Потерянная Дриада
Дочь леса при дворе людей
Анна Хруппа

Осознание своей двойственной натуры может оказаться как благословением, так и проклятием.

© Анна Хруппа, 2025

ISBN 978-5-0068-0990-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Уютный зал в углублении старого древа Энт был насыщен ароматом смолы и свежих листьев, а свет, пробивавшийся сквозь густую листву, утопал в зелени, создавая игру тени и света. Здесь, среди ветвей, словно в уютном гнезде, оживленно переговаривались между собой молодые дриады, облаченные во всевозможные оттенки зелени и золота.

Одна из них, что выглядела чуть старше, с улыбкой на устах коснулась коры могучего древа, и на мгновение замерла, впитывая его мудрость.

– Вы знаете, – вдруг произнесла она, – когда я была молодой, этот лес наполняло что-то сродне старым чудесам. Мы могли слышать шепот деревьев и разговоры птиц. Каждое существо имело свою судьбу, связанную с нашей.

– А что же теперь? – спросила одна из дриад, вдохновленная словами старшей.

Элирна – именно так и звали одну из старших дриад, что решила вспомнить в этот час былое, хотела ответить, однако была прервана той, чье долгожданное появление изменило атмосферу зала.

Она вошла с легкостью, как будто сама вела за собой мелодию, звуки которой окутывали всех присутствующих густым ароматом незабудок и свежести. Длинные волосы струились по ее спине, как водопад, а глаза сияли такой искренней надеждой, что все мысли о предстоящем торжестве ускользали в тень.

– Здравствуй же, Великая из Дриад! – раздались голоса по залу, словно эхом отзываясь о величии ее присутствия.

Та, чей титул переносился из уст в уста, была облачена в полупрозрачное шелковое платье, а золотые кудри украшал пышный венок из красных роз.

Под оживленный шум молодых дриад она неторопливо подошла к двум украшенным защитными талисманами колыбелям. Взгляд ее наполнился нежностью, а сердце, словно птица, забилось чаще от трепетного чувства материнства. Очарование младенцев притягивало, словно магия, не позволяя отвлечься на шумные разговоры и смех.

Внезапно голоса в помещении стали громче, а со стороны входа в древо послышались шаги. Секунда, словно щелчок, и легкая улыбка скользнула по бледному лицу золотоволосой дриады. Она резко развернулась, и ее глаза, светившиеся как звезды на ночном небосклоне, встретили контур фигуры, выходящей из тени.

Вечернее освещение, проникающее сквозь ветви старого древа, создавало причудливые узоры на полу, подчеркивая напряжение в воздухе. Каждый звук казался подчерком к тихой симфонии, что играла в сердцах присутствующих. Смех и шепот уступили место предвкушению, а все взгляды устремились в сторону входа, где темная фигура начала обрисовываться в контуре света.

– Кто это? – спросила одна из молодых дриад у старшей Элирны, однако ее голос прозвучал едва заметно, как если бы сам зал затаил дыхание.

Золотоволосая дриада сделала шаг вперед, притягивая взгляды, словно магнитом. В ее глазах искрился интерес, смешанный с осторожностью. На мгновение мир вокруг них замер, заставив задуматься всех присутствующих о том, что этот незнакомец может стать ключом к желаемым ответам.

– Я рад нашей встречи, Великая из Дриад! – сказал гость, склоняясь в легком поклоне, который отражал не только его уважение, но и тайное восхищение, умножающееся с каждой частью ее грациозной фигуры.

Вокруг них витала атмосфера, насыщенная торжеством и загадкой, как будто сама природа приветствовала это мгновение.

– Не думала, что вы все же придете, принц Андрион. Как же запрет вашего отца?

Принц Андрион чуть усмехнулся, мерцание огней в зале отражалось в его глазах, придавая им загадочный блеск.

– Не мог же я пропустить наречение имени нашей дочери, моя дорогая королева Ванора.

Золотоволосая удивленно вскинула брови, в ее глазах отразилась искорка любопытства.

– А кто говорил, что вы будете в этом участвовать? Лишь мне дано право наречь будущую владычицу этих земель. Принцесса дриад, чье имя должно вдохновлять и внушать доверие, станет символом надежды для всех. В моем сердце уже зреет это имя.

На светлом лице юного принца отразилась тень боли от воспоминаний прошлого. Однако он уже давно обучился искусству преобладания разума над чувствами. И потому спрятал все многочисленные эмоции в темный сундук израненного сердца.

– Позволь хотя бы присутствовать в этот момент, Ванора, прошу тебя!

Строгое выражение лица правительницы дриад неожиданно смягчилось. Она заглянула ему в глаза – и в их синеве увидела все ту же любовь, что согревала ее когда-то.

– Я награжу вас великой честью! – произнесла торжественно золотоволосая, отступая от колыбелей. – Будущий правитель Расшаны, вы не смеете решать судьбу принцессы, однако сегодня я дозволяю вам наречь именем дриаду, что родилась в один день с нашей дочерью!

Правительница дриад, заметив смущенный и удивленный взгляд принца Андриона, устремленный на колыбели, незаметно коснулась его руки. От внезапного и мимолетного прикосновения по телу принца, что было скрыто от лишних глаз за черным бархатным одеянием, пробежала легкая дрожь.

– Какое имя будет суждено носить нашей дочери?

Золотоволосая правительница дриад с особой нежностью прикоснулась к младенцу, чьи изумрудные кудри уже выбивались из-под белоснежного чепчика. В зале воцарилась торжественная тишина.

– О, как трепетно шепчут листве зеленые ветви, как возвышенно звенят ручьи, что питают корни благородных деревьев! Ты, дух леса, будь ее защитником, ее проводником в царство теней и света. В каждом шорохе, в каждом прикосновении ветра пусть чувствует дитя твою мощь, твое дыхание, наполняющее мир жизнью. Знай же, дитя, что дарую тебе не только место в своем доме, но и в самом сердце древнего леса! Как цветок раскрывает свои лепестки навстречу ласковым лучам, так и я открываю тебя миру! Пусть ветер унесет слова мои в бескрайние моря, пусть они дойдут до тех, кто готов услышать. Насколько глубоко укоренены мы в этом мире, настолько же крепка да будет наша связь, о нареченная среди дриад, света и тени – Ирис!

Слова, хоть и прозвучавшие достаточно громко, не нарушили сон двух прелестных созданий. Тихое сопение в один момент сопроводилось завыванием холодного ветра меж щелей древа. Луна, выглянувшая из-за облаков, осветила их нежные черты, заставляя даже тени танцевать в ритме ночи.

Зал подхватил имя младенца, и волна радости быстро облетела пространство. В воздухе витал легкий трепет, словно само время остановилось, ожидая, что же произойдет дальше. Отголоски восторгов и шепотов сливались в единый хоровой звук, создавая атмосферу волшебства.

– Ваша очередь, принц Андрион, – произнесла Великая из Дриад после минутного молчания, глядя на него с теплотой, которая отражалась в ее глазах.

В наступившей тишине зала раздавался лишь трепетный шепот мелодий, что кружили в воздухе вальсом незримых фей. Младенец, завернутый в мягкую ткань, мирно спал, едва ли догадываясь о торжестве, которое происходило вокруг него.

Андрион взял паузу, чтобы позволить своим мыслям уловить нарастающее значение момента. Имя, что он произнесет, станет не просто ярлыком, а целой судьбой для маленькой жизни. Он вспомнил о предках, о тех, кто носил великие имена, и о том наследии, которое тяготеет над ним.

Принц, сделав еще один неуверенный шаг вперед, взглянул на двух младенцев. Его сердце, заколотившись, замерло от непривычного чувства. Как мог он, наследник короны, оказаться здесь, в подобном моменте тишины, когда вокруг его страны разразились войны и интриги? Дети, не знавшие ни горечи, ни страха, казались воплощением надежды и чистоты. Их легкое дыхание напоминало принцу о том, что, несмотря на мрак, существует свет.

Он склонился ближе, чтобы рассмотреть их лица, беззаботно погруженные в сон. Один из младенцев, с огненной прядью волос, улыбнулся во сне, и принц не смог сдержать улыбку в ответ. Он вспомнил, как в его детстве мечтали о мире, где не было бы ненависти и страха. В этот момент он осознал, что именно ради таких мгновений стоит бороться и жить.

Видя их невинность, принц задумался о своем предназначении. Как он мог принести им покой, если из-за его необдуманных действий над королевством стояла угроза? Ответы приходили и уходили, а беспокойство нарастало в груди. Внезапно он понял, что эти младенцы – символ будущего, которое он не мог позволить себе потерять. Принц дотронулся до той маленькой дриады, что разделила день рождения с его зеленоволосой дочерью.

– Во имя силы древа и старого леса, во имя Солнца и Дождя, дарующих жизнь, мы собрались под сводами зеленого святилища, где шепчет ветер, а листья шубой укрывают землю, чтобы стать свидетелями рождения нового имени, что принесет свет надежды и добрые перемены. Я – принц королевства Расшана, нарекаю тебя, юная дриада, Лилией и дарую место в этом мире!

Дриады подхватили имя Лилия, передавая звонкими голосами по залу.

Правительница дриад, растроганная общим торжеством, металась между чувством гордости и старой болью в сердце.

