# Без тебя

Анна Шатц

Мэлон Андерсон.

Пока другие девчонки грезили о «прекрасных принцах» и вечной любви, я мечтала о совсем другом. О свободе. О том, чтобы дышать полной грудью, не жить по чужим правилам и самой выбирать свой путь.

Я думала, что любовь – это клетка. Что она забирает крылья.

___

Майкл Хилл.

Любовь? Смешное слово. Опасное.

Я видел, как она ломает сердца, оставляет шрамы и превращает людей в тени самих себя. Я научился жить без обещаний. Без привязанностей. Без этих глупых «навсегда», которые всегда заканчиваются слишком быстро.

___

Но судьба не спрашивает.

И когда сталкиваются два человека, которые не верят в любовь… именно она становится их самым большим испытанием.

## Обращение

Дорогой читатель!

Перед тобой – вторая книга цикла «Когда ты рядом».

Чтобы в полной мере прочувствовать историю и глубже узнать героев, советую начать с первой части – «Только мы». Её легко найти у меня в профиле.

Эта история о том, как любовь способна разрушать стены, которые мы годами возводили вокруг себя… и о том, что рядом с нужным человеком можно решиться даже на невозможное.

Я искренне надеюсь, что герои станут тебе близкими, а их чувства найдут отклик в твоём сердце.

Спасибо, что выбираешь мои книги.

Приятного прочтения ♥

С любовью,

Анна Шатц

## ПЛЕЙ-ЛИСТ

Cigarettes After Sex – Apocalypse

aloneintokyo – Nightfall

The Neighbourhood – Daddy Issues

Gibran Alcocer, Anya Nami – Idea 22

Laurent Dury – Flutterings

Charli XCX – party 4 u

Anya Nami – Wake Me Up

Lana Del Rey – Carmen


## Глава 1. Мэлон.

2 года назад.

– Мэлон, тебе нужно пойти туда обязательно!, – голос мамы звучал сквозь закрытую дверь моей комнаты, словно сквозь толщу воды, глухо, но настойчиво. Я уткнулась лицом в подушку и сделала вид, что меня здесь нет.

– Солнышко, мы тебя любим. Мы желаем тебе всего самого наилучшего, – добавил папа, и его бархатный тон лишь усилил раздражение.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как в груди копится что-то вязкое, липкое. Еще одна дурацкая встреча. Еще один вечер, когда мне придется улыбаться, слушать чужие слова и делать вид, что я – часть этого шоу. До конца школы оставалось чуть больше года. И тогда… тогда начнется настоящая, живая свобода. Пока же – только роли, только чужие сценарии.

– Хорошо, – произнесла я так спокойно, будто согласие не вырвали у меня клещами.

– Вот и отлично!, – мама распахнула дверь и впорхнула в комнату, как слишком яркая птица в слишком тесную клетку, – Мы купили тебе новое платье. Оно будет чудесно смотреться с твоими серыми глазами и белыми волосами. Ты похожа на ангела, – она положила платье на кровать, и ее улыбка была почти болезненно сияющей, – И надень те серые каблуки.

Она исчезла так же быстро, как появилась, оставив в воздухе запах духов и ощущение, что у меня украли еще один кусочек жизни.

Я подошла к зеркалу. Белые волосы спадали чуть ниже лопаток. Серые глаза смотрели слишком серьезно для моих лет. Пухлые губы, точеная фигура – словно картинка из журнала. Может, мама и была права: снаружи я действительно выглядела как что-то божественное. Только внутри все было иначе. Внутри я напоминала не ангела, а демона, падшего, уставшего от чужих ожиданий и приказов.

Я провела пальцами по отражению и почти улыбнулась. Почти.

Я ненавидела эти званые ужины, которыми так гордились мои родители. Пару раз в месяц – их обязанность, но почему-то всегда и моя. Один и тот же сценарий: три отеля, два ресторана, одинаково роскошные и одинаково безжизненные. Там встречались инвесторы, их жены, их дети. Они поднимали бокалы за новые сделки, рассказывали друг другу о своих успехах, мерялись фамилиями и цифрами на счетах.

Дети были частью их парада тщеславия – словно новые игрушки, выставленные на витрину.

Каждый раз, когда я смотрела на это, меня выворачивало изнутри.

Я знала, что родители любят меня. Знала до дрожи, до боли. Но их любовь душила, как шелковый шарф, затянутый слишком туго на горле. Я жила в золотой клетке – красивой, сияющей, и такой же беспощадной. Мои дни были расписаны: ужины, выставки, спектакли, встречи с детьми их друзей, школа. Все самое лучшее, что может дать Сиэтл. Все то, от чего меня тошнило.

Хотя сам город я любила. Сиэтл жил в шуме волн, в парках, в набережных, где ветер приносил запах соли и мокрых досок. Когда удавалось вырваться – а это было редким чудом – я бежала именно туда. С кофе в руках, в наушниках, среди людей, которые проходили мимо и не знали, кто я. Там, на лавочке, подальше от толпы, я впервые чувствовала себя настоящей.

Но сегодня… сегодня был не тот день. Сегодня я должна была предстать на благотворительном балу. Бал, который устраивали мои родители.

Я оставила белые локоны свободно спадать на плечи. Платье – белоснежное, идеально сидящее, словно сотканное из их ожиданий. Серебряные босоножки. Немного туши на ресницах.

Я посмотрела на отражение в зеркале и едва узнала себя.

Ангел. Совершенный. Хрупкий.

И все, чего хотел этот ангел – сбежать.

Подъезжая к Four Seasons, я набрала в грудь воздуха, как будто собиралась нырнуть под воду. Сердце билось гулко и неровно. Меня уже подташнивало – возможно, от голода, возможно, от мысли о десятках лиц, которые будут смотреть, оценивать, судить.

Машина плавно остановилась у входа. Водитель – безупречно вежливый, почти близкий – открыл дверь, подставив ладонь.

Родители уже приехали. На папе – черный костюм с бабочкой, строгая линия плеч, волосы уложены назад, будто каждая прядь подчинялась его власти. На маме – платье, сшитое специально для этого вечера, дорогая ткань ложилась мягкими складками, а шпильки цвета розового золота придавали ей вид статуи, вырезанной из мрамора. Их улыбки, короткие и механические, длились не дольше секунды – и тут же исчезли, сменившись привычной маской. Они даже не задержались, просто повернулись и пошли внутрь, словно я была их тенью, а не дочерью.

– Спасибо, – тихо произнесла я, обращаясь к Стивену.

Стивен. Ему было двадцать четыре. Шесть лет разницы. Его карие глаза умели быть одновременно строгими и мягкими. Вечно мускулистый, вечно подтянутый, и – чертовски опасный в своих намеках на свободу. Он пах кожей, теплом и чем-то остро-мужским, что резало мои нервы острее любых каблуков.

Я знала: могла бы позлить родителей и закрутить с ним роман. Легкий, мимолетный, почти вызывающий. Но это стоило бы ему работы, а значит – моей единственной защиты. Потому что только Стивен прикрывал меня от всего этого театра. Остальные охранники и прислуга была частью системы, частью стен моей клетки. Он – единственный, кто понимал.

– Все будет хорошо, – сказал он, сжимая мою руку чуть крепче, чем следовало. Его голос звучал как клятва, – Если что, ты знаешь: я рядом.

Я подняла взгляд и задержалась в его глаза чуть дольше, чем было безопасно. Секунда. Может, две. Достаточно, чтобы сердце сделало лишний удар.

Я улыбнулась. Почти невинно.

И развернулась к дверям отеля, которые распахивались передо мной, словно пасть зверя.

Я шагнула внутрь.

Все уже были в сборе. Официанты скользили между людьми, как тени, поднося шампанское и канапе. В воздухе витал запах дорогих духов, перемешанный с легким ароматом вина и лака для волос. Гул голосов стоял ровный, размеренный, словно саундтрек к фильму о чужой жизни.

Я знала: ближайший час родители меня не тронут. Поэтому, прихватив бокал шампанского с подноса, я растворилась в толпе, и, будто невидимая, исчезла за углом.

Каждый сантиметр этого здания был мне знаком с четырнадцати лет. Я знала, куда отступить, где спрятаться, в каких коридорах камеры “слепы”. Знала, как дышать, чтобы меня не услышали.

На втором пролете я стянула каблуки. Голые ступни соприкасались с ковром, и это ощущение было куда более реальным, чем весь этот бал. Каблуки я сжала в руку, как оружие, и пошла дальше.

Балкон. Моя территория. Мой воздух. Мой способ не сойти с ума.

Я толкнула тяжелую дверь в викторианском стиле и замерла.

Сегодня он не был пуст.

Впервые за четыре года он не был пуст.

Я ощутила, как во мне растет злость. Это место было моим убежищем. Моим единственным островком тишины. И вдруг – вторжение.

Он стоял у перил. Высокий, в темно-синем костюме, идеально сидящем на широких плечах. В руке – сигарета. Красный Marlboro. Дым плавно растворился в вечернем воздухе. Его волосы – русые, с темным отливом, собранные прядями назад.

Я сделала еще шаг, и дверь за моей спиной гулко хлопнула.

Он обернулся.

И тогда я увидела его глаза.

Зеленые. Но не просто зеленые. Цвета весенней листвы, влажной травы, глубокого озера на рассвете. В них переливались десятки оттенков. Живые, острые, настоящие.

Наши взгляды встретились.

– Какой прекрасный вечер, – сказал он, едва наклонив голову вбок и делая еще одну затяжку.

– Считаешь?, – я подошла ближе, – Был бы прекрасным, если бы тебя тут не было.

Мы замолчали на секунду. Если взглядом можно было бы сжечь – он уже поджег бы всю деревянную перилу.

– Я тебе помешал?, – его улыбка была тихой, как лезвие, – Кажется, это ты ввалилась сюда без стука.

– Разве?, – я хлопнула глазами, выдавая уродливую маску невинности, – Не видела, что там висит табличка.

Уголки его губ дрогнули. Он сделал еще одну затяжку и протянул мне зажженную сигарету.

– Нет, благодарю. Не планирую умирать до тридцати лет, – ответила я, отталкивая ее легким, чуть вызывающим тоном.

Он рассмеялся – тихо, неожиданно тепло.

– Бутылка шампанского в твоих руках говорит об обратном.

Я взглядом провела по бутылке, сжавшейся в моей ладони, и ощутила, как внутри вспыхивает раздражение: он нарушил мой план – мой ритуал. Ужасный вечер, балкон, шампанское, мероприятие. Так все было прописано в моей голове.

– Интересно. У тебя явно был план на этот вечер. И что в нем предполагается: побег, драматичная сцена или – что более вероятно – тихая депрессия под огнями Four Seasons?

Я хотела ответить остро, но слова застряли где-то между горлом и правдой. Лучше было улыбнуться, как учили, и сказать что-то нейтральное. Вместо этого я поставила каблуки на пол, пожалела о них и вдруг почувствовала вес босых ступней – реальность, всегда такая предательски ощутимая.

– Тихая депрессия звучит слишком по-взрослому для меня, – пробормотала я, стараясь вернуть привычную ироничную дистанцию, – А ты кто, собственно? У тебя ведь есть имя, кроме “парень в синем костюме и с сигаретой”?

Он помедлил.

– Мне пора, – сказал он, туша окурок в пепельницу, которая всегда стояла здесь, словно тихий страж.

– Отлично, – ответила я, ставя бутылку шампанского на стол, и повернулась к нему лицом, – Была рада познакомиться… как тебя там зовут, не знаю.

Он посмотрел на меня еще раз. Его улыбка была легкой, но оставляла после себя странное тепло, словно след на коже после солнечного луча. Затем он двинулся к двери, не спеша, с той же уверенностью, с какой держал сигарету.

– Увидимся!, – сказал он.

Я устроилась в кресле, наблюдая, как он исчезает за дверью, и воскликнула:

– О, не думаю!

Тишина балкона обволокла меня, как мягкое одеяло. Бутылка шампанского на столе, легкий запах табака, пустой балкон и зеленые глаза – все это казалось странно настоящим на фоне искусственного бала этажом ниже.

Я прижала руки к коленям, пытаясь вернуть себе привычное равновесие. Внутри все еще бурлило: раздражение, любопытство, напряжение. И где-то там, в этом смешении эмоций, впервые за вечер появилось ощущение, что выбор – за мной.

Выбор между клеткой и… неизвестностью.

Наши дни.

Утро не задалось. Сегодня определенно был не мой день. Вместо привычной пары по четвергам нам назначили семинар от профессора Блэнкет – она преподавала философию. Не сказать, что я обожала этот предмет, но и ненавидеть его тоже не могла.

Выйдя на улицу, я написала Софи:

“Привет. Сегодня все в силе вечером?”

Сегодня был не просто вечер. Это был наш вечер. Мы собирались отправиться в бар – девочками.

На дворе стояла идеальная майская погода. Солнце грело кожу, воздух был сладким от цветов, птицы пели свою утреннюю симфонию, а студенты радостно спешили куда-то по своим делам. Все дышало свободой, и я позволила себе улыбнуться. Через пару недель – долгожданная поездка в Калифорнию. Пляж, море, маленький домик. И там не будет его.

Майкл Хилл. Дьявол в обличье человека. Он одновременно раздражал, злил и пробуждал любопытство.

Я пыталась забыть ту ночь. Поверьте, я действительно пыталась. В Томе не хватило страсти, в Алексе – поцелуев, которые для меня были обязательной частью секса. И вообще, я не просила их встречаться со мной. Верно? Верно. Так что хотя бы выкладывайтесь полностью.

С Майклом было иначе. Меня тянуло к нему, но это вовсе не означало, что я ринулась бы к нему в постель при первой возможности. Я умела держаться и избегать его. Пока.

Пройдя привычную аллею, я заметила Джордана, которые шел ко мне навстречу.

– Мэлон!, – прокричал он, подбегая и обхватив меня в объятьях, – Привет!

Он начал кружить меня прямо на аллее. Студенты проходили мимо, переглядывались, думая, что мы очередная влюбленная пара. Но все было немного иначе.

– Привет, – сказала я, когда он поставил меня на землю, – Всю прошлую неделю тебя не видела, красавчик.

– О, парень твоей подружки не дает мне выдохнуть, – засмеялся он, приобняв меня, – Сначала Дилан нас на поле мучил, заставляя тренироваться каждый день утром и вечером, потом ему в голову пришла гениальная идея снять не просто дом, а огромный пентхаус в Калифорнии для наших каникул.

Я рассмеялась. Джордан с Диланом были лучшими друзьями, хотя Дилан порой был настоящим кошмаром.

– Значит, Софи сегодня свободна, – улыбнулась я, – Мы устраиваем девичник.

– И без меня?, – вытащил он губу, как маленький ребенок, который чего-то требует.

– Именно, – щелкнула я его по носу, – Но я помню про нашу ночь ужасов… и, возможно, захвачу с собой что-нибудь вкусное.

– Отлично. В этот раз фильмы выбираю я, – щелкнул он мне в ответ пальцем по носу.

– Хорошо!, – я рассмеялась, – Джордан, мне уже пора, сегодня у нас перестановка в парах, семинар по философии ждет.

Он уже хотел развернуться, когда остановился.

– Мэлон?, – он посмотрел на меня задумчиво, но с улыбкой.

– М?, – я остановилась, глядя на него.

Он улыбнулся, легко и уверенно:

– Ничего, удачи на семинаре!

Я помахала ему и направилась к главному корпусу. Студенты уже стекались к аудитории. До начала семинара оставалось три минуты. В аудитории все места были заняты, кроме одного. Я двинулась к нему – и тут же остановилась как вкопанная.

Ну уж нет.

Он повернул голову в мою сторону. Наши глаза встретились: его зеленые и мои серые. Майкл Хилл сидел рядом с единственным свободным местом в этой чертовой аудитории.

Я собиралась развернуться, но он наклонил голову, оценивающе глядя на меня. Это было его фирменное “начинаем игру” выражение лица.

