Екатерина Баженова
Ты родишь мне дочь. P.S. твой муж Волк. Том 2

Пролог: Тень над заповедником

День свадьбы Вейлина и Анники

Кабинет погружён в полумрак, луна светит сквозь кроваво-красные витражи. Стены, обшитые тёмным дубом, сливаются с тенями, будто сама комната дышит тьмой.

Над каменным камином, где трещат сосновые поленья, висит шкура волка – белая как лунный свет, с клыками, впившимися в собственный хвост.

Воздух пропитан дымом можжевельника и железом – запахом свежей крови, стекающей с ритуального кинжала на столе.

Вождь сидит в кресле, вырезанном из корня древнего дуба. Его пальцы, украшенные перстнями с рубинами, медленно стучат по рукояти кинжала.

Напротив, на стене, висит карта, усеянная метками. Он смотрит на неё и размышляет о чём-то своём.

Дверь скрипит, впуская вестника. Высокий, с лицом, которое рассекают шрамы. Шрамы, оставленные на память Гару. Белый волк сопротивлялся, но проиграл в той битве.

Халлдор кланяется:

– Альфа, – его голос глух, словно доносится из-под земли. – Шаманка видела вспышку. Энергия… она не уверена, но, похоже, мы нашли её.

Вождь замирает. Рубины на его руках вспыхивают алым, отражая пламя камина.

– Где? – вопрос падает, как нож на точильный камень.

Вестник поднимает голову, жёлтые глаза сужаются:

– На пустыре. Вилючинский заповедник. Огромная территория, но… – он делает паузу, вдыхая воздух, словно пробуя его на вкус, – всё исчезло так же быстро, как появилось. Шаманка не уверена, что это то, что мы ищем.

Вождь встаёт. Его тень, искажённая огнём, пляшет на стене.

– Я знаю, ты думаешь, что это снова обманка. Мы были в Москве и ничего не нашли. Но в этот раз я уверен, это потерянное дитя.

Он смеётся, но звук этот похож на рычание.

Халлдор не моргает:

– Шаманка говорит: «Тот, кто спрятан, зовёт кровь».

– Опять загадки, – Альфа ведёт подбородком, словно шею затянуло. – И почему она не может просто ткнуть в карту пальцем и сказать, где искать?

Тишина. Даже огонь в камине затихает, будто прислушиваясь. Вождь подходит к карте и быстро находит на ней нужное место.

Он проводит по нему пальцем, на конце которого появляется волчий коготь. Оставляет глубокую борозду, пересекающую Вилючинскую сопку.

– Белые. Их логово где-то там. Неужели, все эти годы, – он отмахивается от этих мыслей, а потом кривится и договаривает. – Надо наведаться к Шоне. Выяснить, мог ли этот выродок врать мне все эти годы…

– Прикажете отправляться? – Халлдор вытягивается в струнку, готовый выслушать приказ.

– Отправь Раздирателей. Пусть проверят каждую нору, каждую щель. – Он оборачивается, и его глаза – два расплавленных золотых слитка – горят яростью. – Если это ловушка… сожгите лес. Если правда…

Он не заканчивает. Халлдор кланяется и исчезает, словно растворяется в дыме.

Вождь остаётся один. Его взгляд прикован к загадочному месту на карте.

Если это правда…

Они вернут всё, что потеряли много лет назад. Их клан снова будет самым могущественным. И да, они все поплатятся…

Где-то за окном, за пределами кроваво-красных витражей, воет ветер. Или волк…

Глава 1

Наши дни

Новая жизнь началась не совсем так, как я рассчитывала. Мои надежды на спокойное существование рухнули в одночасье. Всего один разговор, и вот я в спешке собираю свои вещи, чтобы покинуть дом, который за этот месяц стал моим во всех смыслах.

– Может, кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – возмущаюсь и бросаю на пол сумку. – Я хочу знать, почему я должна уезжать отсюда посреди ночи.

– Милая, – начинает снисходительно Вейлин, – я всё объясню тебе по дороге. Но Гару…

– Ты снова был в моей голове? – упираю руки в боки. – Ещё и когда я спала. Вот, значит, как ты узнал, что я беременна. Да?

– Ты беременна? – раздаётся удивлённый возглас Софьи Игоревны за моей спиной.

Оборачиваюсь, а у неё на лице помесь счастья и недоумения.

– Если верить Вейлину, то да. Но это не точно.

– Именно по этой причине мы и едем в город, – встревает он. – Мы должны убедиться.

– А что мешает нам сделать это утром? – кривлюсь, потому что на нервах меня начинает тошнить.

Вейлин и Софья переглядываются, у обоих на лицах написано, что они знают куда больше, чем говорят.

– Так, – сажусь на сломанную кровать и складываю руки на груди, – я с места не сдвинусь, пока вы мне всё не объясните.

Вейлин бросает на меня взгляд, замечаю лёгкую ухмылку на его губах. И через пару минут он закидывает наши вещи в сумки, а потом заворачивает меня в одеяло и выносит на улицу.

Я, конечно, возмущаюсь, пытаюсь бить его по спине, но это всё бесполезно. Он запихивает меня в машину, закидывает вещи в багажник и садится за руль.

Надуваю губы и раздуваю ноздри, всем видом показывая, что я недовольна происходящим.

– Так надо, любимая, – Вейлин мягко касается моей щеки своей ладонью и трогает с места.

Рассвет встречаем на трассе. Переодеваюсь в машине и устраиваюсь поудобнее. Путь нас ждёт неблизкий.

– Я жду, – напоминаю, что Вейлин обещал всё объяснить.

– Гару предупредил меня об опасности, – вздыхает мой муж. – Я не знаю, в чём конкретно она заключается, прости, да, я залез в твою голову, но это было не по моему желанию.

– Хочешь сказать, мой дух затащил тебя ко мне в мысли?

– Не знаю, но дух теперь не только твой, если ты забыла. Он целый месяц не показывался, не думаю, что он стал бы менять что-то без причины.

– То есть мы сорвались посреди ночи, потому что… – цокаю. – Да просто так. Откуда Гару может знать, что и где происходит?

Кажется, Вейлину свежий воздух на пользу не пошёл. Он стал слишком мнительным, везде ему мерещится какая-то опасность.

– Гару находится меж двух миров, он видит намного больше. Да и Софья Игоревна подтвердила его слова, – настаивает Вейлин.

– А Софья Игоревна у нас уже имеет право голоса в нашей семье? Она вроде как чужой человек.

– Она помогла тебя спасти, – возражает муж. – Ты же не думаешь, что она это сделала, чтобы с тобой что-то случилось позже?

– Я уже ничего не думаю, – рычу и еле сдерживаюсь, чтобы не стукнуть рукой по панели автомобиля.

Никогда не замечала за собой таких перепадов настроения. Может, это беременность сказывается? Если она есть, конечно же.

Хотя это объяснило бы многое. Например, то, что в последнее время я стала больше есть мяса. Я-то думала, это просто свежий воздух и постоянные прогулки отразились.

Внезапно становится страшно. Я ведь беременна не просто ребёнком. С вероятностью почти в сто процентов я ношу под сердцем оборотня. Как я это выдержу и выдержу ли вообще?

– О чём задумалась? – тихо спрашивает Вейлин.

Прихожу в себя и понимаю, что мы уже подъезжаем к аэропорту. Похоже, я надолго погрузилась в собственные мысли. Как-то даже грустно прощаться со всей этой красотой: вулканы, леса и свежий воздух…

И возвращаться в каменные джунгли. Теперь я полностью понимаю, почему их так называют. Во всех этих улочках и немыслимых высотках легко можно заблудиться, как в джунглях, но там нет души – только бетон.

Настроение портится за секунду.

– Где мы будем жить в Москве? – спрашиваю я и поворачиваюсь к Вейлину.

– В нашей квартире, – удивлённо отвечает муж.

– А как быть с твоими внезапными превращениями? Что, если тебя перемкнёт, и ты решишь выйти погулять?

– Не волнуйся, я годами жил в этой квартире, там есть всё необходимое, чтобы задержать меня.

– Ну-ну, то-то ты шатался у моей общаги, – фыркаю и, насупившись, отворачиваюсь, чтобы в последний раз бросить взгляд на великолепие весенней природы Камчатки.

Я определённо буду скучать по этим местам. И почему нельзя остаться здесь?

– Но теперь-то ты будешь рядом со мной, – муж нежно берёт меня за руку и целует пальцы.

Сразу оттаиваю, ну как можно на него злиться? Он же всё делает ради меня. Да что уж там говорить? Вся его спина покрыта шрамами лишь потому, что он забрал всё, что причиняло мне боль. В прямом смысле.

Софья Игоревна рассказала, что тот ритуал мог убить Вейлина, но он всё равно пошёл до конца. Он сделал всё, чтобы я жила свободно.

И как только груз был снят, я ощутила всю любовь Вейлина. И это было прекрасно. Но…

Всегда есть но.

Я всё равно не понимаю, почему нельзя было подождать до утра. Разве нельзя сделать УЗИ где-нибудь здесь? Хотя, наверное, нельзя.

Ладно, на самом деле по Москве я немного скучаю. Вернее, скучаю я по своей подруге. А ещё я приняла решение – хочу перевестись на другой факультет. За это время проведённое с Вейлином, я поняла, что мне куда интереснее изучать юриспруденцию. Да и в бизнесе мужа мои знания больше пригодятся именно в этой области.

Хороший юрист никогда не повредит. А я намерена стать хорошим!

Решаю больше не трепать себе нервы. Спокойно сажусь в самолёт и устраиваюсь на широком кресле. Вейлин сразу же просит принести мне еды. Так что я ем вкусный сэндвич, когда мы взлетаем.

Жую мясо курицы и наслаждаюсь. Это, конечно, не оленина, которую Вейлин лично добывал для нас, но тоже весьма вкусно.

– Слушай, – шепчу я на ухо мужу, когда доедаю, – ты мне так и не сказал, кто родится.

Заглядываю в глаза Вейлину, намекая на то, что я хочу быть готова к тому, что могу родить настоящего волка.

Муж усмехается и поджимает губы:

– Родится маленький, хорошенький человек. Довольна?

– А это точно?

– Точнее не бывает. Первые обращения происходят куда позже. Да и малышу может не передаться ген волка, – продолжает рассказывать он.

– Как это? И что тогда? – округляю глаза.

– Ну, – на губах супруга появляется улыбка, которая то становится шире, то исчезает с его лица, будто он сдерживает смех.

А, ну да… можно не говорить, я уже догадалась.

– И скольких детей я тебе должна родить? – кривлюсь, но, кажется, больше оттого, что меня начинает подташнивать.

Всё же сэндвич был вкусным, но явно мне не очень зашёл. И сколько это будет продолжаться?

– Сколько получится, столько и будет, – пожимает плечами Вейлин.

Вздыхаю, но решаю больше не разводить эту тему, а то перспективы вырисовываются не самые радужные.

Вместо этого я устраиваюсь на плече мужа и сладко засыпаю. Мне нужен отдых. Тем более, мне не дали выспаться ночью.

Столица встречает нас холодным ветром и серым небом. В воздухе стоит запах гари от сотен тысяч машин. Конечно, нельзя сравнивать скрытую от глаз деревню посреди чистейшего заповедника и столицу нашей страны…

Но, можно, я всё же сравню? Мне больше понравилось в заповеднике. Хочу обратно!..

Кажется, беременность уже вовсю на меня влияет.

– А сколько продлится беременность? – с ужасом спрашиваю, когда мы подходим к машине, которая приехала за нами.

– Девять месяцев, ну, уже чуть меньше. А что? – интересуется Вейлин.

– А то, что я понятия не имею, чего ждать, – плюхаюсь на заднее сидение, когда Вейлин открывает мне дверь автомобиля. – Здравствуйте, – киваю я, заметив, что за нами приехал один из водителей с работы.

Я уже видела этого амбала. Значит, Вейлин решил вызвать рабочую машину. Не доверяет даже такси? Думается, что муж скрывает от меня что-то очень важное.

– И куда мы едем? – решаю спросить.

– В больницу, разумеется, – говорит Вейлин и пожимает руку мужчине. – Привет, Вить. Как дела? Всё сделал, что я просил?

– Да, босс, – басит мужик. – В лучшем виде.

– Что в лучшем виде? – спрашиваю, а то сюрпризы мне что-то не очень нравятся в последнее время.

– Дома узнаешь, – подмигивает Вейлин и, кажется, впервые с того времени, что мы сели в самолёт, вздыхает с облегчением.

А вот я, наоборот, очень даже напрягаюсь…

Глава 2

До больницы едем долго. Так долго, что я успеваю устать, поспать и разозлиться. Зачем было вызывать машину, когда можно было добраться до города на электричке?

– Вейлин, – отвлекаю супруга от «весёлого» занятия: разглядывания пробки за окном.

– Да, любовь моя, – с улыбкой оборачивается он, а мне аж слух режет.

Я всё ещё никак не привыкну к тому, что он так говорит. Да и то, что мы женаты, тоже не так-то легко осознать.

Нет, конечно, я испытываю к Вейлину самые нежные чувства, но сейчас… Сейчас всё будто изменилось. Там, в деревне ведьм, всё было как в сказке: безумные ночи, прогулки, завтраки в постель.

А теперь?

– Что теперь будет? – прикусываю губу и говорю шёпотом. – Ты мне толком ничего не объяснил. Мне страшно.

Делюсь самым сокровенным. Вейлин, наверное, уже привык, что мне часто бывает страшно. Да, теперь я не бью никого током, но привычка вздрагивать и зажиматься осталась.

Если честно, я даже скучаю по призраку, который защищал меня.

Софья Игоревна, как и Вейлин, в голос говорят, что Гару никуда не делся, и в нужный момент придёт. Но теперь я его не чувствую, и уверенности в этом нет.

– Не стоит бояться. Ты же знаешь, что я рядом. Я способен защитить вас, – он кладёт руку на мой живот, а мне становится до ужаса жарко.

Будто я села у огромной батареи. Такое чувство, что все вены на животе начинают пульсировать.

– Ещё не известно, есть ли там кто-то, – убираю руку мужа и недовольно поглядываю на водителя, намекая, что этот разговор не для чужих ушей.

– Витя свой. Когда надо он ничего не слышит.

– Ага, – кривлюсь.

Но остаюсь при своём мнении.

– Скоро будем, босс, – басит Витя.

Осматриваюсь и действительно вижу здание больницы. Ура!

Я очень рада, что смогу выйти и размяться. Я так привыкла часами гулять в деревне, что полдня в самолёте, даже в бизнес-классе и несколько часов в машине по пробкам – это сущий ад.

Выпрыгиваю из автомобиля чуть ли не на ходу.

– Анника! – Вейлин выскакивает следом и хватает меня за руку. – Ты что делаешь?

– Я устала сидеть. А что? – искренне удивляюсь такому поведению мужа.

– Здесь может быть опасно, – он озирается по сторонам и явно принюхивается.

Вижу, что морщится, но снова ничего не говорит. Лишь тащит меня к входу больницы.

– За нами следят? – спрашиваю я.

Надо быть полной дурой, чтобы не догадаться. Иначе…

– О нет! – восклицаю я, когда мы подходим к дверям. – Я их знаю.

Указываю на двух амбалов возле регистратуры. Только теперь эти мужики ещё и вооружены. Их я тоже видела в фирме.

– Вейлин! – нам навстречу выходит Юлия Олеговна. – Я требую объяснений! Во что ты превратил мою больницу?!

Складываю руки на груди и разве что не встаю в прямом смысле на сторону врача. Я вот тоже хочу знать, что это за перегиб в сторону гиперопеки.

– Это сложно, – отмахивается он. – Надо сделать УЗИ Аннике.

– Что на этот раз? – она бросает взгляд на меня. – Рада, что он не убил тебя, – в её голосе действительно чувствуется что-то доброе.

– Я вроде как беременна, – пожимаю плечами.

– Что?! – округляет глаза Юлия. – Как это возможно? Вы что?.. А Шона?

– Дал своё благословение, – усмехается Вейлин.

– Он шантажировал его, да? – Юлия явно обращается ко мне, игнорируя Вейлина. – Расскажи. Как это было? – она берёт меня под руку и ведёт в кабинет.

– Я не знаю. Большую часть ритуала я провалялась в отключке.

– Не, – мотает головой врач. – Я про то, на какие больные точки надавил Вей, раз Шона сдулся?

– Пообещал, что если я умру так и не родив ему сына, то он женится на той, что пожелает Шона, – говорю я.

– Пф… на это Альфа не поведётся. Было что-то ещё, – впервые замечаю в глазах Юлии шаловливый огонёк. – Дело в тебе. Да? То, что было в больнице, лишь верхушка айсберга. Я права?

Врач открывает дверь в кабинет. Вхожу и не успеваю даже рта открыть, Юлия почти рычит:

– А ты останешься здесь. Я должна осмотреть Аннику.

