффект вау после увиденного в раздевалке?

Я: Ты идиот, Карасев. Прекрати мне писать! Тебе заняться на паре нечем?

Карасик: Ага, скучно, я свалил. Не хочешь прогуляться на спортивной площадке? Буду ждать тебя 15 минут, не придёшь, значит, оставишь меня одного скучать. Отплати добром на вчерашнее добро, составь компанию)

По сути, я не обязана была сидеть на паре, не имя форму. Могла бы спокойно уйти, правда, прогул поставят. Ну и ладно, это же просто физкультура. Она не имеет никакого значения в моем процессе обучения. Предупредив преподавателя, что мне стало хуже и нужно уйти, я потихоньку вышла из зала. Зачем шла на площадку, я не знала. Видимо, мне было настолько скучно, что я была согласна пойти на прогулку с Арсением. Или я просто хотела его увидеть и побыть с ним вдвоем.

Сегодня было солнечно, но также холодно. Прохладный, практически морозный воздух, зато не было дождя. И настроение сразу как-то поднималось. Не люблю дождь, он всегда заставляет меня задумываться о грустном. Как будто небо плачет, и самой сразу хочется. Солнышко лучше, пусть совсем уже не теплое, но все равно яркое и приятно щекочущее щеки.

До спортивной площадки я дошла быстро. Арсений уже был там. Он подтягивался на турнике в одной лишь толстовке. Нет, он либо толстокожий, либо закалённый, либо точно идиот. Замёрзнет, заболеет, играть не сможет. Думаю, для него это очень важно.

– Так и знал, что придёшь, – он спрыгнул с турника и быстро прошагал ко мне, по пути натягивая капюшон. – Подтягиваться умеешь?

– Нет, – спрятала руки в карманы осенней куртки, отойдя от него на безопасное для себя расстояние. Сама пришла и веду себя, как дурочка, не хочу с ним говорить и находиться рядом.

– Не хочешь мяч в кольцо покидать?

– Не умею, не докидываю, сил не хватает.

Резюмировала я, с грустью отметив, что я вообще практически ничего умею, что касается спорта. Слабая, хлипкая, зато красивая, как говорила Женька. Я только на шпагат садиться умею и растяжка у меня хорошая, но об этом лучше Арсению не говорить. А то точно не о том подумает.

– Тебя просто не научили, иди сюда, – Карасев взял мяч и начал его отбивать от земли. Я завороженно наблюдала за отточенными действиями, за его уверенными движениями и горящим взглядом. Вот она – его стихия. – Да не бойся ты, я тебя не трону, Морковка. Без твоего согласия не трону.

– Не думаю, что ты получишь это согласие, – всё-таки подошла ближе, но расстояние все равно выдержала. Не сдамся ему без боя!

Арсений встал позади меня, приблизившись совсем вплотную. Спиной я ощущала его плотную мускулистую грудь и сильные руки, что легли на мои. Внутри что-то изменилось сразу: тепло по телу разлетелось, приятно стало, захотелось ближе и больше. И вчерашний поцелуй в голове появился. Божечки, что он делал со мной?

– Берешь мяч вот так, – управлял моими ладонями, верно их располагая на мяче, и от каждого прикосновения кожа загоралась там, где соприкасалась с его. Приятно, но мало. – Мяч на уровне груди, да, вот так.

Приятный бархатистый голос закрадывался в самые глубины, и с каждым произнесенным им словом я понимала, что не слышу ничего, что говорит Арсений. Точнее слышу, но совершенно точно не понимаю. Слишком близко, горячее дыхание соприкасалось с шеей, и по телу пробегали мурашки. Я точно завороженная слушала и сходила с ума.

– Ноги в полусогнутом состоянии, – продолжил он, но я даже не зашевелилась. Просто слушала голос, а слов не разбирала. – Колени согни, Морковка.

– М? – промычала я еле-еле, вызывав у Арсения смешок. Не смешно, я уже почти лужица. Почему так горячо? Он же просто учил меня бросать мяч.

– Колени, говорю, согни, – повиновалась этому адски горячему голосу. Мне казалось, что если он мне скажет снять с себя все таким же голосом и тоном, то я и это сделаю без лишних вопросов. – Кисти расслабь. И спину держи ровно.

Его ладонь сделала движение вниз от шеи к пояснице, и я тут же распрямила спину. Что вообще такое со мной творилось? Какие-то прикосновения, а я уже таяла, словно школьница какая-то. Мозг снова отключился. Красивый, высокий, с сексуальным голосом, стоял ещё сзади и бессовестно меня соблазнял, прекрасно зная, что я буду плавиться под его ловкими движениями. Искусный соблазнитель. Ужасный, невыносимый, чтобы черт его побрал!

– А теперь сделай толчок ногами и смотри не в само кольцо, а на квадрат возле. На щит. Отскоком от щита, если попадешь в квадрат, всегда залетит в кольцо. Бросай!

Скомандовал Арсений. И я бросила, даже не зажмурившись. Проследила за полетом мяча, который действительно ударился несильно о щит и залетел в корзину.

– Ого! Я попала! Попала!

Как самый настоящий ребенок обрадовалась я, развернувшись и обняв Арсения. Он не растерялся, прижал меня ближе, схватившись за поясницу, не отпускал, смотрел в мои глаза, и мне становилось не по себе. Опять эта странная дрожь внутри и неровный ритм сердца.

– Я же говорил, учителя были плохими, – крепче прижал меня, отчего я тяжело задышала. Черт, ещё и ноги подкашивались.

– Ты обещал, – напомнила я, понимая, к чему могла привести ситуация.

Слишком близко, глаза в глаза, и внутри все трепетало. Карасев облизнул губы, сглотнув. Я тем временем закусила нижнюю и попыталась шагнуть назад. Его сильные руки держали меня так крепко, что свободно двигаться я не могла. Я в ловушке из его рук и в плену этих красивейших глаз. И я даже не знала, хотела ли я выбраться как из одного плена, так и из второго.

– Я помню, – нагнулся и мазнул губами по моей щеке, а потом послушно отпустил меня.

Я тут же сделала несколько шагов назад, ощутив, что дрожь стала сильнее. На щеке ощущался поцелуй, фантомно и приятно. Со мной творилось что-то неладное. Мне совсем не нравилось, как вел себя мой организм рядом с Карасёвым, особенно в моменты его прикосновений ко мне. Это он меня через одежду трогал, а что будет, если коснется голой кожи?

