Элен Марч
Убийство в Нетенвиле

Глава 1. Новогодний Нетенвиль

Заснеженный город вблизи Лондона с замысловатым названием «Нетенвиль» был излюбленным местом отдыха уставших от суеты жителей мегаполисов. Уютный, по-своему привлекательный, Нетенвиль хорош в любое время. Однако под Новый год город становился поистине сказочным. Было ли дело в грамотной рекламе, особой праздничной атмосфере, или в чем-то ином, в это волшебное время в Нетенвиль приезжали сотни гостей. Здесь почему-то казалось, что электрические гирлянды сверкали особенно ярко, дома украшались более празднично, а снег был самым белым.

Нетенвиль готовился справлять Новый год. Родственники, друзья, приятели и коллеги заполняли дома радушных хозяев. Среди последних, так же, как и среди гостей, были те, кто искренне радовался возможностью разделить праздник друг с другом. Встречались, разумеется, и те, чей визит был данью вежливости. Но самыми опасными оказывались люди, чьи мотивы не прочесть за широкой улыбкой и приветственным рукопожатием.

И, хотя за дверью каждого дома скрывалась своя история, самая загадочная таилась за печатью массивного, вычурного кирпичного забора дома, принадлежавшего Стенли Фостеру – личности непубличной и скрытной.

Особняк мистера Фостера стоял вдалеке от привычных, похожих друг на друга домов Нетенвиля. Строение выделялось невообразимыми размерами и роскошной красотой фасада. Жители и гости города с завистью и опаской поглядывали в сторону «Забытого дома» – окрестив его так за то, что в его окнах никогда не горел свет, а хозяин появлялся настолько редко, что местным жителям никак не удавалось с ним познакомиться.

Как взору наблюдателей открывался лишь фасад дома, так и имя его хозяина было единственным известным звеном, и жителям оставалось только гадать и строить предположения о его причудливом владельце.

Поговаривали, что в доме обитали приведения. Кажется, одна из местных сплетниц горячо рассказывала, что не так давно видела, как из ворот «Забытого дома» выплыло нечто, напоминавшее ей призрака. Оно настолько напугало бедную женщину, что та быстро побежала домой и еще долго вспоминала бледное лицо «привидения».

Местных детишек пугали рассказами о вампирах, поселившихся в доме, которым чужд солнечный свет, поэтому страшные существа выходят на охоту лишь ночью и крадут непослушных ребят, порабощают их волю, заставляя им прислуживать.

«Забытый дом» был окутан тайнами и легендами, однако сегодня, тридцать первого декабря, в нем впервые загорелся свет, массивный забор был украшен гирляндами и еловыми ветвями, а крыша засверкала тысячей маленьких фонариков, приветливо подмигивающих путникам. Особое внимание привлекал символ будущего года – огромный, с красивой, сверкающей рыжей шкурой полосатый тигр. Его можно было заметить едва ли ни с въезда в Нетенвиль. Разумеется, такое событие дало местным жителям еще больше поводов для сплетен. Однако то, что случится всего через несколько часов, в последствие породит столько разговоров, что горожане еще долго будут бояться ходить мимо «Забытого дома», а тигр, которого так и не уберут с крыши, станет своеобразным стражником особняка.

Мистер Фостер оказался человеком странным не только в выборе дома, но и в планировании приемов. По его указанию выслали двадцать одно приглашение. В каждом, помимо времени и места новогоднего приема, указывалось на необходимость следовать определенным правилам. Так, к примеру, выглядело одно из приглашений:

Уважаемый мистер и миссис Хордвей, с удовольствием приглашаю Вас на прием в честь празднования Нового года, который состоится тридцать первого декабря в двадцать три часа. Прошу Вас не беспокоиться о транспорте, по указанному Вами адресу, который, Вы, как я полагаю, вышлите мне без особых усилий, за Вами приедет автомобиль. Примите просьбу воспользоваться моим автомобилем за дружественный жест, отклонение от которого, пожалуй, может поставить под сомнение Ваше приглашение. Также я прошу оставить мобильный телефон, камеру и прочие устройства дома. Ведь на вечеринке лучше всего наслаждаться компанией и коктейлями.

С уважением, мистер Фостер

Аналогичные приглашения были разосланы еще двадцати гостям, о каждом из которых причудливый хозяин приема обещал позаботиться.

Как ни странно, никто из приглашенных не отклонил просьбу хозяина вечера, хотя многие сочли её экстравагантной. Желание побеседовать с мистером Фостером – человеком, появлявшимся в обществе раза два в год, затмевала собой его небольшую прихоть.

В одиннадцатом часу один за другим к дому стали подъезжать одинаковые черные внедорожники. Удивительным было то, что в ворота дома ни разу не заехало одновременно несколько машин. Движение было настолько синхронным, что гости появлялись на пороге дома, словно по маневру умелого кукловода, выставлявшего фигуры на сцену.

Хелен и Роджер Хордвей – первые в списке приглашенных. Дворецкий встретил их на входе, где предложил снять верхнюю одежду, которую тут же передал помощнице, после чего проводил гостей через длинный холл, остановившись у входа в зал для приемов.

Дворецкий был профессионалом. Одетый в черный фрак, мужчина держал спину так равно, как ее держал солдат на построении, был учтив и вышколен. Он четко следовал указанию Стенли Фостера и попросил гостей о возможности удостовериться, что те не принесли в дом запрещенные предметы.

Роджер Хордвей спокойно отреагировал на просьбу дворецкого, догадываясь, что на входе их обыщут. Еще на пороге он заметил сканер, который уже проверил их на наличие оружия.

Роджер прекрасно понимал мистера Фостера и его тягу к безопасности, а вот его супруга не была столь же либеральна. Хелен недовольно хмыкнула, услышав просьбу продемонстрировать содержимое сумочки.

– Безобразие! – воскликнула она. – Неужели это так необходимо?

Хелен поджала губы и одарила дворецкого презрительным взглядом.

– Миссис Хордвей, я всего лишь исполняю приказ, – спокойным тоном объяснил дворецкий. – Окажите любезность: позвольте заглянуть в вашу сумочку. У меня очень точные инструкции по поводу гостей.

Последняя фраза была произнесена так, что Хелен поняла: придется подчиниться. Оскорбленно отвернув голову в сторону, она протянула ридикюль и не смотрела в сторону дворецкого, пока тот методично проводил осмотр. В этот момент взгляд Хелен был устремлен в зеркало. Увидев себя в отражении, миссис Хордвей удовлетворенно улыбнулась, любование собой доставляло ей истинное удовольствие, и даже отразившийся в зеркале дворецкий не мешал её тщеславному стремлению.

Хелен была молодой, очаровательно красивой леди. Её стройную, подтянутую фигуру украшало серебристое платье в пол. Особую пикантность наряду добавляла открытая спина и небольшой разрез на ноге, открывавший при ходьбе любопытным наблюдателям стройность длинных ног. Волосы цвета платины были собраны в высокий пучок, позволяя оценить изящество лебединой шеи, которую украшало роскошное бриллиантовое ожерелье.

Мистер Хордвей тихо вздохнул. Он любовался красотой жены, но как бы ему хотелось, чтобы она была чуть менее тщеславна и не проводила у зеркала долгие часы.

Роджер и сам был весьма привлекательным темноволосым мужчиной, едва-едва пересёкший четвертый десяток. Сдержанность в манерах, элегантно подобранная одежда, аристократичная худоба – все в нем производило приятное впечатление. Его взгляд, теплый и немного уставший, внушал доверие. Длинный, заостренный нос и высокие скулы выдавали в нем интеллектуала.

Удостоверившись, что все в порядке, дворецкий проводил первых гостей в зал для приемов: его роскошь оценивалась не сразу. Зал завораживал сдержанностью, изяществом и простором. В нём можно было давать государственные приемы! Огромные белоснежные окна скрывали тайны жителей и гостей дома за нежно-розовыми портьерами. Несколько светлых резных диванов и кресел располагались так, чтобы каждый мог найти уютный угол и немного посекретничать. Стены украшали массивные картины, в основном – портреты, они добавляли залу величия. Бармен за стойкой умело жонглировал бокалами, создавая для гостей небольшое шоу. Однако главным украшением была высокая пушистая ель, стоящая в центре. Ей можно было любоваться вечность! Над новогодним деревом сполна потрудились дизайнеры, умело украсив ель старинными игрушками и современными гирляндами, символично сочетая новое и старое. Играла спокойная классическая музыка, а потрескивающие хвойные бревна в каминах дарили чарующий аромат леса.

Мистер и миссис Хордвей уже успели оценить вкус хозяина дома, однако его самого они ещё не видели. Устроившись в уютном кресле, Хелен воодушевленно комментировала обстановку зала, найдя в ней, между прочим, изъяны, которые сама она бы изменила. Её муж без особого энтузиазма выслушивал отзывы, думая параллельно о чем-то своем.

Гостям недолго пришлось скучать в одиночестве. С небольшими промежутками во времени зал стали заполонять гости.

Даниэль Бейкер, прибывший несколько позднее семейства Хордвей, стал самым молодым и наименее консервативным в выборе одежды гостем, выбрав для вечера классический черный пиджак, белую рубашку и удобные джинсы. Бейкеру едва исполнилось двадцать пять лет, но возраст не стал помехой для успеха, наоборот, в свои годы он уже управлял собственной IT-компанией и ему, как никому другому, болезненно давался запрет хозяина дома на электронные устройства. Даниэль провел без телефона всего несколько минут, а нервоз уже понемногу подступал. Заложив руки в передние карманы джинс, молодой бизнесмен сухо поздоровался с семейством Хордвей. Протянув руку Роджеру, он практически полностью проигнорировал его жену, отвесив ей короткий кивок, чем сильно разозлил тщеславную особу, надеявшуюся на внимание к собственной персоне.

Хелен обиженно отвернулась от молодого наглеца и пропустила тот момент, когда Бейкер увел её мужа в сторону бара.

Четвертой на прием приехала Ванесса Тафт. Как только она вошла в зал, Хелен устало вздохнула. И вновь для нее не нашлось подходящей компании. Ванесса с первых секунд производила впечатление женщины холодной, умной и властной. Она появилась в классическом черном платье, с тугим, идеально зализанным, пучком на голове без всяких излишеств. Взгляд её темных глаз – строгий и изучающий – быстро оценил гостей. Впрочем, первое впечатление не стало ошибочным: Ванесса славилась своей манерой вести дела, её боялись многие мужчины.

Не теряя времени, мисс Тафт отправилась к бару, где её ожидали, как ей казалось, подходящие собеседники. Хелен вновь проигнорировали. К счастью для скучающей миссис Хордвей, через несколько минут и ей нашлась компания. На прием прибыло еще четверо гостей, среди которых она быстро отыскала нужный круг общения. Когда же собрались оставшиеся гости и миссис Хордвей смогла оценить наряды всех приглашенных дам, то откинулась в кресле с бокалом шампанским и блаженной улыбкой на лице: «Ах, её наряд на смог затмить никто из присутствующих! Как же я прекрасна!» – думала про себя Хелен, а ее муж, издали наблюдая за женой, грустнел на глазах.

«И когда я ее так разбаловал», – пронеслось в голове у Роджера.

– Ваша жена прекрасна, – невзначай обронил Даниэль, проследив направление взгляда мистера Хордвея.

Роджер устало усмехнулся, услышав подобное заявление.

– Благодарю вас. Хелен как произведение искусства, ей приятно любоваться, – добавил Роджер, сделав глоток односолодового виски, поданного барменом.

– В ваших словах слышится недосказанность, – резонно отметил Даниэль, улыбнувшись уголками губ.

– Не буду лукавить, её поведение меня не всегда радует.

– За все в этом мире нужно платить, не вам ли об этом знать, Роджер, – лукаво отметил молодой бизнесмен, поднимая бокал.

– С Наступающим, Роджер, надеюсь, будущий год будет интересным, – сказал в ответ мистер Хордвей, стараясь переменить тему.

– Чутье подсказывает мне, что новый год будет крайне увлекательным, – фаталистично заявил Даниэль.

– А оно не подсказывает вам, куда подевался хозяин дома?

– Полагаю, у него есть неотложные дела. Мистер Фостер скрытный человек, тем не менее, его положения в нашем с вами мире делает его увлекательным собеседником, – заявил предприимчивый молодой человек, добавив: – Для нас с вами.

– Ради разговора с ним вы даже расстались с мобильным телефоном.

– Как и вы.

– Но вам это далось сложнее, – колко отметил Роджер.

– Это нормально для сферы моей деятельности, – спокойно ответил Даниэль, игнорируя отпущенную в его адрес шпильку.

– Наслышан, ваша компания бурно развивается. Поздравляю. Но ей не помешает крупный заказ. Ведь так?