– Она моя жена, – возмущается Вейлин.

– Да плевать я хотела. Она – моя пациентка. А если она беременна, то стресс ей противопоказан.

Вейлин быстро смотрит на меня, будто спрашивает, чего хочу я. А я? А я всё ещё зла, что он так ничего мне и не сказал. Я хочу знать, что угрожает мне, если вообще угрожает.

Это нечестно.

Так что…

– Я справлюсь, – улыбаюсь. – Всё хорошо.

– Слышал? – Юлия захлопывает дверь.

– Он всё равно услышит наш разговор, – усмехаюсь, я теперь знаю, на что на самом деле способен мой муж.

Это восхищает, но и ужасает в то же время. И я всё ещё не привыкла к этому.

– Не-а, – усмехается Юлия и вешает на дверную ручку какой-то амулет, больше похожий на табличку «не беспокоить».

– Ведьмины штучки, – быстро догадываюсь я.

За время общения с Софьей Игоревной я тоже многое узнала. И про амулеты в том числе. Собственно, один из таких теперь ношу сама.

Она сказала, что это оберег от сглаза, но теперь я думаю, что это что-то другое…

– Ну, рассказывай, – Юлия Олеговна садится на своё рабочее место и скрещивает руки. – Тест делала? Хотя человеческие методы не особо эффективны в этом случае. Задержка? Тошнота?

Плюхаюсь на стул напротив врача и задумываюсь. Тест? Да кто бы мне дал его сделать? Мы собирались в такой спешке, что я чуть имя своё не забыла. Задержка? Я вообще забыла про календарь, даже не уверена в том, какое сегодня число.

– Тошнота есть, – киваю. – Всё остальное… тест не делала, задержку сейчас посмотрю.

Достаю телефон, открываю приложение и киваю:

– Второй день.

– И с чего Вейлин решил, что ты беременна?

– Вейлин услышал его сердцебиение, – пожимаю плечами.

– Вейлин? – вздёргивает брови Юлия. – Носить под сердцем оборотня – это совсем не то же, что человека. Ты же сама человек. Ты должна была первой понять, что с тобой что-то не так.

– А что, когда мать – человек, могут быть осложнения? – с опаской спрашиваю я.

– Это такая редкость в последнее время, что я тебе могу сказать лишь то, что сама вычитала в книгах. Когда Вейлин явился ко мне с тобой, я изучала этот вопрос.

– И что?

– Что ты знаешь о матери Вейлина? – прищурившись спрашивает Юлия.

– Ну, она прошла какой-то обряд ради Шоны, – пожимаю плечами, мы не разговаривали об этом.

– Какой-то, – усмехается Юлия. – Скрытный тебе муженёк достался. Анастасия… она…

– Я знаю, что она стала волчицей, – добавляю. – Но я так и не поняла, как.

– Это, – Юлия оглядывается на дверь и смотрит на амулет, будто проверяет всё ли на месте. – Ты знаешь, что у волков глаза карие?

Сразу же вспоминаю, что мне Соня говорила.

– Вроде как у малышей бывают голубые глаза, а потом становятся карими.

– Да, это же верно и для оборотней. А тебя не смущает, что Вейлину скоро тридцатка, а глаза у него всё никак цвет не поменяют?

– Это плохо? – напрягаюсь.

– Это из-за его матери, – начинает Юлия Олеговна. – Думаю, ты должна знать, от кого можешь быть беременна, и чем это грозит.

Она снова оглядывается на дверь, будто боится, что Вейлин сейчас ворвётся в кабинет и остановит её.

Превращаюсь в слух, а в дверь всё-таки стучат. И если это мой муж, то я так и останусь в неведении. Но я должна знать, куда попала.

Истинность – это, конечно, хорошо, но если нам с малышом из-за этого грозит опасность…

Глава 3

С трудом собираю себя в кучу. Смотрю, как солнечный луч, пробивающийся сквозь жалюзи, дробится на тысячи пылинок. Они кружатся в воздухе, будто в ритме моего сердца.

Что значат слова Юлии Олеговны?

Она поднимается с кресла и открывает дверь. Та громко скрипит, заставляя меня вздрогнуть. В напряжении жду, чтобы узнать кто и с какой целью пожаловал сюда.

Но, на моё искреннее удивление, это вовсе не Вейлин ломится к нам. Его, вообще, нет за дверью. Что, кстати, тоже напрягает.

Это пришла медсестра, чтобы взять у меня кровь на анализ. Видимо, это стандартная процедура. Но, признаться, я почему-то решила, что снова буду сидеть в длинных очередях по утрам и ждать, когда можно зайти.

Женщина в белом халате движется почти бесшумно, будто боится меня спугнуть. Но я, кажется, уже не здесь.

Задумываюсь, что после встречи с Вейлином моя жизнь сильно изменилась. Теперь я не хожу часами по больницам, вместо этого я гуляю по лесу. Но, похоже, пришло время немного откатить назад. Мы вернулись в многолюдный город с его правилами и ритмом жизни, который сильно отличается от деревенского.

Разговор так и так приходится отложить, так что отвечаю на вопросы медсестры, впервые с интересом наблюдаю, как у меня берут кровь. И впервые всё проходит легко. Нет головокружения, нет тошноты. Только любопытство.

Кровь в пробирке словно пульсирует, хотя я понимаю, что это невозможно. Но она почти живая, а оттенок слишком тёмный. Если я и не беременна, то со мной явно что-то происходит.

Сделав все процедуры, женщина уходит, оставив нас с Юлией Олеговной наедине. Дверь закрывается с глухим щелчком, будто запечатывая комнату от внешнего мира. Думаю, это и есть действие амулета, что висит на ручке.

– И что ты хотела мне сказать? – еле могу усидеть на стуле. – Что не так с Вейлином?

– Мне не нравится, что я об этом с тобой буду говорить, но я думаю, ты правда имеешь право знать, что произошло.

– Не томи уже, – почти скулю, мне становится дурно от одной только мысли, что снова нас с мужем одолевают секреты.

Я совершенно не так представляла себе семейную жизнь. Хотя кого я обманываю? Ничего и никак я не представляла. Я и мечтать не смела, что когда-нибудь я выйду замуж или смогу родить. Даже в самых смелых фантазиях не было ни оборотней, ни кланов, ни всего остального, что произошло со мной за последнее время.

Правда, про беременность всё ещё ничего не поменялось.

– Голубые глаза, – мнётся Юлия Олеговна, – даже не знаю, как сказать. Ладно, – вздыхает она. – Это говорит о том, что волк особенный. Причины могут быть разные. Иногда это просто оборотень слишком долго ведёт себя как ребёнок. Эдакий подросток-переросток, – врач перебирает цепочку на шее.

– Вейлин не такой, – отмахиваюсь я. – Мне иногда кажется, что он старше своего возраста.

– И тому есть свои причины, – она бросает взгляд на дверь. – Ты уже знаешь, что у Вейлина сложные отношения с Шоной. И это неспроста. Как и то, что Шона так яростно вторую жену искал…

– А ты, смотрю, многое об этом знаешь, – внезапно становлюсь очень серьёзной, скрещиваю руки на груди и даже ногу на ногу складываю.

Хочется добавить, что с какого перепуга я должна верить Юле? Но любопытство берёт верх.

– По долгу службы я имею доступ к некоторым семейным тайнам, – врач поджимает губы.

«И молчала бы, – думаю я, – тайны для того и тайны»!

Но вслух я говорю совсем иное:

– Что-то не так с его волком? Он не такой, как хотел Шона?

– Что-то не так с самим Вейлином, – цокает Юлия. – Чтобы стать волчицей, Анастасии пришлось пройти через древний ритуал… так вот, как его правильно проводить, толком никто уже не знает.

Юлия достаёт из ящика стола хорошо знакомый мне сборник сказок. Что-то подсказывает мне, что там есть о женщине, которая решила стать волчицей…

– Желающих меняться среди людей не особо много, – продолжает врач. – Я бы сказала, что мать Вейлина была последней.

– Вот как? – мои брови подпрыгивают. – За эти годы никто?..

– Её пример показал, что это смертельно опасно. И совершенно не изучено. Может, в других кланах и практикуют, но мне не известно. В открытых источниках информации просто нет.

– Но, как это? Ведь…

– Это сложный обряд на крови оборотня. Болезненный опыт. Для человека превращение это не то же самое, что для нас. Понимаешь? Мы трансформируемся с детства. Это как, не знаю, как для тебя накраситься. Может быть неудобно или сложно, но не смертельно. Но обряд… Женщина, по сути, умирает, а потом перевоплощается.

– Как вампир, что ли? – окончательно теряюсь.

– Если тебе так понятнее…

– И после этого Шона её оставил? – рычу, осознав всё, что пережила мать Вейлина.

Взвинчиваюсь и хочу кричать. Воздух становится густым, как смола, кажется, я задыхаюсь. Она ради него умерла и воскресла, а он? Да как он посмел после такого обманывать её и изменять?

Как же теперь я понимаю Вейлина. Я бы тоже собрала вещи и свалила в другой город, в другой конец страны. И не появлялась бы в доме человека, что довёл мою мать до смерти.

Юлия Олеговна ждёт, когда я сяду на место. Она явно не рада нашему разговору, но, похоже, это на самом деле очень важно.

И раз врач идёт на раскрытие врачебной тайны…

Быстро усаживаюсь обратно и больше не перебиваю.

– Анастасия пережила обряд. Она всё выдержала. Но была одна проблема, – кривится она.

– О нет, – кажется, я догадываюсь, что она хочет мне сказать, ведь я… – она уже была беременна Вейлином.

– Именно.

– И, как это? Он что…

– Умер вместе с матерью. И вместе с ней же возродился.

Теряю дар речи. Сижу, хлопаю глазами. Выходит, мой муж умер ещё до рождения.

– Но при чём здесь глаза? – спрашиваю замогильным голосом.

– Его душа и не тут и не там. Он сам как дух. Никто толком не знает, что с ним. Обследоваться он отказывается. Всё, что я знаю, он намного сильнее своего отца. У него есть уникальные способности, я уверена, но он либо сам не знает о них, либо молчит. Оно и понятно… даже в наше время плохо реагируют на всё неизвестное.

– Я могу попросить Вейлина пройти обследование, – тихо предлагаю, хотя не очень верю в то, что он согласится.

А про себя думаю, что, возможно, он так легко прыгает в мои мысли именно поэтому. Что, если его способность и заключается в том, чтобы перемещать своё духовное тело, куда он пожелает? Ведь мне нужно куда больше сил и концентрации для этого.

– Это бесполезно. Уж я-то знаю, – отмахивается Юлия. – Думаешь, я не хотела знать, что с ним, когда нас пытались поженить?

– А ты сама-то хотела этого замужества? – спрашиваю я, ощущая, как внутри что-то начинает неистово разгораться.

Думаю, это ревность, хотя Вейлин ещё ни разу не дал для этого повода.

– Это сложный вопрос, – напрягается Юлия. – Я жила в клане и была вынуждена подчиняться правилам.

– Другими словами, если бы тебе приказали, ты бы всё сделала?

– Одна из причин, почему я уехала в столицу, я поверила твоему мужу. Он поклялся, что рано или поздно мы будем свободны.

– И-и-и?

– Мне кажется, мы уже близки к этому. Теперь ты знаешь, что Вейлин вовсе не так прост, как может показаться.

– Ну да, – не удерживаюсь от колкости, – муж-волк, это же так обыденно. Зомби куда интереснее…

Юлия Олеговна смотрит на меня огромными глазами, а потом мы начинаем громко смеяться.

– Я понимаю, почему Вей тебя так любит. Ты тоже особенная.

Хочу спросить, откуда ей знать, как он там меня любит, но в дверь снова стучат. И на этот раз – Вейлин:

– Надеюсь, все одеты, – говорит он. – Потому что я вхожу.

Вот это уже больше похоже на правду. Но я не против, ведь сейчас мы будем делать УЗИ, а папочка имеет право увидеть своего малыша вместе со мной.

Глава 4

Вейлин заходит в кабинет, а на его лице легко считывается вселенское недовольство. Его тень кажется больше него самого и только добавляет в его образ хмурости.

Он сразу же бросает взгляд на амулет, что болтается на ручке. В отличие от меня, он наверняка знает, что это и даже как работает.

– Это нечестно, – бурчит он, сжимая и разжимая кулаки.

– Правда? – Юлия Олеговна изгибает бровь. – А честно устраивать в моей больнице балаган? Я, кстати, всё ещё жду объяснений. Какого хрена здесь делают твои боевые псы?

– О, как ты заговорила, – ухмыляется Вейлин скалясь. – А когда они были нужны тебе, вопросов не возникало.

– Ого, – чуть не восклицаю. – Они что, волки?

Юлия поворачивается ко мне с недоумевающим взглядом:

– Ты, вообще, хоть что-то знаешь о том, за кого замуж вышла?

– Знает, – вмешивается муж. – Я душка, когда сплю зубами к стенке.

– И не ломаешь кровать, во сне оборачиваясь в волка, – кривлюсь, вспомнив его последнее превращение.

– Ты не контролируешь волка? – Юлия подскакивает с места, а её голос дрожит. – Ты сказал, что если Анника истинная!..

В свете новых событий и того, что рассказала Юлия, всё выглядит ещё страшнее, чем раньше. И определённо страшнее, чем я думала.

– Анника истинная. Этот вопрос закрыт. И мы сейчас не об этом должны говорить. Что показывает обследование?

– Анализы ещё не готовы. УЗИ не делали, – врач пожимает плечами, но украдкой она поглядывает на дверь, словно хочет сбежать.

Неужто она боится Вейлина?

– А что тогда вы здесь так долго делали?

Сижу, рот на замок. Я не собираюсь рассказывать ему то, что услышала. Конечно, надо как-то будет это всё выспросить у Вейлина. Но точно не в лоб. Всё, что касается разговоров о клане и прошлом мой муж сразу же заворачивает.

– Видишь амулет на двери, – Юлия указывает подбородком за спину Вейлина, – это как раз на тот случай, если я не хочу, чтобы такие, как ты, слушали мои разговоры с пациентами. И да, – она выставляет палец, – то, что ты её муж, врачебную тайну не отменяет. Дома обсудите всё, и, если Анника захочет, она расскажет тебе сама.

Вейлин замирает. Его глаза вспыхивают холодом, а в голове слышу его глухое рычание, явно непроизвольное.

Кажется, я впервые вижу Вейлина в таком замешательстве.

Не думаю, что он хочет ругаться с Юлией, но и с её позицией он явно несогласен.

– Как ты себя чувствуешь? – муж переключает внимание на меня, но его голос всё ещё звучит непривычно низко.

– Устала, но в целом отлично, – показываю забинтованную руку, – вот, кровь взяли. Завтра утром надо будет приехать и сдать кое-какие анализы.

– Что-то серьёзное? – Вейлин спрашивает у Юлии.

– Нет, – она мотает головой и указывает в дальний угол кабинета, за ширму. – Можем сделать УЗИ, хотя на таком сроке… мы даже биение сердце не сможем послушать ещё.

– Ничего, главное, убедиться, что всё в порядке.

– Твоя жена сидит рядом со мной с подозрением на беременность, – усмехается Юлия, а в её голосе проскальзывает язвительная нотка. – Она жива, значит, уже всё просто восхитительно. И да, она ещё ни разу не чихнула и не долбанула кого-нибудь электрическим разрядом. Как вы этого добились, кстати? – она обращается ко мне.

– Оказалось, это я от страха, – слегка улыбаюсь. – А дух, ну, мы его как бы разделили, что ли. Я точно не знаю. Короче, Вейлин забрал всё, что меня убивало, на себя.

– Ещё и это выдержать? – брови Юлии подскакивают. – Вейлин, тебя надо положить на обследование! Срочно. Или ты хочешь, чтобы и с твоим малышом что-то случилось?

– Если он уже есть, то в чём проблема? – кажется, искренне не понимает Вейлин.

– А что, если Анника тоже решит ритуал пройти? Или…

– Так вот, о чём вы говорили! – взрывается Вейлин. – Кто дал тебе право? – его голос гремит так, что у меня уши закладывает.

Вскакиваю быстрее, чем успеваю подумать об этом. Хватаю супруга за руку. Мои пальцы мягко ложатся на его напряжённые.

– Вей, пожалуйста, – заглядываю в его светящиеся глаза. – Мы здесь ради нашего малыша. Ты же понимаешь, что я должна знать, каково это – быть беременной, да ещё и оборотнем?

Он оборачивается ко мне. Его глаза моментально становятся человеческими. В них вспыхивает всеобъемлющая любовь, и Вейлин смягчается.

– Прости, – он целует мою ладонь, и напряжение в воздухе тает, как лёд под солнцем. – Это личное, я просто не хотел, чтобы это давило и на тебя.

