Владимир Алябьев
С.АД 2

Глава 1

Макс резко отпрянул от стола, карандаш, выскользнув, глухо стукнулся о пол. Бережно коснувшись обложки, он взял дневник, и легкая улыбка, словно солнечный зайчик, коснулась его губ, когда он вновь пробежал глазами знакомые строки. Внутри разливалось теплое, приятное чувство – гордость за рассказанную историю. С глубоким, удовлетворенным выдохом он отодвинул стул, положил дневник на стол и, пересекая скромное пространство комнаты, вышел на террасу. Потянулся, жадно вдыхая прохладный воздух, напоенный ароматом цветов, и взгляд его скользнул по саду. Неизменная, завораживающая красота, пейзаж, давно знакомый, но неизменно будоражащий воображение, словно живое полотно, сотканное из света и тени. На террасе Макс принялся неспешно прохаживаться, словно завершенная работа над дневником не просто вернула, а вознесла его и без того немалую самооценку на новую высоту. Он горделиво оглядывал свои владения, подмечая каждый новый росток, каждое еле уловимое изменение, словно с момента начала и до последней строки дневника пролетели годы, хотя прошло всего несколько дней. Его созерцательную прогулку прервал сосед – привычно хмурый, словно приросший к своему вечному амплуа, копошился на крыше под неумолкающее ворчание супруги, дирижирующей его действиями. Умиленный этой комичной сценкой, Макс подошел к забору и облокотился на калитку.

– Привет, Хмурый.

Сосед, будто застигнутый врасплох, обернулся, нахмурив и без того угрюмое лицо, и нехотя спустился с лестницы.

– Здорово!

– Ну, как сам, все такой же хмурый?

– Да вот, как видишь, выслушиваю ценные указания от начальства, как жить и что делать.

Макс ехидно усмехнулся:

– А моей что-то не видать, странно.

Сосед искренне удивился:

– Да, и правда странно. Я, честно говоря, переживаю из-за ее рейдов.

– Да кто бы не переживал? Все-таки жена – близкий человек.

– Тут не поспоришь. Что у нас по планам? Ты вроде говорил, за мной зайдешь, в четвертый радиус выдвигаемся.

– А я даже не знаю…

Хмурый медленно спустился на землю. Сосед продолжал:

– С одной стороны, да, надо бы разведать обстановку в четвертом радиусе, а с другой… рожи там, знаешь ли, не самые приветливые. Без крайней нужды я бы туда не совался. Так что я даже рад, что нашу вылазку постоянно откладывают. Да и ты как, все-таки после того случая уже… Дай вспомнить… Ну, месяца два точно прошло, а это значит, скоро твой испытательный срок закончится. Как быстро время летит…

Макс взглянул на свою изувеченную руку, на которой не хватало пальцев, и потер ноющее плечо, которое особенно остро реагировало на перемену погоды.

– Да, быстро…

– Да ладно, не грусти. Съездишь в город, отдохнешь, приведешь дела в порядок. Захочешь – вернешься, а нет – останешься там.

– Не, Хмурый, сад для меня домом стал, не могу я его бросить. Да и искать чего-то другого особо не тянет.

– Это да, не ты первый так говоришь. Ну а Оксана-то что?

– Что говорит? – Макс отвел взгляд, скрывая боль в глазах. – Все в рейдах, кому-то что-то доказывает. Мало ей было… когда я ее потерять мог…

Оба замолчали, погрузившись в тяжелые воспоминания. Хмурый опустил глаза:

– Да, рано еще…

– Слишком больно… – Подхватил Макс.

– Мне страшно вспоминать все это. Пытаюсь разбавить хоть чем-то хорошим.

И вдруг в глазах Макса вспыхнул радостный огонек:

– А у моей-то живот уже видно!

– Да ты что? Да ну не может быть!

– Скоро стану отцом, веришь?

– Да никто не верит, Макс, но факт остается фактом. Придется смириться с тем, что твоя жизнь изменится, будешь стараться, чтобы твоя дочка была счастлива. Да что там говорить, дочери нас меняют в лучшую сторону. Посмотри на себя, как все изменилось. Я смотрю на тебя, и сердце наполняется гордостью. Из обычного ученика – в офицеры Атласа!

– Да уж… А я-то в себе сомневался.

– Кстати, сколько у тебя власти-то сейчас, если не секрет?

Макс резко опустил взгляд.

– Тебе же Атлас выделил, вроде как, студию? – Продолжал Хмурый

– Да, в городе. Целых 30 квадратных метров счастья. Или, точнее, 33. – Если балкон считать.

– Если балкон считать. Моя хочет там пожить, по магазинам пройтись. Не против? – Хмурый прищурино посмотрел на Макса

– Да что ты говоришь! Мой дом – твой дом. Но с тебя – щедрый откуп!

– Лучший квас собственноручно отолью. – Хмурый ехидно пробурчал: – И ни в чем себе не откажешь! А ты сейчас куда путь держишь? Судя по твоему ехидному взгляду, к Сашке.

– Да! Надо прогуляться до старого друга.

– Ну, посылать меня не надо, средний палец показывать тоже не стоит, просто иди.

Макс шутливо поднял руку, будто собирался показать средний палец, но его там не было. Хмурый все понял и улыбнулся.

– Давай, к Сашке. И к нашему общему другу в магазинчик заскочи, говорят, новые респираторы завезли.

Макс вдруг помрачнел:

– Ты все-таки думаешь?..

Макс начел медленно уходить погружаясь в тревожные мысли

– Да, кстати, Макс! Я все-таки думаю, со дня на день нам придется выдвигаться в четвертый радиус.

Макс резко обернулся.

– Ребята говорят, в четвертом радиусе появились пауки.

– Как так? Говорили же, эти твари только в пятом и выше водятся. Неужели им кислорода стало хватать?

– Видимо, да. Ну что, у садоводов желание туда ходить резко поубавилось! – Отрезал Хмурый

– В общем, зайди в магазин «Вилы и тяпки», выбери себе что-нибудь поновее, покруче. Туда только опытных садоводов будут отправлять.

– Понял тебя. Тебе с лестницы не помочь? Я буду держаться всеми своими семью пальцами!

Оба рассмеялись.

– Иди уже, Сашка небось заждался. И в магазин не забудь!

– Хорошо.

Макс махнул рукой и направился в сторону магазина. По дороге его одолевали тревожные мысли. Оксана никогда не опаздывала, это было не в ее правилах. Если и задерживалась, всегда оставляла записку, или Хмурый был в курсе. А сейчас – тишина. За этими раздумьями он не заметил, как подошел к магазину «Вилы и тяпки». Осмотрев знакомое квадратное сооружение с железными ставнями на окнах, он вдруг вспомнил печальную историю Кривого… Сергеем его звали. Лысый, изможденный старик, владелец магазина «Вилы и тяпки». Господи, какая же страшная у него судьба! Твари отняли у него жену, в безумных ее поисках он потерял конечности, которые теперь заменяли грубые деревянные протезы. Одинокий и бездетный, он был навеки прикован к своему магазину, психологическая травма не позволяла ему покинуть это проклятое место. Макс осторожно толкнул дверь. Она заскрипела, и Макс, словно порыв ледяного ветра, влетел внутрь, тут же захлопнув дверь. И уже знакомый хриплый голос старика заставил его болезненно улыбнуться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.