Висельник

Глава 1

Весна в тот год пришла позже обычного и словно бы пыталась наверстать упущенное. Дул тёплый ветерок, успешно развеивавший все воспоминания о долгой зиме. Я стоял на перроне и рассматривал бескрайние зеленеющие поля. Раньше мне доводилось бывать в этих местах лишь проездом и всегда в конце лета, когда палящее солнце уже успевало выжечь все краски из уставшей природы. Теперь же Кантария выглядела райским уголком с её цветущими садами и ровными рядами виноградников на пологих склонах пограничных гор. Вдали виднелись белоснежные башни королевского замка с развевающимися сине-золотыми флагами.

По платформе бежал невысокий пухлый человек, придерживающий шляпу на макушке. Лоренц опаздывал, впрочем, в этом не было ничего удивительного.

–Алекс, дружище, рад тебя видеть, – начал Лоренц за несколько метров от меня, с другом пытаясь восстановить дыхание. – Опять опаздываешь, да? Ну, ничего, сейчас быстро домчимся до плаза.

Последнее слово он произнёс как «пласа» – сказывалось долгое пребывание в Кантарии. Я лишь тяжело вздохнул и слегка покачал головой. С противоположной стороны перрона и правда стояла его машина с личным водителем и гербом на дверях. Полгода назад ему пожаловали титул графа и он не упустил возможности напомнить мне об этом, как бы невзначай проведя рукой по гербу.

Мы неслись по грунтовой дороге мимо крестьян, возвращавшихся с полей, и всадников на лошадях, стремившихся успеть в город до закрытия ворот. А я смотрел на них невидящим взором и всё думал, как Лоренцу удалось уговорить меня приехать в Кантарию. Ещё каких-нибудь пару лет назад я бы даже слушать его не стал и, в лучшем случае, просто бы положил трубку. Но вот он я, еду в его машине навстречу королевскому замку…

В какой-то момент я смирился и перестал обманывать себя – я давно хотел посмотреть на дворец изнутри, как гость. Мы въехали в город через главные ворота, украшенные королевским гербом. Дома на окраине были простыми бетонными многоэтажками с серыми стенами и пыльными окнами. Но чем ближе мы подъезжали к замку на холме, тем ниже и старше становились здания. Когда мы прибыли к историческому центру, поблизости не осталось ни одного современного строения. Повсюду висели стандартные транспаранты, восславляющие короля, его действия и политику.

Плаза расположилась на одной из внешних площадок замка. Недавно, каких-то лет двести назад, к ней пристроили отдельную лестницу с вензелями и мраморными перилами. Большая площадь с выложенным плиткой полом была украшена в честь грядущего события – торжественного вступления в должность нового смотрителя замка. Должность фиктивная, от смотрителя требовалось оставаться в живых и открывать двери дворца раз в год, но вот торжество было вполне настоящим. Для подготовки оставался всего один вечер, так что по плаза бегало около сотни людей, старательно возводя сцену для речи смотрителя, украшая перила или полируя пол.

–Фердинанд! Иди же сюда, – громогласно позвал Лоренц шкафоподобного дворецкого, когда мы наконец поднялись наверх. – Позволь тебя познакомить, это Алекс Торвальдс, сделает несколько фото для своей газеты. Если его снимки вас заинтересуют…

–Благодарю, Лоренц, я думаю, мы сумеем договориться с мистером Торвальдсом, если возникнет такая необходимость, – голос у дворецкого был глубоким и спокойным, а речь хорошо поставленной. – Так значит, вы маг?

Я слегка опешил от такой резкой смены темы, но постарался сохранить лицо. Разведя руками, я признался:

–Да, я дипломированный маг. Я в курсе ваших законов и обязуюсь не оказывать магических услуг гражданам королевства.

–Если на то не будет королевского указа, – тут же уточнил Лоренц.

–Очень хорошо, мистер Торвальдс, я рад, что мы прояснили этот момент, – кивнул Фердинанд и, поклонившись, развернулся на каблуках и вернулся к сцене.

Вокруг небольшого подиума суетились слуги и наёмные рабочие, расставляя столы и осторожно прокладывая провода для динамиков и микрофонов. По верхней балюстраде два отважных работника, используя ненадёжную конструкцию из стола, двух стульев и крепкой брани, развешивали разноцветные стеклянные шарики.