– Всё в порядке, – слегка улыбаюсь, хотя на самом деле я так не думаю.

Но не хочу нервировать Вейлина ещё больше. Лучше мы обсудим это дома, когда останемся одни.

– Фу, – фыркает Юлия. – Если это и есть истинность, не хочу так. Вы как сахарная вата. Слишком приторные.

– Завидуй молча, – смеётся Вейлин, а я чувствую, что он полностью приходит в норму. – Ладно, давайте сделаем УЗИ.

Юлия недовольно хмурится, но встаёт и указывает мне на кушетку. Вейлину приходится остаться за ширмой. Для него врач включает большой экран, где легко можно рассмотреть всё до мельчайших подробностей.

Устраиваюсь поудобнее и жду. Я тоже смотрю на экран, а Юлия начинает исследование.

Она водит датчиком по моему животу, на экране мелькают серые пятна. И как только врачи понимают, что там?

Замечаю, что Юлия хмурится.

– Что-то не так? – тихо спрашиваю я.

– Ничего не вижу, – она увеличивает масштаб, и изображение становится детальнее. – Или слишком рано, или ты не беременна, – говорит она.

– Я слышал сердцебиение, – встревает Вейлин.

– Мало ли что ты слышал, – строго говорит Юлия. – Завтра будут результаты анализа крови. И тогда я уже смогу точно сказать, беременна Анника или нет. И не надо забывать, – вздыхает Юлия, – ты прекрасно знаешь, кто ты, Вей. Не факт, что ты вообще можешь иметь детей.

– Что? – удивляюсь я.

– Я имею в виду, оборотней, – дополняет Юлия. – Никто не знает, что с тобой. Может, поэтому Анника и не ощущает признаков беременности. Пока, во всяком случае…

– Я знаю, что я слышал, – рычит Вейлин. – Собирайся, поехали домой, – требует муж.

Хлопает дверь в кабинет. Думаю, такого Вейлин не ожидал. В его «мире» я непременно должна быть уже беременна. И это мальчик. И да, оборотень…

Но кто знает, что со мной происходит на самом деле? А, учитывая, что мне достался особенный муж…

Глава 5

***

Около больницы через полчаса

Тень прижимается к стене здания напротив медицинского центра. Мобильник прижат к уху.

Городской шум: гудки машин, пешеходы, бегущие по своим делам, высокие и стеклянные здания, – всё это кажется ему чужим и далёким.

Человек в капюшоне прикрывает лицо шарфом, хоть на улице уже не холодно. Но его глаза, узкие и острые, как лезвия, выхватывают каждое движение на противоположной стороне улицы.

– Альфа, – шипит он в трубку, – кажется, я нашёл его. Потерянное дитя.

На том конце провода слышится тяжёлое дыхание, затем раздаётся голос, похожий на раскаты грома:

– Ты уверен?

– Не… не совсем.

Звонящий косится на выход из клиники, где двое – высокий мужчина в пальто и хрупкая блондинка – неспешно идут к машине.

– На кой хрен ты мне звонишь, тогда? – рычит он.

– Я с таким ещё не сталкивался. Девушка, она не пахнет. Ничем. А её сердце не бьётся. Будто её не существует, но я чётко её вижу.

– Заклятие, – удовлетворённо отвечает Альфа. – Ты уверен, что дитя именно девушка? Может, это мужчина, что с ней, а она просто ведьма?

– О нет, вожак, – хмыкает неизвестный. – Его как раз я знаю. Я отследил их по его запаху. Шёл за ними с того пустыря, где была вспышка. Это Волк. Вейлин. И он рядом с ней, будто страж.

Пауза. Тишина на том конце густеет, словно Альфа сжимает горло звонящему своей невидимой лапой.

– Снова эти белые, – на заднем плане раздаётся глухой стук, будто вожак ударил кулаком по столу. – Какого чёрта им нужно от наших женщин? Он уже испортил её?

– Похоже на то, – с опаской отвечает мужчина. – Он касается её так, словно они… близки. Но, Альфа, если это дитя… почему Волк её охраняет?

– Не твоего ума дело! Узнай, что они делали в больнице, – Приказ звучит как приговор. – Проследи. Но если спугнёшь…

Разговор обрывается. Звонивший не нуждается в угрозах – он помнит, что стало с последним, кто подвёл клан.

– Ясно, – бурчит он, убирая телефон в карман, но рука замирает в воздухе.

Из-за угла выходят двое: волчья выправка, глаза мерцают жёлтым. Охрана Волка. Никаких сомнений.

Один щёлкает костяшками пальцев, второй медленно проводит языком по губам, будто уже чувствует вкус крови.

– Чёрт, – звонивший отшатывается, прижимаясь к стене.

Ноги сами несут его прочь – в лабиринт узких переулков. За спиной раздаётся рык, но он уже исчезает в подземном переходе, растворяясь в толпе.

Его сердце бьётся в такт шагам. Кажется, удалось скрыться, теперь главное, не упустить их…

Наверху, у машины, Вейлин оборачивается, будто уловив эхо погони. Его взгляд скользит по крышам, цепляется за тень вдалеке.

– Проблема? – Анника трогает его руку.

– Ничего, – он хмурится, но пальцы сжимают дверцу машины так, что металл скрипит. – Просто ветер.

Но это не так…

***

Тем временем Анника и Вейлин

– Проблема? – замечаю, как муж настораживается.

Слышу скрежет и вижу, как на руке Вейлина появляются когти и впиваются в дверь машины.

– Ничего. Просто ветер, – отмахивается Вейлин и приказывает ехать домой, как только мы садимся в автомобиль.

Я знаю, что это неправда, но меня саму накрывает волной трепета перед неизвестностью. «Домой»…

Теперь квартира Вейлина – наш дом. Необычно и непривычно, но я искренне хочу верить, что мы будем там счастливы.

Мы быстро доезжаем до места. С удивлением обнаруживаю, что дом находится недалеко от офиса.

Здание прячется за высоким забором с острыми пиками наверху, а окна первого этажа все в решётках, хоть и в красивых, но всё равно кажется, будто меня привезли в тюрьму.

Малоэтажка, всего четыре этажа. Больше похоже на таунхаус или что-то вроде него. Ни табличек, ни номеров подъездов. Только железные двери.

Выходим из машины, а Вейлин снова настороженно оглядывается. Его ноздри вздрагивают – я понимаю, что он принюхивается. Вейлин многое замечает, что недоступно человеческому обонянию. Но он не видит главного, что я замечаю его встревоженность и тоже переживаю.

После проверки, муж, наконец-то, позволяет выйти мне.

– К чему все эти предосторожности? – хмуро спрашиваю я. – Расскажи мне, что происходит на самом деле? Ты знаешь, кто угрожает нам?

– Пока нет, – мотает головой мой муж. – Но я выясню это. Можешь не переживать.

– Я переживаю, – говорю я, пока Вейлин ведёт меня к входной двери, – только о том, что ты плохо спишь и ведёшь себя странно.

Его рука на моей спине, не даёт мне и шагу ступить без его ведома.

– Скоро всё наладится, – улыбается он и звонит в дверь.

Моментально напрягаюсь. Почему это он звонит в собственную квартиру, а не открывает её ключом?

Брови мои взлетают, когда нам открывают. А главное, кто! За дверью – просторный холл с лестницей из чёрного мрамора, но моё внимание полностью приковано к девушке в кожаных штанах и чёрной майке.

Теряю дар речи, а потом заикаюсь:

– К-кто это? – выдавливаю, таращась на сексапильную брюнетку.

Да на ней же даже лифчика нет!

Её взгляд скользит по мне, как холодный нож по коже. Она явно не рада меня здесь видеть.

Да и я не могу похвастаться своим удовольствием. Меня раздирает изнутри, но внешне сохраняю спокойствие. Но это ненадолго, ведь за её спиной появляется амбал с лицом как у терминатора:

– Шеф, быстро вы, – говорит тот. – Всё в порядке?

– Всё готово? – спрашивает Вейлин и заходит внутрь, заводя за собой и меня.

– Анника, познакомься, – говорит муж, – это Дима и его сестра Кира.

– П-приятно познакомиться, – натягиваю фальшивую улыбку.

Не так-то и приятно, а ещё шестое чувство так и орёт, что передо мной стоит парочка первоклассных волков-охотников.

– Госпожа, – кланяется Дмитрий, не смотря в мои глаза. – Рад приветствовать вас дома.

Поглядываю на девицу, а она тоже опускает голову, хотя и не так низко, как её брат. Смотрю на неё и думаю: а не слишком ли у неё откровенное декольте, чтобы находиться рядом с моим мужем?

Что они, вообще, здесь делают?!

– Позже познакомитесь, – отмахивается Вейлин. – Нам надо отдохнуть с дороги.

Муж уводит меня в спальню, что находится на втором этаже. Закрывает дверь, и тут я взрываюсь?

– Кто это такие и что они делают в твоём доме? – указываю куда-то вниз, имея в виду брата и сестру, что остались на первом этаже.

– Поправочка, – улыбается муж и скидывает с себя рубашку. – В нашем доме. Они будут охранять тебя, когда меня нет рядом.

Вейлин делает шаг ко мне, а вот я отступаю.

– Ты хотел сказать, следить? Я что, под домашним арестом пока не рожу тебе наследника?

Голос срывается, меня переполняют эмоции. Как же мне хочется сейчас бросить всё и вернуться в деревню. Там было хорошо, а здесь Вейлин будто вовсе и не мой муж.

Смотрю на его обнажённый торс: узнаю каждый изгиб, но в то же время и не понимаю, кто передо мной. Любящий муж или диктатор, которому плевать на меня.

Чувствую себя инкубатором для долгожданного истинного волчонка для клана…

– Ты не понимаешь, что происходит, – Вейлин приближается ко мне, а я отступаю к окну.

Он прижимает меня к подоконнику и наклоняется, чтобы поцеловать, но его губы больше не успокаиваюсь.

– А ты не пытаешься объяснить, – голос дрожит, а за дверью раздаётся шорох.

– Так надо, – он резко отворачивается и прислушивается к шуму. – Я скоро вернусь, – бросает муж и быстрым шагом выходит из спальни.

Что это, чёрт возьми, такое было?!

Глава 6

Так и стою около окна. Прижимаюсь лбом к холодному стеклу и смотрю сквозь решётки на парк за домом. Но потом прихожу в себя и решаю пробраться и подслушать разговор. Снизу долетают обрывки фраз, но разобрать их невозможно.

Открываю дверь и тихо, стараясь не издавать ни звука, делаю несколько шагов вниз по лестнице.

Я знаю, что Вейлин услышит меня, но если он не хочет мне ничего говорить, я выясню всё сама.

– Ты уверен? – рычит муж, похоже, ему сейчас не до меня.

– Сомнений нет, господин, – басит мужчина, словно медведь. – Я учуял волка, но его словно заклятие скрывает. Мы не смогли его обнаружить.

– Усилить охрану дома и предприятий. В городе они не рискнут нападать. Так что здесь Анника в безопасности. Кстати, можешь спуститься, – куда громче говорит Вейлин, явно для меня.

Недовольно иду вниз. Услышал… от него не скрыться, даже если превратиться в пыль. Это раздражает, особенно сейчас. Не понимаю, почему Юлия не увидела беременности на УЗИ, со мной явно что-то не так.

– Госпожа? – удивлённо смотрит на меня амбал, который был в больнице, но потом куда-то запропастился. – Я не услышал вас, простите.

Вейлин вздёргивает одну бровь и смотрит на мужчину.

– Не удивительно, что вы провалили задание, – высказывает он своё недовольство.

Видимо, это он так упрекает подчинённого за плохой слух.

– Может, мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

– Кира, – коротко рыкает Вейлин.

Раздуваю ноздри, как только девушка появляется рядом со мной. Её вид изрядно раздражает. И почему, вместо объяснений, мой муж позвал охрану?

– Слушаю, – она склоняет голову и на этот раз даже ниже, чем её брат, когда здоровался со мной.

Да уж, декольте быстро показывает все её прелести, очень даже объёмные, надо сказать. Становится неуютно рядом с такой женщиной. Уверена, она это специально.

От злости чувствую, как волоски на коже становятся дыбом, а сердце срывается в бешеный ритм. Хочется кричать, но я впиваюсь ногтями в ладони и гашу это желание.

– Тебе напомнить ваши с братом обязанности? – холодно спрашивает Вейлин.

– Простите, я…

– Чтобы больше этого не повторялось. Ясно?

– Да, господин, – кланяется она и поворачивается ко мне. – Хотите успокаивающего чаю?

Успокаивающего хочу, а вот чаю…

Но, похоже, вопрос был задан лишь для приличия.

Через несколько минут стою посреди гостиной, сжимая в руках чашку, которую мне налила Кира.

Кажется, она запрограммирована только на два действия: кивать и следить, чтобы я не вышла за порог без разрешения мужа. Уверена, именно за это Вейлин отчитал девушку на кухне.

Я спустилась из спальни без его ведома, а встряла охранница. Тяжело вздыхаю и осматриваю помещение.

Окна здесь от пола до потолка, но вид на парк перед домом не радует – решётки на окнах напоминают клетку. Её прутья, как железные клыки впиваются в далёкий горизонт.

– Ну как тебе новый дом? – за моей спиной появляется муж, так тихо, будто он вышел на охоту, а не подходит к своей жене.

– Тут даже туалет, наверное, прослушивается, – язвительно замечаю, глядя на камеру в углу.

Она как чёрный бездушный глаз следит за каждым моим шагом. Что-то подсказывает мне, что их здесь не было до того, как появилась я.

– Это для твоей же безопасности, – он обнимает меня, но это больше не радует.

Я бы сейчас не отказалась из мелкой злобности жахнуть мужа током.

С чего он решил, что мне так будет лучше? Сидеть под замком, будто я не живой человек, а кукла для вынашивания его ребёнка. Разве не лучше было бы вместе противостоять опасности, если она есть, конечно же.

Вздыхаю, но сама не верю во всё, что происходит. Безопасность попахивает тоской.

– Безопасность? – хмыкаю. – Хоть с подругой-то мне видеться можно? Или я теперь и чихнуть без твоего ведома не смогу? Ты понимаешь, что это больше похоже на заточение, чем на семейный очаг?

Муж внимательно меня слушает, но, видимо, остаётся при своём мнении.

– Мне нужно в институт, – делаю глоток терпкого чая. – Я и так много пропустила.

– Учёба сейчас не главное, – мотает головой Вейлин. – Твоя безопасность на первом месте.

– Ты сам сказал, что в городе меня не тронут, – задираю подбородок. – А что может быть безопаснее универа с парочкой тысяч человек?

– Хорошо, – цедит сквозь зубы муж, будто выжимает из себя каждое слово. – Но ты возьмёшь с собой Киру.

– По её поводу мы ещё поговорим, – хмурюсь. – Что она, вообще, здесь делает?

– Я решил, что тебе комфортнее будет с женщиной охранницей.

– Ты решил, – сажусь на диван и скрещиваю ноги, – а спросить меня?

– Милая, – Вейлин садится рядом и обнимает.

С одной стороны, хочется сопротивляться, но с другой, приятно, что муж беспокоится обо мне и нежно обнимает. Меня словно раздирает на две части: одна хочет ласки мужа, вторая жаждет высказаться ему и сделать какую-нибудь пакость.

И как только думаю об этом, ощущаю, как по коже пробегает слабый электрический разряд.

– Ауч, тебе страшно? – махом всполошившись, Вейлин разворачивает меня к себе лицом.

Только чудом не разливаю остатки чая.

– С чего ты взял? – спрашиваю самым спокойным голосом, на который способна.

– Ты ударила меня током.

– Да, мне страшно. В доме куча незнакомых людей. И что-то подсказывает мне, что они тоже умеют обрастать шерстью и выть на луну. Где ты вообще столько волков нашёл?

Хмурю брови, но муж смягчается и слегка улыбается. Думаю, он быстро раскусил меня. Он же не идиот, и видит, что меня одолевают какие угодно чувства по поводу своры волков в нашей квартире, но точно не страх.

– Когда я говорил «стая» на собрании, куда ты впервые попала в моей компании, я это не образно. Большинство моих сотрудников – оборотни.

Так себе информация…

Вот теперь мне по-настоящему страшно. Жаль только, что молнии по комнате не летают. Может, так Вейлин бы понял, что не стоит держать меня в неведении.

– И даже Катя? – вздёргиваю брови, что-то меня начинают напрягать любые женщины рядом с моим супругом.

– Хороша на длинных дистанциях, – пожимает плечами Вейлин.

– То есть она волчица? – чувствую, как моё лицо сползает.

– Нет, она помесь и ген ей не передался, только выносливость.

– Но она знает, кто ты?

– Почти все знают, – пожимает плечами Вейлин. – Я, можно сказать, собирал свою стаю.