– В вашем голосе слышно лукавство. Не сомневался, вы также в курсе нового проекта Фостера.

– Я полагаю, он не просто так пригласил в свой дом и вас, мистер Хордвей, и вас, мистер Бэйкер, – точно отметила только что подошедшая Ванесса Тафт, беззастенчиво присоединяясь к разговору.

– О, мисс Тафт – третье недостающее звено в проекте Фостера, – сказал Даниэль Бэйкер, жестом дав указания приготовить напиток для новой собеседницы.

– Бокал Шардоне, пожалуйста, – сказала Мисс Тафт, отвечая на немой вопрос бармена.

– Я не стал бы делать таких поспешных выводов, все-таки официальных предложений еще не поступило, – добавил Роджер, пригубив немного терпкого напитка.

– Полагаете, вы в состоянии говорить за всех, мистер Хордвей? – луково спросила Ванесса, поднося бокал к губам.

– Хм. Я думаю, мы хорошо понимаем, что приглашение на прием глав трех крупнейших компаний, способных воплотить новый проект Фостера в жизнь, не является простым совпадением. Однако с вашей, мисс Тафт, стороны излишне самоуверенно утверждать, что контракт уже у вас в кармане. Это дурной тон, – едко парировал молодой миллионер, вступившись за Роджера.

Ванесса ухмыльнулась. Она не собиралась молча терпеть колкости, высказанные в её адрес.

– Не вам меня учить манерам, Даниэль. Не вы ли несколько дней назад…

Ванесса не договорила, поскольку её перебил мистер Хордвей, не желавший слушать перепалку:

– Довольно! Давайте не будем превращать празднование Нового года в соревнование.

– Ах да. Ваша жена уже давно взяла первое место в этом споре, – Ванесса косо посмотрела в сторону миссис Хордвей, восхищенно рассказывающей о своем новом жутко дорогом украшении – подарке супруга.

Роджер замолчал и немного покраснел, тем не менее, дипломатично заявил:

– В любом случае, никому из нас не стоит соревноваться друг с другом, мы все занимаем достойные ниши в совершенно разных сферах и, возможно, будем сотрудничать.

Слова Роджера были чистой правдой. Ванесса и Даниэль, очевидно, поняв, что не стоит привлекать к себе внимание спором, согласились с предложением мистера Хордвея.

– За сотрудничество! – Ванесса подняла бокал вина, произнося тост.

– За сотрудничество! – воскликнули Роджер и Даниэль под звон хрустальных бокалов.

Ближе к полуночи в зал вошел хозяин вечера – Стэнли Фостер. Его появление не осталось не замеченным. Все внимание было обращено на только что пришедшего организатора приема.

Стэнли Фостер отличался заурядной внешностью. Невысокого роста, слегка полноватый, тучный, уже давно седеющий мужчина, чей возраст перевалил за четвертый десяток, привлекал не внешним обликом, а тонким умом и великолепным чутьем, позволившим ему заработать миллиарды (последние очень привлекали приглашенных одиноким дам, надеющихся на каплю внимания со стороны миллиардера).

Хозяин дома изучающе оглядел гостей, задержавшись, между прочим, на троице возле бара. Особое внимание он обратил на миссис Хордвей, что не укрылось от взора её мужа. Кокетливая особа ответила на немое приветствие широкой улыбкой. Фостер улыбнулся в ответ и прошел в середину зала, ближе к новогодней ели.

– Дамы и господа, я рад приветствовать вас на своем приеме в честь празднования Нового года. Мне очень приятно, что вы согласились разделить этот праздник вместе со мной, – уверенный, громкий голос хозяина дома поприветствовал всех и каждого в зале. – Наслаждайтесь напитками, после полуночи нас ждет потрясающий ужин, – Фостер хлопнул в ладоши и зал заполонили официанты с разносами из яств. До полуночи оставалось около десяти минут.

Произнеся приветственную речь, завершенную звуками аплодисментов, Мистер Фостер последовал к троице у бара, так удачно собравшей вместе.

– Вижу, вы уже познакомились, – не без иронии заметил Фостер.

Не успел Роджер ответить, как к нему подлетела его супруга и слегка приобняла мужа, прильнув головой к его сильному плечу.

Ванесса смирила её недовольным взглядом, а Даниэль, не скрываясь, закатил газа. Его и без того раздражал факт отсутствия телефона в руках, а надоедливая особа и вовсе выводила молодого бизнесмена из себя.

– А, миссис Хордвей, – Стэнли галантно поцеловал ручку Хелен, не отрывая взгляда от её обладательницы.

– Рада лично с вами познакомиться. О вас ходят легенды! – восторженно заявила Хелен, не переставая при этом ни на секунду улыбаться.

– О вашей красоте ходят не меньшие легенды. Роджеру очень повезло, – Фостер бегло посмотрел на мистера Хордвея (он старался сохранить лицо, но по взгляду было понятно: поведение жены его не устраивало).

Неловкую ситуацию разбавили звуки разбившихся бокалов: один из официантов опрокинул разнос, что заставило гостей перенаправить все внимание на них.

Повисла мертвая тишина. Её разрушил оглушительный смех хозяина дома, который быстро подхватили собравшиеся гости, хотя и не видели в произошедшем ничего веселого.

– Да, такое иногда случается на вечеринках, ничего страшного. Господа, дамы, – Фостер отвесил короткий кивок собеседникам и ловко удалился. Ему необходимо было поздороваться со всеми гостями.

Хелен выглядела весьма довольной собой. Непринужденно улыбаясь, она выпивала уже третий бокал шампанского. Роджеру же требовались напитки покрепче. Ванесса, громко фыркнув, забрала свой напиток и подошла к новогодней ели, с «интересом» рассматривая игрушки на праздничном дереве.

За минуту до полуночи хозяин дома пригласил всех за уже накрытый стол и лично открыл первую бутылку шампанского. Роджер и Даниэль последовали его примеру и, отпустив на время официантов, галантно разлили напитки по бокалам.

Гости замерли в ожидании наступления праздника. В абсолютной тишине был слышен лишь бой курантов – специально установленных старинных часов – отсчитывающие последние шестьдесят секунд уходящего года.

В это мгновение каждый думал о чем-то своем. Кто-то о количестве пропущенных сообщений. Некоторые – о возможности поговорить с мистером Фостером. А кто-то подводил для себя итоги в последние секунды года.

– С Новым годом! – оглушительно воскликнула Хелен Хордвей, когда пробили последние звуки курантов. Она была первой, кто потянулся к бокалу хозяина вечера.

– С Новым годом! – послышалось из разных концов огромного стола.

Под звон бокалов и заигравшую музыку гости уселись за стол.

Во время ужина мистер Фостер старался уделить внимание всем своим гостям.

– Мистер Клоквод, я наслышан о вашей помолвке, поздравляю, – любезно заметил Фостер, обращаясь к одному из гостей. – Мисс Тилман, Ваше выступление в театре в последнем спектакле было вне всяких похвал, – сказал Стэнли немного погодя.

Словом, ни один из присутствующих не остался без внимания. Хозяин вечера таинственным образом смог произвести на всех впечатление внимательного и изысканного светского человека, способного поддержать любую тему.

– Мне кажется, или миссис Хордвей несколько перебарщивает с заинтересованностью в Фостере, – тихо произнесла Ванесса, слегка наклонившись к Даниэлю, сидевшим по правую руку от нее.

– Хм. Я думаю, лицо её мужа говорит о многом. Не завидую я Роджеру. О Хелен ходят разные слухи в обществе.

– Вы так хорошо осведомлены, – Ванесса искренне удивилась, услышав ответ Даниэля.

– Я не собираю сплетни, Ванесса. Просто привык знать все как о врагах, так и о друзьях, – прошептал молодой бизнесмен, приближаясь к мисс Тафт на расстояние более, чем позволительное.

– Тем более, что друзья иногда становиться врагами, – ответила мисс Тафт, между прочем, не уклоняясь от ухаживаний.

– Как безрадостно, – тихо шепнул Даниэль, немного отстранившись: его поведение уже привлекло внимание, а он не хотел давать лишний повод для сплетен.

Ванесса устало вздохнула и перевела взгляд на Фостера, все еще мило беседовавшего с Хелен, а затем на излишне бледного Роджера. Пожалуй, он был самым грустным человеком на этом празднике.

На другом конце стола лились беседы на тему запрета телефонов на приме. Гости высказывали самые разные предположения по поводу этого странного условия. Например, мисс Тилман предположила, что хозяин дома придумал совершенно необычный сюрприз для них и не хотел, чтобы гости отвлекались.

Мистер Клоквод заявил, что Фостер попросту хотел, чтобы гости общались друг с другом, а не решали свои вопросы.

Но самым безумным предположением оказалось идея Милли Дилмах, которая сообщила, что Фостер не желает, чтобы его дом как-то фотографировали, чтобы у злоумышленников не было плана здания. Впрочем, ей сразу же сказали, что ее идеи паранойяльны и что ей стоит меньше читать детективы. Всерьез её слов никто не воспринял.

В середине вечера, когда десерты еще не были поданы, хозяин вечера поднялся из-за стола и объявил:

– Простите меня, господа, дамы, я должен вас ненадолго покинуть.

Гости согласно закивали, только Хелен кокетливо заявила:

– Только возвращайтесь поскорее, вы просто обязаны дорассказать мне ту историю.

Фостер сдержанно улыбнулся в ответ на просьбу и покинул зал. К слову сказать, в его отсутствие многие гости смогли, наконец, расслабиться и открыто поговорить. А мистер Хордвей высказал жене свое недовольство.

– Я ничего плохого не делаю. Только веду светскую беседу и все. Ты бы тоже мог этим заняться. Сидишь весь вечер как на иголках, – как ни в чем ни бывало протянула Хелен, обиженно посмотрев на супруга.

– Мне сложно расслабиться в тот момент, когда моя жена на глазах у всех беззастенчиво флиртует с Фостром.

– Ах вот как! – раздраженно воскликнула Хелен, сморщив лоб так, что образовалась небольшая морщина.

Через секунду, миссис Хордвей, сбросив с себя салфетку, с шумом вышла из-за стола.

– Мне нужно освежиться, надеюсь, ты не последуешь за мной до дамской комнаты, – еще более раздраженно произнесла Хелен, склонившись над мужем.

Роджер молча отвернулся, уставившись в свою тарелку: за весь вечер он почти не притронулся к еде.

Хелен эффектно прошлась по залу, привлекая немалое внимание. Именно этого она и добивалась.

– Войдя в холл, Хелен хотела было спросить у подошедшего дворецкого о том, где находится дамская комната, но в последний момент передумала.

– Скажите, мистер Фостер в своем кабинете?

– Да, миссис Хордвей.

– Я хотела бы пройти туда. У меня для него важное сообщение.

– Но, миссис, – дворецкий не договорил.

– Он ведь не давал указаний, чтобы его не беспокоили? – надменным тоном спросила Хелен, пристально глядя на дворецкого.

– Нет.

– Значит, проводите меня к нему. Я не хочу, чтобы по Вашей, – Хелен сделала ударение на последнем слове, – вине он пропустил срочные новости.

Немного помявшись, дворецкий согласился, отвесив короткий поклон.

– Пройдемте, – сказал он, указывая миссис Хордвей дорогу.

Хелен со скучающим видом разглядывала великолепный интерьер дома. Её не интересовали изысканные вазы, редкие картины и барельефы, особу занимали мысли о предстоящем разговоре.

Дворецкий остановился у нужной двери и хотел постучать, но Хелен осторожно отвела его руку и холодно отрезала:

– Спасибо, дальше я сама.

Дворецкий лишь пожал плечами, удаляясь на свой пост.

Немного повременив, миссис Хордвей постучала в дверь. Ответа не последовало. Тогда Хелен повторил попытку, не решаясь входить без приглашения.

– Войдите, – наконец раздался ответ.

– А, Хелен, не ожидал вас увидеть! – восторженно воскликнул мистер Фостер. Телефонная трубка в его руках была с шумом отправлена на свое место, и он встал, чтобы выйти навстречу незваной гостье.

Некоторая наигранность читалась в его словах, однако миссис Хордвей этого не заметила.

– Без вас на этом вечере немного скучно, – сладко протянула Хелен, межу прочем, состроив обиженную мину.

– Простите. Нужно срочно было уладить дела. А телефон есть только здесь. Я же не могу нарушать собственные правила, – с улыбкой ответил хозяин дома, не разделяя игривое настроение посетительницы.

– Довольно странное правило. К чему бы?

Фостер загадочно развел руками.

– Я позволю себе не отвечать на этот вопрос. Что же ваш муж, он не скрасил вам вечер? – быстро переключился Стэнли, умело избежав ненужного ему вопроса.

