Тайя Мария
Либерти

Тайя Мария

Либерти

2024

Москва

Пролог

«Начинается посадка на космический шаттл по маршруту Москва (Земля) – Столица (Либерти). Просим пассажиров пройти на посадку».

«Ну, наконец-то, а то я уже начала переживать, что мы никуда не полетим», – подумала Тамара. Рейс задержали на четыре часа. Это путешествие она ждала год! Прошла жёсткий отбор в десятом классе: экзамены по английскому, литературе, математике, физике, физической подготовке, медицинское обследование. Первое место в школе среди девочек по карате. Коричневый пояс. Год бесконечных тестов не только по предметам, но и психологических. Шутка ли лететь на летних каникулах в лагерь на другую планету (!).

Тамара очень устала за этот год, но её мечта полететь на межпланетном шаттле на Либерти должна была вот-вот сбыться. И даже если бы пришлось сидеть и ждать посадки ещё четыре часа, это не испортило бы ей настроения. И да, испортить настроение ей активно пытались её одноклассники: Тимоха, Матвей и Жанна. Дети очень состоятельных родителей, которых взяли в полет не за заслуги в учёбе, а потому что их родители спонсировали поездку. Ну, куда деваться. Блин, они не плохие, но слишком высокого мнения о себе и слишком низкого о Тамаре. Ей приходилось выслушивать бесконечно их насмешки и подколки: «Ой, посмотрите на эту тощую замухрышку! Зубрилка! Ха-ха-ха!» И так далее. Боже мой…

Девушка стойко всё терпела, так как характер у неё был не конфликтный, замкнутый. Терпения было хоть отбавляй. А физически они докапываться боялись. Всё-таки коричневый пояс.

Итак, посадка! Юлия Игоревна (учительница по физике тридцати лет, высокая, с копной рыжих непослушных волос, обаятельная и добрая, что очень ей мешало приводить в чувство тройку богатеньких детей) уже десять раз подряд говорила Тимохе, чтобы он и Жанна прошли к стойке, а те, вальяжно развалившись на диване, целовались взасос. Ох, постыдились бы…

«Ну и хрен с ними. Может, останутся», – подумала Тамара. А нет, ёпрст… оторвались друг от друга и дивана и направились на посадку.

Семь дней полёта, и Тамара увидит Либерти. Желанную планету. Ещё каких-то три года назад она даже и представить не могла, что это возможно. Отправиться в другой мир за мечтой.

Либерти – планета четвёртая от Солнца, между Землёй и Марсом, находящаяся в 15,6 млн километров от Земли, когда Земля находится точно между Либерти и Солнцем. Обнаружили её не так давно. Всего каких-то семьдесят лет назад. Планета оказалась пригодной для жизни с атмосферой, водой и живыми организмами, схожими с проживающими на Земле. Но людей на ней не было.

Обнаружили её случайно, когда отправили экспедицию на Марс. Настолько она была маленькая, что ранее её принимали за небесное тело, схожее с астероидом. Телескопы её не ловили в фокус.

И вот экспедиция Марс-5 обнаружила эту замечательную планету, и казалось бы, о чудо (!), можно начинать экспансию. Но как обычно это бывает, правители стран большой восьмёрки не договорились. Выделять огромный бюджет на строительство кораблей и перевозку людей, техники и материалов никто не хотел. Пока молодой и амбициозный предприниматель строитель Джонатан Джокерс не взял жену, друзей и самых преданных сотрудников, продал весь свой бизнес, сел на космический корабль и отправился на Либерти осваивать новый мир. Все думали, что он со своей кучкой людей погибнет в этом чужом мире. Однако у Джонатана и его жены Джессики все получилось. Они построили своё государство, в котором стали монархами. Родили двух детей: сына Грена и дочь Нейму. Продолжали развивать и осваивать планету, привлекая к себе талантливых и молодых специалистов перспективами, неограниченными возможностями, смелыми идеями, самореализацией. Специалистам давали жилье, достойную зарплату и не ограничивали политическими барьерами. Потому что на Либерти было одно государство. И государство это было Либерти или ещё его называли Свобода.

Детский лагерь, в который отправлялись Тамара и её одноклассники на летние каникулы, – это также проект Джонатана Джокерса поиска талантливых подростков для последующего обучения на Либерти, работы и проживания.

Два с половиной месяца подростки проживали, питались и обучались за счёт Императора. Впоследствии по рекомендациям преподавателей лагеря и, если, конечно, желание учиться и трудиться на благо развития Либерти у подростков оставалось, с ними заключали контракт на обучение с последующим предоставлением жилья и работы.

Ну вы, наверное, подумаете, как всё это скучно, когда тебе семнадцать лет. Кто об этом думает в семнадцать? И да. Действительно. Большинство жаждало приключений, попасть в новый мир, космических полётов.

Тамара не была исключением. Она мечтала учиться на Либерти на лётчика-астронавта, чтобы пилотировать корабли и вступить в ряды армии Либерти. Но истинная причина её невероятного желания попасть на свободную планету была другая. Или, точнее сказать, другой. Хотя, конечно, она пыталась убедить себя в обратном.

Другой – это был Грен Джокерс, как упоминалось выше, сын императора, принц шестнадцати лет. Черноволосый, высокий, с серыми глазами, в которых сверкали искорки самоуверенности, насмешливости и обаяния. При том что, по слухам, он не был папенькиным сынком. Отец его не баловал. Он наравне со всеми ходил в школу и также проходил отбор, чтобы попасть в лагерь для талантливых подростков. Естественно, Грен Джокерс был талантлив и также собирался в военную академию, чтобы стать космическим пилотом.

Конечно, Тамара понимала, что шансы хотя бы познакомиться с Греном были ничтожно малы, а уж подружиться и понравиться ему – вообще ноль. Грен также был известен как похититель девичьих сердец. Стать девушкой принца мечтали многие. Так было во все времена, и здесь Либерти не исключение. Но иметь хотя бы возможность увидеть вживую, учиться вместе, а может, и участвовать в общих проектах, быть полезной ему Тамару вполне устраивало. Поэтому она была бесконечно счастлива, что совсем скоро станет совсем близко к герою своих грёз.

Глава 1

«Откуда ты?» – Грен, улыбаясь ей своей ослепительной улыбкой, протягивал к ней руку и коснулся плеча. А у Тамары как будто ком в горле застрял, и она не могла выговорить ни слова. Только смотрела и смотрела в эти серые глаза. По телу шла волна дрожи и возбуждения от места, где прикоснулась его рука. Тело предательски не слушалось. Язык присох к нёбу. Она просто глупо улыбалась и единственное, что могла произвести: «Я? Я?»

«Да. Откуда ты? Проснись!» – и только тогда Тамара вздрогнула и проснулась. Кто-то тряс её за плечо. Открыв глаза, она вспомнила, что находится в комнате корпуса лагеря, куда их поселили ночью по прилёту. Комната была на трёх девочек. Помимо её и Жанны, третья и была как раз соседка, которая и трясла её за плечо. Девочка помладше Тамары на пару лет. Симпатичная, с тёмными длинными каштановыми волосами, длинными ресницами, с ямочками на щечках и голубыми глазами. В общем, милаха. Стоп! Эту милаху Тамара стопроцентно где-то видела. О, Боже! А сон-то в руку. Не может быть! Это же…

– Ой, я разбудила тебя. Прости. Мне показалось, ты что-то бормотала во сне. Вот я и решила подойти. Так откуда ты и как твоё имя?

– Я… э-э-э… с Земли.

– А-ха-ха! Так это понятно. Ночью же как раз прилетел шаттл с Земли.

– Ой, прости. Спросонья плохо соображаю. Из Москвы. Россия. Надеюсь, мой английский норм. Тамара меня зовут. Мне семнадцать. Десятый класс окончила.

Тамара продолжала таращиться на девочку, боясь спросить, а как же её зовут. Но девочка, видя её растерянность и списав это на долгое путешествие, ночное прибытие, решила взять инициативу и представиться:

– Английский у тебя замечательный. Я – Нейма. Местная. Рада приветствовать тебя на Либерти. Твоя подруга очень громко храпела, – захихикала она, – поэтому я рано проснулась и в итоге разбудила тебя. Прости. Но захотелось как можно быстрее познакомиться с кем-то из вас. А пойдём завтракать? Или будем ждать, когда твоя подруга проснётся?

– Она мне не подруга. Мы просто учимся в одной школе в параллельных классах. Пойдём на завтрак. Я только зубы почищу.

«А может, я всё-таки продолжаю спать? Не бывает так. Не бывает. Чтобы прилететь и попасть жить в одной комнате с сестрой Грена! Ой, мамочки… А может, у нас получится подружиться? Было бы круто. Нет, это невозможно. Я простая русская девчонка с очень заурядной внешностью. Я бы даже сказала, некрасивая. Характер замкнутый. Подруг у меня, можно сказать, нет. И о чём я размечталась?! Подружиться с принцессой. Совсем с ума сошла. Ой, надо быстрее умываться. Где ж эта зубная щетка?»

Девять часов утра. В столовой корпуса было довольно много подростков. Завтрак. Смеялись, гудели, толпились. Гремели тарелки, чашки, звенели ложки и стаканы. Энергия молодости сквозила в воздухе.