Я как раз отснял процесс подготовки, когда Лоренц решил познакомить меня с какими-то людьми. Кажется, уже сотыми по счёту. Он распылялся перед немолодой парой, стоявшей передо мной, а я смотрел на здание музея, находившегося позади них, через дорогу от плазы. На балконе шумела группа туристов, размахивая маленькими сувенирными флажками. Я направил на них объектив и, едва успев навести фокус, увидел в видоискателе серьёзного мужчину в форме со значком на пиджаке в виде приготовившегося к прыжку тигра – гербом какого-то высокородного графа. На плече он нёс безжизненное тело немолодой женщины, а за ним лёгкой походкой шла девушка в невероятно дорогом чёрном платье с переливами. Я рефлекторно щёлкнул затвором, заворожено следя за происходящим. Перемотав плёнку, я снова посмотрел на них поверх фотоаппарата. Мужчина спокойно, словно делает это каждый день, перекинул свою ношу через перила и вернулся обратно в здание, даже не посмотрев вниз. Девушка не приближалась к краю, стоя чуть поодаль. Кивнув, она проследовала за своим спутником.

Растерявшись, я оцепенел, не в силах нажать на кнопку спуска затвора. Кто-то кричал, в музее начиналась паника. Придя в себя, я сфотографировал тело, лежащее на мощёной булыжниками дороге. Липкая лужа тошнотворно расползалась возле головы несчастного. Я отвёл взгляд и убрал фотоаппарат. Убийства не были моей специализацией и меня едва не вывернуло наизнанку. Пока происходящее не захватило плазу, я осторожно взял Лоренца за локоть и попросил отвезти меня в мой номер…

Меня разместили в небольшом отеле недалеко от окраины города. Хозяевами были скрытные и молчаливые люди, которые, в прочем, без труда выполняли любые просьбы и капризы. После заселения мне пришлось просить их найти для меня проявочные фотохимикаты – я не рассчитывал при сборах, что мне придётся печатать фотографии на месте. Обычно этим занимались в редакции.

Утром я первым делом проявил плёнку, получив от лакея недостающие компоненты. Я бы не решился воспользоваться магией, поскольку в королевстве могли запросто лишить головы, если бы кому-то показалось, что я колдую против короля. Впрочем, королю и всем приближённым так же запрещалось держать при себе волшебника или пользоваться даже бытовой магией. Получив искомый снимок подходящего качества с девушкой в чёрном платье, я отправился в полицейский участок.

Старинное здание из кирпича в четыре этажа стояло немного поодаль от остальных строений, огородившись от них раскидистыми акациями и небольшой аллеей с выставкой работ бывших заключённых. Я вошёл в тяжёлую дубовую дверь между массивными колоннами из мрамора и попал в прохладное помещение приёмной. Небольшой зал с двумя скамьями и четыре зарешеченных окошка с номерами. Я выбрал первое и вкратце рассказал, зачем пришёл, мысленно проклиная себя последними словами.

К моему удивлению, меня внимательно выслушали и отвели вглубь участка. Большой зал был поделён невысокими деревянными ширмами, за которыми скрывались аскетичные рабочие места следователей. Секретарь представила меня сотруднику, занимавшемуся расследованием. Им оказался молодой инспектор с уставшим лицом, но бодрым голосом, которому я ещё раз повторил свои показания под запись. От него в числе прочего я узнал, что погибшую звали госпожа Фенри, она была смотрительницей музея, и дело планировалось отправить на закрытие, поскольку больше никто ничего не видел, а все детали указывают на самоубийство.

Увидев фотографию, он выпучил глаза, вырвал фото и трясущимися руками запихнул его мне в карман рубашки. Он спрятался за невысокую перегородку, отгораживавшую его рабочее место в общей зоне, и испуганно попросил меня больше ему эту фотографию никогда не показывать и никому не говорить, что он на неё смотрел.

«Отлично, меня хотят заставить закрыть глаза на увиденное, чтобы не получить ещё одно нераскрытое дело», грустно подумал я. «Добро пожаловать в свободное королевство!».

Но оказалось, что я глубоко ошибался. Инспектор ещё раз удостоверился, что никто не заметил произошедшего, и отвёл меня к шефу полиции, мадам Эдит Томази. Сбивчиво передав ей суть нашего разговора, он поспешил удалиться к себе за ширму.

Мадам Томази оказалась крепкой женщиной предпенсионного возраста с острым лицом, тонкими губами и мышиного цвета волосами. Она занимала отдельный кабинет на третьем этаже, обставленный не сильно лучше, чем камеры узников в Лирской тюрьме. Деревянный стул, простой рабочий стол с аккуратно сложенными стопками бумаг, пара справочников и ещё один стул для посетителей. На стене напротив входа висел королевский герб и чуть пониже ещё один, поменьше – полицейский.