– Его ревность способна уничтожить любой, даже самый прекрасный вечер, – поджав губы, ответила Хелен, деланно печально вздохнув.

– На его месте я бы поступал точно также.

Хелен вполне утроил подобный ответ.

– Нам пора, гости заждались, да и Роджера будет волновать ваше долгое отсутствие, – сказал Фостер, двинувшись к двери.

Но Хелен его остановила, неожиданно схватив за руку. Она с выжиданием наблюдала за реакцией мужчины, в большинстве случаев, она была одна, но не на этот раз.

– Хелен, нам, действительно, пора, – более холодно произнес Фостер, открывая перед бессовестной кокеткой двери.

– Жаль. Жаль, – повторила миссис Хордвей, выходя из кабинета.

Что же, на этот раз ей точно не придется лгать мужу. Почти.

Хелен и Фостер отсутствовали достаточно времени, чтобы по их совместному возвращению по залу пробежали удивленные «охи».

Миссис Хордвей с самодовольным видом присела на место возле мужа и спокойно принялась поедать фисташковое мороженое. Примерно такого же цвета было лицо Роджера.

Через полчаса хозяин вечера вновь поднялся, чтобы сделать заявление:

– Прошу минуточку внимания.

Гости прекратили разговоры.

– Я предлагаю всем подняться из-за стола и выйти на улицу, где нас ждет небольшое шоу.

Гости переглянулись. Послышались перешептывания. Что же за сюрприз приготовил хозяин дома.

– Вы заинтриговали нас, мистер Фостер, – кокетливо произнесла Хелен, первой из гостей, встав из-за стола.

– Никакой интриги нет. Я просто очень люблю фейерверки! – добавил Фостер, широко улыбнувшись. Сейчас он был похож на мальчишку, готовящегося совершить шалость. Такая искренность подкупала.

По залу послышались деланно восхищенные вздохи, никто особенно не удивился, но продемонстрировать искреннее восхищение, предстоящим событием, было необходимо.

Хозяин дома проводил гостей во дворик. Учитывая размеры участка, им пришлось прилично отойти в сторону от дома.

– Откуда должны появиться фейерверки?! – спросила Хелен, когда они уже прибыли на место.

Она немного замерзла и переступала с ноги на ногу, чтобы хотя бы согреться. Но искушенная светская львица ни разу не пожалела, что надела на праздник туфли на шпильке, пусть в морозный зимний вечер они были совершенно не уместны.

– Смотрите на небо, Хелен. Вы можете удивиться, но запалы отправляют именно туда, – едко протянула Ванесса Тафт, с нескрываемым раздражением посмотрев на миссис Хордвей.

– О, спасибо, Ванесса, вы как никто другой можете сообщать очевидные вещи, – колко произнесла Хелен, прижимаясь ближе к мужу.

Мисс Тафт не ответила, у нее совершенно не было желание вступать в дискуссию с этой особой.

Мистер Фостер сделал вид, что не слушал перепалку гостей, хотя за ссорой Ванессы и Хелен с удовольствием наблюдали остальные присутствующие. Люди нуждаются в хлебе и зрелищах! Во все времена.

Хозяин дома бегло взглянул на наручные часы и отошел назад, чтобы, не мешая гостям, дать команду своим людям запускать фейерверки. Всякое могло случиться. Фостер привык быть готовым ко всему. К тому же, Стэнли нравилось наблюдать за тем, как его гости наслаждаются устроенным им шоу. Хозяину дома не было чуждо тщеславие, а около двадцати гостей из влиятельных слоев общества, бросивших телефоны ради посещения его приема, тешили самолюбие мистера Фостера.

Атмосфера накалялась. Было очень холодно, и никто не ожидал долгого пребывания на улице. К слову сказать, прошло всего несколько минут, но в ожидании время тянулось мучительно медленно.

– У Фостера есть какой-то стратегический план по замораживанию гостей, или он просто издевается? – тихо спросила мисс Тилман, посильнее кутаясь в шубу.

– Думаю, вот-вот все начнется, потерпи, дорогая, – ответил её спутник.

Хелен в это время обернулась. Мистер Фостер стоял в конце, так, что его почти не было видно. Она не могла позволить себе упустить момент. Светская львица осторожно выскользнула из объятий мистера Хордвея и направилась к цели.

Роджер устало вздохнул.

– Вижу, Хелен опять чудит? – спросил Даниэль, заняв место Хелен возле Роджера. – Я поговорил с дворецким, как ты и просил, – тихо добавил молодой миллионер.

– И что он сказал?

Даниэль замолчал.

– Бейкер, что он сказал? – раздраженно спросил Роджер, схватив собеседника за воротник пиджака. К счастью, этого никто не заметил, но это было ненадолго.

Даниэль поджал губы. Сейчас их беседа отличалась от великосветской. На самом деле Даниэль и Роджер были давно знакомы, но на публике держались подчеркнуто манерно.

– Прости, но он сказал, что проводил Хелен в кабинет Фостера, когда тот вышел.

Мистер Хордвей прикрыл глаза, отпустив Бейкера. От наплывающего потока гнева, он сжал руки в кулаки и обернулся, чтобы посмотреть на жену. Увидев, что Хелен в очередной раз флиртует с Фостером, он резко развернулся и пошел по направлению к дому.

– Роджер! – в след крикнул Даниэль. Он попытался догнать Роджера, но тот уверенно направлялся к дому. Ему надоело терпеть выходки своей жены, которая, даже не придала значения его отсутствию.

– Нервы шалят? – спросила Ванесса, подойдя к Даниэлю.

– Я его понимаю. А вы?

Ванесса коротко кивнула.

Выходка Роджера уже широко обсуждалась.

– Хелен, кажется, ваш муж ушел, – сообщил мистер Фостер через некоторое время.

– Ох. С ним это бывает. Ничего. Он отходчив, – совершенно спокойно ответила Хелен, обратив взор к небу. – Стоять с вами здесь, под руку, намного приятнее, чем выслушивать очередную сцену.

Фостер сдержанно улыбнулся на заявление и отвел взгляд в сторону. Он чувствовал некоторую неловкость. Хелен нравилась ему, и с ней было приятно флиртовать, но не более. Она переходила черту дозволенного.

Немую сцену нарушили запалы фейерверков, украсивших небо потрясающими световыми комбинациями.

– Это удивительно! – крикнула Хелен, но ее голос полностью перекрыл звуки прекрасного салюта, за которым наблюдали собравшиеся гости. Фостер неспроста выждал время перед запуском фейерверков. Он хотел добиться эффекта.

На мгновение хозяин дома перевел взгляд на огромного золотого тигра, украшавшего крышу. Что-то было не так. Стэнли не понял: что-то изменилось. Впрочем, у него не было времени подумать. Через секунду звук последнего запала под всеобщие радостные крики подарил гостям последний, самый яркий момент сегодняшнего шоу.

– С НОВЫМ ГОДОМ! – слышалось со всех концов огромного двора дома Стэнли Фостера.

– С НОВЫМ ГОДОМ! – отвечали им жители Нетенвиля, выбежавшие посмотреть на грандиозное шоу.

– УРА! С ПРАЗДНИКОМ!

Крики восторженных людей, смешанные со звуком последнего запала не позволили услышать и увидеть главного: Стэнли Фостер был уже мертв. Его тело грузно упало на покрытую снегом землю, обагрившуюся кровью хозяина злосчастного приема.

Через мгновение улицу заполонили уже другие звуки – крики Хелен Хордвей. А с неба, словно по волшебству, крупными хлопьями начал падать снег, заметая следы страшного преступления.

Глава 2. Алекс Стоун

Душераздирающий крик Хелен Хордвей заставил гостей обернуться. Ванесса Тафт первая отреагировала на неожиданный источник шума и уже была готова иронично пошутить на этот счет, как неожиданно замерла, увидев открывшуюся перед ней картину.

Тело Стэнли Фостера безжизненно лежало на земле, а рядом, побелев от ужаса, покачиваясь, едва стояла Хелен. Её прекрасное лицо, которым она так дорожила, было забрызгано кровью. Алые следы покрыли также шубу, платье и руки, на которые Хелен с ужасом смотрела, не в состоянии прекратить кричать.

Когда первое оцепенение спало, Ванесса прижала руку к губам, едва сдерживая крик. Глядя на тело хозяина вечера, она воскликнула:

– Кто-нибудь, скорее, нужно вызвать службу спасения!

Гости, ставшие свидетелями кровавого происшествия, замерли. Все произошло настолько быстро, что никто не успел ничего понять. Крик Ванессы вывел собравшихся из состояния оцепенения. Мисс Тилман дрожащим голосом произнесла:

– Но у нас же нет телефонов! Ах, зачем Стэнли ввел это дурацкое правило! Все могло быть иначе… – театрально добавила она.

– МИСС ТИЛМАН, ПРЕКРАТИТЕ УЖЕ ПРИЧИТАТЬ И БЕГИТЕ В ДОМ ЗА ПОМОЩЬЮ! – рявкнул Даниэль Бейкер, подбегая к телу.

– Но я, – мисс Тилман в истерике закатила глаза и расплакалась. – Я же.

К счастью для мисс Тилман в это время к месту происшествия уже подбежали дворецкий и Роджер Хордвей, услышавшие крики Хелен. Мистер Хордвей молниеносно двинулся к жене, подхватив её на руки. Она едва могла удержаться на покачивающихся ногах.

Увидев тело мистера Хордвея, дворецкий немедленно вызвал службу спасения и охрану (у него была рация для связи).

Даниэль, присевший на корточки возле тела, приложил пальцы к шее пострадавшего, чтобы проверить пульс.

– Поздно, – сказал Даниэль, поднимаясь. – Достав из кармана пальто платок, Бейкер, выдохнув, вытер окровавленные руки, скорбно добавив: – Пульса нет. Он мертв.

Послышались тяжелые вздохи.

Мисс Тилман тихо зарыдала на плече у своего спутника. Мистер Клоквод покачал головой, со скорбью посмотрев на тело. А Роджер Хордвей, стоящий неподалеку с женой на руках, тихо ушел. Остальные гости реагировали схоже. Никто не знал, что им делать дальше. Никто раньше не сталкивался с подобными ситуациями.

– Даниэль, а вы уверены? – осторожно спросила одна из гостей.

– Думаю сложно выжить после выстрела в голову. Но вы можете сами убедиться, тут еще кое-то осталось от мозга, – Бейкер с раздражением указал пытливой гостье на тело и та поникла.

– Ваш цинизм здесь не уместен, – вмешалась Ванесса Тафт, строго посмотрев на Даниэля.

– Прошу прощения мисс Малкин. Видите ли, забываешь о манерах, когда оказываешься в опасности, – иронично ответил Бейкер.

– О чем это вы говорите? – спросила мисс Малкин.

– О том, что на месте Фостера мог быть любой из нас. Может, снайпер просто промахнулся?

– Вам-то, Даниэль, о чем переживать, вы стояли далеко от Фостера, – со злостью рявкнула Ванесса, вклиниваясь в разговор.

– Да, это так. Другое дело миссис Хордвей. Пуля прошла не так далеко от ее прелестной глупой головки.

– Её муж сейчас бы начистил вам лицо, Даниэль, – вмешался мистер Клоквод, выйдя из толпы.

– Ха. Может, он и есть убийца. Его жена беззастенчиво флиртовала с Фостером. Почему бы Роджеру не убить его?! – дерзко предположил Даниэль.

– Мистер Хордвей все время находился в поле моего зрения после прихода в дом, мистер Бейкер. Вместо того, чтобы строить версии, проявили бы почтение к хозяину дома. Человек погиб, – вставил свое слово молчаливый дворецкий.

Теперь на Даниэля с презрением смотрели все присутствующие.

– Да уж, я была о нем лучшего мнения, – сказала одна из гостей, стоявшая дальше всех от Даниэля.

– Какое неуважение! – подхватил мистер Клоковод.

– Невоспитанный хам! – добавила мисс Тилман.

Гости негромко высказывались по поводу поведения Даниэля Бейкера, переглядываясь между собой, – это произвело на него должное впечатление.

– Простите меня, вы абсолютно правы – тихо добавил он, отойдя в сторону. Нервы.

Гости растерянно оглядывались по сторонам. Кто-то косился на тело убитого мистера Фостера, кто-то, преимущественно, женская половина гостей, прятался за мужскими спинами, а кто-то, к примеру, Ванесса Тафт, стоял особняком, напряженно обдумывая происшествие.

Вскоре на место происшествия сбежалась охрана, они прибыли, как только смогли. Как оказалось, хозяин дома велел следить им за безопасностью дома за воротами, чтобы не смущать гостей. Учитывая стоящий гул, охрана не знала о случившемся до тех пор, пока мистер Уилсон – дворецкий – с ними не связался.

