Виктор Бабарыкин
Ловушка

Издается в авторской редакции

© Бабарыкин В., 2025

© Издательский дом «ВоокВох», 2025

Это была ловушка!

Немцы окружили советскую снайпершу но остолбенели, когда поняли, что сами попали в ловушку.

Шёл второй год войны. У Советской армии на фронтах было по-разному: были и победы, и поражения. Враг был ещё силён – наступление на сталинградском направлении летом на юге, где наши войска несли огромные потери.

На других участках фронтов линия сопротивления была хрупкой и могла измениться в любую сторону. Не проходило и дня, чтоб советские воины не сталкивались с немецкими солдатами в локальных стычках.

Так, на одном из фронтов ситуация тоже была нестабильная. Она менялась каждый день по несколько раз.

Врагу не удавалось сломить советского солдата своими неожиданными выпадами на переднем крае. Советский воин был готов к неожиданностям, как, например, к контратакам немецких солдат, где русский солдат, воспитанный на примере Гражданской войны, показывал своё мужество и героизм советскому народу.

Каждое подразделение на своём участке фронта сопротивлялось врагу. Солдаты и офицеры своим самопожертвованием сдерживали наступления врага.

Приходилось советским воинам удерживать позиционные рубежи в любую погоду. В жару или холод, в дождь или снег.

Было начало осени. Погода на этом участке фронта стояла тёплая, а листва с деревьев ещё не падала. С середины августа дождей не было, хотя уже прошла половина сентября. Многие советские солдаты радовались тому, что пока не зачастили дожди. В такую погоду они могли переночевать на сухой земле, подстелив под себя свою серую шинель.

В одну из рот батальона Иванова, а точнее, в роту капитана Сергеева была направлена девушка-снайпер. По приказу командира дивизии её направили инкогнито в эту роту, где была замечена группа вражеских снайперов.

С началом осени на стыке двух рот действовала вражеская группа снайперов, которая терроризировала в ротах Сергеева и Власова, создавая нетерпимость и боязнь переднего края около месяца. Но особенно доставалось роте Сергеева, а конкретно – взводу Петрова.

Многие солдаты из взвода Петрова, когда направлялись на пересменку, от страха, чтоб перейти из одной части траншеи в другую, ползли. При этом образовывали искусственно препятствия остальным бойцам своего подразделения. Боязнь переднего края создавала командирам определённые трудности.

С тех пор как появился в роте снайпер, прошло около месяца – в роте капитана Сергеева боязнь немного начала исчезать.

Бойцы роты капитана Сергеева удерживали новые рубежи плацдарма почти месяца полтора. Улучшились с позиционной точки зрения. Рота Сергеева удерживала подступы к высоте, а взвод Петрова – саму высоту.

С первых часов появления на их участке немецкой группы снайперов бойцам стало очень тяжко. Каждый день от рук вражеских снайперов погибало от трёх до пяти человек и более, особенно доставалось офицерам.

За всё время пребывания снайпера на переднем крае произошли некоторые перемены. Многие бойцы не подозревали, что этот снайпер – девушка.

Солдаты и офицерский состав считали, что с появлением снайпера немецкие асы прекратят нагло вести их на линии прикосновении огня.

Вообще оперативная обстановка немного успокоилась, и бойцы почувствовали, что противник перестал вести себя нагло, как было несколько недель тому назад.

Поразив вражеского снайпера в одном из укрытий, Рита осознала, что ей предстоит не шуточная дуэль.

Оказалось, что ей предстоит дуэль с целой группой опытных снайперов, которые терроризировали не только этот участок фронта, но и участок на стыке двух рот, соседнего участка фронта, с правой стороны.

Вызвав к себе капитана Сергеева и старшего лейтенанта Петрова, подполковник батальона доложил:

– Руководством дивизии вам поручается… И личная просьба – отнестись к этому заданию очень серьёзно… Поручаю по просьбе полковника государственной безопасности Андрея Сергеевича отправить на ваш участок фронта старшего сержанта для уничтожения немецкой снайперской группы чтобы ввести противника в панику.

– Так точно!

– Она вам скажет всё при личной встрече, что ей надо и кто ей нужен. Слушаться её беспрекословно. Мужики не прихоть её, а безопасность вашего подразделения.

– Слушаемся!

– Да, ребята, берегите её. Если надо там встретиться, значит, там и нигде больше. Вам лучше не нервировать её и не обманывать. Приедет Андрей Сергеевич и поставит всё на свои места.

После этого машина довезла двух офицеров до поворота к своим подразделениям. Они думали, что шофёр довезёт их до места назначения, но пришлось ещё несколько километров идти пешком.

Пройдя метров сто, они услышали голос сзади:

– Не поворачивайтесь, господа офицеры. Нам сейчас на ходу придётся вместе пройти несколько километров. Надеюсь, вам всё объяснили в штабе батальона?

– Да, разъяснили, притом очень доходчиво.

– Будем работать вместе… Мне нужно наладить связь с лейтенантом разведки, капитан. Чтоб в вашей землянке – никого, повторяю – никого. Потом поймёте, товарищи офицеры.

– Понятно.

– Скоро будут ваши землянки. Капитан, через час я буду у вас. Кроме вас и лейтенанта, не должно быть никого, даже вокруг землянки.