–Не обижайтесь на Томаса, он просто испугался. Когда подозреваемым оказывается кто-то из высшего сословия простым полицейским нельзя продолжать вести дело. Скажите, вы знаете, кто на фото?

Её голос был сухим, как летний ветер, но в нём чувствовалась жёсткость человека с большим стажем в полиции. Я пожал плечами.

–Я в городе всего один день, мадам. К сожалению, я не знаю почти никого.

Шеф тяжело вздохнула и провела рукой по собранным в хвост волосам.

–Это Луиза Витальди со своим охранником, Германом Шварцем. Улика сомнительная и несомненно не подойдёт для обвинения высокородных господ, однако может пригодиться в другом деле. Вы в курсе, что произошло в музее вчера вечером, кроме, как мы теперь знаем, убийства смотрительницы?

–Да, об этом я читал в утренней газете. Похищен королевский артефакт, кажется, изумрудная капля. Простите, но я пока не очень понимаю, как в этом может помочь моё фото.

Томази кивнула и, сложив пальцы домиком, прищурила глаза.

–А вы ведь не фотограф, мистер Торвальдс, верно?

–Вы почти правы, мадам.

«Чёрт, это же шеф полиции. Не стоит играть с ней».

Я сглотнул и продолжил:

–Фотограф я только во время крайней нужды в деньгах, в остальное время я занимаюсь частным сыском. Изменяющие жёны, колдующие повара, сбежавшие кошки…

–Что ж, частный сыск не популярен в нашем королевстве. Однако, если у вас появится ещё какая-нибудь информация, будем рады любой помощи.

«Ясно, встреча закончена. Что ж, придётся ей потерпеть меня ещё пару минут».

–А подскажите, как мне встретиться с этими Витальди?

Эдит покачала головой, и поджала губы, превратив их в две тонкие линии.

–Прошу вас быть осторожнее в выражениях, господин Торвальдс. Его сиятельство Пфальцграф Витальди будет лично на сегодняшнем балу во дворце. Но вряд ли он согласится с вами говорить без особой на то причины.

«Пфальцграф, высокий титул. Если мне не изменяет память, это представитель короля в герцогствах, вроде нашего посла. Во что я снова ввязываюсь?».

–Благодарю вас за информацию. Постараюсь не остаться в долгу.

Отвесив поклон или что-то похожее на него, я поспешил удалиться. К вечернему балу мне нужен был костюм и приглашение. Здорово, что обе эти проблемы решались при помощи одного Лоренца.

–Нет, нет и ещё раз нет! Ни при каких обстоятельствах я не могу взять тебя с собой на бал!

Лоренц метался по моему маленькому номеру и разгорячённо махал руками, как настоящий житель Кантарии. Я молча следил за ним, раскладывая реактивы в дорожном наборе.

–Ты что, не понимаешь, что у меня есть сотня, нет, даже две сотни людей, которые будут готовы на любую, слышишь, любую услугу, лишь бы я взял их с собой.

–Но позвал снимать церемонию ты именно меня.

–Это была дань памяти нашей старой дружбе! И вот теперь ты злоупотребляешь моим благородством, хочешь, чтобы я взял тебя в замок. О, боги, мой друг оказался нахлебником!

–Значит, мне исключить из статьи часть про великолепного герольда, организовавшего такое чудесное торжество?

–А что, там уже есть такая? – тут же отреагировал Лоренц.

Я пожал плечами и снова принялся за раскладывание вещей. Лоренц постучал пальцами по лакированной поверхности старого комода и, смахнув пыль, хлопнул по нему ладонью.

–Решено, мы идём на бал!

Церемонию вступления в должность смотрителя я снимал до самого конца. День выдался по-летнему жарким и безветренным. Камера нагревалась, пот тёк с меня ручьём, и к вечеру рубашку можно было хоть отжимать. Мытьё и переодевание в парадную одежду заняло больше времени, чем я планировал, поэтому мы прибыли на бал с большим опозданием. Лоренц вызвался сам вести машину, что только увеличило задержку.

К моему сожалению, бал проводился не в самом дворце, как я надеялся, а в летней резиденции, часто используемой для подобных приёмов. Она была построена примерно в одно время с дворцом, но в архитектурном плане выглядела гораздо более сдержанно. Основной упор делался на обширные парковые территории с редкими видами растений и внутреннее убранство помещений.

