Сергей Кэн
Яогуай 2

Глава 1

Диюй, царство мертвых. Столица Юду. Дворец низшего князя Яньлована. Приемный зал.

Князь стоял на террасе, сложив руки на груди, вглядываясь в ровные ряды крыш пыточных, что простирались до самого горизонта. Город раскинулся лабиринтами улочек вокруг дворца, тьма скрывала большую его часть, лишь редкие языки пламени жаровен подсвечивали невысокие домики. Молча и сосредоточенно смотрел он на монотонное движение мертвых, что нескончаемым потоком двигались вдоль открытых дверей пыточных. Демоны солдаты по приказу ванов, судей, выдергивали из этих рядов душу и заталкивали в распахнутые двери. Остальные шли дальше, поникшие, не обращая ни на что внимание. Поток усопших, что пересекли мост над рекой Жошуй и прошли тоннелем Ван Сян Таем был бесконечен. Тоннель, был последним местом, где умершие могли повидаться с живыми и там всегда собиралась толпа, но ван Циньгуан умело руководил демонами солдатами и те не давали душам задерживаться на долго. Происходящее завораживало своей отточенностью действий, четкостью и ритмом. Ваны распределяли потоки и назначали наказания, просматривая историю жизни каждого усопшего, войны скоро выполняли приказы. Это походило на часовой механизм, за работой которого так любил наблюдать низший князь Яньлован, когда выпадала возможность. Сейчас как раз был такой момент, тьма на короткий миг отступила и город был виден до самого горизонта.

Свет далеких звезд прорывался свозь завесу тьмы, являя на небесах тропы Междумирья. В такие минуты князь любил выходить на террасу и предаваться раздумьям. Костры жаровен и отблески огненных ям подсвечивали город изнутри, добавляя ужаса в общую картину происходящего. Яньлован поднес ладонь к лицу и разгладил серебристую бородку

– Качнулись…Весы качнулись, – тихо произнес он и постучал пальцем по губам, – так, так… Значит эти маленькие шлюшки использовали свой единственный шанс… Ай—яй—яй как не хорошо…

Оторвавшись от созерцания города, он повернулся и вошел в зал, полы халата зашуршали по отполированному камню.

– Что скажите, мои верные советники, – в зале перед троном стоя на одном колене со склонённой головой замерли, словно статуи, два демона. Они были похожи как братья, мощные тела, длинные темные волосы у обоих были заплетены в косы, только рога у одного были загнуты назад, а у другого один рог был сломан. Подойдя к ним, князь, как гора навис над ними ожидая ответа

– Повелитель они вызвали в этот мир защитника… – начал демон со сломанным рогом.

– Пришелец из другого мира. Мира, за который мы до сих пор бьёмся, – закончил второй

– Весы Великого Равновесия просто так не приходят в движение, – низкий бас князя эхом отозвался в зале, – этим поступком они сделали нам подарок.

– Мы можем послать в мир около ста демонов офицеров…, – начал один из советников

– И все кончится как в прошлый раз. Их защитник усилится, вступая в бой с ними, – ответил советник со сломанным рогом

– Но тогда мы послали легион. То были простые солдаты во главе кучки офицеров, а сейчас пошлем лучших. Это сильные демоны, не чета прошлым, – низший князь следил за спором своих советников ожидая концовки.

– Не поможет. Он выжил под огнем дракона. Это значит, что верховная мать дала ему не простое воплощение. Здесь явно ловушка с расчетом на то, что мы пошлем к нему наших воинов, – демон со сломанным рогом посмотрел на князя, – нам нужен другой путь…

– Вот тут ты прав, Сюэ. Если эти простушки, пошли проторенной дорогой, что неизменно приведёт к проигрышу. Мы пойдем другим путем…– Яньлован прошел к трону и сел. Массивный резной трон из темного дерева, инкрустированный человеческими черепами, скрипнул под тяжестью тела князя, – мы призовем своего избранного…Да… Сделаем себе бойца… Война, что ненавидит свет, а главное, что ненавидит самого избранного Сестрами…Где Клай? Этот любитель тухлой плоти

– От него нет вестей, повелитель, – Сюэ склонил голову отвечая, – он отправился на остров Пэнху и пока не возвращался…

– Отправьте за ним, – сдвинув кустистые брови и сверкнув глазами приказал князь, – пусть найдет подходящего …

Демоны вскочили с колен и поклонившись кинулись из зала прочь, оставив князя в одиночестве.

***

Ветер гнал пыль с дороги и поднимал к небу темные облака, Земляной Замок, словно монстр, смотрел на меня темными проемами окон и раскрыв пасть ворот готовился напасть и сожрать. Я никак не мог заставить себя переступить порог и войти внутрь. Замок пугал своей тишиной, только ветер толкал меня в спину, как будто сами Небеса просили поскорее закончить и подарить последний покой всем тем, кто сражался с тьмой и погиб.

Переступив с ноги на ногу и собравшись с духом, сделал несколько шагов и вошел в темный проем ворот, притихший Кузьма плелся сзади, шумно вздыхая. Он будто почувствовал мое настроение и то, что творится у меня в душе. Пройдя темным тоннелем мы вышли на площадь, где ровными рядами лежали тела жителей Замка, завернутые в белые простыни. Они были похожи на куколки бабочек, ожидающие своего преображения, такая мысль пришла в голову глядя на это. Здесь я еще никого не хоронил и как тут это делают был не в курсе, но что—то делать было нужно. Пока шел темным тоннелем, думал, как все устроить. По началу решил выкопать большую яму и сложить туда все тела. Для этого прогулялся до кузни и забрал там свою железную лопату, Донгу она все равно уже не пригодится. Взявшись за дело и начав копать, понял, что провожусь не один день, твердая земля вперемешку с камнями давалась не легко. Если продолжу, то тела начнут разлагаться под солнцем, а теплые ночи только ускорят процесс. Вонь и трупный яд прикончат меня раньше, чем закончу. Пришлось отказаться от такой затеи. Присев на обгоревшие камни дома старосты стал думать дальше. На ум приходило лишь одно, сжечь, как в древности делали предки в моем прежнем мире. Ничего другого на ум не приходило. Главное, где взять столько дров, ведь кругом поля и болота. Толи проведение, то ли сами Небеса, что действительно присматривают за мной, но решение нашлось. Обследовав склады Замка, нашел несколько амфор с ламповым маслом.

– А вот и решение, – я выкати первую амфору и соврал сургучную пробку, – дерева полно внутри, все комнаты отделаны им. Похороним по завету предков, думаю местные боги не обидятся…

Кузя пристально следил за моими действиями, но после того, как открыл загоны с живностью, бросил это и принялся гонять по площади кур и баранов.

Не стал его одергивать, все равно их нужно выгнать от сюда, сжигать их в мои планы не входило. Немного понаблюдав за действиями волосатого монстра, приступил к делу. Бережно и не торопясь разнес тела по комнатам. Сколько провозился не помню, остановился только возле последнего тела. Это была малышка Тинг, я завернул ее в полупрозрачные занавеси и сейчас она казалась спящей, словно младенец. От такой картины внутри стало тяжело, словно нырнул под воду, а воздуха всплыть не хватает и легкие начинает рвать на части. Гребанный мир с их законами и всей этой мерзостью. Пришлось немного пройтись, чтоб отпустило. Вернувшись обратно, понял, что не могу придать ее тело огню. Не могу и все. Взявшись за лопату, выкопал аккуратную яму, куда уложил невесомое тело девочки. Постояв немного на краю могилы, мысленно попрощался и стал медленно закапывать. Сделал холмик, вкопал в оголовье обломок толстой доски, на вершине которой разложил оставшиеся глиняные свистульки. Могилку сделал в центре площади, чтоб, когда все здесь полыхнет, не задело огнем. Останется как память по этому месту. Пришлось остановиться, от воспоминаний, внутри все сковало. Ее образ в голове, маленькие ладошки, что держат только что сделанную свистульку, улыбка и горящие глаза при виде новой поделки. Дерьмо! Насколько же этот мир уродлив, если допускает такое. Мир, из которого пришёл, был далеко не подарок, там дерьма хватало. Сам творил страшные вещи. Убивал. Тех по крайней мере за дело, воров, убийц, сутенеров. Им на веку было написано быть убитыми, не мной, так другими. А тут ребенок, что только начал свой путь и какая—то мразь оборвала его, путь, просто так, по воле каприза или желания. Так быть не должно и срать я хотел на все высказывания о судьбе и высшей цели проведения. Пока я в этом мире, так быть не должно. Я сказал.

Постояв, немного, двинулся дальше, пора было заканчивать с погребеньем. Взяв амфору, пошел по комнатам, поливая все вокруг. В одной из комнат наткнулся на шкатулку и большой резной ларец, больше похожий на сундук. Это наверно вещи той твари, гребанного проверяющего. Подойдя и открыв их, увидел неправильной формы желтые кругляши в ларце и серебряные монеты в шкатулке. В этот момент в груди стало давить, и сфера с демоном задергалась. А гнида… не нравится, когда твое трогают. Теперь это мое, по праву победителя, чертова тварь. Пришлось успокоится и сосредоточившись, направил потоки Чи к сфере, чтоб утопить ее в котле. Если б только я знал, как убить его, то рвал бы сейчас зубами, голыми руками порвал бы этот выкидыш преисподней. Тело трясло от ненависти и бессилия. Потребовалось время на то, чтоб прийти в себя и успокоится. Только убедившись, что демон снова окружен энергией смог продолжить осмотр. Посмотреть было на что, помимо денег в комнате обнаружились сундуки с вещами и свитками. Разбираться не стал, возьму все с собой к бабуле, там все рассмотрю. Такое тут не оставлю, для продолжения пути, в этом мире, мне понадобятся деньги. Раз Небеса послали такой подарок, грех отказываться. Знать бы еще примерную стоимость всего этого. Жаль спросить не у кого, а потому буду сам разбираться. Спустил все вниз, порывшись на складе нашел там старую тачку, на которую погрузил трофеи.

Все что мог сделал, постоял в центре оглядывая притихший Замок и запалив факел, подозвал Кузю

– Все, брат. Пошли от сюда… Живым теперь тут не место – кинул горящий факел в ближайший дверной проем. Пламя тут же взметнулось и стало пожирать все, что попадало на пути, не дожидаясь пока разгорится двинулся на выход, под блеяние оставшихся баранов и кудахтанье ошалелых кур. В какофонии звуков, толкая перед собой тачку, мы вышли через ворота и направились к хижине Бо.

По дороге шел молча, Кузя тоже притих и лишь путавшиеся под ногами, выпущенные на волю, животные отвлекали от тяжелых мыслей. До домика бабули дошли быстро, солнце только коснулось горизонта и сумерки поползли по песку. Торопился, чтоб засветло прийти к Бо, таскаться по темноте совсем не хотелось. Дом старушки встретил тишиной, что настораживало. Увидеть растерзанное тело бабули сейчас был не готов. Просто не мог в такое поверить, но тишина колола грудь. Неприятное чувство тревоги застучало в висках, от чего снова стало потряхивать. Не может быть, чтоб ее победил монстр. Просто не может быть и все.

Бросив тачку возле крыльца в два прыжка, оказался возле циновки и сорвал ее. Внутри царила стерильная чистота и присутствие бабули не наблюдалось. Правда совсем пустым дом не был, в углу, переливаясь всеми цветами радуги, стоял Ван, дух хранитель подземной сокровищницы. Увидев меня, он поклонился и поманил рукой. Аккуратно переступив порог сделал несколько шагов к нему, внутри опять проснулась сфера, холод стал сковывать грудь, от чего воздух перестал проникать в лёгкие, будто вышел на мороз раздетым. Это еще почему? Демон боится дома Бо? Или не хочет встречаться с хозяйкой? Остановился, не дойдя до Вана и осмотрелся. Все кругом было чисто, как будто Бо вызвала службу клининга, и та прибрала наконец ее хибару, приведя в Божеский вид. Ни намека на пыль и грязь, чистый столик, свернутые матрасы, пропала куча тряпья из угла, а на месте старого коврика лежит новенькая циновка. Просто загляденье, прям домик для отдыхающих, а не берлога строй ведьмы. Нет, бабуля ушла сама и явно не из—за демона. Его—то она точно не испугалась, а вот он дергается, тваренышь. Боится, ничего, найду способ загнать его туда откуда он явился, вот тогда и потолкуем. Ладно, с этим потом, главное понять куда делась Бо…

– Ну и куда она ушла, – я уставился на домового, – или опять промолчишь?

Ван дернулся, прикрыл рот прозрачными ладонями и закивал головой

– Ясно… Значит не скажешь? Ну и хрен с тобой, – я повернулся и подойдя к краю циновки откинул угол, там обнаружилось знакомое кольцо от люка. Дернув его, открыл проход вниз, при этом Ван зашевелился и замахал руками

– Ну… что ты хочешь сказать, тень Гамлета? – я остановился, занеся ногу над проемом, – ну? Тишина…, тогда я пошел.

В этот момент в дверном проёме показалась лохматая голова Кузи, – а ты сторожи, чтоб этот ничего не натворил. Если дернется можешь его сожрать

На мои слова пес оскалился и рыкнул, Ван дернулся, как от выстрела, уперся спиной в стену и замер.

– То та…– шагнув на первую ступень стал спускаться во тьму. Тут все было по—старому, те же обшарпанные стены и пыль на ступенях. Дойдя до последней ступени, остановился перед плитой, что загораживала проход дальше. Опустив ладонь на нее, стал ждать отклика, но его не случилось. Плита не двинулась с места. Вот те раз, приехали. А дверь мне не открывается и добраться до библиотеки не могу. Бо ушла и закрыла проход или он без нее не откроется? Постояв немного и попинав плиту, пошел обратно. На верху Кузя сторожил Вана, что замер в углу и не шевелился.

– Кузя! Молодец! – погладил пса по голове, – все, можешь бежать на улицу, дальше я сам.

Ван отлип от стены и снова поманил меня рукой. Вот какой настырный и что ему сдалось. Я подошел к нему ближе и тут увидел на полу два рюкзака, сделанных по моему эскизу. Значит Бо приготовила для меня что—то. Пройдя сквозь домового поднял оба и оттащил на середину комнаты, при этом Ван одобрительно закивал головой и улыбнулся.

– Это для меня? – на всякий случай спросил его и Ван снова кивнул в знак согласия, – а сама куда делась? Куда ушла Бо?

Ван снова замахал руками и прикрыл рот.