После этих слов она испарилась. Осмотревшись, они не увидели, куда она ушла. После этого капитан Сергеев приказал позвать лейтенанта разведки в землянку.

– Александр, ко мне в землянку придёт странная особа, которая хочет с тобой побеседовать. Смотри внимательно и постарайся ей не перечить.

– Почему?

– Могут быть большие неприятности.

Лейтенант вместе с двумя разведчиками – рядовым Олегом и ефрейтором Виктором – подходил к землянке.

Услышав разговор нескольких человек и видя такое халатное отношение Александра к просьбам старших по службе, капитан, выйдя из землянки, отправил незваных гостей в своё подразделение.

После того как лейтенант зашёл обратно в землянку, вышла связистка Зина. Минуты три она стояла возле дверей и прислушивалась к разговору офицеров.

Сидя в глубине леса, Рита вспоминала своё детство, как приходилось в ей тяжело, пока не наладила с отцом человеческие отношения.

Вспоминала она потому, что эти места ей были знакомы – она родилась в этих краях. Отец до войны работал в лесничестве, а мама работала в совхозе дояркой. Переехали они в эти края более двадцати лет назад.

Хотя никогда родители не рассказывали, откуда они, но по воспитанию, особенно мамы, было видно, что семья благородных кровей. Да и отец не с простой судьбой.

Переехали её родители и начали жить в этих краях с девятнадцатого года. У них до рождения старшей дочери было двое мальчиков. Куда подевались старшие братья, ни папа, ни мама никогда не заикались. Иногда они могли завести такой разговор, если она тайком пряталась от них. И, кроме младших брата и сестры, у неё больше никого не было.

Она то время всегда вспоминала с большой теплотой. Рите нравилось быть в лесу. Она частенько убегала от родителей в лес, и ей за это доставалось от отца. Частенько маме своим телом приходилось защищать дочь от отцовского ремня.

Постепенно отцу надоело таким образом воспитывать дочь, которая, подрастая, делала всё назло отцу. И вот как-то раз он взял Риту с собой на охоту. С тех пор они стали лучшими друзьями.

Пребывание в лесу изменило Риту до не узнаваемости. Когда бывала в лесничестве, она любила наблюдать за животными, присматривалась, как они ведут себя в экстремальных ситуациях. Как в момент опасности они стараются преподать урок людям – спасая близких, животные жертвуют собой.

Многие её сверстники, одноклассники даже завидовали тому, что она была с природой на «ты», а особенно близкие – младший брат и сестра, что отец частенько берёт её с собой в лесничество.

Учёба у Риты шла на отлично. Учителя удивлялись: пропадала большее время с отцом, а учёбу не забрасывала. За этим очень строго следила мама.

Понемногу отец приучал к своему делу и своих младших детей, но они не стремились ходить в лес. Им нравилось лечить: брат хотел пойти учиться на врача, а сестра на ветеринара.

С начала лета по осень Рита пропадала в лесу с отцом на заимке или в землянках в разных местах леса. Помогала отцу по хозяйству – готовила пищу, на зиму заготавливала различные лечебные травы и из них делала лечебные настойки. Параллельно отец научил всем хитростям охоты и маскировки, как будто предвидя врага в этом лесу.

В конце июня, в двадцатых числах, придя домой, они с отцом узнают, что уже три дня идёт война.

На следующий день отец ушёл в военкомат и не вернулся. Там ему сразу вручили повестку и с другими односельчанами отправили в военное подразделение.

После того как отец ушёл на войну, ни мама, ни дети о нём ничего не слышали. Может, папа и писал, но война в их поселение пришла очень быстро – через несколько недель после её начала.

Рита тоже всё время стремилась пойти на войну. Придя как-то с очередного посещения военкома, она украдкой собрала небольшой рюкзак с вещами.

Закинув любимый импровизируемый вещмешок за спину, направилась через лес к трассе. По ней уже через два-три дня с начала войны многие люди убегали от немецких захватчиков.

В голове только крутилось: началась война и ей нужно быть вместе с другими бойцами – уничтожать ненавистного врага.

И вот она, маленькая девочка, шла в толпе беженцев, думая, как уговорить командиров, чтоб они взяли её в воинскую часть. Ведь она, не сказав никому – ни матери, ни брату, ни сестре с братом, убежала на фронт.

В начале войны многие подростки, не достигшие восемнадцати лет, прибивались к отходящим воинским частям Красной армии и становились полноценными бойцами. Понимая, что детям будет трудно, командиры с удовольствием поручали таким воинам особые задания.

Врач Алевтина Ивановна приметила, как Рита ловко справляется с перевязками, и после очередного налёта вражеских самолётов на гражданских людей посадила её в кузов с ранеными, приказав следить за ними. Машина умчала подальше от этого ада – постоянных налётов вражеских самолётов на толпы гражданских людей и военные колоны.

Если удавалось прорвать русский фронт, захватчики брали беженцев в круг и динамично просеивали через сито. Те, которые ещё могли принести немецкому государству выгоду, направлялись на принудительные работы не только в Германию, но и в другие страны – Польшу и так далее.

Благодаря врачу Алевтине Ивановне, Рита попала в прифронтовой госпиталь, а потом стала медсестрой и попала на передовую. Ей, ещё хрупкой девушке, приходилось вытаскивать солдатиков, которые были с тяжёлыми ранениями.