«Прикоснуться ли к нему?» – лишь на миг подумала она, однако тут же сдержала свой внезапный порыв.

«Будут ли они счастливее нас?» – спросил себя будущий правитель Расшаны, с неподдельной теплотой продолжая наблюдать за двумя младенцами и с грустью понимая, что это, возможно, их последняя встреча. Прощаясь с ними безмолвно, он словно отпускал частицу себя, обретая внутреннюю силу в признании неизбежности.

– Да будут благословенны Ирис и Лилия! – внезапно воскликнула старшая дриада Элирна, прерывая голоса остальных.

Собравшиеся дриады переглянулись. В их сердцах разгорелось чувство единства. В этот момент они поняли, что их судьбы переплетены с судьбами юных дриад, как ветви могучих деревьев сплетаются между собой. Они мгновенно потянулись толпой к колыбелям, стремясь внимательнее рассмотреть крошечных младенцев. Едва принц Андрион успел отступить, внезапно, как из ниоткуда, у выхода донесся грохот, подобный бурному железному громовому раскату.

Грозные звуки сотрясали воздух, отзываясь глухим эхом, словно предвестник невыносимой боли, проникающей в самую глубь сознания. Поток эмоций захлестнул дриад и их правительницу, смешав любопытство с тревогой, когда недостаток ясности наполнил пространство щемящим ожиданием…

– Ты… – промолвила одними губами Великая из Дриад, обращаясь к той черной тени, что возникла в проходе, словно призрак из иных миров.

Часть Первая

Лес – это дом для тех, кто верит в магию любви, и дриады – его хранительницы.

Молодая дриада, проснувшись, распахнула глаза. Внезапное и острое ощущение опасности кольнуло ее в сердце. Наяву она пребывала на залитой солнцем поляне, усыпанной благоухающими маками. Осторожно приподнявшись, дриада окинула взглядом окружающее пространство.

«Говорила же тетушка Элирна не гулять одной по маковому полю», – мелькнуло у нее в голове.

Вдруг из-за пышных кустов донесся явственный шорох, нарушивший тишину. Мгновенно вскочив на ноги, дриада приготовилась к обороне. Сердце застучало в груди, как набат.

Не дожидаясь появления того, кто нарушил тишину, она направила пыльцу мака в сторону надвигающейся угрозы. Легкие, как дыхание ветра, частицы закружились в воздухе, озаренные последними лучами заката. Каждая крупинка, словно крошечный огонек, несла в себе древнюю магию, способную удержать тьму на расстоянии. Лес вокруг замер, будто прислушиваясь к шепоту природы, а сама дриада, подобная изваянию из мрамора и листвы, стояла неподвижно, ее глаза горели решимостью. Пыльца, танцуя в воздухе, превратилась в завесу, тонкую, но непреодолимую.

– Не так я воображал нашу встречу после долгой разлуки! – раздался голос, и из густых кустов вышел юноша с золотистыми кудрями

Его взгляд, полный недоумения и легкой грусти, скользнул по окружающему пейзажу, будто ища в нем ответа на невысказанные вопросы. Ветер играл его волосами, а тени деревьев, словно старые знакомые, обнимали его фигуру, подчеркивая внезапность и неожиданность этого момента.

Дриада, опомнившись, слегка взмахнула рукой, словно отгоняя невидимого противника. Пыльца, едва начав свой путь к юноше, была отброшена щелчком пальцев, коснувшись пролетавшей мимо радужной бабочки. Та, словно убаюканная негой, медленно опустилась на землю.

– Лазар! – воскликнула дриада, ее голос разнесся по лесу, как легкий бриз, касающийся водной глади.

Несколько раз взмахнув своими длинными ресницами, она залилась нежным румянцем, что был похож на лепестки роз, только что распустившиеся на утреннем солнце.

– Как некстати такой боевой дриаде столь яркий румянец! – рассмеялся молодой человек с луком за спиной.

– Не всем дано быть безразличными к тому, что происходит вокруг, – ответила она, стараясь убрать смущение, проскользнувшее в ее голосе. – Возможно, это и хорошо – чувствовать, а не просто выполнять приказы.

Лазар, откинув назад полы своего изношенного плаща, уверенно направился к молодой дриаде. Его шаги были быстрыми и решительными. Она же с радостью подалась навстречу и оказалась в крепких теплых объятиях. От юноши с ярко-зелеными глазами исходил незабываемый аромат, так ярко напоминавший смесь молотой корицы и лимонной цедры.

– Я скучал, Лилия, – прошептал он, и взгляд его, пронзительный и неотрывный, словно пытался запечатлеть каждую черту ее лица, чтобы навеки сохранить в глубинах памяти.

Осторожно отодвинув прядь огненных волос, юноша пробудил в ней вихрь чувств, сокрушительный и неотвратимый. В миг, когда его веки сомкнулись, а губы слегка приоткрылись, будто в поисках незримой близости, казалось, он стремился к тому, что лежит за гранью слов, – к слиянию душ, к вечности, заключенной в одном дыхании.

Почувствовав эмоциональный напор, дриада вздрогнула.

В последний миг перед поцелуям Лилия успела увернуться, слегка щипнув юношу за щеку. Он замер, удивленный ее игривостью, а в глазах его вспыхнул огонек, смешанный с легкой досадой.

– Характера тебя не занимать, грозная дриада! – улыбнулся Лазар, любуясь ее вновь вспыхнувшим румянцем.

Лилия рассмеялась, дразня юношу, плавно покачивая бедрами. Ее тонкое платье из зеленой, почти воздушной ткани струилось вокруг стройного стана, а из-под волос выглядывали длинные, заостренные уши, словно намекая на ее неземную природу. Смех ее звенел, подобно серебряному колокольчику, и казалось, что сам воздух вокруг нее трепетал от магии. Она шагнула вперед, и платье мягко колыхнулось, обнажая стройные ноги в изящных сандалиях.

– Ты так забавно краснеешь, – прошептала она, приближаясь к юноше, который явно терял дар речи. Ее глаза, яркие, как изумруды, сверкали игриво, а на губах играла едва уловимая, но манящая улыбка.

– Я… – начал он, но слова застряли в горле.

Лилия наклонилась к нему, и ее дыхание, теплое и сладкое, коснулось его щеки.

– Не бойся, – прошептала она. – Я не кусаюсь… если ты сам не попросишь.

И снова ее смех, легкий и звонкий, наполнил пространство, заставляя сердце юноши биться все быстрее.

Только он собрался ответить, как слева от них, из-за деревьев, распугивая белых птиц, укрывающихся в розовых кустарниках, вышли две дриады.

Услышать их приближение заранее было невозможно. Они ступали тихо и осторожно, словно скрытые хищницы, выжидающие момент, чтобы напасть.

Первая из них, с удивительной цветочной диадемой на голове, сверкающей золотыми бликами под лучами солнца, метнула на Лазара взгляд, исполненный чувства недоброжелательства.

Вторая, с луком, выглядывавшим из-за ее хрупкой спины, обратила все свое внимание лишь на Лилию, которая, стыдливо опустив голову, пыталась скрыть задорную улыбку, что так и пыталась пробиться к свету.

– Не ожидала вас здесь увидеть, принцесса Ирис, – произнесла растеряно Лилия.

Лазар, томимый неловкостью, словно пленник, не поднимал глаз к дивным дриадам, стараясь сосредоточиться на белом маке, плавно пробивающимся между алыми собратьями.

Принцесса Ирис же, охваченная удивлением от слов огненно-рыжей дриады, приподняла тонкие брови цвета летней листвы.

– Опять ты пренебрегаешь запретом на встречи с ним, Лилия! Сколько еще раз я должна повторять? Тебе невероятно повезло, что сейчас именно я нахожусь здесь вместе с Дэйли. Иначе этот разговор мог бы принять совершенно иную форму!

Дэйли, дриада с кожей цвета спелого абрикоса, стояла в безмолвии, ее большие, пытливые глаза, словно два озера, отражали все происходящее вокруг, впитывая каждый миг с тихой, почти неземной сосредоточенностью.

– Я достаточно осторожна, моя принцесса. Вы ведь знаете, он никогда не посмеет причинить мне вреда, – произнесла Лилия, ее голос, словно шелковый шепот, окутал все маковое поле мягкой уверенностью.

Принцесса Ирис, словно не замечая Лазара, обошла Лилию по кругу. Ее взгляд, острый, как орлиный, уловил бабочку, нашедшую покой на маковом цветке. Тонкая губа ее дрогнула, будто в мимолетной усмешке.

– Ну хоть уважению к природе тебя смогли научить, – с едкой усмешкой произнесла Ирис, ее слова, словно острые иглы, вонзились в тишину, оставляя после себя легкий, но ощутимый след.

Во взгляде Лазара мелькнул суровый гнев, который, однако, он сумел сдержать в себе.

Лилия лишь и смогла, что в смирении склонить голову. Она не смела перечить принцессе перед Лазаром. Не здесь и не сейчас.

Принцесса Ирис, словно не замечая разгоревшихся эмоций вокруг, устало вздохнула и, обернувшись к Дэйли, произнесла:

– Вернемся к старому дереву, под его раскидистой кроной мне хотелось бы отдохнуть.