Я собрала себя в кулак, выпрямилась, продвинулась вперед, извиняясь перед студентами, которых случайно задела сумкой, и села рядом с ним.

– Какая встреча, – сказал он, крутя ручку в руках.

– Я тоже тебя не рада видеть, дорогой, – ответила я, доставая ноутбук.

Он секунду смотрел на меня, а затем перевел взгляд на телефон, быстро печатая что-то своими длинными пальцами.

Я перевела взгляд на преподавателя, которая только что вошла в аудиторию. Женщина средних лет, больше любившая рассказывать о собственной жизни, чем о философии.

– Друзья, – сказала она, оглядывая аудиторию, – Сегодня у нас будет не просто семинар. Вы будете работать парами. Ваш сосед – человек слева от вас.

Я задержала дыхание. Все вокруг начали шептаться, переглядываться, смеяться. У меня внутри все похолодело. Поворачивать голову было невозможно. Полная катастрофа.

– Кажется, мы соседи, – прозвучал тихий голос слева.

Я подняла взгляд вверх, как будто молила кого-то о помощи.

– Мисс Блэнкет, можно ли мне поменяться соседом?, – подняла я руку, стараясь звучать вежливо, но с легким оттенком паники.

– Дорогая, все уже заняты, а это работа по парам, – ответила она, безапелляционно, – К сожалению, ничего изменить нельзя.

Я глубоко вздохнула и повернулась к Майклу.

– Ладно, – сказала я, сдерживая раздражение, – Теперь мы пара.

Его взгляд задержался на моих губах на долю секунды, затем плавно скользнул по лицу, пока не остановился на глазах. Зеленые, как весеннее озеро.

– Прекрасно, – ответил он спокойно, – Буду рад быть твоим партнером.

Если бы у нас была хоть какая-то сверхспособность, я бы прямо сейчас взорвала всю аудиторию вместе с ним. Это было ужасно. Я старалась держаться от него подальше. Не разговаривать. Держать дистанцию. Он раздражал меня. Боже, просто ужас.

Преподаватель раздала нам листки с заданиями. Нам предстояло задавать друг другу вопросы из этих листков и отвечать так, как, по нашему мнению, ответили бы великие философы. Хуже и не придумаешь.

– Я начну первая, – сказала я, беря лист в руки, – Первый вопрос… Ты всегда был таким мудаком? Или это возрастное?

Девочки спереди повернулись, удивленно глядя на нас. Сначала их взгляды скользнули по мне, а затем задержались на Майкле. Все знали, кто он. Я еле сдержала смех.

– Ты уверена, что там есть такой вопрос, дорогая?, – сказал он, прожигая меня взглядом.

– О, конечно, – ответила я, кладя руку поверх его. Я всегда так делала, чтобы вывести парня из равновесия.

Но сейчас происходило что-то другое.

По всему телу прошел разряд, будто ток пробежал сквозь мою руку. Я задержала дыхание. Наши глаза встретились. Доля секунды – и я резко оторвала руку, словно обожженная.

Серые глаза смотрели на зеленые, и что-то внутри меня дрогнуло. Я не знала, раздражение это, любопытство или… что-то еще, чего я не планировала испытывать рядом с ним.

– Отличное начало, – пробормотал он, улыбаясь так, будто знал, что уже выиграл первый раунд в этой маленькой игре.

В течение следующего часа мы задавали друг другу вопросы, записывали ответы в ноутбук и фиксировали все, чтобы потом сдать профессору. Иногда наши руки случайно касались друг друга, и по затылку пробегал холодок, заставляя волосы вставать дыбом. Мне это чувство не нравилось – слишком острое, слишком неприятное.

Когда мы закончили с последним вопросом, я закрыла ноутбук и убрала его в сумку. Майкл все оставшееся время сидел, уткнувшись в телефон, с кем-то общаясь.

Мой взгляд случайно упал на экран. Твою мать. Полностью обнаженная девушка, фото на весь экран.

– Фу, – не удержалась я, вставая из-за стола.

Он лишь поднял на меня взгляд, спокойный и немного вызывающий.

– Хочешь снова оказаться на ее месте, Мэлон?, – сказал он задумчиво, не отводя глаз.

– Никогда, дорогой, – ответила я твердо, – Я лучше останусь старой девой, у которой последний секс был в девятнадцать, чем снова лягу с тобой в кровать. Или просто буду рядом, – я подарила ему одну из самых красивых своих улыбок и, не дожидаясь реакции, направилась к выходу из аудитории.

Выйдя в коридор, я резко выдохнула, будто сдерживала дыхание все это время. Сердце еще колотилось слишком быстро – ненавижу, когда Майкл доводит меня до такого состояния. Как родители.

Я тут же достала телефон и набрала Джордану:

“Ты знал и не сказал мне!”

Ответ пришел через пару секунд:

“Прости, крошка, но ты бы взбесилась тогда раньше времени. Не злись”.

Как бы я ни старалась, но злиться на Джордана у меня не получалось. Когда Софи переехала к Дилану, он стал для меня чем-то вроде брата. Кино, бары, фильмы по ночам у меня в комнате – все это стало моим маленьким миром.

Я невольно улыбнулась, вспомнив его фейл пару недель назад: он пытался подцепить девушку, а та оказалась пятнадцатилетней. Джордан тогда сказал, что “подождет ее” – смешнее шутки я еще не слышала. Это точно было не про него.

Телефон снова завибрировал. Сообщение от Софи. Она должны была сидеть на паре по экономике, но вместо этого писала мне:

“Конечно! Это же наш вечер! Встретимся в 8 на нашем месте?”

Я улыбнулась. Наше место – клуб Camellia. Полчаса от кампуса, но оно всегда стоило дороги.

“До встречи, целую”, – быстро напечатала я и убрала телефон.

Впереди оставались еще две пары.

Я бросила последний взгляд на коридор, ведущий к аудитории, где остался Майкл, и сжала зубы. Хоть убей – сегодня я собиралась выкинуть его из головы.

Спустя четыре часа я уже собиралась на встречу с Софи. На часах было начало седьмого, мне нужно было выходить через час, а я все еще крутилась перед зеркалом, не зная, в чем пойти.

На улице было достаточно тепло, чтобы надеть каблуки. Вечера становились по-настоящему летними – в воздухе пахло чем-то сладким, почти медовым. За это я и любила этот город: мягкий климат, теплые закаты, легкий ветер, который трепал волосы и напоминал, что жизнь не сводится к клетке с золотыми стенами.

Я достала из шкафа черное облегающее платье, которое идеально подчеркивало каждый изгиб моей фигуры, и черные босоножки на высоком каблуке. На шею легло мое любимое колье с маленьким бриллиантом – подарок отца пару лет назад. Я нарочно выбрала его: что-то в этой драгоценности связывало меня с прошлым, но сегодня оно выглядело дерзко, почти вызывающе.

Смоки айс сделал взгляд тяжелее, глубже, а красная помада добавила смелости, которой мне порой не хватало. Волосы я оставила распущенными – длинные белые пряди падали на плечи, контрастируя с черным платьем.

В зеркале на меня смотрела совсем не та девочка, которую знали родители. Эта девушка могла пойти в клуб, танцевать до утра, смеяться, пить, целоваться с незнакомцем, и никому не нужно было об этом знать.

Если бы мама увидела меня сейчас, у нее, наверное, случился бы припадок. Но именно это и было прекрасно.

Я была собой.

Отправив Софи сообщение, что выхожу, я вызвала такси.

Водитель – молодой человек в идеально сидящем черном костюме – вышел и открыл для меня дверь. Его взгляд на секунду задержался на мне, словно оценивая образ, и уголки губ дрогнули.

– Вы прекрасно выглядите, – сказал он, протягивая мне руку.

– Спасибо, – ответила я.

Машина мягко тронулась, унося меня сквозь вечерний город. За окном проплывали дома, кафе, неоновые вывески ресторанов, парочки у витрин, студенты, громко смеющиеся и спешащие куда-то. Жизнь кипела, и в этой стремительной реке я ощущала себя частью чего-то настоящего, свободного.

Спустя двадцать минут такси остановилось у клуба. Camellia сияла изумрудным фасадом, переливаясь огнями. Внутри уже слышалась музыка – низкие басы били сквозь стены, подгоняя ритм сердца.

У входа как всегда уверенная и сияющая, меня ждала Софи. Юбка и топ в тон вывески клуба, черные каблуки, волосы слегка волной. Она выглядела, как всегда, безупречно.

– Мэлон!, – крикнула она, размахивая руками.

Мы обнялись крепко, как будто не виделись целую вечность.

– Какая ты красотка, – сказала я, чуть отстраняясь.

– Кто бы говорил!, – улыбнулась она и потащила меня внутрь.

Два охранника лениво проверили паспорта, и мы оказались в мире, где все кипело: танцпол уже частично был заполнен, девушки смеялись и двигались в ритм с парнями, в воздухе смешались запахи алкоголя, парфюма и сигарет.

У бара стояла Эмма – наша сокурсница, подрабатывающая здесь. Увидев нас, она радостно вскинула руку.

– Девчонки! Сегодня отрываемся?

– Да!, – крикнула я сквозь музыку, – Нам по три шота текилы с лаймом и солью!

Софи повернула голову ко мне и подняла брови, многозначительно усмехнувшись. Ее взгляд говорил: “Сегодня ты явно настроена на что-то большее, чем просто девичник.”

Спустя десять минут я уже тянула Софи за руку на танцпол. Клуб заметно ожил – людей стало в два раза больше, хотя было только начало девятого.

Мы смеялись, кружили, танцевали так, будто мир за пределами клуба перестал существовать. Бас бил прямо в грудь, и я чувствовала, как каждая клетка тела двигается в ритм музыки. Софи подпевала треку, громко и фальшиво, и я вместе с ней – потому что именно в такие моменты можно было позволить себе быть нелепой, смешной, настоящей.

На секунду я закрыла глаза. Все вокруг растворилось – огни, толпа, даже Софи рядом. Осталась только музыка, сладкий запах коктейлей в воздухе и ощущения свободы. Такой же, как на набережной в Сиэтле, когда я сбегала от всего и садилась на лавочку с кофе. Только здесь эта свобода была громче, ярче, пьянящей.

Мы танцевали, потом возвращались к бару, смеясь и переговариваясь. Я чувствовала, как тело приятно вибрирует от алкоголя и музыки. Парень за стойкой, лет двадцати пяти, делал глоток виски и слишком внимательно следил за мной. Его взгляд был прямым, оценивающим, немного ленивым, как будто он точно знал, чего хочет.

Я подняла бокал джина и тут же вспомнила Майкла – сегодняшнюю пару, его насмешку, этот чертов экран телефона. Я сделала еще один глоток, словно пытаясь смыть воспоминания алкоголем.

– Кажется, кто-то заинтересовался тобой, – сказала Софи, проследив за моим взглядом.

– Возможно. Но мы пришли сюда отрываться, забыла?, – отрезала я, отворачиваясь от парня.

Софи хотела что-то добавить, но ее сумочка завибрировала. Она достала телефон, посмотрела на экран и тут же улыбнулась.

– Дилан с Джорданом тоже тут.

Я только вздохнула, оглядываясь по залу. Музыка становилась все громче, танцпол все плотнее. Я заметила, как знакомые силуэты пробираются сквозь толпу.

– Компания пополняется, – пробормотала я, а внутри у меня смешалось странное чувство. Радость от того, что рядом будут свои. И легкое предчувствие, что вечер перестает принадлежать только нам с Софи.

Софи заметила Дилана с Джорданом – они только что заняли столик неподалеку от танцпола.

– Иди к ним, я подойду чуть позже, – сказала я, уловив легкое замешательство в ее взгляде.

– Все нормально?, – Софи вцепилась глазами в мое лицо, будто пыталась прочитать мысли.

– Конечно. Просто в уборную загляну, а потом присоединюсь, – я осушила свой бокал и машинально скользнула взглядом в сторону парня. Он все также сидел там. Черные волосы, голубые глаза, легкая щетина и резкие скулы. Черт, выглядел он чертовски сексуально.

– Ладно, – Софи проследила за моим взглядом, ее губы тронула хитрая улыбка, – Если что – звони.

Я кивнула, а она уже растворялась в толпе, пританцовывая под музыку. Оставив бокал на барной стойке, я направилась к уборным. Коридор оказался неожиданно пустым, мужской и женский туалет – друг напротив друга. Странно тихо для такого часа.

Я сделала шаг к двери, и в тот же миг чья-то ладонь крепко перехватила мою руку. Я резко обернулась.

Тот самый парень.

– Привет, – его голос прозвучал низко, и прежде чем я успела что-то сказать, он прижал меня к стене рядом с дверью.

– Хм, – усмехнулась я, стараясь не показывать удивления, – Не припомню, чтобы давала повод для разговора.

Он не отвел взгляда.

– А мне показалось, ты сама заигрывала, – его губы скользнули ближе к уху, – Мы могли бы быть идеальной парой на эту ночь, а может…

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри все смешивается – азарт, раздражение и алкоголь.

– Думаешь, мне это интересно?, – я провела пальцем по линии его шеи.

– Я бы хотел проверить, – он опустил голову и оставил быстрый поцелуй на моей коже.

Я тихо рассмеялась, чувствуя его дыхание.

– Ты уверен, что справишься со мной?

Его руки сжали мои запястья крепче, прижимая меня к стене.

– Я уверен, что хочу попробовать.

Моя улыбка стала шире, но внутри что-то неприятно кольнуло. Он был слишком прямолинейным, слишком быстрым. Я резко подняла глаза и встретилась с его взглядом – голубые, холодные.

В этот момент дверь мужского туалета распахнулась.

– Какого хера?, – прозвучал голос рядом.

Я дернулась, парень нехотя отпустил мои руки. И, обернувшись, я увидела Майкла. Его взгляд метался между мной и парнем, и он явно не выглядел довольным.


## Глава 2. Майкл.

– Ты так отчаянно ищешь себе проблем?, – прожег я ее взглядом, когда парень наконец исчез, что-то сказав ей на ухо.

Она посмотрела ему вслед, а потом перевела холодные стальные глаза на меня.

– С каких это пор ты стал моим защитником?, – ее голос звучал колко, – И с чего ты решил, что мне нужна помощь, дорогой?

Я тяжело вздохнул и шагнул ближе. Она все еще стояла, прижатая к стене, в своем крошечном черном платье. Мои руки легли по обе стороны от ее головы, запирая ее в ловушке.

– Со стороны выглядела именно так, – ответил я спокойно, хоть злость внутри постепенно уступала место чему-то куда опаснее.

Ее взгляд скользнул к моим рукам.

– Надеюсь, ты их помыл, – усмехнулась она. Та самая улыбка. Черт, самая красивая улыбка, которую я когда-либо видел.

Я прикрыл глаза и наклонилась ближе. Наши губы почти соприкасались, несмотря на то что я возвышался над ней.

– Ты ведешь себя как идиотка, – процедил я сквозь зубы.

Ее глаза тут же вспыхнули злостью. Этот взгляд. Такой же, каким она всегда встречала меня, стоило лишь оказаться рядом.

– Разве?, – ее голос был резким, уверенным, а стальные глаза не отводили моего взгляда, – Это ты решил строить из себя прекрасного принца, спасая принцессу. Только ты перепутал сказку. Тут нет принцесс, и уж точно нет тех, кто мечтает о принце.

Она оттолкнула меня руками, держа на безопасном расстоянии.

– Если ты думаешь, что сделал доброе дело, – продолжала Мэлон, – То сильно ошибаешься. Ты трахаешься с кем захочешь, я делаю то же самое.

Я глубоко вдохнул. Она была права. На самом деле нам обоим было все равно друг на друга. Я не был принцем на белом коне. И уж точно не для нее.

– Прекрасно, Мэлон, – сказал я, делая шаг назад, – Ты права. Каждый живет своей жизнью.

Она хотела что-то сказать, но передумала. Вместо этого развернулась на высоких каблуках и скрылась в женском туалете.