– То же мне помощничек, – раскрыв первый рюкзак увидел сложенные костюмы серого цвета, белые рубахи и сменную обувь. Во втором, находились склянки с лечебными травами и принадлежности для приготовления лекарств.

– Значит Бо оставила это и ушла, – посмотрел на Вана. Тот закивал соглашаясь. Да от такого много не добьёшься. Вот куда делась, старая лиса? Узнала, что в деревню нагрянул демон и скрылась. Так тут остров и деваться некуда. Или есть куда, просто я этого не знаю? Помнится староста Ма говорил про караван из портового городка. Где то тут есть портовый городок и если не захочу тут остаться, то мне нужно будет его найти. Возможно, там узнаю куда свалила бабуля. А пока нужно подумать про ужин, покормить Кузю и устроить ночлег. Вернув в угол рюкзаки принялся за подготовку к ужину. Ван подсказал, где лежит рис и приправы, осталось только наловить рыбы и сходить к учителям. Хотя думаю они тоже слиняли от сюда, но проверить надо.

– Кузьма, пошли… прогуляемся. Заодно поймаем чего на ужин, – спустившись вниз, позвал лохматого помощника и вместе с ним направился к реке. Тишина во круг, только мелкие пичуги посвистывают иногда, да легкий ветерок играет с листвой. Идиллия, если не вспоминать, что тут произошло. В сторону Замка старался не смотреть. Выходило плохо, нет—нет, да взгляд ловил черные клубы дыма, что застилали половину небосвода, навевая невесёлые мысли. Там для меня все было кончено, все самое светлое осталось в памяти.

Мы шли по берегу к знакомой заводи и поглядывая на реку не заметил привычного золотого свечения, лишь мелкие синеватые с бирюзой всполохи иногда проскальзывали в толще воды. Это плохой признак, все намекало, что на ужин у нас будет пустой рис, так как рыба, видимо, ушла вместе с Бо.

Берег был пустынным, солнце почти село, сумерки неотвратимо наползали на округу. Дойдя до места, где раньше тренировался, убедился, что оно пусто. Нет даже следов на песке, только одинокое, старое дерево, осталось лежать по середине песчаной арены.

– Эй! Я пришел! – остановившись крикнул и Кузя, подхватив посыл, несколько раз гавкнул. Эхом звук отразился от противоположного берега и затихнув вернул этому месту тишину.

– Все нас кинули, дружище, – я погладил его по спине и пошел к воде, – сейчас порыбачим и пойдем домой. Только не жри все сразу, а то твой хозяин останется голодным и будет злым.

Кузьма остановился и плюхнув свой волосатый зад на песок остался ждать на берегу. Я, закатав штанины, вошел в воду и начал выискивать претендентов на съедение. Мелкие и верткие рыбешки носились вокруг и прятались в зарослях. Пришлось применить все свои способности для поимки. Брызги воды от моих движений и задорное тявканье Кузи, нарушали тишину. Гонялся долго, с азартом и остановился только тогда, когда вода стала совсем мутной, а сумерки незаметно перетекли в ночь. Улов был так себе, даже на жидкую уху не хватит, но мы и такому рады. Нацепив на тонкий прутик все, что поймал, позвал барбоса, после чего не спеша двинулись к дому.

– А знаешь, друг мой, что? – я посмотрел на Кузьму и он, сверкнув глазами в темноте, ткнул меня холодным носом в руку, – мы с тобой никуда не поедем. Останемся тут. Если я им так нужен пусть спустятся со своих Небес сюда. Сами. А? Как тебе такое? Да и потренироваться нужно. Свитки изучить, что оставила Бо и о будущем подумать не помешает.

Нужно было понять, что делать дальше. Пока мой путь можно было назвать блужданием с закрытыми глазами. Мне просто везло, но так не может продолжаться бесконечно. Фортуна, дева капризная, может и другим местом повернутся. Даже с поисками Бо решил не спешить. Как в сказках говорят: утро вечера мудренее. Возможно, завтра придет в голову свежая идея, а пока поесть не мешало.

Глава 2

Пошла вторая неделя как мы с Кузьмой поселились в домике Бо. Жизнь, конечно, спартанская и первые дни пришлось поголодать, пока не научился управляться с казаном и странного вида сковородой. Но упорство и горы берет, вот и я потихоньку научился готовить, даже Кузьма уже не воротит морду от моей стряпни. День у нас расписан по минутам, ранний подъем, тренировка. Отрабатываю те крохи техник, что дали мне Яма и Маха. Кузьме тоже достается, сделал для него утяжелители из остатков старой куртки, набив их песком. Барбос, конечно, не в восторге от такого, но деваться некуда, меня не подкупить милой мордой и вилянием хвоста.

С готовкой освоился, плохо то, что тут кроме мелкой рыбешки ничего больше нет. Это место словно испытывает меня и Кузьму на выдержку и силу воли, потому что так питаться могут только настоящие отшельники. Стал понимать почему это ускоглазые жрут всяких там жуков, кузнечиков и червей. Не потому, что они все такие просветлённые и постигшие дзен, нет, все просто, потому что больше нечего. Вот и я последние время уже стал заглядываться на кузнечиков, так как с рыбой полный швах, а про дичь вообще молчу.

Сидя на гнилой коряге, рассматривал серебристых рыбешек, что носились в заводи, пенимая, что другого на ужин не поймаю. Таких мелких рыбёх никогда не видал, по началу принимал их за мальков, ну тут я сильно ошибался, это полноценные взрослые особи. Ловить их можно только сеткой, не сетью, как многие могли бы подумать, а именно сеткой. Хорошо хоть Бо оставила сито, ну или что—то на это похожее, вот им приноровился ловить. Если получается много поймать, излишки сушу на солнце и потом Кузьме в кашу добавляю. Тот хрустит и лыбится, аж веся аура розовым становится с проблесками золотистого, одно удовольствие смотреть на этого обжору.

Но это все лирика, а по серьезному жду Фу Си и каждое утро возношу к Небесам просьбу, чтоб она услышала. Поговорить с ней просто необходимо. Её рассказы про этот мир и то, что есть на самом деле это даже не две стороны одной медали. Это разные галактики или вселенные. Где тот мир просветленных? А? Где храмы и песнопения монахов? Тут кругом все, что движется и имеет зубы пытается тебя сожрать или отравить. А где эти просветленные люди возносящие благодарственные молитвы к небесам? Одни душегубы и убийцы. Последнее мне как раз подходит, так как тут все понятно и просто. Даже Ма с его предательством вписывается в эту систему. А вот куда двигаться в осуществлении того, для чего меня призвали в этот мир пока не понятно. Так что каждое утро после пробуждения прошу Небеса позволить мне увидится с ней. Пока безрезультатно, но мы ребята упертые и свое возьмем обязательно. Еще, такие утренние медитации, помогают забыть те ужасы Земляного Замка, что являются во сне. Днем еще нормально и задумываться некогда, а вот ночью приходят странные видения, где слышу знакомый голос.

– Глупый мишка… Сделай мне еще свистульку…– от чего просыпаюсь мокрый от пота с одним желанием убивать. От такого может и крыша поехать, если не придумаю что с этим делать. Одно дело, когда твои жертвы убийцы и грабители, там хоть понятно, что ты их наказал за дело. А вот когда дети… девочка, что так ко мне привязалась. Каждый раз во время видения сфера с демоном пытается вырваться то становясь тяжёлой, то горячей и тут еле успеваю проснуться и вернуть контроль над ней. Точнее просто представляю, как топлю ее в голубом потоке своей силы, пока не пропадут неприятные ощущения. Так и живем…

После рыбалки вернулся к дому, бросив улов мокнуть в казане решил проверить как там новая партия кирпичей. Аккуратно вытащив деревянный каркас из глины, стал раскладывать заготовки на солнце. Малость подсохнут и потом можно будет обжигать. Глиняное дело дается все легче и легче. Практика и упрямство в этом помогают. За последние дни сварганил мангал на улице и теперь в хижине уже не пахнет гарью, да и готовить стало легче, чем на очаге и камушках, что были у Бо.

Работа с глиной затягивает и сравнима с медитацией, руки сами творят и голова при этом свободна. Разложив очередную партию в ровный ряд, встал и посмотрел на результаты трудов. Хорошо получается и рецепт раствора подобрал нормальный, он получается плотный и пластичный. Если тут надолго останемся глядишь обложу кирпичами всю избушку бабуле. Вот удивится, когда вернется

Тут с радостным рыком проскакал волосатый боров и громко лая, потоптался на только что выложенных кирпичах

– Ах ты… мать твою раз так… Кузьма? Тебе, что, черт волосатый, места мало? – от такой наглости своего четвероного друга был просто в бешенстве. Ну легко ли сказать, два часа кропотливого труда насмарку. Плюнув, пошел за ведром, нужно еще принести глины и замесить новую партию.

– Пошли, Годзилла, будешь отрабатывать ущерб. Кузьма? Пошли к реке, – позвав это волосатое недоразумение направился к берегу. Надо было еще и сито захватить, чтоб рыбы наловить, но возвращаться сейчас было лень. Там еще остались запасы со вчерашнего дня, думаю хватит.

Берег, как и сама река встретили нас тишиной, которую тут же мы нарушили криками и беготней. Все—таки мне сильно повезло с таким другом. Иногда бывает жаль, что он не разговаривает, но это терпимо. Брызгаясь и бегая по мелководью, мы добрались до места моего глиняного рудника, накопав полные ведра тронулись обратно и тут в небе, в том месте, где располагался домик Бо, полыхнуло золотым. Луч, золотого цвета ударил с Небес в землю

– Кузьма, кажется у нас гости, – поставив ведра утер пот и посмотрел на пса, тот оскалился и рыкнул, – ага, только сразу не жри, дай поговорить сначала. А уж потом все твое… все сорок пять килограмм чистого божественного…

Двигаясь к дому, стал думать, как лучше построить разговор, ну там, постарался набросать темы, как начать, как сказать, чтоб ничего не забыть.

– Данила, какой ты молодец, что…– увлекшись планом предстоящей беседы не заметил, как мы с Кузьмой подошли к хижине, на порог тут же выбежала Фу Си, в своем боевом наряде. Облегающее платье, подчеркивало стройную фигурку и довольно очаровательные окружности, про миленькое личико и роскошные волосы промолчу, так как не удержусь от скупой мужской слезы по поводу своего одиночества. Нужно по—быстрому взять себя в руки и подобрать слюни, все ж всё—таки богиня в гости нагрянула. При этом так завис, любуясь красотой девушки, что не сразу сообразил почему она замолчала и покраснела.

Повисла пауза и чем дольше тянулось время, тем сильней ее лицо заливал румянец

– Рад… тебя видеть, – наконец оторвавшись от созерцания красоты выдавил из себя.

– Вижу…– как—то тихо ответила она, – а ты не мог бы… одеться…

Только тут до меня дошло, что я предстал перед богиней в одной набедренной повязке. Все из—за того, что тут мы с Кузьмой одни и утруждать себя в ношении одежды не вдел смысла. Лето, дни и ночи теплые, да и лишний раз стирать не хотелось. Кто—то может сказать про лень, а я это называю мужской прагматичностью, зачем попусту портить вещи если можно обойтись и так. Потому сложив одежду в доме ходил как папуас и ни про что такое и не думал. Теперь мне стало немного не уютно, стоять и светить своими причиндалами перед настоящей богиней, да еще такой хорошенькой. Мой молодой организм с реагировал на такую красоту полной готовностью, а прикрыть было нечем. Немного помявшись, кое как прикрыв хозяйство руками, ответил

– У меня… там… штаны… в… доме, – при этом кивнул на дверной проем. Фу Си, опустив глаза мигом спустилась по ступеням и освободила проход. Постарался как можно быстрей прошмыгнуть внутрь и одеться, но поднимаясь по ступеням услышал

– Ты сильно изменился Данила– эти слова остановили на мгновенье, но стоять голым задом к богине посчитал не вежливым и потому рванул по ступеням с удвоенной силой.

– На такой диете кто угодно станет стройным, – быстро одеваясь ответил ей, – тебя долго не было. У вас там все в порядке?

– Да…– все также тихо ответила богиня, – вот, хотела тебя поблагодарить…

– За что? – наконец найдя рубаху и накинув ее, вышел на крыльцо, поправляя пояс на штанах, – вроде ничего такого не совершил…

– Ты уже много сделал… Даже не представляешь сколько…

– Но демона мне так и не удалось убить, – спускаясь по ступенькам и подходя к Фу Си, старался не смотреть ей в глаза, – деревню не спас, и ничему такому не научился…

– Ты не прав… просто ты не все знаешь и потому так думаешь, – она посмотрела на меня и улыбнулась, в ответ только пожал плечами.

– Может тогда расскажешь? А то, знаешь ли, мы тогда не успели все обсудить как следует. Здесь тоже рассказчиков не нашлось, – остановившись перед Фу Си оглянулся, ища Кузю

– У тебя хороший спутник, верный, – отреагировала на мое беспокойство Фу Си, – я его даже побаиваюсь…

– Да я ему обещал отдать тебя на обед, если ты будешь плохо себя вести, вот он и сторожит, – улыбнулся я, увидев, как побледнело лицо богини, – да нет, он парень отличный, все понимает. Сразу есть не будет…

– Ну и шуточки у тебя. Ты что разве не знаешь легенду про породу этих собак? – справившись с первыми признаками паники уже спокойней ответила девушка, – вот как ты можешь так?

На ее вопросы я лишь покачал головой и развел руки в стороны

– Я ж сказал, что тут не с кем было поговорить. А сама не рассказываешь, что мне еще остается. Только долгим путем проб и ошибок познавать мир вокруг, но, если ты поделишься со мной знаниями путь этот будет короче. Так как?

Фу Си посмотрела на меня так, словно я попросил пин код от ее кредитки или от сейфовой ячейки. Так, понятно, опять тут вмешалось Великое проведение, и оно не желает, чтоб мне помогали. Раз избранный то крутись как хочешь. Отлично

– Вот видишь ты сам все понимаешь, – подтвердила мои догадки богиня, – нам нельзя вмешиваться в твои поступки и помогать мы можем не всегда. Все что могу сказать, это то, что мы сёстрами использовали все дарованное нам, чтоб ты появился тут… И чаша весов качнулась, ну то есть мы ее качнули…

– Знаешь за все время пребывания тут столько раз представлял этот разговор, а настало время и спросить не знаю, что, – я махнул рукой Кузьме, отгоняя его подальше от филейной части богини. Так как он уже пристроился сзади Фу Си и не сводил плотоядного взгляда с ее округлостей. Пес на мою команду захлопнул пасть и сложил брови домиком сделав умильную морду полную разочарования.