Взглянув многозначительно на Лилию, она изящным жестом руки обозначила путь, скрывающийся среди кустарников.

– Прошу, дай нам минуту! – с умоляющим взглядом произнесла Лилия, пренебрегая официальным обращением.

Принцесса Ирис скептически покачала головой, выразив тем самым свое отношение к подобным играм, и плавно, будто плывя по воздуху, скрылась за цветущими кустами. Молчаливая все это время Дэйли внезапно раскатисто захихикала, абсолютно не сдерживаясь в своем неожиданном порыве, одновременно со смехом последовав за своей принцессой.

Оставшись наедине с Лилией, Лазар сделал осторожный шаг ей навстречу, словно боясь нарушить хрупкую тишину, повисшую между ними. Взгляд его, полный невысказанных слов, скользнул по ее лицу, ища ответа, который она, быть может, еще не готова была дать. Воздух вокруг них сгустился, наполнившись незримым напряжением, и каждый миг, казалось, длился вечность.

– Я намереваюсь задержаться здесь еще на пару дней, перед тем, как уйти глубже в лес на охоту. Ты знаешь, где меня можно будет найти, – сказал он, после чего нежно коснулся ее щек, оставив на них легкий поцелуй.

На устах Лилии заиграла едва заметная, но согревающая душу улыбка.

– До скорой встречи, Лазар.

Дриада, не сказав больше ни слова, исчезла среди пышных кустов, наполненных ароматом жасмина.

***

За окном солнце медленно скатывалось к горизонту, окрашивая небосвод в неземные оттенки. На землю, по велению свыше, спускались мягкие тени. Вечер, словно искусный художник, плел на небесном полотне восхитительные бледно-розовые узоры, нежно касаясь красками каждого облака.

Лилия, спеша на святой праздник совершеннолетия, что по древнему обычаю происходил под сенью старого дерева, подошла к черненному зеркалу. В его бездонной поверхности она узрела отражение своего волнения и радости, смешанных с легкой тревогой о грядущем взрослении. Зеркало, словно хранитель тайн, отражало не только облик юной дриады, но и ее мечты, надежды, и тот трепет, который охватывает сердце перед новым началом.

– Интересно, какие сюрпризы приготовил мне сегодняшний вечер? – произнесла она вслух, сразу же удивившись подобному вопросу, что созрел у нее в голове.

Отбросив прочь все свои странные мысли и взглянув на песочные часы, стоявшие на маленьком пеньке, она невольно воскликнула:

– Совсем опаздываю! – критично оценив себя еще раз, Лилия вышла на улицу, где мир, бурлящий жизнью, ждал ее.

Ее дом, уютно расположившийся под величественными ветвями могучего дуба, словно впитал в себя силу векового дерева. Молодое поколение дриад, восстав против некоторых устоявшихся традиций, с завораживающим любопытством переняло некоторые комфортные привычки людей, открыв для себя что-то новое. Крошечные, но очаровательные домики были частью этого бунта.

На зеленой дорожке, проложенной между тенистыми лесными тропами, легли последние, прощальные солнечные лучи, окутывая все мягким светом. В вечернем небосводе, среди густоты облаков, можно было заметить несколько блуждающих звезд,

Лилия, с наслаждением вдохнув аромат древнего леса, будто погружалась в его таинственное обаяние. Воздух напоминал о забытых легендах, а листья, кора, плоды, мох и древесные смолы, как родные ноты, звучали в унисон с ее сердцем, создавая мелодию, которой не было нигде больше.

«Интересно, какие ароматы можно почувствовать в мире людей?» – промелькнула мысль в ее сознании.

Чуть поодаль раздавался звучный смех множества дриад, словно хоровой звон, который рассекает тишину. В воздухе витали искры радости и веселья, источаемые их легкими, как пена, голосами, каждое проявление которых словно отблеск лунного светила, что играет на поверхности озера. Их смех был мелодией леса, симфонией, переплетенной с ветерком, осторожно колеблющим листву и приносящим с собой таинственные шепоты древних деревьев.

– Лилия! Присоединяйся к нам! – хором воскликнули дриады, маня ее в волнующий хоровод вокруг костра, который ярко полыхал алыми языками пламени.

Зачарованная голосами сестер, она сделала шаг вперед, ощутив тепло огня и магию того момента. Дриады кружились в танце, их длинные волосы развевались, подобно лианам, от венков на голове исходил яркий цветочный аромат, а в глазах сверкал задорный огонек.

Лилия присоединилась к ним, чувствуя, как все горести и тревоги о будущем уносятся прочь. Каждый шаг в танце напоминал о ней самой, о том, кто она есть на самом деле.

Вокруг костра плясали мистические изумрудные искры, сплетая яркие образы в темноте, словно мельчайшие звезды, что падают с небес. Лилия, с легкой улыбкой на губах, вспоминала каждый день в этой сказочной реальности. И, несмотря на то что внешний мир за пределами их дома был полон горестей и невзгод, здесь – среди дриад и магии – она жила по-настоящему. Сейчас, именно в этот момент, праздничный костер и есть то самое священное пространство, где ее душа могла свободно парить, отрываясь от чужой, неизвестной реальности. Этот вечер, полный волшебства, стал символом ее преображения, даруя надежду и уверенность в том, что счастье возможно только здесь и сейчас.

– Эй, Генри, играй громче! – засмеялась одна из юных дриад, чье лицо было сплошь усыпано маленькими родинками.

Генри, молодой и довольно симпатичный мужчина с лютней в руках, сидел чуть поодаль на старом пне в тени, весело перебирая длинными пальцами струны.

– Как скажешь, моя прекрасная Лира! – ответил он весело хохочущей дриаде, что весело кружилась в хороводе с сестрами.

Поймав улыбку поцелованной солнцем дриады он заиграл мелодию, которая отражала беззаботность этого момента. Струны лютни звенели так, будто сами деревья откликались на его игру. Каждая нота, словно капля росы, падала на землю и поднимала в воздух аромат леса, наполняя атмосферу чарами дриад.

Дриады, танцуя под его музыку, закружились быстрее, их длинные платья из листьев и цветов развивались в воздухе, как будто они были частью самого леса. Некоторые из них бросали взгляды на Генри, и в их глазах играло веселье.

– Генри, ты словно сам лес оживляешь! – закричала одна из дриад, ее голос лился в воздухе, как ручей. – Продолжай, не останавливайся!

Генри, вдохновленный их восторгом, начал импровизировать, придавая своей музыке еще больше силы и тембра. Вечер стал медленно перетекать в ночь, но в этом волшебном лесу время будто бы остановилось, и веселье продолжалось, не оглядываясь на заботы внешнего мира.

– Юные сестры, не забывайте, зачем мы собрались этим вечером! – раздался вдруг неподалеку голос с легкой хрипотцой.

– Тетушка Элирна, присоединяйтесь! – задорно предложила Лилия, которую радостным смехом поддержали сестры.

– Я лишь хотела напомнить вам о нашей цели, – с улыбкой произнесла Элирна, старшая из дриад, подходя ближе к молодым созданиям леса.

Ее лицо озарилось нежным светом костра, а морщинки, словно таинственные линии на карте, будто рассказывали о прошлых заботах и радостях. Молодые дриады, прекратив свой хоровод, замерли в ожидании, и в воздухе повисло ощущение магии, присущей только таким вечерам.

– Сегодня великий вечер! – воскликнула Элирна, ударив посохом о землю, и музыкант сразу же заиграл более тихую и мягкую мелодию. – Сегодня мы, дриады, возносим хвалу тому дню, когда улыбка нашей принцессы впервые подарила нам свое тепло. В этот день дриада обрела свой дом и свое имя. Именно этот день стал днем ее истинного рождения!

Юные дриады, обменявшись взглядами, вновь взялись за руки.

– И в этот вечер, – продолжила Элирна, – мы хотим отпраздновать этот чудесный момент с радостью в наших сердцах и мелодией в воздухе. Помните, дорогие сестры, как важно сохранять тот свет и тепло, которые мы черпаем из нашей принцессы!

Юные дриады вновь взялись за руки и закружились в хороводе, поднимая руки к ночному небу, словно ища в нем отражение своей любви и надежды. Каждый их шаг, каждый звук был пронизан глубокой гармонией, которую ощущал каждый, кто находился в этом лесу.

– Пусть этот вечер станет символом нашей общей судьбы! – воскликнула вдруг Лилия, и дриады радостно закружились в ответ, а лес наполнился эхом их радости.

Костер разгорался все ярче, а тени вокруг него танцевали, подхватывая эту светлую ноту. Элирна улыбнулась, чувствуя, как все они, единые сердцем и душой, создают невероятное волшебство, напоминая, что любовь и единство дриад всегда будут рядом

«Всегда ли?» – вдруг мелькнул вопрос у старшей дриады в голове.

Она не знала ответ, но хотела верить.

– Ирис! Наша принцесса Ирис! – раздались радостные возгласы юных красавиц.

Ирис появилась из-за деревьев, и ее волосы, подобно языкам изумрудного пламени, развевались на ветру. Она шла с изяществом, будто сама природа поддерживала ее шаги, и лес вокруг озарился светом. Дриады радостно приветствовали ее, а их глаза сияли от счастья.

– Сегодня мы празднуем единство, нашу мощь! – произнесла Ирис, и ее голос прозвенел, заглушая шепот листвы.