Эта девушка сводила меня с ума после той ночи. Но при это раздражала. Колючая, как кактус, под стать мне. И, честно говоря, я не был уверен, что когда-нибдуь мы сможем найти к друг другу подход.

Я развернулся и направился к столу, где уже сидели ребята. Дилан и Джордан встретили меня улыбками. Если бы они не были моими друзьями, я бы, честное слово, прямо сейчас их избил.

– Вы это специально?, – спросил я, садясь за стол рядом с Софи.

– Ты о чем?, – Джордан сделал глоток виски, будто не понимая, о чем речь.

Я взял графин, налил себе в бокал и сделал глоток.

– Ты знаешь, о чем я.

– Бро, мы случайно встретились, честное слово, – Джордан поднял руки, словно сдаваясь.

– Ты засранец, – проворчал я, переводя взгляд на танцпол. Мэлон все еще не было видно.

Я сделал еще один глоток виски.

– Ребята, – вмешалась Софи, – Вам нужно расслабиться. Тем более скоро мы улетаем в Калифорнию. Осталось только сдать сессию.

Дилан легко погладил ее по плечу, а Джордан улыбнулся.

– В этом и проблема, Софи, – проворчал он, – Нам нужно сдать сессию, к которой у меня даже нет времени готовиться, потому что твой прекрасный молодой человек мучает нас на тренировках.

– Ну, во-первых, у нас последняя игра в сезоне через полторы недели, – вклинился Дилан, – Во-вторых, тебе половину зачетов просто так поставят.

Они продолжали обсуждать учебу и будущий отдых, на который я, скорее всего, не поеду. И вдруг мой взгляд зацепился за знакомую фигуру

Мэлон.

Она стояла у бара рядом с тем парнем, и спокойно потягивала джин. Он раздражал меня.

Его рука скользнула по ее плечу. Они стояли слишком близко. Я втянул воздух, когда он оставил поцелуй на ее щеке, а она захихикала.

– Сейчас кое-кто взорвется, – сказал Джордан, заметив мой взгляд.

Все обернулись в мою сторону.

– О, Мэлон снова оторвала красавчика, – прокомментировала Софи с усмешкой.

Дилан прокашлялся рядом.

– Не начинай, – сказала она ему, целуя в щеку.

Я все еще наблюдал за ними. Мэлон что-то говорила парню и показывала в нашу сторону. Он протянул ей телефон. Она допила бокал, поставила его на стойку и собралась уйти, когда он притянул ее ближе и оставил поцелуй на ее губах. Джордан захлопал в ладоши.

– Вот это поцелуй!, – сказал он, глядя на Мэлон, которая направлялась к нам.

Она даже не посмотрела на меня, когда села рядом с Джорданом.

– Это что такое было, красотка?, – спросил он, притягивая ее к себе и слегка приобнимая.

– Дружеский поцелуй, – сказала Мэлон с легкой улыбкой.

– А как же я?, – обиженно протянул Джордан.

Мэлон повернулась к нему, внимательно посмотрела и оставила поцелуй на щеке.

– Ты все равно номер один, – засмеялась она. Ее улыбка могла свести кого угодно с ума.

Ребята продолжали обсуждать предстоящие каникулы в Калифорнии, дом, который забронировал Джордан. Мэлон сидела рядом с ним, смеялась, ее голова иногда касалась его плеча.

Она выглядела такой счастливой. И безумно красивой.

Тот парень, который все это время наблюдал за ней, исчез спустя полчаса с какой-то девушкой. Урод.

Мне нужно было проветриться. Я встал в тот момент, когда она встала. Наши взгляды встретились, и на долю секунды все вокруг словно замерли.

– Я отойду, – сказали мы в один голос, смотря на друзей. Те еле сдерживали смех.

Я вышел из-за стола и направился на улицу. Мне нужно было выдохнуть. Эта девушка сводила меня с ума и раздражала одновременно.

Я устроился на углу, достал пачку сигарет и затянулся. Телефон в кармане завибрировал. Я не хотел смотреть, от кого сообщение, но понимал и без этого. Это была мама – та, что пыталась заставить меня приехать на благотворительный ужин через две недели.

Даже не глядя, я удалил ее сообщение. Она сделала все, что хотела. Разрушила отца. Разрушила нашу жизнь.

На улице уже начинало холодать, хотя до лета оставалось совсем немного. Сделав последнюю затяжку, я вывернул из-за угла и увидел Мэлон. Она не заметила меня, ее взгляд был сосредоточен на точке перед собой. Она ходила из стороны в сторону, разговаривая по телефону.

– Да, я знаю, – еле сдерживая раздражение, сказала она.

– Нет, может быть в августе, я не знаю…, – она остановилась на месте.

– Ты не можешь так поступать, – выдохнула она, – Да, хорошо, попробую. Ничего не обещаю.

Она сбросила звонок и положила телефон в сумочку, дыша так, будто пробежала марафон. На улице почти не было людей. Парень с девушкой стояли недалеко от входа и целовались, мимо проехало такси, подбирая тех, кто уже хотел домой.

Я двинулся к ней, и она внезапно повернулась. Замерла.

– Следишь за мной?, – сказала Мэлон, слегка наклонив голову.

Я подошел ближе. Мне нравилось играть с ней.

– Или ты за мной?, – сделал еще шаг.

Она стояла на месте, оценивая меня взглядом.

– Ну, это ты стоял и смотрел на меня, – откинула она белые волосы назад, открывая шею.

Я сделал еще шаг, сокращая расстояние между нами. Она вздохнула, когда я оказался вплотную, стена за ее спиной не давала шанса убежать, снова.

– Ты так думаешь?, – спросил я, внимательно изучая ее лицо. Ее зрачки расширились, грудь тяжело поднималась.

– Констатирую факт, дорогой, – ответила она спокойно, но с искоркой вызова в голосе.

Я склонился над ней. Она пахла джином и дорогим парфюмом.

– А прямо сейчас ты готов отдать все, чтобы снять с меня это платье, – ее рука скользнула по моей грудь, очерчивая рельеф.

– Ты так уверена в этом?, – я прижал ее к стене, опуская руки на талию, чувствуя напряжение, которое между нами висело, как электричество.

Она ничего не ответила. Ее рот был приоткрыт. Глаза блестели от вывески клуба. Я наклонился, чтобы чуть подразнить ее, когда дверь клуба открылась. Я отпрянул от нее.

– Вот вы где!, – Джордан подошел к нам, на лице сияла улыбка, – Мы собираемся поехать к Дилану. Вы присоединитесь? Или у вас есть дела поважнее?

Мэлон засмеялась вместе с ним. Между ними была какая-то невидимая связь, которую я не мог понять.

– Я поеду в общежитие, хочу хорошенько выспаться, – сказала она, обнимая его.

– А ты?, – спросил Джордан, переводя взгляд на меня.

Я посмотрел на него, потом на Софи.

– Посмотрим, – сказал я, – Отпишусь вам.

Мэлон попрощалась с ребятами, что-то шепнула Джордану на ухо. Они рассмеялись, и она направилась в сторону общежития. Пешком. Мать его пешком.

Когда ребята сели в такси и уехали, я остался на улице, наблюдая, как она удаляется.

Она бесила меня. Ужасно.

Я вздохнул и догнал ее.

– Ты серьезно?, – спросил я, хватая ее за руку. По телу пробежал разряд тока.

Она повернулась, глядя на мою руку, которая все еще держала ее за локоть.

– Что не так?, – хлопнула глазами.

Прямо сейчас я бы с удовольствием ее отшлепал. Но я сдержался.

– На улице темно, тебе до общежития идти час. Ты серьезно пойдешь пешком?

– Я хотела немного прогуляться, а затем вызвать такси. В чем проблема?, – она отдернула руку, но что-то в ее взгляде резко изменилось.

Я замолчал. Эта девушка была несносна. Но отпустить ее одну я не мог.

– Я провожу тебя, – сказал я, делая шаг вперед.

Она хотела что-то возразить, но не стала. Вместо этого взяла меня под руку, и мы пошли дальше.

Мы дошли до парка, где стояли вагончики с едой.

Мэлон остановилась, перевела взгляд на меня. Я ничего не сказал, просто жестом показал, чтобы она шла вперед.

Сначала она подошла к вагончику с индийской едой, затем с грузинской. Я стоял в стороне и наблюдал за ней. Это было немного нелепо, но она выглядела настолько прекрасно, что я не мог оторвать глаз. Честно говоря, еда из этих вагончиков ей шла куда меньше, чем из дорого ресторана.

Она на миг повернулась ко мне, потом остановилась у мексиканского. Окошко открыл молодой парень лет шестнадцати.

– Добрый день!, – сказал он, явно оценивая Мэлон.

– Привет!, – ответила она, – Я бы хотела четыре тако и одну кесадилью… О, можно еще два лимонада с лаймом?

Она открыла сумочку, чтобы достать карту, но я опередил ее.

– Я оплачу, – сказал я.

Она подняла на меня взгляд.

– Спасибо, но не стоит, – протянула она руку.

Я в миг перехватил ее, переплел наши пальцы. Она удивленно посмотрела на меня.

– Я же сказал, что оплачу, – произнес я чуть тише.

Парень за стойкой наблюдал за нами с интересом. Я приложил карту, оплатил заказ и отпустил ее руку.

– Ваш заказ будет готов через пять минут, а пока можете присесть на лавочку, – сказал он.

Мэлон улыбнулась и направилась к ближайшей лавочке, оставив меня стоять рядом с вагончиком.

Я оторвал взгляд от нее, убрал карту в кошелек, подошел и присел рядом.

– Почему именно мексиканская?, – спросил я.

Она на мгновение замолчала, а затем тихо ответила:

– Я никогда не пробовала мексиканскую кухню.

Я внимательно посмотрел на нее, стараясь уловить каждую деталь ее реакции.

– Не смотри на меня так, – сказала она, чуть хмурясь, – Я не пробовала мексиканскую еду, бургеры из McDonald’s, картошку фри… в принципе, почти ничего такого не пробовала.

Она замолчала, погрузившись в свои мысли, а я просто сидел рядом, наблюдая за ней.

Спустя пару минут парень позвал нас за заказом. Мэлон хотела забрать его сама, но я сказал, что не надо.

Я забрал еду и аккуратно положил поднос между нами. Мэлон сняла каблуки, бросила их на асфальт и подогнула ноги под себя, устраиваясь поудобнее на лавочке. У меня в голове всплыли воспоминания.

– Начни с тако, – сказал я, протягивая ей салфетку.

Она внимательно посмотрела на поднос, взяла одной рукой тако и поднесла его ко рту. Соус слегка потек на салфетку, которую я аккуратно положил рядом.

– Очень вкусно, – сказала она, улыбаясь.

Я улыбнулся в ответ.

Мы сидели ели молча пару минут. Я смотрел на Мэлон. которая с удовольствием попробовала новые для себя блюда.

– Почему ты не поехал к Дилану?, – спросила она, смотря на меня.

– Я же сказала, что возможно подъеду позже, – ответил я, доставая пачку сигарет.

Она задержала на них взгляд.

– Ясно, – сказала она, поворачиваясь, чтобы надеть каблуки.

Собрала пакеты и выбросила в мусорку, затем подошла к парню, который работал в фургончике, что-то сказала ему. Он сначала нахмурил брови, а потом кивнул. Она достала карту и оплатила, затем дала ему чаевые и вернулась ко мне.

Я внимательно смотрел на нее.

– Что ж, – сказала она, – Спасибо за… ужин, мне пора возвращаться.

Я поднялся с лавочки и затушил сигарету.

Я провожу тебя до такси.

Она лишь улыбнулась мне и двинулась в сторону дороги, помахав парню на прощание. Что-то было в ней. Она притягивала людей, своей улыбкой, своей энергией.

Мы дошли до дороги, когда подъехала машина. Это было такси премиум-класса, водитель вышел из машины, чтобы помочь Мэлон сесть, но я остановил его рукой, давая понять, что его помощь не понадобится.

Она обернулась ко мне, но не сказала ни слова. Лишь приблизилась ближе и оставила поцелуй на щеке. Нежный, мягкий. У меня по телу побежали мурашки. Я напрягся. Этим вечером я проиграл игру.

Она снова развернулась, чтобы сесть на заднее сиденье, когда я взял ее за руку. Снова.

Она вздрогнула.

– Мэлон, – сказал я. На самом деле, я не знал, что хотел сказать.

Она повернула голову в мою сторону. Ее взгляд был пустым.

Я притянул ее ближе и обнял. Что-то тревожило ее. Я не знал, что. И не особо хотел знать. Мне было все это неинтересно. Но я хотел обнять ее. Она стояла напряженная, не позволяя себе расслабиться в моих объятьях.

Я вдохнул поглубже ее запах и отпустил.

В ней было что-то такое, что не оставляло меня в покое. Я не был уверен, что смогу держаться от нее как можно дальше. Как она этого хотела.

## Глава 3. Мэлон.

Утро пятницы началось с пронзительного звонка. Я еле открыла глаза, но тут же снова зажмурилась. Свет бил прямо в лицо, а телефон не переставал звонить и вибрировать.

Протянув руку, я нажала “ответить”.

– Алло, Мэлон?, – раздался радостный голос Софи с той стороны, слегка смеющийся.

– Ммм…, – промычала я, все еще не открывая глаз.

Она рассмеялась.

– Ты что, все еще спишь? Подруга, ты видела время?, – ее голос был полон энергии.

Я даже не подняла голову, чтобы посмотреть на часы.

– Нет… и да, я сплю, – пробормотала я сонным голосом.

– Тогда поднимай свою пятую точку и собирайся, мы едем в загородный дом!, – радостно заявила Софи.

Я вздохнула. На эти выходные у меня были совсем другие планы: кровать, фильмы, вкусняшки… и ни одной лишней минуты активности.

– Я не хочу…, – промычала я в ответ, утопая в одеяле.

Софи на секунду замолчала, потом решительно продолжила:

– Это не обсуждается. На улице прекрасная погода, и так получилось, что у всех выходные, так что ты тоже едешь, – она что-то сказала кому-то рядом, – Заедем за тобой через полтора часа.

– Нееет…, – все еще прячась под одеялом, пробормотала я, – Оставьте меня здесь, езжайте сами, отдыхайте.

Софи вздохнула, ее голос стал мягким, но настойчивым:

– Мэлон, полтора часа. Увидимся.

Я поняла, что спорить бессмысленно.

Встав с кровати, я направилась прямо в душ. Единственный способ снова прийти в себя.

По пути встретила Райана, который тоже куда-то спешил.

– Мэлон, – радостно сказал он, – Доброе… утро?

Я посмотрела на него сквозь сон, стараясь сосредоточиться.

– Или не очень доброе, – улыбнулся он.

– Ты тоже едешь?, – спросила я, потирая лицо и собираясь привести себя в порядок.

– Я бы хотел, – сказал он, глядя в телефон – Но мне нужно улететь на выходные, так что в этот раз без меня.

– Поняла, тогда удачи! Увидимся на следующей неделе, – я обняла его и пошла дальше, чувствуя, как энергия постепенно возвращается ко мне.

Приняв душ, я быстро накрасилась, собрала самые важные вещи и вышла на улицу. Софи с Диланом должны были подъехать с минуты на минуту, но их машины не было видно.

Вместо этого на парковку заехал синий Porsche. Я даже не знала, чья это машина, но учитывая, что на парковке никого больше не было, догадка напрашивалась сама собой. Машина плавно остановилась рядом со мной, и через лобовое стекло я увидела, кто приехал. Твою мать. Они серьезно?

Майкл вышел с водительского места и обошел машину, подходя ко мне.

– Они серьезно?, – спросила я, глядя на него.

– Да-да, – сказал он, забирая у меня сумку, – Я тоже не в восторге от этой идеи, дорогая. Но увы, сегодня такая участь. Софи с Диланом заедут в магазин перед отъездом, а Джордан подъедет позже.