Однажды ей пришлось несколько километров вытаскивать на своих хрупких плечах майора госбезопасности. Вот так Рита поначалу стала медсестрой, а потом ей выдали воинский билет с первой записью: «Медицинская сестра».

Ей приходилось бывать в разных ситуациях. С ней всегда была медицинская сумка, да и винтовку приходилось носить с собою. В одном бою ей пришлось использовать личное оружие.

Случилось это, когда рядом наповал убили сначала одного, потом второго солдата из снайперской винтовки.

Рита поняла о снайпере по ранению двух убитых солдат, она из-за спины взяла в руки винтовку, посмотрела ещё раз на убитого и быстро определила, с какой стороны произошёл выстрел.

После этого она приблизилась к убитому солдату и прицелилась. Долго не думая, она захватила врага на прицел и выстрелила. Оказалось, что убила вражеского корректировщика.

Вслед за первым Ритиным выстрелом прозвучал выстрел врага. Взглянув на очередного падающего солдата с простреленной головой, она определила, что выстрел произведён сверху с левой стороны. Посмотрев по сторонам, она определила, с какого дерева стреляет снайпер.

На горизонте траншеи Рита боковым зрением увидела знакомую фигуру спасённого ей ранее майора, который, пригнувшись, пробирался в её сторону.

– Ложись, – крикнула она.

Не зная почему, майор беспрекословно исполнил её распоряжение, и через долю секунды на внутренней стороне траншеи поднялась пыль – от вражеской пули.

Вслед за выстрелом вражеского снайпера произошёл выстрел Риты.

После этого все, кто сидели в траншее, увидели падающую фигуру в маскхалате. А уже поздно ночью к Рите пришёл майор с винтовкой с хорошим оптическим прицелом и аккуратно сложенным маскхалатом.

– Ты меня второй раз спасаешь, дочка, за пару месяцев.

– Не я, товарищ майор, Бог, хотя я и комсомолка – не должна такое говорить. Мне приятно, что вы меня так называете.

– Возьми, дочка, свой первый трофей. Это твоя винтовка, принадлежит тебе по праву. Ты своим выстрелом ему прямо в лоб попала. А про Бога мы умолчим, я сам коммунист, но частенько стал про себя некоторые молитвы читать. Знаешь, помогает.

– Спасибо, товарищ майор.

– У тебя меткий глаз. Ты ворошиловский стрелок.

– Нет. У нас вся деревня, притом взрослое поколение, от стариков до ребят школьного возраста, стрелять могут так. Своими меткими выстрелами можем белке в глаз попасть.

– Я правильно понял, что своими меткими выстрелами снайперы способны остановить атаку врага?

– Да, если будет нас два-три или более человек, сможем остановить немецкое наступление. Хочу добавить… Да, можно, если правильно выбирать цель.

– Я слышал, как-то раз сорвали несколько девочек вражеское наступление.

– Я также слышала о них, но о девочках ничего не знаю.

– Многие бойцы отметили, если б они не открыли стрельбу по врагу, то немцы перестреляли бы всех раненых и медицинский персонал.

– Я не могу судить о той операции. Командир должен оценивать своего бойца.

– Буду просить командира, чтоб тебя оценил.

– Вам, товарищ майор, оценивать мою работу.

После разговора с Андреем Сергеевичем Алевтина Ивановна согласилась отдать Риту в формируемую группу снайперов при дивизии.

С тех пор она стала штатным снайпером в этом подразделении. Сменила белый халат на маскировочный и поменяла обязанности медсестры на винтовку снайпера.

Постепенно её авторитет рос, к ней стали прислушиваться не только бойцы, но и командиры тех подразделений, куда её посылали в качестве снайпера.

Больше года Рита не знала о судьбе своих родных, и вот в начале осени она с советскими войсками возвращается в родные края.

Она до сих пор помнит, как пробивалась через родные поля, леса, реки. Ей пришлось пройти через взрывы бомб, пулемётные очереди из самолётов, смерть рядом идущих людей.

За время общения в дороге она сближалась с теми, с кем шла рядом, и они становились близкими друзьями. И вот она, больше года назад покинув эти места тайком, хотела взглянуть на родных. Извиниться перед мамой за то, что, даже не попрощавшись с ней, братом и сестрой, ушла защищать Родину.

Она не знала, что с её родственниками и что с друзьями, живы они или нет.

И вот она на родной земле – борется с ненавистным врагом у родного дома.

Сидя в глубине леса, она дождалась, пока два разведчика и Зина уйдут с поля зрения землянки.

Руководство батальона предупредило капитана о ней, кроме него и ещё нескольких человек из его роты, весь основной состав не должен знать о снайпере ничего. Капитана роты предупредили, что она очень своенравный человек.

Чтоб личный состав не увидел её, не стремились подходить.

Чтоб командиры ей помогали, если она попросит о помощи, и по возможности создали такие условия, как офицеру.

Чтоб офицерский и рядовой состав не смел к ней не только подходить, но и заговаривать без её обращения.

Она сама себе найдёт помощников в работе, и если она найдёт их, то офицерам нужно предоставить этих людей.

С первых минут пребывания Риты в роте никто не представлял, как она выглядит, не видел её лица. Никто, кроме самого капитана, его ординарца и тех офицеров, которые должны ей помогать, пока не переберётся в другое местопребывание.