Двое из охраны осмотрели тело и место происшествия. Еще несколько человек проверяли дом. Через какое-то время по рации сообщили, что дом осмотрен, но снайпер не обнаружен. Полиция ехала к месту происшествия. Но до ближайшего участка было минут двадцать езды. В этом городе нечасто совершались убийства. На самом деле, это был первый случай за двадцать лет.

– Давайте пройдем в дом и подождём полицию там. Не думаю, что нам стоит здесь находиться, – предложил один из охранников, двинувшись вперед. Второй последовал за ним. Работы было много. Стоять здесь не имело смысла.

Мистер Уилсон развернулся к гостям и попросил следовать за ним. Расстояние от дома до участка, с которого наблюдался салют, было приличным.

Колонна еще недавно веселившихся гостей медленно, понуро двинулась строем к дому. Перед тем, как скрыться под его защитой, Даниэль посмотрел на крышу, где располагался огромный золотой тигр. К сожалению, он не уберег хозяина дома от опасности. Его золотая шкура игриво сверкнула в освещении взошедшей луны. Гости покинули кровавое место преступления.

* * *

Ко времени, когда гости вернулись в печально известный особняк Фостера, Роджер Хордвей сидел у ног жены, расположившейся на диванчике в холле, и тщетно пытался её успокоить. Их впустили в дом совсем недавно, так что миссис Хордвей дрожала не только от страха, но и от пробирающего до костей холода. На её лице все еще виднелись остатки крови, которые она так и не смогла смыть. Кровь, смешанная с расплывшейся от слез косметики создала на ее лице непонятное месиво. На Хелен было жалко смотреть.

– Роджер, давай уедем отсюда как можно скорее. Мне необходимо принять душ и смыть с себя кровь. Я не понимаю, что произошло. Он стоял. Шутил. Готовился к просмотру шоу. Как вдруг: БАХ! И всё. Я подумала, что это звуки салюта. Знаешь, они перебивают любой звук. Но через мгновение я увидела его лежащим на снегу. Я даже успела порадоваться шоу, в тот момент, когда он падал, не сразу осознав, что брызги крови и останки мозга, летящие в меня – не снег. Это ужасно, Роджер! Какие ужасные люди! Как можно совершать убийство в Новый год! – Хелен говорила сбивчиво, сквозь не прекращающийся плач, слегка хлюпая носом.

– Хелен, я боюсь, это невозможно. При всем желании. Скоро сюда приедет полиция. Дворецкий уже вызвал её. Тебе нужно будет все рассказать.

– Что рассказать? Что? Роджер, милый. Я уже тебе все рассказала.

– Полиция захочет всех опросить, Хелен, это – ваш долг остаться и помочь в расследовании убийства, – добавила Ванесса Тафт, первая вошедшая в дом.

Она быстрым шагом прошла к дивану, где расположилось семейство Хордвей, и протянула руку Хелен:

– Роджер, я отведу её ванную комнату и помогу привести себя в порядок, не переживайте, – ответила на немой вопрос Роджера мисс Тафт.

– Хелен, тебе лучше пройти с Ванессой, она тебе поможет лучше, чем я, – Роджер осторожно приподнял подбородок Хелен, заставляя ее взглянуть на себя.

– Мистер Уилсон, – Ванесса впервые обратилась к дворецкому по имени, – вы не могли бы принести для Хелен одежду. Ей необходимо переодеться.

– Но в этом доме нет женской одежды, – дворецкий пожал плечами, задумчиво отведя взгляд в сторону.

Хелен испуганно посмотрела на мужа.

– Но, думаю, я смогу найти что-нибудь для миссис Хордвей, – быстро добавил дворецкий, поймав настойчивый взгляд мисс Тафт.

Ванесса подала руку Хелен, никак не хотевшей покидать объятия мужа. Она нашла этот факт ироничным, ведь еще несколько часов назад особа рьяно старалась избегать его общества, находя себя более интересные занятия.

Немного помявшись, Хелен поднялась с дивана и последовала с Ванессой в дамскую комнату.

Мистер Хордвей устало опустил руки на лицо, взъерошив волосы на голове. Несколько секунд он напряженно смотрел в одну точку. В дом один за другим стали заходить остальные гости, тихо обсуждавшие произошедшее. Все хотели поскорее покинуть страшный дом, но оказались запертыми в нем. Ведь согласно правилам этого приема ни один из них не приехал на собственной машине, а мобильные телефоны также оказались под запертом. Разумеется, они могли в любой момент восстановить связь с внешним миром, потребовав телефон или машину. Но все прекрасно понимали, что в таком случае проявят неуважение к погибшему хозяину, чем заработают себе плохую репутацию в обществе. Словом, им ничего не оставалось, как пройти в гостиную и ожидать приезда полиции.

– Мистер Хордвей, вы можете пройти в зал, там вам будет удобнее, – предложил учтивый дворецкий, проводив основную массу гостей.

– Да-да, конечно, – рассеяно ответил Роджер, подойдя к дворецкому.

Немного поколебавшись, он тихо спросил:

– Простите, мистер Уилсон, вы не могли бы проводить меня к телефону, мне необходимо срочно сделать звонок.

Дворецкий коротко кивнул, услышав просьбу. Не говоря больше ни слова, он протянул мобильный телефон, достав его предварительного из внутреннего кармана пиджака.

– Благодарю вас.

Роджер отошел немного в сторону, ближе к входной двери, чтобы разговор не было слышно. Однако дворецкий прошел в гостиную, чтобы не мешать приватному звонку и успокоить гостей. Подозревать Роджера у него не было оснований, поэтому он покинул холл совершенно спокойно.

Слегка подрагивающими пальцами, мистер Хордвей набрал на телефоне знакомый номер – его он помнил наизусть. Роджер был абсолютно уверен, что этот человек его не подведет.

* * *

Люди по-разному реагируют на традиции. Празднование Нового года, так уж сложилось, проводится в кругу близких и друзей. Разумеется, есть и те, кто отдает дань празднику по-другому, к примеру, некоторые вынуждены посещать приемы и присутствовать на вечеринках, поскольку статус обязывает это делать. В обоих случаях празднование проходят по примерно одинаковому сценарию, невзирая на деньги или статус. Но есть люди, полностью игнорирующие традиции, они выбирают для себя свой собственный способ провести свободное время. К таким людям относился и Алекс Стоун.

Алекс Стоун был весьма привлекательным тридцатидвухлетним мужчиной: среднего роста, стройный, но не худощавый, спортивный – он привлекал внимание женщин. Им нравилась его густые светлые волосы, зачёсанные назад, слегка выпуклый лоб и пронзительный взгляд темно-зеленых глаз.

Алекс лениво потянулся, лежа в кровати. Его губы растянулись в блаженной улыбке, когда он, повернув голову на бок, посмотрел на Габриэль – прекрасную спутницу, с удовольствием разделившую с ним бремя празднования. Габриэль улыбнулась в ответ, потянувшись ближе к чрезвычайно довольному любовнику.

– С Новым годом, Алекс, – игриво прошептала она.

– С Новым годом, Габби, – ответил Алекс, сильнее прижимая к себе девушку.

– У тебя всегда так? – спросила Габриэль, наслаждаясь теплыми объятиями.

– Что ты имеешь в виду?

– Обычно люди сидят за столом, пьют шампанское, открывают подарки. Словом, празднуют Новый год.

– Выходит, я не совсем обычный?

– Хм.

– Не обижайся, Габби, я, правда, не вижу в этом дне ничего особенного. Пить шампанское, есть, дарить подарки можно в любой другой день.

– Ты довольно циничен.

– Я просто… – Алекс резко замолк, его мысль прервал звук мобильного телефона. Он нахмурился, когда увидел незнакомый номер.

– Ты же не станешь отвечать? – спросила Габби, потянувшись к мобильному телефону, чтобы выхватить его. Однако Алекс ловко увернулся и поскорее прижал телефон к уху.

– Алекс Стоун слушает.

– Алекс! Слава Богу, ты взял трубку! – голос старого друга Алекс распознал почти сразу.

– Роджер, на приеме так скучно? Настолько, что ты решил позвонить? А я предупреждал тебя, приятель, переходи на мой способ проводить новогодние праздники. Это намного приятнее, – Алекс потрепал за нос обиженную Габби.

Стоун ожидал услышать ироничное высказывание на этот счет – их привычный стиль общения, – но вместо этого Роджер сообщил ему:

– Алекс, послушай, мне не до шуток. На приеме кое-что случилось.

– Что произошло? – серьезно спросил Алекс, мгновенно изменившись в лице.

Резкую перемену настроения заметила и Габби.

– Помнишь, я рассказывал тебе о приеме у Фостера?

– Конечно. Ты еще обсуждал со мной странные меры предосторожности.

– Тем не менее, они ему не помогли. Фостер мертв. Застрелен во время праздничного салюта.

– Стрелявшего поймали?

– Нет. И есть одно но: во время выстрела я находился в доме вместе с дворецким. Мне не хотелось бы стать подозреваемым в этом деле.

– А есть основания?

– Боюсь, что да. Хелен, понимаешь, Хелен весь вечер флиртовала с Фостером, а под конец и вовсе предпочла его компанию. Самое главное: Хелен стояла в полуметре от него во время убийства. Как раз в момент, когда я, разозлившись, ушел.

– Это меняет дело.

– Здесь происходит что-то не ладное, Алекс. Я прошу тебя. Приезжай. Это дело тебя заинтересует.

Стоун внимательно выслушал короткий рассказ друга. Еще во время обсуждения приема несколько дней назад Алекса мучили нехорошие предчувствия на этот счет. Что-то во всем этом его смущало, но он не мог понять, что именно.

– Полиция уже на месте?

– Кажется, они подъезжают. Я слышал, что до ближайшего участка минут двадцать езды. А тут такая погода.

– Мне придется добираться еще дольше. Пришли мне адрес, я сейчас же выезжаю.

– Спасибо, Алекс.

– Роджер, будь крайне осторожен. Убийца может до сих пор находится в доме. Едва ли он жаждет, чтобы его поймали.

– Разумеется. Только я прошу тебя, приезжай поскорее!

– До встречи, – Алекс отключил телефон и звучно бросил его на тумбочку. Развернувшись к Габриэль, он виновато посмотрел на нее. Она слышала разговор и знала, что Алекс без зазрения совести оставит её в новогоднюю ночь совершенно одну.

– Габриэль, – мягко произнес Алекс.

– Тебе пора ехать. Я поняла, – резко отрезала Габби, на корню пресекая попытку Алекса поцеловать её. Подтянув колени к себе под подбородок, она, надув губы, наблюдала за тем, как Алекс собирается.

Алекс не стали слишком настаивать. Исчезнув в душевой комнате, он появился перед Габби через пять минут – готовый к выходу. На ходу надев часы, Алекс взглянул на погрустневшую подругу.

– Думай, как будешь извиняться, Стоун. Просто так это тебе с рук не сойдет, – требовательно произнесла Габби, провожая взглядом спешившего на встречу любовника.

– Спасибо, Габби, я знал, что ты не рассердишься, – напоследок произнес Стоун, широко улыбаясь.

Он мог быть обходительным и обаятельным, но и таким же бесцеремонным.

* * *

Алекс Стоун выбрался из черного «Вольво», шумно захлопнув дверцу автомобиля, остановившегося в пятистах метрах от печально известного дома мистера Фостера, и осмотрелся по сторонам. Морозный воздух мгновенно обдал его легкие приятной прохладой. Попутно надевая черные кожаные перчатки, идеально подобранные в тон ботинкам и пальто, Алекс быстро зашагал к воротам особняка. В отличие от романтично настроенных натур, интенсивно падающий снег его нисколько не обрадовал. После двухчасовой метели от следов преступления остались разве что воспоминания.

У ворот дома Алекса встретил дворецкий, заранее предупрежденный о приезде детектива. После тщательного досмотра сыщик пересек ворота особняка.

Первое, на что он обратил внимание – это расположение дома относительно места, где произошло убийство. Около ста метров отделяли особняк от места происшествия. Прибывшая полиция уже добросовестно обнесла его желтой лентой, проводя необходимые следственные действия.

Алекс поднял голову вверх, определяя точку, откуда стреляли. Очевидно, что убийца выбрал для кровавого преступления крышу. И не случайно. Фигура декоративного тигра располагалась примерно посередине, занимая почти все пространство, и служила идеальным прикрытием для преступника, так как закрывала обзор со стороны улицы. Криминалистов, работающих по другую сторону декорации, можно было заметить с большим трудом.