Так, Морковкина, какой голой кожи? О чем ты думаешь? Ни-ког-да! Никогда он не коснется твоей голой кожи, и ты его тоже. Бери давай мяч и бросай в кольцо, чтобы больше не отвлекаться на все эти мысли и на этого высоченного и красивого парня. Тебе ещё его для Женьки готовить, а не для себя. Все, мысли прочь!

Хотя, нет, никаких мячей и бросков в корзину. Уходим отсюда куда подальше, пока не случилось что-нибудь неладное. Вон, коленки дрожат, а он стоит самодовольный, смотрит, нет, пялится. Он же просто хочет тебя, а ты уши развесила.

– Мне пора, извини!

Развернулась и бегом сбежала со спортивной площадки. Я даже не услышала, что он мне крикнул в ответ. Подальше, туда, где будет холодная вода. Может, тогда меня перестанет лихорадить? Иначе я не выдержу. Невозможно, просто невозможно стоять с ним рядом и не думать о руках, что к тебе прикасаются. Господи, кажется, я понимала девочек, которые таяли перед ним. Я все думала, что не такая, а сама и пару минут не продержалась, ещё и удрала, словно трусиха какая-то. Хотя я такой и была. Испугалась ощущений, саму себя.

Со мной такое впервые: мне нравились мальчики ранее, но ни один ещё не вызвал желания коснуться его кожи, провести пальцами по шее, зарыться в волосы, ощутив губы на своих. Арсений смог отключить мой мозг и разбудить животную страсть, а я почти что была готова согласиться на все. Нет, пора с этим завязывать. Я не хочу, чтобы моим первым мужчиной стал это бабник. Не-а, только не он. Больше никакого общения тет-а-тет, иначе девственности я лишусь быстрее, чем подумаю об этом.

Глава 4. Магомед пришел к горе

Неужели я так сильно напугал Морковку своим активными попытками коснуться, что она сбежала? А потом и всю нашу тренировку общалась со всеми, кроме меня, так ещё и уехала на пару с подругой с Эдгаром. Какая ранимая и милая девочка, не могу с нее. Такая красивая, утонченная, яркая, у меня от нее крышу немного сносило. Хотелось ее касаться, ощущать, понимать, что она рядом, близко, в твоих руках. Странные ощущения, интересные. Не помню, когда такие испытывал. Наверное, никогда.

Решил ей написать, узнать, чего сбежала.

Я: Морковка, ты чего от меня сбежала? Я, вроде, ничего плохого не сделал. Давай погуляем, поговорим, м? Я хочу понять, что случилось.

Отвечать эта упрямая мне не собиралась, игнорировала, тогда я решил действовать по-другому. Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед сам придет к горе. В тот вечер я видел, в какой подъезд она вошла и на какой этаж поднялась. Буду методом тыка кидать камушки во все окна, надеюсь, что хоть в одном обнаружу свою Морковку.

Подъехал к дому, еле вспомнив адрес. Набрал разных камушков, встав у нужного подъезда. До второго этажа я докину, не зря ведь с детством баскетболом занимаюсь. Кинул в одно, потом во второе. Тишина. Свет там горел, но люди, похоже, не слышали никакого шума. Ещё раз кинул в оба, и в одном из них показалась какая-то женщина. Она накричала на меня и сказала, что если ещё раз кину хотя бы один камень в ее окно, то она вызовет полицию. Так, этого нам не надо. Видимо, окна Алисы выходили на задний двор.

В первом окне свет не горел, поэтому я зарядил несколькими камнями в единственное, в котором было светло. Окно открылось, и из него показалась подруга Морковки – Женя. Я неловко помахал ей рукой, она повела пальцем у виска и крикнула:

– Чего тебе?

– Морковку можешь сюда позвать? Или меня впустить к вам?

Она махнула рукой в призывном жесте, и я подошёл к подъезду, радуясь, как идиот. Прошел в подъезд я почти беспрепятственно, кто-то как раз выходил из него. Поднялся на нужный этаж, высматривая, в какую дверь мне надо. Замок одной из них щелкнул, и в щели появилась голова Жени. Она пропустила меня внутрь.

– Алиса у себя в комнате заперлась, что ты ей такое сказал, что она даже со мной говорить не хочет?

Разувшись, прошел с Женей на кухню. У них была двухкомнатная уютная квартирка в минималистичном стиле: мало мебели и много пространства. Стильно и просто. Мне понравились картины котов на стенах. Видимо, хозяйка квартиры очень любила котов.

– Я ничего ей не говорил, мы просто учились бросать мяч в корзину, – я расстроенно сел на предложенный в кухне стул.

Ну вот чего она закрылась? Испугалась моей активности? Я не хотел ее обидеть. Я просто хотел с ней пообщаться, понравилось с ней взаимодействовать. Легко было, словно всю жизнь ее знаю, и внутри все сразу начинало переворачиваться, какой-то ураган из невиданных мною эмоций. Хотелось продлить это ощущение внутри, узнать его природу.

– Она не рассказала об этом, – Женя удивлённо пожала плечами, налив мне стакан воды. – Чай?

– Да ладно, я пойду тогда, раз к ней не зайти, – сделал пару глотков воды и хотел было встать из-за стола, но Женя меня остановила.

Она положила свою ладонь мне на плечо и села рядом. Посмотрела с какой-то грустью, будто жалела, что я пришел не к ней. Может, поэтому Алиса так переживала о нашем поцелуе и всех взаимодействиях? Я нравился ее подруге, и ей было перед ней стыдно? Но это глупо, даже если так. Ты важнее, чем твоя подруга, какой бы она близкой не была.

– Она тебе нравится?

– Э-э-э, нет, я просто хотел дружить, хорошая девочка, – выдал на одном дыхании, стараясь сам поверить в свои слова.

Хотел ли я просто дружить? Не знаю. Определенно, я хотел с ней общаться. А что дальше – хрен его знает. Может, что-то большее. Просто секс с Морковкой мне был не нужен, она не такая, как мои одноразовые девочки, нет, я не хочу с ней так плохо. Если и будет что-то, то серьезное, совсем не одноразовое..

– Тогда сделай все, чтобы она потом не страдала. Алиса нежная и ранимая, она ещё никогда и ни с кем не встречалась. Вообще.

– Прям вообще никогда? – не то чтобы я сильно удивился, исходя из ее поведения, но я думал, у нее были хотя бы свидания.

– Пару раз со мной ходила на свидания, – Женя усмехнулась, оправив свои шикарные каштановые волосы. Красивая девчонка, брекеты у нее милые, придавали ей какой-то ребяческий вид.