Работая в роте капитана Сергеева, Рита очень много пропадала на переднем крае. Очень много разговаривала с бойцами. Слушала их рассказы, откуда чаще всего немецкий снайпер терроризировал.

По ночам Рита незаметно оборудовала на нейтральной полосе свою первую лёжку. Пришлось ей незаметно для бойцов взвода по несколько раз за ночь бывать на нейтральной полосе (из-за боязни, что враги узнают о строящейся лёжке) и самой несколько дней обустраивать лёжку, чтобы учесть всё до мелочей. Ей пришлось просить Андрея Сергеевича о секретности операции, пока она не найдёт себе помощников.

Капитан Сергеев в беседе с ней очень огорчался и говорил:

– Сильно достаётся взводу старшего лейтенанта Сидорова, терроризирует их немецкий снайпер, очень сильно.

С самого начала он не понимал, почему не мог пригласить старшего лейтенанта Сидорова на совещание со снайпером. От этого он сильно переживал. Вот и сейчас капитан думал, что почему-то два его бойца имеют возможность с ней общаться, а Олег Васильевич должен держаться на определённом расстоянии от неё.

Он боец Красной армии, офицер и должен с ней считаться, и ему нельзя контактировать напрямую, а только через посредников. Чистый абсурд.

В землянке капитана Сергеева находился также и лейтенант Игорь Петрович – командир разведывательного взвода, который дали в помощника непосредственно со всеми подразделениями батальона.

Рита поинтересовалась:

– Не можете выделить тех помощников, которых видела, когда вы, лейтенант, подходили к землянке капитана?

Он понимал: этот боец переходит все грани приличия, которые позволены бойцам Красной армии. Ему лично не хотелось, чтоб эти два бойца перешли в её подчинение. Они вылезут из кожи, но выполнят поставленную задачу.

– Лейтенант, выдели двух бойцов посмышлёнее, которых она просит и которые смогут рассказать и показать, с каких участков наводит на наших бойцов ужас немецкий снайпер, – приказал капитан Сергеев.

– Есть, товарищ капитан!

– Товарищ лейтенант, можете охарактеризовать тех двух бойцов, что были с вами недавно? – попросила Рита.

– Могу, но зачем они вам?

– Надо…

– Они мне нужны в разведке за линией фронта.

– Это хорошо, товарищ лейтенант. Вот такие бойцы нужны мне, которые помогут уничтожить врага, или вы, Игорь Петрович, против уничтожения вражеских снайперов?

Прозвучавший вопрос Риты был поставлен капитану и лейтенанту прямо в лоб. Они растерялись.

Лейтенант немного подумал и ответил:

– Нет, товарищ старший сержант.

– Смотри, самому не ходить, быстро он тебя вычислит, а потом подстрелит, как фазана, – уточнил капитан Сергеев.

– Ясно.

– У меня и так офицеров почти не осталось в роте. Запрещаю, лейтенант, передвигаться по передней линии в офицерской форме. Фуражку поменять на пилотку и больше сидеть в землянке в дневное время.

– Понятно.

– И смотри солдат береги.

– Хорошо.

После разговора лейтенант повёл Риту в свой взвод.

– Меня не надо знакомить со своими людьми.

– Почему?

– Меньше знают – лучше спят. Скажи, пожалуйста, кто из твоих в совхозе «Змеёвка» бывал?

– Есть пара ребят, но там почти никого не осталось из жителей. Там каратели многих сожгли. Зачем тебе, сестричка, эта Змеёвка?

– Ладно, зови в свою землянку этих двух солдат, лейтенант. Они смышлёные или так?..

– Нет, толковые…

– Хорошо, зови их в свою землянку, только их… А я сама найду твою землянку, примерно знаю, где вы, товарищ лейтенант, обитаете.

– Только там может быть связист.

– Язык за зубами может держать?

– Обижаешь, старший сержант, за недоверие ко мне.

– Отлично.

После этого разговора лейтенант пошёл в подразделение разведчиков, а Рита в землянку лейтенанта.

Подойдя к землянке, где проживал лейтенант, Рита услышала такой разговор.

– Костик, к нам в роту прибыла снайперша, которую офицерский состав оберегает от посторонних глаз.

– И что за особа?

– Сама не видела, но, скорей всего, какого-то из высоких чинов любовница.

– Откуда знаешь?

– Слышала, как офицеры батальона обсуждали прибытие в нашу роту загадочной снайперши.

– Имя слышала?

– Нет. Она такая загадочная, что офицерский состав мечтает с ней близко пообщаться.

– Губа, да, не дура. Боюсь, они разочаруются, когда её покровитель узнает о домогательстве к её персоне.

– Может. Да, лейтенант пошёл её встречать и должен привести к себе в землянку. Расскажешь, как зовут и как выглядит, друг мой родной?

– Конечно, моя любимая.

– Руки не распускай, а то вдруг кто зайдёт, а ты меня гладишь, мои ножки.

– Всё, не буду. Смотри, скоро должен прийти лейтенант, опять мне достанется, что ты у меня в землянке находишься, любимая Зиночка.

– Хорошо, ухожу.

После этих слов край брезента шелохнулся, и из землянки вышла брюнетка. Она была чуть полновата, на мордашку была симпатична. Хоть было немного лишнего веса, но форма прилегала к её телу очень хорошо. Юбка была, как положено, ниже колен. Было видно, что Зина пользуется косметикой.

