Елена Максимова
Ткань счастья

Глава 1. Дитя солнца

Я – дитя весны и солнца.

Моя история началась в конце апреля начала семидесятых, в благословенной Кабардино-Балкарской Советской Социалистической Республике, в поселке с говорящим названием Дальний.

То, апрельское утро было наполнено ароматом сирени и тюльпанов. Папа, каждый день привозил в роддом охапки этих нежных цветов (они на всю жизнь остались моими любимыми цветами). Тогда женщины с младенцами семь дней лежали в роддоме под наблюдением врачей. Новоявленные папаши вовсю праздновали наше рождение.

Получать моё первое свидетельство – свидетельство о рождении – делегировали, конечно папу. Молодого, счастливого, гордого отца. Строгие блюстители порядка и бюрократических норм, местные поселковые тётушки встретили его резонным вопросом: "Как назвали дочь?".

На, что он счастливый ответил: "Алёнушкой. Мы с женой так решили".

"Нет такого имени, Алёна! – отрезала паспортистка, – есть, советское, правильное имя – Лена! Да и звучит красиво – Елена Анатольевна."

Спорить с правилами было бесполезно. Так и записали – Еленой и моя жизнь разделилась на два русла: для родных и близких – я, Алёна-Алёнушка. Для всех остальных – Елена.

Росла я восторженным ребёнком. Мне было всё интересно – "мама, смотри какое облако на небе! Оно улыбается." "Смотри, какой листок красивый, а цветок, ещё красивее!!!…Вот стрекоза полетела!… Бабочка на цветок села, она пьёт? …Птичка поёт, о чём?…" Сколько было подобрано и принесено домой животных. Маленьких, больных и не очень -котят, собак, ежей, ужей и птичек…

Ещё моё детство запомнилось чередой переездов, словно сама судьба решила, показать мне всю ширь и разнообразие родной страны. Вслед за Кабардой меня ждали бескрайние калмыцкие степи. Они казались другим миром – бесконечным, продуваемым всеми ветрами, но каждую весну, волшебным образом, усыпанными красными тюльпанами! Помню диких и стремительных сайгаков, несущихся через ковыль к горизонту – зрелище, которое навсегда осталось в моей памяти, как символ свободы.

Потом была милая моему сердцу Кабардино-Балкария, а следом суровый Север. Именно там в этом холодном краю, прозвенел мой первый школьный звонок. Это был новый, важный поворот в моей географии детства, которая у тому времени, уже была большой и разнообразной.

Школьная наука давалась легко. Меня быстро приняли в октябрята, затем в пионеры, а вот комсомольцем быть так и не довелось, неожиданно для всех развалилась великая страна.

Главным моим увлечением стали книги. Как только я научилась читать, то с головой окунулась в волшебный мир фантазии. Я глотала их запоем, путешествуя по странам и эпохам, не выходя из комнаты. В третьем классе сама начала писать стихи о животных, о суровой и прекрасной природе Севера. Мне было интересно всё!

Я пела в школьном хоре, участвовала в спортивных и театральных постановках. Особенно запомнилась серьезная и тяжелая сценка, посвященная узникам Бухенвальда. Я читала стихи так проникновенно, что у взрослых зрителей наворачивались слезы.

Первая любовь пришла в седьмом классе. Он был старше на два года, занимался хоккеем, а главное – безумно любил музыку и был настоящим диджеем по меркам нашего городка. У него дома был бабинник, чудо зарубежной техники, который крутился и вправо, и влево. Мы собирались компанией, слушали великих AC/DC, Queen, Bon Jovi, Metallica и чувствовали себя невероятно крутыми и взрослыми.

В этот же год я неожиданно для всех пришла в спорт – дзюдо. В 80-е это был еще довольно новый и экзотический вид. Быстро добилась успехов и даже начала помогать тренеру, тренировать других девочек. Первая любовь под напором жесткого графика и новых интересов, отошла на второй план и затерялась в череде жизненных ситуаций.

Спорт оказался жесток. На одной из тренировок я получила серьезную травму, и с карьерой дзюдоистки пришлось распрощаться. Однако на смену тут же пришло новое увлечение – я открыла для себя мир бальных танцев. Шикарные платья, красивые пары, конкурсы и музыка… Это было прекрасно, но настолько захватило меня, что учеба начала стремительно скатываться на тройки. Пришлось делать сложный выбор и о танцах забыть, чтобы всерьез взяться за подготовку к выпускным экзаменам.

Впереди маячила взрослая жизнь.

Какой она будет? Вместе с лучшей подругой мы строили планы о поступлении во Львовский институт режиссуры, мечтали о творчестве и богемной жизни, но жизнь распорядилась иначе. Родители, всерьез опасавшиеся последствий Чернобыльской аварии для здоровья, были категорически против. Подруга, верная своей мечте, улетела во Львов, а я, послушная дочь, подала документы в Свердловский УЭМИТ (Уральский электромеханический институт транспорта), потому что настояли родители. Пойдя наперекор им, завалила экзамены и вернулась в отчий дом.

Так закончилась моя школьная пора и началась новая, совсем другая история. История, где пришлось повзрослеть, принимать другие решения и искать свое место в жизни, которое оказалось совсем не там, где его рисовало моё воображение.

Глава 2. Размышления в тишине

В тишине, когда остаешься наедине с собой, самые важные вопросы поднимаются из глубины души, словно пузыри со дна глубокого озера.

Много ли человеку для счастья надо? Что это вообще такое – счастье? И что есть любовь – тот фундамент, на котором, это счастье пытаются построить? Неужели она лишь коктейль из страсти, привычки и страха одиночества?

Я всю жизнь ищу ответы. Смотрю на других, как на карту сокровищ, пытаюсь разгадать их маршрут. Вижу пары, которые держатся вместе годами, и говорю себе: "Это привычка. Им просто удобно". Замечаю бурлящую страсть в глазах влюбленных и скептически заключаю: "Это ненадолго, гормоны". Слышу от подруги, что она не уходит от мужа, потому что "некуда и страшно", и киваю: "Вот, он ответ – материальная зависимость и страх одиночества – единственные скрепы. Любви нет".

В этих суждениях, увы, есть горькая правда. Мы боимся идеализировать свои отношения, чтобы не разочароваться, мы начинаем разбирать чувства на части, как старые часы, и видим лишь шестеренки и пружины. Страсть, комфорт, страх. Да, эти механизмы есть. Но где же душа этих часов? Где их тиканье, которое означает ЖИЗНЬ?