Некоторые гости ещё гуляли по длинной аллее с рядами скульптур и фонтаном с фигурой дракона посередине. Из его пасти била мощная струя воды, а глаза горели, словно бы в них пылал огонь. Мы прошли мимо шатров с развлечениями, периодически останавливаясь, чтобы Лоренц в очередной раз меня представил, и вошли в резиденцию. К тому времени я уже давно оставил попытки запомнить хоть кого-то.

Зал был выше всяческих похвал: массивные люстры с комбинированным освещением, мраморные колонны, витражные стёкла и мастерская мозаика на полу. По периметру стояли столы с закусками, в центре в вальсе кружились пары. Вокруг колонн толпились группки людей, обсуждавших прошедшее мероприятие. В дальнем конце зала пустовало два трона – король был в отъезде уже месяц, но никого это словно не волновало. По левую руку от отсутствующего короля расположились ложи для приближённых. Красные бархатные диваны с балдахином из тончайшего шёлка, скрывали людей, словно туман. Я даже ненадолго засомневался, не обошлось ли тут без магии.

В одной из лож, как утверждал Лоренц, находился Витальди. Зрение мага подсказало мне, в какой именно. К счастью, такое волшебство обнаружить непросто даже опытному магу. Заодно я убедился, что никакой магической защиты на ложах нет. Оставив Лоренца на попечении престарелой баронессе, я подошёл к охраняемой ложе у самого престола.

–Его светлость не желает никого видеть, – отрезал низкий, как его интеллект, голос охранника. К сожалению, не того же, что на фотографии.

–Да мне назначено, ты спроси.

–Его. Светлость. Не. Желает. Никого. Видеть.

Мне показалось, что он даже увеличивался в размерах, отчеканивая эту фразу. Отвесив ему шутовской поклон, я вернулся к Лоренцу. Вечер обещал снова превратиться в скучную церемонию представления меня всем высокородным знакомым Лоренца, перемежаемую моими неуклюжими попытками танцевать вальс, но Лоренц вдруг заметил, как из ближней к трону ложи выходит Рóман, сын короля. Крепкий, широкоплечий, статный, с царской осанкой и квадратным подбородком. По его виду сразу было понятно, что перед вами настоящий принц.

–В последнем нападении на королевство он руководил оборонительной армией и блестяще показал себя, – громким шёпотом восхищённо вещал Лоренц. – Я слышал, что на землях, принадлежащих ему, всегда царит порядок и процветание.

Про Романа я знал достаточно и без Лоренца, поскольку слава о его военных победах распространилась далеко за пределами королевства. Я откровенно восхищался им, однако я знал и о его главной слабости – чрезмерной прямолинейности. Слишком плохая черта для правителя.

Вслед за ним, окинув высокомерным взглядом зал, вышла девушка в пышном платье с диадемой на голове. Сложная высокая причёска, синее бальное платье с золотой вышивкой, колье на шее с огромным драгоценным камнем. Поверх чёрного веера смотрели густо подведённые изумрудные глаза. Неподалёку, безуспешно стараясь казаться незаметными, сновали хмурые телохранители с королевскими знаками на лацканах фрака.

–А это принцесса Агнесса, старшая королевская дочь, – голос Лоренца слегка дрогнул, скрывая не то презрение, не то следы давнего оскорбления. – Заносчивая, язвительная и избалованная. Зато, если верить слухам, хитрая. В общем, идеальная королева.

Лоренц вовремя спохватился и прикусил язык. К счастью, музыка играла достаточно громко, чтобы никто не обратил на его реплику внимания.

«Что ж, попробуем другой вариант», в мозгу родилась дерзкая идея, в случае провала неминуемо грозившая виселицей.

Я пригласил скучающую баронессу на танец и, в очередной раз показав себя плохим танцором, рискнул подойти к принцу. Лоренц догадался о моих намерениях и поспешил затеряться в толпе возле закусок. Совершив вежливый поклон и дождавшись, когда закончатся формальности в виде представления и светских разговоров, я попробовал перейти к сути своего визита:

–Ваше Высочество, позвольте сообщить, что у меня есть важные сведения, касающиеся недавних событий.

Бал шёл уже не первый час, и было заметно, что Роман начинает уставать от происходящего. Светские приёмы и длинные пустые разговоры казались ему более утомительными, чем тренировки с мечом.

