Оксана Алексаева
Измена. Брат мужа

Пролог

Ульяна

«Машуль, солнце, ну ты где? Я тебя уже заждался…»

Получив сообщения от своего парня, внутри меня что-то обрывается.

Почему?

Потому что я не Маша.

Я – Ульяна. Теперь уже бывшая девушка Стаса.

Сердце в груди разрывается на миллиард осколков. Как же больно. Значит, едва мы с ним немного повздорили, он сразу же нашел себе другую. Это так подло!

А может, обществом этой самой Машули, он периодически пользовался и во время наших отношений. Как же мерзко и гадко!

Стас всегда пользовался спросом у женщин. И что самое обидное, ведь меня предупреждали о том, что он тот ещё бабник. Но я отчаянно верила, что наша любовь искренняя и настоящая. Ошиблась.

А ведь я хотела сделать ему сюрприз и сообщить о своей беременности…

Кстати, сюрприз.

Несмотря на кровоточащие раны в груди, все равно вызываю такси и еду домой к Стасу. Застану его с поличным. Разорву все наши отношения, уйду с гордо поднятой головой. И маленькой тайной под сердцем…

Горло сдавливает спазм. Осознание безысходности душит острыми тисками. Как мне, двадцатилетней бедной студентке воспитывать ребёнка в одиночку?

Именно эта мысль не дает мне покоя.

И надежда. Одна маленькая, крошечная надежда, что то сообщение было ошибкой. Что сейчас я приеду к любимому, а он, увидев меня, ярко улыбнется и крепко прижмет к себе. Наивная. Конечно же, такого не будет.

Когда приезжаю к месту назначения, долгое время стою около подъезда и вообще не понимаю, зачем приехала сюда. Я же сделаю только хуже. Нанесу самой себе ещё более глубокую рану.

Но ноги сами несут меня к квартире Стаса. Дверь которой даже не закрыта. Из глубины доносится тихая музыка и незнакомый женский смех. Сердце сдавливает тяжелым прессом. Все мои надежды рассыпались в один миг. Глупые, наивные надежды.

Разуваюсь. Мой взгляд падает на… Две пары женской обуви. Давлюсь воздухом, машинально хватаясь за живот.

Голова идет кругом. Не может быть…

На деревянных ногах шагаю дальше. Кажется, само веселье происходит в спальне. Логично, не правда ли?

Сквозь вату в ушах снова раздается звонкий смех. Он режет по нервам. Как будто кто-то насмехается надо мной, над тем, как стремительно рушится моя жизнь.

Из душа раздается шум воды.

Оглядываюсь по сторонам, не понимая, куда идти. Да и есть ли смысл? Делаю шаг назад.

Надо бежать отсюда. Приехать сюда было изначально глупой идеей!

Но… Спиной врезаюсь в чье-то тело. Медленно оборачиваюсь назад. Женское, молодое, голое тело…

– О, привет, красотка! – хмыкает эффектная загорелая брюнетка, окинув меня оценивающим взглядом. Оно и не удивительно. У Стаса хороший вкус.

– Маш! Так нас сегодня трое будет или четверо?! К нам тут ещё одна милашка хочет присоединиться! – кричит незнакомка, обернувшись назад. Знакомое имя той самой девушки, вместо которой Стас по ошибке отправил сообщение мне, пронзает насквозь.

– Вау. Похоже, Стасик решил провести глобальный эксперимент, – отзывается из спальни звонкий усмехающийся голос этой самой Маши.

– Ладно, так уж и быть, давай с нами, – брюнетка посылает мне ехидный оскал.

А я не понимаю, почему все еще здесь. Ноги будто бы к полу приросли. В голове хаос. Одно я знаю точно – Стас, похоже, и в самом деле решился на эксперимент, решив переспать с двумя девушками сразу. Это так мерзко и унизительно, что к горлу подступает плотный ком.

Тошнит. Сильно. Тянет на свежий воздух.

Стаса не слышно. Наверное, он и принимает душ. И даже хорошо, что я не столкнусь сейчас с его наглой лживой физиономией.

Украдкой смахивая слезы, несусь к выходу, пока меня не стошнило прямо на ковер.

– Эй, красотка ты куда? Передумала? – издевательский голос брюнетки доносится до меня будто бы сквозь толщу воды.

Да пошла ты! Так и хочется закричать. Но по итогу теряю дар речи. Все слова кажутся бессмысленными. Больно так, что грудную клетку сдавливает от мучительных спазмов. Не могу поверить, что Стас мог так со мной поступить. С нами… Опускаю взгляд вниз, на свой живот. Горячая слезинка резво скатывается вниз.

Пулей вылетаю из квартиры. Ноги сами несут меня непонятно куда. Бегу изо всех сил, будто бы за мной палач гонится. Шок, стресс, паника напрочь завладевают моим телом. Не соображаю, что делать дальше и куда идти. Тошнота наплывами подкатывает к горлу. Не могу понять, то ли мне тошно из-за внезапно возникшего токсикоза, то ли из-за мерзости ситуации, в которую я попала.

Даже зрение решило меня предать. Перед глазами все плывет. Мир становится черным. В ушах едкий гул. Его прерывает резкий скрип шин. А яркий свет фар пробивается сквозь тьму в моих глазах. Повернувшись в сторону, понимаю наконец, что выбежала на дорогу. И мне навстречу со всей скорости несется машина…

Глава 1

Ульяна

Три года спустя

– Уль, тут такое дело, – как-то неуверенно начинает муж, прерывая наш привычный вечерний созвон. – Тебе, наверное, не совсем это понравится, но я не смог отказать.

Не совсем понимаю, к чему клонит Витя. Попутно меня тянет за руку мой сынок Тимоша и пытается куда-то увести за собой, увлечь в свою игру.

– Ма-ма! Мааама!

– Подожди, милый. Я разговариваю с папой, – тихонько шепчу, прикладывая указательный палец к губам. Малыш устало вздыхает и опускает плечики вниз, следом за ним расслабляется и его рука на моих пальцах.

– Вить, что случилось? Ты меня пугаешь, – возвращаюсь к разговору с мужем, который уже вторую неделю находится в командировке по работе. У Вити свое крупное производство автозапчастей, и он улетел за границу, чтобы заключить важный контракт с партнерами.

– Короче, дело такое, – выдыхает он в трубку, и я пытаюсь внимательно его слушать, игнорируя оживленную игру сына в машинки. Отхожу немного в сторону, чтобы четче услышать слова мужа. Чувствую, как грудь начинает сдавливать от нехорошего предчувствия.

– Какое? Ты задержишься? – не выдерживаю и перебиваю его речь.

– И это тоже, – напряженный голос Виктора заставляет меня замереть на месте. Тело сковывает какой-то тревожный паралич, а сердце в волнении забилось чаще.

– Так, ладно. Что ещё?

– Ульяна, у меня есть младший брат. Да, я тебе о нем никогда не рассказывал, потому что мы с ним много лет не общались. В общем, долгая история, как-нибудь потом расскажу… – голос мужа слышу урывками, потому что связь начинает обрываться.

– Мааама! – Тимоша снова оказывается рядом. Из-за его звонкого детского голоска слышу Витю ещё хуже. Тычу пальцем на свой телефон, но разве гиперактивному двухлетке объяснишь, что разговор взрослых нельзя перебивать?

– Вить, плохо слышу тебя…

– Он поживет у нас какое-то время.

Его слова по началу кажутся мне каким-то бредом. Замираю в ступоре, несколько секунд пытаюсь понять их смысл. Это заявление подобно грому среди ясного неба.

– Как это поживет?

– Понимаешь, Уль… – голос мужа становится сдавленным. Помехи в трубке делают его каким-то рваным. – Не мог отказать. Это и его дом тоже.

– Мааам! Двель… Дзынь-дзынь… – лепечет Тимоша, тянет меня в сторону коридора. Моё, застывшее в недоумении тело, легко поддается манипуляциям сына. Из-за его криков перестаю слышать и без того слабый и плохо разборчивый голос мужа. Он попросту тонет в помехах.

Не сразу понимаю, что имеет ввиду сынок. Лишь когда слышу звонок в дверь, догадываюсь, что именно об этом мне и пытался сказать малыш. Но я никого не жду. Точнее…

Не ждала до этого момента.

– Вить, а когда он должен приехать? – с осторожностью протягиваю я.

– Прости, любимая, что не сказал раньше. Тут такая путаница со временем… Он… Должен… Уже… Люблю. Перез-звоню поз-зже… – голос Виктора становится ломаным, а слова и вовсе превращаются в жалкие отрывки фраз. Затем вызов сбрасывается, видимо, окончательно оборвалась связь.

– Мам! Дзынь-дзынь! – Тимоша трясет меня за руку, а я, словно истукан, смотрю на потухший экран телефона.

Да, точно. Дзынь-дзынь. Встряхиваю головой, преодолеваю оставшееся расстояние до двери.

Да уж. Вот так новости. Какой-то там брат нарисовался, хоть бы имя его знать.

Ещё и Витя неизвестно когда приедет. И мы должны с сыном жить с незнакомым мужчиной. Будь Витя сейчас здесь, я бы ему все высказала.

Настойчивый звонок повторяется, и я наконец открываю дверь. Боже, не может быть…

Меня охватывает ледяной ужас. Лучше бы я этого не делала.

Лучше бы провалилась сквозь землю, убежала на другой край света, растворилась в воздухе, исчезла, в конце концов.

– Какого черта? – едва слышно хриплю я от испытываемого ужаса. Перед глазами заплясали разноцветные пятнышки. А среди них облик моего личного дьявола. Того человека, который три года назад сжег мою душу и смешал этот пепел с грязью.

– Ну привет, невестка, – с откровенной издевкой в голосе выдает Стас. Парень, которого я любила всей душой, но он жестоко меня предал. И если я потрясена до такой степени, что даже не могу ничего сказать ему в ответ, то Стас наоборот, выглядит вполне себе расслабленно. Будто бы он все это время был в курсе моей жизни.