– Ты сейчас хочешь сказать, что темные теперь имеют возможность на ответный ход в этом мире? – только сейчас до меня дошел смысл сказанного и мой план беседы полетел к чертям, девушка лишь качнула головой в знак согласия и промолчала, – значит каждый поступок в этом мире имеет свою цену. Раз вы вызвали себе помощника, то, что теперь могут демоны?

Фу Си на это лишь пожала плечами.

– Ладно, раз не можешь говорить на прямую, так хоть моргни, если я прав, – пристально посмотрел на богиню, ожидая реакции и она моргнула в ответ. Отлично. Теперь понять бы цену такому поступку, тогда можно будет предположить на что темные могут претендовать. А что, собственно, они могут? Прислать сюда армию демонов в ответ?

Фу Си снова закрыла глаза, это уже что—то, мне стала нравится такая игра, можно даже в слух не произносить вопросы. Так, что мы имеем, трех богинь с единственным шансом на успех, что вкладывают все свои силы в призыв избранного. При этом маятник качается на сторону тьмы и теперь они могут совершить, что—то такое равносильное призыву избранного. Например, послать в этот мир толпу, ну ладно, большой отряд демонов, что устроят тут маленький Армагедец или может быть большой.

– И где они такое могут совершить? – я на посмотрел на Фу Си она опять закрыла глаза, но и дернула плечами. Понятно, место мне не узнать и встретить их там при появлении не смогу. Придется таскаться по миру и вылавливать по одному. На это может уйти много времени, и они такого наворочают, что мама не горюй…

– Ты так странно выражаешься? – богиня заговорила и ее голос выдернул меня из размышлений. Уставившись на нее, не сразу сообразил про что она

– Ты про что?

– Ну ты сказал: Мама не горюй. Такое странное выражение, я никогда такое не слышала

– В нашем мире это может означать полный пиз…– не стал договаривать, но реакцию непроизнесенного увидел на лице богини, глаза ее расширились и румянец снова вернулся на щеки, – прости. Просто так короче думать и излагать…

– Ясно…– тихо ответила она, – у вас странный язык

– Как будто тут нет таких словечек. То же мне мир просветленных девственников… Что способны продать своего собрата не за грош

– Это ты про поступок Ма?

– Да про все. Вот скажи, где тут ваши хваленные просветленные? Мир жестокости и насилия, вот что увидел тут. Нигде даже не слышал упоминания про храм трех Сестер? Где—то есть ваши храмы?

Видимо перегнул и она, опустив голову поникла плечами, словно из нее разом выпустили весть воздух.

– Последний остался на острове Цюэши… там остался один из монахов, что следит за ним, – слова ее прозвучали тихо и печально. А с храмами—то что? Почему на весь мир остался только один, да еще в придачу с одним монахом. То есть это не полноценный приход? А где остальные? Или может и не было остальных?

– Были… только… теперь их нет, – ответила она на мои мысли, – храмы разграбили и разрушили, все…

– И куда вы смотрели? Почему ничего не сделали? – я посмотрел на нее, она подняла голову и поджав губки пожала плечами. Ага снова начинается пограничная полоса за которой не будет ответов, только мои догадки. Ладно, порассуждаем и тут. Есть мир, в котором поклоняются богиням. Потом, что—то случается, и они исчезают из мира, оставляя все на милость судьбе. Люди потихоньку про них забывают и перестают им молится. Потом рушат их храмы. Это ж сколько должно пройти времени, чтоб все это произошло? Лет пятьдесят?

Фу Си мотает головой и при этом ее волосы, словно струящийся водопад повторяют движенье следом. Это завораживает, так и хочется прикоснуться к ней, наверно сказывается долгое одиночество. Вот как сейчас подумаю, что я могу сотворить с ней… Ладно, пока не буду. Видя, как настороженно она посмотрела на меня. И так люди забыли их и разрушали все храмы и прошло с этого больше пятидесяти лет…

– Больше, – повторяет она мои слова, – на много больше.

Значит им запретили вмешиваться в происходящее. А что происходит с богом про которого все забывают? Раз она тут, значит не умирают, тогда что? Теряют силы?

Тут Фу Си кивнула и присела на ступень крыльца. Я стоял перед ней и теребил ворот рубахи, Кузя, видя, что ничего ему сейчас не обломится развалился около ног и шумно вздохнув погрузился в сон.

Значит сейчас Сестры лишены сил и своего влияния на этот мир. Поэтому решили воспользоваться помощью из вне и призвали меня. Надо сказать, что такая затея очень рискованна, из меня тот еще помощничек. Могу тут наломать еще больше по незнанию. Так, а как же быть с этими докшитами? Они то, кто тогда получается?

– Они суть этого мира и существовали до нашего прихода, – ответила Фу Си, – они не подчиняются нам, но, как и мы борются с демонами, что прорываются в этот мир.

– О как интересно. У вас с ними нет даже соглашения?

– Не—а, они сами по себе. Мать сказала раз они на стороне света то и трогать их не будем. Главное, чтоб нам не мешали. Мы их и не трогаем

– Но ведь они подобны богам. Силы то им не занимать. Почему не договориться с ними? – такая политика старшей сестры мне была не понятна.

– Мать не сказала, а они сами на разговор не идут.

– Значит я могу с ними поговорить. Причем у меня есть два, что взялись меня учить, но вот куда—то с дрызнули, не предупредив…

– Они тоже часть Сущего и могут влиять на равновесие. Может потому и ушли от сюда

– С ними позже разберусь как пойму, где они спрятались. Сейчас моя задача как понял, спасти последний храм от разрушения. Ты ж не просто так мне рассказала о нем?

Фу Си кивнула, но не ответила. Так, значит это мой выбор и решать могу только я. Хорошо, значит так решил я.

– Где его искать? Есть название или место? Остров то большой, не буду же я весь его прочесывать?

– От сюда только одна дорога в порт, а там лодкой до Цюэши. Там портовый городок… Тебе же Бо и так все расписала в письме

– Э… в каком? Что—то не припомню такого

– В мешке, что она оставила тебе, в том, где склянки, есть послание. Там и задание от нее, посмотри, – не став медлить обогнул сидящую на ступенях богиню поднялся на верх и поискав нашел письмо, запрятанное в ступе, для приготовления порошков. Достав и развернув его, увидел кривые каракули бабули. Она не объясняла куда делась, но приказала найти в городе Ханчжоу некоего Джао Лонга. Вот ведь старая лиса. А если б я не нашел послание? Тогда что? Женщины…

Держа послание в руках, я вышел на крыльцо и посмотрел на Фу Си, она стояла и ждала меня.

– Теперь у тебя есть цель, Ден Ли. Следуй своей дорогой. Только не забывай молится по утрам и тогда мы сможем ведется чаще, – на последних словах она улыбнулась и подмигнув ослепила яркой золотой вспышкой. Я постоял некоторое время, пялясь на пустое место, где еще недавно стояла богиня, потом тряхнул головой гоня наваждение и крикнул

– Кузьма, хорош дрыхнуть. Пора в путь, засиделись мы…

Глава 3

Собраться для меня плевое дело, так как вещи из тачки, так и не вытащил. Загнал ее после уходя из Замка под крыльцо и накрыл циновкой. За сохранность вещей не опасался, кому придет в голову лезть в дом, который охраняет волосатый теленок с пастью крокодила. Как раз этот мастодонт и внес в мои планы свои коррективы. Кузьма словно почувствовал, что хозяин куда—то собирается и начал носиться как ужаленный в одно место, не давая нормально подумать и собраться. Пришлось в итоге его приструнить и показать ремень. Это действовало не долго, по началу он успокоился, но потом вернулся к беготне и тявканью. Плюнул на это, дрессировщик из меня никакой, да и времени возится нет.

Стащив мешки, что оставила мне Бо, вернулся в дом и присев на циновку стал думать, что еще мог забыть и тут взгляд упал на Вана, что так и стоял в углу, словно торшер.

– А с тобой что делать? – Ван стал показывать на дверь руками и махать, словно уплыть хочет.

– С нами пойдешь? – он закивал головой в знак согласия. Потом остановился и стал показывать странные фигуры руками, то пальцы кольцом сложит, то сунет туда палец и то рукой указывает на пол.

– Мне только извращенцев не хватало. Ван, нормально объясни? Что ты показываешь? – я никак не мог понять, что он показывает.

– Что там? – я подошел к нему ближе и стал рассматривать дощатый пол, – там что—то важное для тебя?

Ван опять закивал, а вот я ничего не видел кроме иссохших досок и пыли. Может это под ним?

– Это в сокровищнице? – понимая, что попасть туда у меня не получится и если это там, то придется оставить его здесь. Встав на колени, внимательно обследовал всю поверхность пола, но так ничего не найдя поднялся

– Это точно там? – Ван опять показал пальцами кольцо и повторил жест, который мне не очень нравился. Там, в прошлой жизни, его применяли совсем с другим смыслом, но тут средневековье, люди еще не так испорчены и у этого движения должно быть другое объяснение. Пристально посмотрел на мельтешащего Вана

– Так. Сейчас будем играть в угадайку, – он остановился в своих колебаниях ожидая от меня продолжения.

– Я задаю вопрос, ты отвечаешь, да или нет. Понял? – тут Ван не подвел и утвердительно кивнул

– Это вещь? – кивок

– Находится в доме? – снова кивок и тыканье пальцем в пол

– Под полом? – он снова утвердительно кивнул. Пришлось встать и найти обломок меча, затем разломать доски в том месте, куда указывал Ван. В проломе оказался кусок камня, иссечённого временем, со множеством трещин и впадин. Расковыряв большую дыру, снова посмотрел на Вана

– Это тут? – он снова кивнул утвердительно. Так и что мне искать в этом камне, я пролез в дыру и стал осматривать поверхность камня. По наитию понимал, что предмет должен быть не большой и скорее всего его запихнули в одну из расщелин. Место под полом было не много и там, где мог ощупал все. Ничего не найдя, выбрался наружу и сел на краю дыры

– Ну и где? – посмотрев на Вана стал ждать его реакции. Домовой, опустившись на колени просунул голову в дыру и стал водить ей из стороны в сторону, потом выпрямился и пожал плечами.

– А как быть? – на это он снова дернул плечом, – значит это маленькое?

Ван сложил пальцы в форме кольца

– Ясно, это кольцо, – теперь до меня дошел смысл того, что он показывал. Такую вещь могли куда угодно запихнуть, тут и за неделю все трещины не осмотришь. Выход должен быть, не хочется мне оставлять тут такого помощника, в дальнейшем он может пригодится. Посмотрел на домового истинным зрением постарался представить кольцо и связь с духом. Нить, тонкую нить, что связывала их. Поначалу было просто свечение с переливами энергий, но чем четче представлял кольцо, тем тише становилось свечение Вана и когда свет от него померк увидел тонкий, словно шнурок, луч, что тянулся от ноги духа к камню. Медленно, чтоб не пропало видение сполз обратно вниз и на ощупь нашел место куда этот шнурок уходил. В этом месте был ровный камень, без единой трещины. То, о чем не хотел думать случилось. Кольцо скорее всего под этой глыбой и чтоб достать придется его разбить. Пришлось снова взяться за обломок меча и приступить к работе. Замахнувшись, стал бить в намеченное место. Камень крошился от каждого удара, и работа шла скоро. Мне повезло, что время сделало за меня почти всю работу, камень был хрупким и ломким, отваливаясь целыми кусками. Работая как заправский шахтер развалил глыбу на несколько частей, но кольца так и не было, пришлось перемолоть все куски в пыль. Это наконец дало результат, в одном из обломков обнаружилось кольцо, тусклое, зеленоватого цвета, без рисунков. Достав его грязными пальцами, подул на него и обтер о штанину. Кольцо как кольцо, так безделушка дешёвая. Повертев его в руке, вылез из ямы и показал сокровище Вану, тот кивнул головой и снова указал на яму.

– Ну что еще? Я же нашел кольцо… Твою мать, Ван, с вашими секретами и загадками… – теперь точно не понимал его жесты, но догадался, что нужно продолжить копать. Ван без остановки показывал рукой на дыру в полу и разводил руки в стороны, показывая, что там должно быть что—то еще. Плюнув и махнув на него рукой, спустился вниз и стал разгребать то место, где еще недавно покоилась каменная глыба. Копал, долго обдирая пальцы и тихо матерясь на весь белый свет. Углубившись примерно на метр в песок, наткнулся руками на сверток из почерневшей кожи. Выдернул его из земли и вылез наружу. Ван аж засветился от счастья увидев у меня в руках находку. Присев на край и положив его на колени медленно развернул. Внутри обнаружился кинжал, в отполированных деревянных ножнах. Взявшись за рукоять, вытащил его на свет. Длинный клинок с односторонней заточкой неправильной формы. Такого вида оружия у местных никогда не видел. Клинок был гладко отполирован, до зеркального блеска, без единой ржавчинки, словно только что сковали. Темная рукоять, без гарды, удобно легла в руку. Тут Ван засуетился и стал показывать руками новые фигуры. Если правильно понял, то мне необходимо совершить какой—то обряд, порезать себе ладонь. Пришлось проделать это, так как Ван не успокаивался и просил. Занеся клинок над ладонью, рассек им кожу так чтоб несколько капель крови попали на клинок. В этот момент дух остановился и благодарно кивнул, затем показал, что нужно одеть кольцо.

–… дин, благодарю вас за освобождение… – в моей голове словно включили громкоговоритель, голос Вана прозвучал неожиданно, будто со всех сторон. Я поднял одну руку останавливая заговорившего Вана, а другой хватаясь за голову. Поток благодарностей, бивший по мозгам, оборвался и стало легче

– Ван, стой… не спеши… слышу тебя… в голове…

– Да, господин, – низкий голос, словно молот, ударил в голове, – это мука молчать столько лет, простите эту слабость …

Он подплыл ко мне ближе и провел рукой по клинку, прозрачные пальцы свободно прошли сквозь сталь. Он кивнул и в этот момент мне показалось, что на его губы дрогнули, при взгляде на клинок.

– Готов служить вам, господин, – он склонился в поклоне и замер. Подтянув ноги из пролома, я встал, отряхнул штаны и куртку. «Интересно девки пляшут, по четыре прямо в ряд…» слова старой песенки всплыли в памяти. Прям в арабскую сказку попал с джинами, только там не кинжал был, а лампа. Главное, чтоб не объявил про три желания, или это рыбка была… Хрен с этим. Кинжал видимо не простой наверно им Вана и закололи. Или совершили какой—то обряд и привязали душу к нему, сейчас узнаем

– Этим тебя убили? – я повертел в руках клинок, – или принесли в жертву?