Увидев Алекса, Роджер кинулся к нему. Его жена сидела в холле в окружении полиции и отвечала на их многочисленные вопросы. Алекс привык видеть Хелен в ином свете. Хотя даже сейчас она умудрилась извернуться и сделать из белой мужской рубашки топ, подвязав его снизу, а штанины джинс, которые были явно велики, умело закасать вверх, зафиксировав их черным подтяжками. На плечах покоилась массивная шуба.

«Хелен не меняется. Даже сейчас она верна своим принципам», – подумал Алекс.

– Слава Богу, ты здесь! – перепуганный Роджер горячо поприветствовал друга, сжимая его ладонь чуть сильнее необходимого.

– Сказал бы рад тебя видеть, – развел руками детектив.

– Да, ситуация ужасная.

– Как долго здесь полиция?

– Около часа.

– Что-нибудь обнаружили?

Роджер пожал плечами.

– Кто же это знает? Опрашивают нас по одному.

– Тебя уже допросили?

– Да, в числе первых. Хоть я был в доме. Что мне может быть известно?

– Именно потому, что ты был в доме, Роджер, твои показания могут иметь ключевое значение. Может, ты заметил что-то странное, когда находился здесь?

– Я … – Мистер Хордвей не успел сказать и слова, как к нему и Алексу подошёл, переваливающейся походкой, полицейский.

Вид у него был недовольный, сильно уставший. Алекс бегло осмотрел его. Внешности человек был простой. Низкий полноватый мужчина лет за пятьдесят.

– Инспектор Гарри Брендсон, Скотланд-Ярд, отдел убийств – представился подошедший мужчина.

– Алекс Стоун, позвольте представиться, частный детектив, – сыщик протянул руку инспектору Скотланд-Ярда, но тот сделал вид, что не заметил дружественного жеста. – Почему расследованием занимается не местная полиция?

– Это дело особой важности, мистер Стоун, а Нетенвиль, как прилагающая к Лондону территория, попадает под нашу юрисдикцию, – важно протянул инспектор.

Прокашлявшись в носовой платок, он строгим голосом добавил:

– Мистер Стоун, не путайтесь под ногами у полиции. Не забывайте, что любое препятствие расследованию приведет не только к тому, что вы покинете этот дом, но я вас арестую за нарушение закона, – добавил грозный инспектор Скотланд-Ярда.

– Я все понял, инспектор, – учтиво ответил Алекс.

Удовлетворившись ответом, Гарри Брендсон развернулся и зашагал в сторону зала, где находились остальные гости.

Реакция полиции была, по мнению Алекса, даже дружелюбнее, чем он ожидал. Его репутация делала свое дело.

Не теряя времени, Алекс преступил к опросу Роджера:

– Расскажи, что происходило в доме, когда ты вошел в него после конфликта с Хелен.

– Ничего особенного, – пожал плечами Роджер. – Злой, я вошел в холл дома, где встретил мистера Уилсона – дворецкого. Не задавая лишних вопросов, он предложил мне чашку чая, чтобы согреется и успокоиться. Мы проследовали с ним во вторую кухню на первом этаже, так как в большой, по словам мистера Уилсона, работали повара. Но не дошли до неё. Звуки фейерверков стихли и тогда мы услышали крик Хелен.

– В котором часу это было?

– В два пятнадцать. Я машинально взглянул на наручные часы.

– Хелен закричала, и ты сразу же бросился бежать на улицу?

– Да. Со мной побежал и дворецкий. Я подхватил Хелен на руки и отнес подальше. По дороге встретил несколько охранников. Они были взволнованы, что не удивительно. Парни попросили временно не входить в дом, так как существовала вероятность, что убийца все ещё где-то прячется.

– Хм, ясно. Скажи, помимо вас с дворецким кто-нибудь из гостей присутствовал в доме? Понятно, что обслуживающий персонал оставался на рабочих местах. Но гости могли не все выйти на улицу.

Мистер Хордвей нахмурился, прикрыв глаза.

– Не припоминаешь?

– Знаешь. Вообще-то миссис Никелби решила остаться в доме, так как выходить на мороз ей было противопоказанно, однако я не думаю, что она – убийца.

– Почему ты так решил?

– Дело в том, что я её хорошо знаю, она и мухи не обидит. Кроме того ей шестьдесят лет. Едва ли в этом возрасте миссис Никелби в состоянии подняться наверх за короткое время, что уж говорить о том, чтобы застрелить кого-то.

– Ты не знаешь современных пожилых людей. Они способны на многое, если их разозлить, – шутливо протянул детектив, решив, не сбрасывать и эту версию со счетов.

– Это точно! – с готовностью ответил Роджер, впрочем, миссис Никелби он бы подозревал в последнюю очередь. Да и в этот момент его волновали другие заботы.

– Алекс, я не хотел бы тебя торопить, но у тебя есть еще вопросы ко мне? Мне нужно проверить, как там Хелен.

– Скорее не вопрос, а просьба: ты не мог бы передать мне приглашение на прием, я бы хотел его изучить.

– Приглашение? Конечно. Где же оно? – Роджер неуклюже похлопывал себя в поисках кармана, где лежал пригласительный билет. Кажется, он забыл, куда его сунул.

Немного повозившись, Роджер протянул Алексу приглашение в форме прямоугольника, напечатанное на очень прочной бумаге темно-синего цвета.

– Спасибо, Роджер, думаю, ты можешь пойти к Хелен, – поблагодарил Алекс, обратив теперь пристальное внимание на содержание пригласительного билета.

Мистер Хордвей все еще надеялся поскорее улизнуть к жене и с нетерпением ждал, когда Алекс его отпустит. Но у детектива был ещё один вопрос:

– Скажи, в котором часу вы с Хелен появились на приеме?

Ответ последовал незамедлительно:

– Ровно в одиннадцать. Не знаю уж, зачем, но Фостер позаботился о том, что гости прибывали на прием один за другим.

– Странно.

– И я так подумал. Я утешаю себя тем, что Фостер планировал очередность приезда гостей по мере их важности.

– Ты полагаешь? – ухмыльнувшись, спросил Алекс.

– Что мне еще остается в этой ситуации.

– Роджер, я скажу, что тебе делать. Это не обязательно и твои адвокаты наверняка посоветовали бы тебе отказаться, но если полиция предложит тебе добровольно пройти процедуру проверки на предмет остатков на ладонях и одежде следов пороха, тебе лучше согласиться. Формально у них недостаточно оснований, но тебя все равно будут рассматривать в качестве подозреваемого, учитывая инцидент с Хелен и Фостером и факт того, что ты находился в доме в момент убийства.

Роджер согласно кивнул. Пожалуй, так действительно будет лучше.

Следующим в списке людей, которых необходимо было допросить, был мистер Уилсон. Он без всяких церемоний согласился ответить на вопросы сыщика.

Из рассказа мистера Уилсона Алекс выяснил, что Хелен Хордвей напросилась пойти в кабинет Фостера незадолго до трагедии. Она сослалась на то, что у нее есть срочное сообщение для хозяина дома и услужливый дворецкий не мог отказать ей в просьбе, хотя подметил, что, скорее всего, миссис Хордвей лжет.

– Выходит, мистер Уилсон, что до времени убийства вы практически не покидали свой пост за исключением тех нескольких минут, когда провожали Хелен к кабинету. А в котором часу это было?

– Это не совсем так. Примерно в половину второго ночи я действительно проводил миссис Хордвей и отправился на кухню, чтобы проследить, что десерт подадут вовремя: через пять минут. Также я покидал пост еще несколько раз, когда встречал официантов, которые подъехали уже после того, как все гости собрались.

Детектив пометил слова мистера Уилсона в красной записной книжке: он всегда носил её с собой на случай расследования дела. Сделав записи, он продолжил опрос:

Мистер Уилсон, расскажите мне более подробно про систему безопасности. Насколько я понял, мистер Фостер крайне щепетильно подошел к этому вопросу.

Плечи мистера Уилсона опустились, и он с тяжестью в голосе сказал:

– К сожалению, это не помогло ему избежать смерти. Но по поводу безопасности вам стоит поговорить с Барри Дотом – он занимался её обеспечением. Ему известны все подробности. От себя я могу сказать лишь то, что вещи каждого из гостей перед входом в зал, где проводилось торжество, были осмотрены. Пронести громоздкую вещь совершенно не представлялось возможным. Никто из гостей не мог пронести на вечер оружие.

– Почему вы так в этом уверены? Пистолет можно очень легко спрятать под одеждой.

Дворецкий горько усмехнулся.

– Едва ли мистера Фостера застрелили из пистолета. С такого расстояния, при большом скоплении народа и не очень хорошем освящении из пистолета сложно застрелить нужную цель.

– Вы разбираетесь в оружии? – предусмотрительно спросил Алекс.

– Скорее, мыслю логически. Бесспорно, я могу ошибаться.

– А мистер Фостер не увлекался стрельбой? – продолжил допрос Алекс. – Может быть, в доме есть оружие?

– Я уже говорил полиции, что из оружия у мистера Фостера был только пистолет. Он находился в сейфе, но его сейчас невозможно открыть. Код от него знал лишь хозяин дома. Да и в большом количестве оружия он не нуждался, у него было столько охраны, что стрелять самому не было необходимости.

– Вот, кстати, мистер Дот – начальник охраны, – мистер Уилсон выглянул из-за спины Алекса и жестом указал ему на мужчину средних лет. – Кажется, инспектор уже закончил с ним, и я могу вас представить, – с этими словами дворецкий провел Алекса к начальнику охраны. Он был не очень рад рассказывать все второй раз, но противиться не стал.

– Что сказать, у Фостера был большой заскок по поводу обеспечения безопасности в доме, – объяснил Барри, когда Алекс задал ему главный вопрос.

– В чем это проявлялось?

– Он искренне не понимал, как можно смущать людей охраной в доме. Фостер хотел создать максимально домашнюю обстановку. Хотя, как по мне, те условия, которые он поставил, никак этому не способствуют. Вы уже, наверное, знаете, – Барри кивком указал на приглашение, которое Алекс все еще держал в руках, – что все гости получили персональный транспорт на вечернику. На первый взгляд кажется, что хозяин дома очень заботлив, однако это предосторожность была направлена на то, чтобы никто из гостей заранее не знал адреса проведения приема. А у Фостера столько недвижимости только в одном Лондоне, что угадать место было сложно. Гости прибывали с разницей в несколько минут. Движение было согласованным. Все для того, чтобы обеспечить время для проверки. Уилсон проводил осмотр вещей каждого из гостей, а специальные сканеры на входе отвечали за проверку оружия. Их пришлось отключить, когда приехала полиция, сами понимаете. Здесь тот еще звон бы поднялся.

– Помимо приезда полиции датчики не отключались? Может, когда прибыли официанты, или повара?

Барри отрицательно покачал головой.

– Ммм. Нет. Я все проверил. Системных сбоев не было.

– Но, теоретически, если бы возникла необходимость их отключить, вот, как с полицией, к примеру, кто мог это сделать?

Барри, не задумываясь, ответил:

– Двое: я и мистер Фостер. Больше код никому не был известен.

– Система навороченная, наверное? – провокационно спросил Алекс.

– Разумеется. Самая новая на рынке. И самая незаметная: «LoGS 3000». Фостер на охране не экономил.

Алекс задумчиво посмотрел на входную дверь, отвлекаясь от допроса.

– Еще какие-нибудь вопросы, мистер Стоун? – спросил Барри.

– Да, если не возражаете.

Барри удовлетворительно кивнул.

– В случае реагирования системы, кто должен был принять меры?

– Два человека из охраны постоянно дежурили у входа в дом. Они ушли только на время проведения шоу, чтобы более не смущать гостей, тем самым не портить шоу (это был приказ Фостера). Он подумал, что, если все зашедшие в дом не представляют опасности, нет необходимости в охране. Она, видите ли, отпугивает людей. А я предупреждал его, что такой подход ни к чему хорошему не приведет. О том, что произошло убийство, я узнал, вообразите себе, от дворецкого. Пока я и моя команда охраняли периметр, откуда должны были запускаться фейерверки за воротами дома, его хозяина застрелил. Позора не оберемся.

Алекс хорошо понимал Барри. Допустить убийство такой фигуры, как Фостер, означало закончить карьеру в мире охраны высокопоставленных людей.

– Скажите, Барри, а вы или ваши люди могли держать оружие в доме?

– В доме – нет. Мистер Фостер запретил держать оружие в его доме. Вся наша спецтехника, находилась в фургоне, и оттуда точно не могло ничего пропасть.

– Почему вы в этом так уверены?

– У вас своя работа, детектив, у нас своя. И за сохранность оружия я отвечаю, – серьезно ответил мистер Дот.

Алекс понял, что своих секретов Барри ему не расскажет. Не исключено, что часть из них могла противоречить закону. В любом случае, проверить эту информацию без ордера не удастся и полиции.