Элирна почувствовала, как ее снова охватывает беспокойство, но не могла не улыбнуться, встретившись с пристальным взглядом принцессы.

«Сколько еще таких вечеров нам суждено провести вместе?» – спрашивала она себя, не желая разрушить эту дорогую сердцу атмосферу.

– Сегодня вы, Генри, играете с особым вдохновением, – обратилась принцесса к черноволосому музыканту, облаченному в белую рубашку с воланами.

Генри, немного смущенный ее словами, улыбнулся и ответил:

– Музыка – это язык, который не нуждается в словах. Я просто слушаю тишину между нотами. Она шепчет мне то, что нужно выразить.

Принцесса подошла ближе. Ее глаза ярко сияли, подчеркивая задумчивое выражение лица.

– Я думала, что в вашем человеческом мире музыка затерялась среди каменных стен и холодных коридоров. Но с каждым вашим аккордом я вижу, что ошибалась.

– Это волшебство, – заметил Генри, перебирая струны своей лютни, – и оно есть в каждом из нас. Нужно лишь его найти.

В ответ на эти слова Ирис лишь слегка улыбнулась и неспешно пошла прочь от молодого музыканта, который провожал ее восхищенным взглядом.

– Сегодня ты более раскованна, Ирис, – удивилась Элирна, после того как принцесса встала подле нее, наблюдая за хороводом смеющихся дриад.

В тот момент, когда Ирис повернулась к старшей дриаде, ее лицо озарилось последними лучами солнца.

– Возможно, сегодня я просто стала смелее, – тихо ответила она, продолжая наслаждаться музыкой Генри. – Эти звуки пробуждают во мне чувства, о которых я давно забыла.

Элирна удивленно подняла белые брови, но не произнесла ни слова.

Ночь уже опустилась на лес, и только звезды, похожие на драгоценные камни, сверкали на небе. Лунный свет пробивался сквозь ветви, рисуя на земле загадочные узоры, как будто сама природа творила искусство.

Утомленные от радостных танцев дриады с удовольствием расположились у костра, наслаждаясь вкусом вина, заботливо разлитого молодым музыкантом по деревянным кружкам. Сегодня он был гостем на этом празднике.

– Моя матушка не зря вас пригласила, дорогой Генри, не так ли? – смеясь, произнесла Ирис, слегка опьянев от алого напитка.

– Я бы очень хотел увидеть ее сегодня, принцесса, – с улыбкой ответил Генри, замечая ревнивый взгляд Лиры, которая сидела рядом с Лилией.

– Мы сами бы очень хотели насладиться ее присутствием, дорогой Генри. Только все нет ее да нет. Уж давно должна была вернуться в сопровождении других старших дриад.

Элирна, в это время заплетавшая косу другой зеленоволосой дриаде, с явным осуждением посмотрела в сторону принцессы.

– Ваша матушка скоро вернется, наша дорогая Ирис. Не зря же вы послали на встречу к ней свою помощницу Дэйли, – неожиданно для всех произнесла с ехидной улыбкой Лилия.

Ирис с нескрываемой злостью взглянула на нее.

– Очень зря, что я не послала Дэйли с вестью о том, что одна из нас нарушает запрет на встречи с изгнанным. Или, потерявшись в мыслях этим вечером из-за нашего общего дня совершеннолетия, ты забыла о своем проступке?

Все присутствующие дриады тут же переглянулись. Генри же, немного отойдя в сторону, решил просто наблюдать за происходящим.

– Изгнанным? – усмехнулась Лилия. – Только за что? Вот что остается загадкой!

– Возможно, ты не совсем правильно все понимаешь, Лилия, – произнесла Элирна, решив вмешаться в беседу. – Не всегда то, что кажется простым, оказывается таким на самом деле. Каждый изгнанный носит с собой свою историю, но и не все из них заслуживают нашего презрения.

– О, как вы благородны, тетушка Элирна, будто дама в человеческом дворце! – саркастически произнесла Лилия, но тут же прикрыла ладонью уста. Ведь даже она не ожидала от себя такой внезапной дерзости.

– Тебе, видимо, вино ударило в голову, раз решила вдруг заговорить в таком тоне со мной и старшей дриадой? – Ирис внезапно для всех резко встала, а между ее пальцев молодые дриады могли заметить заискрившуюся магию.

Генри, почувствовав напряжение в воздухе, решил вмешаться и разрядить обстановку. Он шагнул вперед, с лютней в руках, но его остановили два взгляда.

Старшая дриада Элирна и Лира, которая ревновала его к принцессе, смотрели на него так ясно, что все стало понятно без слов.

«Не твое это дело, Генри, вмешиваться в спор детей леса», – подумал он, отступая назад.

– Хотите напасть на ту, с кем когда-то разделили этот день? – произнесла Лилия уже без прежнего гнева. Она слегка успокоилась, почувствовав легкое прикосновение руки Лиры.

Ирис, не отпуская магию, хотела ответить, но была прервана громом, что сопровождался яркой молнией в черном небе.

Все дриады, вскочив со своих мест, устремили взгляды по направлению движения молнии.

– Что это? – спросил Генри, крепче хватаясь за свою лютню.

– Громовой зверь, – только и успела прошептать Элирна, перед тем, как яркий свет накрыл их с головой.

Часть Вторая

Порой страхи о том, кем мы можем быть, гораздо темнее, чем любой ночной кошмар.

Вихрь света унес их в другую реальность, где небо было окутано электрическими завесами, а воздух наполнился резким запахом озона. Земля под ногами вибрировала, словно гигантский механизм набирал обороты. Странные образования, будто сотканные из молний, окружили поляну, искрясь и переливаясь всеми цветами радуги.

– Ирис! – пересилив боль, которая вдруг образовалась в голове, выкрикнула обеспокоенная Лилия.

– Лилия! – принцесса дриад пыталась отыскать невидящими глазами ту, что разделила с ней праздник этого вечера.

Внезапно земля содрогнулась с новой силой. Одно из образований, ближайшее к ним, засветилось ярче, и из него вырвался луч энергии, ударивший в небо. Электрические завесы запульсировали в ответ, создавая хаотичный узор.

– Что происходит? – прошептала Лилия, хватая Ирис за руку, что успела отыскать.

– Не знаю, но мне это не нравится, – ответила принцесса, чувствуя, как холодный пот проступает на ее лбу. – Нужно это прекратить.

Ирис вырвала свою руку и, собравшись с духом, шагнула вперед, в сторону пульсирующего образования. Лилия попыталась остановить ее, но было поздно. Принцесса дриад подняла руки, словно пытаясь поглотить энергию, исходящую от молний. Ее тело начало светиться, сливаясь с сиянием.

Луч энергии, исходящий от образования, стал меняться. Хаотичные импульсы сменились ровным потоком, устремленным в небо. Электрические завесы успокоились, их хаотичный узор сменился плавными, перетекающими формами. Земля перестала вибрировать, наступила звенящая тишина.

Когда сияние утихло, Ирис опустила руки. Она выглядела измученной, но в ее глазах появилась твердая решимость.

– Кто ты?! – громко спросила она, не жалея голосовых связок.

– Дра-жай-ша-я прин-цес-са! – произнес силуэт, намеренно растягивая слова. Его очертания постепенно обретали четкость, проясняясь после ослепительного сияния.

Перед ними возникла фигура всадника, облаченного в доспехи из темного, будто поглощающего свет металла. Шлем скрывал его лицо, но из-под забрала зловеще поблескивали два красных огонька. В руке всадник держал длинное копье, острие которого испускало едва заметные разряды энергии. Рядом с ним, возвышаясь над остальными дриадами, которые сбились в испуганную толпу, стоял зверь, чья черная шерсть отливала серебром. Его рога, растущие из головы, и огромная клыкастая пасть не предвещали ничего хорошего.

– Мое имя Мордред, я посланник королевства Кальдарн. Прошу простить меня за это представление, хоть и довольно красочное. С вашей матушкой мы уже давно знакомы, – раздался голос всадника, который, казалось, был соткан из шелеста ветра и треска ломающихся костей. Он оглушил Генри, который, не выпуская из рук лютню, крепко обнял перепуганную Лиру.

– Что привело вас в наши края в такой вечер? – спросила принцесса Ирис, пытаясь подавить страх, который постепенно охватывал ее.

Мордред презрительно усмехнулся, и его громовой зверь зарычал в ответ, обнажив клыки.

– Всего лишь обещание правительницы дриад о вашей помолвке с нашим королем в этот день, – произнес он. – И, как вы видите, она его уже нарушила.

Молодые дриады обменялись взглядами, а старшая, Элирна, лишь обреченно вздохнула. Она давно все знала и помнила.

– Помолвка? – в голосе Ирис прозвучало недоумение. – Матушка никогда не говорила мне об этом. Да и с чего бы королевству Кальдарн понадобилась дриада?

– Вопросы, принцесса, неуместны, – отрезал Мордред. – Ваша мать заключила сделку, чтобы защитить свои земли. Вы – плата.

Элирна выступила вперед, отделившись от толпы.