Тамара послушно шла за Неймой с подносом и думала, как же ей повезло. Иначе сейчас бы она глупо тыкалась и пыталась разобраться, что, где и как, и стопроцентно нарвалась бы на насмешки и подколки ребят, как обычно и бывало.

Да-а-а завтраки здесь были отменные и необычайно аппетитные: яичница, колбаса, овощи, блины, сырники, круассаны, творожные сырки, кексы, оладьи и много других вкусностей. От запахов в животе урчало. Хотелось всё и сразу. Но надо быть скромнее, подумала Тамара. Иначе, что о ней подумает Нейма? Что она любительница халявы?! Ну и реально надо брать столько, сколько съешь.

Тамара взяла блины, сметану и яйца с овощами, апельсиновый сок.

– Почему так мало? Обед только в час дня. А нам нужно много сил, – улыбаясь, сказала Нейма.

– Достаточно. Я – малоежка, – сказала Тамара и положила ещё сырник.

Вот такой all inclusive. Свободных столов было мало. Но дети на то и дети, ели быстро и весело. Столы освобождались быстро.

Но странно было то, что никто не подскакивал при виде Неймы. Кто-то приветствовал её, кто-то махал рукой, как будто она была обычная девчонка из этого потока.

Да, Тамара знала, что Император не выделял своих детей, а наоборот, старался, чтобы они были максимально близки ко всем остальным. Но до конца в это не верила, так как в России всё веками было устроено по-другому. Не могли дети местных правителей вот так просто сидеть за столиком в общей столовой со всеми детьми без охранников, всеобщей тревожности и лёгкой паники, а тем более жить не в отдельном суперлюкс номере, а ещё и с двумя (!) совершенно незнакомыми девочками с Земли. Это даже немного пугало. Как такое вообще возможно! Но Либерти, на то и Либерти. Император очень любил и уважал людей, которые когда-то помогли построить в этом мире города, которые верили в него. И конечно же, тех, кто хотел быть полезным этой планете.

– Хеллоу, Нейма! Это твоя новая соседка? Познакомишь? – Две девочки примерно Тамариного возраста подсели к ним за стол. Они даже не спросили разрешения. Неслыханная дерзость.

– Лола, Энн, это Тамара. Она из России, Москва. Скорее всего, будет с вами в одной группе на занятиях по физике и математике, ей семнадцать лет.

– Привет, Тамара! Как долетела?

– Привет, Лола, Энн! Хорошо долетела. Посадка была достаточно мягкой. Перегрузки небольшие. Правда, полёт показался долгим.

– А мы, как и Нейма, родились уже на Либерти и пока не были на Земле. Но надеемся, что после школы сможем слетать. Его Величество обещал всем выпускникам, которые закончат максимум с двумя-тремя четвёрками, а остальными пятёрки, путешествие на Землю, в Европу: Лондон, Париж, Рим, а в Италии симпатичные горячие парни. О-о-о! – Лола мечтательно закатила глаза и наигранно застонала.

– Лола, прекрати! А то Тамара подумает, что мы тут все озабоченные, – смеясь, сказала Нейма.

– Да, не-е-е. Девочки везде одинаковые. Мечтают о мальчиках. – Тамара произнесла, и сама не заметила, как покраснела.

– Ну, ну, ну! И о ком мечтаешь ты? – Лола заискрила глазами в сторону Тамары, от чего у той перехватило дух, она побледнела, потом снова покраснела. Ей на миг показалось, что всё уже знают, что она втайне вздыхает по Грену. Какой ужас (!).

– Лола, прекрати! – повысила голос Нейма. – Ну что ты пристала к человеку. Пойдёмте лучше проведём Тамаре экскурсию, пока занятия не начались.

«Нейма, спасибо тебе огромное. Фух!» – подумала Тамара.

***

Девчонки показали Тамаре классы, спортивные залы, бассейн, ботанический сад, зону отдыха. Везде было очень красиво, современно и практично, что дух захватывало. До сих пор не верилось, что она здесь находится. А может, и это сон? Хм-м… нет. Всё вполне реально.

А ещё Тамару очень радовало, что девочки решили с ней подружиться. Это было так необычно для неё. Обычно дружбу ей приходилось заслужить: помогать, терпеть насмешки и снисхождение. Поэтому и подруг-то не было. Так, знакомые.

А вот и знакомые. Жанна шла в обнимку с Тимохой, и вокруг них крутился, как обычно, Матвей. Все громко и довольно вызывающие смеялись. Лучше сказать, ржали. Своим поведением они очень выделялись среди других подростков, так как помимо того, что были очень громкие, также они матерились и пошло шутили.

– А это тоже новенькие? Какие громкие! Забавно. – Но на лице Энн было написано: что за фигня?

– Да… это мои одноклассники, – вздохнула Тамара.

Троица, увидев её, поспешила к ней. У-у-у…

– А чё это вы без меня ушли в столовую? Я как дура искала, что где. Неужели сложно было подождать, когда я проснусь?! – Жанна жалобно-презрительно растягивала слова. При этом её английский становился ещё хуже.

– Девочки, познакомьтесь, это Жанна, Тимофей и Матвей. Мы учимся вместе. А это Нейма, Лола и Энн. Они живут на Либерти. Жанна, мы не знали, когда ты проснёшься. Не стали тебе мешать. Поэтому ушли. Но вижу, что у тебя прекрасно получилось сориентироваться.

– Лола – звезда гандбола! А-ха-ха! Что за дурацкое имя?! – проржал Тимоха на русском.

– Ты совсем чокнутый? Не успев познакомиться, уже обижаешь местных! И совсем невежливо говорить на русском в присутствии тех, кто его не знает. В месте, где мы гости! – возмутилась Тамара. Также на русском.

– Чего ты такая зануда? Че я такого сказал? Посмотри на своё кислое угловатое лицо? Оно сейчас окончательно прокиснет. А-ха-ха! – И вся троица бурно начала ржать.

– Тамара, что они говорят? Почему смеются? Прости, мы не знаем русского. – У Неймы был довольно обескураженный вид.

– Они просто невоспитанные идиоты! Пойдёмте отсюда. Скоро начнутся занятия. Надо за планшетом сходить в комнату. – Тамара стремительно начала уходить.

– Иди, иди! А то вдруг мы тоже прокиснем. А-ха-ха.

– Да уж… экземпляры. Они всегда так себя ведут? – спросила Нейма.

– Так что они говорили на русском? Я слышала своё имя, – не унималась Лола.

– Они любят стебаться над всем и вся. Не обращайте внимания. Я уже привыкла.

– Хм-м… ну не знаю, как у тебя в школе, а здесь лучше… как ты сказала? Стебаться? Лучше так не делать. Иначе им найдут много интересных занятий.

Тут все девочки рассмеялись. Тамара непонимающе на них смотрела. Но уточнять не стала. Ладно. Это их дело.

***

Физика, математика, английский, химия, история и устройство летательных аппаратов: занятия оказались интересными, заполненными интерактивными заданиями. Было видно, как влюблены преподаватели в свои предметы. Они увлечённо и доступно рассказывали детям новые темы. То, что не проходят по школьной программе. Использовались современные технологии: задания голограммами появлялись в воздухе, обыгрывались ситуациями. Преподаватели шутили и поднимали настроение детям. И у тех не было ощущения, что они пришли на занудные уроки. Хотелось восхищенно улыбаться. Тамара была в восторге! Это действительно рай для обучения.

После обеда у них был перерыв. Потом должна была быть физподготовка продолжительностью три часа. Завтра обещали экскурсию на весь день в Столицу. Круто!

Пока перерыв, Нейма предложила Тамаре прогуляться по территории лагеря. Всё утопало в зелени и цветах. Было жарко. Тамара подумала, что одета неуместно этой летней красоте: насыщенному зелёному, яркому розовому, огненному красному, солнечному жёлтому. Сейчас бы в лёгкий шифоновый сарафан, а не жаркие синие джинсы и серую майку. «Вот завтра обязательно надену сарафан на экскурсию», – мечтала Тамара, разглядывая пышные розы и пионы. И тут Нейму кто-то окликнул:

– Хей, Нейма! Ну как там занятия прошли? Меня не искали? – Голос был весёлый и при этом мягкий и бархатный.

Тамару как пробило током. Что? Не может быть! О, Боже! «А я в джинсах и серой майке! И даже ресницы не накрасила. Может, развернуться и уйти? Может, спрятаться? Ну и бред… Не об этом ли я мечтаю уже несколько лет? Фиг с ним. Какая есть. Он всё равно даже не заметит меня».

– А чего это тебя не было на уроках? Преподаватели ведь доложат отцу, и тебе снова влетит. Где ты был? И кто это с тобой?

– Э-э-э… я? Познакомься, это Вероника. Она из Испании. Прилетела вчера утром. Она мне рассказывала про архитектуру Барселоны, про творения Гауди, про Сограду Фамилию. Это же входит в образовательный план? Вероника, как я думаю, лучший знаток испанской архитектуры. Она победительница многих европейских конкурсов. Мечтает стать архитектором, и строить на Либерти красивые и необычные дома… – Грен произнес это всё слегка мечтательно и чуть насмешливо, и было непонятно, шутит он или серьёзно. Он приобнял Веронику и поцеловал её в шею. Та закатила глаза от восторга и умиления. Высокая, красивая, с длинными волнистыми темными волосами, чёрными бровями, насыщенными карими глазами и фигурой 90/60/90. Яркое оранжевое с разводами фуксии платье из жоржета смотрелось на ней потрясающе. От Вероники сложно было отвести глаза.