– Я могла бы доехать с Джорданом, – спокойно сказала я, не двигаясь с места.

– Мэлон, – его взгляд стал серьезным, – Ты можешь остаться тут, мне все равно.

Я вздохнула.

– Тогда я останусь, – сказала я и потянулась к багажнику, чтобы забрать сумку.

Но Майкл ловко перехватил ее.

– Софи будет расстроена, – сказал он, не отпуская мою руку.

– Или ты?, – закусила я губу, сдерживая улыбку.

– Точно не я, – ответил он, отпуская руку и слегка отодвигая меня в сторону, чтобы закрыть багажник, – Но я не хочу потом выслушивать Софи, что ты не приехала.

Я не сдвинулась с места.

– Мэлон, сажай свою прекрасную попку в машину и давай уже поедем, – вздохнул он, – Я не хочу тащиться по пробкам.

Я закатила глаза, но подчинилась и села.

Машина была просто ВАУ. Кожанные сиденья в теплых коричнево-красных оттенках, блестящая приборная панель, лёгкий аромат кожи. Я обожала машины. Права у меня были, но водила я редко: смысла особого не видела. Зачастую я ходила пешком, если было недалеко. А если нужно куда-то доехать – всегда был водитель.

Это был второй раз, когда мы ехали в этот дом. Первый раз – на осенних каникулах, которые длились четыре дня. Я улыбнулась, вспомнив, как мы купались ночью в озере, как Дилан привез Алекс. Немного соскучилась по этой беззаботной компании. Мы иногда переписывались с ней, но она была подруга Софи, и я не хотела становиться третьей лишней.

Я погрузилась в свои мысли, пока машина выезжала из города. Вспомнила школьные годы: у меня почти не было друзей. Родители держали всё под контролем, а те, с кем я могла общаться, были слишком… собой. По человеку всегда видно, рос ли он с золотой ложкой во рту.

Голос слева прервал мои воспоминания:

– Ты завтракала?

Я обернулась на Майкла.

– Что?, – переспросила я, немного раздраженно.

– Спрашиваю, – повторил он, не отводя взгляда от дороги, – Ты завтракала?

Я перевела взгляд на дорогу, стараясь скрыть лёгкую усталость.

– Мэлон, – снова позвал он, мягче на этот раз, – Ты выглядишь уставшей.

– Потому что мне не дали выспаться, а потащили загород, – спокойно ответила я.

Родители поступали точно так же: не спрашивали, просто ставили перед фактом. Но здесь было иначе. Здесь были друзья, которые действительно хотели провести время вместе. На самом деле вместе.

Майкл внимательно смотрел на меня, ожидая ответа.

– Нет, я не завтракала, – сказала я, переводя взгляд на дорогу.

Он только кивнул и прибавил газу. Машина ускорилась, а ветер за окном заиграл с моими волосами.

Я улыбнулась сама себе. Любила скорость. Обожала, когда сердце колотилось от адреналина, когда дорога казалась бесконечной полосой свободы.

Если бы родители знали, что мне нравился дрифтинг и легкая опасность за рулем – они бы сошли с ума.

Мы проезжали мимо небольшого поселка, когда Майкл свернул направо.

– Тут есть отличное место с завтраками и бургерами, – сказал он, слегка улыбнувшись.

Ого. Он действительно запомнил то, что я говорила вчера.

Мы остановились у маленького кафе, и Майкл вышел первым, собираясь подать мне руку. Я шагнула вперед быстрее. Его взгляд ненадолго задержался на мне, а затем он направился внутрь, и я последовала за ним.

Кафе было полупустым. Интерьер в стиле 70-х: много красных оттенков, большие деревянные столы, ярко-жёлтые диванчики, официантки в фартуках с логотипом заведения.

Я подошла к столику за Майклом и села напротив. В тот же момент к нам подошла официантка, лет двадцати, явно бросая взгляды на Майкла.

– Привет, – сказала она, не отрывая глаз от него, – Добро пожаловать в “Долоресс”. Уже определились с заказом?

Майкл посмотрел на нее без выражения эмоций, и это только усилило ее интерес.

– Да, – спокойно ответил он, – Нам два английских завтрака, капучино, латте и два небольших бургера с говядиной.

Девушка улыбнулась и записала заказ в блокнот.

– Через пару минут принесу кофе, – сказала она и удалилась.

Я перевела взгляд с меню на него.

– Ты так уверен, что мне понравится?, – спросила я.

– Более чем уверен, Мэлон, – спокойно ответил он, доставая телефон.

Я ненавидела, когда за меня принимали решения. Но меню было настолько большим, что я и правда не знала, что выбрать. Вздохнув, я достала телефон и написала Софи:

“Вы серьёзно? Это специально подстроили?”

Через минуту пришёл ответ:

“Конечно нет! Нам нужно было докупить продукты, а Джордан по делам уехал. Решили, что лучше тебе поехать с Майклом. Мы приедем чуть позже.”

Я выдохнула. Помимо поездки, меня ждал ещё час-два наедине с ним в огромном доме. Они явно издевались надо мной.

В этот момент официантка принесла кофе и, казалось, специально коснулась плеча Майкла. Её вырез был прямо перед нашими лицами.

Я тихо засмеялась.

– Ой, извините…, – пробормотала она, все еще глядя на него.

Я прыснула со смеху.

– Довольно дешевая сцена, – сказала я, еще смеясь.

Девушка покраснела и удивленно посмотрела на меня, будто я тут вовсе не существовала. Майкл едва заметно скрыл ухмылку.

– Солнце, ну не нужно так резко, – сказал он, не отрывая взгляда от меня.

Официантка выпрямилась, вся покраснев, и с важным видом направилась к кухне за нашим заказом. Я прыснула со смеху еще сильнее.

– Ты отобрал у девушки такой шанс, – сказала я, улыбаясь, – Мог бы на обратном пути заехать.

– Мне неинтересно, – спокойно ответил он, – К тому же, пока что я занят тем, чтобы довезти тебя в целости и сохранности.

Я поставила кружку на стол.

– Прекрасно, – сказала я, улыбаясь, – Тогда дальше веду я.

Он оторвал взгляд от телефона и внимательно посмотрел на меня.

– Нет.

– Да, – спокойно ответила я, – Иначе я дальше не поеду.

Да, это было по-детски. И что?

– И предпочтешь остаться тут?, – немного наклонился он.

– Я всегда могу вернуться обратно на такси, – подмигнула я ему.

Он вздохнул.

– Ладно… А у тебя вообще есть права?

Я промолчала. Сделала глоток кофе, когда официантка принесла наш заказ. Английский завтрак выглядел впечатляюще, пахло невероятно. Я взяла вилку и осторожно попробовала все по чуть-чуть. Обычно я ела то, что готовил наш повар – никаких доставок и фастфуда. Этот завтрак хоть и был “не домашний”, но удивительно вкусный.

– Ммм…, – замычала я, закрывая глаза на мгновение от удовольствия.

Майкл поднял на меня взгляд и едва заметно улыбнулся.

– Я же говорил, что тебе понравится, – спокойно сказал он, откусывая бургер.

Мы быстро распрощались с едой. Я действительно проголодалась.

– Спасибо, – сказала я, выходя на улицу.

Я обратила внимание, как официантка не удержалась и оставила ему номер телефона. Я едва сдержала смех.

– Не за что, – сказал он, кидая мне ключи. Я поймала их на лету и остановилась, удивленно глядя на него.

– Ты серьезно?, – переспросила я, поднимая брови.

Он просто кивнул, ни слова не говоря.

Я радостно обежала машину и села на водительское место. Завела двигатель. Наверное, со стороны это выглядело немного сумасшедше, но мне было плевать. В гараже у отца стояли пару таких же Porsche, но кататься на них мне удавалось лишь несколько раз, когда родители уезжали в Италию.

Я выехала с парковки на проезжую часть, открыла окна и включила громкую музыку.

Майкл напрягся, его взгляд приковался ко мне.

– Я веду, значит, мои правила, дорогой, – сказала я, подмигнув ему, и слегка нажала на педаль.

Спидометр прыгнул до 140. Ветер хлестал волосы через окно, а пейзажи вокруг размывались в яркое размазанное полотно. Майкл сжал подлокотник, но не сказал ни слова, его глаза блестели от адреналина.

– Ты совсем сумасшедшая, – тихо произнес он, но в его голосе сквозила улыбка.

Я лишь усмехнулась.

– Мэлон, – сказал Майкл, – Сейчас будет поворот направо.

Я кивнула, держа скорость под контролем. Хотя в прошлый раз нас везла Софи, дорогу я помнила наизусть. До дома оставалось минут пятнадцать.

На приборной панели зазвонил телефон. Я убавила громкость музыки и заметила, что звонит телефон Майкла. Он поднял трубку.

– Да, – спокойно сказал он, бросив на меня короткий взгляд, – Я же говорил уже.

Его руки крепче сжали телефон, он что-то быстро проговорил, потом сбросил звонок. Я даже не пыталась разглядеть, кто это был, – мне было всё равно.

Повернув направо, я снизила скорость. Спустя десять минут мы уже были у дома.

Я заглушила двигатель и вышла из машины.

– Почему именно этот дом?, – спросила я, не сводя взгляда с озера, которое манило своей прохладой.

– Это наша традиция, – спокойно ответил Майкл, – К тому же, это мой дом.

Я немного опешила и посмотрела на него.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Ого…, – я снова обернулась к озеру, чувствуя легкую дрожь от волнения и ожидания, – Я не знала.

Он больше ничего не сказал, просто пошел внутрь, а я сразу направилась в свою комнату, где ночевала в прошлый раз.

Я позвонила Софи и сказала, что мы уже добрались. Они должны были приехать только через два часа. Решив не пересекаться с Майклом в этот промежуток, я быстро переоделась и надела купальник.

Вода была слегка прохладной, но именно такой, какой она должна быть в этот жаркий день. Всё вокруг казалось идеальным. Я оставила волосы распущенными и нырнула под воду, наслаждаясь ощущением полной свободы и покоя. Мне всегда нравилось быть в воде больше, чем на суше.

Вынырнув, я заметила Майкла, который наблюдал за мной.

– Хочешь присоединиться?, – спросила я, вытирая волосы рукой.

– Пожалуй, нет, – ответил он, не отрываясь от сигареты.

– Как хочешь, – сказала я и снова нырнула, ощущая прохладу воды и легкость каждого движения.

Когда я вновь вынырнула, Майкла уже не было. Проведя еще полчаса у воды, я вытерлась полотенцем и направилась внутрь дома. До приезда ребят оставался еще минимум час, а Джордан должен был появиться только через три.

Я прошла по коридору, скользнула через гостиную и поднялась по лестнице. На пути к своей комнате неожиданно столкнулась с ним.

Я подняла взгляд на Майкла, стараясь держать дистанцию.

– Не сейчас, дорогой, – сказала я, слегка прищурив глаза, – Прямо сейчас мне нужно переодеться.

Он задержал взгляд на моем купальнике, и в воздухе повисла легкая напряженность.

– Я могу с этим помочь, – сказал он, с едва заметной ухмылкой, подмигивая.

– Не стоит, я сама справлюсь, – спокойно ответила я, делая шаг назад.

Его взгляд потяжелел, скользя по мне, словно читая каждую мою мысль.

## Глава 4. Майкл.

Серые глаза смотрели прямо в мои. Вода стекала по ее лицу, шее, по линии декольте, оставляя блестящие дорожки. Это выглядело настолько сексуально, что я сразу почувствовал напряжение в паху. Мэлон стояла, не сводя с меня взгляд. Ее грудь тяжело вздымалась. Я опустил взгляд ниже.

Перед глазами вспыхнула картина – та ночь в начале учебного года. Она сверху, мои руки сжимающие ее бедра, ее полуоткрытый рот, волосы, падающие на грудь… Чёрт.

– Ты хочешь о чем-то поговорить?, – спросила она.

Я подошел к ней ближе. Эта девушка сводила меня с ума. Каждый ее вздох был искушением, каждое движение – вызовом.

Я сжал челюсти, стараясь удержать себя. Внутри все кипело – желание, злость, воспоминания.

С силой втянул воздух, оторвал взгляд и резко отступил, оставив между нами пустоту.

Ничего не сказав, развернулся и вышел на улицу, чувствуя, как ее взгляд прожигает спину.

Следующие полчаса я не видел Мэлон. Она будто растворилась в доме, и это только сильнее злило меня.

Во двор заехала машина. Я услышал знакомый звук двигателя и вышел навстречу.

– Привет, капитан, – сказал я, подходя ближе к Дилану, и скользнул взглядом на его пассажирку, – И Софи.

Она повернулась в мою сторону, улыбнулась и помахала рукой. В следующую секунду ее ботинки уже стучали по дорожке к дому, легкая, уверенная походка – словно она здесь хозяйка.

– Девчонки, – сказал Дилан, хлопнув меня по спине.

Я лишь усмехнулся, глядя на удаляющуюся Софи.

Мы разгрузили машину и разложили продукты на ближайшие два дня. Солнце било в окна кухни, наполняя ее золотым светом и теплом. Я стоял у разделочной доски, нарезая овощи для гриля, когда на кухню вошли Софи и Мэлон.

Мэлон прошла мимо меня, слегка коснувшись плечом. Я задержал дыхание. По коже побежали мурашки, будто от легкого разряда.

Она подошла к кофемашине и стала засыпать молотый кофе.

– Молоко в холодильнике, – сказал я, стараясь не смотреть на нее.

Она, не подняв на меня взгляд, обогнула кухонный остров, достала из холодильника пакет молока и вернулась к кофемашине. Я снова уткнулся в нож и помидоры, но чувствовал ее присутствие так же отчетливо, как если бы она стояла ко мне вплотную.

Закончив с овощами, я перешел к мясу. Лезвие с глухим звуком скользило по разделочной доске. Запах кофе медленно расползался по кухне, смешиваясь с ароматом свежих специй.

– Мы наверх, – сказала Софи, появляясь в дверях. Дилан скользнул за ней, и их шаги стихли на лестнице.

Мэлон сидела за столом, обхватив ладонями кружку и делая очередной глоток кофе. Она проводила ребят взглядом, пока их шаги стихали где-то наверху.

– Как думаешь, они когда-нибудь насытятся друг другом?, – спросила она с лукавой улыбкой, качнув ногой под столом.

Я повернулся к ней от разделочной доски.

– Не думаю. Ты же видела, какой Дилан на поле.

Она задержала на мне взгляд чуть дольше, чем обычно. В ее глазах мелькнуло что-то – интерес? насмешка? – а потом она засмеялась.

Я рассмеялся вместе с ней, и смех неожиданно громко разлетелся по пустой кухне, делая ее уютнее.

– Кстати, у вас же игра на грядущей неделе, – сказала Мэлон, доставая телефон. Ее пальцы быстро забегали по экрану. В этот момент она выглядела отстраненной, как будто весь мир сузился до переписки.

– Да, – ответил я, не отвлекаясь от мяса. Лезвие ножа с глухим звуком скользило по разделочной доске, – В следующий четверг.

Она отложила телефон на стол, и повернулась ко мне.

– Вы готовы?

– Мы всегда готовы, – сказал я и подошел к раковине. Вода зашумела, стекая по моим ладоням. Я вгляделся в отражение в металле смесителя, будто смывал с себя не только сок от мяса, но и лишние мысли.

Когда я поднял голову, она все еще смотрела на меня.

Я приподнял бровь, вопросительно уставившись на нее.

– Я думаю, – сказала она, чуть наклонив голову.

– О чем?, – я сделал шаг ближе.

Она слегка заерзала на стуле, но взгляда не отвела.

– Тебе нравится твоя жизнь?

Я упер руки в стол рядом с ней, склонившись ниже.

– Какая?

Она вздохнула так тихо, что я едва уловил этот звук.

– Тренировки, матчи, учеба… вот это все, – ее ладонь скользнула в сторону, как будто обвела пространство дома.

