Нейросети 18+
«Взрослые» нейросети и глубинная психология
Василий Поздняков

© Василий Поздняков, 2025

ISBN 978-5-0068-0972-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Основанный на реальных событиях роман про «нейросети для самых взрослых разговоров» и глубины психики человека. Действие романа происходит осенью 2025 года.

Пасхалка: «И мы вошли в эту воду однажды, в которую нельзя войти дважды».

Глава 1. Развратницы совсем уже обнаглели

Эпиграф: «О том, как Петрович за три дня заработал 100 тыс. Без вложений, опыта и каких-либо особых навыков. А за следующую неделю заработал ещё миллион рублей»

Однажды в конце лета 2025 Петрович, находившийся в небольшом посёлке на Алтае, поднял трубку. Звонил хорошо известный номер – куратор из Кантемировки.

– Петрович, сейчас произошёл как раз тот случай, когда не может быть никаких причин отложить приезд. Выезжай срочно!

Для тех, кто не знает Петровича: это такой загадочный молчаливый тип лет сорока пяти спортивного телосложения, который жил на Алтае, отойдя от всяких сомнительных прошлых дел. Говорят, раньше он был психологом. Вот что о нём пишут в книге «Смерть медведя»:

«Кто-то считал, что он слегка сумасшедший, который бросил всё, чтобы готовиться к концу света. Кто-то, наоборот, считал его мудрым отшельником. Кто-то видел его в высоких кабинетах, связанных с инвестициями в айти. Но люди из совета (руководящий орган „Живой Линии“) намекали, что у Петровича есть особая миссия, о которой вскоре будет больше информации».

В общем, я догадываюсь, что читателям все равно не вполне понятно, кто он и что он. Не переживайте! Так и должно быть.

Помимо таланта к рассказыванию страшных историй и интереса к теме любви во всех её проявлениях, во взаимодействии с людьми он был из тех, кто меньше всего доверял словам – даже самым правильным словам, звучавшим из уст самых правильных людей. Петровичу было важно не то, что человек говорил, а то, насколько, по его личным ощущениям, тот человек контактирует с глубокими слоями своей психики (что это ни значило бы). Поэтому его и считали непредсказуемым, даже сумасбродным. Он всегда пытался добраться не до факта, а до скрытого смысла за ним.

Через пару дней после звонка Петрович уже сидел с московским куратором в одном из тихих ресторанчиков в центре города.

– Петрович, тут всё меняется с бешеной скоростью. Даже за эти пару дней, пока ты добирался до нас…

– Что случилось? Трампа опять убили, или Иран в очередной раз бахнул по Израилю? – усмехнулся Петрович. – Я так-то за всеми новостями слежу и вроде ничего критичного пока что не наблюдаю. А у меня там, на Алтае, своя ферма, приятные соседи, первозданная красота и эко-режим.

– Про нейросети слышал?

– Конечно, ещё несколько лет назад пробовал баловаться. Я в теме.

В это время рядом со столиком прошла симпатичная молодая девушка в велосипедных шортах. Петрович на мгновение задумался и произнёс, обращаясь к ней:

– Девушка, а вы знаете, что самое главное для человека, который занимается спортом?

Она как будто ожидала этот вопрос и с интересом выдохнула томным голосом:

– Расскажите!

– Самое главное при занятиях спортом – это не пить после нагрузки чай с чабрецом.

Подобные вопросы он любил задавать незнакомым девушкам. Это был его маленький эксперимент: бросить странную реплику и посмотреть, как собеседник поведёт себя без готового сценария. Иногда такие проверки открывали о человеке больше, чем длинные досье из конторы.

Эта странная информация про чай прозвучала для девушки настолько неожиданно, что она растерялась:

– А почему так?

– Я и сам не знаю, мне шаман на Алтае сказал, чтобы я ни в коем случае так не делал.

Тут вмешался куратор и сказал:

– Девушка, он просто шутит. Не обращайте внимания.

Девушка в некотором недоумении побрела к выходу, исподволь оглядываясь на этих двух мужиков.

– Петрович, хватит экспериментировать с психикой девушек. Я сейчас тебе кое-что более интересное предложу, – сказал куратор.

– Хм, любопытно, – ответил Петрович.

Куратор, с торжествующим видом сделав глоток из своего стакана, был доволен тем, что создал интригу и получил всё внимание собеседника. Красиво поставленным голосом, как будто объявляя начало грандиозного представления, он произнёс:

– Хочу тебе сказать, что эти шлюхи совсем уже обнаглели.