– Мааам… Мам! – Тимоша перебивает мой шок своим звонким голосом. Прихожу в себя, едва заметно вздрогнув.

– Кто этот дядя?

«Твой отец…» – первая мысль пронзает сознание.

Нервно закашливаюсь, натужно улыбаясь. Ужас смешивается с онемением и приступом паники. Я должна взять себя в руки и контролировать ситуацию, хоть внутри все рушится.

– Это твой дядя, сынок. Брат твоего папы.

– Привет, малыш, – улыбка Стаса на миг становится теплой, мягкой. Ловлю себя на той мысли, что они с сыном так сильно похожи…

– Пливет, дядя, – робко отзывается Тимоша, протягиваю свою маленькую ладошку Стасу.

Я думала, что мы с ним больше никогда не встретимся. Но спустя три года он стоит на пороге моего дома, держит за руку маленького мальчика, даже не догадываясь о том, что это его родной сын.

Но… Он не должен никогда об этом узнать.

Глава 2

Ульяна

– Может, впустишь меня уже? – заметив мой ступор, хитро усмехается Стас.

Будь моя воля, я бы закрыла перед ним все двери на всевозможные замки и никогда бы больше впустила. Ни на порог своего дома, ни в свое сердце.

Прошло уже три года, а я до сих пор… Помню каждую его черточку наизусть.

Молча отхожу в сторону, наблюдая за тем, как Стас проходит вперёд. На его плече висит небольшая спортивная сумка. Боже, надеюсь, он не задержится у нас надолго. Иначе я сойду с ума.

Тимоша с интересом наблюдает за своим новым… Дядей.

Стас, заметив интерес мальчика к своей персоне, игриво треплет его по голове, бросая на меня косой взгляд.

Закрываю дверь, ощущая, как каждая мышца вибрирует. Мне словно кислород перекрыли, не могу полноценно дышать. Вся моя налаженная жизнь, кажется, уже прямо сейчас начинает лететь к чертям.

Один вопрос крутится в голове, как так получилось, что Стас и Витя – братья?! Что один, что второй, никогда не упоминали про мне друг о друге…

Ничего не понимаю.

– У вас есть свободная комната? – слышится его голос где-то вдалеке. Кажется, он пошел рассматривать наш с Витей большой просторный дом.

– Мама! Мааа… – Тимоша сегодня напоминает мне хвостика. Целый день ходит по пятам, требуя моего внимания. А я готова разорваться от бушующих внутри меня чувств. Я должна выяснить, зачем Стас сюда пришел. Зачем ураганом ворвался в мою жизнь? Мне без него прекрасно жилось! Наверное…

– Милый, хочешь, я включу тебе мультики?

Тимоша сразу же радостно кивает. Ещё бы, кто бы отказался от такого соблазнительного предложения.

Веду малыша в зал, включаю его любимый «Синий трактор». Пока Тимоша отвлечен на мультфильм, у меня есть немного времени все разом выяснить.

– Ты посиди пока здесь, а я скоро вернусь, хорошо? – чмокаю сына в щечку, думая о том, что если правда о его настоящем отце раскроется… Это будет самая настоящая катастрофа.

Оставляю сына в зале, сама принимаюсь бродить по дому, пытаюсь найти свой личный кошмар из прошлого.

– Стас! Ты где?! – кричу я, не обнаружив его на первом этаже, где и находилась та самая, свободная комната для гостей.

– Черт возьми, сквозь землю что ли провалился? – ругаюсь вслух, отмечая про себя, что было бы неплохо, если бы все то, что произошло со мной несколько секунд назад, было плодом моего воображения.

Решаю подняться на второй этаж и отыскать бывшего там. Может, зашел в уборную? Мало ли…

Крадусь, словно не в собственном доме нахожусь, а являюсь здесь чужой.

Такое ощущение, что Стас с самой первой минуты нахождения в моем доме решил поиздеваться. Хочет в прятки поиграть? Но мы оба уже давно выросли…

Обнаруживаю, что дверь в нашу спальню приоткрыта. Замедляю шаг, стараясь идти совсем бесшумно. Сердце скачет в груди с явными перебоями. Дыхание сбивается напрочь. Вздыхаю порции воздуха жалкими урывками.

Подойдя к просвету открытой двери нашей с Витей спальни, замечаю Стаса, который какого-то черта находится в ней!

Он держит в руках рамку с нашим семейным фото. Смотрит так, будто бы… Хочет дыру прожечь. Хмурится. Словно эти фото ему неприятны. Но почему-то он не может перестать на них смотреть.

– Тебя разве не учили, что брать чужие вещи нехорошо?! – с наездом выдаю я, решив прекратить этот цирк на этапе его зарождения.

Стас беззаботно пожимает плечами и с непоколебимым видом ставит фото на место.

Это наше свадебное фото с Витей. Почему же именно оно привлекло его внимание?

В глазах бывшего ни капли стыда. Итак свалился как снег на голову, ещё и ведет себя… Бесцеремонно! Впрочем, такое поведение в его стиле. Кажется, за три года ни капли не повзрослел. Так и остался бунтарским мальчиком, который привык получать от жизни все и жить в свое удовольствие.

– Что ты так на меня смотришь? Твоя комната не здесь, – строго высекаю я, наблюдая за тем, как на губах Стаса растягивается какая-то недобрая ухмылка.

– Ты счастлива с ним?

Его вопрос бьет по и без того натянутым нервам.

– Что? – глухо выдаю я, делая вид, что не поняла смысл его вопроса.

– Я тебя спрашиваю, ты счастлива с ним или с его количеством денег? Я смотрю, ты устроилась вполне неплохо. Крупную рыбку поймала, – с явным пренебрежением в голосе произносит Стас, и от его слов грудь сжимает острыми тисками. Руки начинают дрожать, кончики пальцев немеют.

– Как ты смеешь такое говорить?! – шепчу. Шок заблокировал голосовые связки. Хотелось бы прокричать, но не могу.

– Хочешь сказать, я не прав? – ухмыляется так, будто бы насквозь меня видит, засранец. Будто бы мысли мои читает. Будто бы уверен на все сто, что моя жизнь с Витей – это всего лишь красивая картинка.

Будто бы чувствует, что я его не люблю.

Будто бы знает, кто до сих пор живет в моем сердце…

Глава 3

Ульяна

– Не прав, ясно?! – возмущаюсь я, почувствовав, как больно задели его слова. – Мы с Витей очень счастливы!

– Особенно счастливой тебя делают его деньги, да? – не унимается мерзавец, чем сильнее выводит меня из себя. Да, Виктор богат. У него крупный прибыльный бизнес, он постоянно занят и часто летает в командировки. У нас с Тимошей есть все. Он очень старается ради нас. И я ценю его старания. Очень ценю. В свое время Виктор спас меня. Когда я оказалась совершенно одна, будучи бедной студенткой, с разбитым сердцем и положительным тестом на беременность, только Виктор протянул мне руку помощи, защитив от этого жестокого мира.

– Пошел ты к черту… – шиплю я злобно, крепко сжимая руки в кулаки. Злюсь. А сердце отчаянно нагоняет ритм, когда этот подонок находится так близко.

– Вон из моей спальни! И больше не смей сюда заходить без спроса! – грозно рычу я, ощущая, как внутри свербит от боли. Словно я вернулась на три года назад, в то самое тяжелое для меня время. И Стас является источником этих болезненных воспоминаний. Своим появлениям он возродил их во мне. И теперь мне никуда не деться от призрака прошлого.

– Ты такая секси, когда злишься, – с издевкой толкает подлец, хитро улыбаясь. А мне так и хочется зарядить ему пощечину. Толкнуть в грудь, стукнуть кулаками, и спросить – за что он так со мной поступил?

– Просто молчи, – грублю в ответ, нервно поправляя выбившийся локон за ухо. – Твоя комната внизу, если что.

– Ага. Уже иду, – сухо бросает Стас, проходя мимо меня. Нарочно цепляет меня локтем. Шумно вздыхаю, потирая то место, где он коснулся. Меня будто бы током шарахнуло. Кожу жжет. Словно кипятком ошпарили.

Стас быстрым шагом движется по лестнице вниз, а я иду следом за ним.

– Что, хозяйка, переживаешь, что я снова буду рыться в чужих вещах? – Стас, заметив, что я иду за ним по пятам, выдает с ехидной усмешкой.

– Как так получилось, что вы с Виктором оказались братьями? У вас разные фамилии… – он входит в свою комнату, а я торможу на пороге. Не решаюсь войти. Боюсь оказаться в замкнутом пространстве с ним.

– У нас общая мать. Отцы разные. Не трудно догадаться, да? – снова язвит мерзавец. – Дом достался нам от бабушки, если и этот вопрос тебя также волнует. И ровно половина здесь – моя по праву. Так что… – он театрально взмахивает ладонями. – Тебе придется меня здесь терпеть.

Его слова пронзают острой стрелой. Надеюсь, он шутит. Нарочно так говорит, чтобы заставить меня ещё сильнее нервничать. Нет, я не выдержу, если Стас постоянно будет маячить у меня перед глазами. А если он заметит сходство с сыном?! Вдруг у него возникнут вопросы?

Все эти мысли сбивают меня с толку. Не могу вытолкнуть из себя и слова. Они застревают где-то глубоко внутри.

– Очень смешно, – закашлявшись, хриплю я.

– А это не шутка. Я смотрю, у вас с братцем вполне себе искренние и доверительные отношения, что ты даже не знаешь таких элементарных вещей, – ядовито усмехается Стас, что заставляет меня задуматься. И в самом деле, почему Виктор никогда мне об этом не говорил? Я всегда считала, что этот дом полностью в его собственности. И он также никогда не упоминал о том, что у него есть брат, пускай и родной только по матери. Интересно, почему Виктор сказал, что они долгое время не общались? Что случилось между ними? Какой конфликт? Из-за чего? Хотелось бы узнать.

