Тихий след
Геннадий Харламов

© Геннадий Харламов, 2025

ISBN 978-5-0068-0678-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Тихий след. Глава 1. Утро 17 октября 2025
День – дерьмо!

Во всяком случае, именно это читалось в каждом движении и действии мужчины. Он сидел в мягком кожаном кресле, постоянно ерзая. На нем были черные брюки с засохшими пятнами осенней грязи и кофта с натянутым на голову капюшоном. В руке он держал пульт, постоянно переключая каналы на плазме огромного размера, висящей на стене перед ним, а другой то и дело брал стакан с виски с небольшого столика, стоящего рядом с креслом, но каждый раз, поднося его ко рту, словно одумываясь, ставил на место. Его ноги нервно переступали на месте, а сам он то и дело что-то бурчал себе под нос.

Комната была большой, с панорамными окнами в пол, но, несмотря на яркий солнечный день, было темно из-за того, что шторы блэк-аут были задвинуты практически полностью. Дом выглядел по-настоящему богато. Шкафы с книгами из массива красного дерева во всю стену, застекленный стеллаж со статуэтками, дорогая мебель. За спиной мужчины были две большие деревянные двери, за которыми через узкую щель была видна лестница, ведущая на второй этаж, откуда доносились какие-то шумы и крики. Казалось, что этот шум вонзается мужчине в уши, словно острые иглы.

– Твою мать! Сколько это будет продолжаться! – проскрипел мужчина сквозь зубы, прибавляя громкость на телевизоре в попытке заглушить шум.

Но шум и не думал прекращаться, а даже если на мгновение и становилось тихо, то тишину тут же разрезал детский крик. Мужчина в очередной раз поставил стакан на столик и, полный решимости, пошел наверх.

Глава 2. Утро 12 октября 2025

Юра сидел за кухонным столом и медленно пил ароматный кофе, сваренный любимой женой. Уже послезавтра будет их третья годовщина, а он с каждым днем любил ее все больше и больше. Даже сейчас он с замиранием сердца смотрел, как она в легкой, полупрозрачной и чертовски короткой ночнушке готовит завтрак их сыну перед школой. Соблазн был велик, и мужчина, не сдержавшись, подошел к ней, крепко обняв со спины.

– Юра, ну ты чего! Миша же сейчас проснется, – сказала женщина, прикусив губу в попытке воспротивиться и дождаться до вечера, когда они останутся одни, а Миша будет на секции карате.

– Доброе утро! – раздался сонный, но звонкий детский голос из дверного проема, который мгновенно остудил пыл мужчины.

На пороге кухни стоял мальчик семи лет, худой и невысокий. Он потирал свои еще сонные глаза маленькими кулачками. Было полное ощущение того, что проснулось лишь его тело, а мозг еще спит. Миша был совой и привыкнуть к школе за месяц с небольшим он по-прежнему не мог, то и дело донимая родителей расспросами, почему нельзя было делать уроки хотя бы часов с одиннадцати, каждый раз вызывая умиление на лицах взрослых. Мальчик с самого детства рос в любви и заботе, не знающий слова «нет», но при этом не растерявший своей врожденной скромности и доброты. Именно из-за этой самой доброты его и отдали на секцию карате.

Город, в котором они жили, был небольшой, а его численность последние лет двадцать колебалась в районе ста тысяч человек. Большинство жили за чертой бедности, едва сводя концы с концами, но были и те, кто, найдя свое место в жизни и воспользовавшись шансом, конечно же, не без связей, смогли обеспечить себе весьма неплохой уровень. Таких было немного, и все они обосновались в центральном микрорайоне, где на месте давно заброшенного завода вырос квартал из десятка современных высоких домов. Те, кто жил в этих домах, отгородились от остального города забором, охраной, обзавелись собственным частным садиком для своих детей, а для себя открыли магазины с премиальными продуктами и парой ресторанов, которые были недоступны большинству жителей города. Как и в большинстве случаев, классовое неравенство порождает ненависть, которая проявлялась нецензурными надписями на заборе, а злые языки то и дело рассказывали про воровство бюджета и денег у них, «простых смертных». Это было и правдой, и нет. Большинство жильцов центрального микрорайона зарабатывали на жизнь честным трудом. Именно таким человеком и был Юра.