– Это правда, Ирис. Много лет назад, когда тьма угрожала поглотить наш лес, королева согласилась отдать тебя в жены правителю человеческого королевства, чтобы обеспечить нам защиту. Она надеялась, что время изменит обстоятельства, но…

– Но у судьбы свои планы, – закончил Мордред, проведя рукой по черно-серебристой шерсти своего зверя. Тяжело ступая, он приблизился к Ирис, протягивая закованную в латную перчатку руку. – Собирайтесь, принцесса. Вас ждут. Сопротивление бессмысленно.

– Но принцессе необходимо время для сборов! – неожиданно выкрикнула Лилия.

Подбежав к принцессе, она с вызовом посмотрела на всадника.

«Что же ты делаешь, глупая?!» – возмутилась мысленно Лилия на саму себя, но виду не подала.

– Сборы? – искренне удивился Мордред. Но больше не самому факту странных сборов, а наглости молодой дриады. С неподдельным интересом он впился взглядом в Лилию, словно рассматривая диковинную бабочку, осмелившуюся сесть на его перчатку.

– Все верно, уважаемый посланник! – подхватила Элирна. – Принцессе необходимо устроить достойные проводы в замужнюю жизнь, провести важный ритуал!

– Об этом мне ничего неизвестно. Сказано привезти принцессу в ближайшее время!

– Но это часть наших традиций! Если их нарушить, я не думаю, что ваш король будет рад, что его будущая жена приедет вопреки законам, установленным как нашей общиной, так и двумя королевствами! – Элирна смотрела на посланника не отводя своего пронзительного цепкого взгляда.

Мордред на мгновение задумался, барабаня пальцами в латной перчатке по своему бедру. Красные огоньки его глаз скользнули по лицам дриад, оценивая их решимость.

– Хорошо, – наконец произнес он, – у вас есть сутки. Но помните, принцесса, попытка бегства или обмана будет расценена как объявление войны. И тогда королевство Кальдарн не пощадит никого. Мы со зверем будем ждать принцессу возле Розового озера завтра к вечеру.

Всадник отступил назад, позволяя дриадам окружить Ирис. Элирна жестом подозвала Лилию к себе.

– Ты знала? – прошептала Ирис, глядя на Лилию.

– Нет, клянусь, – ответила Лилия, – но мы что-нибудь придумаем. Мы должны!

– Посланник Мордред, что произошло с нашей правительницей и дриадами, которые сопровождали ее? – внезапно спросила Элирна, обращаясь к всаднику, который уже сидел верхом на своем звере.

– Не стоит беспокоиться, – усмехнулся Мордред. – Она вернется со всем своим сопровождением после прибытия принцессы во дворец нашего короля.

Ирис хотела было возразить на столь дерзкий ответ, но, увидев взгляд старшей дриады, поняла, что сейчас не лучшее время для споров.

– Ирис, девочка моя… – старшая из дриад подошла ближе к принцессе, как только посланник королевства Кальдарн и его громовой зверь скрылись в лесной чаще.

Она хотела прикоснуться к щеке юной принцессы, однако Ирис отшатнулась, словно от удара. Обреченность в словах Элирны, зловещая ухмылка Мордреда, пронзительный взгляд Лилии – все это сплелось в тугой узел отчаяния. Она чувствовала себя пешкой в чужой игре, где ее судьба была предрешена задолго до ее рождения.

Лилия сжала руку принцессы, пытаясь передать ей свою поддержку. Она не могла даже в мыслях допустить, чтобы Ирис, ее принцесса, стала жертвой подобного договора. Юная дриада беспокоилась за Ирис искренне, несмотря на тот конфликт, что возник между ними. Ведь они создания одного леса, одной крови.

– Мы не можем лишиться единственной принцессы, сестры! – толпа обеспокоенных дриад окружила Ирис.

– Нарушится баланс нашей силы, магии древа! – подхватила Лира, все еще находящаяся в крепких объятиях молодого музыканта.

Ирис же стояла молча. Бледная и абсолютно потерянная. Лилия смотрела на свою принцессу с неподдельным сочувствием, забыв на корню о недавних разногласиях.

– Завтра на рассвете устроим общий сбор, дети леса! И не поддавайтесь панике, дорогие сестры! – голос старшей дриады звучал твердо, как камень.

Юным дриадам не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

***

Алое зарево медленно окрашивало горизонт, изгоняя последние тени ночи. Прохладный ветерок шептал сквозь листву деревьев, неся с собой ароматы росы и полевых цветов. Птицы просыпались, наполняя воздух звонкими трелями, приветствуя новый день. Роса сверкала на траве, словно маленькие бриллианты, отражая первые лучи солнца. Цветы распускались, раскрывая свои нежные лепестки навстречу новому дню. Мир наполнялся теплом и светом.

Рассвет – это не просто начало дня, это символ надежды и новых возможностей. Время, когда можно начать все с чистого листа и стремиться к новым вершинам. Время для мечты и вдохновения.

Однако утро этого дня для многих в лесу не было окрашено в радостные тона. В поселении дриад царила атмосфера страха и нежелания принимать условия жестокого договора, заключенного их правительницей.

– Успокойтесь, дорогие мои! Соблюдайте порядок, юные девы! – Генри, по просьбе Элирны, пытался разрядить обстановку, играя на лютне успокаивающую мелодию.

– Как же можно успокоиться, Генри? – воскликнула одна из дриад, с острыми чертами лица. Ее белые волосы, словно змеи, колыхались на холодном утреннем ветру.

– Но вы же могущественные дети леса, вам не пристало сразу же поддаваться панике! – все не унимался Генри, ища поддержку в глазах Лиры.

Однако поцелованная солнцем дриада лишь отвела глаза.

– Да какие мы могущественные, дорогой Генри, – устало вздохнула она. – Наше могущество с течением времени утекло в края, откуда нет дороги назад. Без нашей королевы и ее наследницы наша сила и вовсе иссякнет.

– Но… – начал было молодой музыкант, но все споры прекратились, как только двери дома старшей дриады распахнулись.

Из дома вышла Элирна, держа за руку принцессу Ирис. На лицах обеих читалась усталость и смирение. Старшая дриада подняла руку, призывая к тишине.

– Дочери леса, я знаю, как тяжело вам принять решение нашей правительницы, но поверьте, это единственный способ сохранить наш дом. Да, мы отдадим часть нашей души людям, но взамен получим защиту и возможность жить в мире.

Дриады молчали, опустив головы. В их сердцах боролись страх и надежда. Никто не хотел, чтобы принцесса покидала родные земли, но и воевать с людьми, чьи армии становились все сильнее, тоже не было смысла.

– Ирис, наша принцесса, выйдет замуж за правителя королевства Кальдарн, – продолжила Элирна. – Это жертва, которую мы приносим ради нашего вымирающего вида, прекрасные дети леса!

– Но как же равновесие, что будет, когда наша королева Ванора уйдет в мертвые земли? – хором забеспокоились дриады.

– Наша королева еще довольно молода и сильна. Будем надеяться на милость духов леса, которые подарят новую наследницу! Ведь не так редко в наши края забредают прекрасные мужчины! – взгляд Элирны при этих словах остановился на Генри, чье лицо тут же приобрело красный оттенок.

Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь шелестом листьев. Дриады переглядывались, не зная, что сказать. Жертва Ирис, хоть и была вынужденной, казалась им слишком высокой ценой за мир.

Ирис, до этого момента молча стоявшая рядом с Элирной, шагнула вперед. Ее глаза, обычно полные озорства, сейчас были серьезными и печальными. – Я понимаю ваши страхи, – тихо сказала она. – Но я верю, что этот брак может принести пользу не только нам, но и людям. Может быть, мы сможем построить мост между двумя мирами.

Генри, все еще смущенный намеком Элирны, неуверенно прокашлялся.

– Я уверен, что все будет хорошо, – сказал он, стараясь придать своему голосу уверенности. – Вы сильны, принцесса, и найдете способ пережить это.

Элирна улыбнулась Генри и снова обратилась к дриадам.

– Будем верить в лучшее, дочери леса. Поддержим Ирис в ее нелегком пути. И будем помнить, что даже в самые темные времена надежда умирает последней.

Солнце поднялось выше, заливая поселение дриад золотым светом. Элирна подошла к Ирис и нежно обняла ее.

– Ты сильная, моя дорогая. Я знаю, тебе будет нелегко, но ты справишься. Помни, что ты не одна. Мы всегда будем рядом и поддержим тебя.

Ирис обняла Элирну в ответ, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Она понимала, что ее ждет впереди. Она понимала, что не сможет попрощаться с тем, кто был дорог ее сердцу.

«И ни с кем не поделиться, никому не поведать правду», – печальные мысли тянули ее сознание на самое дно мертвых земель.

Дриады начали готовиться к отъезду Ирис. Они собирали вещи, готовили еду в дорогу и прощались с принцессой. Генри подошел к Ирис, наблюдавшей за проплывающим по небу розово-белым облаком.

– Возьми это с собой, – сказал он, вкладывая ей в руку амулет.

Ирис улыбнулась тому, как его официальный тон в обращении к ней при всех сменился на более простой, душевный

– Интересная форма у этого амулета, что это?

– Это скрипичный ключ. Такой знак используют в нотном письме. А ноты… Это что-то вроде букв в книгах, – объяснил он ей, по-доброму усмехнувшись.

– По таким нотам можно читать музыку?