– И ты, типа, вожак?

– Мне не нравится это определение, но в какой-то мере, да. У меня разношёрстная команда. В основном там те, кто, как и я, не смог прижиться в своей родной семье.

– И даже Воронцов? – внезапно понимаю, что я попала не в фирму, а волчье логово.

Выходит, к кому бы из них я ни пошла на работу, всё равно работала бы у оборотня?

– Ну, да, – слегка улыбнувшись кривится Вейлин, – оборотень, только он не волк.

– А… – открываю рот, я помню, что есть ещё медведи, но… – И кто он?

– Скажем так, фамилия у него говорящая, – почти смеётся муж, а я окончательно теряю дар речи.

Ворон? Серьёзно? А летать он умеет?

Но ещё до того, как я успеваю выпалить все эти вопросы вслух, Вейлин достаёт из кармана телефон и хмурится:

– Юлия, – тихо говорит он.

– Может, анализы готовы? – тихо спрашиваю я, а у самой сердце колотится как ненормальное.

Вейлин поднимает трубку:

– Чем порадуешь?

Напрягаюсь, превращаясь в слух, я хочу услышать, что она скажет. Ведь это напрямую касается меня!

– Я ничего не понимаю, – раздаётся глухой вздох, а я напрягаюсь ещё сильнее и слышу. Удивительно, но мой слух будто стал острее. – Я не знаю, что с Анникой, но по всем анализам она не может быть беременна, – говорит Юлия Олеговна. – Да и мой прогноз в целом никуда не делся. Вейлин, прости, но твоя жена медленно умирает…

Глава 7

На лице мужа появляется сначала удивление, а затем самая настоящая ярость:

– Что ты такое несёшь? – рычит Вейлин и намыливается нагло свалить от меня, видимо, чтобы я не слышала его разговора с врачом.

Но я-то всё слышу!

– Эй, это нечестно! – кричу, и мой голос звенит, закладывая уши.

Успеваю подлететь и преградить путь мужу, закрываю дверь собой и раскидываю руки в стороны.

Он тормозит и смотрит на меня с удивлением. На секунду его глаза вспыхивают, словно он пытается разглядеть то, что не видно человеческому взору.

– Я всё слышу! – топаю ногой.

– Как это? – вздёргивает брови.

– Юль, перезвоню.

Вейлин кладёт трубку и смотрит на меня, а затем берёт за плечи и наклоняется до моего уровня:

– Ты чувствуешь что-нибудь? – знать бы, что он имеет в виду…

– О да, адскую злость, оттого, что ты нагло скрываешь от меня всю важную информацию. Я вообще жена тебе или просто мимо проходила?

– Я просто не хочу, чтобы ты переживала.

– Но добиваешься ты совершенно противоположного! – скрещиваю руки на груди, будто ставя точку в нашем споре.

Хотя это и спором назвать сложно. Я просто повозмущалась. Сомневаюсь, что это приведёт хоть к какому-то результату.

– Перезвони Юле. Я хочу знать, что со мной происходит. Я всю свою жизнь за эту самую жизнь и борюсь. И сейчас отступать не намерена. Особенно если я беременна. Понимаешь?

Муж поджимает губы, но быстро соглашается. Уж мой обиженный вид его сподобил, или он просто согласился со мной, не знаю.

Он ставит на громкую связь, а Юлия Олеговна нехотя рассказывает, что мои анализы с прошлого раза не только не улучшились, а с точностью до наоборот. По всем показателям я должна чувствовать себя хуже, да и тошнота может быть симптомом чего угодно, но маловероятно, что беременности.

– Прости, Вей, я бы рада сказать что-то другое, но ты знаешь, я не обнадёживаю, если нет реального шанса.

Вейлин бледнеет и не сводит с меня глаз:

– Юль, прости, конечно, я не сомневаюсь в твоей компетенции, – качает головой он, – но я знаю, что я слышал.

– Давайте, поступим так, – вздыхает врач, – вы приедете ко мне через неделю, и мы проведём второе исследование, а там видно будет. Но, если Аннике станет хуже, немедленно привези её в больницу. Не дури. Истинность или другое, но надо разобраться с тем, что с ней происходит.

– Мы приедем, – отвечаю я и сбрасываю звонок. – Ты уверен, что не ошибся? – тихо спрашиваю я.

Как-то перспектива вернуться к тому, с чего мы начали, не воодушевляет.

Глаза мужа вспыхивают голубым:

– Клянусь.

– И это не может быть просто твоим желанием, чтобы я оказалась истинной и родила тебе сына?

– Да что ж это такое?! – повышает голос Вейлин, его голос будто сотрясает комнату, аж вздрагиваю.

А через секунду его вещи, разорванные в клочья, валяются вокруг. И передо мной стоит громадный белый волк с сияющими глазами. У меня такое чувство, что я никогда к этому не привыкну.

Когда Вейлин опускается на лапы, раздаётся жуткий грохот, заставляющий меня подпрыгнуть на месте.

– Господин, – тут же раздаётся стук в дверь.

Вейлин рычит, но стук не прекращается.

– Вон! – кричу я, но мой голос тонет в рыке Вейлина.

Быстро подхожу к мужу и кладу руку на его лицо:

– Ты чего? – тихо спрашиваю, запуская руку в белоснежную шерсть.

Но вместо ответа я получаю мокрый поцелуй, если можно так назвать то, что муж тыкается носом в мою щеку.

Прикасаюсь своим лбом ко лбу Вейлина и вздыхаю. Я редко видела его в этом облике, но уже подхожу к нему без опаски. Каждый раз мне сложно поверить, что где-то там под этой густой белой шерстью спрятан мой любимый.

Закрываю глаза и ощущаю, как моё сердце бьётся в унисон с тихим рычанием мужа. Проваливаюсь в собственное сознание, как в омут.

– Смотри, – рычит Вейлин.

Оборачиваюсь и понимаю, что я нахожусь на знакомой мне с детства поляне. Я сотни раз убегала сюда в детстве, когда пряталась от ребят из детского дома.

– Что мы здесь делаем? – удивляюсь, ведь поход внутрь моего сознания не даст понимание моего диагноза.

– Туда, – волк мордой указывает направление.

Перевожу взгляд и вижу недалеко от нас пустырь среди деревьев. Воздух там переливается почти так же, как перед ведьминской деревней.

Но…

– Что там? – еле слышно спрашиваю я и делаю шаг в направлении этих переливов.

Вейлин идёт рядом. И лишь его явная уверенность придаёт сил и мне. С каждым шагом ощущаю нарастающее напряжение. Будто даже треск слышу, как если бы рядом были высоковольтные провода.

А может, так оно и есть.

Когда подхожу к мерцанию вплотную, замечаю в глубине поляны движение. Глаза жжёт от боли, ведь я открываю их так широко, что закрыть, кажется, не смогу.

– Какого чёрта здесь происходит?! – кричу я, но собственный голос будто вязнет в мерцании, меня почти не слышно. – Эй!

Отчётливо вижу мужчину, уверена, это Гару. А на его руках лежит малыш.

– Эй! – меня начинает колошматить, а сердце заходится и щемит. – Это… это мой малыш? – падаю на колени, не в силах пробиться через этот купол.

Вейлин садится рядом и толкает меня мокрым носом:

– Теперь ты мне веришь? – раздаётся его голос в голове.

– Это наш ребёнок? – инстинктивно кладу руки на живот. – Но… почему я ничего не чувствую? А УЗИ?

– Думаю, дело в барьере.

– Гару, чёрт возьми! – подрываюсь и начинаю колотить по невидимой стене. – Подойди сюда!

Дух неспешно идёт в нашу сторону. И с каждым его шагом моё сердце пропускает удар. Это или безумие, или величайший дар – увидеть своего ребёнка ещё до рождения. И я не об исследованиях. Нет. Я о том, что вижу малыша так близко, что руку протянуть, и я коснусь его маленьких пяточек.

Но руку-то протянуть я и не могу.

– Здравствуй, Анника, – задираю брови, только сейчас поняв, что прекрасно вижу не только ребёнка, но и призрака, а именно его лицо.

Как это возможно?

– Что ты сделал с моим малышом?! – злобно смотрю на мужчину.

– Я защищаю его, – спокойно отвечает он.

– Так защищаешь, что врачи не могут его увидеть?

– Здесь я ни при чём, – качает он головой, а малыш на его руках слегка улыбается.

– Отдай мне моего ребёнка! – твёрдо заявляю я.

– Ещё не время, – меланхолично заявляет Гару и, отвернувшись, уходит вглубь поляны.

Меня накрывает волной ярости. Что значит, «не время»?! Да кто он такой, чтобы решать такое?

Упираюсь обеими руками в мерцающую преграду, что отделяет меня от сына, и кричу. Неистово, как волчица, у которой забирают её малыша. Мне кажется, будто я сама превращаюсь, но нет, я всё ещё человек.

Бросаю взгляд на мужа, а в мыслях лишь мольба о помощи. Теперь я понимаю – он был здесь, видел нашего ребёнка. Но он не смог в одиночку пробиться к нему. А теперь мы вместе.

И я уверена, что вместе мы справимся.

Вейлин рычит, а потом яростно кидается на купол, что отделяет нас от малыша. Раздаётся треск, а затем, словно тысячи осколков в разные стороны разлетаются сгустки энергии.

Я смотрю на Гару исподлобья и делаю решительный шаг вперёд, больше не ощущая никаких преград:

– Отдай мне моего сына! – требую я.

– А ты выросла, девочка, – со вздохом отвечает Гару. – Теперь им будет проще выследить тебя. Кажется, пришло время тебе узнать, кто ты такая и на что способна на самом деле…

Глава 8

Гару стоит перед нами, его силуэт мерцает, как свеча на ветру. Малыш на его руках тянет крошечные ладошки в нашу с Вейлином сторону. Моё сердце моментально сжимается от щемящей нежности и боли одновременно.

Неужели это мой ребёнок?

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, не решаясь забрать ребёнка.

Мне страшно, этот призрак годами жил в сцепке с моей душой, но кто знает, на что он реально способен, кроме того, чтобы бить людей молниями?

– Я не уверен, – качает он головой, а его взгляд неотрывно следит за ребёнком. – Я почти ничего не помню…

– Почему? – спрашиваю я встревоженно.

Вейлин стоит рядом, его волчья грива вздыблена, но в голубых глазах нет ярости. Там любовь. Именно так он смотрит на меня, а теперь и на малыша.

Дух медленно садится на землю, укачивая ребёнка. Трава под ним не прогибается – он словно парящая тень.

Ещё ни разу я не наблюдала Гару в таком виде. Я будто с человеком говорю, но он полупрозрачный и существует лишь внутри меня, изредка показываясь на свет.

– Я стал частью тебя, когда тебе было пять лет. Ты звала, просила о помощи, а я… – он замолкает, его голос теряется в ветре, будто сама природа вокруг меняется под его рассказ. – Я был мёртв. Но твой крик вернул меня. А может, мне так кажется, и я был с тобой дольше, а тогда лишь пробудился. Мне сложно судить, мои воспоминания как лоскуты разной ткани. Валяются в разных уголках сознания, но воедино собрать не выходит.

Гару наклоняется к малышу, а я вздрагиваю и выставляю руку вперёд. Но тут же перед глазами всплывает воспоминание. Маленькая я, прижавшаяся к стене детского дома. Мальчишки смеются, у одного в руках палка. Я сжимаю кулачки, и вдруг воздух вспыхивает синим светом…

Это Гару показывает мне свою память? Похоже именно на это, ведь я не могла себя видеть со стороны, да и ощущений таких не помню.

– Это я призвала тебя? – голос дрожит.

Вейлин тыкается носом в мою ладонь, напоминая о своём присутствии. Смотрю на мужа, а он подталкивает меня ближе к Гару.

– Ты создала связь, даже не понимая как, – продолжает дух. – Я стал щитом между тобой и миром, который хотел тебя сломать. – Гару смотрит на малыша и улыбается, словно держит на руках самое дорогое в своей жизни. – А когда забеременела, твоя сила окутала и его. Врачи не видят его, потому что ты сама спрятала – инстинктивно.

– Но как? Я же ничего не знала о… – жестом обвожу поляну, где воздух продолжает обрывками мерцать и сохранять свой купол.

– Шаманы не учатся. Они вспоминают. – Гару встаёт и подходит ко мне.

– Шаманы?

Вейлин довольно урчит. Невольно поворачиваюсь к мужу, а у него разве что на лбу не написано, что он уже это говорил.

– Похоже на то. Я бы не смог жить в твоей душе столько лет, если бы ты не была сильной ведьмой или шаманкой. Но, судя по твоим способностям, всё же ты шаманка, – заключает он.

– То есть ты ни черта не знаешь? – хмыкаю. – Тогда с чего эти выводы?

– Только шаман способен взывать к духам и использовать их силу. А учитывая твой возраст, когда ты неосознанно начала это делать…

– Простая логика, – заключает Вейлин.

– И что мне делать? Кто охотится за мной? Как мне защитить малыша? – мечусь взглядом между Гару и Вейлином.

Нет, конечно, я нисколечко не сомневаюсь в способностях супруга, но не могу же я сидеть сложа руки, пока он рискует своей жизнью ради нас с ребёнком?

– Что я могу сделать, чтобы помочь Вейлину?

– Тебе надо почувствовать свои силы, – тихо говорит Гару и вновь смотрит на ребёнка.

– Да как? Я же…

– Софья Игоревна, – перебивает Вейлин. – Она может научить?

– Она сильна, раз смогла перенаправить часть моей души в тебя, – отвечает ему Гару, – но Анника куда сильнее и ценнее.

– Что-то я не чувствую в себе этой силы, – опускаю голову и смотрю на ладони.

– Всё в порядке, любимая, – Вейлин прижимается ко мне своей огромной мордой, и это успокаивает.

– И кто же охотится на меня и моего сына? – спрашиваю у Гару.

– А ты ещё не поняла? – загадочно спрашивает он.

– Если бы понимала, не спрашивала бы…

– Такая сила, как у тебя может принадлежать лишь одному клану.

Вейлин рычит, низко опуская голову. Его шерсть будто светится, а затем он низко рычит:

– Красные…

– Что? – почти взвизгиваю. – Это те, у которых шаманки живут как рабыни? Но как бы… оу…

До меня быстро доходит. Значит, Юлия Олеговна была права? С такими способностями, как у меня, я не могла попасть в детский дом. Меня там спрятали?

Тогда кто мои родители? И почему меня решили спрятать?

– На эти вопросы ты обязательно найдёшь ответы, – тихо говорит Гару, будто читает мои мысли, хотя так оно и есть, скорее всего, – когда будешь готова. А сейчас ты должна понять себя и научиться пользоваться своими способностями осознанно.

Гару встаёт и делает шаг вперёд, его пальцы касаются моего лба. Холод пронзает тело, как игла:

– Ты боишься себя…

– Да кто угодно испугается, – шёпотом отвечаю я.

– Теперь у тебя есть он, – Гару кивает в сторону Вейлина. – Только вместе… Или они найдут вас, – заканчивает он.

Его мысли струятся в мою голову, как река: Красные Волки. Шаманки-рабыни. Сын – ключ к древней силе.

– Что? – удивляюсь я, хрипя от того, что воздуха не хватает, а перед глазами продолжают скакать неясные мне силуэты. – Что за сила?

– Всему своё время, ты ещё не готова, – голос Гару тает, а вместе с ним исчезает и мой малыш.

– Нет! – кричу я. – Возьми меня к нему, – прошу я, глядя в пустоту, где только что стоят призрак. – Хочу его увидеть… по-настоящему.

Неожиданно воздух дрожит, и барьер тает. Поляна меняется: теперь мы в круглой комнате с деревянными стенами, увешанными оберегами. Это всё чем-то похоже на избушку бабушки Вейлина. В центре комнаты – люлька, сплетённая из прутьев.

Подхожу к люльке, затаив дыхание, позади слышу тяжёлую поступь волка.

Малыш спит, завёрнутый в одеяльце, похожее на то, что было у меня в детском доме. Наклоняюсь и протягиваю руку к ребёнку. Его крошечная рука сжимает мой палец.

– Он… настоящий, – срываюсь на шёпот.

– Он такой, каким вы его создали, – отвечает Гару, который стоит в тени, даже не сразу нахожу его взглядом.

Вейлин превращается в человека, его рука ложится на моё плечо. Улыбаюсь, заметив, что в мыслях он вполне способен одеваться по собственному желанию.

Мы стоим, заворожённые, пока малыш открывает глаза – два озера чистой бирюзы, светящихся изнутри.

Похоже, Вейлин был прав. Глаза у малыша волчьи. Выходит, я и правда истинная?

– Привет, сынок, – глажу мягкую щёку, и он хватает мой палец, пуская пузыри.