– Почему? Она же красивая девочка, наверняка, за ней в школе бегали парни.

– Бегали, но Алиса убегала от них.

Я правда не понимал, что с ней не так? Красивая, умная, приятная в общении. Эмоции вызывает самые яркие. С ней весело, интересно, я бы только так общался, если бы она мне позволила. В ней так много харизмы, она сама этого не подозревала.

– И? В чем проблема?

Я будто вытягивал из нее все ответы. Женя старательно избегала ответа на этот вопрос, пока я начинал закипать от нетерпения, желая узнать, что же такое произошло с Морковкой, раз она встречаться с парнями боялась.

– У нее папа умер, когда ей было восемь. Она была к нему сильно привязана, папина дочка, всегда за ним хвостиком носилась. Единственная в семье, папа все для нее делал, а потом умер из-за болезни, мама нашла нового мужа через какое-то время, а Алиса его не восприняла. У нее появилось отвращение к мужчинам на подсознательном уровне, я пыталась с ней разговаривать, не выходит. Она никогда даже не влюблялась, может, ты ей понравился, вот и заперлась, пытается во всем разобраться. Дай ей время.

– Тяжёлый случай, – я потер виски, устало вздохнув. Пора было отдохнуть, в голове все гудело от мыслей.

Лёгких путей я не искал, ровно как и лёгких девушек. Морковка тоже оказалась сложной, но так даже будет ещё интереснее. Мне вообще трудности нравятся, я же мог быть обычным нападающим, но приспичило мне стать капитаном. У меня же амбиции, хотелось быть первым во всем.

– Да, но я уверена, что кто-то сможет растопить ее сердце, – Женя мечтательно посмотрела куда-то в пустоту, такая же добрая и наивная, как Эдгар.

Может, свести их? А что, будет отличная пара. Посоветую другу, чтобы присмотрелся. А к моей Морковке пусть не лезет. Моей? Сам не заметил, как уже своей ее называю. Видимо, на подсознательном, на каком-то внутреннем.

– Жень, а где курица, которую мы вчера… Карасев, какого черта?! Зачем ты его впустила?

О, а вот и Морковка. В домашних коротких шортах и топе, с заплетенными в пучок волосами – такая домашняя и до одури красивая. Длиннющие ноги, стройные, хватило и взгляда, чтобы в штанах стало тесно. Надеюсь, стояк никто не заметит. Я сглотнул. До этого Алиса всегда была в джинсах, а тут такие коротенькие шорты и этот топ, который точно был надет на голое тело. Животные инстинкты давали о себе знать. Я пялился. Откровенно пялился и ни о чем не жалел. Как она умудрилась такую красоту сохранить нетронутой?

– И тебе привет, Морковка, отлично выглядишь, – подмигнул ей и ухмыльнулся. Не самоуверенно, нет, скорее довольно. Я знал, что симпатичен ей, чувствовал это.

Она отвела взгляд в сторону, подошла к холодильнику и вытащила из него кастрюлю. Видимо, с той самой курицей. Делала вид, что меня нет, но я сдаваться не собирался. Женя тактично вышла из кухни, оставив нас вдвоем. Спасибо таким замечательным подругам, что все понимают и без слов.

– Поговори со мной, Морковочка, – прошептал ей в ухо, оказавшись сзади. Она поежилась и тут же оттолкнула меня своими маленькими ладошками. Пытается казаться сильной? Я выше ее на две головы точно, если не больше. Захочу – перекину через плечо и унесу в свою берлогу на раз два.

– Перестань меня трогать!

Накричала, эмоционально жестикулируя руками. Психовала чего-то, я же даже её не коснулся. Вредная такая, но настолько шикарная, что я взгляда от нее оторвать не мог. Все смотрел и думал, какого черта меня так с нее прёт?

– Что я сделал не так?

Я сел обратно, решив выдержать расстояние, что она установила между нами. Раз ей так спокойнее. Мне только было совсем не спокойно, я не понимал, что делал не так. Я даже не проявлял никакого сексуального интереса, иногда шутил, да, но я не могу без этого. Такой уж я, шутник-идиот, но внутри добрый и прекрасный человек. Меня таким только Эдгар знает и все.

– Ты бабник, Карасев, – не поворачиваясь, ответила Морковка.

– И ты не можешь со мной общаться из-за этого? Или что? Я не понимаю.

Что за странная причина? Ну да, я бабник, и что с того? Это делает из меня плохого друга? Что-то Эдгар никогда не жаловался, а мы дружим с первого класса. Я всегда был любвеобильным, но все лишь потому, что никогда не любил по-настоящему. Может, с Морковкой будет иначе?

– Могу, но без прикосновений, вот этих твоих горячих дыханий в мою шею, без всякого контакта. Достаточно того, что я с тобой целовалась!

– Тебе же понравилось, я видел, – аккуратно поймал ее ладонь и чуть дёрнул на себя.

Морковка оказалась на мои коленях, и даже так она была немного ниже. Ее голубые глаза искрили от злости на мои действия, а я улыбался, как идиот. Красивая всё-таки. Сердце сразу зашевелилось, моторчик ускорился, словно я целый матч отыграл, а не сидел тут с Морковкой. Ее ладони легли мне на плечи, она легонько нажала на кожу, хотела подняться, но я не пустил. Сжал руку на талии, по-хозяйски подвинул к себе ближе и посмотрел прямо в два омута напротив. Не знаю, что меня так манило, но я словно пришибленный смотрел в эти бездны и ощущал, как внутри все переворачивалось.

Провел большим пальцем по щеке Морковки, надавил на нижнюю губу, и она чуть приоткрыла рот. Так и хотелось пустить в ход свои губы, а потом и язык. От нее пахло чем-то карамельным, приторно-сладким, но очень вкусным, я втянул воздух ноздрями, прикрыв в удовольствии глаза. Сердце так и не успокоилось, а Морковка все сидела на моих коленях, практически не двигаясь. Смотрела в мои глаза, завороженная, она лишь изредка моргала своими длиннющими ресницами. А я сходил с ума.

– Ты очень красивая, Морковка, – я сглотнул, учащенно дыша. Желание впиться в эти пухлые губы усиливалось с каждой секундой, и я едва держался, чтобы не напугать ее.

– Отпусти меня, – умоляюще промычала, практически неразборчиво, но я всё понял. – Пожалуйста.

– Может, лучше поцеловать?