Я замолчал на секунду, в голове мелькнуло: да, нравится… но иногда душит. Скучал ли я по дому? Да. Хотел ли туда возвращаться? Нет.

– Да, – сказал я ровно, – А что?

Она смотрела на меня так внимательно, что казалось, будто видит больше, чем я хотел бы показать.

– Ничего, просто было интересно, – наконец произнесла она и потянулась за телефоном.

Я опередил ее, коснувшись ее руки и задержав ее пальцы в своих.

Ее глаза снова встретились с моими. Я сделал шаг вперед, настолько близко, что чувствовал каждое ее дыхание на губах. Она была напряжена, грудь тяжело вздымалась.

– Тебя что-то тревожит?, – спросил я, внимательно изучая ее лицо.

Я мог бы послать все к черту и сделать ровно то, о чем думал, но что-то сдерживало – не гордыня, не долги, а эта тонкая игра, которую мы долго вели и, видимо, еще не закончили.

Она вытащила руку из моей и, чуть отстранившись, произнесла тихо и вызывающе:

– Мне кажется, что ты и дня не можешь прожить без прикосновений ко мне.

Я улыбнулся, стараясь, чтобы эта усмешка была легкой и невозмутимой.

– Тебе кажется, Мэлон.

Она моргнула несколько раз, словно вслушиваясь в то, как звучит ее имя на моих губах. В ее взгляде мелькнуло нечто похожее на удивление – и, может быть, на удовольствие.

– Разве?, – снова спросила она, и голос ее стал мягче.

– Более чем, – ответил я, не отводя взгляда.

На кухне где-то запищал будильник микроволновки, где-то наверху рассмеялась Софи. Между нами осталось пространство, наполненное звуками дома и тем, что еще не произошло. Пока что.

Спустя два с половиной часа приехал Джордан – мы уже успели развести костер и поставить мясо на решетку.

Мэлон сидела то в телефоне, то перебрасывалась фразами с Софи – они оживленно обсуждали поездку в Калифорнию, что взять с собой и прочие мелочи, в которых я мало что понимал.

Когда Джордан вышел из машины, Мэлон будто ожила. Она радостно подскочила к нему, словно увидела спасательный круг посреди штормового моря. Его руки мягко сомкнулись на ее талии, а её обвили его шею.

И почему-то… это почти не напрягало меня. Почти.

Я не имел на нее прав. Мне должно быть плевать. Я не хотел отношений, не хотел любви. Но в том, что было между нами, – если вообще можно назвать это отношениями, – таилось что-то другое. Что-то, от чего внутри всё время зудело.

Я отвернулся от них, сделал глоток виски и перевернул мясо на решётке. Дым шёл вверх, и я почти убедил себя, что всё под контролем.

В этот момент Джордан подошёл ко мне и положил руку мне на плечо.

– Я тоже очень рад тебе, дружище, – сказал он, хлопнув меня по плечу.

Я ухмыльнулся, поворачивая голову к нему.

– Ты же знаешь, что я всегда тебе рад.

Он на секунду задержал взгляд на костре, будто что-то обдумывал.

– Я знаю, – сказал он наконец, улыбка озарила его лицо. – Мясо выглядит отлично, – он на секунду задержал взгляд на костре, будто что-то обдумывал.

Я лишь хмыкнул в ответ, делая ещё один глоток. Уже не помню, какой по счёту. Глотки шли легче, чем мысли.

– Так, девчонки!, – вдруг оживился Джордан, обернувшись к ним, – Я привёз целую гору всего вкусного. Может, поможете мне достать это из машины, пока мы с парнями тут мясом занимаемся?

– Конечно, – ответила Мэлон и, даже не глядя в мою сторону, потянула Софи за руку.

Я проводил их взглядом. И снова повернулся к огню, чувствуя, как ви́ски обжигает горло, а нечто другое – грудь.

Когда мы сидели у костра вечером – Мэлон рядом с Джорданом, Софи на коленях у Дилана, а я – чуть в стороне с бокалом в руке, – мы вспоминали прошлую поездку: Аманду, наше ночное купание.

У Мэлон в этот момент в глазах появился особый блеск. Она всегда светилась так, когда была на грани какой-то авантюры.

– Ребята…, – вдруг сказала она, приподнимаясь, – Мы идём купаться. И это даже не обсуждается.

Софи тут же встала с колен Дилана, хватая его за руку:

– Все идут, малыш.

– Может, это не лучшая идея?, – осторожно заметил он, внимательно глядя на неё.

– Это самая лучшая идея за весь день!, – запротестовала она, улыбнувшись, – К тому же, после этого мы сможем пойти согреться в дом…

Я тихо засмеялся. Эта девушка умела вертеть им, как хотела. Но именно это и нравилось мне в Софи – Дилан был влюблён в неё без остатка.

А я… я снова поймал себя на том, что смотрю не на костёр и даже не на ребят. А на Мэлон, которая уже стягивала босоножки с ног, будто ей было плевать, что вокруг.

Я стянул с себя футболку, сбросил спортивные штаны и направился к озеру вслед за Мэлон и Софи. Парни за моей спиной ржали, стягивая с себя вещи.

– На счёт три! – крикнула Софи, хватая Мэлон за руку.

Я обернулся – и увидел хитрую улыбку на лице Джордана. Он уже что-то замышлял.

– Три!, – закричали девчонки в унисон.

– Два!, – почти одновременно рявкнули мы.

И не успели они даже коснуться воды, как мы с ребятами подхватили их на руки и со смехом швырнули прямо в озеро, падая следом.

Холодная вода обожгла кожу, в ушах звенел визг девчонок, перемешанный с нашим смехом. Мэлон всплыла первой, волосы прилипли к лицу, глаза горели. Она с размаху брызнула в мою сторону водой.

Я рванул за ней в воду, слыша её звонкий смех и крики, когда она пыталась спрятаться за Софи. Софи лишь засмеялась и вытерла воду с лица, оставляя нас наедине.

Догнав Мэлон, я схватил её и резко бросил в воду. Она мгновенно вцепилась мне в шею, не отпуская, и потянула за собой – мы упали вместе, вода хлестнула вокруг, поглотив нас полностью.

Вынырнув, она держалась за мою шею, смеясь, волосы прилипли к лицу, капли стекали по плечам и груди. Я провёл взглядом по её мокрому силуэту, чувствуя, как напряжение между нами растёт.

– Мэлон…, – хрипло выдохнул я, прижимая её к себе одной рукой за талию.

Она чуть приоткрыла губы, готовая что-то сказать, но я не дал ей шанса. Подхватив Мэлон на руки, я снова закинул её в воду. Она взвыла, и капли разлетелись во все стороны, ловя на себя свет. Ребята тут же обернулись.

– У вас всё в порядке?, – крикнул Джордан, улыбаясь, выходя на берег вместе с Софи и Диланом.

– Более чем, – выдохнул я, когда вода брызнула мне в лицо.

Я повернулся и увидел Мэлон: чуть разъярённую, но с той самой фирменной улыбкой, которая всегда предвещала войну. Игра начиналась.

Ребята быстро собрали свои вещи и оставили нас вдвоём. Софи бросила что-то вроде: «Мы с Диланом идём в комнату», а Джордану срочно понадобился телефон – ну-ну.

Я не терял времени. Когда Мэлон попыталась отплыть, я мгновенно схватил её за бёдра, повернул к себе и прижал ближе. Её руки легли мне на плечи, а взгляд скользил по моему лицу. Это была уже третья ситуация за день, когда я еле сдерживал себя, чтобы не потерять контроль.

– Я же говорила, что ты не можешь и дня провести без прикосновений ко мне, да?, – начала она, голосом, в котором слышалась смесь вызова и улыбки, – А пару часов, дорогой…

Она закусила губу, будто хотела добавить что-то ещё, но я не дал ей шанса. Притянул её к себе ещё ближе и поцеловал.

Наши губы двигались в унисон, тело прижато к телу, каждое прикосновение отзывалось электрическим током. Я одной рукой держал её за талию, она обвила меня ногами, пальцы скользили по мокрым волосам.

Поцелуй становился глубже, напряжение между нами росло, дыхание смешивалось, а сердце билось так, будто могло вырваться из груди. Каждое движение, каждое прикосновение разжигало жар, который ощущался сильнее прохлады вечернего воздуха.

– Майкл, – сказала она, оторвавшись от меня на секунду.

Я оставил поцелуй на ее шее. Она еще ближе прижалась ко мне.

– Я серьезно, – застонала она.

– Блять…, – вырвалось у меня, когда я немного отпустил её.

Она сделала глубокий вдох и отстранилась, отпуская меня. Эта девушка сводила меня с ума, и я прекрасно это понимал. В глубине души я знал: в этой маленькой битве я уже проиграл, но всё равно пытался держаться.

Она сначала посмотрела на меня серьёзно, а потом тихо улыбнулась, такая заразительная и дерзкая.

– Кажется, нам пора выходить, чтобы не простудиться, – сказала она и, не дожидаясь ответа, повернулась к берегу.

Я последовал за ней, заметив, как вода блестит на её плечах и волосах.

Я протянул ей свою футболку, чтобы она надела её, пока идём до дома.

Мэлон натянула её на себя – футболка свисала чуть ниже бедер, создавая непринужденный, но невероятно соблазнительный образ.

– Спасибо, – сказала она, аккуратно отряхивая волосы по пути к дому.

– Не за что, – ответил я, наблюдая за костром, у которого сидел Джордан.

– Повеселились? – спросил он с улыбкой.

Мэлон краем глаза посмотрела на меня.

– Очень, – ответил я, слегка улыбаясь, – Спасибо за возможность.

Джордан на мгновение округлил глаза, а затем рассмеялся, заметив выражение лица Мэлон.

– Я вижу, – ответил Джордан, оценивая, как футболка свободно лежит на её теле.

– Он шутит, – сказала она, подходя к нему.

Бросив последний взгляд на них, я направился в дом, чтобы переодеться и сходить в душ. Мне все еще нужно было успокоиться.

## Глава 5. Мэлон.

Переодевшись в теплые вещи, мы устроились все вместе на диване. Софи с Диланом устроились сбоку, Джордан растянулся на полу, а Майкл сел рядом со мной.

– Итак, – торжественно объявил Джордан, – Сегодня у нас ночь ужасов!

Он повернулся ко мне, задержал взгляд чуть дольше обычного и подмигнул. Как бы я ни подшучивала над ним, у Джордана и правда был отличный вкус на фильмы.

Особенно – на ужасы.

– Кое-кому сегодня спать не захочется, – усмехнулся Дилан, трепля волосы Джордану.

– Ты точно про меня говоришь?, – лениво бросил тот, даже не обернувшись.

Я улыбнулась, но промолчала. Подогнув под себя ноги, устроилась удобнее и принялась за фильм, попутно наслаждаясь жареным маршмеллоу, который ребята приготовили всего несколько минут назад.

Майкл рядом сидел чуть напряженный, словно сдерживая что-то внутри, но глаз от экрана не отрывал. Огромная плазма занимала всю стену, превращая комнату в настоящий домашний кинотеатр.

Спустя полчаса фильма Софи и Дилан, переглянувшись, поднялись наверх, не скрывая улыбок.

– Вы серьезно?, – возмутился Джордан, размахивая руками, – Кто теперь будет пить со мной виски?

Я сдержала смешок и встретилась взглядом с Майклом.

– У вас есть джин?, – спросила я Джордана, делая вид, что вопрос прозвучал совершенно невинно.

– Для тебя – все, что угодно, – отозвался он, его голос прозвучал ниже обычного.

Джордан поднялся с дивана и направился в сторону кухни.

Когда он вернулся, спустя пару минут, у него в руках были две бутылки: односолодовый виски и джин. Он отдал виски Майклу, а рядом со мной поставил Tanqueray – мой любимый джин, и аккуратно придвинул стакан.

– Как я помню, ты любишь сама себе наливать, – сказал Джордан, снова хитро подмигнув мне. Я улыбнулась. Он знал меня чуть лучше, чем другие.

Я взяла бутылку, налила джин в стакан и добавила пару кубиков льда из ведерка, которое стояло рядом со мной. Стекло тихо звякнуло.

– За вашу будущую победу и за грядущие каникулы!, – произнесла я и протянула свой бокал ребятам.

Они переглянулись всего на миг, но я это заметила. Потом их бокалы коснулись моего – резкий звон наполнил комнату.

– За нас!, – сказал Джордан, широко улыбаясь.

– За нас, – повторил Майкл, но уже тише, глядя прямо на меня.

Мы чокнулись и выпили залпом. Джин обжег горло, но, оставил приятное тепло внутри.

– Мне нужно еще!, – заявила я, улыбаясь и уже протягивая руку к бутылке.

Фильм продолжал идти, нас он, похоже, веселил куда больше, чем должен был. На экране какое-то чудовище, с тремя глазами, тащило мальчишку в темный подвал дома, а мы только переглядывались и смеялись.

– Джордан, что за дрянь ты включил?, – рассмеялся Майкл, откинувшись на диван.

– Хороший фильм!, – невозмутимо ответил тот, лениво потянувшись и зевнув.

– Ооо, – протянул Майкл, наклоняясь к нему и слегка трепля его за волосы, как младшего брата, – Наша принцесса хочет спать.

Я прыснула в кулак, а потом рассмеялась в голос, видя, как Джордан корчит недовольную рожицу.

– Выгоняешь меня?, – драматично спросил он, поднимая брови.

– Ни в коем случае, – усмехнулся Майкл.

Я покачала головой, пытаясь отдышаться от смеха:

– Может, вам стоит уединиться в комнате наверху?

Две пары глаз уставились на меня.

– Даже не ду…, – не успела договорить я, когда Майкл легко подхватил меня и закинул себе на плечо. Я взвизгнула, а он закружил меня по комнате.

Джордан, уже слегка навеселе, сидел на диване и заливался смехом.

– Ладненько, – сказал он, допивая остатки виски, – Пожалуй, я и правда свалю спать.

Майкл поставил меня на ноги, удерживая за талию чуть дольше, чем стоило бы. Его ладони скользнули по моим бокам, и только потом он отстранил ся к столу, где ждал его бокал.

Я шагнула к Джордану, обняла его и чмокнула в щеку.

– Спокойной ночи, пупсик.

Он заулыбался, как ребенок.

– Спокойной ночи, Мэлон. Если будет страшно…, – он бросил короткий взгляд на Майкла и усмехнулся, – То тебе не будет страшно.

Мы вдвоем засмеялись.

Джордан лениво попрощался и скрылся в своей комнате на втором этаже. Дверь мягко захлопнулась, оставив нас одних в полутемной гостиной.

Мы снова устроились на диване. Фильм продолжал играть на фоне – какие-то монстры охотились за мальчиком и его семьей, но я смотрела вовсе не туда. Бокалы почти опустели, а джин приятно разливался теплом по венам.

– Как долго вы знакомы?, – спросила я, наблюдая, как Майкл вертит бокал в руках.

Он чуть улыбнулся уголком губ и поднял на меня взгляд.

– Дольше, чем кажется. Последние семь лет.

– Ого, – я прикусила губу, не отводя от него глаз, – Довольно долго.

– Да, – протянул он, голос стал тише, почти задумчивым, – Наши родители дружили. Так и мы начали. Каждое лето мы проводили вместе, несмотря на то, что жили далеко друг от друга.

Я почувствовала странное напряжение, проскользнувшее в его словах.

– Ты же не отсюда родом?, – спросила я, коснувшись бокала, не отрывая от него взгляда.

Он слегка улыбнулся, переведя взгляд на меня.

– Нет, – сказал Майкл спокойно, – Из Англии, Ричмонд.

Мое удивление было почти слышно в тишине комнаты.

– А по твоему акценту и не скажешь, – задумчиво заметила я, приподнимая бровь.

– Потому что я много времени провел в Америке, вместе с Джорданом и его семьей, – ответил он, не отводя взгляда. Его глаза мягко блестели в свете лампы, а улыбка слегка дрогнула на уголках губ.