Выйдя из землянки, она посмотрела по сторонам, как будто проверяла, нет ли лишних глаз. Всё было чисто, только Рита спряталась за деревом и наблюдала за действиями этой девушки.

Зина заприметила группу солдат и спряталась за ствол дерева, который был шире её, – ей хотелось быть незамеченной. После того как лейтенант с бойцами прошли мимо неё и он пошёл к своей землянке, она чуть ли не бегом направилась к себе.

Такому поведению Рита поначалу не придала никакого значения.

Подойдя к своей землянке, лейтенант крикнул:

– Рядовой, старший сержант пришёл ко мне?

– Нет, никого не было.

– И никто не спрашивал меня?

– Нет, и никто не спрашивал.

– Где теперь её искать? – повернулся он к бойцам-разведчикам.

– Не надо меня искать!

– Какого чёрта вы здесь стоите?

Она хотела повернуться к офицеру лицом, но резко остановилась и стала покрывать голову капюшоном.

– Значит, так, лейтенант, не орать, и спускайся в землянку. Поговорим там!

– Что вы себе позволяете? Со старшим по званию так разговаривать!

Накинув капюшон на голову, быстрым шагом спустилась по ступенькам, почти вбежала внутрь землянки. Проскочив мимо Константина, Рита произнесла:

– Лейтенант, хватит светить своей фигурой у входа в землянку, поговорим внутри.

Заходя к себе, лейтенант проговорил:

– Как вы разговариваете со старшим по званию, старший сержант?

– Мне что, лейтенант, доложить командиру роты, что в вашу землянку могут попасть посторонние лица?

– Какие лица?

– Например, Зина!

– Видно, приходила что-то передать от капитана или из батальона.

– Знаете, она мне показалась очень подозрительной.

– Когда кажется – креститься надо.

– Я неверующая. Комсомолка, поняли товарищ лейтенант?

– Вы что, не доверяете своим боевым товарищам? Я гляжу, вы на язычок бойкая девушка, палец в рот вам не клади – откусите сразу.

– Откушу, притом по локоть.

Солдаты из его роты стояли и молча улыбались, как их командира, боевого взвода, какая-то девчонка, простая девушка, ставила на место.

– Значит, так, старший сержант, вот вам два солдата в помощь.

– Спасибо, что, товарищ лейтенант, выполнили мою просьбу.

– Могу оставить вас в землянке, и можете разговаривать… можете с ними поговорить. Таким тоном разговаривать, старший сержант, притом со мной, не смейте… Поняли меня?..

Он не успел договорить, как Рита произнесла:

– Мы выйдем и поговорим за пределами землянки. Мне здесь неуютно, и запах какой-то неприятный, Игорь Петрович. Научите своего помощника проветривать землянку..

Лейтенант и его спутники от такой наглости и от таких слов были сильно удивлены. Никогда от лейтенанта у них не было секретов, а эта мелюзга посмела сомневаться в нём и его солдате-радисте.

Солдаты посмотрели сперва на неё, а потом поняли: с ней лучше не связываться – дороже обойдётся лейтенанту. Хотели что-то сказать и посмотреть ей в глаза.

Рассмотреть лицо им не удалось. Повернувшись к ней, они увидели лицо, затемнённое верхней частью капюшона. Рита так стала специально, чтоб присутствующие не смогли рассмотреть её хорошо.

– Ну что, мальчики, насмотрелись на мою фигуру? А теперь пойдём работать, а не морали выслушивать от командира, который это любит делать.

– Что?..

– Ефрейтор и ваш друг, пойдёмте за мной, поговорим на открытом воздухе.

– Во-первых, не «ефрейтор» и «ваш друг», их зовут, ефрейтор Иванов Виктор и Шурупов Олег. Почему там, а не здесь?

– Спасибо вам, лейтенант, что представили мне своих бойцов. Потому, товарищ лейтенант, что там я увижу, кто идёт.

– Вы что, товарищ старший сержант, не доверяете, советским воинам Красной армии?

– Почему? Доверяю…

– Получается, что не доверяете.

– Лучше, если меньше человек будут об этом знать – я буду крепче спать. Меньше людей знают – лучше будет.

– Вы, девушка, какая-то странная, вы не шпион?

– Нет. Вот так-то, товарищ лейтенант.

– Ладно, идите секретничайте, старший сержант.

– Благодарю вас любезно, что разрешили поговорить не в землянке с бойцами.

От неожиданного телефонного звонка все присутствующие вздрогнули.

Константин взял трубку:

– Десятый слушает.

В трубке Рите послышался знакомый голос…

– Десятый, лейтенант прибыл?

– Да, он рядом со мной стоит.

– Передай ему трубку, капитан хочет с ним поговорить.

– Это вас, товарищ лейтенант. – Константин повернулся к лейтенанту и протянул ему трубку: – Капитан с вами хочет поговорить.

– Спасибо, Константин. – Взяв трубку, продолжил: – Слушаю вас, товарищ капитан.

– Пусть все выйдут из землянки…

Рита эти слова услышала. Подойдя поближе к лейтенанту, произнесла:

– Можно мне остаться?

– Да.

– Лейтенант, слышал просьбу человека?

– Да. Прошу, уважаемые бойцы, выйти на улицу и никого не пускать.