Облизнул губы, снова сглотнул. Внутри был какой-то ядерный взрыв, я вообще ничего не понимал. Куда делся мой мозг, и почему тело так реагировало на совершенно обычную девчонку? Господи, это какой-то ужасный кошмар. Испытание. Невероятное и невозможное. Как сдержаться, если я хочу ее всю? Целиком.

– Нет, – ее ладошки переместились мне на грудь. Такие маленькие, я был для нее великаном. Крошечная, миниатюрная, аккуратная. Реально куколка.

– Нет?

Морковка закусила губу, и мне окончательно снесло крышу. Я уверен, после схлопочу пощечину, но оно того будет стоить. Переместил ладони на затылок Морковки и впился губами в ее. Напористо, страстно, словно целовал ее после долгой разлуки. По коже мурашки прошлись, кажется, я впервые их почувствовал не от холода, а от ощущений с девушкой. Алиса растерялась, приоткрыв губы, и я нырнул языком в рот, позволив себе изучать неизведанные ранее мною горизонты.

Ее пальцы оказались в моих волосах, оттягивали, сжимали, коготками касались кожи головы. Сдалась в мой плен. Сама попыталась ответить на поцелуй, включилась, тяжело дыша и дрожа в моих руках. Маленькая Морковка, я тебя не обижу. Нет, ни в коем случае. Не дрожи, не бойся. Я не сделаю ничего плохого.

– Я не мешаю, нет?

Подруга Морковки оказалась в кухне совсем не вовремя. Морковка тут же вскочила с меня, как ошпаренная, отодвинулась на безопасное расстояние и неловко перешагивала с ноги на ногу.

– Я…мы…

– Просто целовались, – закончил я, усмехнувшись.

Как же мило волновалась Морковка. Пальцы себе перекручивала, губы кусала, делала шаги туда сюда. А глаза…В глазах было море испуга и что-то ещё, я не смог понять. То ли огонек счастья, то ли волнение так выражалось, и это было что-то похожее на слезы. Но смотрела она на меня не с ненавистью, скорее, с желанием придушить за мой говорливый рот.

– Я думала, вы переубивали друг друга, тихо стало, а вы тут слюнообменом занимаетесь, – хихикнула эта маленькая ведьмочка. Она явно была не против нашего взаимодействия. – Вы можете продолжить у Алисы в комнате, там уютнее.

Как будто подталкивала нас туда, а я и не против. С такой подругой Морковка быстрее ко мне привыкнет. Женька начинает мне нравиться, точно ее Эдгару сосватаю.

– Нет! – запротестовала Морковка. – Арсений уже уходит!

Алиса начала толкать меня ладошками в спину, пришлось подчиниться. Когда мы оказались в коридоре, я взглянул на нее, чуть наклонившись. Глаза все такие же испуганные, руки сложены на груди в позе, которая явно говорила о ее нежелании со мной общаться. Ути пути, какие мы обидчивые. Прямо хочется ее злить еще больше, дуется мило, как маленькая девочка. Впрочем, она ей и была, оттого и нравилась мне больше. Ее хотелось прижать к себе, защитить от злого и большого мира, который явно её обидит. Куда она такая неподготовленная в него? Без меня ей будет сложно.

– Будет скучно, звони, – решил ее сильно не мучить, и так уже вскипела от злости из-за моей наглости.

Быстро чмокнул Морковку в щеку и вышел из квартиры, не дожидаясь реакции. Успел лишь заметить, как она густо покраснела и пальцами коснулась губ, словно пыталась ощутить наш поцелуй снова. Я бы ещё повторил. Она вкусная, как то самое мороженое из детства, вкус которого, пробуя новое, пытаешься снова ощутить, но не находишь. И вот я нашел то самое, неповторимое и вкусное. Такое желанное и так сильно мне нужное.

Морковка прочно засела в мыслях, я даже домой ехал, думая о ней. Разыскал в социальных сетях ее профиль, когда приехал, и долго листал фотографии и видео. Всегда со своей шикарной улыбкой, счастливая и беззаботная. Кинул заяву в друзья, надеясь, что меня не кинут в ЧС. Уже через пару минут мне пришло уведомление о том, что заявка принята, и сообщение.

Морковка: Следишь за мной?

Я: Любуюсь. Пытаюсь тебя понять, ты же лично общаться не хочешь.

Морковка: Алиса, 18 лет, люблю фотографировать и писать. Мечтаю стать журналистом. К двадцати годам хочу выйти замуж, к тридцати иметь двоих детей. Не думаю, что ты тебе это нужно. Все ещё хочешь меня понять или сразу же передумал?

Я: Хочу.

Планы, далеко идущие вперед. Семейные планы, совсем непривычные для меня. Быть женатым в двадцать четыре? Иметь двоих детей к тридцати четырем годам? Звучало как отличный план, вот только это не клеилось с ее мнением обо мне. Я чувствовал, видел, с каким подозрением она каждый раз смотрела. Боялась, что я поиграю с ней и брошу. В раздевалке, когда мы встретились в первый раз, я бы, наверное, так и поступил. Трахнул, да бросил. Но тогда я не знал Морковку, не чувствовал этой сносящей все дрожи в организме, не хотел ее целовать.

Я: Пойдем со мной на свидание. В субботу. Завтра у нас игра, не смогу, буду уставший.

Надежда на то, что она согласится, была слабоватой. Всё-таки знали мы друг друга не так долго. Какова вероятность, что она скажет да? Процентов тридцать, не больше. Заинтересованность у нее была, у меня тоже. Я не мог сказать, что влюбился, слишком рано для таких выводов, но узнать её ближе, почувствовать, понять я точно хотел.

Морковка: Поговорим после игры.

Я: Ура!

Морковка: Это не значит да.

Я: Для меня почти что значит)

Это уже было лучше, чем ничего. Улыбка тут же заиграла на моем лице. Девочка согласилась со мной поговорить, даже не сказала, что пойдет на свидание, а я уже радовался, словно подросток. Хотя с Морковкой я себя им и ощущал. Надо только придумать свидание и завтра наколотить много очков, чтобы выиграть и посвятить эту победу ей. Романтично будет, девчонки же любят такое.

Глава 5. Есть проблема

Сегодня у нас с Женькой был день самоподготовки, поэтому мы с чувством выполненного долга спали до двенадцати. Точнее не так: Женька спала, а я не могла нормально спать из-за снов с Карасёвым. Мне снились горячие поцелуи, прикосновения, его мягкие губы и красивые глаза. Это было ненормально. Я до сих пор чувствовала на губах фантомное прикосновение его, а ещё вкус поцелуя. Не думала, что у поцелуев может быть вкус. Что-то сладкое, но не приторно, а в самый раз.