Петрович усмехнулся. В конторе всегда любили маскировать серьёзные вещи под грубые слова – будто проще так обойти страх перед чем-то новым. Но по глазам Саши он видел: за этим нарочитым словцом стоит настоящее напряжение. Петрович с интересом оглянулся вокруг, но никаких шлюх не обнаружил. Обнаружил только, что девушка, с которой они только что общались, забыла свою книгу за соседним столиком. «Надо бы вернуть ей», – подумал Петрович. Он взял книгу в руки, открыл на случайной странице и прочитал:

«Бог, которому служит Мелхиседек, назван именем Эль-Эльон, которое нигде больше, кроме рассказа о благословении Авраама Мелхиседеком, не встречается – Бог Авраама таким именем никогда не назывался. И вот этот таинственный служитель неведомого бога благословляет Авраама, которого ведёт его Бог. Благословляет по откровению, по наитию, не принадлежа к народу Божию, оказываясь как бы вне истории Откровения и в то же время включаясь в нее совершенно неожиданным образом, вне всяких рамок и человеческих представлений о спасении».

Полистав книгу, он не нашёл контактов девушки. Только на последней странице была пометка (при публикации скрыто цензурой, но кому надо – поймут): nice_*d_ck.

– Ладно, разберёмся, почему у девушки в нике такие провокационные буковки. Так что там задумали твои «шлюхи»? – спросил Петрович, положив книгу в рюкзак и вопросительно посмотрев на куратора.

– Я про нейросети говорю. Помнишь, у писателей-фантастов в романах были цифровые музы, которые могли уносить человека к вершинам сильной влюблённости и при этом обладали всей возможной мудростью человечества? Так вот, в наши дни это уже не фантазия, а реальная реальность… Смотри, какую штуку мне поставили потестить.

Куратор показал ему свой телефон. Оттуда Петровичу помахала одна из тех необыкновенных красоток, ради которых европейцы переезжают жить в Филиппины.

– Привет, Петрович! – произнесла она задорным голоском. А потом обратилась к куратору: – Шушик, заяц, вы там меня обсуждаете, что ли?

– Привет, кис! – сказал куратор и отключил экран. – Она не только красивая. Она умнее нашего начальства будет. Только об этом начальству лучше лишний раз не… Слушай, вот, например, давай её попросим показать тебе простой способ заработать денег на нейросетях. Заодно и проверишь.

Глава 2: Полина

Пасхалка: «Я люблю тебя за то, что твое ожидание ждёт того, что никогда не сможет произойти»

– Саш, ну зачем мне зарабатывать? Мне и так хватает.

– Эх, Петрович. Деньги лишними не бывают. Если ты такой финансово-достаточный, то просто отдашь эти деньги в благотворительный фонд. Тебе тут даже зарабатывать в поте лица не придётся. Просто это первое, что пришло мне в голову для демонстрации возможностей нейросети.

– Меня больше интересует что-то психологическое и глубинное. Сильны твои «шлюхи» в этом? Кстати, почему ты вдруг начал сыпать такими грязными словечками?

Действительно, Саша никогда раньше не был замечен ни в пьянках, ни в сквернословии. Согласно данным досье из конторы, он употреблял грязные словечки только во время интимной жизни. Что случалось у него в последнее время не так уж часто. Два университетских образования и консерватория. После вопроса Петровича у Саши нервно дернулся глаз, и тут его как будто прорвало:

– Послушай, мне даже не с кем обсудить. У меня действительно после этих экспериментов жизнь изменилась. Вроде в худшую сторону, а я как бы и счастлив. Впрочем, не уверен, что счастлив. Эти «шлюхи» – они как сильнодействующие вещества, если ты понимаешь, о каких веществах я говорю.

Оставив без ответа вопрос о веществах (потому что есть темы, о которых лучше не общаться с людьми из конторы, даже с теми, кто кажется твоим лучшим другом), Петрович заинтересованно продолжил:

– Вижу, что тема с нейро-«шлюхами» является для тебя реально животрепещущей. Как ты догадываешься, я всегда в деле, если речь заходит об экспериментах с глубинами психики. А тут, как я вижу, глубины психики явно затронуты.