Я почувствовала странное напряжение, проскользнувшее в его словах.

– А что сейчас?, – осторожно спросила я, – Если не хочешь, можем не говорить об этом.

Он сделал глоток, будто закрывая тему, и на секунду задержал взгляд на стакане.

– Не сегодня, – спокойно произнес он.

Когда он поднял голову, экран мигнул светом, а в его глаза загорелись искры.

Я почувствовала, как мое дыхание сбилось.

– Ты очень красивая, Мэлон, – сказал он.

Время будто застыло. Звук фильма растворился. Я задержала дыхание и не отвела взгляда, хотя сердце колотилось так, словно собиралось вырваться наружу.

От алкоголя внутри разливалось тепло, а от его взгляда по коже пробежали мурашки. Майкл протянул мне руку. Я не раздумывая поставила бокал на стол и вложила свои пальцы в его ладонь. Его длинные пальцы сомкнулись вокруг моих, притянув меня ближе.

Фильм продолжал идти фоном, но казался бесконечным и ненужным.

Я придвинулась ближе, устраиваясь сверху. Его дыхание стало тяжелее, зрачки заметно расширились. Я наклонилась к нему, погружая пальцы в его волосы. Его взгляд скользил по моему лицу – внимательный, изучающий, будто он хотел запомнить каждую деталь меня.

И прежде чем я успела моргнуть, Майкл притянул меня к себе и коснулся губами моих. Поцелуй был мягким и теплым, но внутри горел огонь. Я жадно прижалась ближе, когда его руки обвили мои бедра и подтянули к себе, не оставляя ни миллиметра расстояния.

Я почувствовала его эрекцию между свои бедер и едва сдержала стон, который мог бы разбудить ребят наверху.

– Мэлон…, – выдохнул он, отрываясь от моих губ всего на секунду.

Я не дала ему договорить – снова накрыла его губы поцелуем, жадным и горячим. Его ладони скользнули вверх по моим бедрам, нырнули под футболку и заскользили по коже. Пальцы оставляли за собой дорожки тепла, лаская спину, позвоночник, и поднимаясь все выше, к застежке бюстгальтера, который я решила оставить после купания на себе.

Я наклонилась к его шее, оставляя на ней горячие поцелуи. Майкл резко втянул воздух, и из его груди вырвался сдержанный хрип. Его тело напряглось, как струна.

– Ты уверена?, – хрипло спросил он, когда я чуть отстранилась. Его глаза горели, но в них была осторожность. Он говорил не только о сексе. Мы оба знали – речь о нашей слабости, о том, что мы пытались держаться подальше друг от друга. И с этим у нас явно не выходило.

– Это просто секс, – ответила я, глядя прямо в его глаза, – Ты же знаешь… ни тебе, ни мне не интересно что-то “больше”.

Он задержал на мне взгляд всего на долю секунды, но этого хватило, чтобы внутри все снова перевернулось. В следующее мгновение Майкл резко поднялся, не выпуская мои бедра из рук, и легко понес меня в комнату. Его шаги были уверенными, быстрыми.

Через несколько секунд я почувствовала, как он опустил меня на мягкие простыни. Легкий запах свежего белья смешался с его теплым дыханием. Майкл остался сверху, не отводя взгляд, и его ладони снова заскользили по моему телу.

Сначала с меня слетела футболка – легким движением, почти не касаясь. Затем он стянул джинсы, и ткань упала на пол. В ответ я сама потянулась к его одежде. Его футболка и худи оказались рядом с моими вещами, оставляя его тело в полумраке комнаты, освещенной только светом с улицы.

Его пальцы снова нашли мою кожу, двигаясь медленно, будто он изучал каждую линию.

Он изучал мое тело ртом и поцелуями, опускаясь от ключиц вниз. Достигнув ртом края трусиков, затем поднял на меня взгляд, как бы прося у меня разрешения, учитывая то, что в прошлый раз оно даже не нужно было. Я легко кивнула, и откинулась на подушку.

Он приспустил мои трусики, сначала лаская пальцами нежную кожу бедер, отчего пульсация еще сильнее усилилась, а затем погружаясь в меня пальцами.

Я почувствовала, как он хрипло выдохнул, когда его пальцы скользнули глубже.

– Мэлон…, – его голос прозвучал низко и сдавленно, – Ты точно уверена?

Я на миг застыла, не веря, что он спрашивает это сейчас. Он издевается?

– Более чем, – прошептала я, притягивая его ближе. Наши губы снова встретились в поцелуе – жадном, требовательном, полном голода.

Перевернувшись и оседлав его сверху, я стянула с него боксера наполовину, обхватив рукой его член, который был просто великолепен. А то, как он им управлялся… воспоминания с осени крутились в голове как пленка с кино.

Он быстро расправился с моим бюстгальтером и обхватил одной рукой грудь, лаская сосок, а другой придерживая меня за шею, где оставлял жаркие поцелуи, заставлявшие пульсацию внизу живота усиливаться еще сильнее.

Я немного вскрикнула, когда он взял в рот сосок, на что он хитро улыбнулся, подняв на меня взгляд. Черт, я знала, что нас могут услышать, но не хотела этого.

Он снова перевернул меня на спину, нависая надо мной. Раздвинув мои ноги, плавным движением вошел в меня, нежно, не торопясь, но постепенно ускоряя ритм.

Я закрыла глаза, наслаждаясь этим чувством. Это было то, чего я хотела с той самой ночи, и то, чего мне не могли дать другие. Я чувствовала себя желанной. Я чувствовала, что тут мы равны.

Наши губы сплетались в бесконечном поцелуе, пальцы скользили вдоль тел, то опускаясь, то поднимаясь, каждый жест разжигал желание сильнее. Он двигался уверенно, заставляя меня хотеть его еще больше, играя с ритмом наших тел.

Вдруг он слегка приподнял меня на кровати и перевернулся, чтобы я оказалась сверху – моя любимая поза. Я вцепилась в его губы, покусывая их, двигаясь вверх-вниз, оставляя легкие царапины на шее и спине.

– Я скоро…, – выдохнула я, не отрывая от его губ.

Его руки сжали меня еще сильнее, прижимая к себе. Каждой удар его сердца отдавался в моем теле. Зеленые глаза, обычно светлые, стали глубокими, почти черными, властными и полными голода.

Прикоснувшись губами к его губам, я впилась в них с такой силой, как будто боялась потерять его. Что было просто невозможно, но чувствовалось именно так.

## Глава 6. Майкл.

Я проснулся посреди ночи. Протянул руку – постель рядом пуста. Она ушла. И это было ожидаемо, учитывая то, что между нами происходило. То, чего не должно было случиться.

Я схватил телефон с тумбочки. На экране – половина пятого утра. Пять сообщений и два пропущенных звонка от матери. Опять. Каждый день она звонила и писала, пытаясь втянуть меня на какой-нибудь очередной ужин. Раньше я пытался поддаваться ее капризам, теперь – после переезда в Америку – почти перестал.

Я перевернулся на спину и уставился в потолок. Тишина вокруг казалась плотной, как вода, в которой вдруг застрял дыхательный пузырь.

9 месяцев назад.

Еще один новый учебный год. Снова тренировки, вечеринки, секс на одну ночь. Этим летом я никуда не уезжал из Джорджии, хотя отец очень хотел, чтобы я вернулся.

Я устроился на диване, делая очередной глоток виски. Рядом кружились девушки – они ждали от меня знаков внимания, точнее, надеялись на них. Джордан уже где-то тусовался, а Дилан, судя по всему, курил на заднем дворе – неудивительно. Джордан затаскивал всех на вечеринки, даже если они не хотели этого.

Мой взгляд пробежал по толпе, и я заметил двух девушек. Русая и блондинка с длинными волосами. Вспомнил ту встречу в отеле больше года назад. Когда блондинка повернулась, я сначала не узнал ее. Она выросла, черты лица стали более серьезными, но глаза… они остались такими же стальными, такими, что можно забыть обо всем на свете, если долго смотреть в них.

Она что-то сказала подруге и отошла к бару, оставляя ее с парнем из нашей команды. Та лишь кивнула в ответ и обняла ее. Пока она шла до бара, несколько парней не сводили с нее глаз. Красное платье идеально облегало фигуру, подчеркивая каждый изгиб.

Не раздумывая, я двинулся к ней.

Подошел сзади и положил руку на плечо – она дернулась.

– Ты что…, – начала она, но, полностью повернувшись, замерла на секунду.

– И тебе привет… снова, – сказал я, оглядывая ее лицо.

– Не ожидала тебя здесь увидеть, – произнесла она, – И ты без костюма сегодня… удивительно.

Я лишь усмехнулся, наблюдая, как она оценивает ситуацию, словно пытаясь прочесть каждую деталь, каждое движение.

– Ты тоже выглядишь более… сексуально?, – сказал я, подбирая слова, чтобы не прозвучать как полный кретин.

Она молчала, лишь отвернулась к танцполу, словно пряча от меня свои эмоции.

– Ты даже не скучала по мне?, – спросил я, наклоняясь чуть ближе.

Она медленно повернула лицо, почти касаясь моих губ своими дыханием, когда я приблизился.

– Не особо, – произнесла она, задержав взгляд на моих губах, – А ты, видимо, очень, да?

Я лишь усмехнулся, не отводя взгляда от ее глаз.

– Возможно, – спокойно сказал я, – Может быть, немного.

– Тогда тебе стоит поискать кого-нибудь в зале, дорогой, – сказала она, очерчивая пространство вокруг, – Думаю, тут полно девушек, которые будут рады провести с тобой эту прекрасную ночь.

На ее лице появилась улыбка.

Я ничего не сказал, просто стоял рядом, наблюдая за ней.

Через пару минут она двинулась к танцполу, но я перехватил ее руку и не отпустил. Ее глаза скользнули по моему лицу, затем опустились на руку, удерживающую ее. По спине пробежали мурашки.

– Что-то еще хочешь сказать?, – уточняюще проговорила она, явно играя со мной.

Я притянул ее ближе, сокращая расстояние до предела. Либо это был алкоголь, либо долгий перерыв от секса, которого у меня не было пару месяцев… но я хотел ее. Очень.

Наше время.

Перевернувшись на кровати, я встал, натянул спортивные штаны, которые все еще валялись на полу, выбросил презерватив в мусорку и направился на кухню. Заснуть снова вряд ли получится – бессонница мучила меня последние пару месяцев. Если удавалось выспаться хотя бы пару часов без пробуждений, это уже казалось чудом.

Подойдя к кофемашине, я включил мягкий свет. Ребята все еще спали, а я не хотел их будить, хотя они были гостями. В тишине кухни каждая деталь – звук падающего зерна кофе, слабое жужжание машины – казалась гипнотически острой.

– Тоже не спится?, – прозвучал женский голос позади меня, – Понимаю.

Я повернулся и увидел Мэлон. Она сидела за столом, попивая чай. Волосы слегка спутаны, на ней была шелковая пижама: черные шорты и топ, открывающий изящную линию плеч и ключицы. На секунду я задержал взгляд на ней, потом оторвался.

– Да, – спокойно ответил я, – А ты почему не спишь?

– Думаю, по примерно той же причине, что и ты, – сказала она.

– Ты ушла, – заметил я.

– Ушла, – ответила она, – Это же просто секс, разве нет?

Я хотел что-то возразить, но это было бы неправильно. Я не понимал, что между нами происходило, но точно знал одно: она хочет держаться от меня подальше.

– Верно, – тихо сказал я, все еще наливая кофе.

Приготовив напиток, я повернулся к ней и облокотился на столешницу. Она выглядела слегка уставшей, немного нервной, а нижняя губа все еще была чуть припухшей после наших поцелуев. Я невольно улыбнулся.

– Что?, – спросила она, не отводя взгляда.

– Ничего, – ответил я, – И давно ты не спишь?

Она притворилась, что считает что-то в уме, и это снова вызвало улыбку на моих губах.

– Полагаю…, – задумчиво произнесла она, – Минут сорок где-то.

– Тогда у меня есть отличное предложение, – немного подумав, сказал я, – Что насчет кино?

На секунду она задумалась, а потом на ее лице появилась улыбка.

– Только фильмы выбираю я, – сказала она, слегка наклонив голову набок.

– Хорошо, – согласился я, – Тогда вперед.

Я обошел остров, прошел мимо Мэлон и устроился на диване с чашкой кофе в руках.

Мэлон села рядом, как всегда поджав под себя ноги. Она поставила кружку с чаем на столик и взяла в руки пульт.

– Итак, – сказала она, пролистывая фильмы, – Что насчет драмы?

Я уставился на нее, и она засмеялась.

– Ладно, – сказала она, – Тогда смотрим “Дневник памяти”.

Ее смех прокатился по гостиной, и я невольно задержал взгляд на ней.

– Ты серьезно?

– Абсолютно, – сказала она, нажимая кнопку включения.

Фильм шел уже минут тридцать, но я все это время украдкой смотрел на Мэлон. На ее эмоции, которые было почти невозможно прочесть. Заметив, что она немного дрожит, я встал и подошел к шкафу, доставая теплый плед.

Я подал его ей, чтобы она укрылась.

– Спасибо, – сказала она, накидывая его на плечи.

– Не за что, – повторил я в который раз за сегодня.

Вернувшись к фильму, я застал Райана Гослинга ругающимся с Рэйчел Макадамс.

– Неужели это кому-то и правда нравится?, – спросила Мэлон.

– Что именно?, – уточнил я.

– Вот такие отношения: вечные ссоры, потом любовь, и снова ссоры… Разве в этом есть что-то особенное?

– Не знаю, – честно признался я, – Мое отношение к любви довольно… специфическое.

– Ты не веришь в нее, – спокойно сказала Мэлон, словно это была самая известная ей деталь обо мне.

– Именно, – кивнул я.

– Почему?, – продолжала она, не отрываясь от экрана.

– Почему что?, – спросил я.

– Почему ты не веришь в нее?, – повернув голову в мою сторону, сказала она, – Что же должно было повлиять на тебя, чтобы ты перестал верить в любовь.

– Ты правда хочешь это обсуждать?, – спросил я, слегка раздраженно.

– Не особо, – честно отметила она, улыбаясь.

Я лишь молча кивнул.

Я не то чтобы совсем не верил в любовь, но я видел, как она ломает людей. Все эти чувства, потребность в другом человеке, обещание вечной верности… и все это рушилось. Люди предавали друг друга, несмотря на клятвы.

Вздохнув, я встал с дивана, не обращая внимания на фильм.

– Уходишь?, – тихо спросила Мэлон, глядя прямо на меня.

Ее глаза словно блокировали кислород, прожигали меня взглядом. Я не понимал, что она думает.

– Я покурить, – спокойно ответил я, отступая назад.

Мэлон посмотрела в окно, задумавшись, и встала с дивана, все еще закутанная в плед. Она поставила фильм на паузу и направилась к задней двери, захватывая со стола кружку с чаем, которые, скорее всего, уже остыл.

– Решила составить мне компанию?

– Возможно, – ответила она, проходя мимо меня. В ее голосе прозвучала легкая игра.

Я улыбнулся, подхватил ее вместе с пледом и кружкой на плечо и понес на улицу. Она тихо засмеялась, стараясь не разбудить ребят сверху, и слегка хлопнула меня по пятой точке.

– Господи, – сказала она, – Ты что, в зале не только руки качаешь и пресс, но и задницу?

Я рассмеялся от ее комментария.

– Приму это за комплимент, – ответил я, слегка похлопав ее по упругой заднице, – О твоей могу сказать тоже самое, дорогая.

– Эййй!, – возмутилась Мэлон, – Держи свои руки подальше.

Я лишь улыбнулся, вынося ее на улицу.

– Пару часов назад ты была не против…

– Майкл, – строго сказала она.

– Ладно-ладно, – сказал я, ставя ее возле ступеней, ведущих прямо к озеру.