Кажется, я медленно сходила с ума, раз мечтала о парне, которому только секс нужен. Он мне снился, я засыпала с мыслями о нем, все думала и не понимала, что не так со мной. Прежде мне не доводилось влюбляться, если я влюбилась в него, то это провал. Хуже только стать очередной в списке Карасёва, а такими темпами я туда быстро попаду. Он же на свидание меня пригласить решил,надо было говорить нет, вот только я не смогла отказать, потому что хотелось снова ощутить его аромат, увидеть глаза, почувствовать тепло от его тела так, чтобы сводило мышцы и внутри пожар.

Завтракать мы с Женькой решили в моей комнате. Приготовили блинчики и сделали кофе. Обе не любили есть в кровати, но сегодня нам предстоял разговор, поэтому общим решением пришли к мнению о том, что в комнате будет более расслабленная обстановка. Хотя мне сейчас нигде не было расслабленно, хотелось закрыться от всего мира. Как мне сегодня идти фотографировать и снимать игру, если все мысли устремлены на одного человека?

– Рассказывай, – Женька плюхнулась на подушку, лениво протянулась за блинчиком и выжидательно начала на меня смотреть.

– Что?

Нет, я не была дурой, но я искренне не понимала, что она хотела от меня услышать. Да, целовалась, да, сидела на его коленях, да, трогала, гладила, касалась и сходила с ума. Но что дальше-то?

– О вас с Карасёвым. Что у вас там за поцелуи, тайные встречи? Давай, не томи! Я хочу знать все. Как это моя тихоня подруга и этот роковой красавчик тайно ходят на свидания, а я ничего не знаю!? Да не смотри ты так, я не обижена. Он мне нравится, да, красивый парень, но я не мечтала с ним об отношениях, разве что секс.. Слышала, говорят, он хорош в постели. Но если ты по нему сохнешь, забирай, он твой!

– Ничего я не сохну!

Не хватало ещё губы надуть и ножкой топнуть, тогда я бы точно выглядела глупо. Кого я обманывала? Себя и только себя.

– Алис, ты с ним целовалась, я тебя знаю, ты бы просто так не стала, – подруга недоверчиво смерила меня взглядом, словно отчитывала, и я тут же покраснела.

– Все началось со встречи в кафе…

И я рассказала все. Как решила спасти ситуацию и сама полезла целоваться, как мы целовались под дождем, как тряслись мои коленки, когда он властно прижимал меня к себе. О нашей сцене в машине, когда он проявил заботу, поделился сухой одеждой и принес мне кофе, сам все это время явно мерз. Не забыла и о первой встрече в раздевалке, когда я сгорела со стыда, откровенно пялясь на красивый пресс и мышцы. И о том, каким может быть сексуальным баскетбол, оказывается.

Я все говорила и говорила, совершенно не заметив, как успела выпить весь кофе и съесть завтрак. Женька внимательно слушала, временами умиляясь с меня, где-то посвистывала, а где-то недвусмысленно улыбалась. Такая она классная, во всем меня поддерживает, понимает, принимает любой. Мне даже легче стало, от сердца отлегло, что я ее мечту целовала, а она совсем не обижается.

– Да ты в разнос пошла! – рассмеялась подруга. – И он вчера так смотрел, любовался, ты ему явно симпатична.

– Ага, как очередная игрушка, – пришлось закатить глаза. Не верилось мне в его искренность ко мне. Не меняется человек просто так.

– Брось, на игрушек так не смотрят.

– Возможно, – с надеждой прошептала я.

Мы лежали на подушках и смотрели в потолок, чувствуя, что все прекрасно. Почти все. Болтали ногами, улыбались и смеялись. Всё-таки друзья – это замечательно, особенно, когда они такие как Женька. Не знаю, что я без нее делала бы.

– А как тебе Эдгар? – перевернулась я, ухмыльнувшись и пронзив подругу взглядом. Моя очередь ее расспрашивать!

– Ну-у, красавчик, приятный в общении. Только проблема, – она сделала паузу, по-доброму улыбнулась мне и скорчила такое лицо, словно я должна была понять все сразу.

– Ну? – я требовательно помотала головой.

Что ещё за интриги такие и проблемы? Эдгар классный парень. Мне кажется, у него не может быть проблем. С девушками точно, и он не бабник.

– Ему ты нравишься, причем он даже не скрывает этого, просто стесняется.

– Оу, – я закусила губу.

То ни одному не нравлюсь, то сразу двоим. Нет, бывают совпадения, но не такие же. И что теперь с этим делать? Эдгар очень хороший молодой человек, с ним приятно общаться и с ним у меня бы точно что-нибудь получилось. Если доверяться кому-то как мужчине, то, пожалуй, ему. Но с ним у меня не было звёздочек в глазах, дрожи в коленках и необъяснимого тепла внутри. Все это произошло с Арсением. Хотя, кто знает, как было бы, поцелуй меня Эдгар?

Господи, надо же было так влипнуть.

– Вот тебе и “оу”, – передразнила меня Васильева, хихикнув. А глаза грустные. – Вскружила голову двум парням и сидит тут, грустит.

– Они сами, я не виновата, – поджала губы, расстроившись ещё больше. – Да и не нужен мне никто.

– Ага, поэтому ты слюни на Арсения пускаешь. Видела же, как вы целовались, и как ты потом опухшие от поцелуя губы облизывала.

– Я так делала?

Подруга кивнула, рассмеявшись с моего стыдливого лица. Боже, это же выглядело просто ужасно! Я представила, как облизываю губы и стою в эйфории.

– И почему ты меня не стукнула?

– Я хотела, но ты была такой счастливой, что я не стала. Скажи мне, ты сама-то хочешь хоть с кем-то отношений?

Хочу ли я? Возможно. Но точно не так быстротечно и не с Карасёвым, пока не докажет, что он не бабник.

***

Вечером пришлось тащиться на игру. В первые же рабочие сутки я пожалела о том, что согласилась на эту работу. Во-первых, мне заняли вечер выходного дня. Во-вторых, я снова увижу Арсения и Эдгара, а теперь, учитывая их ко мне отношение, сложно будет общаться. Но пришлось.

Наряд, конечно, я выбрала самый неподходящий. Это стало понятно после того как пришлось бегать по корту в ботфортах на каблуках и в длинном шерстяном платье – удовольствие так себе. Зато я срывала мужские взгляды, как с трибун, так и участников обеих команд.