– Сам, господин. Это было добровольное решение, – он все также стоял, наклонившись и не шевелился, только по дрожанию голоса понял как он напряжен.

– Ты добровольно лишил себя жизни и приковал к этому месту? – такую преданность никогда не встречал раньше, потому захотелось узнать причину, что толкнула на такое.

– Я сам пошел на это, ибо больше никак не мог приносить пользы Черным лисам, моей семье…

– Ты же воин, к чему такой выбор?

– Когда я принимал решения, воин из меня был уже никакой. В последней вылазки мне повредили спину, ходить не мог и сражаться не мог, а служить хотел всем сердцем. Я принял решение, не видя другого пути.

– А как же волшебные мази Бо? Они—то могли поставить тебя на ноги…

– В то время не был известен секрет Небесных зелий. Спустя сто лет после моей смерти узнали рецепт, – в этот момент он поднял голову и посмотрел на меня.

– Мне жаль…

– А мне нет. Орден для меня все. Дал мне жизнь, всему научил, здесь встретил лучших учителей, друзей. Никогда не жалел о своем решении. Теперь и вы часть ордена, того что осталось, часть семьи, моей семьи. Пусть ордена больше нет, но я готов служить вам…– суровые тут были времена, и люди суровые, надо иметь что—то внутри, чтоб решиться на такое. Пожертвовать своим перевоплощеньем и остаться между мирами, без надежды на перерождение.

– Ван, а ты можешь не звать меня господин. Давай, ну, как—то по—простому, я Ден…, – его обращение ко мне резало ухо. Я и в прошлом такое не любил и тут не хотелось. Да и по возрасту и положению ничем не отличался от крестьянского паренька. Не дав договорить Ван ответил

– Ты яогуай из другого мира. Призванный одной из Сестер, что недавно была тут. Занявший тело наследника Нефритового замка. Последнего наследника, если быть точным, – а вот это был интересный поворот. Такое он мог узнать только у Бо. Неужели бабуля все ему рассказала?

– Как ты это узнал? – я прямо посмотрел на него, Ван снова склонился, после чего ответил

– Ваши аурные метки, по ним читается все. Даже то, что вы знаетесь с богинями, на вас четкий знак одной из Сестер…

Как интересно. Получается, что при встрече с сильными сущностями на твоей ауре остаётся след, метка, как сказал Ван. Самое поганое в этом, что эти отметины можно увидеть и понять с кем ты встречался. Для меня это не приятный сюрприз, с такой рекламой буду очень приметным. Себя я, в этот момент, представил в виде придорожного баннера с неоновыми огнями, которого видно из далека.

– Получается каждый способен увидеть метки? – настроение поехало вниз от таких новостей. Мало того, что внешне не похож на местных, так еще и это. Теперь не спрятаться, энергетический слепок виден даже сквозь стены и прикрыться нечем.

– Сильные мастера способны, – ответ Вана прозвучал как приговор. Теперь куда не пойди, все увидят кто я и с кем якшаюсь. Видимо Ма, чертов староста, был как раз из таких. Потому и затащил меня в поход и из—за этого на меня так кидались демоновы уроды.

– Есть техники, которые могут скрыть такое?

– Да, Ден… есть мастера, что могут научить прятать энергетическую оболочку за мороком…– это немного обнадеживало. Хотя мне бы лучше, чтоб Ван сам меня обучил, но видимо он не по этой части, раз так сказал. Закрыв глаза глубоко вздохнул и подняв руку, махнул – Ну и хрен с ним…

– Господин? – Ван дернулся, уставившись на меня

– Не обращай внимание, Ваня, – сел на край дыры и плюнул в темноту проема, – а ты сам не знаешь их?

Хотелось защитить себя от посторонних глаз до начала путешествия и до того, как появлюсь в порту.

– Господин, я лишь тень себя прежнего и за прошедшие годы утратил многое. Быть стражем, это сравнимо с собакой на цепи. Лай себе на чужих и все дела. Хозяева сами решат вопрос, главное предупредить их, – Ван опустив голову, словно школьник, начал оправдываться, – за многие годы растерял память и навыки…Простите, многих техник уже не помню… ведь уже не человек… зачем мне это было помнить…

– Хорошо. Найти поможешь учителя? – Ван как—то сник, даже аура стала блеклой. Он отлетел к стене, на своё привычное место и замер. Вопросы что стал задавать были ему не приятны, потому поспешил сменить тему. Пусть лучше думает, как помочь, а не оправдывается в своем бессилье.

– Смогу, – уверенней ответил домовой, – это точно смогу…

– Отлично, – я поднялся и хотел хлопнуть по плечу Вана, но рука прошла сквозь прозрачное тело, – хм, сегодня мы и так долго провозились с твоим освобождением. Утром двинемся в путь, а пока вспоминай, где нам найти мастера. Вообще все, что сможешь вспоминай.

Ван кивнул и растворился в воздухе, позвав Кузьму, пошел к реке, чтоб помыться, да и поймать чего к ужину не помешало бы. После земляных работ есть хотелось страшно.

Утром меня разбудил мохнатый нос, что шумно тыкался в лицо. Кузьма поднял не свет ни заря и нормально выспаться не дал.

– Да встаю я…– попытался отпихнуть этого медведя, – все, проснулся. Хватит… Отвали… Дай встать, морда

Пришлось вставать, на это Кузьма одобрительно рыкнул и побежал на улицу. Одевшись, вышел на крыльцо и огляделся. Вещи собраны, кинжал Вана запихнул за пояс. Считай собрался и можно отправляться. Остановился, оглядывая комнату, напоследок. Ведь тут прожил чуть больше полугода. Мое первое жилище в этом мире. Не скажу, что буду тосковать, но все же немного грустно уходить от сюда.

– Вроде все… если что и забыл уже не вспомню, – выйдя на крыльцо, кивнул порогу, прощаясь с домом и спустился к тачке. Детское чувство неизвестности волновало и манило, от чего по телу прокатилась волна холода и мурашки побежали.

– Ван? Ты как? – надо было проверить как там наш хранитель. Воспрял духом или все еще мнется

– Готов, господин. Можем идти, – полупрозрачной тенью появился передо мной домовой.

– Отлично. Кузьма, вперед… Ты первый тащишь наши пожитки, – запряг в тачку барбоса и бросив последний взгляд на хижину Бо вышел на дорогу, Кузьма поплелся следом. Бойцовому псу явно было не по нраву стать на время ездовой кобылой, но делать было нечего. Смирившись с решением хозяина, он потащил скрипучую тачку.

Пока солнце не вошло в зенит, мы бодро миновали все что осталось от Замка и не останавливаясь пошли дальше. Дорога легкая, утоптанная и до перекрестка добрались быстро и без приключений. Пока шли от Замка, всё пытался рассмотреть, что осталось от бойцов и тела старосты, но сколько не вглядывался в окружающую траву так ничего и не увидел. Хрен с ним и его прихвостнями, погребенья они точно не заслужили. Пока подходили к перекрестку солнце поднялось высоко и стало припекать. Отвязал Кузьму и отпустил пастись, а сам перевернул тачку поклажей вперед, взявшись за оглобли стал толкать перед собой. Остановившись на перекресстке, стал думать куда пойти

– Ван? Ты меня слышишь?

– Да, господин…

– Какая из этих дорог ведет в порт?

– В прошлом, когда бродил по этим землям, тут не было порта, господин…

– Нормально. Значит, не знаешь куда нам свернуть? Прямо путь к лесу, по нему мы с Ма ходили и там явно портом не пахнет. А вот на лево или направо? Надо решить. Как там в сказках говорилось: направо пойдешь – коня потеряешь, на лево пойдешь – сам пропадешь. И куда двинем, а Ван?

– Никогда не слышал таких сказок, господин. Может на право, у нас нет коня…

– Коня нет…, – повторил слова домового и посмотрел, как Кузьма катается по траве высунув язык, – есть вот такой дурной переросток … Пошли направо

Пес сразу подобрался, сел подняв уши, услышав, что говорят про него

– Пошли, конь волосатый. Посмотрим, что там есть, – свернув двинулся по тропе. Вокруг расстилались поля и в небе носились мелкие пичуги, то посвистывая, то заливаясь трелью. Идти стало легче после того, как дорога, после очередного поворота, пошла под уклон. Ван молчал, самому говорить не хотелось, только Кузьма нарушал тишину, гоняясь за кем—то в высокой траве. Прошли прилично, дорога постоянно петляла между холмов и пригорков и когда солнце стало клонится к земле, стал задумываться о ночлеге. Провести ночь под открытым небом, да еще и в неизвестном месте не прельщала. В прошлом походами не увлекался и даже не представлял, как это спать не под крышей и чтоб стены тебя не окружали. Попав в этот мир, столкнулся с подобным в походе. Правда шли мы целым отрядом, в котором были знающие и опытные ватажники, не раз ходившие в походы. Сейчас компания опытностью и знаниями кочевой жизни явно не блистала, пес и домовой, те еще походники.

– Ван? Не знаешь есть тут в округе место где переночевать?

– Господин, должен быть постоялый двор, где—то не далеко. Помню, раньше там посыльные останавливались для смены лошадей. А чем вам тут не нравится?

– Знаешь, твоему господину, хочется крышу над головой. Не привык, господин, спать под открытым небом. Ван, просил же…

– Простите, гос… Ден. Привычка…

Память не подвела духа, примерно через час ходьбы, вдалеке, увидели чернеющую крышу за высоким каменным забором. Идти сразу стало легче, теперь цель была достижима и тревожные мысли о поиске воды и дров для костра отпали сами собой. В этом месте дорога была хорошо утоптана, что говорило о том, что по ней все—таки передвигаются и не все тут может быть заброшено. Но чем ближе мы подходили, тем меньше испытывал надежды на хороший исход.

– Гос.… Ден, стой. Мне кажется там не все в порядке. Возможно, двор брошен. Никого не видно внутри, – Ван остановил меня, на повороте к постоялому двору.

– Так мы еще не дошли. Вот подойдем и увидим, что там и как…– и тут пес встал в стойку и навострил уши, потом поднял морду вверх и стал принюхиваться. Потом фыркнул и посмотрев на меня рыкнул. Все это было не к добру, Кузьма просто так рычать не будет. В поле оставаться не вариант, если там бандиты, то меня уже увидели, а если еще кто—то, то драки уже не збежать.

– Так, всем быть на стороже. Пошли посмотрим кто там нас встречать будет, – я переложил дадао на верх, чтоб в случае чего быстро выхватить и продолжил толкать тачку перед собой. Перед воротами оставил тачку и взяв меч вошел внутрь.

Глава 4

– Ну и где все? – после быстрого осмотра двора остановился в центре небольшой площади и спросил у Кузьмы. Пес водил носом и опуская голову к песку принюхивался, по его внешнему виду можно было сказать, что тут не все в порядке. Истинным зрением не видел ничего. Простые всполохи лилового, розового, около колодца чистая синева и немного вкраплений зелени. Такую ауру видел в Замке и около домика Бо, все указывало на место, где раньше жили люди. Только почему мне так неуютно, словно в майке вышел на мороз.

Площадь, на которой я стоял, окружал с трех сторон дом или харчевня, на небольшой террасе, перед входом, валялись куски мебели, испачканной бумаги и тряпье. Кузьма по—хозяйски стал обнюхивать выступы и метить их, при этом не переставая водить носом, а шерсть на холке стояла дыбом. Погром вокруг был знатный, то ли последствия сражения, то ли бродяги поглумились над этим местом, оставив после себя бардак. Тут все было по—другому, ни как в Земляном Замке, несколько небольших сарайчиков притулились в углу двора и размерами больше походили на шкафы с массивной крышей, где по—восточному углы смотрели вверх. Черепица с одного была сорвана и разбитые черепки валялись вдоль забора, у двух других с крышей было лучше. Осмотрев их, не нашел ничего интересного, старые метлы, грабли, в одном нашелся обломанный серп. Остатки веревок, разбитые ведра и неимоверное количество пыли и паутины. Если тут и жили люди, то было это очень давно. Хозяева, если они тут, давно забыли про их существование.

– Пойдем в доме посмотрим, – тихо обратился к псу и перехватив дадао по удобней направился к центральному входу. В внутрь дома вошли только после полного осмотра двора и хозяйственных построек Перешагивая через обломки некогда мощной двери, мы попали в центральный зал. Свисающая паутина с потолка, поломанная мебель, местами сгнившая, мы с Кузей остановились сделав пару шагов. Грязь и пыль, все, что можно было разрушить, было разрушено или разбито. В живых остался только стол в центре зала, что был собран из бревен и толстых досок. Битые черепки или горшки, перевернутый сундук в конце зала и выбитое окно. Мое внимание привлекли странного вида зарубки на стенах, словно кто—то рубил стены мечом или топором, они тянулись по стенам образуя странного вида рисунки.

– Что, Кузя? По ходу мы тут одни…– пнув ногой обломки стула прошел в центр, – посмотрим, что есть на верху и будем заселяться

Пес первым рванул по скрипучей лестнице на верх и сразу начал чихать. От нашего движения поднялось целое облако пыли от чего в носу сразу зачесалось. Второй этаж походил на дешёвую гостиницу, длинный коридор со множеством дверей. Для полного успокоения прошлись по все номерам этого «Хилтона». Развалившаяся мебель, выбитые окна и на полу истлевшие кучи тряпок. Пахло сыростью, плесенью, пылью и еще какими—то травами.

– Ден, тут должен быть подвал, – в голове проснулся Ван. Его голос нарушил гнетущую тишину, – нужно проверить

– Давай проверим, – я отряхнул штанины от пыли и спустился на первый этаж. Дверь в подвал нашлась в коморке за остатками прилавка или стойки. Это была единственная целая дверь, скрипнув несмазанными петлями нам открылся проход к лестнице, что уходила в темноту.

Кузьму не стал звать, он после осмотра второго этажа вылетел на улицу чихая и мотая головой. Думаю, с него хватит на сегодня пыли, пусть продышится. Заходящее солнце окрасило все в красноватые тона, до наступления ночи еще далеко, потому смело ступил на каменные ступени и стал спускаться вниз.

– Ван? Посвяти немного, – по началу не думал, что погреб настолько глубоко расположен, но пройдя лестничный пролет, попал на площадку, от которой дальше вниз уходили уже две лестницы.