– Хорошо, Барри, я вас понял. Что на счет персонала? В доме находились официанты, повара, бармен. Вы досматривали их вещи?

Услышав вопрос сыщика, начальник охраны недовольно воскликнул:

– Разумеется! За кого вы нас принимаете? Мы профессионалы.

– Видимо, с персоналом велась отдельная работа, – предположил Алекс, пытаясь выведать у Барри, как можно больше информации, что не укрылось от его внимания.

– Официанты прибыли на место уже после приезда последнего из гостей и на входе их тщательным образом досмотрели. Согласно условиям, которые поставил Фостер, персонал не имел право проносить в дом никаких вещей. Как вы понимаете, мобильный телефон был под запретом также. Общение было возможно лишь по рации. Даже форма персонала была заранее приготовлена, чтобы исключить возможность под благовидным предлогом пронести громоздкую сумку, в которой можно было спрятать оружие. Дополнительный осмотр каждого официанта также исключал возможность пронести мелкое оружие. К бармену и поварам предъявлялись такие же требования. Однако они прибыли в дом, бармен – за двадцать минут до приезда гостей, а повара за один час. Предвосхищая ваш вопрос, продукты для вечеринки были доставлены за сутки до начала приема и ящики осматривались при моем личном присутствии, так что провоз оружие также был затруднительным.

Алекс усмехнулся. Если сначала ему казалось, что мистер Фостер несколько пренебрег системой безопасности на приеме, то теперь его мнение изменилось. Обстановка секретности должна сузить круг подозреваемых. Однако Стоун был также уверен, что там, где присутствует секретность, неподалеку всегда находится пару-тройку шпионов, которые и не должны были знать определенную информацию и на них никто и подумать не мог.

Сыщик продолжил задавать вопросы, делая для себя пометки.

– Мистер Дот, скажете, кто занимался досмотром персонала? И где он проводился?

– В фургоне. Персонал имел право пересекать ворота дома только своим ходом. Въезд на машине для них запрещался.

– О месте проведения мероприятия персонал также не знал заранее?

Барри согласно кивнул.

– Все держалось в строжайшем секрете. За эту секретность обслуживающему персоналу были заплачены хорошие деньги.

– Но людей, которые заранее знали о месте проведения приема, было достаточно?

– Не так уж и много, если подумать.

– Барри, вы окажите мне большую услугу, если составите список тех, кто тем, или иным образом был осведомлен о месте проведения приема заранее. А также список всего персонала.

– Первый список получится очень коротким и состоит, в основном, из моих людей, работающих в охране.

– Тем не менее, Барри, – настоял Алекс. – Меня также интересует, кто из охраны, чем занимался. Я полагаю, что патрулировался не только главный вход?

– Конечно, территория регулярно обходилась. Хотя, на этом участке такой забор, что перебраться незаметно через него невозможно.

– Из-за высоты, или…? – сыщик осекся.

– Из-за высоты тоже. Но сенсорные датчики стояли по всему периметру забора. То есть, если бы кто-нибудь коснулся его, мы бы узнали об этом.

– Если вы проводили регулярный осмотр, неужели, никто из людей не заметил, что на крыше киллер? Как вы могли это упустить? – в голосе детектива не было ни капли упрека, тем не менее, мистер Дот вынужден был оправдываться.

– Я же уже говорил вам, что незадолго до убийства Фостер перевел почти всю охрану для проверки периметра за домом. Это был странный приказ. Ну, сколько человек нужно, чтобы обеспечить такую охрану? Явно не весь штат. К тому же, вы видели огромную инсталляцию на крыше – она перекрывала обзор со стороны улицы.

Версия Алекса подтвердилась. Инсталляция стояла слишком удобно, что говорило о том, что убийца был осведомлен заранее о месте приема и подходящем укрытии.

– Почему Фостер решил установить эту декорацию? Это странно, ведь так? Она привлекает много внимания, не похоже, что хозяин дома испытывал его дефицит.

– Этого я не знаю. Мне было велено следить за тем, чтобы работники не шныряли по дому без присмотра. Я знаю, о чем вы думаете, мистер Стоун, но я не спускал с них глаз. Никто из них бы не смог припрятать оружие в доме заранее.

– Я все равно бы хотел взглянуть на список тех работников.

Барри состроил недовольную гримасу. Его профессионализм в очередной раз ставили под сомнения, но просьбу Алекса выполнить согласился.

Детектив продолжил:

– В котором часу мистер Фостер связался с вами, чтобы изменить режим охраны?

– Эм… Около половины второго. Я могу проверить точно.

– Было бы не плохо. Мистер Фостер использовал рацию? Или для хозяина вечера были исключения?

– Фостер своих правил не нарушал. Это существо усложнило нам жизнь, но он был верен своей идее до конца.

– Это достойно уважения. Что же, буду признателен, если вы предоставите те списки, о которых мы с вами договорились.

– До отъезда он будет у вас.

– Спасибо, Барри, – Алекс искренне поблагодарил мистера Дота за содействие. – Ответьте мне, пожалуйста, на последний вопрос.

– Слушаю.

– В доме я не заметил камер. Были ли те, которые я не мог заметить?

Барии усмехнулся, услышав вопрос.

– Если в этом доме и находились камеры, то мне о них ничего не известно.

– Как же, вы не посоветовали нанимателю поставить их?

– Я советовал. Но, если вы еще не заметили, хозяин дома жаждал создать прием таким, каким он был в прошлом веке и крайне щепетильно подходил к атмосфере.

Общаясь с Дотом, сыщик наблюдал за движением полицейских и выжидал момента, когда ему можно будет пройти на место преступления. Разумеется, увидеть труп у него не было никакой возможности, его увезли, как только все сфотографировали. Доступ к этим сведениям Алекс еще обязательно получит, к счастью, у него были нужные связи.

Выйдя из дома на улицу, Алекс взглянул на часы и засек точное время отправления. Быстрым шагом Стоун отправился к месту преступления, а когда достиг его, вновь посмотрел на время, установив, что для пересечения расстояния от дома до места убийства быстрым шагом нужно затратить пятьдесят восемь секунд – почти минута. Алекс зафиксировал свои наблюдения в записной книжке.

Место преступления было обнесено желтой сигнальной летной, и, пусть труп уже убрали, полиция все ещё дежурила на месте убийства.

Алекс широко улыбнулся, подойдя к очаровательному сотруднику полиции с прекрасными темными волосами и такими же прекрасными глазами. Именно так он поприветствовал сержанта полиции мисс Мидлоу, стоящую между ним и желанной территорией.

– И не пытайтесь, мистер Стоун, я не пропущу вас на место преступления. У меня четкие инструкции. А ваша улыбка не уместна, ведь произошло убийство, – ответила сержант весьма нелюбезным тоном.

Но Алекс не растерялся и нашел, что ей ответить. Благо, ко всему сыщик привык готовиться заранее.

– Видимо, мисс Мидлоу, вы не часто улыбаетесь, ведь убийства происходят ежедневно. Напрасно, у вас наверняка очаровательная улыбка.

– Вы потрудились узнать мое имя и сделать комплимент, но, мистер Стоун, уверяю вас, на меня ваше обаяние не действует. Отойдите от ленты на несколько шагов.

– Вы мне угрожаете?

– Напоминаю, что у меня есть оружие.

Реакция неприятна, но ожидаема. Полиция не приглашала Алекса на место убийства. Впрочем, он не очень расстроился, после метели от следов почти ничего не осталось, к тому же, стреляли с крыши, поэтому самые важные следы были именно там.

Хотя молодой сержант полиции чинила препятствия, опытный сыщик не собирался сдаваться. Он следовал требованию мисс Мидлоу и не стремился за оградительную черту. Обогнув линию сбоку, занимая маленькую нишу пространства между массивным забором и лентой, Алекс встал напротив точки, где ранее лежало тело, и посмотрел вверх. Затем мистер Стоун проверил обзор с еще нескольких точек.

Алекс подметил, что массивная декорация в виде золотого тигра, украшающего крышу дома мистера Фостера, не только закрывала обзор с улицы, но и служило неплохим укрытием. При должной маскировке (если слиться с снегом), убийца легко мог укрыться в тени декоративного животного и произвести роковой выстрел. К тому же, гостям и в голову не приходило смотреть на крышу дома, когда в небе разыгрывается настоящее шоу фейерверков. Убийца все точно просчитал. Алекс был уверен, что киллер заранее знал, как место проведения приема, так и подходы к зданию, он мог спрятать оружие где-нибудь в доме еще до приема, а затем достать его и совершить злодеяние.

Подметив для себя ещё ряд деталей и сделав несколько фотографий, Алекс, отвесил короткий поклон очаровательному сержанту, крикнув на последок, короткое: «еще увидимся» и, развернувшись, зашагал к дому.

* * *

В это время, в зале для приемов, в котором находились все еще недопрошенные свидетели, обстановка понемногу накалялась. Уставшие, шокированные убийством, угнетенные гости, чей праздник превратился в трагедию, стремились как можно скорее покинуть кровавый дом. Больше всего нервному напряжению была подвергнута женская половина.

– Я не понимаю, почему нас до сих пор не отпустили? Полиция намерена держать нас здесь до самого утра? Должны же быть какие-то ограничения, рамки! – возмущенно воскликнула мисс Тилман, театрально всплеснув руками.

– А вы, Марта, предпочитаете отвечать на вопросы полиции в участке? Вас могут допросить и там, – резко ответил Даниэль Бейкер, устроившийся в кресле напротив негодующей леди с бокалом виски.

– Я предпочитаю находиться в месте, где моей жизни ничего не угрожает, – также резко ответила Марта Тилман, недовольно хмыкнув. – Убийца может находиться среди нас.

– Вы считаете, что кто-то будет совершать еще одно преступление, когда в доме находится полиция и частный детектив? Это крайне глупо, – самодовольно заявил Даниэль, одарив Марту снисходительным взглядом.

– Частный детектив? – с интересом спросила Ванесса, не дав мисс Тилман обменяться с собеседником очередным едким выражением.

– Вы не знали, Ванесса? Роджер позвонил знакомому детективу, как только ему была предоставлена такая возможность.

– Хм. Он боится, что его могут подозревать?

– А что, у него был мотив, – некстати вмешалась мисс Тилман.

– Но совершенно не было времени, если только Роджер не обладает способностью быть в двух местах одновременно. К тому же, у него есть алиби: он все время находился в поле зрения дворецкого. Хотя есть возможность, что они просто друг друга покрывают. Я полагаю, что Роджер попросту захотел оставаться в курсе событий, преследуя, возможно, какие-то свои цели, – высказал предположение молодой миллионер. – Или выяснить правду, – добавил Даниэль немного погодя.

– Этот частный детективимеет право нас допросить? То есть наше пребывание здесь еще более затягивается? – с не скрываемым недовольством полюбопытствовала мисс Тилман.

– Вы в праве не отвечать на его вопросы, – предупредила Ванесса.

– Но я, все-таки, надеюсь, что вы ответите, – только что вошедший в гостиную Алекс Стоун с теплотой взглянул на Марту. На его губах играла тень улыбки. Он мгновенно оценил обстановку, подстраиваясь под нее. Мисс Тилман успела оценить облик сыщика, тут же кокетливо улыбнувшись в ответ.

– Алекс Стоун, насколько я понимаю, – поднявшись, поздоровался Бейкер, протянув сыщику руку, представляясь: – Даниэль Бейкер.

Сыщик мгновенно отреагировал на приветствие, протягивая руку в ответ:

– Мое имя вам уже известно.

– Конечно, – ответил Даниэль, скоропалительно добавив, в очередной раз лишая мисс Тилман реплики: – Поскольку вы явно намерены нас всех допросить, я хотел бы быть первым. Не возражаете?

– Буду только рад.

Алекс немного удивился подобному предложению, поступившему так скоро.

– Тогда пройдемте в более тихое место, – предложил Даниэль, не теряя времени, направляясь к выходу.

Алекс последовал за ним, напоследок улыбнувшись гостям.

– Даниэль попросту невыносим! – воскликнула Марта Тилман, когда они удалились.

У Марты отняли единственное развлечение в этом доме.

Даниэль и Алекс отправились вместе на улицу: сейчас это было самое тихое место. Почти вся полиция собралась в доме, а для конфиденциального разговора, какой и планировал мистер Бе йкер, лишние уши были ни к чему.

– Что же, мистер Бейкер, судя по всему, вы хотели сообщить мне что-то важное, раз сами вызвались отвечать на мои вопросы, – проницательно отметил сыщик, доставая из кармана пальто сигареты и протягивая одну собеседнику.

– Благодарю, – Даниэль также воспользовался зажигалкой, предложенной сыщиком и, блаженно прикрыл глаза, когда дым заполнил его легкие. – Может, я только хотел освободиться от этой неприятной обязанности чуть раньше остальных, – резонно подметил Бейкер, открывая глаза.