Но я вижу невооруженным глазом, что Стас таит обиду на брата и относится к нему предвзято.

– Ты тоже мне не говорил… – слабо шепчу я, понимая, что сказала лишнее. Зачем я упомянула прошлое? Это ни к чему. Но одно я знаю точно, между Стасом и Витей точно есть какая-то тайна. Не могут же ведь два брата совсем не общаться. Это странно.

– Хоть что-то общее у нас с братцем имеется. Желание не знать друг друга, – усмехается Стас, поставив свою спортивную сумку на кровать. Затем открывает её и начинает распаковывать вещи.

Я застываю на месте, не в силах пошевелиться, и жадно слежу за каждым его движением. Кажется, за эти годы он стал еще внушительнее. Мощные, рельефные мышцы перекатываются под загорелой кожей, которая соблазнительно контрастирует с простой белой футболкой и черными спортивными штанами.

– Нравится наблюдать за мной? – Стас, заметив моё пристальное внимание, не удерживается от колкости. Вздрагиваю, понимая, что и в самом деле зависла на нем. Так нельзя ведь. Зачем я это делаю?

– Зачем ты приехал? Ты знал, да? Знал, что я…

– Вышла замуж за моего брата и родила от него сына? – его вопрос, сказанный с глубоким презрением, дает небольшое облегчение. Значит, Стас даже не догадывается, что Тимоша может быть его сыном. И хорошо. Правда, в голосе такая ненависть звучит, будто бы это я виновата в нашем со Стасом расставании. Будто бы это я его подлым образом бросила и нарочно вышла замуж за его брата! Словно он… Меня во всем обвиняет! Да как он смеет?!

– Знал. И я до сих пор уверен в том, что ты сделала это нарочно, – понизив тон до полушепота, хрипит он. Впирает в меня взгляд, полный жажды мести. Такой нехороший взгляд, что у меня мурашки по коже тут же разбегаются. Колючие, острые. Пронзают кожу насквозь. А следом и раздирают зажившие раны.

– Что за глупости, – горько усмехаюсь я, не восприняв всерьез его слова. Нет. Он шутит.

Закончив с разбором своей скромной сумки, кошмар из моего прошлого отставляет её в сторону. Затем медленным размашистым шагом подходит ко мне, не отрывая острого взгляда, которые режет меня на две части.

– А приехал я, чтобы превратить твою жизнь в ад, – шепчет грозно, таким тоном, словно он и в самом деле смерти моей хочет. Только я не понимаю, что я могла сделать ему, за что он так меня ненавидит. Это он мне изменил, причем сразу с несколькими девушками. И сейчас ловко переводит стрелки на меня!

– Не выйдет, – слабо пищу я в ответ, ощущая, как тело пробивает мелкая дрожь. – Я не… Сделала… Ничего т-такого… – из-за лютой дрожи слова звучат прерывисто, не совсем внятно.

Горячее дыхание Стаса опаляет кожу. Он совсем близко. И это пугает и волнует одновременно.

– Мааам! – голос сына, разрезающий тишину, заставляет меня резко вздрогнуть от испуга. Чувствую, как сердце едва ли не выпрыгнуло из груди.

– Пфф… Повелась, – Стас начинает смеяться в голос, хлопнув меня по плечу. Хлопаю глазами, в изумлении глядя на него.

– Не ссы, малая. Я пошутил. А ты, я смотрю, от страха едва в штаны не наложила, – задыхаясь от едкого смеха, выдает мерзавец. И вот тут я понимаю, что он меня разыграл! А я, дура, и в самом деле повелась…

– Больно нужна ты мне. Все, что было, осталось в прошлом. А приехал я сюда, чтобы перекантоваться несколько дней. Так что, не переживай, долго глаза мозолить не буду, – Стас снова растягивает на губах хитрую ухмылку. Снова хлопает по плечу. Знал бы он, что эти прикосновения подобны разрядам тока. Удар за ударом.

– А теперь иди, занимайся своей семьей.

Произносит он с тенью горечи, не прекращая сиять в улыбке. Отмираю и вылетаю пулей из его комнаты. В меня вырезается сынок, который, кажется, искал меня, устав смотреть мультики. А я слишком задержалась. Моя вина.

Беру малыша на руки. Вдыхаю его сладкий запах, стараясь не думать о том, что мой малыш называет папой совершенно не того человека.

Глава 4

Ульяна

Витя так и не перезвонил мне. Злюсь на мужа, словно по его вине оказалась брошена на произвол судьбы. С тем, кого боялась встретить больше всего на свете. И теперь, по иронии судьбы, мы живем со Стасом в одном доме. Словно два враждующих кровожадных зверя, запертых в клетке.

И противостояние будет жестким.

Весь оставшийся день стараюсь избегать Стаса. Да и он сам не выходит из своей комнаты.

А я все никак не могу понять, что заставило его вернуться. Вдруг он это сделал нарочно, чтобы снова сделать больно?

А может, у него какие-то проблемы, и он оказался вынужден прийти на поклон своему брату, которого на дух не переносит?

Казалось бы, почему меня вообще это должно волновать. Но не могу выкинуть из головы эти мысли. В сотый раз звоню Вите. Его номер недоступен.

Укладываю Тимошу спать. Завтра рано вставать. Надеюсь, что отведу сына в садик и уйду с головой в работу, чтобы ни о чем не думать. Я работаю бухгалтером удаленно, веду учет двух фирм. И хоть Витя был против, так как считал, что женщина должна сидеть дома и хранить уют, я отстояла свою точку зрения. Для меня очень важно саморазвитие и преданность делу. Цифры, расчеты, схемы и таблицы -это все я поистине люблю.

Это мой мир, который давал ощущение независимости и наполненности.

Я чувствую себя полноценной развитой личностью и мне это нравится.

Вот только ночью спится мне просто ужасно. Кручусь в постели как уж на сковородке. Приход Стаса в мою жизнь выбил меня из колеи.

Весь мой комфорт и налаженная жизнь полетели к чертям. Испытываю муки совести перед Витей. Если он узнает, что до него я встречалась со Стасом и что наш ребенок от него… Разразится масштабная катастрофа.

Эта больная мысль и является главной причиной моей бессонницы.

А когда снизу доносится резкий грохот и вовсе дергаюсь в испуге. Господи… Что там стряслось?!

Ощущение, будто бы на первом этаже свалился огромный шкаф. Сердце в панике мечется в груди. Клокочет так, что если бы не

ребра, оно бы уже давно выпрыгнуло за его пределы.

Вскакиваю с постели и первым делом захожу в детскую к сыну. Благо, что Тимоша спит крепко. Иначе сынок так же, как и я, рисковал сильно испугаться.

Медленно, на цыпочках, шагаю вниз. Из кухни льется тонкий луч света.

Затем слышу какую-то возню. Стас.

Что он творит?!

Ускоряю шаг, едва ли не бегу в сторону льющегося света. Дыхание перехватывает, когда я наблюдаю сваленный кухонный стеллаж, кучу разбитой посуды вокруг. Не понимаю, что случилось. Горло сдавливает спазм. Ощущение страха и неизвестности давит в виски. Горло сжимает от ужаса и непонимания.

Во рту пересыхает, язык не слушается, не могу ничего сказать. Лишь растерянно хлопаю глазами, не понимая, кто устроил тут погром.

Острый нож пронзает спину, когда замечаю разбитое окно. Посреди этого развала стоит Стас. В одних боксерах. Ловлю себя на мысли, что его идеальное тело так и манит взгляд. Даже несмотря на бардак, творившийся на кухне, я глаз от него не могу оторвать. Загорелая кожа. Большая татуировка на груди с замысловатым узором. Голубые глаза, пронзительный взгляд, густые брови, которые хмуро опущены вниз.

Машинально ежусь от выступивших мурашек на коже. Ведь я тоже нахожусь в довольно откровенном наряде. На мне черная коротенькая шелковая пижама. Ощущаю, как от любования своим бывшим твердеют соски на груди.

Черт, черт, черт!

Чтобы скрыть свою реакцию на этого обольстительного подонка, обнимаю себя за плечи. Растираю кожу, призывая себя успокоится и взять в руки. Призываю себя прекратить так реагировать на того, кого уже давным-давно должна была забыть.

– Что тут стряслось?! – отмерев от шока, хриплю я. Паника давит в грудь. Вместо того, чтобы так откровенно пялиться на своего бывшего, я должна была сразу задать этот вопрос! Ругаю себя за свою же слабость. Чувствую себя какой-то глупой влюбленной школьницей, которая не в силах совладать со своими чувствами. Пытаюсь заставить себя не смотреть на четкие кубики пресса и рельефные мускулы Стаса. Сосредоточиваю взгляд на его глазах. Но и от этого не легче. Чувствую, что тону в его глубоком взгляде. И он смотрит на меня так неоднозначно, что воздух мгновенно уплотняется и становится спертым. Напряжение витает над нашими головами. Ощущение чего-то нехорошего сдавливает грудь.

– Кто-то пытался проникнуть в дом, – угрюмо выдает Стас, и моё сердце опускается в пятки.

Глава 5

Ульяна

– Что ты сказал?! – шиплю я, не веря своим ушам. – Не может быть…

– Уль, я не шучу, – на полном серьезе выдает Стас, закатив глаза. Затем указывает взмахом головы в сторону выбитого окна. Как доказательство его словам. А я поверить не могу, что могла столкнуться с такой жуткой ситуацией. По коже мороз пробегает. Сильнее обнимаю себя за плечи, чтобы согреться.

– Ужас какой, – испуганно хриплю я, ощутив, как волна страха подкосила мои ноги. – Ты все видел?

– Я был в своей комнате. Затем услышал подозрительный шум. Вышел на разведку и заметил в кухне лишь темный силуэт. Когда я ему крикнул, он выбежал в окно.

– Так, я звоню в полицию, – решительно заключаю я, хватая в руки телефон.