Вейлин молча берёт малыша на руки. Его движения неловки, но ребёнок смеётся, трогая отцовскую щетину. Счастье накрывает волной, смывая страхи. Но Гару не даёт утонуть в нём:

– Они уже идут, Анника. Твой свет, как маяк во тьме. Софья научит тебя скрываться. И… – он смотрит на Вейлина, – …управлять тем, что ты дала ему.

– Что я дала? – морщу лоб.

Но в ту же секунду мир расплывается, как акварель на листе бумаги. Я цепляюсь за Вейлина, но нас уже уносит потоком света.

– Нет! – пытаюсь остановить это, но у меня ничего не выходит.

Ощущаю будто взрыв.

Открываю глаза. Мы в спальне, два огромных синих глаза смотрят на меня, но потом нас раскидывает по разные стороны комнаты, словно тряпичные куклы. Вейлин обращается в человека и в ту же секунду оказывается рядом со мной.

– Господин! – раздаётся крик Димы, а дверь слетает с петель.

Переглядываемся с мужем, а потом смотрим на охрану. Это в мыслях Вейлин умеет штаны натягивать за долю секунды, в жизни он таким талантом не обладает.

Хотела бы я читать мысли. Судя по виду Дмитрия, у него богатая фантазия. Мужчина за пару секунд возвращает дверь на место, не меньше сотни раз извиняется и исчезает в коридоре.

Мы же с Вейлином смеёмся в унисон, осознав, что произошло:

– Так значит, я всё же беременна? – тихо спрашиваю.

– А ты сомневалась? – муж нежно поправляет мои волосы и целует в нос.

– Как думаешь, что Гару имел в виду, когда говорил: нужно научиться управлять тем, что я дала тебе? Что я тебе дала? Ты что-то чувствуешь?

Вейлин пожимает плечами:

– Если честно, после свадьбы я был сосредоточен кое на чём другом, – он осторожно касается моего живота, – мне некогда было прислушиваться к своим ощущениям.

– Кажется, пришло время заняться этим, – хмыкаю и при помощи мужа поднимаюсь на ноги. – Хватит с меня сюрпризов. Я должна всё выяснить.

Глава 9

Вейлин усмехается и кивает в сторону двери:

– Сначала надо объясниться.

– Они, что, стоят там? – удивляюсь.

И на кой чёрт нужно было нанимать охрану? Теперь не чихни, чтобы они тревогу не забили. А то вдруг это не просто так, и кто-то насылает на меня порчу.

Тьфу.

Разве что не плююсь на самом деле.

Вейлин натягивает штаны из шкафа. Открываем дверь, а она с грохотом снова летит на пол. Вздрагиваю, но всем видом показываю своё недовольство. А если бы мы просто решили бы устроить постельный марафон?

А тут эти двое из ларца.

Скрещиваю руки и смотрю на охранников.

Дима застыл рядом с дверью, его лицо – смесь беспокойства и растерянности. Кира, пригнувшись, стоит за его спиной, и держит наготове нож, но, увидев нас целыми, медленно опускает его.

– Всё в порядке, – Вейлин поднимает руку, демонстрируя спокойствие.

– Может, нужна помощь? – тихо спрашивает Кира.

– Это какого рода? – не выдерживаю её вида и роняю на неё слова как кирпичи. – Может, хочешь помочь раздеться начальнику? Или спинку ему в душе потереть?

Девушка теряется от моего тона и быстро переводит взгляд на Вейлина. А он даже не думает ничего говорить.

– Я не знаю, что мой муж, – делаю яркий акцент именно на этих словах, – вам сказал. Униформа, может, в вашу работу и не вписывается, но правила приличия никто не отменял.

Дима хрюкает, сдержав короткий смешок. В уголках глаз Вейлина собираются мелкие морщинки, хотя улыбки я и не вижу. Но его явно забавляет то, что он видит.

Понятное дело, ему-то не удивительно моё поведение, он уже не раз видел мои подобные трансформации.

– Переоденься, – рыкаю Кире.

– На меня не смотрите, – Вей поднимает руки ладонями вперёд. – Вы не хуже меня знаете, что в стае самка вожака обладает не меньшей властью, чем он.

Изгибаю бровь и смотрю на мужа.

– Что? – разводит он руками. – Самочка?

– Жена, – рявкаю и поворачиваюсь к Диме, указывая на сломанную дверь. – Это спальня. Наша с Вейлином. Врываться туда без стука запрещено. В следующий раз голову оторву.

– Шеф? – Дима выпучивает глаза. – Я ж хотел, мало ли, а если…

– Если не хочешь испытать на себе действие электрического стула, не спорь с ней, – Вейлин кивает в мою сторону и, раздвинув охрану, спускается по лестнице, присвистывая, будто это лучший день в его жизни.

Хотя, наверное, так оно и есть. Он получил подтверждение моей беременности. Да и я теперь не сомневаюсь в том, что внутри меня зародилась новая жизнь. И это на все сто мальчик и явно оборотень.

Думаю, теперь даже Шона не сможет ничего нам предъявить. Правда, как он отнесётся к тому, что его сын женат на шаманке из клана Красных волков? Если это правда, конечно же.

Теперь меня терзают мысли на тему: а зачем эти Красные держат шаманок взаперти. Что они делают для клана? Какими способностями обладают? А ещё, если Гару прав, я сильнее Софьи Игоревны.

Выходит, я тоже могу делать все эти обряды?

В животе урчит, смотрю на охранников в последний раз и, качнув головой, ухожу вслед за мужем. Пожалуй, сейчас есть один очень важный обряд, который надо совершить.

А именно – приготовить нормальный ужин. Я голодная, аж зубы сводит уже.

Захожу на кухню и моментально расслабляюсь. Кухня, в отличие от спальни, выглядит как островок спокойствия. Здесь так уютно, почти как было в нашем домике в ведьминской деревне.

Ничего лишнего, много света, и уже стоит аромат сырого мяса, которое Вейлин успел достать из холодильника.

– И что мы будем готовить? – как в тумане подхожу к мужу со спины и провожу ладонью по его плечам.

От запаха дурманит. Съела бы и так, сырым. Но, думаю, это плохая идея.

– Хочешь рагу, хочешь просто стейки.

– Определённо второе, – подхожу к Вейлину вплотную и смотрю через его плечо на то, как он медитативно режет оленину. – Какая она на вкус, когда ты ешь её так? Ну, я имею в виду на охоте.

– Я читал, что у беременных меняются вкусы. Может, – он бросает на меня взгляд, – хочешь попробовать?

Небольшой кусочек сырого мяса появляется недалеко от моего рта. Вейлин аккуратно прикасается им к моим губам, а во мне что-то бурлит.

Тяжело сглатываю море слюны, будто передо мной не мясо, а лимон. Наверное, муж прав, всё-таки я жду не человеческое дитя, а оборотня. У него вкусы наверняка будут как у папочки. А он больше всего любит лакомиться свежей олениной прямо на природе.

Все эти шашлыки, рагу и супчики были для меня. Забираю кусочек и медленно жую его:

– М-м, – вырывается у меня удовлетворённое мычание. – Как же это вкусно. Хочу ещё.

– Не налегай, – усмехается Вейлин и проводит пальцами по моему подбородку, а затем смачно и громко чмокает меня в нос. – Ты всё же человек. Твой желудок не готов к такому.

Надуваю губы, но в душе полностью соглашаюсь с мужем. Достаю из холодильника овощи и принимаюсь сосредоточенно их резать. Аромат томатов и базилика заполняет комнату. Я прикрываю глаза, вдыхая запах домашнего уюта.

Изобилие зелени, жар от мяса, которое шкворчит в сковороде, муж, который то и дело приобнимает или касается меня – это ли не семейное счастье?

– Гару говорил, что я могу… – начинаю я, но Вейлин перебивает:

– Сегодня – только мы. Завтра разберёмся.

Он обнимает меня сзади, его губы касаются моей шеи. В это мгновение будто и не существует никакой опасности, никто не охотится за мной и моим ребёнком. Нет болезни, нет ничего, что могло бы помешать нам с мужем насладиться этим вечером и продолжить его в спальне только вдвоём.

А что нам мешает?

Да ничего. Именно так и поступаем. По моей слёзной мольбе Кира и Дмитрий уезжают домой, правда, обещают вернуться рано утром. Так или иначе я получаю передышку от их пристального внимания.

После ужина вместе моем посуду, и снова я вспоминаю ведьминскую деревню, где нам было легко и хорошо. Где всё складывалось само собой, как и обещал Вейлин, когда рассказывал об истинности.

В спальню поднимаемся в отличном настроении, сытые ужином, но голодные друг до друга. Поцелуй за поцелуем, и я не замечаю, как оказываюсь прижата к кровати. Но тут меня осеняет:

– А малышу ничего не будет? – широко открываю глаза.

– С чего бы? – удивлённо спрашивает Вейлин. – Ты же не думаешь, что мы девять месяцев воздерживаться будем, – на его губах появляется усмешка. – Я же тогда на луну выть буду каждую ночь.

Усмехаюсь и не могу удержаться от колкости:

– Даже боюсь спрашивать, как ты справлялся до того, как встретил меня…

– Честно? – муж становится серьёзным.

Настораживаюсь. Он же не собирается мне про свои похождения рассказывать? Я, наверное, предпочла бы не думать о его женщинах, что были до меня…

– Ещё чуть-чуть, и луна бы завыла в ответ, – улыбается Вей и наклоняется к моим губам.

Не могу сдержать смеха. Ладно, такой ответ меня вполне устраивает.

Засыпаю в объятиях любимого, как обычно, уткнувшись носом в его шею и вдыхая аромат его кожи. Но он быстро сменяется ароматом сырого хвойного леса.

Запах до боли знаком. Я уже бывала в этих местах. Я слышу шорох, но никого не вижу. Темнота стоит такая, что её можно резать ножом: плотный сгусток, который не даёт нормально дышать.

Деревья стоят слишком близко, их ветви сплетаются в решётку над головой так плотно, что не видно ни звёзд, ни луны.

– Где я? Гару? – спрашиваю в темноту, но темнота молчит в ответ.

Иду, сама не знаю куда. Пробираюсь сквозь ветви. Ускоряюсь. Бегу. Чувствую, как земля пульсирует под ногами, словно живая.

– Анника… – голос Гару эхом разносится между стволов.

Оборачиваюсь и ищу его взглядом, но не вижу.

– Гару! Мне страшно! – ощущаю, как тело наполняется сгустками, несущими в себе молнии.

Ещё никогда я не чувствовала такой мощи.

– Ты сможешь, – эхом разлетается неизвестный мне детский голос.

Я бы сказала, что это голос моего сына, но я только сегодня видела его крошкой в своём подсознании. Думаю, это была его душа. Но кто тогда говорит со мной? И что я…

– Мамочка, не оставляй меня, – раздаётся детский плач.

Он сводит мои мышцы, будто кто-то надевает на меня смирительную рубашку. Руки трясутся. Я ни за что не оставлю своего малыша. И никому не позволю к нему прикоснуться.

– Мама… – удаляется голос.

Мечусь из стороны в сторону и ищу взглядом, откуда идёт голос.

– Сынок!

Замечаю, как мимо меня проносится тёмная, огромная фигура, а потом прямо передо мной вспыхивают два огромных глаза:

– Попалась! – раздаётся мужской бас.

– А-а-а! – испуганно отскакиваю и напарываюсь на что-то обжигающе горячее.

Лишь успеваю понять, что это Вейлин, как белый волк перепрыгивает через меня и как щит встаёт впереди.

Просыпаюсь от собственного крика. Вейлин спит, прижавшись лбом к моему плечу. Его дыхание прерывистое, он весь в поту, будто только что загонял добычу, а его тело пылает жаром, как раскалённый металл.

– Какого чёрта это было? – шепчу я и пытаюсь разбудить мужа, но он не реагирует…

Глава 10

Вейлин спит как убитый, но его дыхание выровнялось, а лоб всё ещё пылает. Я пытаюсь проникнуть в его сознание, но у меня это не выходит. Зато он распахивает глаза и резко садится:

– Доброе утро, – он сонно трёт глаза. – А ты чего уже не спишь? – как ни в чём не бывало спрашивает муж.

– Э, а, – мямлю, – ты не помнишь?

– Ты о чём? Я что-то обещал? Какое сегодня число? – он оборачивается к тумбочке и хватает телефон.

Быстро смотрит на экран и откидывает его:

– Нет, – мотает головой, – но если вдруг я провинился, могу загладить вину, – Вейлин молниеносно нависает надо мной и целует.

Игривое настроение мужа быстро расслабляет меня, и я смеюсь. Мало ли по какой причине он крепко спал. Может, вымотался ночью, всё же мы ещё молодожёны и никак не можем насытиться друг другом. А мой сон?

Просто сон. Я же только узнала, что беременна, как и то, что за мной охотятся – вот всё и сложилось в этот немыслимый бред.

А красные глаза?

Если мне будут так часто говорить про красный, то и я невольно начну всё окрашивать именно в этот цвет. Ведь я не властна над своим подсознанием.

– Мне нужно в универ, – шепчу я в губы супруга и слегка улыбаюсь, как бы извиняясь за отказ. – А тебе…

– На работу, – Вейлин улыбается в ответ. – Пусть Кира тебя отвезёт и не отходит от тебя.

– Как прикажете, босс, – усмехаюсь и осторожно выбираюсь из постели.

Прыгаю прямиком в душ. На самом деле настроение у меня сейчас вовсе не для исполнения супружеских обязанностей. Все мысли остались во сне.

Был ли это сон, пророчество или плод моей бурной фантазии я не знаю, но меня определённо это тревожит.

Вдоволь намывшись в тёплой воде, выхожу и протираю запотевшее зеркало ладонью.

На секунду мне кажется, что глаза мои становятся ярче. И тут же я улыбаюсь:

– Ты там? – шепчу, касаясь ладонью живота.

Ответа, конечно, нет. Но скоро я смогу на самом деле ощущать, как мой малыш двигается внутри. Интересно, каково это?

– У тебя всё хорошо? – раздаётся лёгкий стук в дверь.

– Уже выхожу, – улыбаюсь и накидываю халат.

Выхожу из ванной, а муж разглядывает меня так, будто и не видел никогда до этого.

– Что? – не выдерживаю его пристального взгляда.

– Тебе очень идёт беременность. Только узнала, а уже вся светишься. И это я не образно.

– Да прям, – отмахиваюсь. – А Кире обязательно ехать со мной? Ты же сам сказал, что в городе…

– Обязательно, – резко становится серьёзным Вейлин и целует меня в нос. – Она уже ждёт внизу.

– Откуда ты знаешь? – изгибаю одну бровь.

Но вместо ответа муж лишь указывает пальцем на своё ухо. Ну да, слышит. Что за глупые вопросы я задаю?

Кира, одетая в строгий костюм вместо вчерашнего «прикида», сидит за кухонным столом и пьёт кофе. Его аромат дурманит. Я тоже хочу, но потом задумываюсь – а можно ли кофе беременным?

Кажется, мне стоит съездить на консультацию к Юлии Олеговне. Может, она и не видит малыша, но я точно знаю, что он есть. А потом я научусь осознанно прятать и открывать его, чтобы можно было делать анализы. Теперь добавляется ещё одно дело – позвонить Софье Игоревне.

«Как много Софий в моей жизни», – усмехаюсь про себя. А вслух говорю:

– Доброе утро, – демонстративно осматриваю Киру и слегка улыбаюсь.

Где-то глубоко внутри ёкает, что я слишком груба с ней. Но я чувствую себя вправе указывать ей, как она должна выглядеть, раз уж её задача – охранять меня.

Да и после того, как почти все ограничения моей истинности были сняты, я сама как волчица защищаю свою территорию. И уж простите, но мой муж – только мой.

Оторву голову любой, которая решит на него покуситься. Я помню то чувство, вспыхнувшее во мне, когда я чуть не напала на врача. Вейлин, конечно, свёл всё на нет, но я уверена, что внутри меня скрыт огромный потенциал. Да и Гару это подтверждает.

– После завтрака поедем в институт, – бросаю я, садясь напротив Киры.

Она кивает и даже выдавливает улыбку:

– Да, госпожа.

Странно слышать это обращение к себе, но в целом можно привыкнуть. Вейлин спускается тоже после душа, по привычке обёрнутый лишь полотенцем. Изгибаю одну бровь и пристально смотрю на него.

Мне даже в мысли проникать не требуется, муж быстро понимает, что означает моё недовольное выражение лица. И уже через несколько минут спускается полностью одетый.

– Всё хорошо? – он целует меня и поправляет ворот рубашки.

– Разумеется, – натягиваю улыбку и помогаю ему.

Задохнуться хочется от пристального внимания Киры. Мне кажется, я затылком ощущаю её взгляд. Сверлит так, будто дыру во мне сделать хочет. А может, я всё это выдумываю.