– Исключать данный факт было бы глупо с моей стороны. Однако вы могли бы и вовсе не отвечать на мои вопросы, вместо этого сами вызывались первым на допрос.

Бейкер ухмыльнулся, делая очередную затяжку. Алекс внимательно наблюдал за тем, как меняется в лице Даниэль, как его взгляд становится тяжелее, а лоб морщиться от напряженного размышления.

– У меня есть соображения на счет смерти мистера Фостера. Возможно, я знаю человека, желавшего ему смерти.

– Таких, я полагаю, у него было немало.

– Вы правы. Мистер Фостер был довольно закрытым человеком. Подобраться к нему близко не представлялось возможным. В обществе о нем практически ничего не известно. Вам будет трудно собрать какую-либо информацию.

– Но, видимо, вы ей обладаете.

– Я не скрою, что сотрудничество с Фостером могло быть весьма выгодным для меня. Он планировал крупный проект, на участие в котором я мог рассчитывать. Как известно, в подобных делах конкуренты не дремлют. Желающих не допустить развитие его плана было предостаточно.

– Вы наводили справки? – детектив усмехнулся, – или это голословные заявления?

– А вы приезжайте послезавтра ко мне в офис. Там все и обсудим. Говорить здесь не безопасно. Даже у стен есть уши, в случае с Фостером и его домом, они наверняка хитро запрятаны.

– Мистер Бейкер, вы, пожалуй, заинтриговали меня, – честно ответил детектив. – Вы сообщили о своих догадках полиции?

Даниэль ухмыльнулся и протянул Алексу свою визитку, ловко извлекая её из внутреннего кармана пиджака.

– Что же до полиции, мистер Стоун, думаю, им не стоит знать об источниках моей осведомленности. Тем более, я привык работать с частными лицами.

– Понимаю и принимаю ваше предложение, – спокойно ответил Алекс, осознавая, что такие люди как Даниэль Бейкер ничего не делают просто так. Тем более, что здесь явно видится криминальный след в поиске информации на потенциального делового партнера.

– Я рад, что мы поняли друг друга, Алекс, – Даниэль протянул руку Алексу в знак состоявшейся сделки.

– Прежде, чем уйти, Даниэль, скажите, может вы заметили что-нибудь странное в поведении хозяина дома или посетителей? – сказал Алекс, задержав собеседника еще на пару секунд.

– Пожалуй, самый обычный вечер. Надменные, самодовольные гости. Напитки. Еда. Музыка. Мне, к сожалению, не удалось пообщаться с хозяином дома должным образом. Зато Хелен Хордвей почти не отходила от него ни на шаг. Возможно, она что-то прояснит.

– Может, вы обращали внимание на крышу дома? Замечали что-то странное?

– Ммм. Нет. Я не смотрел в ту сторону. Все ожидали запуска фейерверков, и внимание было направленно в другую сторону.

– Выстрел вы не слышали?

– Нет. Было очень шумно из-за салюта. Я заметил, что Фостер был уже мертв после того, как Хелен закричала.

– Вы что-нибудь предпринимали? Может, позвали на помощь? В такой ситуации любой бы растерялся.

Услышав последнюю фразу, Даниэль ощутил новую волну самодовольства: он ведь прекрасно держал себя в руках, о чем и сообщил детективу.

– Да. Я решил, что нужно проверить пульс, узнать, жив он, или нет. Но, когда дотронулся до тела, понял, что Фостер умер и сообщил об этом остальным. Вскоре прибежал Роджер и дворецкий. Единственное, я удивился, что охрана прибыла с задержкой. Очевидно, выстрел они также не слышали.

– Но они прибыли?

– Именно так. Они осмотрели тело, поняли, что Фостеру уже ничем не помочь и направились в дом. Нас не пускали внутрь, пока охрана там все не осмотрела. Бесполезно, как выяснилось. Да и человек, стрелявший с крыши владельца дома, должен был разработать блестящий план отхода после столь дерзкого преступления.

Сыщик, пожалуй, согласился с выводами собеседника. Хотя, мистер Бейкер мог стать для него, как важным источником информации, так и потерянным напрасно временем.

Следующей на очереди для допроса стала Хелен Хорвдей. Собственно, её сыщик не стал допрашивать самую первую, поскольку ей активно занималась полиция. Теперь же Хелен освободилась от их гнетущих вопросов и тихо сидела на диване в холле в объятиях преданного супруга. В этом вся Хелен. Как только случается что-то нехорошее, она тут же бросается в объятия Роджера, но стоит ей немного заскучать из-за собственного благополучия, как она с легкостью бабочки покидает его общество.

– Алекс, я знаю, что ты хочешь поговорить с Хелен, – начал Роджер, когда сыщик подошел к супругам с очевидной просьбой, – и я сам пригласил тебя для проведения расследования, однако.

– Ты хочешь попросить меня поговорить с ней позже, потому что миссис Хордвей слишком устала, – Алекс с пониманием взглянул на Хелен, она действительно выглядела измотанно и непривычно покорно.

– Алекс, пожалуйста, приезжайте к нам сегодня, ближе к вечеру и мы обо всем спокойно поговорим. Сейчас мои мысли несколько спутаны, – Хелен жалобно посмотрела на детектива.

Стоун тяжело выдохнул, разводя руками в стороны.

– Что я могу поделать. Отдыхайте, Хелен.

– Спасибо Алекс, – поблагодарил мистер Хорвдей, протянув другу руку.

Алекс собирался проследовать в гостиную, чтобы опросить еще нескольких гостей, как вдруг его окликнул инспектор Гарри Брендсон – тот самый, с которым у него произошел небольшой конфликт.

– Вы хотели осмотреть крышу. Можете пройти, – не слишком приветливым тоном заявил инспектор. – Но это только в порядке исключения. Сержант Мидлоу, – инспектор обратился к одной из своих подчиненных, – проводите его и проследите, чтобы он ничего не испортил.

Стоун вежливо поблагодарил инспектора, про себя подумав, что звонок, который он сделал еще по дороге в злополучный дом, наконец, принес свои плоды. Друзья помогли ему.

– Мисс Мидлоу, я же говорил, что мы еще встретимся с вами, – Алекс самодовольно улыбнулся, оказавшись в компании той самой сотрудницы полиции, которая так рьяно охранял участок от сыщика.

– Наслаждаетесь собой? Напрасно, – холодно ответила сержант, поднимая вверх по лестнице.

– Почему бы и нет. Я, в конце концов, добился своего.

– Нечестным способом. Это вас не красит. Нисколько.

– А вас совершенно не красит злость. Улыбнитесь, сержант, улыбнитесь.

Слова сыщика окончательно вывели мисс Мидлоу из себя. Она остановилась посередине длинного коридора, ведущего к лестнице на крышку, и сказала:

– Послушайте, я просто выполняю свою работу и действую, согласно приказу. У меня нет возможности сделать пару звонков, чтобы получить, что угодно. Вы довольны? Это хотели услышать?

Алекс отрицательно покачал головой. Он не хотел обжить девушку, но обидел. Уже вторую за текущую ночь.

– Простите меня, мисс Мидлоу, вы совершенно правы. Я больше не стану вам досаждать, просто осмотрю крышу и все.

Мисс Мидлоу удовлетворительно кивнула, услышав неожиданное для нее заявление сыщика. Теперь она чувствовала себя немного лучше.

Алекс с интересом осматривал дом по дороге. Его коридоры были невероятно длинными и запутанными и это пугало сыщика. Мест, где можно спрятаться оказалось слишком много. Быть может, убийца до сих пор в доме? Полиция могла что-то упустить, и преступник затаился, выжидая момент, чтобы покинуть место преступления. В таком доме это было возможно.

Поднявшись на крышу, Алекс смог ощутить в полной мере величину декоративного тигра, служившего, пожалуй, главным украшением дома. Перешагнув за ограничительную полосу, Стоун достал из кармана фонарик и осмотрел местность.

– Не знаю, что вы надеетесь здесь обнаружить, мистер Стоун, эксперты все тщательно осмотрели, но не нашли серьезных улик. Вся чисто. Нет даже гильзы от пули. Преступник оказался очень ловок.

Алекс проигнорировал соображения очаровательно сержанта, продолжив поиск. Детектив осмотрел декорацию, так как подозревал, что в ней могло быть спрятано оружие. Тщетно.

Алекс отметил любопытное место нахождения люка, с помощью которого можно было взобраться на крышу: он располагался за декорацией, то есть выход киллера полностью закрывался. Слишком удачно.

– Криминалисты уже определили место выстрела, – пояснила сержант, глядя на действия детектива.

– Я вижу. Стреляли с крайней точки, судя по месту, где нашли тело. Заграждения по краям крыши невысокие – можно легко прятаться и выстрелить, подобрав нужный момент – удачный выбор, – продолжил Алекс.

– Но все-таки кто-нибудь заметил бы убийцу во время выстрела, полностью не спрячешься. Нужно прицелиться.

– Само собой. Но гости смотрел фейерверк-шоу, а со стороны улицы киллера прикрывала инсталляция, так что он был в безопасности. Охрана не сразу узнала о произошедшем, что дало ему время спрятаться. В общей суматохе, он бы мог выскользнуть из дома, притаится, скажем, за одним из массивных деревьев, а, когда охрана сбежалась к дому, выждать момент и юркнуть через ворота.

– Отличная версия! – согласилась сержант.

– Не доказанная, к сожалению. У ворот крутилось столько людей, что даже не заметенные снегом следы затоптали бы. Даже чертова метель поспособствовала убийце!

Детектив не стал говорить о том, что, если бы полиция ехала немного быстрее, а охрана места происшествия была обеспечена вовремя, следы сохранились бы.

Еще немного оглядевшись, Алекс продолжил путь преступника и спрыгнул из люка. Именно спрыгнул, а не воспользовался лестницей. Действуя с существенным ограничением во времени, преступнику некогда пользоваться лестницей. Но куда он пошел дальше? Обувь в снегу, даже, если пойти босиком, останутся следы.

– Криминалисты пытались определить направление движения злоумышленника, но, ко времени, как сюда приехала полиция, охрана уже проверила крышу и другие комнаты, так что следов на коврах осталось много, а пользы от них мало. У охраны, разумеется, сняли образцы обуви. Но на проверку уйдет время, – пояснила, мисс Мидлоу, став немного любезнее.

Но Алекс почти не слушал её. Аналогичный вывод он сделал уже давно, а заключение экспертов почитает сам, как только оно будет готово, его смущало другое. На ковре было полно следов, но в точке, куда он спрыгнул, до его собственного прыжка характерных следов не было, хотя они должны были остаться из-за массы стрелка и расстояния до пола. Причем след от прыжка не спутать с остальными, оставленными при ходьбе: он будет отчетливее из-за большего давления на поверхность. Отпечатки мокрых ботинок должны отражаться идеально. Так почему их нет? Преступник все-таки воспользовался лестницей и аккуратно слез, теряя время? Возможно? Но почему?

– Вы закончили? – спросила мисс Мидлоу, увидев, как сыщик остановился, чтобы подумать.

Алекс напряженно смотрел на длинный коридор.

– Я могу осмотреть комнаты вдоль этого коридора? В них может быть подсказка, – спросил Алекс, бегло взглянув на сержанта, но она отрицательно покачала головой.

– Мисс Мидлоу, – Алекс повысил голос и хотел высказать недовольство на этот счет, но она прервала его:

– Вы не можете туда войти, поскольку все комнаты заперты. Не только на этом этаже, но и почти во всем доме. Исключение составляла лишь уборная на первом этаже, кухня и зал, где находились гости, – пояснила сержант. – Криминалисты также осмотрели все двери: никаких следов взлома.

– Как же охрана проверяла комнаты, если они все заперты? – резонно спросил Алекс.

– У начальника охраны были ключи.

– Значит, в комнату преступник не забегал. Даже, если украсть ключи, слишком много времени уйдет на то, чтобы соотнести его с замком. Да и, учитывая выяснившиеся обстоятельства, в закрытом пространстве прятаться опасно (некуда бежать) – заключил для себя Алекс.

Детектив осмотрел еще несколько укромных мест в коридорах дома. Но ничего.

Осмотр уборной почти ничего не дал. В ней побывало столько человек, что у следов не оставалось ни единого шанса на сохранение. Тем не менее, Алекс проверил возможность выбраться из окна в туалете на первом этаже и покинуть территорию. И она полностью отсутствовала. Окошко было совсем маленьким и находилось почти под потолком. В него не мог пролезть даже ребенок. Нет. Преступник не стал бы бегать по всему дому, мокрый и с винтовкой на плечах в поисках убежища. На кухню также не сбежать – повара не могли его не заметить. Только, если он не один из них. Эту версию нельзя было сбрасывать со счетов. Оружие можно было принести в дом заранее. Словом, вариантов была масса, и все они нуждались в проверке.