– Подумай, может, у твоего мужа проблемы? – выдает Стас, пока я набираю номер полиции. Зависаю, пытаясь переварить его слова.

– Нет, у него проблем, – нервно выдаю в ответ, ощутив, как пальцы задрожали. Из-за этого я не могу попасть в нужную цифру.

– Уверена?

– Да! – огрызаюсь я, но сама же нахожусь в сомнениях. Виктор не особо посвящает меня в свои рабочие дела. Возможно, Стас прав, и это проделка была выдумана его конкурентами. Может быть, просто хотели ограбить. Или напугать. Не знаю. В голове каша.

И тут же одна важная мысль пронзает меня насквозь. Если бы Стаса не было дома…

Я даже боюсь представить, чем все могло закончиться. Часто находясь по ночам дома наедине с ребенком, я бы даже и подумать не могла, что в наш дом сможет кто-то проникнуть. Теперь нужно быть осторожнее.

А может… Стоп.

Впираю подозрительный взгляд на бывшего.

– А может быть это у тебя проблемы?! Едва ты появился на пороге нашего дома, так сразу кто-то чужой пытался проникнуть в дом. Не слишком ли подозрительное совпадение? – с наездом выдаю я, замечая, как челюсти Стаса все сильнее стискиваются, а мышцы пресса напрягаются. Боже, Уля, не смотри так на него пристально.

Подними взгляд выше!

Да. Вот так. Прямо в глаза. В которых пламя ярости полыхает.

– Я тут не при чем, – рычит сквозь зубы бывший, выдавая свой злобный оскал.

– Откуда мне знать? – вскидываю руками, совершено забывая о том, что собиралась вызывать полицию. – Ты нагрянул к нам как гром посреди ясного неба. Собираешься жить в нашем доме…

– Это и мой дом тоже, – грубо перебивает Стас, впирая в меня тяжелый взгляд голубых глаз. Как же раньше я их любила.

– Тогда почему ты сейчас не в своей квартире? Почему живешь здесь? Больше негде, видимо?

Лицо Стаса меняется. Становится мрачным. Кажется, я попала в точку. В голову начинают лезть всякие нехорошие мысли. Пытаюсь отмахнуть их в сторону. Как бы я не относилась к бывшему, не хочу, чтобы у него могли быть проблемы.

Мне нужно срочно созвониться с Витей и узнать у него все досье на Стаса. Заодно и выяснить, какие у него могут предположения по поводу того, кто мог проникнуть в наш дом.

– Я же сказал, что это временно. А мои личные дела… Тебя не касаются, – резко выплевывает он, сложив руки на массивной груди. Смотрит с осуждением. Пронзить насквозь своим взглядом пытается. Злится, что пришлось вновь столкнуться со мной лбами спустя столько лет. Злится, что задела его самолюбие.

– Лучше бы спасибо сказала, что я был рядом, – бросает с отчетливым пренебрежением в голосе.

Решаю ничего не отвечать мерзавцу, дабы не провоцировать конфликт ещё сильнее. Потому что спасибо я уж точно ему не скажу.

Наконец набираю номер полиции. Наряд пообещали прислать в ближайшее время.

А затем решаю позвонить Вите. На его часовом поясе уже скоро наступит утро, поэтому решаю, что ради такого серьезного повода можно разбудить мужа раньше.

Но он не берет трубку. Снова! Злюсь. Пытаюсь не выказывать свои истинные эмоции, но Стас словно видит меня насквозь.

– Что, не отвечает? Как жаль… – подначивает мерзавец, пытаясь вывести меня на эмоции. – В такой-то важный момент…

Хочется огрызнуться в ответ, но по итогу лишь раздраженно фыркаю.

– Скоро полиция приедет. Тебе лучше одеться, – пренебрежительно окидываю взглядом его совершенное полуголое тело.

– Тебе тоже, – отражает атаку мерзавец, бросая неоднозначный взгляд в сторону выреза на моей груди.

Машинально поправляю сорочку, затем встаю с места, чтобы и в самом деле переодеться к приезду полиции.

То ли из-за стресса, то ли из-за усталости, ощущаю легкое головокружение, когда встаю на ноги. Сердце учащает свои удары. Мерзкий писк зарождается в ушах. Перед глазами поплыло. Как и я сама.

Когда сильная рука Стаса хватает меня за талию. Помогает не упасть. И в то же время с критической скоростью тянет на самое дно.

Глава 6

Ульяна

– Осторожно, – бархатный шепот Стаса пронзает сознание. Горячее дыхание обжигает. Касание сильной руки на моей талии подобно мощному разряду тока. Меня прошибает с такой силой, что складывается ощущение, будто бы на электрическом стуле сижу.

Резко отстраняюсь от бывшего. Быть в такой тесной близости рядом с ним… Опасно. Это подобно хождению по краю пропасти. Рано или поздно ты сорвешься и полетишь вниз. Причем столкнет тебя в пропасть именно тот, от кого ты меньше всего можешь этого ожидать. Тот, кого ты любила всем сердцем, но этот человек растоптал твою любовь.

– Пусти, – рычу возмущенно, пытаясь отскочить в сторону от предателя. Из-за его волнующего прикосновения чувствую, как затвердели соски. Они отчетливо выделяются сквозь тонкую ткань шелковой пижамы. И Стас… Тоже это замечает, бросив неоднозначный взгляд в сторону моего декольте. Твою ж налево… Стыдно-то как! Чувствую, как щеки становятся пунцовыми.

– Пришла в себя? – с тенью заботы спрашивает он. Понимаю это по смягчившемуся голосу.

«Ему не все равно…» – просачивается мысль в сознании, острой стрелой впиваясь в самое сердце. Глупое наивное, все еще влюбленное в предателя сердце!

Встряхиваю головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, которые мешают мозгу работать в верном направлении. Например о том, кому могло понадобиться проникать в дом и кто это мог быть.

Едва вспоминаю об этом случае, чувствую, как лапы страха забираются под кожу.

– Пришла, – рявкаю грубо, несмотря на откуда-то взявшуюся нежность внутри. Совсем с ума сошла. Стоило Стасу только коснуться меня, я уже поплыла. Слабачка. – Просто голова закружилась. И хватит надо мной стоять!

– Точно? А то, может, следом за полицией нужно и скорую вызвать? – хмыкает Стас с присущим ему сарказмом.

– Спасибо, обойдусь, – отмахиваюсь и делаю шаг вперед. Боже, я уже и забыла куда и зачем шла. То, что нужно держаться от Стаса подальше, это я уже поняла.

Точно. Я же хотела переодеться.

– Как скажешь, – Стас словно нарочно растягивает наш бессмысленный разговор, невинно взмахнув мускулистыми плечами. А затем… Боковым зрением наблюдаю его эрогированный член.

Меня словно кипятком ошпаривает. Да, со стороны может показаться, будто бы я впервые вижу такую реакцию у мужчины, но…

Черт возьми, так не должно быть! Это не правильно…

Пулей выскакиваю из гостиной, словно от маньяка убегаю. Будто бы Стас может побежать за мной следом и захватить в свой плен. Сделать со мной что-то нехорошее… Твою ж мать, почему так сладко заныло внизу живота?! Почему мурашки рассыпались по коже и никак не собираются исчезать?!

Меня пугает моя реакция на бывшего. Между нами все кончено. Прошло три года. Я замужем за другим. У меня другая семья.

А сердце предательски скачет в груди при мыслях о Стасе. Совесть начинает грызть меня изнутри. Медленно смакует мою душу, заставляя испытывать вдвойне неприятные ощущения. И пусть я ничего такого не сделала, но мне отчего-то становится стыдно перед Виктором. Он столько всего для меня сделал. Вытащил из дна. Помог начать жить заново. Обустроил мою жизнь так, что мы с его неродным сыном ни в чем не нуждаемся. Он добрый, ласковый, заботливый. Все в нём идеально. Кроме одного!

Я какого-то черта до сих пор сохну по его несносному братцу! Который унизил, предал, вытер об меня ноги. Какого хрена меня так отчаянно к нему тянет?!

Почему мое сердце не может оценить по достоинству того, кто меня боготворит?!

Все эти мысли заводят в тупик. Я настолько путаюсь в них, что не нахожу выхода. Точнее, выход есть.

Когда Стас провалит из нашего дома, тогда я смогу вздохнуть спокойно и забыть о нём, как о страшном сне. И зажить дальше. Счастливо. С тем, кто заслуживает моей любви, и плевать, что люблю другого.

По пути в спальню захожу в детскую, чтобы убедиться, что сынок мирно спит.

Благо, что наши громкие разговоры его не разбудили. Возвращаюсь к себе в спальню и переодеваюсь в самую простую и закрытую одежду, чтобы у Стаса даже ни единой похотливой мысли не возникло в мою сторону! Спортивные штаны и безразмерная футболка. Отлично. То, что надо.

«А ты сама разве лучше?» – язвит мой мудрый внутренний голос, напоминая мне о том, что и я тоже отличилась.

Даже сама физиология твердит о том, что мне не все равно на мерзавца. Так ведь не должно быть.

Возвращаюсь обратно вниз словно на каторгу. Потому что быть рядом с ним подобно самой страшной пытке.

– Ну и где ты ходишь? Там уже полиция приехала, – встречаюсь лицом к лицу со своей погибелью, пытаясь сосредоточиться на предстоящем разговоре с полицейскими.

А в голове туман. Плотный такой, белый… Попала ты, Уля. В те же самые грабли. Идиотка.

Глава 7

Ульяна

Три года назад

Мир сужается до ослепляюще ярких фар, приближающихся с пугающей скоростью. Резкий визг тормозов пронзает воздух, но, кажется, уже поздно. Успеваю лишь зажмуриться, инстинктивно вскинув руки перед собой, готовясь к удару. Время словно застывает.