В конце концов, я же толком ничего о ней не знаю. Надо бы пообщаться.

Провожаю Вейлина на работу, а сама собираюсь в институт. У меня много дел: надо подать заявление на перевод, узнать, какие экзамены сдать дополнительно и появиться на лекциях. Всё-таки я пропустила из-за всех этих событий немало.

Садимся в машину, Кира быстро выезжает на дорогу, а я решаю завести с ней разговор:

– И как давно ты знаешь Вейлина? – спрашиваю я, но ответ услышать боюсь.

А что, если она его бывшая? Но он же не сумасшедший, чтобы бывшую ставить следить за нынешней?

Вот прямо сейчас внезапно осознаю, что я ничегошеньки не знаю о человеке, за которого замуж вышла. А я уже жду от него ребёнка. Но и это не самое страшное – он же волк, чёрт возьми!

– Чуть больше года, – пожимает плечами Кира. – Он спас нас с братом на охоте. Димка не смог превратиться обратно, а парочка людей с винтовками решили, что напали на след крупного зверя.

Её голос слегка дрожит. Думаю, ей не так-то просто об этом рассказывать. Она, получается, чуть брата не лишилась.

– И… как он помог?

– Увёл охотников подальше от нас. Вызвал огонь на себя. А потом оплатил лечение в клинике, чтобы брату помогли.

– Вот как… И помогли?

Что-то перспектива с не контролирующим себя оборотнем жить бок о бок не хочется. Мне хватает одного, который в любой момент ночью может обернуться и сломать кровать.

– Да, всё у него хорошо. С тех пор мы с Димкой работаем на господина Волка.

– То есть вы в его стае?

– Можно и так сказать, – Кира бросает на меня изучающий взгляд.

Ну да, я мало знаю о муже, но вида не подаю. Пусть думает, что я просто о них с Дмитрием не знаю ничего.

Смотрю в окно и уже вижу универ. Ура! Конец неловкого разговора.

– Я сама схожу, – решаю сбежать от охранницы.

– Простите, но был приказ…

Стискиваю зубы, но киваю. Пленница в собственном доме и даже на учёбе. Дожила.

Первым делом поднимаюсь в деканат и улаживаю все дела там. Затем звоню Соне, в надежде, что мы пересечёмся на лекциях – хоть какая-то отдушина и связь с реальным и таким обычным миром. Мне очень не хватало подруги. Редкие звонки и болтовня ни о чём поддерживали меня, пока мы жили в ведьминской деревне, но теперь я хочу видеть подругу лично.

Хочу обнять её и поделиться радостными новостями. Всё-таки я стану матерью.

Мурашки пробегают по коже лишь от одной мысли об этом, но Соня не отвечает. Пытаюсь дозвониться ей до самого начала лекции, увы, не выходит.

Захожу в аудиторию и сажусь где-то посередине, чтобы было и преподавателя слышно, и чтобы не особо попадаться ему на глаза. Меня и так напрягает, что Кира усаживается рядом со мной.

Аудитория гудит, как улей, и на меня не особо обращают внимание, но мне всё равно некомфортно.

Преподаватель бубнит что-то, а я пытаюсь сосредоточиться на занятиях, но выходит отвратительно. Все мысли о том, что за мной охотятся. Все обыденные дела теперь теряют всякий смысл.

Если завтра я могу не выжить, зачем ходить на пары? Что мне даст диплом, если в какой-то день мне придётся уехать в глухую деревню с мужем оборотнем и жить там? В стае волков. В прямом смысле…

– Николаева! Вы согласны?

Я вздрагиваю. Ладони горят, даже ногти и те, будто становятся длиннее, как если бы я ощущала их рост.

– Что, простите?.. – бормочу, замечая, как одногруппник с соседней парты пристально смотрит на меня.

Его глаза мелькают жёлтым – как у Киры в моменты опасности.

– В следующий раз будьте внимательны, – фыркает преподаватель.

«Обязательно, – думаю я. – Как только я перестану быть в смертельной опасности, так и займусь учёбой…»

Царапаю парту ногтем так, словно это волчий коготь, оставив белую полосу. Вжимаюсь в стул, но, взглянув вниз, вижу обычные ногти. Одногруппник ухмыляется, будто знает что-то, чего не знаю я.

Кривлюсь, глядя на него. Ладно, Кира, но Вейлин перегибает, отправляя за мной ещё и скрытую охрану. Если эти оборотни так и продолжат свои глаза показывать, то я быстро смогу их вычислять.

Как только вернусь домой, предъявлю мужу. Это уже перебор!

– Куда теперь, госпожа? – спрашивает Кира, как только заканчивается пара.

– Домой, – приказываю Кире. – Но по дороге надо в общагу заскочить. Я должна выяснить, что с моей подругой.

Возвращаясь в машину, я ловлю запах каких-то трав, больше похожий на запах хвойного леса. Кира резко тормозит, её взгляд словно сканирует пространство, а глаза сияют золотистым.

– Всё в порядке? – спрашиваю я, сжимая сумку так, что костяшки белеют.

– Нет, – шепчет она, указывая на машину. – Но будет. Надо срочно ехать.

Неужели меня уже нашли?

Прыгаю в салон, Кира следом. Машина стартует с места, оставляя за собой шлейф пыли. Сердце начинает заходиться. Мне сейчас до ужаса хочется вернуть свои способности бить током всех, кто пытается ко мне подойти.

Даже пытаюсь это сделать, попутно поглядываю в окно, вдруг я увижу что-то необычное. Но нет. Всё как обычно. Но щемящее чувство в груди лишь нарастает. Инстинктивно хватаюсь за живот.

Нет ничего важнее, чем защитить моего малыша. Я сделаю всё, чтобы наш с Вейлином сын не пострадал. Я ещё не знаю, как именно, но знаю, что он поможет нам стать сильнее. Я в это верю всем сердцем.

Глава 11

Кира ведёт машину уверенно, но я словно нутром чувствую её страх. Так себе охрана, если она боится. Но, когда заворачиваем за угол, она сбавляет скорость и расслабляется. Её пальцы медленно разжимаются, отпуская руль.

Она меняется до неузнаваемости. В зеркале вижу её глаза и её удивление.

– Что такое? – тихо спрашиваю.

– Кажется, на меня воздействовала ведьма, – ошарашенно говорит охранница и останавливает машину на обочине.

Её голос дрожит, будто она только что вынырнула из ледяной воды.

– Что ты имеешь в виду? – подаюсь вперёд, чтобы быть ближе к волчице.

Странный порыв, но я ощущаю в нём необходимость. Я будто должна защитить её, хотя это её обязанность.

– Такое чувство, – Кира медленно рассматривает трясущиеся руки, – это была не я. Как только мы отъехали дальше от института, словно пелена с глаз упала.

– То есть опасности не было?

– Не знаю, – она мотает головой. – Выходит, у нас есть союзник, о котором мы ничего не знаем? – она оборачивается ко мне и смотрит огромными глазами.

– Выходит, что так. Ну, раз ты не чувствуешь больше угрозу, тогда поехали в общагу. Мне надо с Соней увидеться. Не хочу, чтобы она попала под удар. Мы с ней близки. Если захотят навредить мне, то могут использовать и её.

– По закону оборотни не могут причинять…

– И как Вейлин взял тебя в охранницы, – вздыхаю. – Даже я не настолько наивная. Ты правда думаешь, что оборотни будут соблюдать закон?

– Вы правы, госпожа, – Кира склоняет голову. – Хорошо, давайте заедем в общежитие.

Киваю, а волчица трогает с места. По дороге размышляю над тем, что произошло.

Если это была ведьма, могла ли это быть Софья Игоревна? Вдруг она приехала, но по какой-то причине не хочет показываться?

А если нет, то не едем ли мы прямиком в ловушку? Думаю, нет. Если бы неизвестный хотел заставить меня поехать в общагу, то пугать не стоило. А вот то, что подруга мне не отвечает – пугает.

Сердце заходится, когда думаю, что ей могли причинить вред. Даже пальцы холодеют.

Доезжаем до здания общаги. Кира не позволяет мне выйти. Сначала она, как в фильмах, проверяет местность. Я лишь могу покачать головой. Выглядит это так, будто я важный свидетель, а меня по программе пытаются спрятать.

Только беда в том, что я не свидетель, а, скорее всего, шаманка, которую хотят получить в клане Красных волков и посадить на цепь.

И зачем я им? Что делают эти шаманки?

Вопросов прибывает, а ответов на них нет. И как узнать непонятно, ведь нет тех, кто выбрался бы и рассказал.

Когда Кира позволяет, выхожу из машины и направляюсь в свою бывшую комнату. Ключей у меня с собой нет, но раз Сони не было на учёбе, то она просто обязана быть здесь.

Стучусь, но в ответ тишина.

Не теряю надежды и продолжаю настойчиво долбиться в дверь. Мало ли, вдруг подруга просто уснула в наушниках? Такое было пару раз, я еле в комнату попала.

– Да иду я! – раздаётся хриплый голос из-за двери.

Моментально расслабляюсь. С сердца будто камень падает. Становится так легко, что я плыву в улыбке.

– Анника?! – лицо Сони вытягивается, когда она видит меня на пороге.

– Как я рада тебя видеть! – бросаюсь на шею любимой подруге.

Чувствую тепло её тела и полностью прихожу в себя. Мало того что я соскучилась, так теперь ещё и знаю, что всё с ней в порядке.

– Я тоже рада тебя видеть, – тихо говорит Соня, – но… – она отлипает от меня и с опаской смотрит на Киру, – кто это?

– А, ой, прости, это Кира, долгая история. Вейлин потребовал ходить с охраной.

– Разумно, – усмехается Соня, а я изгибаю бровь. – Я имею в виду, что он так торопился жениться, наверное, ещё и ревнивый до чёртиков, – смеётся подруга и отходит, позволяя войти в комнату. – Вот и приставил к тебе охрану. А то такую красотку и утащить могут.

Отмечаю странное поведение подруги, но сейчас ей простительно. Я и так на нервах. А поговорить в присутствии Киры у нас всё равно толком не выйдет.

– Хочешь к нам в гости? – решаю спросить.

Я правда боюсь оставлять её здесь одну.

– Хочу, – широко улыбается Соня. – И хочу знать все подробности, – она бросает взгляд на Киру.

Взгляд Киры в ответ становится острым, как клинок – волчица чует ложь.

– А ничего, что ты гостей в дом приведёшь? – уточняет подруга.

– Шутишь? – округляю глаза. – Я, по-твоему, за кем замужем? Вейлин вовсе не тиран. Ну, может, самую малость, – показываю щёлочку между большим и указательным пальцем.

Смеёмся все вместе, даже Кира позволяет себе усмешку. Хотя в ней я слышу скорее издёвку. Я уже слышала, как Вей отчитал Киру за оплошность. Думаю, не такой он и душка, когда дело касается его приказов.

Но я-то его жена, а не подчинённая.

Ох, ёжик…

И подчинённая тоже. Надо, кстати, спросить у него, как теперь я буду с работой. Раз я перевожусь в другой отдел, то, наверное, меня и в компании нужно перевести, чтобы я стажировалась в нужном мне направлении.

Жду недолго подругу, а потом мы прыгаем в машину и едем к нам домой. По дороге трещим, не затыкаясь. Мы так долго не виделись, что не можем наговориться.

Соня рассказывает, как прошли её каникулы, а я – как мои.

Мои, разумеется, куда занятнее.

– Можно? – подруга указывает на мой живот.

– Да, – пожимаю плечами, – но малыш ещё настолько мал, что даже я его не чувствую.

Но подругу остановить сложно. Она мягко касается моего живота кончиками пальцев и закрывает глаза. На её губах играет нежная улыбка:

– Знаешь, я и представить не могла, – начинает Соня, – что ты так быстро найдёшь свою любовь. А тут ещё и малыш.

– Да-да, – смеюсь. – А ты не хотела меня на собеседование отпускать.

– Я же знала, что ты любишь делать всё наперекор, – отмахивается подруга.

– Что ты хочешь сказать? – удивляюсь.

– Ты вечно делаешь не то, что тебе говорят, а то, что запрещают, – пожимает она плечами.

– Подтверждаю, – встревает в разговор Кира.

– Вы обалдели?! – наигранно надуваю губы, но в глубине души я полностью согласна с ними.

Сколько раз я убежала от Вейлина, когда он сказал стоять? Да и в целом, я частенько не делала то, что от меня ждали. Наверное, девчонки правы. Такой я человек.

– Вот это домина! – Соня выглядывает в окно, когда мы подъезжаем к дому. – Это всё ваше?

Её взгляд задерживается на решётках на окнах, слишком массивных для обычного дома.

– Нет, на моё счастье, – смеюсь. – Такой дом пока уберёшь… даже думать не хочу.

– У господина Вейлина есть домработница, – говорит Кира.

Цокаю языком вслух:

– Да уж, чего я ещё не знаю о своём муже и теперь ещё и доме? Может, в подвале там спрятаны цепи, которыми Вейлин приковывает себя в полнолуние?

Кира и Соня переводят на меня взгляд. Кира даже слишком уж резко останавливается. Что? Цепи всё-таки есть?

– Шутка, – отмахиваюсь. – Пойдёмте в дом, – говорю я и выхожу из машины, как только Кира паркуется.

Соня озирается, когда мы входим в просторный холл. Её взгляд, как и мой, когда я здесь появилась впервые, сразу падает на камеры.

– Да у вас здесь настоящая крепость. Боюсь спросить, зачем всё это? – она делает пару осторожных шагов и сталкивается с Вейлином, который выходит из зала.

– Софья? – удивляется он, – что вы здесь делаете?

И когда это он успел познакомиться с моей подругой, спрашивается? Или я чего-то не знаю?

Все переглядываются, а в воздухе нарастает напряжение, внезапно ощущаю, как по пальцам пробегают электрические разряды. Вот это да, и почему это среди тех, кого я люблю, я чувствую необходимость защищаться, а Гару помогает?

Глава 12

– Здравствуйте, – ретируется Соня. – Анника в гости позвала, – неестественным для себя голосом отвечает она.

Муж бросает взгляд на Киру, а та пожимает плечами.

– Что такое? – удивляюсь я. – Мне уже нельзя лучшую подругу в гости позвать?

Я искренне не понимаю, что сейчас происходит.

– Нет, ничего, – Вейлин махом отступает. – Развлекайтесь. Если что-то нужно, скажите, охрана всё привезёт. А я тогда на работу.

– Как прикажете, босс, – усмехаюсь я, провожая его взглядом.

Соня неловко переминается с ноги на ногу. А Вейлин ещё раз смотрит на неё и вылетает из дома как ошпаренный. Престраннейшее поведение.

Вечером обязательно надо поговорить об этом.

– Ну что, подруга, – наконец нарушает молчание Соня, – как ты тут?

– Лучше не бывает, – отвечаю, стараясь не выдать своего раздражения. – А ты как?

Встряхиваю головой и указываю в сторону гостиной. Поведение Вейлина – не повод нарушать мои планы. Я хотела поболтать с подругой и показать ей свою новую жизнь.

Хоть и не всю…

– Да так же, – пожимает плечами Соня. – Университет, общага… Хотя знаешь, я тут подумала… Может, тебе стоит почаще выбираться? Давай, махнём куда-нибудь в центр. Съедим по мороженому, как раньше.

На лице подруги появляется улыбка, от которой мне мгновенно становится легче.

– И как ты себе это представляешь? – хмыкаю я. – С Кирой на хвосте? – киваю в сторону проёма, откуда охранница так и не отошла.

Видимо, она планирует куда пристальнее следить за мной.

– Ну… – Соня запинается. – Вейлин заботится о тебе. Беременность, всё такое… его тоже можно понять.

– Да-да, – перебиваю я. – И поэтому я теперь пленница в собственном доме.

Плюхаюсь на диван и надуваю губы. Странно это всё. Я вроде и с подругой говорю, но рассказать ей всю правду, как раньше, не получится.

Мы устраиваемся в гостиной. Соня рассказывает о своих делах и успехах в учёбе, а я делюсь с ней… только человеческой стороной жизни с Вейлином. Про оборотней, шаманство и Гару молчу как рыба.

– Знаешь, – говорит Соня, когда мы пьём чай, – я всегда знала, что ты особенная. Но чтобы настолько…

– Что ты имеешь в виду? – настороженно спрашиваю я.

Вроде я ничего такого не сказала! Начинаю нервничать, но подруга тепло улыбается:

– Да так, – отмахивается она. – Просто… Кто бы мог подумать, что ты, такая тихоня, так быстро выскочишь замуж. Ещё и за Волка. О нём же легенды в универе ходят. А ты не побоялась. Ты всегда была другой. Непокорной, что ли.

Подруга рассуждает, а я висну. Есть что-то в её словах.