– Слушаемся, товарищ лейтенант! – хором ответили ефрейтор Виктор и рядовой Олег.

После этих слов они вышли из землянки и чуть отошли от неё.

– Вышли все? – переспросили в трубке.

– Да.

В трубке послышался голос:

– Зина, выйди, пожалуйста, я поговорю с лейтенантом, тебя потом позову.

Слова так были нежно сказаны, что можно было подумать – у них служебный роман.

– Слушай меня внимательно, старшего сержанта слушать беспрекословно…

– Почему?

– Приказ сверху… Понял?

– Понял.

– Отлично. По имени и фамилии её не называть, только – старший сержант. Найди пустую землянку…

– Товарищ капитан, не надо, я переночую и на земле.

– Хорошо. Может, надо?

– Нет, вот сейчас переговорю с ребятами из разведки, тогда сообщу. Да, связь буду держать через ефрейтора, Виктора Иванова.

– Хорошо.

– И только на словах или, может, запиской, на прямую, если не возражаете, – продолжила Рита.

– Согласен.

После этого краткого разговора лейтенант стал смотреть на Риту другими глазами.

Рита, разговаривая с капитаном, вспомнила странное поведение Зины, как она вела себя после выхода из землянки лейтенанта-разведчика.

После разговора по телефону лейтенант приоткрыл брезент импровизированной двери и позвал солдат:

– Заходите, друзья.

Спустившись в землянку вслед за ними, он добавил:

– Товарищ ефрейтор, вы в полном распоряжении старшего сержанта, что она поручит, то вам и надо будет выполнить. Даже если вы мне сильно будете нужны. Она вас выбрала в качестве связного или ординарца…

Он не успел договорить, как Рита добавила:

– Вы будете между мной, лейтенантом и капитаном проводной связью. – Стоя спиной к связисту, она натянула посильней капюшон на голову и, повернувшись к связисту, добавила: – Надеюсь, вы, Константин, не расскажете своей девушке?

– Нет, не расскажу.

– Смотри, я не хочу, чтоб тебя потом объявили шпионом, – сказала Рита, делая ударение на последнем слове.

– И я не хочу, товарищ старший сержант.

После этих слов его голос изменился. Она поняла, что попала с ним в точку.

– Пойдёмте на воздух и там поговорим, ребята.

Выйдя из землянки, Рита пошла на её верх и села на землю так, чтобы видеть весь обзор – что вокруг делается и происходит. Чтобы видеть заранее изменения и предугадывать их намерения. Чтобы заприметить лишние уши, если кто будет подходить издалека. Чтобы она смогла переменить свой разговор на другую тему, если этот человек идёт не по своим делам, а услышать то, что ему не положено.

Усевшись поудобней спиной к лесу, капюшон не снимала, а только чуть приоткрыла лицо для своих собеседников и начала свой монолог:

– Ребята, извините меня за такое поведение, но я не доверяю связисту лейтенанта, а вернее, его подруге, Зине.

– Да, эта девушка в роте более полугода служит и с нами хорошо дружит, вот лейтенант так же не доверяет.

– И я ей не доверяю. Какая-то она скользкая. Тёмная Душа.

– Вам виднее.

– У меня к вам просьба – не описывайте меня никому.

– Ладно.

– И передайте лейтенанту мою просьбу, ребята.

– Хорошо, передадим. Кстати, лейтенанта звать Игорем, а нас Виктор и Олег.

– Я слышала, когда вы подходили к землянке.

– Ну и слух у вас.

– Всё детство провела в лесу с отцом. Лес для меня дом родной, ребята.

– Теперь мы понимаем, что вы знающий человек, старший сержант. Умеете хорошенько прятаться от посторонних глаз, – проговорил Олег.

– Меня зовут Рита. Не говорите моё имя никому, пожалуйста. Надеюсь, враги, наверное, не скоро узнают обо мне и не будут охотиться за мной. – Посмотрев по сторонам, Рита продолжила беседовать с разведчиками: – Ребята, наверно, вы были в тех местах, где были убитые вражеским снайпером наши солдатики?

– Да, были, но, откуда он стрелял, мы не могли засечь. Притом мы старались устроить засаду, но он как-то наши планы узнавал и уничтожал. В этих засадах погиб мой друг, – ответил Виктор.

– Вы обговаривали эти засады с кем-нибудь?

– Да, с лейтенантом, а он с капитаном.

– Понятно.

– Значит, так, сейчас мы обсудим завтрашнюю вылазку на нейтральную полосу. Об этом, кроме вас и лейтенанта, знать никто не должен. Позови лейтенанта, – попросила Виктора Рита.

Виктор встал и подошёл к землянке:

– Товарищ лейтенант, выйдите из землянки.

– Сейчас, товарищ ефрейтор… Иду!

Выйдя из землянки, лейтенант шибко был удивлён такой маскировке совещания.

– Это что за совещание у всех на виду?

– Хватит тут, лейтенант, нести громкую пургу. Присоединяйтесь к нам. Ложитесь напротив меня и не шевелитесь, вам не впервой лежать на животе, а я составлю вам лёжа компанию.

– Вам не надоело из меня делать глупого мальчика? У меня несколько выходов в тыл врага.

– А при Зине были выходы?

– Конечно, были, только языка в последний раз застрелил снайпер.