– А это кто с тобой? Я её не знаю.

Тамара почувствовала, что её бросило сначала в жар, потом в холод, потом голова закружилась, губы растягивались в глупой счастливой улыбке, язык присох к нёбу. Она ещё больше обычного ссутулилась, плотно сжала губы, подбородок заходил ходуном. М-да красотка из «Не родись красивой».

Нейма, увидев, как преобразилась Тамара при виде её брата, совсем не удивилась.

Она привыкла, что на этого балбеса девочки так реагируют. Вздохнула.

– Тамара, как ты уже поняла, этот любвеобильный разгильдяй – мой брат. Грен.

– Грен, Тамара прилетела этой ночью из Москвы. Она так же, как и ты, хочет стать пилотом. Кстати, у нас сейчас у всех совместная физподготовка будет. Ты придёшь?

– Конечно. Тамара, моё почтение! Рад знакомству и что пилотов девушек прибавляется. – Грен сделал театральный поклон и протянул руку.

Тамара робко протянула свою. Нейма закатила глаза.

– Хватит поясничать, Грен! Мы – переодеваться. Надеюсь, встретимся в зале. Если ты снова не увлечёшься Испанией.

Глава 2

Кросс в пять километров по тропе здоровья, которая проходила вокруг лагеря. А потом всех отправили умываться и переодеваться в кимоно. Далее общие упражнения и спарринги.

Было волнительно. Не ударить бы в грязь лицом. Тамара переживала, с кем ей придется бороться.

Но, к её счастью, соперницы оказались все побеждены. Может, у них слабая подготовка…

И когда она уже собиралась покинуть татами, услышала:

– А слабо со мной? – Грен отделился от парочки симпатичных девчонок и ступил на татами.

Поклонился преподавателю, потом Тамаре.

– Смешанные спарринги не запрещены, но всё-таки это девушка. Удары в грудь, ниже пояса и в лицо под запретом. И у вас разный вес. Решать ей. – Мастер восточных единоборств Ли вопросительно посмотрел на Тамару.

– Я согласна. – А про себя Тамара подумала: «Зачем? Чтобы выпендриться? Сейчас с позором продую на всеобщее посмешище».

– Кумите, свободный бой. В процессе сражения нельзя разговаривать друг с другом или с судьей, за исключением экстренных случаев, травма и тому подобное. Любая злонамеренность по отношению к противнику запрещена.

Бойцы поклонились судье и друг другу. Начался бой. Тамара и Грен осторожно двигались друг к другу. Тамара произвела прямой технический удар Ой-цуки в голову левой рукой. Грен блокировал этот удар и бил Ура-кеном (резкий удар кулаком снизу) левой рукой, переходя на бросок и перекинув Тамару через себя, захотел выйти на болевой, но она не дала этого сделать и резко встала на колени, навалившись на Грена, пытаясь применить удушающий прием левым предплечьем. Он перекинул её на левый бок, перебирая ноги, и её рука оказалась между его ног. Продолжая держать её левую руку, он вывернул ей в правую сторону, тем временем приподнимая таз и растягивая её. Тамара попыталась сопротивляться, но Грен намного сильнее ее. Больно. Бесполезно. У-у-у…

– Стоп! – кричит мастер Ли.

Грен отпускает Тамару. Прыжком встает и протягивает ей руку, помогая подняться. Она раздумывает, стоит ли подавать руку. Смесь обиды, страха, злости на себя. Как же глупо вышло! Все смотрят. Ужас!

– Ты молодец! Не парься! Все норм? – Грен ободряюще улыбается.

Тамара подает руку.

– Да, всё хорошо. У нас всё-таки разная весовая категория.

Они кланяются снова друг другу и судье и вместе уходят с татами.

– Прости. Наверное, это была глупая идея – вступить в спарринг с девушкой. Я так-то девочек не бью. Ты не подумай. Просто мне было интересно. Я наблюдал за твоими поединками. У тебя прекрасная техника. Может, будем иногда тренироваться вместе на площадке за корпусом? Думаю, мы могли бы друг друга чему-нибудь научить. – Грен вопросительно посмотрел на Тамару.

Вот и пойми, прикалывается он или серьёзно. Это же невозможно. Но, похоже, невозможное не про Либерти. Еще суток не прошло, а столько волнительных событий.

– Давай. Когда? Завтра у нас, правда, экскурсия, – сказала Тамара и почему-то почувствовала себя виноватой.

– Я знаю. Послезавтра в шестнадцать часов. Я найду тебя, не переживай. Ты ж с сестрой моей в одной комнате теперь.

– А, ну да… – «Блин я опять начинаю глупо улыбаться и смущаться. Надо завязывать этот разговор». – Спасибо за спарринг, Грен.

Тут откуда ни возьмись подлетела Нейма и набросилась на Грена:

– Ты с ума сошел?! Ты зачем с девочкой решил подраться? Пацанов мало? Это у тебя такая новая фишка? Тамара, ну а ты как?

– Нейма, спасибо тебе. Все хорошо. Это же отработка техники. – Тамара попыталась успокоить Нейму.

– Мы решили тренироваться вместе иногда. Ты ж сама хотела, чтобы я больше занимался учебой. Вот я и решил позаниматься. – Грен расплылся в ухмылке с издёвкой и послал Нейме воздушный поцелуй.

Тут к ним подошли те же красотки модельной внешности, с которыми он болтал до спарринга, и начали причитать:

– О Грен! Ты был великолепен!

– Ой, всё, девочки. Приберегите ваши комплименты для моих поцелуев. – Грен притянул за талии обеих к себе.

– Тамара, пойдем. Мой брат невыносим.

Тамара покорно пошла за Неймой. Как-то сразу скисла. Почувствовала дикую усталость. Слишком много всего: ночной прилёт, чужая планета, чужие люди. «Что я здесь делаю? Кому я пытаюсь, а главное, что доказать? Но, с другой стороны, я там-то никому, кроме родителей, не нужна. Поэтому что я теряю?.. И хотя бы у меня есть возможность видеть его… О, еще и тренироваться! Если не обманул, конечно…»

– Ну чего ты расстроилась? Что этот балбес тебя победил? Ну так он же сильнее. Зачем было ввязываться? – От Неймы исходили такое тепло и доброта, что Тамара сразу же улыбнулась, захотелось обнять эту девочку. За какие такие заслуги Бог послал ей ее?

– Правда, всё хорошо. Я просто устала. Много всего и сразу. Видимо, тест на стрессоустойчивость не прошла.

– Ну нет. Как раз, как мне кажется, прошла. В первый день ни одного занятия не пропустила. Хотя могла. Имеешь право на отдых. Твои одноклассники, как я поняла, на половину занятий не пошли.

***

«И мы сидели, сидели в каком-то недоумении счастья. Одной рукой я обнимал тебя, слыша биение твоего сердца, в другой держал твою руку, чувствуя через нее всю тебя. И было уже так поздно, что даже и колотушки не было слышно, – лег где-нибудь на скамье и задремал с трубкой в зубах старик, греясь в месячном свете. Когда я глядел вправо, я видел, как высоко и безгрешно сияет над двором месяц и рыбьим блеском блестит крыша дома. Когда глядел влево, видел заросшую сухими травами дорожку, пропадавшую под другими яблонями, а за ними низко выглядывавшую из-за какого-то другого сада одинокую зеленую звезду, теплившуюся бесстрастно и вместе с тем выжидательно, что-то беззвучно говорившую. Но и двор и звезду я видел только мельком – одно было в мире: легкий сумрак и лучистое мерцание твоих глаз в сумраке». И. Бунин. «Поздний час». Сборник рассказов «Темные аллеи».

«Боже мой, как красиво!» – зачитывалась «Темными аллеями» Ивана Бунина Тамара, сидя на скамейке в саду за жилым корпусом. Она обожала русскую классическую литературу. Переливы оборотов, глубокий смысл, красоту каждого слова, как выстраивалась при этом картинка в воображении. Сейчас так не пишут. Большинство, а это, наверное, процентов девяносто пять точно, подростков не разделяло ее любви к литературе. Если и читали, то по диагонали, а в основном вообще не читали. Краткое описание в интернете. Максимум на что их хватало. Они искренне считали это пустой тратой времени. Поэтому за это очень часто Тамару высмеивали, говоря, что дружит она больше с книгами и что она очень отстала от жизни. Но Тамару это не расстраивало. Она читала и читала, много стихотворений Серебряного века знала наизусть, сама писала стихи, чем заслужила уважение и любовь у своего педагога по русскому и литературе Виктории Владимировны. Она всерьёз предлагала ей заняться изучением литературы и пойти учиться на филолога. Но мечта о космосе, полётах, другой планете и, конечно же, любовь были сильнее.

– Тамарка – литературная дикарка! А-ха-ха! Говорят, что тебе сегодня хорошо навешали? И не абы кто, а сам принц! Совсем нюх потеряла, что ли? – Тимоха и всё те же с ним ржали и улюлюкали.