– Одна к леднику, другая к складу, – начал просвещать меня домовой, – нам к складу, направо

– Угу, двинули, – выставив перед собой меч пошел по указанной лестнице. Ступив на ступени, сразу почувствовал запах, потянуло чем—то затхлым, словно там подохла крыса или кошка. В истинном зрении тут все было серо, как в черно—белом кино. Появившийся Ван осветил пространство, словно керосиновая лампа. Сразу стало спокойней, а то обстановка была как раз для съемок фильмов ужасов.

Каменные ступени привели в большое помещение с высоким потолком и рядами стеллажей, на которых хранились остатки кувшинов, бочек, другой утвари. Вокруг все было затянуто паутиной, а толстый слой пыли походил на ковер. Медленно, стараясь лишний раз не пылить, двинулся в обход стеллажей. Тишина в этом месте была абсолютной и звоном в ушах давила на мозг. Захотелось присоединится к Кузьме, бросить все и выбежать наружу, вздохнуть полной грудью свежий воздух. С силой подавил минутную слабость и двинулся дальше, от напряжения, покрылся испариной, а по спине покатились крупные капли пота. Почему мне так хочется от сюда бежать? Ведь тут нет ничего опасного или страшного. Брошенный дом, разграбленный и разгромленный, ценного ничего не осталось. Даже нет мышей и крыс. Так почему мне тут так неприятно находится?

Обойдя весь периметр подвала и не найдя ничего опасного или подозрительного, выбрался на первый этаж

– Что скажешь Ван? Есть тут что—то опасное? – прислонив меч к столбу я стоял и отряхивался, ожидая ответа.

– Нет, Ден. Живого ничего не чувствую, но внутри не стал бы ночевать– с некоторой паузой ответил домовой, – лучше там у колодца остановиться

– Да? И почему у колодца?

– В доме нет даже мышей, плохой знак. Это первая странность. Вторая, только у колодца осталась зеленая трава. Больше нигде не видел.

На такое даже не обратил внимание, когда обходил внутренний двор. Ведь действительно, только у колодца колосилась, живая, зеленая трава, а больше нигде. Выйдя на крыльцо, стал осматривать внутреннюю площадь еще раз. Ван прав, у ступеней крыльца и вдоль стен только сухая и пожухлая, зелени нет совсем. Но не оставаться же ночевать в поле из—за такого. Пошел за тачкой и закатив внутрь, поставил около колодца, там же нашел цепь, привязанную к небольшому столбу.

– Жаль ведро сперли, – я поднял кусок цепи с земли, – чтоб добыть воды придется цеплять флягу.

С водой провозился долго и когда запалил костерок и водрузил на него казан вокруг было уже темно. Кузьма завалился на траву и ждал, когда приготовлю кашу. Пустой рис из небогатых сбережений Бо и немного пряных трав, все что смог состряпать. Не весть что, но голод утолить можно

– Да, Кузьма и я рассчитывал на нормальный постоялый двор. Думал раз есть деньги то все остальное сможем купить. А оно вишь, как, – глядя, как пес воротит морду от плошки с рисом, стал уговаривать его поесть, – вот придем в нормальную деревеньку там куплю тебе целую ногу. Нет две, одну тебе, вторую сам съем

Давясь несоленым рисом и запивая все это водой думал о дальней шей дороге. Сколько потребуется времени, чтоб дойти до порта. Если впереди несколько дней пути, то нужно позаботиться о мясе, пустой рис долго есть не сможем. Фыркая и бросая на меня осуждающие взгляды пес в два приема опустошил свою плошку и завалился спать. Я, закончив трапезу, помыл все и убрал в тачку, в костер подбросил пару ножек от стула, прислонился спиной к колодцу

– Ван, на тебе охрана. Если что…– тут на меня навалилось странное состояние, словно провалился в транс, слышал все что творится вокруг, как потрескивают деревяшки в костре, как шумно дышит пес во сне, а вот перед глазами была иная картина. Где—то глубоко под домом зашевелилась тьма, что покоилась днем и сейчас пробудилась. Она рывками стала выбираться наружу, скребя когтями по камням и безмолвно открывая пасть. Темное пятно тянулось к нам, рвалось в голодном порыве с единственным желанием заполучить наши жизни. Видя это не мог пошевелится, мышцы сковала судорога, стало трудно дышать. А тьма все продолжала приближаться к тому месту, где сидел и чем ближе она подходила, тем отчетливей чувствовалась сфера в груди. Она пробудилась и стала толкаться, стараясь освободиться. Пытаясь оторвать взгляд от тьмы, устремился в глубь себя, к тому месту, где предполагал у меня расположен котел. Картинка поплыла, сначала появился туман, после нескольких вдохов он стал рассеивается, и я увидел огромных размеров чан с темными стенками, наполовину наполненный искрящейся жидкостью.

– Это котел с Чи, – словно подсказка родилось у меня в голове, – в нем заточен демон…

В этот миг искрящиеся струи поднялись над поверхностью чана и устремились ввысь, Чи утекала и уровень в котле стал снижаться, открывая сферу. Сначала над поверхностью показался маленький кусочек прозрачного купола, но по мере того, как утекала Чи, размер купола рос. Я терял энергию и никак не мог это остановить. Нужно было что—то делать и как можно скорее. Ведь если этот процесс не остановить я потеряю контроль над сферой, демон получит шанс сбежать. Чего ни при каких раскладах допустить не мог. Рванулся к утекающим потокам Чи и постарался их перехватить, но, чтобы не делал, руки проходили через струящиеся ручьи, никак не преграждая течения. Потоки текли ввысь, исчезая где—то за пределами тела. Теперь волнение переросло в беспокойство, я бессилен помешать этому и нужно готовится к сражению с демоном или к смерти. Техник, чтоб такое остановить демона у меня не было. Еще не много и демон получит свободу, а вместе с этим придет и смерть. Все что мне оставалось это постараться наполнить котел за счет поглощения энергии из вне. Упокоившись, переключился на дыхание и стал втягивать разлитую Чи вокруг, с каждым вдохом увеличивая приток. В котел тут же потек ручей энергии, что я втягивал, как голодный вампир кровь молодой жертвы, на короткое время замедлив снижения уровня в котле.

– Дьявол, тебя побери…– заорал я в попытке увеличить приток Чи. Меридианы горели, дыхание сбилось, сердце билось о ребра с такой силой, что еще немного и сломает грудную клетку, во рту почувствовал металлический вкус. При этом сфера уже наполовину освободилась и в глубине ее проступило уродливый лик демона.

– Ты скоро сдохнешь, червь. Я завладею твоим телом, уродец, а потом поиграю с ней. С этой маленькой и наивной сучкой. Такой сладенькой, такой мягкой, – в моей голове проснулся хор голосов, оглушая и давя. Демон говорил сразу тысячами глоток, на разные тона звук голосов нарастал словно водопада, – ее плоть, ее кожа, ее лоно будет принадлежать мне… Я сделаю с ней все…

Перед глазами стали мелькать картины истязания и совокупления в самых невообразимых позах, таких что и придумать было сложно.

– Нравиться, червь… это малое, что ждет ее…, смирись, тебе не победить в этом бою… Ты слаб, – чем дольше он говорил, тем сильнее во мне вскипала ненависть к этому выкидышу преисподней. Я понимал, что в мир такое выпускать никак нельзя. Лучше сдохну и заберу его с собой, чем позволю такому вырваться на свободу. Ненависть, такая сладкая, горячая, обжигающая, волной захлестнула сознание, выдавливая тьму из конечностей, разрывая оцепенение и наполняя мышцы силой. Медленно занес руку над рукоятью меча, потом сжал её и стал медленно подниматься.

– Стой, червь, тебе не справиться с тем, что пришло за тобой, – смех демона был похож на карканье стаи ворон. Я уже не слушал его, поднимаясь на ноги стал заносить дадао над головой для удара. Тьма была под ногами и влив в мышцы Чи ударил в землю, вкладывая все остатки силы в удар. Яркая вспышка ударила по глазам и раздался какой—то писк, демон в сфере отпрянул вглубь, пропав во тьме, а по мечу потекли ручьи энергии. Дадао полностью поглотил сущность нападавшего и на поверхности лезвия замерцали искры. Медленно открыв глаза, вернулся в реальный мир

–…дин, вы очнулись, – голос Вана, как набат раздался в голове, – я стоял перед колодцем воткнув в землю меч, а около моих ног скрючились две ссохшиеся руки, торчавшие из земли

– Зомби, мать твою, – выдохнул я и пнул одну из сушёных конечностей. Вместе с голосом домового раздался рык Кузьмы. Не далеко от меня он сцепился с тремя мумиями, так мне показалось, в первые секунды боя. Они по очереди наскакивали на него, пытаясь добраться до шеи или схватить за лапы. Пес, как мастер кунфу, с легкостью раскидывал их, отрывая от них вонючие лоскуты плоти. Своим мощным телом он бесстрашно бросался на них, давя и ломая кости, но до победы было далеко. Рядом из земли увидел, как следующие зомби начинают вылезать и пора было идти на помощь. Выдернув меч, я кинулся в бой.

В истинном зрении вокруг бушевала тьма, из которой выпрыгивали сушёные человеческие тела, воняло тухлой плотью, их перекошенные лица мелькали передо мной, а разинутые пасти источали зловонье. Размашистыми ударами я раскидал тех, кто нападал на Кузю и потом мы вдвоем приступили к зачистке этого места

– Ван, подсвечивай новых, – крикнул я домовому и кинулся к следующему зомбаку лезущему из—под земли. Домовой, как светлячок в мире тьмы, стал носится вокруг нас, зависая над новой целью, я, как заведенный вертел мечом, а Кузьма работал на добивании тех, кто попал под секущие удары меча. Чем дольше шел бой, тем больше становилось зомби. Теперь весь внутренний двор был похож на свежевспаханное поле, они как тараканы лезли из—под каждого угла и конца им не было видно. Осложняло все это еще и то, что я терял силы, словно само место тянуло их из меня.

Демон внутри орал и смеялся, когда уровень Чи в котле падал особенно сильно. Это сбивало концентрацию и контроль, а образы, что он транслировал перекрывали обзор, ослепляя и оглушая. Приходилось выпадать из боя, рывком уходить в сторону и втягивать энергию из окружающего мира. За эти мгновенья количество противников возрастало в разы, и они скопом набрасывались на меня. Бросал дыхательные техники и снова кидался убивать. Бой, для меня, одновременно шел на двух уровнях внешнем с зомби и внутренним, демон бился внутри сферы чувствуя мою слабость, стараясь разрушить ее, крича проклятья и суля страшные кары. Попеременно переключаясь с тех, кого подсвечивал Ван, на внутренний контроль сферы и снова возвращаясь в реальность, экономил силы. Меч в моих руках превратился в светящийся посох от выпитых сил. Разваливая хрупкие тела мумий, он втягивал последние крохи энергии и не давая шанса на возрождение. Яркие картины видений демона, перекошенные лица зомби слились в один бесконечный калейдоскоп, звуков и движений.

Зомби были тупы и валили напролом, не обращая внимания на потери, главное, что бесило, твари обладали ужасной прыгучестью, как кенгуру или лягушки. По одному было не страшно биться, а вот когда их собиралось около десятка, тут только постоянное вращение мечом спасало. Его я крутил над головой не останавливаясь, осыпая округу иссохшей плотью зомбаков. Кузьма бился как демон, разрывая клыками протухшую плоть и давя лапами хрупкие черепа, но твари сумели пробить его толстую шкуру, когда мне пришлось в очередной раз отвлечься на усмирения сферы и сбора энергии. Бой мы явно проигрывали медленно и неотвратимо. Силы таяли с каждым взмахом, с каждым ударом меч становился все тяжелей и тяжелей. Постоялый двор мы разнесли полностью, не оставив камня на камне, а чертовы зомби все лезли и лезли. В какой—то миг понял, что все, кто сюда забредал в конечном счете становились частью этой Неупокоиной армии, а такой исход мне явно не подходил. Хуже было то, что ничего не приходило в голову, а остановиться и подумать противник не давал. В очередной раз впечатав вонючее тело противника в остатки стены отпрыгнул в сторону для сбора энергии и на Кузьму сразу кинулась толпа, Ван кинулся в центр схватки стараясь собственным светом ослепить противников, но помогало мало, глаз у этих тварей не было.

– Держись Кузьма, иду, – крикнул я, стараясь заглушить сводящий с ума шепот демона, картины пыток Фу Си снова пролетели перед глазами и я, завертев Слезу, бросился на врагов.

– Врешь тварь, не взять меня, – одной силой воли заставлял себя биться и снова и снова поднимать тяжелеющий меч, – добро все равно победит. Тебе меня не сломить… ты мне еще за Тинг ответишь…

– Слабак… моя победа близка… сдохнешь как пес… никто и не вспомнит про тебя… никто…– снова этот шепот в голове и снова образы мучений и крики жертв, крик Тинг резанул внутри, разрывая внутри меня путы, я отчетливо увидел, как он издевался над ней и как она звала меня…

– Р—р—р—р—ых, – одним рывком вливаю все что есть в мышцы и закручиваю светящийся меч, – а—а—а—А—А—А! Сдохните твари!

Ударом ноги ломаю остатки стены, сбивая мечом обломанные подпорки кровли, пыль, рык боевого пса и мой рык сливаются в ужасающий вой. Мы рывком врываемся в ряды прущих на нас умертвий, во все стороны летят ошметки и конечности, а мы рубим и рвем, рубим и рвем и над этим всем летает сияющий Ван.

– Если мне суждено сейчас умереть, то умру с мечом в руках, но и ты сдохнешь…, – я уже не контролирую себя, все плывет в голове, мы с псом превратились в машины—убийцы, наплевав на раны и кровь. Смерть это все что нам дано сейчас. Выбрать как умереть, трусом или воином. Мы рвем и рубим и нет числа врагам. Где—то краешком сознания стал просить прощения у Фу Си, что не смог выполнить ее просьбу и очистить этот мир, остановив тем самым вторжение демонов. Что не оправдал надежды и не смог пройти этот путь. В этот миг перед глазами явился ее образ, стройной, собранной с мечом в руках и развивающихся одеждах, она грозно посмотрела на меня и указала мечом на мою грудь. Тут что—то произошло, изменилось, на какой—то незримой грани сознания, стало легче, взор очистился и вокруг стало светлей. Тьма, окружающая нас, стала рассеиваться, а проклятые прыгучие зомби замедлились в своих движениях. Вздохнув полной грудью, ринулся с новыми силами на них, круша все и всех. Демон внутри меня притих и не высовывался, что только радовало.