–Боюсь, вы даже представить себе не можете, сколько важных сведений поступает ко мне в течение дня. С вашего позволения, я бы хотел отдохнуть от них хотя бы сегодня вечером.

«Не заинтересовал. Что ж, выкладываем карты на стол, посмотрим, что будет».

–Ваше Высочество, это сведения о пропаже королевского артефакта, и я хотел бы передать их лично вам как можно скорее, поскольку утром вынужден буду покинуть Кантарию и вернуться домой.

По выражению его лица я не без труда, но всё же заметил признаки интереса и тут же добавил:

–И я готов передать их вам за скромную плату.

–Вы выбрали не самое удачное место для такого разговора. Предлагаю пройти в нашу ложу.

Красные диваны оказались не такими мягкими, как выглядели снаружи. Пол устилал вышитый золотом ковёр с гербом королевства в лапах дракона. Напротив меня на таком же диване сидел принц, нетерпеливо постукивая пальцами по золотому портсигару. К моему разочарованию, принцесса вошла следом за нами и села на резной стул напротив выхода, обитый таким же красным бархатом.

–Вы запросили весьма немаленькую сумму, господин Торвальдс. Похоже, вы действительно считаете свою информацию ценной.

–Так и есть, Ваше Высочество. Если вы посчитаете иначе, я не буду возражать.

–Что ж, если это действительно так, вы получите свои деньги.

Я кивнул и протянул ему фотографию. Королевскому слову можно было верить больше, чем себе. Роман не король, но чести в нём было не меньше. Роман нахмурил брови и передал фото своей сестре.

–Луиза! – воскликнула Агнесса, покрываясь красными пятнами.

Прежде, чем я опомнился, принцесса почти бегом вышла из-под подола и ворвалась в ложу пфальцграфа. Охранник отпрянул от неё, как от прокажённой, лишь в последний момент сообразив учтиво склонить голову ей вслед.

«Похоже, вспыльчивость у них всё же семейная черта».

Рóман тяжело вздохнул и поспешил за ней. Предпочитая не оставаться в королевской ложе без членов королевской семьи, я вышел наружу и, как бы невзначай, проследовал за Романом.

–Похоже, у его светлости только что поменялись планы, – я не удержался и съязвил охраннику пфальцграфа.

Внутри действо было в самом разгаре, пускай обошлось и без криков или таскания за волосы. Агнесса показывала купленное у меня фото пфальцграфу и его дочери, так удачно оказавшейся на балу. Черноволосая, с длинными волосами, украшенными драгоценными камнями. Её платье выглядело даже дороже и сложнее, чем у принцессы. Она, как и её отец, расслабленно и гордо восседала на своём месте, скучающим взглядом рассматривая фотографию. Пфальцграф был несомненно высоким, но слегка худощавым мужчиной преклонного возраста с вытянутым крысиным лицом, острым носом и маленькими очками на его кончике. Седые волосы аккуратно зачёсаны назад и щедро сдобрены гелем для укладки. Внешнего сходства между ним и дочерью не было совсем, но всё же что-то неуловимое подсказывало любому об их родстве.

–Луиза, милая, будь добра, расскажи нам, что ты делала в музее с хранительницей.

Луиза нехотя повела тонкими плечами и флегматично заговорила:

–Мы с Германом прогуливались по городу, мне стало жарко и мы зашли в музей. Там этой старой кляче приспичило упасть в обморок. Герман, как воспитанный мальчик, помог ей выйти на улицу, чтобы подышать. Это и видно на фото. Потом мы оставили её на скамейке, она нас поблагодарила, и мы отправились домой. А что с ней было дальше – меня не касается.

–Похоже, вы забыли сообщить об этом полиции, миледи, – заметил я.

–Вы ещё кто такой? – возмутился пфальцграф.

–Это Алекс Торвальдс, – спокойно ответил Роман, – детектив из Ауберса. Мистер Торвальдс, это пфальцграф Витальди и его дочь, Луиза Витальди. Прошу вас впредь быть более учтивым при общении с ними. Луиза, будьте любезны, ответьте на замечание господина Торвальдса.

Девушка пожала плечами и наигранно вздохнула.

–Я была сама не своя от стресса. Могла забыть о такой мелочи.

–Действительно, не так просто убить человека, пусть и не своими руками, верно? – принцесса буквально кипела от ненависти.

Луиза смутилась и отвела взгляд в пол. Пфальцграф раскрыл глаза и высоко поднял тонкие брови, но голос его оставался спокойным:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.