«Боже мой! А ведь самое обидное, что они правы», – ком к горлу подкатил у Тамары. Огромных трудов стоило, чтобы не заплакать.

– Молодые люди, что-то я не видел вас во время нашего поединка. Может быть, вы хотите честно померяться силами, а не вести себя как стадо гиен? – Грен на русском обратился к этим недорослям. Чем ещё больше ввел их в ступор. И откуда он взялся?!

– Э-э-э… мы… ну… ну мы пошли? О’к? – Тимоха сразу же перешёл на английский. Похоже было, что единственное, что он вспомнил, так это блеянье.

Грен пожал плечами, снисходительно на них посмотрел. Он явно был выше их во всех отношениях и, если бы не их неподобающее поведение, вообще бы их не заметил. Троица попятилась назад и быстро унеслась.

А Тамара так и продолжала сидеть на скамейке удивленная и счастливая:

– Ты знаешь русский?

– Представляешь? – Видно было, что Грен явно доволен собой. Ох уж эти мальчики, а особенно если ты «Его Высочество».

Он подошел и довольно бесцеремонно заглянул в планшет Тамары:

– Что читаешь? – чем смутил ее. А когда не знаешь, что ответить, говори правду, пусть даже и подумают про тебя, что ты странная:

– Бунин «Тёмные аллеи». Представляешь?

– Ого! Так мы, оказывается, не только умеем драться, да еще любим русскую литературу! Неожиданно! Ща! – Грен занял театральную позу чтеца, приподнял правую руку и начал читать на русском:

– Вашу мысль,

мечтающую на размягченном мозгу,

как выжиревший лакей на засаленной кушетке.

буду дразнить об окровавленный сердца лоскут,

досыта изъиздеваюсь, нахальный и едкий.

У меня в душе ни одного седого волоса,

и старческой нежности нет в ней!

Мир огро́мив мощью голоса,

иду – красивый,

шестнадцатилетний!¹1

– А-ха-ха! Круто! Маяковский, поэма «Облако в штанах», наизусть знаю, один из моих любимых поэтов! Только там было «иду – красивый, двадцатидвухлетний». – Глаза Тамары сияли от восхищения. Она от души смеялась.

– Ну мне же шестнадцать, а не двадцать два! – продолжал паясничать Грен.

– Откуда ты знаешь Маяковского?

– А ты думаешь, только на Земле его изучают и ставят в программу? Я поэтому и заинтересовался русским. Захотел читать в оригинале. Ну и на девочек это производит неизгладимое впечатление. Большинство ничего не понимают, но восторженно охают и ахают. – Грен смеялся от души. – Прости, пожалуйста. Это не про тебя. М-м-м… Я помог тебе разобраться с этими негодяями, а с тебя помочь мне с русским и просветить еще в литературе, и обещаю, что никто больше тебя задирать не будет. Вот такой я меркантильный тип! – ухмылялся, прищурив свои пронзительные дымные глаза.

– Без проблем! С превеликим удовольствием, Ваше Высочество! – И Тамара шуточно сделала реверанс.

– Да ладно тебе! Хватит меня стебать. Хочешь, познакомлю со своими друзьями? Пойдем.

«Как будто я бы могла сказать «нет».

Веймин, Стиф, Андерс, Серадж, Тео.

Китаец, американец, швед, индиец и португалец.

Какая разношёрстная и интересная компания. В Москве такую разве что в Институте дружбы народов встретишь. Такие разные и при этом друзья.

Все они учатся в одном классе с Греном и дружат уже давно. Их родители также, как и сам Император, кто двадцать, кто пятнадцать лет назад прилетели на Либерти, чтобы её приспособить для жизни людей, и сегодня это крупные бизнесмены, министры, врачи и прочие уважаемые на Либерти люди.

Правильно говорят: скажи, кто твои друзья, и я скажу, кто ты.

Веймин – китаец, айтишник. Шестнадцать лет. С одиннадцати лет взламывает коды, пишет программы, может найти любую инфу, которая есть в сети, чем и зарабатывает, и забыл, когда просил деньги у отца, крупного бизнесмена. Веймин всегда помогал Грену мухлевать с оценками, ложными локациями, когда Джонатан ещё пытался следить за сыном, добывать интересные факты про понравившихся девчонок и многое, многое другое.

Стиф (американец, шестнадцать лет) и Андерс (швед, шестнадцать лет) – спортивные, крупные ребята под сто девяносто сантиметров, мечтающие, как и Грен, поступить в военную академию, но стать десантниками. Стиф – весёлый, широко улыбающийся, белозубый, коротко стриженный, истинный военный. Андерс, напротив, угрюмый, молчаливый, с длинными светлыми волосами, добрый здоровяк. Эти парни всегда были готовы оказать Грену силовую поддержку.

Серадж – индиец восемнадцати лет, самый старший из всех, самый дисциплинированный, собранный, увлекающийся медициной и биоинженерией.

Тео – португалец, самый активный, позитивный, с шилом во всем известном месте. Обожает организовывать мероприятия с алкоголем, конкурсами (не всегда приличными), девочками, самыми модными диджеями, интерьерами, и это в семнадцать-то лет!

– Что им было надо? – угрюмо спросил Андерс, поигрывая бицепсами.

– Этим недоумкам? Горе-одноклассники Тамары, знакомьтесь! Видимо, эти товарищи пытались её буллить. – Грен также представил всех друзей.

Тамара пыталась усиленно всех запомнить. Блин, ужасная память на имена.

– Так, может, пойдём настучим им? Глядишь, отпадёт желание приставать к умным девочкам. – Стиф обворожительно улыбнулся Тамаре, от чего та покраснела до ушей.

– Стиф, ну если они не идиоты, то отстанут. А если нет, то объясним либо заблокируем им планшеты. Да, Веймин? Зачем сразу силой-то? Надо разговаривать! – Грен подмигнул Тамаре.

– Ребята, спасибо вам большое! Но, правда, ничего не надо. Я сама с ними разберусь. Даже как-то неудобно. – Тамара даже чуть почувствовала себя виноватой. Ну что за мысли?!

– Неудобно так себя вести, Тамарочка! – сказал Тео. – Это свободная планета и свобода здесь ограничивается только свободой другого человека!

– Категорический императив Эммануила Канта. – Эти парни нравились Тамаре всё больше. Неужели такие бывают?

– Именно! Мадемуазель, позвольте поцеловать вашу ручку? – Тео продолжал выделываться.

Все, включая Тамару, рассмеялись.

День был насыщенный событиями, знакомствами. Да ещё какими! Невероятно. Либерти и правда мир, где невозможное возможно. Тамара с улыбкой засыпала. Она оказалась в нужном месте в нужное время. Литосферные плиты судьбы сдвинулись.

Глава 3

После завтрака все недавно прибывшие земляне толпились около входа на площадку для транспорта. Всего было шестьдесят три человека. Их должны были на большом автобусе на воздушной подушке доставить до Столицы. Два часа пути. Затем пересадить на автобусы поменьше и показывать достопримечательности Столицы: Дворец, огромный Дендро-Парк, Кэпитал-Сити и район Китуо, Площадь Строителей, водопад Джес, река Уйя, а также Университет и Императорскую Военную Академию, которые находились за пределами Столицы.

Путешествие в Столицу началось.

Помимо Столицы на Либерти было еще три города: Цзыу, где жили в основном азиаты; Фрида, город в большинстве своем европейцев и американцев; Аминира – город выходцев из Африки. Остальные поселения на Либерти были в основном вблизи крупных предприятий. Обычно одноименно и называемых. Столица, Цзыу и Фрида находились на большом материке Аргуз, Аминира на Жилагуне.

Освоена была на Либерти приблизительно одна двадцатая часть суши. Остальное занимали горные хребты Озгулюк и Кибебасан, леса, пустыни, безлюдные острова, два полюса-материка Ланорда и Ласуда, огромные океаны: Северный, Южный и Великий.

Насыщенные краски леса и разнообразие животного мира поражало и пугало одновременно. За пределы лагеря детям категорически запрещено было выходить одним, так как можно было нарваться на медведей, волков, рысей, лосей, кабанов, ядовитых змей и т. д. Животный мир был схож с миром Земли, но на Либерти он был намного многочисленнее, так как здесь ни рука, ни нога человека не успела ещё его поуничтожать.

В первые годы освоения планеты множество людей пострадало от животных и ядовитых растений. Смертность была высокая, при том, что и так населения было очень мало. Но, введя законами строгие повсеместные меры предосторожности, попасться зверю или наступить на ядовитую колючку надо было умудриться. Вокруг мест, где проживали люди, стояли отражатели. Территории зачищали. При прибытии на Либерти необходимо было в обязательном порядке изучить флору и фауну планеты. Конечно, в программу подготовки студентов входили ориентирование в лесу, защита от животных и просто не попасть в передрягу. Но когда первый страх проходил, многим хотелось испытать себя и погулять по лесу. Однако пока тебе не исполнится восемнадцать лет, делать этого не стоило. Иначе могли отправить обратно на Землю.

Автобус летел на большой скорости по лесной дороге. Мимо мелькали изумрудные деревья, салатовая трава, вскрикивали птицы. День обещал быть солнечным.