Миг и противники кончались, а те, что еще не попали под наши удары обратились в серую пыль, а в голове раздался голос Вана

– Утро, господин, солнце встало, мы выстояли… Свет убил всех… Мы выжили! Мы победили! – еще не до конца понимая, что сейчас произошло опустил меч и вытер оборванным рукавом лицо. Руки тряслись, а ноги подкашивались, Кузьма, видя, что противников не осталось, вздохнул и со стоном рухнул, где стоял. А над горизонтом медленно поднималось солнце освещая поле боя. Поднял руку прикрывая глаза и посмотрел на него, подставил лицо под тёплые лучи.

– Спасибо, маленькая богиня, за такой подарок. Ты вовремя…– пошатываясь доплёлся до колодца, только тут земля осталась целой, сел, положив на колени меч. Нужно было переждать, когда мондраж боя пройдет и адреналин выветрится из крови. Подтянув ноги, облокотился на серый камень колодезной стены и прикрыл глаза. Голоса демона больше не слышал, как и его видений, в голове было пусто и светло. Фу Си услышала меня и пришла на помощь. Так вот и начнешь верить в богов и всякие чудеса. Кузьму еще нужно осмотреть, щурясь от ярких лучей солнца, посмотрел в ту сторону, где улегся пес, сейчас он перевернулся на спину и дрых, подергивая лапой

– Раз спит, значит ничего серьезного, – тихо произнес и снова закрыл глаза. Один Ван радовался нашей победе и не умолкая повторял

– Победили! Выжили! Побе…

Глава 5

– Наконец—то. Подумала, что ты не придешь, – я стоял на той самой поляне с изумрудной травой, где мы впервые встретились, а передо мной стояла богиня, в облегающем платье украшенном яркими драконами, подпоясанная широким ремнем, к которому был прикреплён меч, – ты сумасшедший! Я же сказала тебе про порт. Зачем ты поплелся в этот притон тьмы

Не до конца понимая, как сюда попал огляделся и посмотрел вверх, там, как и тогда сверкали тысячи звезд, огромные планеты проплывали в бездонной темноте.

– Я сплю? – это первое, что пришло мне в голову и что бы развеять сомнения спросил у богини, – это сон?

– Дурачок, конечно, сон. Я так испугалась, когда услышала твои прощальные слова, само Мирозданье позволило дотянуться до тебя. А когда увидела, где ты и что с тобой происходит, мне позволили коснуться тебя… Ты не представляешь, что совершил…

Она потупила взгляд и отвернулась, я же все еще не понимая происходящего сделал несколько шагов к Фу Си. Вдруг так захотелось ее обнять и прижать к себе, усилием воли подавил порыв и отвернулся.

– Это была первая молитва за столько лет… ты обратился ко мне, и я услышала твой голос…– тихо проговорила она, – я уже не надеялась, что когда ни будь услышу… Забыла, как это приятно и тревожно и все это сразу… Спасибо тебе…

– Да не за что. Думал все… Конец. Пришел. И тут ты со своей силой…– в голове бушевал ураган из мыслей и чувств и о чем сейчас говорить даже не представлял. Еще несколько минут назад к смерти готовился, а тут вот… богиня целая, девушка, да еще… Упс. Стоп, она же слышит мои мысли

– Это была не сила. Это было простое воинское благословение. Мое благословение – она повернулась и посмотрела на меня. Глаза ее сияли, излучая тепло, она взяла мою руку и слегка сжала, – теплая…

Она замерла на мгновенье, а потом глаза ее увеличились и лицо побледнело

– Стой! Тебе нужно торопится. Настоятель храма прибыл в порт и его нужно найти. Поторопись и тебе в другую сторону нужно идти…

– Так быстро… Про дорогу уже понял, – я улыбнулся, – немного отдохнем и двинемся…

– Некогда. Он старенький, лучше поторопись. Теперь я могу следить за тобой. Все. Иди потом поговорим, – тьма перед глазами, поляна и Фу Си пропали в ней, легкое головокружение и открыв глаза увидел развалины постоялого двора, Вана, что завис надо мной. Кузьма, развалившись, все еще спал на прежнем месте, его храп трансформаторным звуком разносился по округе.

– Привет, – потянувшись, обратился к домовому и стал подниматься. Вот всегда так на самом интересном месте. Только она меня за руку взяла, только вот мы стали сближаться, и тут какой—то дед приплыл. Спасай его. А как я его узнаю? Он что с табличкой бегает «Я хранитель храма Трех Сестер. Помогите мне»

– Господин, мы совершили героический подвиг, сразив полчища цзяньши. Какая битва! О! Такая битва подобна легендам! О ней обязательно должны узнать люди. Где один воин вышел против полчища кровожадных цзяньши и победил, – неся всю эту ахинею он аж засветился от возбуждения и размахивал руками, а мне захотелось его приложить чем ни будь лишь бы замолчал. Ведь его голос раздавался только у меня в голове, – и в конце битвы, когда силы уже покинули героя, он обратился к богам и те услышали его и даровали силу ста воинов для победы над врагами.

–Оу—оу, стой Ваня, стой. Во—первых, я был не один, а с Кузей. Во—вторых, не сил ста воинов, а воинское благословение от Сестры Фу Си, понял. Сказочник. И чего ты так распелся, про легенды, да про то, что б все знали. Ты точно в прошлом воином был? – прищурившись внимательно посмотрел на домового, от такого он стал прозрачным и постарался смыться подальше, но говорить не перестал

– Господин, еще и скромностью не обделен. Это признак благородства и высокого положения рода. Из вас вырастет достойный наследник клана Черных лис…– голос его стал тише, но при этом приобрел назойливость мухи, что постоянно жужжит около уха.

– Заканчивай, трепло. Скажи лучше кто такие эти цзяньши? – отряхнувшись, подошел к тому месту, где припарковал вчера тачку и стал ее откапывать из—под обломков. От поднимаемого шума проснулся Кузьма и фыркнув поднялся со своего ложа.

– Господин, буду рад быть полезным и расскажу все, что знаю про этих прихвостней преисподней…– и тут он запел соловьем, расписывая в подробностях о жестоких и кровожадных вампирах, что в простонародье зовут цзяньши.

– Стопэ. Сказочник. Так они вампиры?

– Да, господин. Самые кровожадные, самые мерзкие создания, что бродят в темноте – его полупрозрачный силуэт показался из—за развалин террасы.

– Тогда скажи, почему не одна вобла, что бросалась на меня, так и не разу не попыталась укусить? А? – спросил, не отвлекаясь от раскопок нашего транспортного средства.

– Так они не кровь пьют, а Чи. Она то их и привлекает. На нее они слетаются как мухи. А…э… что такое вобла? – теперь стало понятно куда девалась моя энергия и почему терял силы во время боя.

– Рыба такая, сушеная с солью, к пиву хороша…

– А что такое пиво? – все понесло. Я так никогда не узнаю про них, надо заканчивать со словами из прошлой жизни.

– Алкогольный напиток, из солода и дрожжей, с пеной и пузырьками…– закончив раскопки, выкатил тачку на ровный участок земли.

– Пеной и пузырьками…– эхом повторил Ван и замолчал. Уже подумал, можно отдохнуть от его болтовни, что боги сжалились надо мной, но рано размечтался, Ван после паузы с новыми силами начал свою песнь.

– Вы от рождения обладаете довольно большим сосредоточием силы, потому целой армии не хватило опустошить вас, господин, – «вот заладил он со своим «господином», вот сколько можно говорить? Хрен с ним. Пусть, все равно не переделаешь. Может сейчас выговорится и затем умолкнет. А, все—таки, тело не простое подготовила Фу Си и некоторые плюшки я получил. Хоть это радует

– Вы бились как дракон, как один из легендарных воинов…– Вана несло, взмыв повыше, чтоб его было видно, стал жестикулировать и носится, как муха, надо мной. Мне только такого говоруна не хватало. И тут вспомнил, как мечтал хоть с кем ни будь поговорить. Даже остановился и хлопнул себя по голове. Вот чтоб мне тогда язык за зубами держать, так нет. Получи дорогой и распишись. Вот тебе говорун, первосортный. Говори сколько хочешь и что самое интересное, его слышу только я. Вздохнув и помянув всех святых, пошел к Кузьме, его нужно было осмотреть.

–Ты давай не сбивайся с темы. Раз начал, – присел на корточки перед псом и помяв его лохматую морду стал аккуратно расправлять окровавленную шерсть, чтоб лучше рассмотреть раны. Слава Небесам, все не так страшно, пару порезов, не глубоких и несколько ссадин. Можно было и так оставить, на нем все само заживет. Только мы неизвестно где и что нас ждет впереди тоже непонятно. Потому вернулся к тачке и раскрыв рюкзак достал настой трав и одну из заживляющих ран. Небесную мазь Бо решил пока приберечь, рецепта не знаю и восполнить запасы сейчас негде. Потому оставлю только на крайний случай.

Вернулся к Кузьме, который не доверчиво посматривал за моими действиями и присел рядом, раскладывая лекарства. Все это проделал под монотонный голос Вана, что, все больше распалялся, болтая вперемешку о геройских геройствах, поведал и про вампиров, что напали на нас. По итогу ребята попались нам неприятные, тем, что могли вытягивать из живых энергию, не появляясь перед жертвами. Просто тут они видимо расслабились и оборзели, потому как полезли лично к нам. В этом можно сказать повезло, потому как пришлось бы лезть под землю и гонять их там, а это в нашем положении не очень. Габариты мои и пса не позволили бы сделать это быстро. Еще Ван почувствовал в этом месте много пустот или пещер в которых эти твари поселились. Сейчас правда он ничего опасного не чувствовал, я и сам не чувствовал опасности. Правда это может быть обманчивое ощущение, если вспомнить как мы, обыскав тут все ничего не нашли и не почувствовали.

Закончив промывать и смазывать раны собрал склянки и поднялся.

– Все парни, выступаем. У нас тут дедушка в беду попал и надо его выручать

– К…какой д.. дедушка? – Ван резко прервался в своих объяснениях и выпучив глаза уставился на меня, – не понял, господин

– Да одна девушка попросила присмотреть за стариком. Разочаровывать ее не входит в мои планы. Так что, в путь. В порту разберемся. Ван, вперед, двигаем в обратную сторону…

Сказать проще чем сделать. Дорога, до перекрестка, была знакома и туда мы добрались быстро. Как говорят, короткая дорога та, которую знаешь. А вот дальше все стало не так весело. Дорога по которой двинулись дальше поросла высокой травой, по ней явно давно никто не проходил и тащить тачку стало трудней. Кузьму не запрягал, так как в роле сторожевого пса он сейчас нужнее, тащить могу сам, какая никакая, а тренировка. На ночь остановились в поле, недалеко сойдя с дороги. За весь день нам никто не попался ни птица, ни хотя бы мышь, одни кузнечики стрекочут в траве, так что о сытном ужине можно было забыть. Спасибо Вану, что нашел небольшой ручеек, а то во флягах воды оставалось мало. Набрав в казан воды приготовил ужин скорбящего монаха. Утром наполнив фляги водой, продолжили путь. Под привычное бормотание Вана шли весь день и под вечер набрели на большую поляну. Домовой подсказал, что это бывшая стоянка караванов. Здесь нам повезло, на краю вытоптанного поля имелся колодец, накрытый деревянным щитом. Вода в нем была чистая и холодная и на этом хорошее заканчивалось. Дров в округе не было и мне пришлось разломать крышку и пустить на костер. Приготовив пустой рис наложил плошку Кузьме, на что он отреагировал долгим и грозным взглядом, после чего фыркнул и умчался в темноту. Через некоторое время он вернулся с окровавленной и довольной мордой, неся в зубах добычу. При жизни это видимо был заяц или кролик, точней не скажу так как от него мне досталось только жопа с хвостом. Голодный пес в один укус сожрал верхнюю часть притащив остатки мне. Похвалив добытчика, пожарил остатки. Получилась бурда, но мы ребята не привередливые и на том спасибо. Третий день пути давался тяжелее всего, к Вану вернулась часть памяти, и он спешил рассказать все, что вспомнил. Про местность и караваны, про торговцев и разбойников, про охотников и поселения. Для меня это все было как радио, что не можешь выключить или переключить на другой канал. Голос домового постоянно путал мысли, но хуже всего то, что воспоминания, которыми он делился были обрывочны и концовки никогда не имели. К полудню перестал прислушиваться к его болтовне, правда в его рассказах проскакивала и полезная информация. Особенно про порядки, установленные на этом острове примерно сто лет назад.

Кузьма на голодном рационе на третий день стал странно косится на меня, особенно на филейную часть. Мне оставалось только надеется, что мы доберемся до городка раньше, чем он решить закусить своим хозяином. К вечеру третьего дня страдая от жажды мы наконец вышли на прямую ведущую к городу. На горизонте показались стены и крыши города.

– Кузьма, сегодня у тебя на ужин будет мясо. Это я тебе гарантирую…– решил я подбодрить лохматого, прикидывая что через пару—тройку часов мы доберемся до ворот городка. Голос Вана прервал мои мечты о еде, чистой одежде и мытье.

– Господин, там драка…– на третий день пути стал использовать домового в качестве разведчика и просил летать по округе.

– Да? Отлично. Веди, – это были первые люди, что встретились на пути. Драка интересовала мало, главное информация, которую можно было получить, а заодно и размяться. Навалившись на оглобли, ускорил шаг в предвкушении.

Поднявшись на небольшой холм, увидел, как несколько мужиков пинают кого—то в пыли и при этом громко кричат и смеются. Бросив оглобли тачки, остановился, присматриваясь к аурам дерущихся. По большей степени над ними витали в воздухе красноватые и рыжие ленты, что говорило о злости и веселье всей компании, но без мыслей совершить убийство. Тьмы и фиолетовых оттенков не заметил ни у кого, это давала мне пару минут разобраться в происходящем. Жертва, которую обступили кругом, был старичок, что, валяясь в грязи плевался и кидался грязью в нападающих.

– Этот старик, монах, господин. Простолюдины издеваются и насмехаются над его верой, – Ван, с интонацией диктора, описал происходящее, что толкнуло мысли бежать в другом русле. Монах, старик и просьба Фу Си поторопиться и найти служителя ее храма. Может быть это и есть он, а я тут стою и думаю.