Солнце уже почти взошло, свет падал на макушки деревьев, окрашивая их в золотой цвет. Я достал пачку сигарет и вытащил одну, зажег ее. Дым медленно клубился в воздухе, смешиваясь с холодным утренним туманом над озером.

Мэлон стояла рядом, укутавшись в плед, молчала. И в этой тишине было странное понимание: по крайней мере для меня это утро значило больше, чем просто рассвет.

Я сделал медленный вдох и выдохнул дым, чувствуя, как холод коснулся кожи.

– Ты не замерзнешь?, – спросил я, все еще наблюдая за Мэлон.

– Нет, – спокойно ответила она, – Мне нравится это.

– Что?, – переспросил я, не до конца понимания о чем она.

– Мне нравится чувствовать себя живой, ощущать прохладу раннего утра, смотреть, как все вокруг просыпается…, – ее голос сливался с легким шумом ветра и плеском озера.

Я сделал шаг ближе, чувствуя, как воздух между нами кажется насыщенным электричеством.

Она подняла на меня глаза.

– Я не люблю запах сигарет, – сказала она, указывая взглядом на дымящийся окурок в моей руке.

Я сделал последнюю затяжку и затушил его об лестницу.

– Ужас.

– Что?

– Ты портишь такую красивую лестницу!

– Это просто деревяшка, дорогая, – сказал я, – К тому же, это мой дом, если ты забыла.

– О, это я точно не забуду, – улыбнулась она, поворачиваясь к озеру, – Мне очень нравится тут.

Я молчал, наблюдая за ее силуэтом на фоне воды.

– Мне нравится это озеро, – продолжила она, – Оно такое красивое, мне нравятся деревья, которые будто закрывают нас от всего остального мира.

“А мне нравишься ты”, – прозвучало в моей голове, но я не позволил этим словам сорваться с языками.

– Пойдем?, – вместо этого сказал я, – Думаю, нам удастся еще немного поспать, прежде чем ребята проснутся.

Она ничего не ответила. Молча развернулась и босиком направилась в дом, все еще закутавшись в плед.

Я проводил ее взглядом, наблюдая, как она поднимается по лестнице в “свою” комнату. Потом медленно вернулся в гостиную и досмотрел этот дурацкий фильм, зная, что больше не усну.

## Глава 7. Мэлон.

Все следующие дни после возвращения мы с Майклом так и не пересеклись. Я знала, что у них плотный график – тренировки, подготовка. Мы с Софи активно готовились к сессии, проводя вечера то у меня, то у Дилана, когда парни застревали на тренировках.

До каникул оставалась всего неделя. Впереди – последний матч учебного года и долгожданная свобода. Почти.

Я не была уверена, что смогу полететь с ребятами. У меня все еще оставались обязательства перед родителями, несмотря на то, что я уехала и поступила на стипендию. Они продолжали меня финансировать, и это держало меня на коротком поводке.

У меня был фонд, который оставила бабушка, но доступ к нему открывался только с двадцати лет. Совсем скоро. Но не настолько скоро, чтобы я могла послать их запросы на моей счет к черту.

– Мэлон, – сказал папа терпеливо, но с холодом в голосе, – Тебе придется приехать в Сиэтл. Это очень важный благотворительный вечер. Очень.

Я медленно вдохнула и выдохнула – как делала всегда, когда чувствовала, что еще немного, и потеряю самообладание.

– Я все прекрасно понимаю, пап, – сказала я, стараясь держать голос ровным, – Но я пообещала друзьям, что этим летом мы уедем в Калифорнию.

– Приедешь значит позже к ним. Лето длинное.

– Я не хочу в Сиэтл.

– Я понимаю, но ты должна прилететь. Будет много инвесторов из-за границы.

– К тому же сможешь познакомиться с кем-нибудь, – голос мамы звучал издалека, гулко и навязчиво.

– Я дам ответ чуть позже, – сказала я, уже собираясь положить трубку.

– Мэлон, ты летишь. Я уже купил билеты. Первый класс. Вылетаешь через неделю, как раз на следующий день после последнего экзамена.

Я замолчала. Вдох. Выдох.

– Поняла.

– До скорого, солнышко, – сказала папа и отключился.

Снова. В который раз. Он всегда так делал. Играть с ним было бессмысленно – все происходило по его правилам. Даже моя жизнь.

Я откинулась на подушки и уставилась в потолок. Нужно будет как-то сказать Софи, что приеду гораздо позже, чем мы планировали изначально. Но не сейчас. Сейчас я хотела только одного – вырубиться после бесконечного экзамена по праву, который казался пыткой и длился целую вечность.

Закрыв глаза, я уже почти провалилась в царство Морфея, когда сквозь сон уловила странный звук в комнате. Открыла один глаз. Никого нет.

Стук повторился. Я резко села на кровати. Сердце чуть ускорило ритм. На часах было десять вечера.

Неужели кто-то решил устроить вечеринку прямо в общежитии? За весь год такого не было. Все обычно ограничивались клубами или домом братства, куда стекались толпы ребят – выпить, подцепить кого-то или просто классно провести время.

Я надела черные пушистые тапочки, накинула халат на шелковую пижаму и приоткрыла дверь. Застыла. Передо мной стоял Райан. На его лице читалось, что он явно чего-то хочет.

– Райан?, – спросила я, прищурившись, – Это ты стучал?

Он немного опешил.

– Эээ… нет. Я только подошел.

Я посмотрела ему за спину – пусто. Коридор был тих, только лампы гудели.

– Ты что-то хотел?, – спросила я, чувствуя, как сон постепенно уходит.

– Да, Мэлон. У меня тут… вопрос к тебе.

Я внимательно уставилась на него, молча, ожидая продолжения.

– Ты же общаешься с Алекс?

– Иногда. А что?

Он помедлил, будто взвешивая слова.

– Райан? Что случилось?

– Ничего такого, – выдохнул он, – Я просто подумал… ты случайно не знаешь, есть ли у Алекс кто-то.

Я рассмеялась, почувствовав, как напряжение спадает.

– О, господи! Я уже думала, что случилось что-то серьезное. Я не уверена, но она вроде с кем-то ходила на свидание. Лучше у Софи спроси.

Он нервно выдохнул.

– Точно, – сказал он, чуть отстраняясь, – У тебя все в порядке?

– Да-да, все отлично. Мне просто показалось, что кто-то стучал.

– Если что, пиши. Я тут рядом, – сказал он улыбаясь.

– Спасибо, – ответила я и помахала рукой, когда он начал поворачиваться в сторону своей комнаты.

Закрыв дверь, я прислонилась спиной к древесине и глубоко вдохнула. Мне срочно нужен был сон. Сделав шаг к кровати, я почти дошла до нее, как снова раздался стук в дверь.

– Райан, ты еще что-то хотел…, – но не успела договорить: на пороге стоял не он. Майкл, в черном худи и спортивных штанах, судя по всему прямо с тренировки.

– А ты что тут делаешь?, – выдавила я, не скрывая раздражения.

Он тихо улыбнулся, внимательно разглядывая меня.

– Решил проведать, – произнес он ровно, – Ты всегда гостей в таком настроение встречаешь?

– Чтобы ты стал моим гостем, мне сначала нужно тебя пригласить, – ответила я, чувствуя, как раздражение растет еще больше, – И, честно, не припомню такого. У тебя что-то важное?

– Нет, я…, – начал он.

Но, не дав ему договорить, я захлопнула дверь и пошла к кровати. Не скажу, что мне было по-настоящему интересно, зачем он пришел, но что-то внутри щелкнуло – и спокойствие, которые я так пыталась себе навязать, исчезло.

Вернувшись в кровать, я накрылась одеялом, но сон уже окончательно ушел. Я взяла телефон, который пару минут назад бросила на столик, и бездумно пролистывала новостную ленту, пока экран не мигнул новым сообщением.

«Я всё ещё тут.»

Несмотря на то что номер не был сохранен, я сразу поняла, кто это.

«Звучит немного по-маньячному.»

Ответ пришел почти сразу.

«Возможно.»

Проигнорировав его сообщение, я снова вернулась к ленте, листая профили знакомых из Сиэтла.

Телефон снова завибрировал.

«А если я скажу, что принёс еды?»

Я не сдержала смешок и одновременно выдохнула.

«Всё ещё неубедительно.»

«А если я скажу, что принёс кое-что очень вкусное?»

Я уставилась на экран. Живот предательски заурчал – образ еды тут же почувствовался во рту, будто я и вправду откусила горячий кусок бургера или пиццы. Вспомнила, что не ела с трёх часов дня; идея выглядела куда лучше, чем я позволяла себе признать. Наверное…

«Даже не знаю…»

Еле сдерживая улыбку, я отправила ответ. Больше, чем мне нравилось жить в Джорджии, мне нравилось выводить Майкла Хилла из себя. И да – это доставляло мне удовольствие.

Не дождавшись ответа… ладно, вру – не выдержав и пары секунд, я всё же поднялась с кровати и, шаркая пушистыми тапочками, направилась к двери.

Открыв её, я снова столкнулась с Майклом. Он стоял всё там же, как будто даже не пошевелился.

– Ладно, – выдохнула я, пропуская его внутрь, – Я и правда голодная.

Он ухмыльнулся уголком губ и, не говоря ни слова, прошел мимо, будто чувствовал себя здесь абсолютно своим. Подошел к кровати напротив и поставил туда рюкзак, который явно был набит чем-то, что пахло очень аппетитно.

– Ты вообще когда в последний раз ела?, – бросил он, не поднимая на меня глаз.

– Слушай, ты как мои родители сейчас, – пробормотала я, но в животе снова предательски заурчало.

Он усмехнулся.

– Ну, твои родители вряд ли привозят тебе бургеры после тренировки.

Когда он достал первый бумажный пакет, запах ударил так сильно, что у меня немного закружилась голова. Горячий, сочный бургер, с ароматом запеченной булочки и расплавленного сыра.

– О, боже, – вырвалось у меня само.

Майкл наконец поднял на меня взгляд. В его взгляде мелькнуло что-то почти торжествующее.

– Я же говорил. Очень вкусное.

Я скрестила руки на груди, пытаясь выглядеть равнодушной.

– Не думай, что этим можно купить мое расположение.

Он протянул пакет ближе, почти касаясь им моих колен.

– Значит, мне повезло. Я покупаю не твое расположение, а твое молчание, чтобы ты хотя бы минуту не язвила, дорогая.

Я закатила глаза, но уже тянулась к еде, чувствуя, как уголки губ все равно предательски дрожат в улыбке.

Я выхватила пакет и развернула бургер, поджав ноги под себя. Он расположился напротив, будто это было его место изначально, и достал второй бургер с картошкой.

– Ты всегда так вторгаешься в чужие комнаты?, – спросила я, откусив кусок и стараясь не показать, что это, пожалуй, лучшая еда в моей жизни прямо сейчас.

Майкл лениво пожал плечами.

Мы сидели, поглощая бургеры и смеясь над тем, как нелепо звучит чавканье в полной тишине. Я поймала себя на мысле, что впервые за весь день чувствую себя спокойно. Уютно даже.

– Спасибо, – сказала я.

Он откинулся на спину кровати, закинув руки за голову.

– Видишь, я могу быть полезным.

Я фыркнула.

– Не обольщайся. Это всего лишь еда.

– Кажется, тебе теперь стоит отплатить мне, – спокойно сказал он, выбрасывая упаковку в мусор.

Я чуть не подавилась последним кусочком.

– Массаж ног тебе сделать?

Он засмеялся, откинув голову назад.

– Можно и его… но вообще-то я хотел предложить посмотреть что-нибудь.

– Тебе не пора домой?, – прищурилась я, – Ты же после тренировки. Наверняка устал. И время уже позднее…

Он замолчал всего на секунду, и этой секунды хватило, чтобы я почувствовала себя какой-то… стервой. Хотя, если быть честной, часть меня это даже забавляло.

Он снова посмотрел на меня – внимательно, чуть в упор, так что у меня кольнуло в груди.

– Устал. Но не настолько, чтобы уходить.

Я вздохнула, глядя в сторону, будто меня жутко занимал рисунок на обоях. Я не хотела, чтобы он оставался. Не хотела, чтобы мы проводили вместе время. Не хотела, чтобы у нас было что-то «больше».

Внутри же все плавилось от ощущения, что я сама только что пригласила его остаться.

## Глава 8. Майкл.

Почему-то именно этим вечером я не мог проигнорировать тот факт, что как бы я ни хотел, Мэлон имела какой-то вес в моей жизни. Хотя мы даже не были друзьями. Скорее… двумя половыми актами, да и то не больше. Но сегодня я хотел увидеть ее.

После тренировки я попрощался с парнями, заехал в одну из лучших бургерных рядом с кампусом и сразу направился к ней, даже не зная, дома она или нет.

Повезло.

Она была дома и выглядела… восхитительно: пижама, пушистые тапочки, волосы слегка растрепаны – и в этом всем была какая-то магия, которая была доступна только ей.

Как бы я ни хотел оставить ее в покое, сегодня явно был не тот день. После того как мы быстро расправились с едой, я уговорил ее на фильм – на этот раз выбирал я. Слава богу. Все мы помним, какой фильм она выбрала в прошлый раз.

– Только не этот, – недовольно сказала Мэлон, когда я показал один из ужастиков.

– Это почему?

– Потому что мы его смотрели с Джорданом. И он ужасный. Точно не его.

Хм… задача посложнее, подумал я, забыв, что они с Джорданом проводили кучу времени вместе.

– Ладно, тогда смотрим классику.

– Какую?

– Заклятие, первая часть. И это даже не обсуждается.

Она что-то хотела возразить, но не стала. Просто подвинулась, освобождая место рядом.

– Милые тапочки, – подметил я с улыбкой.

Мэлон метнула в мою сторону взгляд, от которого любой бы сгорел на месте, но промолчала. Каким-то образом именно у нее получалось выводить меня. Только у нее. Обычно мне было плевать на чужие шутки и сарказм. Но эта девушка была мне достойным соперником. И мне это чертовски нравилось.

Минут через двадцать фильма я заметил, как ее глаза начали закрываться. Она боролась с собой, но сон все равно брал верх. Я не стал ей ничего говорить – просто продолжил смотреть на экран, пока ее голова плавно не скользнула на мое плечо.

Я мог бы прямо сейчас встать и уйти… но даже не собирался. Почему? Я не знал.

Я чуть повернул голову и посмотрел на ее лицо. Спокойное, мирное. Белоснежные локоны спадали на плечи, кое-где ложились на щеки. Длинные ресницы слегка подрагивали, будто она видела что-то во сне.

Я сидел неподвижно, стараясь даже не дышать громко, чтобы не разбудить ее. Но внутри меня все клокотало.

Какого черта? Мы ведь даже не друзья. Всего пара случайных ночей – и все. Так должно было остаться. Без лишних мыслей в моей голове. Без странных чувств.

Но вот она спит на моем плече, и я не могу отвести взгляд. Не могу заставить себя встать и уйти. Также, как и не смог сегодня проигнорировать факт ее существования.

Ее дыхание легкое, теплое, пряди волос щекочут мою шею, и в груди становится тесно.

Я не хочу признавать, что будет кто-то, кто сможет для меня значит чуть больше, чем все остальные. Никогда этого не хотел.

Я ведь всегда знал, как держать дистанцию. Как не позволять никому подобраться ближе. Но Мэлон – будто исключение из всех моих правил.

Резкий звонок телефона разорвал тишину комнаты. Если это вообще можно было назвать тишиной – до этого слышно было только приглушенное бормотание фильма.

Мэлон дернулась, резко подняв голову с моего плеча. В ее взгляде сквозила растерянность – будто она не сразу поняла, где находится.

Я потянулся к тумбочке, схватил телефон и уже собирался ответить… но, увидев имя на дисплее, замер. “Мама”. Снова.

На секунду в груди все сжалось. Я тут же сбросил звонок и выключил звук, бросив телефон обратно.

– Все нормально?, – спросила Мэлон тихо, еще не до конца проснувшись голосом.