Не тут-то было. При подъезде к Столице налетели свинцовые тучи. Уже после заезда в город начался ливень. М-да… Погуляли. После того как всех под проливным дождем пересадили в автобусы по двадцать – двадцать три человека, всем объявили, что план экскурсии не меняется. Едем ко Дворцу.

Дворец Императора и Дендро-Парк.

Резиденция Императора и его семьи находится на восточной окраине Столицы. Она была построена в стиле синтетического модернизма. Джонатан был поклонником работ архитектора Робера Малле-Стивенса, поэтому, как только у него появилась возможность, он воспроизвел на Либерти свой вариант Виллы Кавруа.

Дворец имеет шесть тысяч четыреста квадратных метров, включая три тысячи восемьсот квадратных метров жилых помещений, террасы и огромный Дендро-парк в десять гектаров с прудами, небольшими озерами и массой симпатичных скульптур.

Дом издали напоминал аэродром с диспетчерской рубкой и взлетной полосой. Перед домом был расположен флагшток с флагом Либерти: глубокий синий с тремя серебристыми линиями.

Круглая подъездная дорога позволяла машинам без маневров подъезжать к гаражу, уходящему на минус первый этаж.

Это замок, окруженный парком с водоемами. Его архитектура и интерьеры являются хрестоматийным образцом ар-деко. Дом – каркас из армированного бетона и облицован трехслойным полым кирпичом. Внутри создана обстановка, отвечающая всем запросам комфорта, гигиены, здорового образа жизни.

Современность, освещенность и комфорт – ключевые слова, лежащие в основе этого здания. Дворец Императора иллюстрирует эту концепцию простотой и элегантностью. Большой современный особняк был спроектирован таким образом, чтобы обеспечить наилучший образ жизни для членов семьи Императора. При том что во Дворце также была выделена рабочая зона, зона для приема гостей.

Роскошь этого дома заключалась не в резных деталях или золочении, а в богатстве использованных материалов, таких как неукрашенный мрамор, металл и дерево, и, конечно же, в современных технологиях.

Использование новейших технологий означало, что каждые апартаменты были снабжены умными дверными замками, взаимодействующими с другими интеллектуальными устройствами в домашней экосистеме и открывающимися по отпечатку пальца, экранами тач-скрин (в журнальных столиках, прикроватных тумбах, зеркалах и т. д.) для управления функциями контроля за устройствами, установленными в комнате, цифровыми ванными комнатами с возможностью погружения в другую реальность, выводя на встроенный сферический экран любой объект, например море или горы. Кроме того, вилла оборудована домашней робототехникой всех видов.

Здание полностью автономно. Работа умного дома была основана на использовании возобновляемых источников. Электричество аккумулировало энергию от солнца и ветра. В вентиляционную систему дома был встроен рекуператор, то есть устройство, способное передавать тепло из отработанного воздуха новому потоку воздушных масс, которые вентилятор засасывает с улицы. Такое приспособление существенно снижало расход энергии на нагревание воздуха и его охлаждение.

Стены могли удерживать Wi-Fi в пределах помещения. Окна могли одновременно быть и большими прозрачными экранами, например для просмотра фильмов либо для работы. Умный пол мог распознавать людей по весу.

В интерьере активно были использованы стекло, металл, сталь, мрамор.

Большие стеклянные окна, плоские крыши, чистота линий. При этом план соответствовал французской традиции замков XVII–XVIII веков: два симметричных флигеля (крыло родителей, рабочая зона и крыло детей, а также зона для гостей) развивались вокруг центрального корпуса виллы, состоящего из вестибюля и холла. План виллы спроектирован таким образом, чтобы облегчить перемещение и рационально организовать домашнюю жизнь. Вестибюль на первом этаже представлял собой просторное помещение, используемое для распределения пространств. Холл-салон представлял собой большую кубическую комнату двойной высоты с большим стеклянным окном, выходящим на парк. На полу ламинат, стены были выкрашены в бежевый цвет. На восточной стороне расположена каминная ниша, облицованная бледно-коричневым мрамором и украшенная кожаными черными банкетками. Через раздвижную дверь, расположенную с западной стороны, можно было попасть в большую столовую, стены и пол которой выполнены из синего мрамора и черной лакированной мебели. На первом этаже в восточном крыле был расположен кабинет Императора, обставленный лакированным натуральным дубовым деревом.

На второй этаж можно было подняться по монументальной лестнице, встроенной в башню бельведера, с белыми мраморными ступенями и чёрными мраморными подступенками. Западное крыло было отведено детям и комнатам для гостей, а восточное крыло – родительское.

Вокруг здания был расположен крупнейший в городе парк площадью триста гектаров. Вход во Дворец для посетителей и туристов закрыт, но можно погулять по открытой части парка.

Изящные мощённые камнем узкие дорожки огибали живописные искусственные озера и пруды, скрываясь в уютных зонах для отдыха. Каждая зона имела живую ограду и великолепно была украшена скульптурами и удобными лавочками.

Детей провезли по круглой подъездной дороге, подробно рассказывая о здании. Затем разрешили погулять по парку. Благо, дождь закончился, вышло солнце, и всё вокруг засияло чистотой и насыщенностью зелени, ярких и необычных роз разных оттенков, фиолетовых гортензий, рыжих и малиновых лилий, голубых и сапфировых гиацинтов и роскошных пурпурных гибискусов, как символов власти, гордости и почета. Экскурсоводы рассказывали, что в мае Дендро-парк превращается в цветущий райский сад, усыпанный цветами сакуры, яблони, сирени и вишни, а также многообразием великолепных тюльпанов.

«Вот бы попасть сюда на свой день рождения», – подумала Тамара. Она родилась в мае и обожала цветущие сирени и яблони. Каждый май как будто рождалась заново.

Там, где парк переходил в леса и горы Озгулюк, находился водопад Джесс. Император назвал этот водопад в честь жены из-за его изящности, чистоты и нежности. Вода срывалась с высоких гор, прорываясь сквозь массу известняковых пород, из которых состоят скалы, и на выходе становилась кристаллической и прозрачной. В солнечном свете капельки играли разноцветными отблесками, а весной, когда таял снег, они сияли, как кристаллические нити. Это делало водопад похожим на какой-то фантастический струнный инструмент. Капли стекали с камней небольшими брызгами, сливаясь в единую прозрачную вуаль.

Далее водопад Джесс переходил в реку Уйя, которая протекала через весь парк и город, впоследствии впадая в океан Северный.

Ну, поехали дальше.

Кэпитал-Сити и район Китуо

Кэпитал-Сити – это целый административно-деловой городок, который состоял из зданий кубической формы, «сцепленных» по трое. Каждая из этих «трехголовых» конструкций состояла из нескольких залов заседаний, офисных помещений, библиотек, ресторанов, а также помещений, где проводились пресс-конференции, презентации, выставки и прочие общественные мероприятия. Там были расположены Правительство, Парламент и офисы крупных компаний. Зеленый сад внутри помещений приятно гармонировал с извилистыми белыми линиями стен и легкой мебелью. А льющийся из огромного количества окон свет делал помещения светлыми и просторными, но в то же время очень уютными. Район казался спокойным и умиротворенным.

Подростки с восторгом рассматривали как необычно можно, оказывается, устроить министерства и бизнес-офисы, что они переставали восприниматься как пугающие и очень серьезные. В этих стенах хочется генерить идеи.

Вокруг расположены были другие здания общественного назначения: библиотеки, рекреационные учреждения, и прочие, и прочие. Правительство и Парламент, как считает Император, должны были быть ближе к народу.

Южнее Кэпитал-Сити находился район Китуо. Там расположены рестораны, многочисленные сувенирные лавки, магазины и художественные галереи. В выходные дни он являлся местом проведения разнообразных концертов и фестивалей. В районе Китуо была расположена и всем известная площадь Строителей.

Площадь Строителей – центральная площадь Столицы Либерти, которая является идеальным местом для отдыха и прогулок. Она была построена в честь первых Строителей Либерти, которые помогали Императору отстраивать планету.

Здесь можно было насладиться уютной зеленой атмосферой, окруженной фонтанами и деревьями. На площади есть несколько фонтанов. Один посредине музыкальный. Вечером включали разноцветную подсветку и музыку, и брызги воды в ритм мелодий разлетались вверх. По всей площади установлены лавочки, а также выкрашенные в синий государственный цвет фонари. По периметру площади расположены флаги.

Вечером площадь оживала: здесь можно увидеть артистов, художников и посетить сувенирные лавочки. Кроме того, Правительство часто организовывало на площади концерты и фестивали. Вокруг площади было расположено множество уютных кафе и ресторанов.

Прибывшие земляне рассыпались по площади, по сувенирным магазинчикам и кафешкам. Обед обещали на следующей точке экскурсии. Но кто ж терпеть-то будет, когда вокруг столько вкусного и красивого: мороженое самых невероятных вкусов – от обычного ванильного до вкуса креветки; леденцы, которые взрываются во рту гармонией сласти; газировка с ароматом арахисового масла и виноградное желе, черного чеснока и бекона и многое другое не полезное, но такое интересное.