– Понятно. Игорёк, давай оговоримся, что этот разговор останется на этой высоте.

– Какой я тебе Игорёк?..

– Да ладно, Игорёк, хватит тебе супить брови и показывать, что ты законник, ты ж нормальный человек!

– Ладно. Что мне докладывать капитану?

– Ничего особенного, что я работаю с двумя разведчиками на переднем крае. Ведь это правда, притом самая настоящая.

– Хорошо.

Рита, не вставая, передвинулась так, что уже лежала напротив широких плеч лейтенанта и издалека не было видно, сколько их там, да и, подойдя ближе, тоже не сразу можно было это понять.

– Можно я буду вас звать сейчас Игорем?

– Конечно, нет!

– Почему?

– Как это будет выглядеть при подчинённых?

– А никак. Я ж не собираюсь вас звать при подчинённых Игорем, понимаю, что мы в разных весовых категориях, я солдат, а вы офицер.

– Вот здесь вы правы.

– Я ведь чувствую, что вы не против перейти на дружеский тон.

– Да потому, что я офицер!

– Ну и что? Знаете, лейтенант, вы никогда не наладите отношения среди своих бойцов, если будете каждый раз козырять, что вы офицер.

– Ладно, давайте будем на «вы».

– Я ж не собираюсь вас называть на «ты» при других бойцах или при начальстве.

– Я понял, Рита.

– У меня просьба: при других бойцах и даже при командирах меня по имени не называйте и попросите, пожалуйста, капитана, чтоб и он не называл.

– Хорошо.

Вдалеке показался капитан Сергеев с каким-то офицером. Увидев, что они направляются к ним, Рита по-пластунски исчезла с этого возвышения и залегла недалече. То же самое сделал и Виктор.

– Скажите, что я на передке, а где – не знаете.

– Врать начальству плохо.

– Ничего страшного. Вам надо, чтоб я уничтожила снайпера, или?..

– Надо.

– Тогда давайте придерживаться нашего плана.

Пока они обменивались фразами, гости подошли к ним. Лейтенант как будто бы беседовал с разведчиком Олегом. Майор и капитан поднялись к ним.

– Лейтенант, что вы здесь делаете?

– Я, товарищ капитан, с разведчиком уточняю, откуда убивал наших солдат снайпер.

– Почему здесь?

– Потому, что в землянке очень душно.

– Вы не знаете, где сейчас находится наша общая знакомая?

– Нет, не знаю. Она с разведчиком ушла на передний край.

– Немедленно найти её, и пусть придёт в землянку к лейтенанту, – отдал приказ майор.

Весь разговор слышала Рита. Незаметно она с разведчиком Виктором перебралась на опушку леса.

Она уже не слышала, как из себя выходил майор. Он надеялся управиться за пару часов, а не выходило. Тем временем Олег видел, как Рита и Виктор ползли в сторону опушки, и через полчаса он присоединился к ним, и они сидели втроём и разговаривали.

– Я не знаю, кто он, но он не тот человек, за которого выдаёт себя, – начала разговор Рита о том майоре, который пришёл с капитаном Сергеевым. – Я сейчас нарисую его физиономию, и ты, Олег, отдашь подполковнику Астапенко, только ему, больше никому. И, Олег, пожалуйста, постарайся не попадаться на глаза связистке Зине.

– Хорошо, товарищ старший сержант.

– Мы с тобой рванём на передний край, по пути зайдём к тебе во взвод и поговорим с ребятами, – сказала она Виктору.

– Зачем?

– По пути всё расскажу. Времени нет, Вить. Пошли.

После всех распоряжений Олег направился тайными тропами к полковнику, а Виктор и Рита во взвод лейтенанта. Придя к солдатам, она зашла в землянку в капюшоне, надетым на голову так, чтобы они не смогли срисовать её физиономию.

– Я не могу вам приказывать, ребята, но вашему лейтенанту, скорей всего, грозит большая опасность, да и ротному.

– Откуда вы знаете, товарищ старший сержант?

– Немного в людях разбираюсь.

– Может, и разбираешься, зато ты нам не нравишься, – с угрозой проговорил сержант по имени Сергей.

– Стоп, мальчики, давайте вы не будете шуметь так громко, и резких движений рук не делайте.

– Чего?.. Ты что, такая борзая у нас? – напирал тот сержант.

Он попытался привстать со стула и своими руками напугать девушку, но почувствовал в промежности острое.

– Сержант, давай не будем размахивать своими клешнями. Я вижу, мальчик, ты сидел и там набрался уголовных привычек – своим авторитетом убеждать мирных товарищей.

– Извините, товарищ старший сержант, – сказал тот, опуская свои глаза на свою промежность.

Там был приставлен нож с кривым лезвием.

От такой наглости сержант стоял, хлопал глазами и боялся теперь пошевелиться. И другие солдаты побоялись пошевелиться.

Открылась дверь, и в землянку вошёл полковник Астапенко.

– Отставить, старший сержант, что происходит? – спросил он Риту.

– Наши мальчики решили поиграться в разбойников.

Полковник произнёс:

– Что произошло? Просто так ты бы весточку не присылала.

– Пусть все выйдут, товарищ полковник, кроме Виктора, а вы, Олег, присмотрите за друзьями.

– Не надо за ними присматривать, там присмотрят мои люди, – вставил полковник.

– Тогда ещё лучше.