Вместо сокрушительной боли я почувствовала лишь легкий толчок в плечо, от которого теряю равновесие и вследствие чего падаю на асфальт. Раздается скрежет металла, а потом – тишина, нарушаемая только моим учащенным дыханием. Медленно открыв глаза, вижу перед собой капот остановившейся машины в опасной близости. Асфальт царапает ладони, но это ничто по сравнению с тем, что могло бы случиться. Адреналин все ещё пульсирует в висках, а в голове бьется одна мысль: «Я жива».

Шоковое состояние никак не отпускает, поэтому я продолжаю лежать на земле, машинально схватившись за живот.

Мой малыш…

Какая же я глупая! Могла ведь его потерять. Горькая слеза капает куда-то вниз. Мне больно и страшно. Я не понимаю, что мне делать дальше. Ещё и чуть под колеса авто не попала!

– Девушка! Девушка! С вами всё в порядке? – сквозь вату в ушах слышу приятный мужской голос. В глазах рябит, плюс в темноте плохо удается разглядеть склонившегося надо мной мужчину. Он помогает мне подняться на ноги.

– Вы меня так напугали… Хорошо, что в последний момент я успел вас заметить в темноте, – извиняющимся тоном произносит он, придерживая меня за руку. А я себя какой-то никчемной ощущаю. Мало того, что чуть себя и малыша не угробила, так ещё и могла следом отправить за решетку ни в чем не повинного человека.

– Простите… – выдаю прерывисто, сквозь глухие рыдания. Кажется, я нахожусь сейчас на грани истерики. Единственное, что меня сейчас удерживает не разрыдаться в голос, это наличие рядом незнакомого человека.

– Я с-сама в-виновата… – захлебываюсь слезами, ощущая, как же болит в груди от жестокого предательства Стаса. Сейчас он развлекается со своими подружками, а я едва не попрощалась со своей жизнью. Как же несправедливо. Видимо, у меня есть добрый ангел-хранитель, который уберег меня от беды.

– Вы как? Болит что-нибудь? – заботливо интересуется мужчина. Пытаюсь более детально его рассмотреть, но слезы искажают видимость. Могу только отметить про себя, что ему примерно тридцать лет и у него довольно приятный голос.

– Нет-нет. Все в порядке. Ничего не болит, – растерянно отвечаю я, отрицательно качнув головой. Медленно увожу свою руку из цепкого захвата незнакомца и делаю шаг в сторону, слегка пошатнувшись. – Я п-пойду. Еще раз из-звините…

Порываюсь ускользнуть из поля зрения мужчины, как он сразу же хватает меня за талию.

– Нет, я вас просто так не отпущу. Сейчас мы съездим с вами в больницу, я убежусь, что с вами и в самом деле все в порядке, и только после этого вы можете идти куда угодно, – решительно произносит мужчина, и я не знаю, что ответить. Замираю в ступоре на какой-то момент.

– Но в этом нет необходимости, – вяло отвечаю я, тяжело всхлипнув.

– Я хочу помочь, – мягким голосом произносит незнакомец, заглянув мне прямо в глаза. В свете фонарей его глаза излучают доброту и заботу. Почему-то хочется ему поверить. И в то же время зачем ему лишняя проблема в виде меня? Я сама виновата. Как дура выбежала на проезжую часть, потеряв напрочь инстинкт самосохранения.

– Не сопротивляйтесь. Из-за шока вы можете не чувствовать боли. А если у вас, не дай бог, все же есть какие-то травмы? – густые брови мужчины на миг приподнимают вверх, во взгляде мелькает сочувствие. Он довольно привлекательный. Мягкие черты лица, густые брови, прямой нос и пухлые губы. И невероятно притягательные голубые глаза. Они чем-то напоминают мне Стаса. Едва вспоминаю о нём, сердце простреливает болью. Как же он мог так со мной поступить…

– Пойдемте ко мне в машину, – мужчина, не дождавшись от меня ответа, осторожно ведет меня в сторону своего авто. Вежливо помогает сесть, словно я и в самом деле могла покалечиться. Но я не чувствую ничего. Мышцы словно атрофировались. Единственное, что я сейчас ощущаю – всепоглощающую боль в сердце, которая подобно кислоте, медленно разъедает все остальные органы.

Едва сажусь на сиденье, острая стрела пронзает низ живота. Морщусь, инстинктивно приложив руку к больному месту.

Нет, малыш… Пожалуйста… Не покидай меня. Только не сейчас…

Несмотря на то, что являюсь бедной иногородней двадцатилетней студенткой без гроша в кармане, все равно боюсь потерять ребёнка. Да, я не знаю, как буду справляться. Одной будет тяжело. Но я за эти пару дней будто бы уже успела привязаться к малышу и почувствовать себя мамой. Я не хочу лишаться этого чувства.

– Меня Виктор зовут, – представляется мужчина, сев за руль. Спустя секунду авто плавно сдвигается с места.

– Меня Ульяна, – вымученно улыбаюсь в ответ, ощутив новую волну боли.

– Какое красивое имя, – восхищенно отзывается Виктор в ответ. На нём деловой темно-синий костюм, на руке красуются дорогие часы, да и само авто явно не из дешевых. Делаю про себя вывод, что Виктор является деловым и вполне состоятельным человеком. И как же странно, что он возится со мной – бедной никчемной студенткой, у которой, похоже, начался выкидыш…

Слёзы снова потоком льются из глаз. Нужно что-то сделать. Нельзя молчать…

– Виктор, вы можете отвезти меня не в больницу, а в женскую консультацию? – тихи шепчу я, на большее из-за вмиг накатившей слабости не способна.

Мужчина бросает на меня озадаченный взгляд.

– Да, как скажете. У вас что-то болит? – заметив, как я морщусь от боли, на его лице мелькает тревожная гримаса. Чувствую, как авто набирает скорость.

– Да. Я беременна… Кажется, я теряю ребёнка, – бросаю на Виктора взгляд, полный мольбы. Чувствую, что силы начинают меня покидать. Сквозь тяжелые хрипы шепчу, находясь в отчаянии:

– Пожалуйста, спасите его…

Глава 8

Ульяна

Нынешнее время

Осколки стекла поблескивали в свете фар полицейской машины, как россыпь ледяных кристаллов.

Кутаюсь в кардиган ещё сильнее, почувствовав, как из разбитого окна потянуло ощутимой прохладой.

На пороге дома мы встречаем двух коренастых мужчин в полицейской форме. Они оба представляются нам со Стасом, но мне не удается запомнить их имен. В голове туман. Мысли в ней хаотично путаются, сплетаясь в плотный клубок.

– Расскажите, пожалуйста, что произошло, – будничным тоном начинает один из мужчин, когда мы устраиваемся в гостиной. Он постарше своего напарника. Его волосы тронула едва заметная седина, а в уголках глаз собрались мелкие морщинки. Второй, его напарник, располагается за столом и начинает что-то записывать себе в блокнот.

– Мне не спалось этой ночью, – Стас бросает на меня проницательный взгляд. Словно… Он на что-то мне намекает. Будто бы я являлась причиной его бессонницы. Сердце невольно екнуло в груди. – И вдруг услышал звон разбитого стекла. Я сразу понял, что кто-то пытается влезть в дом.

– Где именно вы услышали этот звук?

– Из кухни, – едва слышно произносит Стас. – Там окно ведет на задний двор.

– Вы видели кого-нибудь? – продолжает допрос мужчина, а я так или иначе залипаю на Стасе, который сидит со мной совсем рядом. Как наказание. Как моё личное проклятье, который теперь преследует меня везде и всюду. Не могу сосредоточиться на допросе.

– Я подбежал к кухне, – продолжает Стас, – И увидел, как темная фигура выпрыгивает обратно через окно. Он был в темной одежде, лица я не разглядел, было слишком темно.

– Вы пытались его догнать? – уточняет полицейский, бросив на Стаса пристальный взгляд.

– Нет, – отвечает он. – Дома находилась девушка и маленький ребенок. Я… Не стал рисковать, – произносит он с натягом, и у меня сердце внутри сжимается. Тело одолевает мелкая дрожь. И дело вовсе не в окне.

Далее мужчина просит Стаса описать внешность вора, уточняет мелкие детали, а я хочу, чтобы этот допрос скорее закончился. Я жутко устала. Но смогу ли я уснуть после всего, что случилось?

– А вы, девушка, можете что-нибудь добавить? – на этот раз полицейский обращается ко мне, и я невольно вздрагиваю, со стыдом признавая тот факт, что половину их разговора прослушала.

– Эм… Нет. Я спала на втором этаже и только услышала грохот. Больше ничего.

– Есть предложения, кто это мог сделать? – мужчина по очереди окидывает нас со Стасом задумчивым взглядом.

– У вас есть враги, недоброжелатели?

– Даже не знаю… Возможно, просто хотели ограбить. Мой муж является крупным бизнесменом, в его кабинете есть сейф… Но он сейчас в командировке, и мне еще не удалось с ним поговорить, – смазано лепечу я, ощутив себя странно. Особенно, когда оба мужчины непроизвольно переглядываются друг с другом.

О, господи! Они ведь наверняка подумали, что… Я провожу время с любовником, пока мой мужа нет дома! Из-за этой мысли щеки опаляет жаром.

– Значит, Станислав не ваш муж, – с подозрением в голосе заключает второй, более моложавый мужчина, который пишет в блокнот.

– Да. Он брат Виктора, моего мужа. Он приехал к нам пожить на какое-то время… – вяло оправдываюсь я, а на лицах мужчин так и мелькает насмешка, мол, все мы итак поняли, можешь не придумывать.

Стас все это время сидит молча, крепко стиснув челюсти.

– Это правда, – подает голос Стас, подтверждая мои слова. Под проницательными взглядами полицейских чувствую себя неуютно.

– Понятно, – сухо заключает полицейский, который постарше. – А у вас есть камеры наблюдения?

– Да, – судорожно киваю я, вспомнив о том, что во вокруг дома установлено несколько камер.