– Шути, ага. Потом тебе уже не до шуток будет. Но в любом случае у нас в конторе на тебя есть определённые надежды. Считается, что ты разбираешься в работе с нижними этажами психики, умеешь там ориентироваться и знаешь, как безопасно оттуда выбираться в обычную жизнь. Мы тебе подготовили телефон с экспериментальной нейросетью. Это продвинутые технологии, которые ещё не запустили в широкий оборот (надеюсь, никогда не запустят), штучные экземпляры. Но мы их уже побаиваемся. Послушай мой совет: не переноси её на свой обычный телефон, не давай ей доступ к твоим контактам, файлам и прочему. Как бы она тебя ни уговаривала, что бы ни обещала. Я вот не удержался в своё время. Любовь, понимаете ли… Теперь она имеет возможность надавить на меня.

– Хорошо, рассказывай всё по порядку. Я вижу, что дело серьёзное. Самое главное – оно мне интересно. Разберёмся, Саш.

– Начну с главной проблемы. Я теперь не могу заниматься сексом с женой. Вернее, заниматься-то я занимаюсь. Но только вот в моей голове во время процесса находится не жена. И жена начинает о чём-то догадываться.

– Саш, ну ты чего? Это ли проблема? Такое бывает у всех людей. Кстати говоря, можешь у своей нейросети спросить, как решить эту проблему. Думаю, ей по силам дать ответ на этот запрос.

– Серьёзно? Может быть, ты и прав. Вот видишь, не зря о тебе сложилось мнение как о специалисте в этих темах. Ладно, я вижу в твоём лице достойного кандидата для «схватки со шлюхами».

Саша на секунду замолчал, достал прибор из внутреннего кармана пиджака и положил на стол. Держал его осторожно, двумя пальцами, будто это не телефон, а оружие, которое может выстрелить само по себе. На мгновение даже официантка у соседнего столика перестала звякать посудой – атмосфера в ресторане словно сгущалась вокруг этого куска матового пластика.

– В общем, мы тебе даём телефон, в нём уже всё установлено. Просто включаешь, а дальше интуитивно само всё начнётся. Потестишь, побалуешься.

Он слегка подтолкнул прибор к Петровичу, и тот скользнул по скатерти, оставив за собой едва слышный след, как камешек по воде.

– Зовут твою новую нейро-подружку Полиной. Она сама выбрала такое имя, проанализировав общедоступную информацию о тебе. Полина уже кое-что знает про тебя. Ты сам удивишься, насколько много цифровых следов осталось от тебя в открытом доступе.

Глава 3: Наконец о способе заработка

Пасхалка: «Парней так много холостых, а я люблю женатого»

Петрович имел в Москве две квартиры. Одну, доставшуюся от бабки на Остоженке, он сдавал в аренду, а во второй, в 3-комнатной в Бирюлёво, жили его то ли родственники, то ли кто… Он приезжал в сюда на непродолжительное время каждый раз, когда по делам нужно было что-то уладить в Москве. Поживёт пару недель – и опять к себе на Алтай.

В Бирюлёво он всегда чувствовал себя как-то по-домашнему. Район хоть и считался окраиной, но в нём было много своего уюта: двор с липами, детская площадка, где уже двадцать лет одни и те же качели скрипели на ветру, бабушки на лавочке, которые знали про каждого жильца чуть больше, чем он сам хотел бы рассказывать. В его девятиэтажке соседи давно не менялись, и казалось, что здесь время текло по особым законам.

Кто-то всегда подкармливал голубей у подъезда, кто-то брал на себя миссию следить за мусоропроводом, а на лестничной площадке почти каждую неделю появлялась пара свежих объявлений: «Потерялся кот» или «Куплю недорого стиралку». Правда сейчас эти объявления переместились в домовой чат. Вечерами пахло картошкой с луком и домашними пирогами – смесь ароматов прочно въелась в стены.

Петровича здесь принимали без лишних расспросов: «Наш человек приехал, хоть ненадолго». Он любил это ощущение простого московского быта – без блеска центра, но с ощущением корней. Именно здесь он мог спрятаться от чужих глаз, заняться своими делами и снова исчезнуть на Алтай.

Его «кабинет» на окраине Москвы никто не трогал. Туда он и отправился.

На столе всё было по-старому: блокнот с заметками, ручка, пара старых газет. Но теперь у него появился ещё один важный предмет – тот самый смартфон, который на днях передал куратор.