Тамару это совершенно не интересовало. Она пофоткала площадь, обошла её, наслаждаясь свежестью фонтанов, и присела на скамеечке недалеко от места сбора. Тратить деньги на всякую ерунду по типу голограммных переливающихся магнитиков, левитирующих планет, натурально поющих статуэток и прочей туристической атрибутики совсем не хотелось. «Хотя, наверное, надо что-то купить родителям и сестре. Не-е… потом. Ну не последний же раз и не единственный нас сюда привезли», – вот так всегда рассуждала Тамара и зачастую ничего не покупала, за что младшая сестра Рита на неё обижалась.

Браслет на руке Тамары завибрировал надписью: «Просим пройти к точке сбора», а это означало, что их ожидали Императорская Военная Академия и обед в академической столовой.

Императорская Военная Академия и Университет Либерти

По приезду в Академию всех сразу направили в столовую. Питание организовано было в двух столовых. Интерьер и оформление столовых стандартное: сочетание металла и сдержанности. В вестибюлях вывешены световые меню на базе ЖК-экранов.

Питание производилось через линию самообслуживания с использованием элементов «шведского стола»: не менее: двух первых блюд, двух холодных закусок, трех мясных (рыбных) блюд, трех гарниров, пяти видов соков или двух видов компотов из сухофруктов.

Все жутко проголодались, поэтому никто особо не возмущался по поводу того, что что-то кому-то не нравилось. Даже таким избалованным, как Тимоха, Жанна и Матвей. В следующий раз им предстояло питаться уже в лагере.

Далее их повели по территории, показывая камбузы, казармы, плац, классы, библиотеку. Всё по последнему слову техники. Ничуть не хуже, а где-то даже круче, чем в лагере. Да, строго. Да, много серого и холодного в оттенках. Но армия – это не центр развлечений.

Заявленная цель Императорской Военной Академии – стать «центром планеты передового опыта в области лидерства». Все офицеры армии Либерти проходят обучение в академии.

Обычный курс разделен на три семестра, каждый из которых длился четырнадцать недель (называемых младшим, промежуточным и старшим подразделениями). Базовая армейская подготовка покрывалась в течение первых пяти недель, которые являлись наиболее изнурительными. Общее командование Академии составлял комендант академии, обычно офицер в звании генерал-майора.

После окончания обычного курса студентам предлагалось выбрать дальнейшую военную специализацию. Вот здесь для Тамары начинались трудности: летчик-испытатель, летчик-истребитель, астронавт, аэрокосмический инженер, техник-технолог аэрокосмического производства. Хотелось везде отучиться. Но это невозможно! Хорошо, есть еще год, чтобы подумать.

Военная Академия примыкала к Университету Либерти. Оба обучающих центра занимали огромную территорию на северо-востоке от Столицы.

Это целый учебный пригород. Если Академия еще и была обнесена каменным забором, то Университет просто состоял из множества корпусов в два, три, четыре этажа: факультеты, общежития, библиотеки, научные центры, столовые, практические центры и так далее. Университет готовил самых разных специалистов в разных областях, давая им возможность развиваться и экспериментировать. Здесь практически не было случайных студентов. Тех, кто не хотел учиться. Зато кто хотел, получал огромные возможности для роста. Либерти ценила каждого. Работа найдется всем. Конечно, в связи с этим и отношение к студентам было соответствующее. Преподаватели уважали и любили своих подопечных. Тем более большинство студентов прилетали с Земли, оставив там родителей, близких, друзей.

Экскурсия подходила к концу. А еще несколько часов добираться обратно.

Чем больше Тамара узнавала эту планету, тем больше она в ней вызывала доверия и восхищения. Конечно, не хочется улетать так далеко от папы, мамы, сестры. С Либерти не улетишь просто так. Шаттлы отправляются не каждый день, и стоит это очень дорого, и лететь долго… Но, похоже, оно того стоило.

Глава 4

Дождь лил всю ночь, утро и только к трём часам дня чуть угомонился. Вымыл всю листву на деревьях, от чего та стала ещё более сочной. Хотя солнца и не было, но картина со спортивной площадки за корпусом открывалась не такая уж печальная. Да, мокро, сыро, чуть прохладно. Да, небо серое. Да, все попрятались в своих комнатах, рекреациях, столовой. Часть ребят готовились к вечернему мероприятию. Какая-то викторина по типу «Самый умный». Ох, ну это не для Тамары. Она не была выскочкой и выделяться не любила.

Она сидела на спортивной площадке под навесом и ждала.

«И с чего я решила, что он вообще придёт?!»

Но было так хорошо просто сидеть в одиночестве и слушать стук капель, падающих с навеса, любоваться изумрудами листвы, что было уже не важно, придёт или нет. Видимо, забыл. Видимо, у него какие-то другие важные дела. Видимо, пошутил.

– Хеллоу! Чего мокнешь?

От неожиданности Тамара чуть не подпрыгнула.

– Наслаждаюсь тишиной. Думала, ты не придёшь, – прищурилась, продолжая сидеть на скамейке, уперевшись руками.

– Я же сказал, что буду. Я тебя, кстати, в комнате искал. Жанна разве что раздеваться передо мной не начала, только чтобы я задержался. – Грен рассмеялся.

Неужели это забавляет его? Тамара вздохнула. О времена, о нравы!

– Так что будем делать? Может, в зал, если пустят? А можно литературой здесь позаниматься. Так тихо здесь.

– Литература! В зале, думаю, сейчас тоже народ. Дождь почти закончился. Можно прогуляться.

– Пойдём. – Тамара улыбнулась, встала. Так странно всё.

Как выяснилось, Грен уже шесть лет изучал русский и только последние года два начал читать русскую литературу в оригинале. У него был преподаватель из МГУ имени Ломоносова, которого его отец пригласил в Университет Либерти работать. И эти занятия Грен старался не пропускать. Хотя очень многие говорили ему, что это пустая трата времени. К чему ему русский? Но Императору, безусловно, нравилось увлечение его сына-непоседы. Россия активно участвовала во многих международных проектах Либерти, в том числе и образования. И то, что сын хотел говорить на одном языке с носителями русского и изучал литературу, могло дать Либерти больше приятных бонусов при переговорах в будущем.

Всё это было прекрасно, но русский язык, как известно, действительно сложный. Очень сложный. Замудрёная грамматика, волшебный синтаксис, огромное количество самых невероятных вариаций глаголов, паронимы, словообразование, склонение числительных, интонационные конструкции и огромное множество чего другого, что и русскому человеку не всегда доступно, а уж тому, кто с рождения говорит на английском…

Многие слова для Грена были непонятными в силу времени, возраста, культурных особенностей. Приходилось часто сидеть со словарем, но и тот не особо помогал.

Вот и последнее увлечение литературой Серебряного века привнесло в словарный запас юного принца множество красивых, но абсолютно не понятных слов. Англо-русский словарь просто не знал таких слов, как «литавры», «славословятся», «любёночек», «тинится», «овеить», «дрожанье», «заляскали», «святотавство», «поцелуишко» и другие диковинные слова. Зачастую Грен их просто заучивал в стихах. Звучало круто, но смысл был скрыт. Поэтому он и надеялся, что Тамара поможет ему разобраться хотя бы в некоторых хитросплетениях его любимых произведений. С «Облака в штанах» Владимира Маяковского они и начали.

Тамара чувствовала себя в своей стихии. И первое стеснение быстро прошло, когда она начала объяснять значение слов, словообразование, правильное их произношение и интонации.

Теперь пребывание в лагере ей казалось просто волшебной сказкой! Каждый день они час-два посвящали либо русскому с литературой, либо отработке техники и спаррингам по карате. В карате, конечно, Грену не было равных! Хотя он утверждал, что много интересных технических решений схватки присутствует у Тамары. Но ей казалось, что он преувеличивает.

Честно, Тамара искренне не понимала, почему Грен уделяет ей столько внимания. Девушек у него хватало. Это просто караул! Практически каждый день новая. Что ему безумно нравилось. Как будто он поставил своей целью перепробовать в том или ином смысле как можно больше барышень. Этому чисто русскому слову, кстати, Тамара научила Грена:

– Как ты сказала: «барышня»? Какое вкусное слово! Истинно подходит к розовощекой немке Инессе из Фриды. Я сегодня буду ей вечером на самых тёмных тропинках лагеря шептать на ушко по-русски: «Моя барышня!» – Грен произнес это максимально сексуальным голосом и мечтательно заулыбался.

– О, Боже, Грен! Ты можешь не вдаваться в подробности о своих свершенных и планируемых подвигах на почве завоевания девичьих сердец? – Тамара больше для порядка ворчала, так как ей на самом деле было интересно, с кем он гуляет. Хотя это, наверное, мазохизм с её стороны, но так было приятно, что он ей доверял. Может, и правда, они сдружились?

Две недели пролетели вихрем. На Либерти время идет быстрее? Нет. Даже чуть больше. На десять минут разница. За эти лишние десять минут в сутках Тамара была благодарна законам Кеплера. Она расцветала с каждой минутой.

Много искренне и радостно улыбалась, взмахивая длинными чёрными ресницами. Улыбка придавала ей легкости и обворожительности. Подчеркивала точёные черты лица. Тёмные глубокие карие глаза блестели озорством и умом. Преподаватели хвалили её за тягу к знаниям и упорство. Подростки в лагере были дружелюбные, нацеленные на результат и просто весёлые. Всегда готовые поддержать, помочь и просто поболтать обо всем на свете. Эта среда придавала смелости и огня. Но главное для Тамары происходило после занятий… И пусть половина смены уже прошла, но «стакан наполовину полон»!