– Это ты про то, что я делаю всё не так, как просят? – усмехаюсь я.

– Ну да, – улыбается Соня. – Но знаешь что? Это твоя сила. Мне кажется, теперь ты сможешь добиться того, ради чего была рождена.

Лицо моё вытягивается:

– Это с каких пор ты стала такой серьёзной?

Как минимум мне непривычно видеть Соню такой. Чаще она бывает просто избалованной, но очень доброй девчонкой, которая смешит меня. Может, что-то случилось?

– Да так, – отмахивается она.

– Ты можешь всё мне рассказать, – кладу руку на руку подруги.

– Я знаю. Просто сейчас болеет очень важный для меня человек. Вот я и переживаю. Подумываю уехать к нему, чтобы ухаживать.

– А как же учёба?

– Иногда, к сожалению, приходится делать сложный выбор…

Подруга становится угрюмой, а я теряюсь. Я уже пережила горечь утраты много лет назад. Выжила и смирилась, но как помочь Соне, я не знаю.

– Ты же знаешь, что я всегда рядом, если нужна, – слегка улыбаюсь.

Заканчиваем общение на грустной ноте. Провожаю подругу до такси. Кира уже ждёт у входа и не спускает с меня глаз.

– Береги себя, – шепчет Соня, обнимая меня. – И… если что-то понадобится, ты знаешь, где меня найти.

– Обязательно, – киваю я.

Возвращаюсь в дом. Кира докладывает о том, что всё спокойно.

– Спасибо, – говорю я и направляюсь в кабинет.

Решаю потренироваться, вдруг у меня выйдет вновь ощутить присутствие Гару или разобраться с тем, как я скрываю малыша. Я не хочу быть обузой, поэтому должна научиться использовать свои силы, чего бы это ни стоило!

Закрываю глаза сосредотачиваясь.

– Давай, – шепчу себе. – Ты можешь.

Воздух вокруг меня начинает потрескивать. Пальцы покалывает.

– Да! – восклицаю, когда между ладоней проскакивает первая искра.

Внезапно чувствую что-то странное. Словно фоном шипит телевизор, но я не видела ни одного в нашей квартире.

– Что это? – шепчу, ощущая, как по коже бегут мурашки.

Воздух становится плотнее. Я чувствую… присутствие. Ещё ни разу я не ощущала ничего подобного:

– Кто здесь? – спрашиваю оборачиваясь.

Тишина. Только треск электричества в воздухе.

– Госпожа? – раздаётся голос Киры из коридора. – У вас всё в порядке?

Вздрагиваю, но быстро беру себя в руки:

– Да, – отвечаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. – Всё хорошо. Просто тренируюсь.

– Будьте осторожны, – предупреждает Кира. – Магический фон нестабилен. Я чувствую, что в воздухе витает электричество.

– Спасибо за предупреждение, – киваю я, – этого я и пытаюсь добиться, – усмехаюсь.

За дверью повисает тишина. Похоже, Вейлин ничего обо мне не рассказал. Ладно, позже сделаю это сама.

– Эм, можно спросить, зачем? – не унимается охранница.

– Затем, – открываю дверь и вижу, как девушка скукожилась, пытаясь прислушиваться к тому, что я здесь делаю. – Это мои способности, и я должна их развивать. Я не такая, как ты, и не могу просто превратиться, – пространно рассуждаю. – Не могу отрастить клыки и разорвать врага.

Провожу языком по зубам, будто это поможет мне обернуться в волка. Нет, я лишь убеждаюсь, что я обычный человек и никаким зверем быть не могу.

– Я всё равно не понимаю. Мы ведь рядом…

– Прости, но я привыкла полагаться в этом мире только на себя. Не волнуйся, здесь, – указываю на решётки на окнах, – никто не причинит мне вреда. Я ещё потренируюсь. Извини.

Захлопываю дверь перед носом Киры, но сомневаюсь, что она хоть шаг сделает отсюда. Мне кажется, я могу слышать её дыхание за дверью.

Меня поражает её преданность, но в то же время и раздражает назойливость. Я просто обязана стать сильнее, ибо просто не готова ходить с живым хвостом в виде Киры. Или даже с двумя, где-то в доме гуляет ещё и её брат – Дмитрий…

После недолгих тренировок записываю свои ощущения в дневник.

«Сегодня впервые почувствовала усиление магического фона. Так сказала Кира. Буду считать, что именно его я и почувствовала. Смогла создать небольшой разряд. Кажется, я начинаю контролировать свои способности. Но что-то не так… Кто-то наблюдает за мной. Или это просто нервы?»

Закрываю дневник и смотрю в окно. Вижу тёмную фигуру, исчезающую за деревьями, и отмахиваюсь – у меня паранойя. Но пожалуй, я должна сказать об этом охране. Пусть проверят.

Смотрю на часы и понимаю, что времени уже не просто много, а за полночь. И где, позвольте спросить, мой муж?

Выхожу из кабинета и окликаю Киру, но в ответ ничего не слышу.

– Ау! Где все?

Сердце начинает колотиться, а фигура за окном уже не кажется мне чем-то обычным. А что, если нас нашли? Что если…

– Мамочки… – шепчу я, а входная дверь в этот момент тихо открывается, и на пороге стоит огромная тёмная фигура.

Глава 13

Клан Красных волков. Где-то в затерянном лесу

В центре древнего святилища, где стены украшены ритуальными узорами, а воздух пропитан запахом крови и дыма, собрались старейшины клана. Тени от факелов пляшут на их лицах, превращая их в восковые маски.

Альфа стоит на возвышении, его глаза горят алым огнём. Он медленно обводит взглядом собравшихся за дубовым столом:

– Мы теряем время. Нужно найти способ убедиться в том, что эта девушка та, кого мы ищем.

Старейшины и другие члены клана переглядываются, их шёпот наполняет пространство.

– Будто это так легко, – говорит кто-то еле различимо.

– Для этого я вас и собрал, – злобно отвечает Альфа, спускаясь к остальным. – Надо придумать способ.

– Вы ведь знаете, что наши шаманы больше не обладают такой силой, – склонив голову, говорит Нед, один из заместителей. – Может, стоит привлечь кого-то со стороны?

– Ты рехнулся? – Альфа с силой бьёт по дубовому столу и злобно смотрит на мужчину.

Тот моментально ретируется и склоняет голову ещё ниже, но продолжает перечить:

– Цепочка была прервана, владыка.

На лице Альфы рождается недовольство. Он падает в своё кресло и кривит губы. Трёт подбородок и окидывает взглядом собравшихся.

И эта кучка бездарей решает судьбу его клана? Если только найти потерянное дитя, то он продолжил бы свой род и создал поистине сильное потомство…

А не вот это вот всё. Былая мощь Красных волков угасла. О них всё ещё ходят легенды, но мало кто знает, что без главной шаманки они рано или поздно обречены на вымирание.

Им во что бы то ни стало надо вернуть её. Но она прячется.

– А что, если… – в разговор встревает молодой волк по имени Райнер, который совсем недавно вошёл в совет.

Альфа согласился на его присутствие лишь потому, что он хорошо разбирается в современных технологиях, без которых теперь не обходятся даже оборотни.

Парень откашливается:

– Если послать кого-то, кто вотрётся в доверие к этой Аннике? Пусть разузнает о ней больше. Может, её история подскажет нам, может ли она быть той, кто нам нужна.

– Думаешь, Волк позволит девчонке трепаться языком? – усмехается Нед. – Кто знает, что за союз они заключили. Для этого мы и отправили слежку.

– Слежка, конечно, хорошо, – качает головой Райнер, – но вот горничная могла бы потрясти их грязное бельишко, – на лице парня появляется оскал, а во взгляде легко считывается гордость собой.

А щенок прав…

– Надо собрать информацию, – кивает Альфа. – Найдите способ сделать так, чтобы этот белый ни о чём не догадался. Нужно отправить к ним того, кто сможет втереться в доверие.

– И, если позволите, Владыка, – не унимается Райнер, – я бы предложил действовать на опережение.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересованно спрашивает Альфа.

– Я бы предложил отправить сразу парочку шпионов. На случай если кого-то вычислят. У Волка есть фирма…

Альфа усмехается. У паренька дельные мысли.

– Приведите сюда посвящённых, – он взмахивает рукой.

В ту же минуту слуга выбегает из помещения. Совет продолжается, кроме этого, ещё многое нужно обсудить.

Спустя час, в зал входят четыре девушки, их глаза опущены, тела окутаны красными плащами.

– Это наши лучшие, – говорит жрица, указывая на них. – Каждая готова выполнить любой приказ.

Альфа подходит к первой девушке, проводит рукой по её волосам:

– Как тебя зовут?

– Как прикажете, Альфа, – робко отвечает она и неловко улыбается, явно неопытная.

– Слишком мягкая, – фыркает он. – Такая сгодится лишь для развлечений.

Вторая получает лишь презрительный взгляд:

– Слабая.

Он даже не задерживается рядом с ней. Ему противно, что в его клане вообще появляются женщины, в которых нет ни волчьего гена, ни магических способностей. Простые люди, от которых мало проку.

Третья вызывает улыбку, Альфа с интересом рассматривает её. Его взгляд проваливается в её декольте, а пышные формы ласкают взгляд:

– Хороша, но мне сказали, что Анника изящная и миниатюрная. Сомневаюсь, что Волк заинтересуется ею.

Он отмахивается и подходит к четвёртой. Она поднимает взгляд, и в её глазах сверкает решимость. Блондинка с голубыми глазами, аккуратная, но с сочными формами. Если бы не задание, то он бы выбрал её сегодня ночью…

– На что ты готова, чтобы доказать свою верность клану? – Альфа проводит кончиками пальцев по щеке девушки и притормаживает на её подбородке.

– На всё, – моментально отвечает она.

Альфа замирает, изучая её лицо:

– Ты знаешь, что тебе предстоит?

– Нет, Господин, – она качает головой, а на её губах мелькает соблазнительная ухмылка.

Хороша чертовка…

– Соблазнить Белого волка, – шепчет он. – Разрушить его брак. Заставить Аннику ненавидеть его.

– Я готова даже убить его, если пожелаете, – она преклоняет колено перед Альфой.

Альфа улыбается, его клыки удлиняются:

– Хорошо. Ты будешь той, кто вернёт нам потерянное дитя.

– А если она окажется просто шаманкой? – спрашивает один из старейшин.

Альфа оборачивается:

– Я не против пополнить ряды наших женщин новой силой. Если девица сама скрывает себя, значит, она сильна и будет полезна нашему клану. А если кто-то другой скрывает её, – он бросает взгляд на волчицу, что стоит перед ним на колене, – значит, девчонка приведёт нас к сильной шаманке. Мы в любом случае будем в выигрыше…

Он ещё раз бросает взгляд на девушку, а потом смотрит на Райнера:

– Подготовь её. Найди способ внедрить в фирму Волка. Если так подумать, бизнес лишним тоже не будет, – скалится Альфа. – Эти Белые уже давно сидят занозой в моей голове. Пришло время вернуть своё. Собрание окончено! А ты, – он ещё раз проводит рукой по подбородку девушки, – зайди ночью ко мне. Я объясню тебе, что ты должна будешь сделать.

– Как прикажете, – ещё ниже склоняет голову она, а Альфа позволяет себе пару секунд полюбоваться её формами.

Никаких сомнений, Волк не устоит, и Красные получат всё, что пожелают…

***

Квартира Вейлина и Анники

Стою как истукан и не знаю, что делать. В темноте не могу различить черт лица, да и голова у незваного гостя опущена.

И тут внезапно начинается дождь. Сверкает молния, и следом грохочет гром. Вздрагиваю, но в яркой вспышке успеваю заметить голубые глаза.

Моментально становится легко на душе:

– Вейлин, – быстрым шагом иду к нему, но муж не торопится обнять меня или что-то сказать.

Нутром чувствую, что-то не так. Подхожу ближе и понимаю, что у него разодран рукав, а с пальцев капает кровь.

Сердце уходит в пятки.

– Что с тобой случилось? – бросаюсь к нему.

И только теперь, оказавшись рядом, я вижу, что его лицо измучено, он явно обессилен.

– Где ты был? – вижу, что одежда на нём будто и не его.

Во всяком случае это точно не те вещи, в которых он уходил из дома.

– Кажется, со мной что-то происходит, – еле слышно отвечает Вейлин. – Я не помню, что делал вечером, – он медленно переводит взгляд на свою раненую руку.

О, нет… надеюсь, это не то, о чём говорил шаман. А что, если и Вейлин теряет связь с реальностью и перестаёт контролировать своего волка?

Глава 14

Затаскиваю Вейлина в дом, не обращая внимания на то, как капли дождя стекают по его волосам и одежде. Как и не смотрю на то, что кровь капает прямо на пол.

Сейчас важнее здоровье моего мужа:

– Нужно обработать рану, – говорю, направляясь в ванную. – Снимай рубашку.

Вейлин на удивление подчиняется, его движения замедлены и неуклюжи. Может, его чем-то опоили? Такое вообще возможно?

При виде его руки сердце сжимается – глубокие борозды от клыков, следы когтей.

– Это укус, – шепчу, доставая аптечку. – Ты дрался с другим волком?

Вейлин закрывает глаза, его губы сжимаются в тонкую линию.

– Я не помню, – повторяет он. – Последнее, что помню – как уходил из офиса.

Хватаю бинты и антисептик. В голове пульсирует мысль: надо успокоиться. Но как это сделать, когда я смотрю на любимого, которому явно больно?

Нет, конечно, Вейлин стоически переносит боль. Он и вида не подаёт, но я могу предположить, как такие раны должны болеть.

– А ты один уходил? Когда? – осторожно спрашиваю и ещё осторожнее поворачиваю руку Вейлина раной к себе.

Усаживаюсь на край ванной и включаю воду, чтобы смыть запёкшуюся кровь. Вода розовеет, стекая в слив, и на мгновение мне кажется, что я уже это видела, но я отмахиваюсь от этого ощущения.

Меня потряхивает, но я тоже стараюсь не подавать вида. Раз уж я шаманка и жена оборотня, то должна быть сильной. Если Вейлину суждено править целым кланом, то я должна соответствовать ему.

Что-что, а обузой быть я не хочу.

– У меня была встреча в центре, – тихо говорит муж. – Я могу и сам помыть руку и обработать её, – заботливо улыбается он и тянет кисть на себя. – В твоём положении надо больше отдыхать.

– Я беременна, а не больна, – бурчу. – А вот кому и надо отдохнуть, так это тебе, – нагло забираю его руку обратно и приступаю к обработке.

Вижу ухмылку на губах супруга, но она быстро исчезает, когда я серьёзно смотрю в его глаза.

Кожа Вейлина под моими пальцами неестественно холодная, будто его здесь нет, а я касаюсь призрака.

– А ты помнишь, с кем у тебя была встреча?

– С поставщиком, вроде, – пожимает плечами Вейлин и кривится, но моментально улыбается, глядя на меня. – Лучше расскажи, как у тебя день прошёл. Как с подругой посидели?

– Не переводи тему, – становлюсь ещё серьёзнее.

– Ничего я не перевожу, – Вейлин наклоняется ко мне и внимательно смотрит мне в глаза, – я просто не хочу, чтобы ты переживала. Я в порядке. На неделе поедем к Юле, я тоже пройду обследование, – вкрадчиво говорит он.

– Честно-честно? – приподняв брови, спрашиваю я.

– Ради твоего спокойствия я готов на всё.

Выгибаю одну бровь. Вот это он сейчас зря сказал…

– Расскажи мне о своей матери, – шёпотом говорю я и открываю стерильный бинт, чтобы забинтовать рану супруга.

Вей тяжело вздыхает и невесело усмехается:

– Юля преувеличивает. Я родился здоровым. Да, у меня не потемнели глаза, но я такой не один. Врачи изучили меня вдоль и поперёк. Просто отец слишком переживал из-за этого и озадачился новым наследником от другой… вот и всё.

– Но ты ведь сам ему сказал, что ты сильнее и… – заканчиваю бинтовать руку мужа и поднимаюсь, заглядывая в его глаза. – Сейчас технологии более развиты. Вдруг Юлия Олеговна обнаружит что-то? Всё же ты умер вместе с матерью и возродился. Кто знает, как это сказалось на твоей жизни, – перехожу на шёпот.

– Знаешь, – муж касается кончиками пальцев моего носа и улыбается, – я плохо помню мать. Но, мне кажется, ты на неё похожа.

Его прикосновение дарит покой и заставляет меня улыбнуться.

– Уговорила, я сдам анализы, но если ничего не найдут, тема будет закрыта.

– Я против, – топаю ногой. – наш сын имеет право знать о бабушке. Так что я в любом случае хочу услышать полную версию её жизни.

– Настоящая госпожа, – хохочет муж, но его смех прерывается обеспокоенным голосом Дмитрия.