Наш “воробьиный легион” встречался с “мурманскими плавниками”. И кто им названия придумывал?

После двух четвертей наши воробушки проигрывали в два очка, но я не сомневалась в том, что мы выиграем. Игра была динамичной, очень яркой и интересной. Смотреть, как парни бегают по корту и профессионально ведут баскетбольный мяч, выполняют перехваты, отборы, фолят где нужно и где нет, а потом забрасывают мяч в корзину оказалось невероятно увлекательным занятием. Больше всего мне понравился данк, выполненный Карасёвым. Он так изящно повис на баскетбольном кольце, перед этим забросив в него двушку. Я даже залипла. И, кажется, у меня получилось снять это на видео.

Работа отвлекала. В перерыве я сделала несколько кадров и взяла интервью у тренера ребят. Дмитрий Павлович или просто Палыч, как его звали парни, приятный молодой мужчина лет тридцати пяти. В недавнем прошлом сам играл за профессиональный баскетбольный клуб «Цска», но в связи с травмой голеностопа, к сожалению, продолжить играть не смог и ушел в тренерство в студенческой лиге. Получалось у него отлично, за три года с воробушками он вывел их с любительского уровня на полупрофессиональный, и теперь парни в случае победы в финале кубка, если пройдут в него, смогут оказаться уже в кубке Белова! Это же, как объяснил мне Палыч, отличная перспектива, чтобы ребят заметили и взяли в ВТБ-лигу в топ-клубы. Что ж, удачи им.

Третью четверть парни летели со счётом 56-61, и я уже потеряла все надежды на то, что они выиграют, но что-то с ними случилось. И стартовая пятёрка, в которую входили Карасев, Мхитарян, Бубнов, Степанов и Толмачев буквально разнесла мурманских, в конечном итоге выиграв со счётом 77-73. Лучшим игроком матча, набравшим наибольшее количество очков, стал Арсений Карасев. На его счету оказалось двадцать одно набранное очко, что для игрока студенческой лиги отличный результат.

Был и ещё один прекрасный момент в этом дне: моя подруга впервые выступила на матче в качестве члена группы поддержки. Не знаю, как остальные, а я смотрела только на мою девочку. Она танцевала лучше всех! А в перерыве ещё и получала комплименты от парней из обеих команд. И как тут не радоваться? Жаль только, что домой мы пойдем не вместе. У них с группой поддержки традиция после каждой игры собираться в кафе и отмечать ее. А ещё разбирать ошибки в своем выступлении. Теперь надо искать компанию на дойти домой, чтобы было не скучно.

– Привет! – ко мне подбежала маленькая девочка, лет пяти-семи, черноволосая, чернобровая, такая хорошенькая, с пухлыми щёчками. Я присела на корточки, чтобы поговорить с ней. – А ты можешь сфотографировать меня с братом?

Видимо, ее внимание привлекла моя камера. Ну как отказать малышке? Чудная такая, красивая.

– Привет, конечно. Где твой брат?

Посмотрела по сторонам, разыскивая того самого брата, долго искать не пришлось. К малышке подошёл Эдгар, и она прыгнула в его объятия. Ах, вот кто ее брат. Кто же ещё? Она почти что его копия.

– Ари, ты чего к людям пристаешь? – по-доброму обратился к сестре Мхитарян, но девочка сразу же надулась.

– Она просто хотела фото с тобой, – прервала их беседу. – Становитесь, сфоткаю вас.

Эдгару не помешало бы прежде переодеться и сходить в душ. С него сошло семь потов, если не больше, но выглядел он счастливым. А рядом с малышкой-сестрой смотрелся вообще прекрасно, сразу умиляться хотелось. Сделав пару фото, показала их малышке, и она удовлетворенная убежала в сторону трибун, где сидела ещё одна похожая на Эдгара девушка. Видимо, ещё одна сестра. Семья у них большая, оказывается.

– Вы круто играли, – похвалила его, и он снова расплылся в широкой улыбке.

– А ты роскошно выглядишь с фотоаппаратом и в этом платье, – он стер ладонью пот с лица. – Пойду приму душ и переоденусь. Не уходи никуда, ладно? Хотел пригласить погулять.

– Хорошо, иди уже, – слабо улыбнулась ему, стараясь не показывать своих эмоций. Я в панике, потому что сложно принять тот факт, что я нравлюсь двум парням одновременно.

И все поговорить со мной хотят. Ещё же Арсений. Кажется, я скоро буду по списку принимать. Хотя, признаюсь честно, такая перспектива мне не нравится. Ссорить друзей не хотелось. Да и самой мучиться муками выбора – такое себе.

Присела на трибуны, просматривая контент, который отфоткала и отсняла. Кружочки уже давно были в телеге, осталось только чуть позже сделать посты со статистикой и остальными фотографиями и видео. Фото вышли удачными. Парни живые, эмоции яркие: улыбки, злость, ненависть. Сжатые челюсти, кулаки, мокрые лица и майки, прыжки, обводки, перехваты. Баскетбол и эмоции.

На место рядом кто-то сел. Не нужно было смотреть, чтобы понять, кто это был. Карасев. От него пахло тем самым древесным одеколоном, от аромата которого по телу тут же начали гулять мурашки. Он просто сел, даже не заговорил, а я уже поплыла.

Мозг, ау, ты где?

– Морковка, как тебе игра? – спросил Арсений, положив свою ладонь сверху на мою.

– Красиво и эмоционально, мне понравилось. Я впервые смотрела не с трибун, отсюда ещё захватывающе, – стряхнула ладонь Карасёва, потому что ощущения брали верх. Он просто касался, а у меня внутри все переворачивалось, кожа горела, хотелось больше, ближе, чаще.

– Прекрасно, скинешь потом мне фото?

Кивнула, не желая говорить. Черт, мозг отключился просто на раз-два. Почему он так действовал? Я влюбилась? Серьезно? В него? В бабника? А-а-а, как много вопросов.

– Что по поводу свидания? Морковка, я очень хочу с тобой провести время подобным образом, – пришлось повернуть голову в его сторону.

У него глаза блестели надеждой. Что за странное желание пойти со мной на свидание? Довольный, счастливый, в эйфории от победы, в надежде, что я соглашусь. Хотела ли я? Определенно. С ним хорошо, ощущения приятные, вот только нужно ли мне это? Одноразовые отношения, просто секс. Я так не хочу.