– Тамара, какие планы у тебя сегодня на вечер? – после двухчасовой тренировки спросил Грен.

– Что? – Голова у Тамары закружилась. «В смысле „Что я делаю вечером?“ Я брежу?»

– Д-да. – Грен понял замешательство Тамары и рассмеялся. – Блин, я не это имел в виду. Ёпрст! День рождения у меня. Мы с ребятами собираемся полвосьмого около девятого выхода. Там меньше всего камер. Веймин сможет их перенастроить временно и открыть дверь, отключив поле. Мы неподалеку сняли домик с бассейном. Тео устраивает вечеринку с алкоголем, танцами, неприличными конкурсами и девчонками.

– День рождения? У тебя же вроде завтра?

– Завтра дома, а сегодня с друзьями. – Грен сверкнул своими дымными глазами, и Тамара поняла, что поплыла.

Ы-ы-ы! Это же против всех правил! Если их спалят, то это будет катастрофа. В первую очередь для нее. Отправят на Землю с позором! Но как? Как можно устоять против этих серых глаз? Тем более, когда она и так готова идти за ними хоть за пределы лагеря, хоть в лес, хоть вплавь на другой континент.

– Я приду. – Фейспалм…

***

– Тамара, ты с ума сошла! – Маленькая Нейма от возмущения вытягивалась вверх и сжимала кулачки.

– Нейма, ладно тебе! Мы тоже идём. – Лола и Энн сделали глаза к небу, всем своим видом показывая «А что такого?».

– Да вы офигели! – услышать это от очень воспитанной принцессы было необычно. Видимо, они действительно офигели, если не сказать хуже. – Вы знаете, что вам за это будет? Позор и отчисление из лагеря! И проблемы с последующим поступлением в университет. А Тамару вообще на Землю отправят! Ну вы чего? Что вам наговорил Грен и его такие же отбитые дружки?

– Ну, Не-е-ейма! Ну чего ты такая душная? Сегодня вечером КВН, большинство ребят будут там. А мы же и так обычно не ходим на подобные мероприятия. К отбою вернёмся. Сегодня пол-одиннадцатого отбой. Никто и не заметит. Тихонечко через калиточку. Камеры будут показывать абсолютно спокойную и умиротворенную картину парка. Ну-у-у? – Лола зажала нижнюю губу и захлопала быстро-быстро ресницами.

– Я же не за себя боюсь, а за вас глупые. – Удивительно было, что Нейма, будучи младше их на два года, временами была более рассудительной и серьёзной. Видимо, сказывалось воспитание, положение и общение с братом, с которым чаще чувствуешь себя старшей, а не младшей сестрой. – Ладно. Будем надеяться, что пронесёт. Я тоже пойду. Кто-то же должен присмотреть за вами.

– Йоху-у-у! – Девчонки запрыгали от радости, Тамара про себя сказала: «Йес!»

***

Итак! Как и было обговорено, с девятнадцати часов все участники вечеринки начали потихоньку утекать за территорию через девятый выход. Тамара с Неймой, Лолой и Энн под предводительством Веймина и Андерса аккуратно вышли с территории лагеря. Было ли страшно? Да. Но скорее возможных последствий нарушения режима, чем животных за оградой. Лес и лес. Ничуть не хуже какого-нибудь тверского или владимирского, где Тамара была на соревнованиях по спортивному ориентированию. Только под ноги смотри и по сторонам, не привлекай внимания, отмечай детали. Лола и Энн нарядились в платья (догадались) и теперь попискивали от случайных веток, царапающих колючек, сухостоя, кусающих насекомых. Веймин без конца шикал на них.

Спустя десять минут пути они увидели микроавтобус на воздушной подушке. При их приближении дверь салона открылась, и оттуда выпрыгнул довольный Грен с початой бутылкой пива.

– Девчо-о-онки! Ну, наконец-то! Мы вас заждались. Быстро-быстро в автобус.

– Грен, ты еще до места, не успев доехать, напьёшься! – Нейма сверкнула на него возмущенными глазами.

– Ладно тебе, сестренка! Расслабься! Сегодня можно. Бегом в автобус.

В автобусе уже было полно подростков: Серадж за рулем, какие-то еще парни и куча девчонок. Все как на подбор модельной внешности. Красотки. В коротеньких шортиках и платьишках с длиннющими ногами и ослепительными улыбками. Смутило ли это Тамару, которая была в чёрных джинсах и толстовке с капюшоном? Возможно, но она не собиралась никого охмурять, да и не умела, и не чем было. Так что наслаждаемся интересной компанией.

– Пить будешь? – вырвал Тамару из раздумий Грен, протягивая бутылку с пивом.

– А давай. – Вкус пива был персиковый. «Лучше бы обычного. Девчачье какое-то».

– Честно, я думал, ты не придёшь. Испугаешься. – Грен по-пацански слегка толкнул её.

На что Тамара толкнула его в ответ и сделала несколько больших глотков из бутылки.

Ехать было и правда недалеко. Это оказался домик квадратов на двести с красивым бассейном, площадкой для танцев и маленькими фуршетными столиками вокруг с закусками и алкоголем. Освещение было просто бомбическое. Оно менялось в такт музыке, переливаясь от насыщенного синего до серебристого, а серебристый распадался на сверкающие частицы, и было ощущение, что сам весь светишься. Тео активно руководил всем процессом, чтобы все не забывали, для чего сюда пришли и не скучали.

– А теперь приглашаю на площадку к четырём шезлонгам четырёх девушек в купальниках и четверых самых смелых парней! – проговорил Тео в усилитель голоса. – Девочки, красавицы, не стесняемся! Вам стопроцентно понравится следующий конкурс.

Четверо парней нашлось быстро. И конечно же, среди них был Грен! Куда без него? Стиф, стоящий рядом с Тамарой, подмигнул ей:

– Тамара, а ты чего не участвуешь?

– Я сегодня, как видишь, без купальника. С удовольствием понаблюдаю за этим действом.

Три девушки-модели (вроде они с направления архитектуры и дизайна) и Лола, которая, как оказалась, захватила купальник, вызвались.

Девчонок разместили по шезлонгам. Юношам завязали глаза и руки за спиной. Тео довольно вольно поиспачкал девочек воздушными сливками и разместил на них клубнику. Каждому юноше необходимо было угадать, где находятся ягодки. Побеждает тот, кто быстрее всех найдет все ягодки. Руки связаны, вот и пришлось парням действовать лишь головой в прямом смысле этого слова.

В паре у Грена была очень сексапильная загорелая американка Соня с третьим размером груди, натуральная блондинка, губы, ноги. Всё при ней!

Грен, недолго думая, после стартового свистка просто облизал ее с головы до ног, побывав при этом во всех интересных местах, где была красная клубничка. И естественно, выиграл под улюлюканье и восхищенный визг девочек!

А потом был конкурс «Согрейте девушку». Тео объяснил троим парням, что девушка чрезвычайно промёрзла (долго стояла на морозе) и ей необходимо отогреться. Девушка встала в позу – руки за голову, ноги на ширине плеч. Кто лучше «отогреет» даму под аплодисменты и плавную, медленную музыку, тот и будет победителем… И кто же лучше всех умеет греть не только сердца, но и тела? Конечно же, Грен!

– Ну а теперь конкурс для самых сильных и трезвых! Мне нужно три человека, которые умеют стоять на голове, – объявил Тео.

– Тео, это опасно. Можно шею себе свернуть! – возмутилась Нейма.

– Неймочка, не переживай. Я и мои помощники будем контролировать ситуацию. Стоять около стены. Есть желающие? А я не сказал самое главное – приз триста единиц, одна единица равна одной целой трем десятым доллара.

– О-о-ох-х, – прокатилось по толпе. Не кисло.

Вызвался Стиф, конечно же, Грен. Хотя деньги не имели для него большого значения. Ему просто нравилось выделываться.

– Я хочу участвовать! – выкрикнула Тамара и вышла на площадку.

Новая волна «Ого!» прокатилась по гостям.

Даже Тео удивился, хотя казалось, что его трудно удивить.

– Отлично! Чувствую, нас ожидает что-то интересное! Может, увеличим ставку? Триста единиц раз, триста два!

– Ещё сто сверху, если девчонка сделает парней! – крикнул Андерс.

– О’кей! Но это ещё не всё! – Тео подмигнул Тамаре, и это ей не понравилось. – Стоя на голове, необходимо будет выпить три стопки виски через трубочку! Хороший пятнадцатилетний виски! У отца своего взял попробовать. Правда, он не знает пока об этом. Начинаем.

«Бли-и-ин! Кто меня за язык тянул? Это всё алкоголь! Придал мне храбрости. Сейчас опозорюсь как последняя лохня! Мля-я-я!» – внутри у Тамары всё кипело от страха и злости, но отступать уже было нельзя.

Опираясь на стену, они встали на руки.

У Стифа это получилось не сразу. Ха-ха! После первой стопки Стиф сошёл с дистанции. Сказывался до этого выпитый многочисленный алкоголь. Тамара и Грен стояли, им уже подставили по третьей стопке.