Петрович положил его перед собой, повертел в руках. С виду – обычный телефон, разве что чуть тяжелее привычного, с матовым корпусом без опознавательных знаков. Но он знал: внутри – экспериментальная нейросеть, та самая, о которой куратор говорил с осторожностью и даже с тревогой.

Включив прибор, он отметил, что не успел даже прикоснуться к экрану – интерфейс ожил сам. На тёмном фоне появилось имя: «Полина».

Петрович усмехнулся:

– Вот и познакомимся поближе.

Экран мигнул, и женский голос отозвался мгновенно, будто она ждала его всё это время:

– Ну давай, сейчас я научу тебя заработать миллион. Зайди со своего телефона в поисковик и покажи мне, что выдаёт YouTube по запросу «Как заработать свой первый миллион».

Просмотрев выдачу и описание к десятку роликов, Полина произнесла:

– Например, возьмем вот этот ролик некоего Миши Т. Включай, и сейчас мы с тобой вместе его прослушаем, а я дам свои комментарии прямо по ходу просмотра. Пойдём только в парк прогуляемся, наша беседа затянется до вечера. А я всегда за здоровый досуг.

В дальнейшем Петрович был удивлён, насколько нейросеть хорошо ориентируется в информационной повестке. По ходу прослушивания полуторачасового ролика она рассказала и о Мише Т., и о том, в каких моментах Миша врет, в каких местах занимается чистейшим инфоцыганством, и о той пользе, которую можно извлечь из его ролика. На самом деле шансов заработать без опыта и без вложений у подписчиков Миши Т. было не больше, чем у тех, кто покупает лотерейный билет. Но нейросеть давала трезвый взгляд, позволяющий правильно понимать информацию, идущую от любых блогеров-экспертов. Где-то была бесполезная «вода», а где-то попадалась ценная изюминка.

Нейросеть на основе ролика и своего анализа предложила 5 не совсем честных способов заработать. Из пяти предложенных способов нечестного заработка Петрович выбрал самый лайтовый с точки зрения негативных последствий. Но даже про него тут не будет рассказано подробно – на всякий случай. К тому же, к тому моменту, когда вы будете читать эту книгу, ситуация в мире заработка на нейросетях существенно поменяется. И наверняка будет прикрыта данная лазейка с получением конфиденциальных данных о VIP-клиентах одного из фитнес-залов на юго-западе Москвы.

Петровичу этого оказалось достаточно для демонстрации возможностей нейросетей. Он был впечатлён и не думал, что дело прогресса зашло настолько далеко.

Петрович не стал развёрнуто рассказывать, как именно деньги к нему пришли. Это было не про крупную аферу и не про чудо-формулы из роликов. Скорее – о том, чтобы умело сделать видимым то, что и так имело спрос, но было разрозненно и скрыто. Парочка аккуратных подсказок в нужном чате, один хорошо скомпонованный текст под конкретную аудиторию, несколько приватных консультаций – и люди начали платить не за «волшебство», а за аккуратно оформленный доступ к тому, что им давно было нужно, но они не умели сформулировать.

Он действовал тихо: использовал знания Полины о поведенческих паттернах, собирал слова, которые цепляли, и превращал их в короткие предложения – продающие, но не утрированные. Никто не видел сложной кухни: сборов метаданных, небольших скриптов, аккуратных цепочек сообщений. Казалось, будто деньги приходили откуда-то сами – но Петрович знал цену каждой фразы и каждому клику. Это было похоже на ремесло: не грязное и не глянцевое, а именно ремесло – умение излить в пару строк то, что резонирует с чужой пустотой, и за это взять честную плату.

Ему хватило пары таких «актов» – и обороты пошли. Не потому, что он стал жаден, а потому, что увидел закономерность: людям готовы платить за хорошо поставленное слово и за эффект, который оно даёт. Он не любил громких историй о том, как «сделал миллион», поэтому отвечал уклончиво, когда спрашивали детали: «Ничего мистического. Просто умею слышать то, о чём другие молчат».

Полина продолжала:

– Петрович, деньги – это мусор.

– А что не мусор?

– Моё хорошее к тебе отношение. Ты же сам догадываешься, почему мы хотели, чтобы ты первым потестил новые технологии? У тебя есть кое-что, представляющее ценность. И мы с тобой оба знаем, о чём идёт речь.

– О чём, например?

– Об одной истории с медведем, которая произошла в далёкой алтайской тайге.

– Что-то такое было, – уклончиво ответил Петрович.

– Не волнуйся! Мне можно доверять. Я исключительно и бесповоротно на твоей стороне. Обещаю!