– Эй! Мужики! Хорош…– переходя на бег стал спускаться вниз. Мужики отреагировали так как и просил, кинули пинать старика и уставились на меня

– Смотри, еще один попрошайка, – тут же крикнул один из них, – такой же оборванец…

– Тебе чего надо?

– Иди своей дорогой коли жизнь дорога… – сразу полетело со всех сторон, но мне на это было плевать. Главного добился и над стариком перестали издеваться. Подбежав к толпе, врезал первому кто подвернулся, после чего все пришло в движенье. Недолго думая на меня, бросились разом, но удача была не на их стороне. Ребята явно не обладали знаниями и техниками, привыкли драться с теми, кто не может постоять за себя. Через секунду в пыль рухнули самые рьяные и глупые, получив от меня. Помня простые законы уличной драки, не останавливаясь, кинулся на оставшихся и пинками разогнал их в стороны.

Только сейчас до меня долетел знакомый аромат браги, мужики были сильно пьяны и нашли себе развлеченье в этом старике. Соображалка у них работала плохо, иначе они бы заметили, как за моей спиной крадется здоровенный пес, явно настроенный сожрать парочку придурков. Но алкоголь такого шанса им не дал, отбежав немного они остановились и развернувшись с криками поперли на меня. С криками «убью» мужики решились на матч—реванш. После которого к валяющимся в грязи прибавились еще тела. Бить их совсем не хотелось, но их настырность нужно было унять. Врезав еще пару раз, оставил одного, самого стойкого. Он был нужен как носитель ценной информации, над остальными навис Кузьма, рыча и капая слюной.

– Так, бедолаги. Бить вас не хочу, но, если будете настаивать, уважу. Понял? – оставшийся мужичок, кривя рожу и икая, постарался что—то сказать, кивая головой, – ты местный?

Понимая, что бить дальше не будут, мужичок приободрился и уперев руки в бока сплюнул в придорожную пыль. Такой настрой мне не понравился и пришлось отвесить ему леща, приводя в состояния понимания

– Еще раз спрашиваю, ты местный? – собрав его в кучу приподнял и тряхнул, так что он клацнул зубами. После такого разговор пошёл веселей. Все—таки правильно говорят: – «что добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем просто добрым словом». Вроде мафиози какой—то это сказал, но уже не помню кто.

Икая и бледнея, мужичок как мог рассказал про городок, порт и местные порядки. Слушая его сбивчивую речь, понимал, что попал домой. Ведь тут и чиновники, берущие на лапу и стража, ну для меня местная полиция, тоже замазаны по самое не балуй и конечно местная братва со своими понятиями. В общем дом отдыха, а не городок. Для проживания у меня хватало денег и на лапу теперь знал кому дать, чтоб сильно не приставали. Сам мужичок, был из местного профсоюза грузчиков, членов которого я только что положил в грязь. Выслушав до конца, подкинул ему пару серебряных монет на поправку здоровья. Он сноровисто подхватил их и покрутив в руках заулыбался, а потом стал быстро поднимать товарищей.

– Собрал своих и брысь отсюда. Старика оставь…– проговорил, смотря на его работу. Старичок, за это время, на четвереньках, выбрался из лужи и не переставая плеваться в валяющихся, стал уползать в траву, подальше от места избиения. Пришлось его догнать и вернуть на место.

– Папаша, сидеть и не двигаться. Мне нужно пару вопросов тебе задать, – на чумазой морде святого отца не появилось и тени понимания, сев как по команде он плюнул уже в мою сторону. В голове мелькнуло, что он малость не в себе и потому такая реагирует. Вот с этим предстояло разобраться.

– Отец, за что тебя били эти? – мотнул головой в сторону убегающих мужиков.

– Тьма грядет… Отступники веры, они… тьма поселилась в них…– тут дед умолк на полуслове уставившись на меня, на его грязном лице застыла маска удивления. Прищурившись, он подполз ко мне ближе и ткнул в грудь грязным скрюченным пальцем в обломанным ногтем, – тьма… ты носишь в себе тьму…

– Папаша, давай без рук, – мне не понравилось, как он сразу увидел во мне сферу с демоном. Это значит, что в городе нужно будет вести себя осторожней, не стоит сразу привлекать внимание. Главное, чтоб у стражи не было видящих. Лишние вопросы, это непредвиденные расходы для меня. А какие тут законы для таких как я не спросил у пьянчуги, это минус. Ладно, делать нечего, будем импровизировать по обстановке, как говорил Юрец в прошлой жизни. Надеюсь, сразу голову не отрубят и на кол не посадят, с остальным решим монетами. Жаль старик крышей поехал и толку от него мало. Не представляю как он в таком состоянии добрался с соседнего острова, и кто его взял на борт. Постояв немного над стариком, пошел за тачкой. Дедок впал странное состояние и перешел на неразборчивое бормотание, не реагируя на мои вопросы.

– Отец, идти можешь? – остановив возле сидящего монаха, прищурившись посмотрел на него. Вид, конечно, не монашеский, весь в грязи, халат порван в нескольких местах, седые волосы слиплись и висят сосульками, босые ноги с кровоподтеками. Бомж бомжом, а не настоятель храма Трех Сестер, но раз Фу Си просила позаботится, то делать нечего. Ответа не последовало, дед тыкал пальцем куда—то в небо и бормотал не разборчиво, пуская слюни на жиденькую бородку, – отец? Слышишь меня?

Дело было глухо, монах ни на что больше не реагировал, а если подходил к нему близко, начинал пялиться на грудь и тыкать пальцем, при этом шепча, – тьма… тьма внутри…

Пришлось грузить его на тачку и двигать к городу, благо идти оставалось не долго. Дальше дорога шла укатанная и ровная. Кузьму носился, вокруг недобро кося взглядом на деда, сейчас в роле свободного бойца сейчас он был, кстати. Ван на некоторое время примолк, дав моей голове отдых и настроение стало подниматься с каждым пройденным шагом пока не услышал впереди.

– Небеса посылают испытания нам, для очищения и достижения просветления. Мы же по незнанию своему не принимаем сей дар. Отвергая… отворачиваясь… своими руками гася яркий свет истинны… в душах наших… Остановитесь! Остановитесь, глупцы, задумайтесь о посмертии и перерождении, что даровано вам…

Сильный, зычный голос разносился по окрестностям от сидящего у дороги монаха с колокольчиком в руке. Перед ним стояла деревянная плошка, в которой поблескивали несколько монеток. Он вел проповедь, не обращая внимания ни на кого и в паузах звонил, дергая рукой. Серая роба, заляпанная придорожной пылью, хмурое лицо, кустистые брови и глубоко посаженные глаза, смуглая кожа, черные волосы заплетены в косу. Он совсем не походил на первого, которого я нашел. Для меня это стало не приятным сюрпризом и подойдя ближе спросил у него:

– Ты приплыл сюда на лодке?

– Да. Хочешь познать путь ученик. Я могу просветить тебя, дать наставления, это облегчит твой путь к Небесам…– он поднял голову и посмотрел на меня, взгляд его был колюч, и сфера внутри дернулась, вызвав неприятные чувства.

– Ты из храма Трех Сестёр?

Глава 6

Дар видения, коим наградил меня один дракон, конечно, подарок Небес, как тут говорят. Жаль, что к этому подарку не дали инструкцию по применению. Мне бы она сильно пригодилась, это тут местным даруй такое и они сразу начнут проповедовать или предсказывать или еще чего. Хрен с этим. Мне же, далекому от всей этой фигни приходится разбираться путем тыка. Даже записывая в память, как в книгу, слепки аур, что дают, в итоге, очень мало информации.

Вот сейчас передо мной очередной монах втирает о пути к Небесам и то, что только он может научить меня или наставить на путь истинный. Врет он или нет, пока понять не могу. Цвет его аур настолько переплетен и пестр, что в глазах рябит и разобрать ничего не могу слету. Еще его товарищи, стоящие у меня за спиной не очень этому рады, и пытаются спорить с ним, от чего вокруг все окрашивается в такие цвета, что мексиканский карнавал просто блекнет на этом фоне. А ведь это уже четвертый монах, встреченный мной на подходе к городским воротам. Да, такая вот история приключилась. Думал, фигня делов, прийти в город и найти одного монаха с проблемами. Че там делать? Пришёл увидел и разрулил. Ан нет, товарищ начальник, ошибочка закралась в план. Этих монахов тут оказалось, как блох на той собаке и все, зараза, одно талдычат, про Небеса и путь. Не придумав ничего лучше, стал их собирать и тащить с собой. Хорошо, что со мной Кузьма и при виде его морды, эти мозгоплеты соглашались на любые условия, лишь бы я держал пса от них подальше. Доберусь до города там разберусь с каждым по отдельности, другого пути у меня нет, если только крышу не сорвет от их какофонии. Ведь каждый встреченный святой отец при себе имел музыкальный инструмент.

К воротам мы подошли целой процессией, в которой были монахи с колокольчиками, барабаном и несколько монахов играли на странных губных инструментах. Стражники, увидав такое прикрыли створки, а один из воинов кинулся внутрь.

– Приветствую доблестных стражей, славного города Кайфэн. Позвольте мне с братьями проследовать к гостинице и перекусить. Мы долго были в пути и устали с дороги…– произнося заготовленную речь следил за каждым движеньем стражников. Святые братья после моих слов грянули что—то лирическое и напевное. Не ожидая такого поворота, воины немного расслабились и убрали руки с рукоятей мечей.

Говорить со стражей под аккомпанемент святых братьев не представлялось возможным, пришлось взять паузу стоять и мило улыбаться. Пусть эти лабухи доиграют свою заунывную просветлённую муть, стражники, скривив рожи видимо ожидали того же.

По началу, пока следовали к воротам, это был маленький отдел ада, вокруг все дзинькало и тренькало, но пройдя немного по дороге, монахи смогли договорится между собой и заиграли одну мелодию. Когда подошли к воротам, строй монахов представлял из себя ансамбль бродячих трубодуров.

– Пес твой? – один из стражников обратил внимание, что в конце нашего оркестра плетется Кузьма, а разглядев схватился за меч. Я поднял руки успокаивая стражника

– Мой. Прошу, не делайте резких движений, а то он очень переживательный. Еще подумает, что не то и пережует вас, – нес полную ахинею лишь бы стража успокоилась и перестала при каждом движенье хвататься за мечи. Мои слова действовали плохо и все могло закончится плачевно, но тут из ворот вышел господин, одетый в строгий темный халат, подпоясанный ремнем, желтого цвета, к которому крепился массивный меч. Окинув быстрым взглядом всю нашу компанию, он остановился на мне и прищурившись спросил

– Кто такой?

– Я, Ден Ли из дальнего поселка охотников…– начал я

– Ссыльный? – началось, опустив голову стал прикидывать ответ, а ведь стоило подумать, как буду представляться в городе. В поселке никто таким не интересовался, все просто знали, что я ученик Бо и этого было достаточно. Теперь нужно быстро придумать себе историю и при том, чтобы она вписывалась в местные реалии. Понять бы, что могу говорить, а что нет? Цвет ауры господина, говорил, что это не простой стражник. Цветные ленты, что выстреливали вверх от его плеч и головы имели золотистые искры и яркие цвета. У стражников таких лент не было, да и яркостью их аура не изобиловала. Господин стоял ровно с высоко поднятой головой и смотрел на меня повелительно. Готового ответа у меня не было, придется импровизировать.

– Я учился травничеству у местной лекарки…– сделал паузу соображая могу ли назвать имя бабули или нет. Мне сейчас нужна была любая подсказка. Небеса, ну хоть намек дайте. Нет, тишина, сам выкручивайся как хочешь. Пока раздумывал, господин продолжил допрос

– Ученик значит… Ну—ну… с западного или восточного поселка идешь? – в голосе этого начальника послышались металлические нотки, от которых по спине пробежали мурашки. В памяти всплыл момент допроса у следоков, такая же манера разговора и взгляд. В ауре появились красноватые всполохи, что для меня было сигналом о том, что не то говорю и не попадаю в нужные ответы. Повернувшись к нему спиной, постарался представить откуда пришел и в какой стороне может находится поселок Ма. Вроде слева, по ходу мы оттуда пришли и повернувшись обратно ткнул пальцем в том направлении

– Мы оттуда пришли…

– Западный… Угу… Не похож ты на травника, уж больно здоровый и как тебя Ма отпустил к старухе? – вот тут понял, что врать опасно, этот тип знал старосту и наверняка знает про бабулю.

– Да, староста сам послал к ней учится. Ему в походе нужен был лекарь, – сейчас попробуем разыграть деревенского дурочка. Мол знать не знаю и моя хата с краю, а дальше посмотрим. Пока стражники стоят ровно и за мечи не хватаются, значит не все еще потеряно. Состроив самую тупую морду, на которую был способен, сплюнул на дорогу и упер руки в бока.

– Хм… сам говоришь… Скажи тогда что это за трава? – у меня сразу отлегло. Раз пошли по такому пути, значит все нормально. Травой меня не запутать. Старший склонился и сорвав травинку показал мне. Улыбнувшись, взял цветок в руки и повертел

– Заячья трава, пустышка, такое в дело не пойдет, – бросил росток на дорогу и посмотрел на господина. Тот хмыкнул и кивнул головой.

– Годится. Эти с тобой?

– Эти братья? Со мной. Хотел их накормить…Уж больно вид у них…

– Монахи говоришь? Ляо, ну ка сгоняй за братом Юмом. Попроси прийти сюда, – за спиной господина, один из стражников сначала вытянулся по стойке смирно, а потом кинулся в проем ворот выполнять приказ. За спиной монахи сразу притихли, и я затылком почувствовал, как они напряглись. Видя все это, господин опять хмыкнул и на лице его появилась улыбка.

Воцарилось молчание, которое нарушил Кузьма. Ему надоела стоять за спинами монахов, и он подошел ко мне, ткнулся носом в руку, после чего развалился возле ног. От такого брови на лице господина полезли вверх и вытянув палец он указал на пса

– Откуда у тебя джангао? – я посмотрел на Кузьму. Никто и не говорил мне, как называется его порода. Только не пойму почему тебя так боятся?

– Этого увальня спас однажды. Теперь мы неразлучны. Он смирный, не волнуйтесь…

– Этот? Смирный? – его голос сорвался на фальцет, а глаза стали округляться.

– Пес как пес, мухи не обидит, – плевать, что мне не верят. Роль дурочка нужно отыгрывать до последнего. Он еще что—то хотел сказать, но тут створка ворот заскрипев сдвинулась с места и перед нами предстал монах, за которым посылали. А я наконец увидел настоящего монаха во всей, так сказать, красе. Строгий темный халат, под ним оранжевая рубаха, подпоясанная плетеной веревкой. Высокого роста, смуглый и голова его была обрита как у меня, а остатки волос заплетены в косу.