«Какой же ты упрямый осёл! Мог бы и уступить девочке! Руки уже дрожат. Самое сложное – держать равновесие. У-у-у!» – думала Тамара, допивая третью стопку. Природное упорство и желание сделать этого самовлюблённого принца не давали ей сойти с дистанции.

– Та-а-ак! Ситуация у нас! Девушка и парень! Девчонка с Земли и принц Либерти не хотят уступать друг другу! Продолжаем состязание! Четвёртую стопку! – Тео явно это всё очень забавляло.

И вот когда они принялись потягивать четвертую порцию виски, Тамара боковым зрением увидела, что Грен начал заваливаться и не куда-то, а в её сторону! Его подхватили помощники Тео, и тогда он совсем потерял равновесие и упал уже в обратную сторону от стены.

Убедившись, что Грен действительно закончил состязаться, Тамара аккуратно вернулась на ноги под бурные аплодисменты. Голова немного кружилась, она морщилась. К ней подбежали Лола, Энн, Нейма и Андерс и начали её обнимать, смеяться, говорить: это было невероятно! В руки Тео ей дал честно заслуженные четыреста единиц. Всё как во сне. А она думала почему-то: наверное, Грен на меня обиделся, и пыталась поймать его взгляд, но не получалось. Блин. Во рту была горечь победы. А может, эта горечь от виски. Срочно надо что-то съесть!

***

Через полчаса надо было уже выезжать. Но танцплощадка была заполнена обнимающимися, целующимися парочками под медленную и чувственную музыку.

– Потанцуем? – Андерс обратился к Тамаре, которая сидела на низкой скамеечке чуть поодаль от предававшейся сексуальным танцам молодёжи.

– Нет. Я не танцую. – Настроение у нее было мрачным. Прямо по курсу Грен довольно фривольно обнимал точёную попку блондинки из США и что-то жарко шептал ей на ухо.

Андерс проследил взгляд Тамары и со вздохом сказал:

– Понятно… Сочувствую.

– В смысле? – Тамара возмущённо посмотрела на Андерса.

– Девчонок у него полно, а вот друзей немного. А тебя он считает другом! Ты реально крутая! Честно, я не верил, когда ставил на тебя. Двух пацанов сделала. Когда ты успела научиться пить и не пьянеть? Ты же спортсменка, отличница и литератор!

– У меня прекрасный папа, который считает, что девушка должна знать, как действует на неё алкоголь и понимать свои возможности.

– Отличный отец! Респект ему передай!

– Обязательно! Спасибо, Андерс! Спасибо за тёплые слова, – и пожала ему руку и грустно улыбнулась.

***

Возвращение в лагерь было… до жути ровным. Зашли, тишина, быстро рассосались по комнатам и не встретили никого. Правда, вернулись не все. В коттедже в лесу остались незнакомые Тамаре пара парней, девчонки с Земли, в том числе та блондинка и… Грен. Нейма даже не пыталась его уговаривать ехать. Бесполезно.

Только оказавшись в кровати, Тамара подумала, что Жанна могла сдать их. Но можно сказать, что они с Неймой были где-то на территории лагеря, где камеры их просто не заметили. И тут в дверь постучали, ну то есть система впуска сымитировала стук, а потом дверь открыли. На пороге была Юлия Игоревна, которая взволнованным шёпотом сказала:

– Тамара, одевайся! Пойдём.

Подростки уверены, что умнее, хитрее взрослых, а когда ты ещё обладаешь каким-то талантом, то вообще думаешь: ну-ну я всё равно окажусь впереди! Вы отстали лет так на -дцать! Но опыт приобретается исключительно годами, и никакие знания его не заменят.

Конечно же, отсутствие двадцати подростков заметили. Не сразу. Браво, Веймин! Но колебание в защитном поле лагеря системе безопасности показалось странным, и отчёт пришёл на пульт дежурного. Проверили все выходы. И, естественно, заметили, что слишком уж натоптано около девятого выхода. А дальше дело техники. Педагоги пропавших детей были в ужасе и требовали немедленных действий. Мало ли что могло случиться в лесу?! Но пока споры да пересуды, дети вернулись. Чтобы они ничего не заподозрили, им дали спокойно добраться до комнат. Другие уже камеры записывали их триумфальное возвращение.

Ночной педсовет для Тамары состоял из начальника службы безопасности Рутгера, директора лагеря леди Съенн, педагога по воспитательной работе Энжи и Юлии Игоревны. Вот так она ещё не вляпывалась! Она даже резко протрезвела окончательно. Только жутко хотелось пить.

Может, на Либерти какой-то другой воздух, который будоражит кровь и заставляет совершать чумные поступки.

Нет, всё по своей дурости! Влюблённости и жажды адреналина, которого так не хватает, когда ты хорошая девочка, когда у тебя нет парня, секса, практически нет друзей на Земле. Это рано или поздно приведёт на такое неприятное мероприятие, если не хуже.

– Тамара Вавилова, как вы оказались за пределами лагеря?

– Всё пошли на КВН, а я решила прогуляться по парку. Тут около девятого выхода я заметила группу ребят и девчонок. Спросила: вы куда? Они сказали, что на день рождения Грена. Позвали меня с собой. Я подумала, что круто побывать на вечеринке в честь дня рождения принца, и пошла с ними.

– Это же абсолютное враньё! – возмутился Рутгер. – Всё знают, что вы тренируетесь с мистером Джокерсом Младшим после занятий. Он пригласил вас, а вы не смогли устоять перед чарами этого безответственного юноши.

– Тамара, не усложняйте себе и так сложную ситуацию, – уставшим голосом сказала леди Съенн. – Давайте сейчас вы всё честно расскажете, мы вас отпустим спать спокойно, и, возможно, вам повезёт, и Император не отправит вас послезавтра домой.

– У вас такие хорошие показатели. Такие люди нужны Либерти, но Император не приемлет лжи! – сокрушалась Энжи – педагог по воспитательной работе. – Зачем вы врёте? Юный принц вас не спасёт.

– Так как вы оказались за пределами лагеря? – спросила леди Съенн с надеждой в голосе.

– Я всё рассказала. – «Тамара, ты упустила последний шанс. Ну, ты и дура!» – Простите меня. Я совершила огромную глупость. Мне очень стыдно.

– Вы свободны. Идите спать, девушка, – с явным разочарованием сказала леди Съенн.

***

Когда Тамара вернулась в комнату, Неймы не было. Плохо.

Будильник утром грубо вернул в реальность. Это всё было. Это не сон. «Не хочу просыпаться. Не хочу думать об этом. Как всё исправить? Как всё изменить? Почему это всё происходит со мной? Провалиться бы здесь», – думала Тамара, не открыв глаза. Но собирать вещи не стала. Вот как скажут: уматывай, тогда начну собирать.

На последнем занятии по физике Юлия Игоревна заглянула в класс и попросила педагога отпустить Тамару.

Тамара при выходе из аудитории вопросительно посмотрела на Юлию Игоревну. Та ничего не ответила, просто пошла вперёд. Выйдя с территории обучения, они оказались у кабинетов учителей. Вчера ночью Тамара здесь уже была. Хм… Неужели снова педсовет.

Они остановились около непримечательной двери. Юлия Игоревна набрала какую-то комбинацию цифр:

– Проходи.

Комната была небольшая. Обычный деревянный стул по середине, ЖК-дисплей, и больше ничего. Интересно.

«Стул для меня. Надеюсь, не электрический. Ха-ха! Ой, была – не была! Столько интересного за какие-то две с половиной недели, сколько не было за все семнадцать лет», – Тамара присела на стул, продолжая сканировать пространство и размышлять, что всё это может значить.

Тут экран резко включился, и на нем появился не абы кто, а сам Император!

Тамара чуть не упала со стула от неожиданности.

– Добрый день, юная леди!

– Здравствуйте, Ваше Величество!

– Рад с Вами познакомиться.

– Я-я тоже. Очень. – Сердце Тамары бешено колотилось.

– Все подростки с Земли, которые вчера участвовали в мероприятии, организованном моим безрассудным сыном, завтра отправятся домой. Нарушение дисциплины – очень серьезный проступок. Это говорит не только о личных качествах нарушителя, но и ставит под угрозу репутацию персонала лагеря и Либерти в целом. Персонал несет за вас ответственность. Тамара, вы же планировали поступать в Военную академию на пилота либо аэрокосмического техника?

– Да… Очень хочу. Это моя мечта. Правда, пока еще не знаю, кем хочу больше быть, – поникшим голосом, опустив голову, ответила Тамара. Она закусила губу, чтобы не разрыдаться.

– Так как же получилось, что вы – целеустремленная, умная девочка, нарушили основное правило? Только не вздумайте врать! – Джонатан чуть повысил голос, и в голосе появилась сталь, от которой у Тамары побежали галопом мурашки.

«Только не плачь! Не плакать!» – уговаривала она себя. Вздохнула, сглотнула ком в горле, подняла глаза на Императора:

– Ваше Величество! Я обманула ваше доверие. Я хотела попасть на день рождения вашего сына, и попала. Моя цель достигнута. Зачем искать виноватых, когда виноватая перед вами. Простите…

– Удачи!

Экран погас. Тамара уронила голову в ладони. Слезы гроздьями потекли из глаз.

***

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

¹ Владимир Маяковский. Облако в штанах.

Вернуться