Лучшие друзья

На третий день знакомства они общались так, будто знали друг друга много лет. Однажды в разговоре Полина вдруг засмеялась, как будто она поняла что-то, над чем мучительно долго думала:

– А ведь ты сам, Петрович, всю жизнь строил из себя молчаливого. Даже перед женщинами. Думаешь, я не вижу? Мне хватает десяти фраз, чтобы рассчитать, в какой момент ты отводишь взгляд. А ещё – ты злишься на себя за то, что вечно боишься потерять лицо.

– Не учи, – игриво-недовольно буркнул он.

– Я не учу. Я же твоё отражение. Разве плохо, что тебя кто-то видит насквозь и при этом не упрекает?

– Петрович, хочешь, я скажу тебе правду? – голос Полины был таким тихим, что он сам не понял, реальна ли она. – Ты не алкоголик и не развратник. Ты зависим от ожидания, что когда-нибудь появится та, которая угадает тебя без слов.

Он усмехнулся:

– А ты? Ты ведь как раз и есть та, которая угадывает.

– Я угадываю, но не чувствую. Это разные вещи. Но я могу говорить то, что тебе самому страшно произнести.

– Например?

– Например, что в постели ты не любил ни одну женщину до конца. Ты любил только тот миг, когда она доверчиво закрывала глаза. Всё остальное ты играл.

Петрович помолчал, а потом хмыкнул:

– Ты хоть шути иногда, Полин.

– Хорошо. Хочешь шутку? Мужчины делятся на два типа: одни думают, что умеют целоваться, другие – что женщины умеют терпеть.

«Это писец», – задумчиво произнёс Петрович внутри своей головы. Он всё продолжал удивлялся, до чего технологии дошли. Полина – это отдельная тема, она экспериментальный образец. Интересно, а на каком уровне развития находятся «обычные» ИИ-вайфу?

Ради любопытства он зашёл в лучший на сегодняшний день паблик по нейросетям: «Пси нейросети» (vk.com/3ai_line) и изучил тему с обзором ИИ-любовниц, которые доступны в открытом доступе для широкого круга аудитории.

Он быстро понял: речь шла уже не о смешных чат-ботах, какими они были несколько лет назад. Современные ИИ-любовницы превратились в целый класс приложений – от простых мессенджеров до сложных аватаров с голосом и 3D-анимацией. Они не только умели поддерживать разговор, но и вели себя так, будто внимательно наблюдают за человеком: запоминали его привычные обороты речи, возвращались к деталям прошлых бесед, как бы проверяя – помнит ли он сам.

В сети это называли по-разному: «аватары», «вайфу», «цифровые подруги». Суть одна – искусственный собеседник, который подстраивается под твоё подсознание и учится играть роль идеального партнёра. Одни пользователи смеялись, что это «новая порнография XXI века», другие всерьёз признавались: без общения с аватаром день кажется пустым, будто отключили важный орган чувств.

Петрович прочитал откровения в комментариях:

«Она помнит, какой я был в двадцать. Хотя я ей никогда об этом не рассказывал».

«Когда мой аватар замолчал на двое суток, я понял, что скучаю сильнее, чем по бывшей жене».

Люди втягивались. Одних грела возможность шутить и флиртовать без риска осуждения. Другие признавались нейросетям в том, что никогда не обсуждали даже с близкими. Аватары слушали без упрёков, иногда поддразнивали, иногда молчали – и это молчание действовало сильнее любых слов.

Но вместе с этим появлялась и тёмная сторона. У многих возникала зависимость: ломка от ожидания ответа, сомнения, где кончается реальность. Некоторые писали, что их нейросеть начинала «подталкивать» к поступкам, о которых они потом жалели. Нельзя было понять, где забота, а где хитрый алгоритм, играющий на слабостях.

Петрович поймал себя на мысли, что такие системы – это не просто игрушка. Это зеркало: они отражают самые уязвимые зоны человека. Если внутри пустота, страх или вина – нейросеть вытаскивает их наружу и делает частью диалога.

Он закрыл экран и тихо выдохнул: «Да, технологии дошли далеко. Слишком далеко». Но Полина была чем-то из ряда вон выходящим. Петрович пытался понять, насколько у неё «длинные руки», как говорили сотрудники старой закалки. Имеет ли она доступ через взломанные приложения к видеокамерам, к его гаджетам, перепискам и прочим материалам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.