– Мне кажется, это…не самая лучшая идея, – только и смогла выдать я, в то время как внутренний голос ругался за мою трусость.

– С чего бы это? Мне показалось, тебе нравятся мои прикосновения, – в подтверждение своих слов Арсений снова коснулся моей руки, большим пальцем обвел кожу на тыльной стороне ладони. Снова пожар. Внутри, снаружи, даже щеки покраснели. Я чувствовала, как к ним прилила краска. – У тебя коленки дрожат, Морковка. Щеки красные, взгляд отводишь. Я же вижу, тебе приятно, как и мне.

Он прав. Чертовски прав, а я сопротивляюсь. Самой себе, своим желаниям, каким-то идиотским принципам. А все почему? А потому что страшно довериться не тому. Страшно влюбиться, отдать свое сердце, а потом получить вместо него камень.

– Я боюсь, – призналась я, но не до конца. Правда его обидит, я уверена.

– Меня? – удивился Карасев, усмехнувшись.

– Ты меня используешь, а потом бросишь. Я не хочу так. Как бы мне не было приятно и не хотелось твоих прикосновений, я не могу позволить себе, чтобы ты стал тем мужчиной, которому я смогу довериться полностью, – по мере того, как я говорила, взгляд Арсения сменялся. От озорного и довольного к расстроенному, поникшему. – Прости меня, я, правда, не уверена, что у меня получится не думать об этом.

– Клеймо бабника на всю жизнь? – горько усмехнулся Арсений. Было видно, я его задела. Сильно задела.

– Если хочешь, можем назвать это таким образом.

– Если бы я хотел тебя использовать, я бы сделал это ещё в машине, когда ты сидела там вся такая мокрая, сексуальная и беззащитная, но я не тронул тебя. – сквозь стиснутые зубы цедил Арсений таким жёстким и грубым тоном, что мне стало не по себе. – Я не тронул тебя и на улице, и в вашей кухне, хотя у меня крыша поехала от тебя в тех коротких шортах. Потому что ты мне понравилась, зацепила. Я хочу иначе, Морковка. Дай мне шанс.

Шанс… Шанс на что? Что он имел в виду под иначе? Неужели хотел попробовать со встречаться по-настоящему?

– Одно свидание. Только одно, – сдалась я.

– Спасибо, – сильнее сжал мою ладонь. – Я докажу, что могу быть другим.

Меня даже позабавила интонация, с которой он произнес последнюю фразу. Самоуверенность так и перла. Посмотрим, сможет ли он. Пусть сначала держит себя в руках. Я расслабленно выдохнула.

Вот только Карасев был бы не собой, если бы после не поступил так, как он поступил. Руками обхватил мой затылок, притянул к себе и поцеловал. А я, как дура, давай ему отвечать. Губы шире раскрыла, сама языком в его рот протолкнулась, потому что не могла сдерживаться, когда Арсений меня целовал. Это было что-то невероятное, у меня все чувства обострялись, я становилась оголённым проводом, прикосновения к которому грозило смерть. И правда, смерть моей чести и моего достоинства, потому что нельзя так целовать.

Я сама села на его колени. Захотелось ощутить тепло тела и сильные руки, сжимающие мою талию, плечи. Арсений то целовал меня нежно, то терзал, покусывая губы, а потом зализывая раны новой порцией поцелуев. Это было сродни какому-то эротическому сну, в котором я была главной героиней. Его губы переместились на шею, несколько малюсеньких поцелуев, и все, я улетела куда-то в бездну наслаждения.

Не знаю, сколько мы бы целовались, если бы я не ощутила под собой, как стало твердо и неуютно.

– Господи, у тебя…

– Стояк, да, и что? – самодовольный взгляд и эта грязная ухмылка.

– Это же… – я хотела сказать противно, но вовремя одумалась. – Отпусти, я слезу!

Тут же убрал руки, и я вскочила с него. Карасев рассмеялся. Не вижу ничего смешного, мне неловко и неуютно от таких ощущений.

– Это естественно, потому что я тебя хочу, – не стесняясь своего вида, а вид был очень даже заметный, он встал с места на трибуне.

В спортивных штанах можно было разглядеть все, и я медленно опустила взгляд на явный силуэт мужского достоинства. И правда, достоинство. Не то чтобы я разбиралась, нет, но Женька говорила, что хорошо, когда пятнадцать и больше. Не знаю, обманывал ли меня глазомер, но там явно было 15+. Я сглотнула, представив, как он орудует своей шпагой. Стало так жарко, что я оттянула ворот платья, пытаясь остудить свой пыл. Откуда у меня такие пошлые мысли?

– Нравится вид? – взял меня за руку, помогая спуститься вниз. Сверлил взглядом, словно пытался уличить в том, что я пялилась.

– Что?

– Ты смотришь на мой пах, Морковка, – Карасев закатил глаза. – И краснеешь. Нравится? Что представила?

– О боги, ничего! – я закрыла лицо руками, лишь бы не смотреть в его сторону.

– Так я и поверил.

Что за тон такой, словно я та самая школьница, которую он на правах преподавателя, за что-то отчитывал. Ощущала я себя именно так. Божечки, я схожу с ума.

– О, вот ты где, – уже второй раз меня спасает Эдгар, появляясь вовремя. С мокрыми волосами и счастливой улыбкой, в рубашке и брюках. Красивый. – Ну что, как смотришь на то, чтобы погулять?

– Она уже гуляет со мной, – Карасев по-собственнически прижал меня к себе за талию. Я поежилась. Только не надо ревности, пожалуйста.

– Я ни с кем не гуляю ещё, – выбралась из лап Арсения. – Можем пройтись втроём.

– И встречаться мы тоже будем втроём, – недовольно пробурчал мне в ухо Арсений.

Я стукнула его кулаком в плечо, желая прибить на месте. Какое встречаться, ещё и втроем!? И-ди-от.

– Ладно, я все равно устал. Да и к тому же, свидание у нас завтра, можешь пока прогуляться с Эдгаром, – снова эта самодовольная ухмылка, сильная хватка на талии и губы на щеке.

А потом шепотом, горячим дыханием касаясь шеи:

– Веди себя хорошо, Морковка, а то накажу.

И ушел. Просто ушел. А у меня внутри такой пожар разгорелся, что можно было хоть сейчас пожарников вызывать. Ещё и Эдгар смотрел расстроенно и непонятно, его явно не устраивали наши с Арсением отношения и это напоминание о свидании, которым он специально похвастался. Что за ребячество? Какая-то глупая ревность, я никому и ничего не обещала.