Время близилось к ланчу и посетителей дома постепенно отпускали. Однако Алексу удалось заполучить несколько приглашений домой для беседы и полный список сотрудников, участвующих в приеме со всеми контактными номерами. Также сыщик зафиксировал все с помощью камеры и попросил у дворецкого еще раз наведаться в дом через несколько дней. К тому моменту Алекс надеялся разработать версию.

Глава 3. Дело становится интереснее!

Проведя изматывающую ночь в поисках улик и опросе свидетелей, Алекс вернулся домой лишь к обеду и проспал до самого вечера. Проснулся сыщик от настойчивого телефонного звонка.

– Доброе утро, – хриплым голосом протянул детектив, пытаясь открыть глаза.

– Уже вечер, Алекс, – настойчивый женский голос мгновенно задал деловой тон беседе.

– И ты звонишь мне, чтобы это сообщить. Очень мило с твоей стороны.

– Алекс! Твоя вчерашняя выходка мне дорогого стоила. Вмешиваться в дела полиции в праздники, знаешь, не самое приятное занятие.

Блаженная улыбка тенью легла на лицо детектива. Он обожал свою верную подругу детства за прямоту.

– Но ты ведь справилась. Как всегда потрясающе разрешила почти невыполнимую задачу. Ты великолепна, Беатрис, – сладко протянул Алекс, лениво подтягиваясь.

– Даже не надейся откупиться от меня комплиментами! – звонко воскликнула Беатрис, давно привыкнув к манерам Алекса.

– Что ты, мне такое даже в голову не могло прийти! Но ты ведь меня знаешь: я в долгу не останусь.

– Знаю, но помогаю не по этому.

– Как проходят праздники? Или это государственная тайна?

– Ты как всегда проницателен.

– Новое дело продвигается, как я посмотрю.

– Ты ведь меня не видишь.

– Зато слышу, как ты ведешь машину.

– И что с того?

– Беатрис Витор садится за руль автомобиля только, когда занята чрезвычайно конфиденциальным делом. Ты ведь настоящий параноик и не доверяешь ни одному водителю! И напрасно.

– Почему?

– Я отсюда слышу скрип тормозов, ты весьма неуверенный водитель, в особенности, когда дело касается путешествия к родне на праздники.

Послышался визг тормозов. Мисс Витор остановила машину. На мгновение она опустила голову на руль и раздраженно спросила:

– А об этом ты как догадался? У меня, вероятно, особый стиль вождения, когда я еду к своим родителям. Или у тебя открылась суперспособность видеть людей на расстоянии?

Про себя Алекс подумал, что такая способность ему бы не помешала.

– И это тоже. В основном я догадался из-за звонка твоей матери. Она, видишь ли, приглашала меня провести праздники с вашим семейством и очень жаловалась на твои редкие визиты. Действительно редко, три раза в год – это некрасиво!

– Мошенник! – одновременно восхищенно и злобно воскликнула Беатрис.

Сыщик широко улыбнулся. Как он любил подобные перепалки. Они помогали ему взбодриться.

– Не стану отпираться. Жду полицейские рапорты сегодня. И пока ты не начала возражать, скажу: я добыл для тебя информацию по делу Свона. Коробочку с флешкой ты получишь у своих родителей. Желаю удачно провести время.

– Но, Алекс!

– Счастливого Нового года, Беатрис! – тихо хохоча, воскликнул сыщик и быстро отключил телефон.

– Большой ребенок, – произнесла Беатрис, когда Алекс отключился.

Детектив был чрезвычайно доволен собственной персоной. Подкинув телефон вверх, он ловко подхватил его в воздухе, бодро поднимаясь с постели. Пора приниматься за дело.

Нужно сказать, что Стоун не блефовал. Красная коробочка с флеш-картой действительно находилась под новогодней елкой в родительском доме Беатрис. Рядом стояла коробка побольше – еще один подарок.

Алекс славился особым талантом ладить с людьми, переманивать на свою сторону, а с теми, с кем он не мог договориться (таких было немного), Алекс расправлялся другими методами. В конце концов, сыщик добивался того, чего хотел.

Визит в дом Хордвеев был запланирован на восемь часов вечера. К этому времени Алекс еще не получили полицейские отчеты, что его немного расстроило, ведь он надеялся обладать большей информации ко времени встречи, однако сыщик быстро нашел в этой ситуации большой плюс: его суждения будут объективнее, а отчеты более полными (данные постоянно обновляются).

Предварительно позвонив Роджеру и напомнив о встрече, Алекс направился в дом семейства Хордвей на своем автомобиля, хотя хозяин дома предлагал ему личный транспорт.

На входе Алекса встретил дворецкий и проводил в дом. Хелен и Роджер уже ожидали его, расположившись на нежно-розовом резном диване в просторной гостиной.

Алекс был не частым гостем в доме Хордвей: детектив предпочитал встречаться с Роджером на нейтральной территории: в ресторане, пабе или покерном клубе. А с Хелен сыщик вообще не желал иметь общих дел.

Алекс взглянул на печально известную светскую львицу: она привела себя в должный вид. Хелен была одета в вечернее платье черного цвета, которое должно было подчеркнуть траурность момента, однако вычурное бриллиантовое ожерелье, украшавшее шею Хелен, говорило скорее о том, что она играла роль скорбной жертвы ужасно неправдоподобно. Тщеславие не позволило ей даже на несколько дней отказаться от неприличных в данном контексте украшений.

– Добрый вечер, Роджер, – Алекс протянул руку поднявшегося с места друга. – Хелен, – молодая особа также протянула руку, взяв пример со своего мужа.

Обменявшись любезностями, Хелен затянула привычную светскую беседу:

– Алекс, надо сказать, я рада видеть вас в нашем доме. Жаль, что повод такой скверный.

– Ничего не поделать.

– Да. Смерть – ужасное, ужасное событие. Журналисты буквально оккупировали наш дом в своем желании взять интервью. Стервятники! – с жаром воскликнула Хелен, вскакивая с места. Впрочем, она быстро взяла себя в руки. Медленно, театрально зашла за спину мужа, положив руки ему на плечи. Роджер с теплотой посмотрел на Хелен, накрыв ее руку своей ладонью. – Хорошо, что Роджер их всех разогнал. Нечего им здесь выискивать. Достаточно тех фотографий, которые они сделали! Нет, вы только взгляните!

Алекс принял из рук взбудораженной Хелен свежую светскую хронику и пробежался взглядом по тексту и фото. Усмехнувшись, сыщик отложил газету в сторону. Хелен тревожил лишь её неопрятный вид, который пронырливые журналисты успели зафиксировать.

– Как быстро они все пронюхали! Наверняка это проделки Ванессы! – миссис Хордвей эмоционально всплеснула руками, нервно проходя из одного угла комнаты в другой.

Вот поэтому Стоун предпочитал не приезжать в дом Роджера. Его жена порой сильно переигрывала.

– Хелен, безусловно, это все очень интересно и я бы с удовольствием обсудил с вами светские новости, однако я ограничен во времени, – Алекс нарочито посмотрел на часы, демонстрируя их миссис Хордвей.

– Разве, вам не стоит узнать любые обстоятельства этого дела?! Это могло бы помочь вам, – Хелен недовольно сморщила нос, усаживаясь на кресло. – Впрочем, если вы так уж спешите, задавайте свои вопросы. Будто бы мне мало допросов полиции, – уже более тихо добавила миссис Хордвей.

В то время как Хелен упражнялась в сценическом мастерстве, демонстрируя самые пошлые позы, запрокидывая голову вверх, или подпирая ее рукой так, будто она никак не удержится без опоры, Роджер наполнил два бокала темно-коричневой жидкостью и протянул один другу.

Алекс принял бокал только из вежливости, немного пригубив. Алкоголь не входил в его сегодняшние планы. По крайней мере, пока.

– Роджер, если ты позволишь, я бы хотел поговорить с тобой и Хелен по очереди. Думаю, это будет более правильно.

Просьба Алекса на некоторое время озадачила Роджера, однако он выполнил её, молчаливо, задумчиво последовав к двери. Лишь в проходе он, обернувшись, сказал:

– Я буду в столовой, позовете меня, как закончите.

Когда муж покинул комнату, Хелен немного напряглась. Это было заметно по ее опустившимся вниз плечам и плотно сжатым у щиколотки ногам.

– Хелен, из рассказа некоторых свидетелей, мне стало известно, что вы довольно близко общались с мистером Фостером, уделяя ему много внимания, на что он, судя по всему, отвечал, поскольку во время выстрела вы стояли неподалеку от него. Я бы даже сказал, в непосредственной близости.

– Ваши свидетели преувеличивают. Так и норовят меня оклеветать. Страшно сказать, какие ужасы мне приходится испытывать на этих приемах. Впрочем, с мистером Фостером я действительно вела беседу.

– По-моему, даже в его кабинете.

– Вы прекрасно осведомлены, мистер Стоун. Да. Действительно, я попросила дворецкого отвести меня в кабинет к мистеру Фостеру, чтобы поговорить.

– О чем же?

– Но об этом я не могу вам рассказать, Алекс. Это сугубо конфиденциально, – изворотливо ответила миссис Хордвей.

– Хелен, произошло убийство, и я должен докопаться до истины. Обещаю, что ваш муж не узнает подробности разговора, равно, как и кто-либо другой. Не волнуйтесь и расскажите мне все подробно. Проявите дань уважения к убитому.

Речь Алекс немного приструнила Хелен и она стала серьезнее.

– Я бы хотела помочь, но мне нечего рассказать, Алекс. Когда я зашла в кабинет Фостера, он только-только закончил разговаривать по телефону.

– Это был мобильный телефон?

– Нет, обычный, что стоит на столе. Это так старомодно!

– Продолжайте.

– Увидев меня, он вскочил с места и направился навстречу. Мы обменялись парой-тройкой слов. Ничего существенного, уверяю вас. И он поторопился выпроводить меня из кабинета и вышел сам.

– А после того, как вы вышли, дверь в кабинете была заперта?

– Да. Фостер лично запер дверь на ключ и положил его во внутренний карман пиджака. Я не заостряла на этом большого внимания. Обычные меры безопасности. Роджер также запирает кабинет на ключ. Даже от меня. Впрочем, я не стремлюсь разбираться в его многочисленных бумагах.

– А в котором часу это было?

– В половину второго. Я заметила, потому что у Фостера в кабинете висели дивные часы, на которые я не могла не обратить внимания.

– И вы вместе вернулись в зал?

– Именно так. Фостер почему-то очень спешил. Наверное, не хотел заставлять гостей ждать. Радушный хозяин. Хотя его требование по поводу досмотра вещей меня возмутило.

Хелен, временами, уходила в сторону от нужных Алексу вопросов, поэтому сыщик не давал собеседнице возможности «разойтись» и задавал вопросы «в лоб».

– Во время приема Фостер не вел себя странно? Может быть, нервничал, или отлучался?

– Вроде бы нет, – подумав, ответила Хелен. – Только в кабинет, я уже говорила. Мне не с чем сравнивать, поэтому сложно говорить о странностях, помимо этой встречи я общалась с Фостером лишь однажды. Мельком. Он не любит появляться в обществе. Очень закрытый человек.

Алекс нахмурился: далеко не первый раз он слышит утверждения о том, что Фостер – закрытый человек.

Хелен, наверняка, приняла на себя приветственный жест Фостера, но Алекс полагал, что Фостер хотел сокрыть от глаз любопытной гостьи нечто важное, поэтому резко вскочил и выпроводил ее из кабинета, закрыв его на ключ.

– А что по поводу выстрела? Вы не обратили внимание на крышу? Может, заметили человека или необычное движение?

Хелен пожала плечами.

– Нет. Полиция уже спрашивала меня, но я ничего не видела. Это очень циничный вопрос, между прочим.

– В чем же заключается его цинизм? – резонно поинтересовался сыщик.

– В том, что мы были обязаны как можно скорее оказать помощь пострадавшему, а не разглядывать крышу. Я, к сожалению, растерялась и не смогла ничего предпринять. Видит Бог, его все равно было не спасти!

– Что же, все ясно, Хелен. Спасибо за то, что согласились ответить на вопросы – сыщик поднялся и учтиво пожал руку хозяйке дома.

Распрощавшись, Алекс направился в столовую, где его, сидя за столом, ожидал Роджер Хордвей.

– Ты быстро, мой друг, – сказал мистер Хорвдей, предлагая гостю присесть. – Полагаю, Хелен не сообщила тебе ничего важного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.