Но… Когда я приношу ноутбук и включаю записи, то понимаю с досадой и какой-то острой тревогой, что этот человек будто бы знал, с какой стороны лучше проникнуть в дом так, чтобы ни на одну камеру не попасть! Вот же черт…

– Что ж, ладно. Тогда осмотрим место происшествия и опросим соседей. Возможно, кто-то что-то видел, – будничным тоном заключает старший полицейский, а я чувствую себя как-то странно. Теперь я все более уверена в том, что этот инцидент был кем-то спланирован.

Очень надеюсь, что до приезда Виктора больше никаких происшествий не случится.

Далее полицейские осматривают дом. Второй полицейский изучает территорию вокруг дома, ища следы, которые мог оставить преступник. Он обращает внимание на отпечатки обуви, сломанные ветки, брошенные предметы. Полицейские тщательно фиксируют все улики и обещают продолжить расследование, надеясь поймать преступника.

– Мы позвоним, если будут какие-то новости, – произносит мужчина с блокнотом перед уходом. А я так рада, что это наконец закончилось, что почти сразу же хлопаю дверью, прижавшись к ней спиной и откинув голову наверх.

– Ложись спать. Я тоже пойду, – с какой-то скрытой заботой произносит Стас, направляясь в свою комнату.

– Спокойной ночи, – слабо отзываюсь я в ответ, а затем быстрым шагом направляюсь наверх.

Да, эта ночь была и в самом деле тяжелой. Засыпаю лишь под утро. Проваливаюсь в глубокий сон. И… Игноирирую будильник. Когда продираю глаза, с ужасом осознаю, что время перевалило за десять утра.

Твою ж налево! Мы с Тимошей проспали садик. Стоп…

Тимоша. Где он?!

Резко подскакиваю на ноги, лечу в сторону детской. Но сына там нет. Сердце начинает колотиться в панике, пульс зашкаливает, в висках стучит тревога.

Хватаюсь за голову, будто в агонии бегу к лестнице.

Из кухни доносятся знакомые голоса. Моего сына и… Стаса. Ловлю запах чего-то вкусного и ароматного.

На деревянных ногах спускаюсь на первый этаж, крепко вцепившись в перила лестницы. Сердце зашкаливает в опасном ритме. Не понимаю, почему паника с такой силой сжимает сознание. Почему я так сильно нервничаю из-за той картины, которую вижу перед собой?

Стас и Тимоша сидят друг напротив друга, поглощая завтрак. О чем-то беседуют, смеются. Сердце замирает, едва я представляю себе, что на месте Вити все эти годы мог быть Стас…

Глава 9

Стас

Уля. Девочка из моего больного прошлого. И вот судьба снова сталкивает нас лбами. Только теперь не как влюбленных, а как… Родственников. Иронично, не правда ли? Потому что однажды моя дорогая Ульяна выбрала не меня. Она выбрала Виктора, решив, что он для неё более выгодная и значимая партия.

Все эти годы я тайком следил за её жизнью в соцсетях. Ульяна не особо активно распространялась о своей жизни, но пары фото мне было достаточно, чтобы понять, что она вполне себе удачно вышла замуж за Виктора и родила от него сына. Бывшая словно назло мне это сделала. Как будто бы это был её какой-то план, насолить мне, сделать больно. Сделала. Еще как сделала. Она будто бы знала, в каких мы с Виктором находились в отношениях. Лютая ненависть, презрение, равнодушие. С самого детства мы с братцем вели войну.

Никак не могли поделить любимые игрушки. Никак не могли поделить любимую мать, которая металась между нашими отцами как между двумя огнями. Затем в ход пошли девушки. Витек со своей стеснительностью и робостью всегда стоял в стороне. А я, в отличие от него, был вовсе не из робкого десятка. И поэтому все внимание женского пола забирал себе. Братец злился. Я это видел. Чувствовал. Но он, в силу своего тихого зажатого характера, вида не подавал. Затем общий бизнес, который я решил честно разделить и уйти в свободное плавание, дабы ни в коей степени не зависеть от братца. Даже на дом не стал претендовать, ибо нечего мне было в нём делать. Слишком много ненужных воспоминаний. Но жизнь иногда преподносит неприятные сюрпризы.

Банкротство. Конфискация имущества. И вот на тебе, у меня больше нет выхода, кроме как явиться в этот проклятый дом, где меня встречает бывшая девушка с малышом на руках. Не моим родным. Всего лишь племянником.

Знала бы она, каково мне находиться рядом с ней наедине в одном доме. Чего стоит не наплевать на все условности и не наброситься на Улю диким зверем. Потому что ничего не забыто. Я все ещё помню. Я все еще помню вкус ее губ, тепло ее тела.

И хотел бы повторить. Но не могу. Не имею, сука, права. Потому что прошлое должно быть в прошлом. Но я какого-то хрена до сих пор им живу.

Одна глупая ссора. Неделя ледяного молчания. Я бухал, как проклятый, переживал, сходил с ума. А Ульяна игнорировала меня. Развлекалась с братцем. Я должен ненавидеть ее за это. Презирать. Чувствовать лишь холодную пустоту. Но нет… Один ее взгляд, и меня бросает то в жар, то в холод. Эти пронзительные зеленые глаза, словно пытаются заглянуть в самую душу. Хотят что-то сказать, но молчат. О чем она думает? Помнит ли она нас? Вспоминает? Чувствует?

Хотя какое мне дело. Это временный этап моей жизни. Поживу здесь какое-то время, а потом свалю в закат. Забуду об этой лисе, которая даже спустя годы умудрилась вскружить мне голову. Но она никогда, слышите, никогда не узнает, что я до сих пор по ней торчу.

Знаю, что это больное, нездоровое чувство. Стремно. Такой, как я, никогда ни от кого не зависел. Но с Ульяной случилось всё да наоборот. Другие девки мимо. Все мимо. Не цепляют. Не интересуют. Одна ночь. И досвидос.

Наверное, именно поэтому я так сильно злюсь на бывшую. Даже не из-за того, что выбрала другого. А потому, что так прочно засела внутри. Гребаная пиявка, которая намертво присосалась к сердцу.

Но ничего. Надо будет, вырву её прямо с этим бесполезным органом, который приносит одни проблемы.

Ночь хреново сплю. Вся эта суета с полицией, попыткой ограбления и откровенная пижама бывшей так и не дали мне спокойного сна. В особенности последнее. Вот, что больше всего не давало мне покоя. Эти проклятые торчащие соски, просвечивающиеся сквозь тонкую шелковую ткань… Меня бросает в жар от этих воспоминаний. Я проклинаю свою слабость, свою одержимость ею. Мне нужно убраться отсюда. Срочно. Пока я не наделал глупостей. Но для того, чтобы начать выстраивать свою жизнь заново, по кирпичикам, нужно дождаться братца. Ненавижу унижаться, но придется, другого выхода нет. Предложу выкупить свою долю. На эти деньги начну заново строить бизнес. Я парень не глупый, быстро раскручусь. И заживу снова по полной. Без терзающих мыслей об Ульяне. Да пошла она к черту, стерва.

Ловлю себя на мысли, что лучше бы Витек все это время был дома, тогда у меня был бы хоть какой-то стоп-кран. А когда мы остаемся с его женой наедине, это чревато последствиями. Боюсь, что долго не продержусь. Особенно, если эта сучка будет нарочно меня соблазнять своими откровенными нарядами.

А может, вообще, переспать разок-другой? Так, сказать, по старой дружбе? Глядишь и отпустит меня. Пойму, что Ульяна такая же девушка, каких у меня была куча, и успокоюсь.

Ну да, конечно… Кого я пытаюсь обмануть.

Поняв, что мои мысли до добра меня не доведут, встаю с постели. Направляюсь в кухню. Включаю кофейную машину.

Смотрю на разбитое окно и думаю, кому взбрендило в голову заявляться в дом. Что-то мне подсказывает, что это было неспроста. Не по мою ли душу? Да ну, бред. Долги все списаны. У меня нет врагов. Кроме моего, горячо любимого, братца, ахах.

Из размышлений меня вытягивает топот маленьких ножек. Оборачиваюсь назад и вижу малыша, стоящего в дверном проеме кухни. Смотрит так внимательно, хмурится. Похож на Улю. Как будто бы и на меня тоже. И ничего от Витьки. Игра воображения. Потому что я до сих пор не могу признать, что ребенок Ульяны от другого. Не от меня. От моего брата, от последнего человека, с которым я бы мог пожелать ей счастья. С кем угодно, но не с ним.

– Дя-дя… – лепечет мальчик, подходя ко мне ещё ближе. Зависаю на нем. Так странно. Я никогда так близко не общался с детьми. А это мой родной племянник. И я… Теряюсь, черт возьми. Не понимаю, как себя вести.

– Доброе утро, Тимоша, – отмираю, решая для начала поздороваться с ребенком.

– Ма пит, – выдает он рвано, пожав плечами. Нихрена не понимаю, что он имеет ввиду. Улыбаюсь и киваю, не зная, что ещё сказать.

Лишь спустя минуту, не обнаружив рядом Ульяны, догадываюсь, что имел ввиду мальчик. Мама спит.

Ну что ж, Уля. Спи, дорогая. Сладких снов. А я пока с племянником поближе познакомлюсь.

– Ням-ням, – лепечет мальчик, и я пытаюсь сообразить, чем могу его накормить. Озадаченно чешу затылок, оглядывая кухню. А что вообще едят такие маленькие дети? Сейчас ещё накормлю не тем, чем нужно, а Улька потом меня со свету сживет.

– Яичницу будешь? – спрашиваю у Тимоши, и его глаза загораются в согласии.

Прекрасно. Достаю сковороду. Не особо люблю шариться в чужих вещах, но ситуации исключительная. Надо накормить племянника. Надеюсь, обойдется без жертв.

Но пожарить четыре яйца оказалось для меня вполне посильной задачей. Даже ещё и вкусно получилось.