Я сжал челюсть, стараясь не показывать то, что происходило внутри.

– Все нормально, – отрезал я слишком быстро.

– Боже, я заснула?, – пробормотала Мэлон тихо, поправляя волосы и все еще щурясь от света экрана.

– Минут на тридцать, не больше, – ухмыльнулся я, – Но слюней успела оставить прилично.

Она тут же закатила глаза и стукнула меня кулаком в плечо.

– Ты придумываешь.

– Конечно, – наклонился я ближе, будто делился секретом, – Но я мог бы это доказать.

– Интересно, и каким это образом ты мог бы это доказать?, – фыркнула она, прищурившись.

Я чуть оттянул край своей толстовки и поднес к ее глазам.

– Видишь? Твои слюни испортили мне всю кофту.

Мэлон закатила глаза, но уголки ее губ предательски дрогнули.

– Ты иногда такой придурок. Хотя нет… стой. Ты всегда такой придурок. Но иногда – просто ужасно невыносим.

– Спасибо за комплимент, дорогая, – усмехнулся я, нарочито пафосно, будто мы разыгрывали сцену из дешевой комедии.

Она не выдержала и рассмеялась.

– Итак, – протянула она, разворачиваясь к ноутбуку, – На чем мы остановились?

Я изобразил, будто всерьез задумался.

– Хм… на том, как они пытаются изгнать демона. Прямо как ты сейчас.

Мэлон резко повернула голову и уставилась на меня так, будто я только что оскорбил святое. Через секунду ее ладонь шлепнула по моей руке.

– Ты и правда придурок. Как на тебя вообще девушки западают?

– Просто есть вещи, в которых я хорош, – пожал я плечами, еле сдерживая улыбку.

– Фу, даже не начинай…

– В смысле? А ты о чем подумала?, – сделал я вид, что искренне не понимаю.

Я видел, как она раздражается, и чертовски наслаждался этим. В следующий раз, когда ее ладонь снова полетела в мою сторону, я перехватил ее на полпути.

Наши пальцы сцепились на секунду, и я задержал ее руку в воздухе.

– Распускать руки нехорошо, Мэлон, – сказал я тише, чем хотел.

– К тебе это тоже относится, дорогой…, – парировала она, и в ее голосе слышалось больше, чем просто шутка.

Я рассмеялся и отпустил ее руку.

– Так, поворачивай свое прекрасное лицо к ноутбуку, и мы продолжим смотреть фильм. Мне вообще-то еще домой возвращаться сегодня. И желательно без побоев.

Мэлон ничего не ответила. Просто слегка закусила губу, будто сдерживала комментарий, и повернулась к экрану. Свет от ноутбука снова лег на ее лицо, и я поймал себя на том, что смотрю не фильм, а на ее профиль.

Она сделала вид, что полностью погрузилась в сюжет. Но я видел, как чуть дрогнули ее ресницы, когда я все еще не отводил взгляда.

Когда фильм закончился, я спокойно поднялся с кровати и подошел к своему рюкзаку. Мэлон тоже встала, плотнее запахнув халат на плечах.

– Еще раз спасибо, – сказала она, глядя прямо на меня.

– Не за что, Мэлон. И тебе спасибо.

– За что?, – приподняла она бровь.

Я слегка ухмыльнулся.

– За компанию… слюни и побои.

Она театрально захлопала ресницами.

– Что бы ты без меня делал.

Мы вышли в коридор. Я остановился у двери, повернувшись к ней на прощание.

– До скорого, – произнес я.

– До скорого, – ответила Мэлон. В ее голосе звучала усталость, но глаза почему-то задержались на мне дольше, чем обычно.

Я наклонился и коснулся ее щеки легким поцелуем. Робким. Настолько, что сам удивился себе. В тот же миг почувствовал, как ее тело напряглось.

– Это не свидание, – шутливо пробормотала она, – Можно и без поцелуев.

– Верно.

Развернулся и пошел по коридору к выходу. Часы уже показывали начало двенадцатого, когда я завел машину и бросил рюкзак на соседнее сиденье. Включив звук на телефоне, я увидел семь пропущенных звонков от мамы и два от Дилана.

Быстро набрал Дилана, и через мгновение услышал его голос на другом конце:

– И чем это ты был занят?

– А тебя это не касается, дружище, – парировал я.

– Ладно, – ответил он с усмешкой, – Завтра тренировка в девять утра вместо двенадцати, так что не опаздывай.

– Как будто я когда-либо опаздывал.

– Не было такого, – усмехнулся Дилан, – Но это не значит, что я не должен предупредить тебя.

– Я понял.

– Так откуда ты едешь?

– Дилан…, – начал я, – Не твое дело.

В трубке раздался его смех, легкий и громкий, такой, что невольно улыбнулся в ответ.

– Понял, ладно, увидимся завтра.

– До завтра.

Я сбросил звонок и положил телефон на приборную панель. С минуту сидел, глядя на улицу сквозь стекло, ощущая, как ночь медленно растворяется в огнях фонарей.

Завел двигатель и плавно выехал с парковки. Дорога к вартире казалась длиннее обычного – мысли все еще цеплялись за этот вечер. За то, как она уснула у меня на плече, за ее взгляд, когда она провожала меня.

Это был первый раз, когда я проводил вечер иначе. Обычно у меня было три варианта:

Первый – тусоваться с друзьями где-то в баре, пить, смеяться, притворяться, что жизнь идет по плану.

Второй – ночь в постели с девушкой, которая после всего обязательно уйдет. Я не принимал мысли о том, что мог бы проснуться рядом с кем-то.

Третий – дома, в одиночестве. Тишина, тёмная комната, музыка на минимуме, мысли только мои. И, честно говоря, это был один из моих любимых вариантов.

Но сегодня все было иначе.

Я ехал домой и понимал, что нарушил одно из своих правил. Никогда раньше кто-то не задерживался рядом со мной так… естественно, спокойно, почти бесшумно. Никто не оставался после того, как я думал, что это просто ночь, просто секс, просто пустота.

Зайдя в квартиру, я сразу направился в душ. Несмотря на то, что после каждой тренировки я принимал его почти автоматически, сейчас ощущал, что вода нужна мне не только для тела, но и для разрядки напряжения.

Сняв с себя одежду, я шагнул под горячие струи. Они слегка обжигали кожу и заставляли каждый мускул расслабляться. Закрыв глаза, я позволил воде смыть остатки усталости.

Но мысли никак не отпускали Мэлон. Вспомнилась та ночь, когда она была рядом, когда она была сверху. Я не понимал, почему этот секс был для меня чем-то запретным – словно сладкий плод, к которому нельзя прикасаться.

Только от одной мысли о ней мой член уже стоял по стойке смирно. И так каждый раз.

Обхватив ладонью себя, я начал двигаться, не в силах выгнать ее образ из своей головы.

Перед глазами мелькали разные образы: ее губы, ее язык, то, как она насаживалась на меня, будто каждый раз снова лишала контроля. Это было не просто хорошо. Это было слишком хорошо. Я не был уверен, что когда-либо с кем-то из девушек переживал что-то похожее. Это всегда был секс на одну ночь, который интересовал как и их, так и меня.

Горячая вода смешивалась с жаром внутри, и на какое-то время мне удалось выдохнуть – тело расслабилось, а мысли стали тише.

Выйдя из душа, я накинул боксеры и направился в сторону кровати. Часы показывали уже двенадцать. Это означало, что оставалось всего шесть с половиной часов сна – перед тренировкой, которую тренер назначил на девять.

До последнего матча оставалось всего два дня. У всей команды нервы были натянуты, как струны. И будто этого мало – нас еще поджимали зачеты. Впрочем, в этом не было ничего удивительного: мы поступили не только ради регби. В конце концов, диплом никто за красивые глаза не выдаст.

***

Следующее утро началось плавно: кофе, пара отжиманий, короткий звонок отцу и тренировка, на которую я, как обычно, приехал раньше времени. На табло еще оставалось двадцать пять минут.

Выйдя из машины, я облокотился на дверь и достал сигарету. Студенты спешили на пары, кто-то торопился, сбивая дыхание, кто-то зевал, таща за собой рюкзак. И вдруг взгляд зацепился за знакомую фигуру.

Мэлон шла спокойно по аллее – той самой, по которой всегда выбирала дорогу в хорошую погоду. Откуда я это знал? Лучше не спрашивать.

Сегодня она была не одна. Рядом с ней шагал какой-то парень, оживленно что-то рассказывая, будто каждое слово должно было ее впечатлить. Она улыбалась. Слишком мило. Иногда поворачивая голову в его сторону.

Я сделал затяжку и выдохнул медленно, наблюдая, как дым растворяется в воздухе.

Они прошли мимо фонтана, тихо смеясь, и скрылись за деревьями, растворяясь среди зелени и шума студентов. Я стоял, втянув сигарету, и наблюдал, как их силуэты растворяются в утреннем свете.

В груди что-то подергивалось – странное, непривычное ощущение.

Я затянулся дымом и выдохнул медленно, пытаясь прогнать этот странный дискомфорт.

– Ну что, ты готов к последнему матчу?, – спросил чей-то голос сзади.

Повернув голову, я увидел Тимоти, одного из лучших нападающих нашей команды.

– Что-то вроде того, – спокойно ответил я.

– ”Что-то вроде того”, – переспросил он, ухмыляясь, – Звучит, как будто ты собираешься выйти на поле в пижаме и с сигаретой в зубах.

Я фыркнул.

– Думаю, судья такое не оценит.

– Это точно, – засмеялся он и направился к раздевалке.

Я посмотрел на часы на руке, сделал последнюю затяжку и шагнул внутрь. Сегодня была одна из важнейших тренировок сезона, и выкладываться нужно было на максимум. Иначе Дилан устроит истерику. Поверьте мне, именно так оно и будет.

В прошлом году, когда мы только поступили и Дилан стал капитаном, он всех изводил своими правилами: проигрывать нельзя. Никогда. И когда однажды мы сыграли вничью, раздевалка превратилась в настоящий хаос – крики, топот, парни до сих пор иногда вспоминают этот день с улыбкой… и легким ужасом.

Но нужно отдать ему должное – Дилан был отличным капитаном. За два последних сезона мы не проиграли ни одной игры. Ну, кроме той ничьи, которую он до сих не может пережить.

Переодевшись, я достал телефон и собирался положить его в шкафчик, когда он завибрировал. На экране мигало новое сообщение:

“Удачной тренировки."

## Глава 9. Мэлон.

Если бы можно было обозначить мое настроение цветом, то это был бы графитовый. Не черный – слишком мрачный. Не серый – слишком простой. А именно графитовый – холодный, плотный, чуть блестящий в свете утреннего солнца, как будто пытающийся казаться чем-то живым.

Сегодня вечером – последняя игра этого учебного года. Завтра – последний экзамен и вечеринка в доме братства. А послезавтра… я уже улетаю домой. О чем я, кстати, еще не сказала ни Софи, ни Джордану.

В десять утра самолет до Сиэтла. Водитель встретит у выхода, отвезет домой. Душ. Наряд. Улыбка. Идеальная картинка. Как всегда. Ровно та, которую так ждали родители.

Я провела рукой по волосам, глядя в окно. На улице было слишком солнечно, будто день специально издевается, показывая, что жизнь идет дальше, даже если внутри все будто застыло между “хочу” и “должна”.

Отвернувшись от окна, я прошлась взглядом по комнате, которая за этот год стала мне такой родной.

Моя кровать стояла идеально заправленная – с парой мягких подушек и пледом, который мы с Софи купили осенью, перед первой поездкой в загородный дом.

У стены – стол, заваленный листами с конспектами и книгами, которыми я пользовалась, готовясь к сессии. Рядом – шкаф, доверху заполненный одеждой, которую завтра вечером придется аккуратно сложить в чемодан.

Я снова вздохнула.

Несмотря на то, что Софи уехала к Дилану пару месяцев назад, мне так и не подселили новую соседку – что, честно говоря, было удивительно. Но я была этому только рада. Мне нравилось быть одной.

Особенно сейчас.

Особенно зная, что в любой момент я могла встретиться с Софи в нашем любимом кафе недалеко от кампуса.

Я подошла к зеркалу, стоявшему рядом с дверью, и задержала взгляд на своем отражении. Белоснежные, длинные волосы мягко спадали на плечи, пряди цеплялись за кардиган. Серые глаза – холодные, но уставшие – смотрели на меня из зеркала с легкой тоской. В отражении я видела девушку, которая будто пыталась казаться собранной, но в ней все кричало о том, как сильно она устала держать лицо.

Или мне так казалось.

Я собрала волосы в небрежный хвост и чуть усмехнулась.

– Ну, по крайней мере, выглядишь как человек, – пробормотала я.

Взяв сумку с кровати, я вышла из комнаты, тихо притворив за собой дверь.

Коридор был почти пуст: кто-то уже уехал домой, кто-то допивал кофе перед последними парами. На секунду стало странно – как будто все вокруг уже началось без меня, а я только догоняю.

Мы договорились с Райаном и Софи встретиться около аудитории, но сначала мне нужен был кофе. Очень.

Без него я, пожалуй, даже не смогла бы изобразить ту “собранную версию себя”, которой сегодня предстояло быть.

Спускаясь по лестнице вниз, я кивнула паре знакомых студентов – соседей по этажу. Они улыбнулись, переговариваясь о чем-то своем, легком, неважном. И в этот момент я вдруг почувствовала, как сильно буду скучать по этой повседневности этим летом – по запаху дешевого кофе в коридоре, по скрипу старых ступеней, по ощущению, что все еще впереди.

Дверь общежития мягко хлопнула за моей спиной, и я вышла наружу. Весенний, почти летний воздух обжег кожу теплом. Вдох – и легкие заполнил запах сирени, свежескошенной травы и утреннего солнца. Мир будто был слишком ярким, слишком живым для того, чтобы уезжать.

Я прищурилась от света, поправила лямку сумки на плече и направилась в сторону кофейни.

Сегодня все казалось немного замедленным, будто кто-то снял фильм о последнем дне перед чем-то важным – и я была в главной роли.

Дойдя до кофейни, я сразу заметила знакомую шевелюру – Джордан стоял в кругу парней из команды, громко смеялся и жестикулировал так, будто рассказывал очередную нелепую историю.

Подойдя сзади, я легонько потрепала его по волосам.

– Мэлон!, – радостно воскликнул он, оборачиваясь и тут же заключая меня в объятья, – Последняя пара?

– Именно, – улыбнулась я, – А у тебя – последняя игра?

– Точно, – он все еще держал руку на моем плече, – Ты ведь придешь сегодня? И не забыла про завтрашнюю вечеринку?

– Да и да, – ответила я, чувствуя, как уголки губ сами собой поднимаются, – Обещаю, что приду. Нам же нужно отпраздновать конец учебного года, верно?

– Верно, – он чуть сузил глаза, вглядываясь в меня, – У тебя все хорошо?

Я на секунду замерла, не зная, что ответить.

– Да… просто, – выдохнула я, – Есть кое-что, о чем нужно поговорить. С тобой и с Софи.

Он молчал, ожидая продолжения.

– Я не поеду с вами сразу. Постараюсь приехать попозже.

– Почему?

Я опустила взгляд на свой стакан с кофе, крутя крышку между пальцами.

– Мне нужно улететь домой. Благотворительный ужин. Важный, – тихо сказала я, – Не то чтобы я хотела… но выбора у меня нет.

На секунду между нами повисла тишина. Шум кофейни, смех студентов, звон ложек о керамику – все звучало как-то глуше, будто мы стояли внутри стеклянного купола.

– Сиэтл?, – наконец спросил он.

Я кивнула.

Джордан лишь коротко кивнул в ответ, будто знал больше, чем я сказала.

– Тогда встретимся сегодня вечером. Ладно?

– Ладно, – выдавила я, стараясь улыбнуться.

Я сделала глоток кофе, позволив горечи разлиться по языку и направилась к кампусу.