– Капитан, пусть бойцы будут вместе при оружии.

Все, кто находился в землянке, вышли наружу, кроме Виктора и Олега.

– Произошло. У вас такой майор есть с такой физиономией?

– Ты знаешь, с таким именем есть, но физиономия Другая.

– Значит, по мою душу прибыл! Давайте его живого возьмём.

– Как это сделать без стрельбы?

– Очень просто. Олег прибежит к лейтенанту с плохим известием, что присланный снайпер подорвался на собственной лимонке.

– Он может не поверить.

– Пусть не верит, это и хорошо. Ему надо будет убедиться, а вот Виктор с сержантом возьмёт Зиночку.

– Почему её?

– Она старшая в этой группе, а не майор. Старший не будет подвергать свою жизнь под удар всей законспирированной группы.

– Вы правы.

– Сержант, зайдите, пожалуйста, в землянку, – сказал полковник.

– Слушаюсь!

Зайдя в землянку, он думал, что его арестуют. Но услышал такое распоряжение:

– Сейчас с ефрейтором пойдёте в землянку капитана. Поможете Виктору в его задании, он старший. Я понимаю, что вам придётся выполнять распоряжение младшего по званию, но он старший при этом задании.

– А что надо будет делать?

– Ефрейтор всё объяснит. Да, капитан из роты охраны с двумя бойцами будет страховать вас. Поняли?

– Поняли.

После утряски всех мелочей бойцы разошлись выполнять распоряжение полковника.

Виктор с сержантом Сергеем подходили к землянке капитана Сергеева. Через приоткрытую дверь было слышно, как Зина флиртовала с ним.

– Сержант, вам её взять за шею, смотрите голову только не сверните. Без моего сигнала ничего не предпринимать. Сигнал – сниму пилотку. Если, кроме них, будет кто-то ещё, ничего не предпринимайте.

– Слушаюсь, командир!

– Хватит ёрничать, сержант.

После этих слов они постучали в дверь.

– Можно, товарищ капитан? – спросил Виктор.

– Заходите, ефрейтор.

– Товарищ капитан, на переднем крае ЧП, подробностей пока не знаем.

– Ясно, почему они не позвонили?

– Майор пока запретил. Хочет убедиться, что за причина ЧП на переднем крае.

В это время сержант маленькими шагами подошёл к Зине. В это же время Виктор снял пилотку. Быстрым движением сержант обхватил Зину за горло так, чтобы она не смогла ухватиться за воротник зубами.

Одной рукой держал Зину за шею, второй рукой – её руки за кисти.

– Сержант, немедленно отпустить связистку!

В это время в землянку вошёл капитан и два солдата из роты охраны.

– Капитан, не лезьте в задержание шпионки, – сказал он.

Подойдя к ней, капитан оторвал воротник с ампулой с цианистым калием. Расстегнул кобуру и достал наган. После этого он взял её руки и завёл ей за спину.

– Ну что, красавица, ты думала нас водить за нос ещё долго? С кем ты ещё здесь поддерживаешь связь?

– Пошёл вон.

– Я-то пойду, только с тобой, красавица.

– Посмотрим, что из этого выйдет.

Выйдя из землянки, два солдата конвоировали девушку до машины. Посадив в машину на заднее сиденье и сев по бокам, солдаты дожидались капитана.

– Капитан, хорошо, что не помешали проведению операции. Надеюсь, вы будете осмотрительней… – сказал капитан из службы охраны капитану Сергееву.

– С кем?

– С судьбой!

– Теперь понял!

– Ребят не наказывайте.

– И не собирался этого делать!

– Товарищ капитан, у старшего лейтенанта на переднем крае ЧП, только что передали.

– Что за день сегодня ЧП за ЧП!

– Рядовой, спроси, кто у аппарата?

– Рядовой Константин.

– Где все?

– Все ушли на передний край, узнавать, что произошло.

– Говорят, снайпера убило.

– Майор с ними?

– Да.

– Тогда я поехал к себе, шпионку отвезу и доложу, что убита снайпер.

– Доложите, пожалуйста, товарищ капитан.

– Обязательно доложу.

Разведчики, которые были в землянке капитана, уже двигались в своё подразделение.

Машина тронулась и поехала в расположение, где находилась батальонная гауптвахта.

В это время немецкие наблюдатели увидели такую картину: по траншее двигалась какая-то делегация. Они хотели обстрелять, но вдруг они среди участников группы увидели своего человека, переодетого в советскую форму майора НКВД.

– Не стрелять!

– Что случилось?

– Там наш человек, может погибнуть. Отменить выстрелы!

Но было поздно, первый залп был произведён, за ним второй, а третьего почему-то не было. Кто был в этой делегации, быстро спрятались в землянке. Все сидели молча минут десять.

Через пять-десять минут после обстрела миномётами по траншее люди зашевелились. Начали потихоньку передвигаться то в одну, то в другую сторону.

Немецкое руководство было сильно напугано, что по их вине погибнет их разведчик. На самом деле майор отсиделся у взводного землянке.

– И где же сейчас лежит виновник вашего несчастья, товарищ старший лейтенант? – стал выспрашивать он.

– Сейчас он находится возле землянки, куда мы отправляем раненых или убитых после обстрелов и боёв.

– И где он лежит?.. – В голосе ряженого майора прозвучало раздражение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.