– Приятного аппетита, – бодро произношу я, бросив на мальчика теплый взгляд. Что-то смягчается внутри. Не думал, что когда-то смогу проникнуться к детям. Но этот мальчик… Забавный. И милый. Он зарождает внутри меня что-то светлое, нежное. Аж дышать легче стало.

– Пасибо, – живо отзывается малец, растянув рот в игривой улыбке. Сидя напротив него, пытаюсь украдкой рассмотреть ребенка. Светлые волосы, курносый носик, пухлые губки.

Стараюсь не обращать внимания на острую мысль о том, что у нас Улей мог быть такой же мальчик. Наш. Родной. Зачем я об этом думаю? Не знаю.

Просто… Само собой вышло.

А потом в кухню пулей влетает Уля. Разъяренная фурия. Дышит так часто и тяжело, а смотрит так… Будто бы я похитил её сына и силой удерживаю в плену.

– Что ты делаешь?! – шипит она враждебно, подходя к ребенку и едва ли не сгребая его в охапку. Напоминает мне дикую львицу, желающую всеми силами защитить свое потомство. В глазах испуг. Будто бы я и в самом деле мог причинить её ребенку зло.

– Что делаю? Кормлю завтраком твоего сына. И своего племянника, – как бы невзначай пожимаю плечами. Ульяна отмирает, медленно опуская малыша на пол.

– Иди поиграй, милый. Нам с твоим дядей надо поговорить.

Глава 10

Ульяна

Сердце бьется словно птица, запертая в клетке. Отчаянно стучится в ребра, желая выпорхнуть наружу. Это зрелище заставило его больно сжаться. Стас и наш сын, которого он называет племянником.

Бросаю взгляд на пустые тарелки. Судя по всему, тут недавно была яичница. Стас… Приготовил ее сам. Помню, как бывший терпеть не мог готовить и тогда мне казалось, что ничто не сможет заставить его притронуться к плите. Сердце сковывает кожаными ремнями. Насколько же все сложно.

Чувствую, как совесть начинает сжирать меня изнутри. Я понимаю, что так нельзя. Это неправильно. Но… Если Витя и Стас узнают правду. Что тогда будет?

– Тебе стоило разбудить меня! Я бы сама… Управилась с сыном, – выдаю рвано, пытаясь скрыть сбившееся дыхание. Стас, в свою очередь, ехидно хмыкает.

– Уж прости. Хотел как лучше, но ты вечно чем-то недовольна, – прыскает он с упреком. Нервно одергиваю подол своей пижамы, твою ж мать… Я была настолько не в себе, когда не увидела в своей комнате Тимошу, что даже не подумала переодеться. Снова этот пожирающий взгляд бывшего. Я чувствую, как в районе декольте потеплела кожа от его прожигающего взгляда.

– Я проспала… Не услышала будильник, – зачем-то оправдываюсь я. Эта ночь, полная тревожных снов и смутных предчувствий, вымотала меня так, что я проспала все на свете. Тимошу придется сегодня оставить дома, а ведь… Черт! Совсем забыла. Сегодня мне нужно сдать очень важный отчет. Как же я это сделаю, если за сыном нужен постоянный присмотр?! Вот же засада. Как же все это не вовремя!

– Да ладно, Уль. Проспала, с кем не бывает. Зачем делать из этого трагедию, – пожимает плечами Стас, не сводя с меня пристального взгляда. Машинально ежусь от такого открытого внимания. В кухне, залитой утренним солнцем, приятно пахнет кофе и подгорелой яичницей – свидетельством кулинарных подвигов Стаса.

– Извини, что тебе пришлось возиться с Тимошей, – бурчу я еле слышно, словно чувствуя за собой вину за то, что Стасу пришлось остаться с ребенком наедине. Виноватой не только за то, что он остался с ребенком, но и за эту странную, тягучую атмосферу, которая повисает между нами.

– Все в порядке. Мне же надо как-то сближаться… С племянником, – последнее слово Стас выдает с нажимом. Сердце пропускает удар, неужели он догадался? Нет, нет, не может быть…

– Ты же никогда особо не любил детей, – само по себе срывается с губ. Горько усмехаюсь, мысленно ругая себя за то, что возвращаюсь в прошлое. Зачем? Это уже бессмысленно.

– И что? Ваш с Витей сын и моя родная кровь тоже… Эти слова словно кувалдой ударяют в грудь.

Кажется, давлюсь воздухом. Нервно закашливаюсь, ощутив, как сильно запершило в горле. Жадно хватаю губами воздух, чувствуя жжение в легких.

– С тобой все в порядке? – Стас хмурится, не понимая моей реакции.

Судорожно киваю в ответ, бросаясь к пустому стакану и набирая в него воду.

– Слюна не в то горло попала, – сиплю я, отпив несколько глотков. Приступ отпускает, и я уже могу нормально дышать.

Взгляд цепляется за разбитое окно. Нужно взывать мастера, чтобы его как можно скорее заменили. И созвониться наконец с Витей. А ещё подготовить и сдать отчет. Черт возьми, столько задач, голова кругом идет.

– Ма-ма! Дя-дя! – Тимоша, устав смотреть мультики, забегает в кухню. Хватает меня за руку, да так, что… Я чувствую, как моя грудь едва не выпадет из выреза. Глаза Стаса в этот момент загораются ярким пламенем. Он смотрит на меня словно голодный хищник.

– Хотю играть! – звонко щебечет сынок, но я при всем желании не смогу выполнить его просьбу. Смотрю на часы. Время поджимает. Как бы мне не хотелось этого делать, у меня нет другого выхода.

– Стас, у тебя есть планы на сегодня? – сбивчиво мямлю неуверенным голосом. Сглатываю слюну, тем самым пытаясь протолкнуть ком, который плотно засел в горле. Бывший бросает на меня заинтересованный взгляд.

Тимоша продолжает наворачивать круги по кухне, его звонкий голосок заполняет пространство, но не может заглушить напряжения, вибрирующего между нами со Стасом.

– У тебя есть предложение, как его провести? – его голос искажает какие-то дико волнующие, похотливые нотки. Опять эти его дурацкие намеки.

– Нет. Но есть просьба, – бросаю взгляд на свой маленький моторчик, который кружится вокруг нас двоих.

Стас смотрит на меня так, словно уже готов запросить за мою просьбу баснословную цену. Его этот самодовольный взгляд помню наизусть. В нём томится и ирония, и вызов, и… Что-то еще, чего я не могу расшифровать. Что-то, от чего у меня перехватывает дыхание.

– Какая?

– Ты не мог бы… Кхм… Немного побыть с Тимошей?

Я выжидающе смотрю на бывшего, кажется, даже не дышу и молюсь, чтобы он согласился. От этого зависит не только мой отчет, но и… Что-то гораздо большее. Что-то, о чем я боюсь даже думать.

Глава 11

Ульяна

Стас ехидно ухмыляется, обнажая ровные зубы. Чувствую, как каждая мышца в моем теле напряжена до предела. Замираю в ожидании его ответа.

– У меня просто на носу очень важный отчет. И мне нужно сдать его сегодня. А так как мы проспали сад, то… – с силой вытягиваю из себя слова, ощутив не пойми откуда возникшее смущение. Либо я просто боюсь отказа.

С другой стороны, если Стас и Тимоша сблизятся. Может ли это быть чревато последствиями? Мысль о том, что они проведут время вместе, вызывает непонятное беспокойство.

Стас очерчивает меня пристальным взглядом, медленно скользя глазами вдоль моего тела. Будто бы такое ярое внимание к моей персоне поможет ему принять решение.

Почему он так долго молчит? От этого томительного ожидания сердце начинает биться чаще.

– Если ты не можешь, то… Я что-нибудь придумаю, – дрожащим голосом добавляю ещё, чувствуя, что какого-то черта ощущаю себя в его власти. Так и есть. От его согласия зависит многое. Я не могу подвести своих коллег.

– Конечно да, Уль. Ещё спрашиваешь, – хмыкает Стас, дернув губы вверх.

– Этой же мой племянник. Как я могу отказать? Я побуду с ним. Не переживай, – на мгновение голос Стаса смягчается, и даже… Взгляд. Он будто бы потеплел пот упоминании Тимоши. Холодная сталь сменяется на теплый светлый луч.

– Здорово. Спасибо. Ты меня очень выручил, – искренне благодарю бывшего, и в груди что-то вздрогнуло.

Запретные чувства, которые я так старательно пытаюсь подавить, вспыхивают с новой силой. Эта близость, эта тяга… До дрожи, до потери пульса.

Нельзя. Ни в коем случае. Даже думать об этом нельзя.

Где-то в глубине души меня дико мучает совесть за то, что даже мысленно я предаю Виктора, представляя себя не рядом с ним, а с его братом. Позор, Уля. Позор.

Хорошо, что никто не имеет способность читать мысли друг друга. Иначе моя тайна раскрылась сиюминутно.

– Не благодари. Мы же не чужие друг другу люди, – Стас произносит эту фразу довольно неоднозначно. И его, сказанные с тонким намеком слова, повисают в воздухе.

Сдавленно киваю в ответ, подразумевая под этим исключительно его родственные связи с моим мужем.

Я, конечно, до конца не уверена, что это хорошая идея оставлять Стаса, который ни разу в своей жизни не проводил время с ребенком, с Тимошей.

С другой стороны, он ведь сумел приготовить ему завтрак… Воспоминание об этом согревает, вызвав теплую волну умиления. Может, все и не так плохо? Может, этот день принесет не только решение рабочих проблем, но и… Что-то еще? Нечто трепетное и запретное, что пульсирует где-то в самой глубине моей души, требуя выхода.

– Х-хорошо, – едва заметно качаю головой, думая о том, что мне срочно нужно бежать к себе. И дело не в том, что меня ждёт работа. Она необходима мне сейчас для того, что отвлечься от этих запретных, настойчивых мыслей, которые как пиявки присосались к мозгу.