– Все верно. Я бы хотел, чтобы музыка напоминала тебе о доме, ведь я был частым гостем в ваших краях.

Ирис улыбнулась.

– А как же он… – ее глаза вдруг наполнились смертельной тоской.

– Хочешь, я сообщу ему обо всем? Ведь он будет спрашивать о тебе, искать. – поинтересовался Генри, сжав ее маленькую руку в своей.

Ирис покачала головой.

– Нет. Не надо. По крайней мере, не в ближайшее время. Пусть все уляжется. Королева скоро вернется с остальными старшими дриадами. Может, тогда…

Генри, не в силах произнести ни слова, лишь согласно кивнул головой, принимая ее решение.

Ирис, положив голову на плечо Генри, продолжала смотреть на небо, которое уже окрасилось в розовый цвет. Молодой музыкант, как старый друг, решил больше не тревожить ее разговорами, задумавшись о туманном будущем.

Ближе к вечеру показалась Элирна в сопровождении молодых дриад. Лица их были суровы и печальны. Они прибыли, чтобы проводить Ирис в далекое королевство Кальдарн. Когда процессия двинулась в путь, Генри стоял, молча наблюдая за удаляющейся фигурой Ирис.

Прощание было недолгим, но полным горечи. Ирис обняла каждую из дриад, шепча слова благодарности и надежды на скорую встречу.

– И только Лилия не пришла проститься! – недовольно констатировала беловолосая дриада в зеленом шелковом платье.

– И то верно, сестры! – подхватила другая, прикрытая только нарядом из желто-зеленых листьев.

– И на собрании утром ее не было! Не похоже это на нее, – на этот раз удивленный возглас принадлежал поцелованной солнцем Лире.

Элирна нахмурилась, услышав перешептывания. Ведь все знали, что Лилия всегда была одной из самых преданных и отважных дриад, ее отсутствие казалось подозрительным.

– Лилия приняла отъезд нашей принцессы Ирис слишком близко к сердцу! Ей нынче не здоровится, – заверила всех Элирна.

Юные дриады сразу же притихли, а Ирис лишь слегка улыбнулась, глядя на погасший костер. Он служил горьким напоминанием о том, как закончился вчерашний вечер.

– Дальше до Розового озера мы с Ирис отправимся вдвоем, – Элирна взяла Ирис за руку, сжав до легкой боли.

Угрюмые взгляды провожали Ирис, пока фигуры дриад не превратились в едва различимые точки на горизонте. Элирна молча вела принцессу по лесной тропе, и лишь тихий шелест листвы нарушал тягостное молчание. Ирис чувствовала, как с каждым шагом удаляется от дома, от привычной жизни, от человека, чье имя теперь было запрещено произносить вслух.

Когда они достигли Розового озера, Элирна остановилась. Вода в озере, как всегда, отражала закатное небо, окрашиваясь в нежные оттенки розового и фиолетового.

Мордред и его громовой зверь стояли на невысоком холме неподалеку. Всадник, лениво осмотрев принцессу и старшую дриаду, решил спуститься чуть позже, после того как они окончательно попрощаются.

– Здесь начинается твой путь в Кальдарн, – сказала Элирна. – Помни о своем долге и о своем народе. И никогда не забывай, кто ты есть на самом деле.

Ирис кивнула, сдерживая слезы. Она знала, что ее ждет впереди. Она знала, что должна быть сильной ради своего народа. Но больше всего на свете ей хотелось сейчас обернуться и убежать обратно, в лес, к той жизни, которую она, возможно, теряла навсегда.

Элирна обняла Ирис на прощание.

– Прощай, моя дорогая, – прошептала она. – Пусть духи леса хранят тебя.

Затем она отпустила ее и исчезла в лесной чаще, оставив Ирис одну на берегу Розового озера, готовую встретить свою судьбу.

Ирис, глубоко вздохнув, направилась к холму, где ее ждал Мордред. Каждый шаг отдавался гулким эхом в ее голове, словно отсчитывая мгновения до неминуемой разлуки. Громовой зверь, почувствовав приближение принцессы, недовольно зарычал, переминаясь с лапы на лапу. Мордред, не дожидаясь, пока Ирис приблизится, спрыгнул с седла и подошел ей навстречу. Его взгляд красных глаз из-под забрала, обычно суровый, сейчас казался немного смягченным.

– Рад, что вы оказались верны своему слову, – произнес он, протягивая руку. Ирис, на мгновение заколебавшись, приняла ее. Мордред помог ей взобраться на громового зверя. Затем он приладил собранную котомку к седлу, закрепив ее сбоку крепкими узлами, после чего уже забрался на громовое чудище.

– Домой! – прорезал воздух голос Мордреда, словно удар клинка, от которого по спине бегут мурашки.

Взмах больших грозовых крыльев зверя вспорол тишину, и они взмыли в воздух, оставляя Розовое озеро позади. Ирис, покрепче ухватившись за шерсть зверя, оглянулась, в последний раз взглянув на родные земли, утопающие в багряном закате. Сердце ее сжалось от боли и тоски.

По мере того, как они покидали объятия леса, пейзаж преображался, словно по мановению руки невидимого художника. Изумрудные холмы, словно волны застывшего моря, уступали место суровым каменистым равнинам, а те, в свою очередь, вздымались к небу мрачными, иззубренными скалами. Громовой зверь, рассекая воздух с удивительной грацией, несся вперед с неумолимой скоростью, оглашая окрестности раскатами грома, рожденными в его могучей груди.

Ирис, забыв о страхе высоты, ощутила, как новые территории встретили ее неприветливо и холодно. Дриада чувствовала себя чужой в этом суровом мире, где магия леса была бессильна. Ветер, подобно острому кинжалу, пронзал ее легкое одеяние, заставляя дрожать не от холода, а скорее от ощущения глубокой неприкаянности. В красивых глазах Ирис, обычно полных живого интереса, отражалась лишь серая тоска каменных пустошей. Ей казалось, что даже солнце, пробиваясь сквозь пелену облаков, светит здесь как-то равнодушно, не даря тепла, а лишь подчеркивая суровость ландшафта.

Громовой зверь, казалось, не замечал ее смятения. Он лишь устремлялся вперед, повинуясь неведомой ему силе, возможно, той самой, что толкала Ирис на этот далекий и опасный путь. Дриада с тоской вспомнила шелест листвы, пение птиц и мягкий мох под босыми ногами. Здесь же ее окружали лишь острые камни, хриплый крик воронов и неумолимая тишина, лишь изредка нарушаемая ревом зверя.

Мордред молчал всю дорогу, лишь изредка бросая на Ирис взгляд из-под забрала. Она же чувствовала его настороженность и неприязнь, но старалась не обращать на это внимания.

– Добро пожаловать в королевство Кальдарн! – произнес Мордред, прежде чем скомандовать громовому зверю снижаться.

Королевский замок возвышался над равниной, словно мрачный исполин. Серые стены, увенчанные острыми башнями, казались неприступными. Вокруг замка простирался город, погруженный в полумрак. С высока полета Ирис увидела лишь мрачные лица горожан, провожавших их взглядами, полными любопытства и враждебности.

Приземлились они у самого подножия величественного замка, возвышавшегося над мрачными скалами. Тяжелые кованые ворота со скрипом отворились, пропуская их во внутренний двор. Ирис огляделась: серые каменные стены, суровые лица стражников, отсутствие зелени – все говорило о том, что она попала в совершенно чуждый ей мир.

Мордред спешился, после чего помог Ирис спуститься с громового зверя.

– Я провожу вас в ваши покои. Пожалуйста, оставайтесь там до утренней аудиенции, – произнес он с незначительной прохладой в голосе, и передал поводья своего зверя слуге в серой, неприметной одежде.

– А моя мать и остальные дриады? Вы же обещали отправить их домой! – воскликнула Ирис, шагнув вперед с таким возмущением, словно собиралась схватить Мордреда за шею, несмотря на его тяжелые доспехи.

– Не стоит так беспокоиться, принцесса, – с легкой ухмылкой произнес он. – Вы же хотите еще раз увидеть свою матушку перед ее отъездом?

Ирис отступила.

– Я поняла вас.

– Тогда прошу за мной, принцесса.

Мордред вел ее по длинным коридорам замка, освещенным лишь тусклыми факелами. Стены из серого камня были украшены гобеленами с изображением сцен охоты и сражений. Каждый шаг всадника отдавался эхом, усиливая ощущение беспомощности юной дриады. В уверенных движениях Мордреда, что шел впереди, Ирис улавливала нескрываемую власть.

«Интересно, какая истинная роль у тебя в этом королевстве», – задумалась дриада.

Наконец, они остановились перед массивной дубовой дверью, украшенной гербом королевства Кальдарн. Герб изображал черный щит и серого волка, который отдаленно напоминал громового зверя.

– Это ваши покои, принцесса Ирис. Здесь вы сможете отдохнуть и подготовиться к завтрашнему дню, – сухо произнес Мордред.

Ирис кивнула и, не дожидаясь приглашения, вошла в комнату. Тяжелая дверь с шумом захлопнулась за ней, и по телу юной девушки пробежала дрожь.

– Будь ты проклят, – прошептала она.