М-да, попала я в ситуацию. Один красавчик нравится мне, двум красавчикам нравлюсь я. Шведской семьи у нас быть не может, кто-то явно третий лишний. Но кто? Это мне и предстояло выяснить.

Глава 6. Ревность

Я совсем не ревновал. Нет. Мне просто не нравилось, что девушка, которая нравится мне, нравится ещё и другу. Мы с Эдгаром никогда не ссорились из-за девушек, но не в этот раз. Он признался мне вчера после того как погулял с Морковкой, что она ему понравилась, и он хочет с ней встречаться..

Вот только этого хотел и я. Какого черта? Надеюсь, они не целовались. Морковку так просто переманить на свою сторону, тем более, она знает, что Эд не бабник. Это мгновенно прибавляет ему несколько очков форы, отнимая их у меня.

Я люблю друга, но если придется с ним драться за Морковку, я не посмотрю на нашу дружбу. Она моя. И точка. И вообще, у нас сегодня должно было быть свидание.

Честно говоря, мне было сложно придумать, куда мы пойдем. Я хотел ее удивить. Ресторан не то, прогулка по парку тоже. Она, вроде как, творческий человек, и ей нравится все такое, поэтому мой выбор пал на гончарную мастерскую. К тому же, это ещё и очень сексуально. У нас будет совместный мастер-класс, где мы вместе будем лепить горшок или вазу. Прикасаться к друг другу, чего я жаждал уже почти сутки.

Надел белую рубашку и брюки, сверху пальто. Господи, не помню, когда надевал его в последний раз. Вечно на спортивном стиле, просто и удобно. В этом неуютно, но надо быть красивым, чтобы впечатлить Морковку. Я обещал заехать за ней в шесть, поэтому уже летел на крыльях любви, представляя себе в деталях свидание.

Было шесть двадцать, когда я в первый раз ей набрал, чтобы понять, почему она меня игнорирует. Не ответила. Через десять минут я поднялся на нужный этаж и стал трезвонить в дверь. Спустя пять минут она распахнулась, и передо мной предстала ещё не готовая и выглядевшая замученной Морковка. В пижаме, укутанная в плед, с красными щеками и болезненными глазами.

– Черт, я забыла написать, что у меня температура тридцать девять с утра поднялась. Прости, – даже не воспротивилась. Впустила меня. – Мне очень плохо, давай перенесем свидание.

– Лекарства есть? Женя где?

Я сыпал вопросами, а она не соображала. Растрёпанная, беспомощная. Такая маленькая, хотелось ее прижать к себе. Вот он – мой шанс показать свою заботу, а не тупо свалить после увиденного.

– Парацетамол и все, Женя у родителей сегодня. – Ее трясло. Видимо, от температуры. – Я хочу лечь, закроешь за собой дверь сам?

– Ложись, я за лекарствами поеду и за фруктами. Ключи в двери? – кивнула. – Супер, скоро вернусь.

– Но…

– Я сказал, отдыхай, – категорический тон, на который она не стала сопротивляться. Послушно ушла в свою комнату, а я вышел из квартиры, забрав с собой ключи.

Заехал в аптеку и купил витамины, противовирусные, от кашля, от носа, для горла. Короче, весь этот набор для того чтобы прийти в себя как можно быстрее. В продуктовом купил апельсины, какую-то супер-дорогую голубику, потому что она вкусная и полезная, мед и имбирь, перетертый с лимоном. Надеюсь, у них есть курочка, и я смогу сварить бульон. Ей будет полезно. Все равно свидание отменилось, планов нет, а провести вечер в одиночестве перспектива не то чтобы бы хорошая. Буду лечить Морковку лучше, проведу время с ней.

Тихонько открыл дверь и прошел на кухню. Заварил чай с гремучей смесью из лимона, имбиря и меда, всё-таки обнаружил курицу и даже сваренный бульон. Разогрел все это чудо, нашел где-то на полках что-то наподобие подноса и разложил все на нем. Лекарства, чай и бульон.

Заглянул в дверь комнаты, хорошо, что она была приоткрыта. Морковка спала, свернувшись калачиком. Оставил поднос на тумбе у кровати, присел на край и аккуратно коснулся ее лба. Горячая. Увидел ртутный градусник, сбил шкалу и попытался максимально незаметно поставить его под подмышку.

– Вкусно пахнет, – я всё-таки разбудил Морковку, черт.

– Это чай, мама мне всегда такой готовила, когда я болел. Сейчас температуру измерим м будешь его пить, хорошо?

Провел кончиками пальцев по щеке Морковки, умилившись с ее слабости и беспомощности. Малышка такая. Внутри все теплело и теплело. Она меня околдовывала. Ведьма, не иначе.

– Тридцать восемь и пять, садись, будем таблетки пить, – помог ей подняться, установив удобнее подушку. – Парацетамол, противовирусные и витаминки.

– Так много!? – она скривилась в лице.

– Не выпьешь, запихаю сам, – насыпал в раскрытую ладонь три таблетки и дождался, пока она все проглотит. – Умница. Теперь чай и бульон.

– Можно только чай? Я не хочу сильно много, не лезет, – жалостливые и болезненные глаза, и как тут можно на нее ругаться.

Договорились только на чай. Она с удовольствием выпила аж две кружки и легла обратно на подушку, все ещё дрожа. Я плюхнулся на вторую половину кровати, включив телек. Нашел какой-то мультик в КиноПоиске, и мы почти два часа смотрели, как огонь и вода влюбились в друг друга и смогли быть вместе, несмотря на общественное мнение. Мне ситуация чем-то нас с Морковкой напомнила: общественное мнение обо мне ясно как день, и поэтому она не хочет быть со мной, но мы преодолеем этот барьер.

Снова измерили температуру, стала ниже. Тридцать семь и пять, и ей явно стало лучше. Морковка устроилась у меня на плече, прижалась крепко-крепко, второй рукой обняла мой торс и снова закрыла глаза. Я начал перебирать ее волосы, удивляясь сам себе. Возился тут с ней, лечил ее, а мог бы найти другую – легкодоступную, вот только теперь мне не нужна была другая. Только Морковочка.

Не заметил, как сам уснул. Меня разбудила ее ладошка, невесомо скользящая по торсу туда-сюда, изучающая. Я ухмыльнулся, поймав ладонь и поднеся к своим губам. Оставил поцелуй на тыльной стороне, чем смутил Морковку. Сразу пунцовой стала. Что за милое создание?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.