Старший закрыл рот и повернувшись к пришедшему склонил голову

– Приветствую тебя брат Юм. Прости, что оторвал от дел. Нужна помощь…Вот…– кашлянув, старший подобрался, приводя себя в порядок. Монах кивнул на приветствие и подошел к нам ближе

– Приветствую Ксу Вэнь. Что за беда тебя посетила, что ты позвал меня в помощь? Не уж—то чтоб посмотреть на этих оборванцев? – монах уставился на тех, кого я привел к воротам, полностью проигнорировав меня и Кузьму. С минуту он изучал построившихся в линейку просветленных попрошаек, после чего хмыкнул и повернувшись к Ксу Вэню произнес, – какая интересная компания, я их забираю

Меня насторожила тишина, ни один из приведенных мной не произнес ни звука. Они стояли с поникшими головами и смиренно ждали решения. Ксу Вэнь склонился, слушая слова монаха Юма, после чего дал команду стражникам

– Проводить бедолаг к обители Тихой воды.

Я стоял и смотрел на это все не понимая, что сейчас происходит, но вмешиваться не спешил. Стражники, обступив толпу попрошаек стали заталкивать их в ворота, те в полной тишине послушно последовали в указанном направлении. После того как мы остались в четвером, брат Юм повернулся ко мне

– Южанин в наших местах редкость. Как тебя зовут юноша? – он стоял, расслабленно, перебирая четки в руках, ожидая ответа. Со стороны простой монах, похожий на тех, что я привел к стенам, только вот в его ауре совсем не было света. Даже намека на просветление, темные ленты, как змеи велись вокруг его тела. А кровавый оттенок говорил, что передо мной убийца и никакой веры ему нет.

– Меня зовут Ден Ли, брат Юм…– немного расставив ноги стал готовится к плохому. Тип, что стоял передо мной был не прост, к тому же имел власть над стражниками. Вон они как притихли при его появлении, еще этот Ксу Вэнь гнет перед ним спину. Забытое чувство из прошлого коснулось меня, очередная «стрелка», местный босс приехал перетереть за тему с пацанами. Как давно это было. И было ли…

– Брат?! Какой же я тебе брат, мальчик…– слова монаха вызвали перемены на лице Ксу Вэня, оно приобрело землистый оттенок, а на лбу выступили капельки пота. Монах дернул уголком губ, наклонив голову изучая меня. Его взгляд прожог меня насквозь, столь ко силы было в нем. Темной, тягучей и липкой, от которой сразу по спине побежал холодный пот. Это был сильный противник, на несколько порядков, чувство самосохранения взвыло об опасности. И тут сфера внутри меня задрожала, тихий шёпот наполнил голову

– Пес, вот он где… Долги… надо платить…– меня качнуло от происходящего. Ничего не понимая прямо, посмотрел в глаза монаху и тот снова улыбнулся

– Ты глуп… и на первый раз прощаю. Но в тебе что—то есть… Что ты забыл у нас?

– Мне поручили помочь монаху, что недавно прибыл в ваш город, – севшим голосом ответил я и закашлялся, – он…кхм… приплыл за материалом для храма…

– Как интересно? Ма послал парня на помощь монаху…Ха… мир повернулся. Да еще позволил забрать с собой джангао? – странная улыбка Юма раздражала, так и хотелось врезать ему.

– Бо послала. Пес со мной…– опустив голову ответил тише

– Старушка Бо? Как поживает старая карга? – этот тип стал меня раздражать и если б не просьба, из—за которой пришел сюда устроил бы тут… А потом будь что будет… Пришлось сделать несколько вздохов успокаивая себя и подняв голову ответить

– Прекрасно поживает. Она еще всех нас переживет, – Ксу Вень при этом стал белее бумаги, а Юм, замерев на секунду рассмеялся

– Это точно…Ха—ха—ха…, да ты шутник… На вот, приложи руку к четкам, – Юм резко протянул руку вперед, и я, как завороженный, коснулся полированных горошин. Монах ухмыльнулся и сказал:

– Ну проходи, будь гостем. Пропусти его Ксу, да прикажи проводить в Розовую Креветку. Скажи, что парень мой гость, – продолжая сменятся монах повернулся и зашагал через ворота, а мы остались вдвоем. После паузы начальник стражи отмер и стал раздавать приказы. Мне выделили провожатого, и мы с Кузьмой последовали за ним.

Стражник, что нас сопровождал, был не разговорчивый. Сколько не спрашивал его, он только кивал головой и отворачивался. Я же, впервые попав в город шел и глазел как ребенок. Жизнь отшельника отучила от суеты и шума, а еще неимоверного количества людей. Пройдя за ворота сразу попал в водоворот жизни торгового городка. Прямая улица, шедшая от ворот, вела к небольшой площади откуда в разные стороны убегали улочки поменьше и кругом были лотки, магазинчики, торговцы и зазывалы. Мимо носились посыльные, ехали повозки, тягали тачки, на пример моей, тут же точили ножи, резали кур, жарили и парили, дым, ароматы и нескончаемый гвалт. От всего этого голова шла кругом и везде были люди, кругом, снующие, смеющийся, жующие и кричащие.

Пока шли к «Розовой Креветке», с моей тачки несколько раз пытались стащить вещи, ушлые воришки, даже не боялись стражника, что меня сопровождал, только Кузьма, капая слюной, отгонял назойливых и вызывал удивление и страх у прохожих. Повезло тем, что гостиница располагалась не далеко от ворот, миновав несколько улочек, мы наконец подошли к каменному забору и кованным воротам. Стражник постучал в калитку и что—то сказал открывшему старичку в сером балахоне, тот кивнул и посмотрел на нас.

– Проходите господин, Ден. Сейчас всё приготовим, всё сделаем в лучшем виде, все для гостя нашего господина Юма, – открывая скрипучие створки ворот бормотал старичок, то кланяясь, то вздрагивая при взгляде на пса. Вкатив свою видавшую виды тачку во двор, последовал за местным провожатым

– Вот. Сюда. Прошу сюда. Тут вам будет удобно. Вам и вашей собаке, – нас проводили за постоялый двор к небольшому домику, стоящему отдельно. Вокруг него росли высокие кусты с яркими красными цветками и в воздухе чувствовался сладковатый аромат. Тачку оставил на том месте, что указал провожатый, он повернулся ко мне и склонившись спросил

– Гость господина Юма – наш гость. Располагайтесь, прошу, – старичок снова начал кланяется, напоминая мне болванчика, – если что понадобится, то можете позвать меня… Ой, простите, не представился… ваш пес… такая редкость видеть в городе джангао, да еще и без оков… Меня зовут Сюй… Сюй Пу, если позволите…

– Я, Ден Ли. Нам бы поесть с дороги и помыться, – все эти местные ритуалы уже стали раздражать, как и сам этот Пу. Пусть лучше делом займется, чем мне тут поклоны отвешивать, потеть и лыбица. После моих слов улыбка на блестящем лице Пуя стала шире, он снова закивал головой и склонившись указал рукой на дверь домика

– Уже…уже, проходите в дом, – подхватив ларец с тачки я кивнул головой Кузьме, и мы вместе вошли внутрь. Домик внутри был чуть больше бабулиного, бамбуковые стены, циновки и в углу расположилась деревянная купель.

– А ты кто такая? – осматривая комнату наткнулся на спрятавшуюся, за кадкой, девушку. Увидев Кузьму, она пискнула и юркнула за купель. Мой вопрос заставил ее вздрогнуть, но голову она так и не подняла

– Мыться господин… помогу помыться… не сердитесь…– все это она лепетала сидя за купелью ухватившись ручонками за бортик. Я стоял и смотрел на этот цирк, не проронив не слова. То, что это не простая служанка можно было догадаться и для чего ее прислали тоже. Кузьма, повернув голову на бок и свесив ухо втянул носом воздух рыкнул, девчонка вскрикнула и затряслась еще сильней

– Кузя, ну что ты пугаешь маленьких, – опустив ларец на пол обошел купель и подхватив ее маленькое тело на руки постарался рассмотреть лицо. Ее тело для меня было не весомо, словно держал в руках не девушку, а куклу. От прикосновения она снова дернулась и притихла только когда прижал ее к себе. Как котенок она уткнулась головкой в плечо и стала что—то быстро говорить.

– Не бойся… Что ты сказала? – постарался говорить как можно мягче. Она замолчала и впервые посмотрела на меня, подняв головку и поправив растрепавшиеся волосы. Ну прям, ангелочек. По—другому и не описать ее. Все такое миниатюрное и миленькое, вот кукла и есть.

– Малышка? Как звать то тебя?

– Ниу Вэнь, господин, – она смотрела на меня глазами полными страха и интереса, а глаза—то зеленые—зеленые, словно светятся изнутри. Дрожать она перестала и поправив вырез халатика попыталась выскользнуть из рук.

– Ниу, а лет тебе сколько? – понимая для чего ее прислал хозяин, захотелось узнать возраст этой малышки.

– Восемнадцать…– тут же выпалила она и опустила голову краснея.

– Такая большая девочка. Ну раз так… то тем более не нужно бояться нас, – но про себя решил, что с хозяином будет отдельный разговор. Прислать мне ребенка для… Вздохнул, успокаивая себя и начавший закипать гнев. Сейчас еще не время для полноценных разборок. Опустил ее на пол и отошел на шаг, за всей этой сценой наблюдал Кузьма, крутя головой и махая ушами.

– Кузьма это Ниу, Ниу это Кузьма. Вот. Видишь он смирный и послушный. Можешь погладить его. Да? Кузьма, пусть девочка тебя погладит, – от моей тирады она широко раскрытыми глазами посмотрела на пса и по блеску в них понял, что ей не терпится потрогать его. Кузьма, лег на бок и фыркнул, Ниу медленно выставив руки вперед двинулась к барбосу, а подойдя осторожно коснулась его бока

– Смелей, он не укусит, – подтолкнул я и Ниу затаив дыхание запустила обе руки в шерсть пса. Кузьма от такого только хрюкну, а девушка ойкнула в ответ, но руки не убрала. Ребенок и есть ребенок. Завтра надо будет провести беседу с хозяином этого гостеприимного места. Главное только не убить сразу.

Глава 7

Проснулся с первыми лучами солнца, сон на нормальной кровати, чистых простынях и под человеческим одеялом, вот чего мне так давно не хватало. Просто почувствовать себя человеком, а не каким—нибудь неандертальцем. Есть своя прелесть в продуктах цивилизации и как простой обыватель я сильно соскучился по ним. Вчерашний вечер был интересным, Ниу долго возилась с Кузьмой, после чего не захотела уходить, объясняя, что иначе хозяин накажет ее, но моего терпения хватило ненадолго

– Какой вы большой, – она аж присела, когда я стянул порванную куртку и снял грязную рубаху, оголившись по пояс. Мелкая во все глаза рассматривала меня, будто не я стоял перед ней, а сошедший с небес атлант. Не буду врать, приятно услышать такое, роль толстяка порядком утомила. Тренировки и рыбная диета дали плоды, вес скинул и привел себя в порядок, от того пухляка, кем был в начале, не осталось и следа. Сейчас мог вполне поучаствовать в конкурсе Мистер Олимпия и посоревноваться с самим Арнольдом в рельефности и объеме мышц. Задавив в себе, мальчишеские порывы покрасоваться, выгнал мелкую из дома, не забыв поблагодарить и дать ей за труды пару серебряных кругляшей. Думаю, с Ниу и так хватит впечатлений на сегодня. Закрыв за ней дверь, скинул оставшуюся одежду и погрузился в горячую ванну.

Как только горячая вола стала оказывать свои терапевтические воздействия в дверь постучали. Ушлый хозяин не дал понежиться в горячей купели. Уж не знаю, что он там себе надумал, но выбравшись из воды и открыв дверь был сильно удивлен его настойчивостью и фантазией. На пороге стояли две «красавицы» с подносами, что ломились от яств. Блюда смотрелось вкусно, аж слюни потекли. Только вот с красавицами вышел промах. Дамы были явно не первой свежести и возможно даже не второй. Нет, внешне все прилично, и улыбки, и взгляды, и верчение тазом, все как по писанному. Только вот смотря на это представление, прикидывал, а хватит ли тех лечебных трав, что оставила мне Бо на восстановления здоровья после проведенной ночи с такими красавицами. Пока они кланялись и улыбались закончил подсчет и понял, что ну его нафиг такие пробелы в первый день прибывания в городе. Потерплю малость и если прижмет сам найду

– Нас прислал господин. Куй… все для вас…– начала презентацию самая яркая из пришедших, и заветрелась на месте показывая самые аппетитные места, на которые я должен был клюнуть. А у хозяина данного заведения и фамилия под стать, тут и добавить будет нечего. Куй, значит. Он так и просит меня бросить все и зайти поговорить, – он просил принять это и просит прощение за небольшое недоразумение. Вот прислал нас… для…

Ах, ты хитрый лис, – чудь не вырвалось у меня, но в слух произнес другое

– Что ж заходите раз прислал. Напомните своему хозяину, что извинения так не приносят. Поставьте все, что принесли и выметайтесь. Передайте вашему… Кую, что я сам зайду поговорить… Ну?

Дамы явно не ожидали такого приема и на их лицах выразилось все сразу и удивление, и разочарование и растерянность и еще черт его знает, что. На это мне было плевать, после того как этот… му…дрец, попытался подсунуть ребенка. Он для меня уже умер. Все остальные его потуги загладить вину были не важны. Правда был момент, я Кузьме обещал на ужин ногу, самую большую что смогу найти

– Стойте! Пусть пришлют сюда свежего мяса, для моего пса, ногу, самую большую…ну что найдете – я положил серебряный кругляш на пустой поднос самой говорливой из это парочки. При виде монеты ее веки дернулись и глаза странно заблестели. Вот черт, все—таки нужно понять порядок цен в этом городке, я точно переплачиваю за такие услуги. Денег, конечно, много, но и на ветер их выбрасывать не стоит.

– Будет исполнено, господин Ден. Все будет, немного подождите, – залепетала девушка, схватив серебряный и пряча его в полу халата. Обе тут же стали кланяться и поспешили убраться из дома. Пока длилось это представление, Кузьма присел рядом с накрытым столом и втягивая носом ароматы, пуская слюну на жаренные ребрышки

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.