Немного успокоившись, принцесса огляделась. Покои оказались просторными, но холодными и неуютными. Каменный пол, высокие потолки, тяжелая мебель – все говорило о богатстве, но не о тепле.

Ирис подошла к окну и посмотрела на город, уже погруженный в ночную тьму. Вдали виднелись огоньки, мерцающие словно звезды на черном небе. В этот момент она почувствовала себя особенно одинокой и беспомощной. Оторвавшись от окна, она опустилась на кровать. В голове роились мысли о доме, о друзьях, о нем… Сердце сжалось от тоски.

– Надеюсь, ты поступаешь правильно, Лилия… – произнесла она в пустоту.

Никто не ответил. Тогда она решила достать из маленького шелкового мешочка тот самый амулет в виде скрипичного ключа, что подарил ей перед отъездом молодой музыкант.

– Гее-нрии, – протянула она с улыбкой, разглядывая амулет из черненного серебра. – Надеюсь, что ты оградишь его от необдуманного поступка…

Часть Третья

Скрытые в нас тайны могут превратиться в демонов, если мы не осознаем их вовремя.

Утро окрасило шелковые занавеси покоев юной дриады в нежные персиковые тона. Легкий ветерок, проскользнувший в приоткрытое окно, донес аромат цветущих жасминов из королевского сада. Ирис медленно потянулась, разминая затекшие от сна плечи. Сегодня важный день – знакомство с правителем королевства Кальдарн. От этого визита зависит будущее дриад и судьба ее королевы.

– Вы позволите войти? – послышался вдруг женский голос из-за двери.

– Войдите, – отозвалась Ирис, присаживаясь на край ложа.

В покои скользнула высокая служанка средних лет в строгом платье из темно-зеленого льна. В руках она держала поднос с завтраком: свежие фрукты, мед и теплый травяной чай.

– Король просит вас подкрепиться перед встречей. И распорядился, чтобы Вас одели в платье из лунного шелка, – служанка поставила поднос на столик и указала на расшитый серебром наряд, висевший на ширме.

Ирис с благодарностью кивнула. Волнение нарастало с каждой минутой. От того, какое впечатление она произведет на правителя Кальдарна, зависела возможность заключения союза и защита родного леса.

После завтрака служанка рассказала, где разложили вещи и еду, что принцесса привезла с собой, а также помогла Ирис облачиться в платье. Лунный шелк струился по фигуре, словно вода, подчеркивая хрупкость и изящество дриады. В изумрудные волосы вплели нить жемчуга, а на шею надели кулон в виде крошечного дубового листочка.

– Давно вы служите вашему королю, Мария? – спросила юная дриада, с прищуром посмотрев на служанку.

– Довольно давно, уж как пятнадцатый год пошел, принцесса, – Мария смущенно поправила волосы, пряча показавшееся вдруг слегка остроконечное ухо.

«Не такое заостренное как у почти чистых или совершенно чистокровных дриад, но все же…»

Принцесса нахмурилась.

– В вас, Мария, тоже течет кровь дриад, ведь я права?

Мария опустила взгляд, не решаясь смотреть в глаза Ирис. Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь тихим пением птиц из окна.

– Ваша проницательность поразительна, принцесса, – прошептала Мария, – да, во мне течет кровь дриад. Моя мать была одной из лесных жительниц, покинувших лес много лет назад.

Ирис подошла к служанке и мягко взяла ее за руку.

– Почему вы скрыли это, когда представились, наблюдая за моим завтраком? И почему служите королю Кальдарна, а не своей королеве?

– У меня были свои причины, принцесса. Я поклялась в верности королю Максимилиану, и не могу нарушить свою клятву. Но поверьте, я желаю вам и вашему народу только добра.

Ирис внимательно посмотрела в глаза служанке, пытаясь понять, искренна ли она. В зеленых, чуть печальных глазах Марии не было ни лжи, ни враждебности. Лишь глубокая усталость и смирение.

– Я понимаю, – тихо произнесла Ирис. – Клятвы – это серьезно. Но надеюсь, ваша преданность не помешает вам сохранить нейтралитет.

Мария облегченно вздохнула.

– Я сделаю все, что в моих силах, принцесса. Король Максимилиан не такой, каким привыкли его считать те, кто лично не знаком с ним. Я могу рассказать вам о его привычках, предпочтениях…

Принцесса благодарно улыбнулась.

– Это было бы бесценно, Мария.

В этот момент в дверь снова постучали.

– Принцесса, король Максимилиан уже ожидает вас в тронном зале, – голос был слегка хрипловат, но сразу стало понятно, что он тоже принадлежит женщине.

Ирис нервно сглотнула. Сердце забилось быстрее, отсчитывая мгновения до встречи. «Пора», – подумала она, бросив последний взгляд в зеркало. Мария ободряюще кивнула, и Ирис вышла из покоев, сопровождаемая незнакомой служанкой.

Коридоры замка казались бесконечными. Каменные стены, украшенные гобеленами, изображавшими сцены охоты и сражений, давили своим величием. Ирис старалась сохранять спокойствие, но предчувствие чего-то важного не покидало ее.

Наконец они достигли массивных дверей тронного зала. Служанка распахнула их, и Ирис вошла внутрь. Зал был полон света, льющегося из высоких окон. В центре, на троне, восседал король Максимилиан. Темно-зеленый камзол, расшитый золотом, идеально подходил под его волосы цвета воронова крыла, а на голове красовалась корона с крупным изумрудом, что идеально подчеркивала высокий статус. Взгляд серых глаз был пронзительным и изучающим, но в нем не было ни надменности, ни жестокости, о которых так много говорили. Ирис слегка поклонилась, ожидая от него приветствия

– Принцесса Ирис из рода дриад, приветствую вас в моем замке, – произнес король Максимилиан, и его голос эхом прокатился по залу. – Мы долго ждали этой встречи.

Ирис подняла голову и посмотрела прямо в глаза королю.

– Благодарю вас за теплый прием, Ваше Величество, – в ее голосе звучала уверенность, хотя внутри все еще бушевала ненависть ко всей сложившейся ситуации.

Король кивнул и указал на кресло, стоявшее неподалеку от трона.

– Присаживайтесь, принцесса. Нам предстоит многое обсудить. Ирис села в предложенное кресло, стараясь сохранять спокойствие.

– Когда я смогу увидеть матушку и остальных дриад, что вы удерживаете в своем дворце?

Король вздохнул и оперся на подлокотник трона.

– Ваша мать и остальные дриады находятся под моей защитой, принцесса. Им ничего не угрожает. Я понимаю ваше беспокойство, и вы сможете увидеться с ними после того, как мы обсудим условия нашего союза, – ответил король, внимательно наблюдая за реакцией Ирис.

Ирис сжала кулаки, что были спрятаны в длинных рукавах платья. Она знала, что король играет с ней, но не могла позволить себе показать слабость.

– Условия союза? Вы имеете в виду наш будущий брак, который вам якобы обещала моя матушка много лет назад?

– Именно так, принцесса, – подтвердил Максимилиан. – Этот брак – ключ к миру между нашими народами. Он гарантирует защиту вашего леса и процветание Кальдарна. Но я не намерен принуждать вас к этому союзу. Я хочу, чтобы это был осознанный выбор.

Ирис вскинула брови.

– Осознанный выбор, когда судьба моего народа висит на волоске? Вы ставите меня в безвыходное положение, Ваше Величество.

– Я предлагаю вам время, чтобы узнать меня, принцесса. Увидеть, что Кальдарн – не темница, а союзник. Я дам вам возможность пообщаться с вашей матерью и другими дриадами. И только после этого вы примете решение.

Ирис молчала, обдумывая слова короля. В его голосе звучала искренность, но она не могла полностью доверять ему. Слишком многое стояло на кону.

– Хорошо, – наконец произнесла она. – Я согласна на ваши условия. Но я оставляю за собой право передумать в любой момент.

– Это ваше право, принцесса, – ответил король Максимилиан с легкой улыбкой. – Мария проводит вас к вашей матушке.

Мария, словно появившаяся из ниоткуда, поклонилась и пригласила Ирис следовать за ней. Они покинули тронный зал, оставив короля в раздумьях.

Дорога к покоям королевы дриад казалась долгой и запутанной. Замок был огромен, словно лабиринт, полный тайн и секретов. Спустя какое-то время они остановились перед дверью, украшенной резными изображениями цветов и листьев. Мария постучала, и тихий голос пригласил их войти.

В тот момент, когда Ирис тихими шагами ступила в комнату, ее сердце забилось сильнее. В центре помещения, у окна, стояла золотоволосая Ванора – правительница детей леса. Апартаменты, что были выделены для королевы дриад отличались простотой и сдержанностью.

«Значительно скромнее, чем те, что были отпущены мне», – пронеслось у нее в мыслях.

– Рада вас видеть, – с поклоном произнесла принцесса, обращаясь к своей золотоволосой правительнице.

Королева дриад, прищурившись, словно заново изучала свою дочь, мягко улыбнулась.

– И я рада видеть тебя, дочь, – тихо произнесла Ванора. Ее острый взгляд метнулся к Марии, которая почтительно стояла позади принцессы, опустив голову.

– Не кажется ли тебе, проклятое дитя леса, что своим присутствием ты оскорбляешь нас? – Слова, острые точно нож, рассекли воздух.