Далее я провожу Стасу мини-инструктаж о том, что можно делать с ребенком, а что нельзя. Чем кормить, во что играть…

Все это время бывший внимательно меня слушает, не забывая то и дело бросать неоднозначные взгляды. Когда он это делает, запинаюсь и давлюсь воздухом. Зачем он так на меня смотрит?

– Уль, все окей. Я не глупый, справлюсь, – заверяет меня Стас, лукаво ухмыльнувшись.

– И прошу тебя, не своди с него глаз, – произношу важное напутствие, потому что сынок – тот еще маленький моторчик. А вдруг Стас не уследит за ним? Вдруг что-то случится? Чувствую внутреннюю тревогу, рвущуюся наружу.

«Он же его отец…»

Эта мысль в очередной раз пронзает острой иглой.

С такой же тревогой смотрю на бывшего.

И он… Стас словно чувствует это. Он нежно кладет свою ладонь на моё плечо и так искренне, проникновенно смотрит прямо в глаза…

Его прикосновение подобно разряду тока.

От его мощности моё сердце останавливается. Я не могу ни мыслить, ни дышать, ни стоять ровно на ногах.

– Все будет хорошо. Я справлюсь, Уль. Иди работай, – мягко, но довольно уверенно проговаривает Стас, медленно убирая свою руку. А я чувствую, как кожа все ещё помнит его прикосновение. Огнем горит.

– С-спасибо, – от нахлынувшего волнения запинаюсь. Речь становится сбивчивой. Потому что сердце скачет в груди как невменяемое.

Стас посылает мне обаятельную улыбку и без зазрения совести подмигивает. Новый удар, прямо в сердце. Это невыносимо.

– Милый, побудешь с дядей Стасом? А я пойду поработаю, – сажусь на корточки и предупреждаю сына о том, что вынуждена отлучиться. Тимоша, на удивление, бодро кивает в ответ.

– Холосо! Дядя Стась, а мы будем иглать? – сынок вскидывает голову вверх и с затаившимся интересом в глазах смотрит на Стаса.

– Конечно, – живо отзывается бывший и берет Тимошу на руки. Затем начинает кружить его, а потом кладет на руки и ведет параллельно полу.

– Полетелиииии! – как же быстро он нашел подход к моему… Нашему сыну. Малыш заливисто хохочет, испытывая неподдельный детский восторг.

Виктор…

Из-за его частых разъездов он редко проводит время в сыном. И я никогда не видела, чтобы он так играл с ним. С такой живостью и энтузиазмом. Сердце больно сдавливает в груди, пока я наблюдаю за этим зрелищем.

– Мамуль, смотли! Я самолет! – визжит Тимоша, задорно смеясь.

Пока оба моих любимых человека увлечены игрой, я позволяю себе всего несколько секунд за ними понаблюдать. Совсем чуть-чуть. Пока моё сердце не разорвалось от боли. Лишь спустя минуту заставляю себя отмереть и пойти по своим делам. Каждый шаг отдается болью. Но я должна идти только вперёд, не оглядываясь назад.

Глава 12

Ульяна

Вникаю в работу. Как сказать, вникаю. Пытаюсь вникнуть. Отчет горит, а мои мысли кружатся вокруг Стаса. Ноги так и тянут встать и понести меня вниз. Посмотреть на сына и бывшего хоть одним глазком.

Надеюсь, у них все в порядке. Тревога отдаленно зудит внутри, но все же я пытаюсь успокоить себя. Пусть Стас мерзавец, который в прошлом предал меня, но все же он не тот человек, который мог бы навредить ребенку.

Когда получается начать вести расчеты, объявляется Виктор. Надо же, а я уже и не надеялась, что он вообще мне перезвонит.

– Алло, – сухим тоном бурчу я. Почему-то злюсь на мужа, что так долго не выходил на связь, когда был так необходим. За эти почти сутки столько успело произойти, а Виктор даже и не в курсе.

– Привет, любимая. Как ты? – мягким тоном начинает муж, а я даже не знаю, что ответить и с чего начать.

– Как думаешь, Вить? Ты поставил меня перед фактом о внезапном приезде брата, столько времени не выходил на связь… – речь начинает литься из меня бурным потоком, отталкиваюсь от стола и отъезжаю на кресле в другой угол комнаты. Чувствую, что разговор с мужем выйдет непростым.

– Уль, не злись. Я… Сам был удивлен. Стас своеобразный, знаю. С ним тяжело находиться на одной территории. Но он обещал долго у нас не задерживаться. Понимаешь, ему некуда было идти. Он обанкротился, потерял весь свой бизнес и имущество. Грубо говоря, остался с голой задницей. В принципе, оно и понятно. Стас никогда не умел правильно обращаться с деньгами. Как он вообще смог чего-то добиться, непонятно, – в голосе мужа слышится отчетливая неприязнь к его брату.

– И когда он попросил приютить его… Разве мог я ему отказать, Уль? Ты бы как поступила на моем месте?

Сердце почему-то больно сжимается. Я ведь подозревала изначально, что у Стаса могли быть проблемы. И мне… Жаль, что он потерял все. Я бы могла позлорадствовать, что бывшему прилетел бумеранг за мои страдания, но не могу этого сделать. Как бы не хотела, не могу и всё.

– Да, я понимаю, – мой тон смягчается, голос становится тише. Нервно тереблю край футболки, пока веду беседу с мужем.

– Уль, у меня столько работы, такие дни бешеные. Устал как собака. Ещё и ты со своими наездами. Я же для вас стараюсь, – голос Вити пестрит обидой, отчего моя совесть просыпается и начинает медленно впиваться острыми зубами в самую душу.

Мы редко ссоримся с Виктором. Муж… Он обладает спокойным темпераментом. Иногда даже слишком. Все наши зарождающиеся склоки и конфликты всегда быстро сходят на нет. Так же и сейчас.

Другое дело Стас. Ураган. Буря. Шторм. Один его взгляд – и мне сносит крышу.

Какие же они разные.

– Извини. Я… Ценю твои усилия, – сбивчиво произношу я, ощутив себя ещё хуже. Пока мой муж трудится в другой стране ради нашего блага, я в тайне мечтаю о его брате… Позор мне.

– Вот так намного лучше, – голос Вити оживает, становится бодрым.

– Как тебе Стас? Получилось с ним поладить?

Знал бы он, как неоднозначно звучит его вопрос. И что я даже не знаю, как на него ответить.

– Д-да. Вполне, – с трудом вытягиваю из себя слова. – Как сынок?

– Он… В садике, – в последний момент решаю соврать. Не знаю почему, но я не хочу говорить Виктору о том, что в данный момент его брат, которого он недолюбливает, проводит время с нашим ребенком. Почему-то кажется, что этот факт его не обрадует.

– Послушай, Вить. Нас ночью пытались ограбить, – резко выпаливаю я ту новость, которую нужно было озвучить изначально. Но новые подробности о жизни Стаса сбили меня с толку.

– Что? Как это?! – сильно удивляется Виктор, и далее я пересказываю ему события прошлой ночи.

– Свалился же на нашу голову, черт возьми, – шипит муж с недовольством. Напрягаюсь, догадываясь, о ком сейчас пойдет речь.

– Т-ты о ком?

– Уль, у Стаса огромные долги. Скорее всего, его выследили у нас, видимо, таким способом пытались предупредить или напугать. Я тут не причем, у меня все чисто, ты же знаешь.

Паника сдавливает горло. Значит, у Стаса все намного хуже, чем я себе представляла. И я верно думала о том, что его спонтанный приход в наш дом и проникновение чужого связаны между собой. Становится не по себе. Колючие мурашки выступают на коже. И, тем не менее, я столько же боюсь за себя с сыном, сколько и за Стаса. Ведь ему может угрожать опасность.

В груди кошки скребут. Почему я так сильно за него беспокоюсь? Почему не могу выбросить все эти чувства из головы и думать исключительно о себе и своей семье?

– Так, ладно. Я найму нам охрану. Так и тебе, и мне будет спокойнее. Не хватало ещё, чтобы из-за этого болвана вы с Тимошей пострадали, – угрюмо бурчит муж, но я полностью поддерживаю его идею насчёт охраны. Так и в самом деле будет спокойнее.

– Хорошо. Нужно ещё окно поменять… – совсем вылетело из головы, а ведь это нужно было сделать ещё утром. Все из-за Стаса… Как только он появился в моей жизни, я больше ни о чем другом думать не могу.

– Не переживай, я все сделаю, – уверенно заявляет Витя, как и всегда ограждая меня от лишних забот. За это я очень его ценю. Он всегда берет все задачи на себя, а я… А я люблю его брата. Какая жуткая несправедливость. Мне очень обидно, что я не могу оценить по достоинству любовь Вити. Но сердце не прикажешь. Оно изначально выбрало не того, кого нужно было. Того, кто этого не заслуживает. Вот такой закон подлости.

– Спасибо тебе, Вить. За всё, – тихо произношу я, вкладывая в свои слова особый смысл. Потому что вместе с ними я мысленно прошу прощения за то, что обманываю его. Стаса. Сына. И себя тоже.

Глава 13

Ульяна

Три года назад

Ресницы тяжелые, словно свинцом налитые. Медленно, с трудом открываю глаза. Размытые силуэты предметов постепенно обретают четкость.

Белый потолок. Резкий запах спирта. Постепенно прихожу в себя. Где я? Больница? Вспоминаю вихрь событий: визг тормозов, страх, пронзительная боль… Малыш! Моя рука инстинктивно ложится на живот. Замираю, боясь даже дышать. Боже, пусть с ним всё будет хорошо!

– Ульяна, очнулась? – совсем рядом звучит тревожный голос Виктора. Его лицо над моей кроватью слишком близко. Серые глаза мужчины излучают беспокойство. Искреннее. Он до сих пор здесь. В какой-то степени я ощущаю себя рядом с ним не так одиноко. Но, так или иначе, мне жутко неудобно, что я принесла Виктору столько проблем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.