– Господин! Мы… мы потеряли его след.

Переглядываемся с Вейлином. Значит, он не один с кем-то дрался…

– Кого? – спрашиваю я, выходя из ванной первой, пока муж надевает рубашку.

– Оборотня, с которым дрался Вейлин, – удивлённо отвечает Кира, её глаза по-прежнему золотистые, будто она застыла в моменте трансформации. – Мы нашли много крови. Он ранен…

– Где? – Вейлин мгновенно приходит в себя и выходит не до конца одевшись.

Бросаю взгляд на Киру, но она успевает опустить глаза до этого. А она даже начинает мне нравиться. Быстро учится и явно понимает, что этот мужчина принадлежит другой. В этот раз у меня даже не возникает желание отгрызть ей голову.

Вместо этого у меня реально появляется желание что-нибудь погрызть. Странно это, но запах крови не только не вызвал у меня отвращения, а лишь возбудил аппетит.

– В заброшенном складе на окраине, – говорит Дмитрий. – Но там след оборвался. Думаю, его забрали на машине. И там точно был шаман.

– Почему? – удивляюсь я.

– Запах. Он так резко не обрывается. Лишь сильные умеют скрывать себя, – волк смотрит на меня, и я замечаю, как его ноздри расширяются. – Как вы, госпожа.

Его слова повисают в воздухе и выглядят то ли неуклюжим комплиментом, то ли робкой констатацией факта.

Но приятно слышать, что меня считают сильной. Только вот беда в том, что я понятия не имею, как это делаю. Так что если способности у меня и есть, то пользоваться ими я совершенно не умею.

Вейлин сжимает кулаки:

– Надо найти его. Обзвоните все больницы, морги, частные клиники. Если он ранен, то ему нужна будет медицинская помощь. Я хочу знать, кто это и на кого он работает.

– Но как… – начинает Кира.

– Используйте все ресурсы компании, – перебивает Вейлин, а его голос звучит как низкий рокот, взывая к животному страху. – Свяжитесь с другими стаями, если нужно. Я должен знать, кто это был.

Замечаю, что Кира и Дима в эту секунду опускают головы, как бы подчиняясь приказу. Это уже не похоже на уважительное отношение. Скорее как общение альфы со своей стаей.

– А как вы узнали, где Вейлин? – решаю спросить, так как вижу, что сам он старательно избегает темы и, кажется, не планирует говорить охране о своём провале в памяти.

Дима бросает взгляд на Вейлина и, лишь получив его молчаливое согласие в виде кивка, говорит:

– Так, он позвонил. Мы привезли ему одежду, но он исчез, пока мы обшаривали место, где произошла драка. Видимо, он решил не заставлять вас нервничать.

– Ну да, явиться домой с разодранной рукой, это же так обыденно, – не сдерживаюсь.

– Это всего лишь укус, ничего серьёзного, – тут же обнимает меня супруг.

– Тебе укольчик от бешенства поставить, случаем, не надо?

– Завтра спросим у Юлии Олеговны, – снова смеётся Вей, а вот мне совсем несмешно.

– А это мог быть случайный конфликт? – осторожно спрашиваю я.

– Не думаю. У меня, конечно, бывали стычки с другими волками по работе. Ну или территорию, когда не могли поделить, но в этот раз всё было иначе.

– Господин, – вмешивается Дмитрий, – может, стоит усилить охрану?

– Займись, – отвечает Вейлин. – А мне надо немного отдохнуть.

– Отличная идея, – улыбаюсь я.

И вообще, уже давно пора спать, а мужа носит по каким-то стычкам…

– Ты идёшь со мной. А вы свободны, – бросает он Диме и Кире.

– Но, господин, – начинает волчица.

– Вам тоже надо отдохнуть и набраться сил. Завтра у вас выходной, мы с Анникой будем заняты.

Брат с сестрой коротко кивают и уходят. Я же поворачиваюсь к мужу, а он внезапно становится очень серьёзным.

– Ты должна помочь мне всё вспомнить.

– Но как? – удивляюсь я. – Я не умею…

– Я расскажу, что нужно делать.

– Может, лучше обратиться к нормальному шаману? А то…

– Нет, – мотает головой муж. – Я не доверяю им. Я не мог просто так всё забыть. Думаю, кто-то опоил меня или наложил заклятие. И только ты можешь это узнать.

Глава 15

Входим в спальню, и Вейлин садится на кровать, жестом приглашая меня сесть рядом. Его лицо серьёзное, взгляд сосредоточенный.

А вот во мне уверенности ни грамма. Муж хочет, чтобы я без знаний и умений копалась у него в воспоминаниях. Мне кажется, такое надо запретить начинающим шаманкам!

И разрешать только после обучения. А вообще, есть какая-то школа для таких, как я? Или это всё лишь в моём воспалённом мозгу?

Гару сказал, что шаманы не учатся, а вспоминают. Выходит, я уже должна уметь всё это делать? А как я могу вспомнить то, что не знала?

– Иди сюда, – муж ещё раз хлопает по матрасу рядом с собой. – Не бойся.

– Ты уверен, что это хорошая идея? Может, мне сначала хоть потренироваться? Я не знаю… давай заведём черепашку.

С опаской присаживаюсь на край кровати.

– Я могу обернуться, если тебе больше нравится ставить опыты на животных, – хмыкает Вейлин, а я поджимаю губы.

Шутка проходит мимо меня. Я слишком сильно переживаю, как бы не навредить мужу. Всё-таки просто войти в подсознание любимого – это одно, а вот устраивать там раскопки и трогать воспоминания – совершенно иное.

– Закрой глаза, – говорит он тихо. – Расслабься и дыши ровно.

Делаю, как просит Вей. Чувствую, как его пальцы касаются моего лба, и по телу пробегает лёгкая дрожь.

– Теперь представь, что ты тянешься ко мне мысленно. Как будто протягиваешь невидимую нить между нашими сознаниями.

Пытаюсь следовать его указаниям, но у меня не получается.

– Я не понимаю, – хмурюсь. – Я должна нырнуть в твоё сознание или остаться в своей голове?

– Не напрягайся, – шепчет Вейлин. – Это должно происходить естественно. Ты ощутишь, когда образуешь мост. Представь, что ты просто хочешь коснуться моей руки. Только потом вместо руки подумай о моих воспоминаниях.

Ну и задачки задаёт мне муж. Если бы я знала… и что бы поменялось? Аж ничего…

В этот момент я действительно чувствую, как между нами что-то происходит. Словно тонкая паутинка соединяет наши разумы.

– Хорошо, – одобряет Вейлин. – Теперь иди глубже. Попробуй найти то, что скрыто от моих глаз. Теперь я не смогу тебя сопровождать. Помоги мне вспомнить всё, что произошло.

Ощущаю, как рука Вейлина исчезает с моего лба. Наступает звенящая тишина, и из неё вырывается образ. Я оказываюсь в каком-то странном пространстве. Вокруг туман, но я вижу смутные очертания, что летают вокруг меня, словно нити паутины.

– Это мои воспоминания, – раздаётся голос Вейлина в моей голове. – Попробуй найти то, что было сегодня вечером.

Голос мужа меркнет, будто тонет под тяжестью сгущающегося тумана.

Сосредоточившись, теряю и себя. Я словно растворяюсь в воздухе. Чувствую, как поднимаюсь с кровати, как заставляю Вейлина лечь и выпрямиться. И ощущаю, как вожу руками по его телу, будто рисую неведомые для себя символы.

Кажется, прошло всего несколько секунд, а может, минут или даже часов… но явно что-то происходит.

*Вейлин*

Вокруг меня сгущаются краски, как если бы на небо внезапно набежали тяжёлые дождевые тучи. Вижу ресторан. Мы с поставщиком сидим за столиком. Он что-то рассказывает, но я почти не слушаю его.

Что-то настораживает меня в нашем общении. Зачем было встречаться в ресторане? Вполне можно было обойтись стандартной встречей в офисе.

– Что-то не так? – спрашивает он, а я лишь отмахиваюсь.

– Я на минуту, – меня гложет странное чувство.

Я чую чьё-то присутствие, будто за мной кто-то неотрывно следит. Осматриваюсь, но никого не вижу, хотя аромат хвойных деревьев забивает рецепторы. Возвращаюсь за столик и вижу, что принесли мой кофе.

Делаю пару глотков и продолжаю слушать поставщика. Он так упорно рекламирует мне свою организацию, что я уже сто тысяч раз начинаю сомневаться в их способности обеспечить наше производство всем необходимым.

Если они такие крутые, как он говорит, отчего же заказчики не выстраиваются к ним в очередь, а гендиректор вынужден сам бегать по рядовым встречам?

Слишком много вопросов. Что-то здесь нечисто.

Разговор обрывками всплывает в моей голове. А потом вспышка и вот, мы выходим из ресторана. Садимся в машину. Едем на склад.

Как только выходим из машины, в нос бьёт запах волка.

«Он следит за нами, – говорю я про себя и принюхиваюсь. – Кто он?»

– Что-то не так? – спрашивает поставщик.

– Думаю, встречу надо перенести, мне нехорошо, – вру, но я не ощущаю опасности от этого человека.

А значит, я обязан убрать его отсюда. Если на меня нападёт волк…

Я ещё говорю что-то, и поставщик уезжает.

– Покажись! – рычу я и осматриваюсь.

Из тени выходит волк. Огромный, чёрный. Побоялся показаться в облике человека. Думает, я не узнаю его волка потом? Наивный дурак.

Я трансформируюсь. Начинается драка. За что? Почему? На кого работает этот волк?

Вонзаю клыки в бок противнику, и тот отступает. А потом и вовсе исчезает со склада. Возвращаю себе человеческий облик:

– Беги-беги! – бросаю вслед напавшему и только потом чувствую, как вспыхивает боль в руке.

Опускаю взгляд и понимаю, что ранен. С пальцев капает кровь. Вызываю Диму с Кирой, а потом…

– Ты ничего не вспомнишь, – эхом раздаётся знакомый мужской голос. – Забудь, – перед глазами появляется лицо.

Но сколько я ни пытаюсь разглядеть его, черты ускользают от меня, будто скользкий угорь.

– Я потерял его след, – говорю я, возвращаясь в реальность. – Он убежал на машине. Но там был кто-то ещё…

Открываю глаза. Анника стоит надо мной и водит руками. На её лице застыла сама серьёзность. Будто маска. И я не узнаю собственную жену.

Она вроде здесь и как бы нет.

Вот о чём говорил Гару. Анника обретает связь со своими силами. Она умеет переходить из мира в мир, туда в сознание, где с рождения хранятся знания о том, как проводить ритуалы, что нужно делать, в какой ситуации.

Всё, что необходимо – так это научить её пользоваться этим мостом.

– Ты видела? – спрашиваю, когда жена открывает глаза.

– Да, – отвечает она, всё ещё дрожа. – Это был неслучайный конфликт. Он следил за тобой. Только что ему было нужно? Он просто укусил тебя и сбежал. Бессмысленно как-то, – она садится рядом и уставляется в точку.

– Словно ему была нужна моя кровь, – заключаю я.

– И кто-то помог ему это сделать, – мрачно добавляет Анника. – Кто-то, кто умеет управлять памятью. Может, они проверяли тебя на прочность? Не похоже, чтобы тебя хотели убить.

– Нет, – подтверждаю я. – Думаю, я нужен им живым. Только вот зачем?

У меня нет ни единой мысли, что это произошло и почему «они» так старательно подчистили за собой мою память?

На их беду, я женат на могущественной шаманке, пусть она ещё и не умеет управлять своими силами, но взбодрить мой мозг и заставить всё вспомнить способна.

– А есть какие-то ритуалы, где может понадобиться кровь врага, например? – тихо спрашивает Анника и кладёт голову на мою грудь.

– К сожалению, есть, – шепчу я.

– И что можно сделать с их помощью?

Слышу беспокойство в её голосе и понимаю, что теперь отвертеться не получится. Но Анника имеет право знать, с чем столкнулась.

Да, я не такой, как все. В чём-то Юля права. И моя жена имеет право знать, что происходит. Она – действительно моя истинная, и я надеялся, это решит все проблемы, что навалились на меня и мой клан.

Но ритуал, который проводила Софья Игоревна, оставил на мне не только шрамы… уверен, эти неизвестные охотились именно за тем, что появилось у меня в тот день.

Глава 16

Вейлин смотрит на меня так, будто собирается открыть самую страшную тайну. Его взгляд становится отрешённым, словно он снова погружается в воспоминания.

– Ритуал, который проводила Софья Игоревна, – начинает он тихо, – там было не всё так гладко.

Я киваю, затаив дыхание.

Ещё бы! Мы оба чуть не умерли. А Вейлин получил множество реальных шрамов. Конечно, мои новые способности, которыми я не особо могу управлять, помогли ему восстановиться. Только это не отменяет того, что мои же способности чуть не убили его.

– После него появились эти шрамы, – муж ведёт плечом. – Но это не главное. Я… я изменился.

– Как? – шепчу я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

– Я стал сильнее. Быстрее. Мои способности волка усилились. И появились новые… – он замолкает, будто решаясь на что-то.

– К-какие? – заикаюсь я.

Вейлин вздыхает, но продолжает разговор:

– Во-первых, я регенерирую.

– Что ты имеешь в виду? – брови сами приподнимаются.

– Когда ты излечила мои шрамы, я заметил, что стал восстанавливаться намного быстрее. Сначала списал всё на свежий воздух, здоровое питание…

Громко усмехаюсь не сдержавшись:

– Ну да, в городе оленей не водится. А те, что есть не годятся на стол, – искренне улыбаюсь. – Прости, что перебила, – поджимаю губы, – но ты явно не о том, что порезы стали заживать быстрее. Да?

Вместо ответа Вей снимает бинт, который я старательно заматывала на его руке ещё час назад. Глаза расширяются до боли.

Крохотные укусы, будто Вейлина цапнул щенок, а не огромный оборотень. Тонкие линии – бывшие царапины от когтей.

– Как это возможно? – шепчу, проводя пальцами по руке мужа.

– Понятия не имею. Будто ты оставила часть своих способностей во мне, когда излечила в прошлый раз.

– Может, об этом говорил Гару? Наверное, из твоей крови можно сделать лекарство.

– Сомневаюсь, что дело только в этом, – мотает головой Вейлин.

– Есть что-то ещё?

Кажется, сегодня я уже не усну. Сумасшедший день и ещё более сумасшедшая и непредсказуемая ночь!

– А это как раз, во-вторых. Я могу чувствовать других оборотней на большем расстоянии. И… я могу видеть то, что скрыто от других. Но управлять этим совершенно не в моих силах.

Муж цокает и встряхивает головой.

– Ты что-то видел в мыслях того волка, что напал на тебя? – настороженно спрашиваю.

– Нет. Но я учуял волка, когда мы выходили из больницы. Он был скрыт. Другие его не почуяли. Он быстро исчез, но если он снова появится, я его узнаю.

В голове не укладывается. Мой муж – не просто волк. Он нечто большее. И как у него появились эти способности?

– И это всё последствия ритуала?

– Похоже на то, – пожимает плечами Вей. – До этого я не был настолько чувствительным.

– А это может быть связано с твоей матерью? – осторожно спрашиваю. – Я имею в виду, это…

– Я понял, – кивает муж. – Наверняка связано. Юлия права, я и так был между мирами, может, теперь я чую не просто сверхъестественных, а их души, если можно так выразиться.

– И кто тогда может охотиться за тобой? – спрашиваю я, сжимаясь в комочек.

Мне страшно даже думать, что кто-то может причинить вред моему мужу. Особенно сейчас, когда я жду малыша. Как я одна?

– Да кто угодно, на самом деле. Но это не Красные. Они не могли бы так быстро узнать о моих изменениях. Мало ли какая ведьма кому и что рассказала, после того как мы уехали. На самом деле всё может быть проще. Шона.

– Твой отец? – в ужасе переспрашиваю я. – Зачем ему это? И как он бы узнал? С ним-то точно никто не общался.

– А это и не требуется. Я в клане. Мои изменения может отслеживать шаман. Он мог узнать ещё в день нашей свадьбы, что я стал другим.

– Да ну, – мотаю головой. – С чего бы Шоне так поступать с тобой?

– Зная Шону… Он наверняка понял, что при помощи моей крови он может излечить своего сына и получить «правильного» наследника.

– Но… он же не может быть готов убить одного сына ради другого? – в моём голосе звучит неподдельное возмущение.

– Это Шона, ради своих целей он готов на всё, – признаётся Вейлин. – Но я не позволю ему навредить ни тебе, ни нашему ребёнку.

Муж обнимает меня, и я чувствую, как его сердце бьётся в унисон с моим. В эту ночь мы лежим в объятиях друг друга, но сон не приходит. Поэтому мы продолжаем просто разговаривать ни о чём и обо всём одновременно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.