Ирис, приподняв свои зеленые брови, обернулась и с удивлением посмотрела на служанку.

– Вы же знаете, Великая из Дриад, что вина не на мне… – еле слышно прошептала она, не смея поднять голову

– А на твоей матери, верно? – вдруг рассмеялась Ванора.

Мария покраснела.

– Оставлю вас с дочерью наедине, если вам так угодно…

– Угодно, Мария. Угодно, – резко отрезала правительница дриад.

Мария поспешно удалилась, оставив мать и дочь наедине. Ирис приблизилась к Ваноре, стараясь уловить ее настроение.

– Почему вы так с ней? Мария кажется преданной своим корням, я увидела это в ее глазах.

Ванора отвернулась к окну, глядя на раскинувшийся сад красных роз.

– Преданность куплена, дитя мое. Кровь дриад не терпит служения людям. Это унижение для нас.

– Но ведь она одна из нас, или я ошибаюсь?

Ванора резко обернулась, испепеляя Ирис взглядом.

– Она ошибка, порожденная слабостью. И ты, Ирис, не должна повторять ее. Помни, кто ты есть, и не позволяй королю Кальдарна пленить твое сердце. Твой долг – защитить наш лес, даже ценой собственной жизни. Поэтому прими тот факт, что этому браку суждено состояться.

– Но, моя королева… – Ирис хотела возразить, но была остановлена властным знаком руки.

– Довольно, дитя леса! Я поняла все в тот момент, когда ты вошла. Я чувствую твою истинную энергию. Просто знай, что лес никогда не забудет о твоей жертве. Но и ты не забывай, кому служишь. Король Максимилиан пока еще сильнее нас. В прошлом он замыслил силой подчинить себе наш лес, грозил искоренить всех, живущих в нем. Лишь старейшие дриады хранят память об этом. И он вынудил… Вынудил нас пойти на этот противоестественный союз, – голос королевы Ваноры звучал твердо, но сквозь уверенность пробивались нотки глубокой печали.

Ирис молча склонила голову в знак согласия.

– Старшие дриады сейчас готовятся к отъезду, – продолжила она уже более мягким, бархатистым голосом. – До свадьбы я оставлю с тобой Дэйли. Если ты сомневаешься, что справишься со своей миссией в одиночку, она готова быть рядом с тобой в чуждых землях.

Внезапно их разговор нарушил тихий стук в дверь.

– Войди, дитя, – дала разрешение Ванора, точно догадываясь, кто стоит за дверью.

В покои вошла невысокая, дольно хрупкая дриада с волосами цвета воронова крыла и пронзительными серыми глазами.

– Дэйли, ты вовремя, – произнесла Ванора, обращаясь к вошедшей. – Проводи нашу гостью в сад роз

Дэйли поклонилась и жестом пригласила Ирис следовать за ней. Принцесса, с тоской взглянув на свою королеву, молча покинула ее покои.

Пока они брели лабиринтами коридоров, Ирис ощущала на затылке пристальный взгляд Дэйли – взгляд изучающий, словно ощупывающий ее.

Сад роз оказался скрытым уголком, где благоухали сотни цветов всевозможных оттенков. Аромат был настолько сильным, что, казалось, его можно было потрогать, почувствовать на языке, как сладкий нектар. Легкий ветерок колыхал нежные лепестки, создавая волшебный танец красок и запахов.

В центре сада возвышался старинный фонтан, из которого журчали кристально чистые струи воды. Вокруг него располагались каменные скамейки, приглашающие отдохнуть и насладиться окружающей красотой. Птицы, словно завороженные, слетались сюда, чтобы испить прохладной воды и спеть свои мелодичные песни.

Солнце, пробиваясь сквозь густую листву деревьев, создавало игру света и тени на клумбах с розами. Каждый цветок, казалось, излучал свое собственное сияние, привлекая внимание своей неповторимой красотой. Здесь были розы алые, как кровь, нежно-розовые, словно румянец юной девы, и белоснежные, как первый снег.

Сад роз был оазисом, который резко контрастировал с мрачным дворцом и угрюмым обликом обитателей этого королевства.

Дэйли остановилась у фонтана, окруженного белыми розами, и обернулась к Ирис.

– Королева Ванора не доверяет королю Максимилиану, – произнесла Дэйли, нарушая молчание. – И не зря.

– Ты знаешь что-то, чего не знаю я? – спросила Ирис, заинтересованно глядя на дриаду.

– Я чувствую ложь. Она пронизывает этот замок, словно корни старого дерева. Максимилиан что-то скрывает, и этот союз – лишь прикрытие для его истинных намерений.

– Каких намерений?

– Это я и должна выяснить. Если ты решила пожертвовать своей свободой, я помогу тебе. Вместе мы сможем узнать правду и защитить наш лес.

Ирис задумалась, взвешивая слова Дэйли.

– Во дворце почти нет слуг, а в тронном зале и вовсе отсутствовала какая-либо королевская охрана. Ты тоже это заметила, Дэйли?

Дэйли кивнула, ее серые глаза потемнели, словно грозовое небо перед бурей.

– Это странно, даже для мирного времени. А в эпоху изматывающего противостояния между королевством Кальдарн и королевством Расшана… Король должен заботиться о собственной безопасности, но здесь царит удивительное спокойствие. Замок окутан паутиной тайн, и каждый его камень шепчет ложь.

Ирис прикоснулась к лепестку белой розы, ощущая его нежную текстуру. Она слышала как розы в этом саду хотят ей что-то сказать. Вот только она никак не могла разобрать это множество голосов…

– А что ты знаешь о Марии, что служит здесь?

Дэйли скривилась будто само имя этой дриады было для нее оскорблением.

– Не могу пока сказать всего, что мне известно, только знай, что ее мать связала свою судьбу с проклятым. А Мария – ребенок этого лесу противного союза.

– Проклятый союз? Что ты имеешь в виду? – Ирис наклонилась ближе.

– Мария – дитя тьмы, взращенное на пепле утраченных надежд. Ее мать, наивная дриада, пала жертвой обаяния проклятого человека, чье сердце – лишь ледяная пустыня, где не цветут цветы сострадания. Мария, вероятно, унаследовала его коварство, и ее улыбка – лишь маска, скрывающая гниль, разъедающую ее сущность.

Дэйли сорвала розу с куста и сжала ее в руке, пока шипы не вонзились в кожу. Кровь алой нитью потекла по нежной ладони.

– Она – змея в райском саду, Ирис. Будь осторожна, ибо ее яд смертелен. Она будет плести интриги, сеять раздор и лгать, глядя тебе в глаза. Не доверяй ей ни слова, ни взгляда. Она – инструмент в руках Максимилиана, орудие, направленное против нашего леса.

Ирис обомлела, пытаясь переварить информацию и то, как Дэйли расправилась с невинной розой.

– А ты знаешь, кем был этот проклятый? – спросила она после недолгого молчания.

– Догадываюсь, – коротко отрезала Дэйли, будто желая закрыть эту тему как можно быстрее.

Принцесса хотела было высказаться, добраться до истинной сути, но их разговор был внезапно прерван голосом, донесшимся со стороны входа в сад.

– Ваше королевское Высочество! Возможно ли вас побеспокоить?

Ирис многозначительно переглянулась с Дэйли.

– Подойдите! – громко приказала Ирис, после одобрительного кивка Дэйли.

Спустя несколько минут перед ними предстал слуга невысокого роста, одетый в простой серый наряд с позолоченными пуговицами на короткой жилетке.

– Что же ты дрожишь? Говорю же, подойди ближе, – рассмеялась принцесса, наблюдая за излишней робостью молодого юноши.

Слуга, словно испуганный воробей, робко приблизился, кланяясь так низко, будто собирался поцеловать землю под ногами принцессы.

– Король Максимилиан просит вас к ужину, Ваше Высочество. Он ждет вас в большом зале. После ужина Ваша матушка совместно с остальными дриадами будет отправлена домой.

Ирис ощутила, как внутри нее поднимается волна тревоги. Слова Дэйли звучали в ее голове бесконечным колоколом, предостерегая от опасности. «Замок окутан паутиной тайн, и каждый его камень шепчет ложь», – вспомнились ей слова дриады.

– Благодарю. Передайте королю, что я скоро буду, – ответила Ирис, стараясь сохранить невозмутимый вид. Слуга поклонился еще раз и быстро удалился, исчезнув так же внезапно, как и появился.

Дэйли, с гримасой презрения глядя в спину юноше, швырнула окровавленную розу, словно отбрасывая проклятие.

– Будь осторожна, Ирис. И помни, что даже самая красивая роза может скрывать смертельные шипы. Идем, да и поможет нам лес.

***

Величественный зал, словно высеченный из самой мечты, поражал воображение. Высокие своды, украшенные искусной лепниной, казались бесконечными, теряясь в полумраке, разгоняемом лишь мягким светом бесчисленных канделябров. Под ногами расстилался пол, выложенный мозаикой из драгоценных камней, каждый из которых, казалось, излучал собственное сияние.

Стены, обитые бархатом глубокого изумрудного оттенка, служили идеальным фоном для картин, изображавших сцены из легендарного прошлого королевства. Вдоль стен тянулись ряды колонн из белого мрамора, словно стражи, охраняющие величие этого места.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.