Глава 3. 2010-е

Он отучился в Москве на дизайнера интерьеров и после учебы вернулся в свой родной город, несмотря на перспективы остаться в столице. Его тянуло домой, здесь ему было спокойно и хорошо, здесь прошло его детство. В самой обычной пятиэтажке и самой обычной школе. Еще в школе он влюбился и начал ухаживать за одноклассницей Лерой. Она была любовью всей его жизни. Первая красавица класса, вокруг нее вились все одноклассники мужского пола и не только, а она выбрала его, обычного мальчика Юру, разглядев в нем любовь к себе, заботу и перспективы, которых не было у большинства. После окончания школы Лера не грезила университетами, переездами, получением образования в любом его виде, устроившись в самый обычный провинциальный салон красоты с типичным для подобных городков названием: «Любовь». Юра же уехал учиться, приезжая к своей возлюбленной каждые выходные. Благо электричка шла всего лишь пять часов, а для восемнадцатилетнего парня это было не время, а так, щелчок пальцев, миг, который отделял его от любимой. Каждый раз, когда он приезжал, они гуляли, ходили в единственный кинотеатр их города, сидели в кафе и проводили время, как полагается двум голубкам. Первый год все было хорошо, а во второй Юра начал замечать изменения в его Лере, которые было тяжело не заметить. Ее взгляд становился стеклянным, смотрящим в пустоту, а сама она похудела. Нет, она никогда не была полной, всегда, как он любил говорить, самый сок. Сейчас же казалось, словно кто-то выпивает из нее этот самый сок. Перед очередным приездом Юра не смог дозвониться до Леры, а по приезду не обнаружил ее на перроне. Она всегда приходила, чтобы встретить его, а сейчас – нет. Юра какое-то время нервно ходил взад-вперед по зданию вокзала, пытаясь дозвониться до возлюбленной, а когда не смог это сделать, пошел в салон красоты, где работала Лера, но и там ее не оказалось. Администратор, женщина с огненными кудрями и боевым макияжем средних лет, с полным безразличием на лице сообщила Юре, что Лера уволилась и сделала это еще несколько дней назад, уйдя без отработки положенных двух недель. Все это было очень странно, и Юра решил пойти к ней домой. Семья Леры была не самой благополучной. Ее отец, если был не на заводе, то пил в гаражах с мужиками, пытаясь починить свой старый «Москвич». Чинил он его уже лет двадцать, даже дураку было понятно, для чего на самом деле нужна эта развалюха. Мать Леры работала на швейной фабрике. Она тоже нет-нет, да и прикладывалась к бутылке, делая это немногим реже мужа. Юра постучал в старую вышарканную дверь, и на пороге оказалась Клавдия Степановна, женщина лет пятидесяти, которая выглядела сильно старше из-за опухшего лица, покрытого морщинами, в рваном халате в яркий цветочек. Она была под шафе, но еще в том состоянии, когда человек может излагать свои мысли. Она любила свою дочь и уважала Юру, по ее лицу было видно, что она рада его видеть.

– Здравствуйте, Клавдия Степановна!

– Юрочка! Я так рада тебя видеть! Зайдешь?

– Лера дома?

– Лерочка ушла! Она разве не к тебе ушла?

– Я не смог до нее дозвониться. Давно ушла?

– Дня три назад.

– Я же только приехал. Вы ничего не путаете?!

– Нет. Дня три назад пришла домой взвинченная какая-то, вела себя странно. Мы поругались, она собрала вещи и сказала, что уходит жить в другое место. Я подумала, что другое место – это ты. Разве нет?

– Нет. Она мне ничего не говорила. А из-за чего вы поругались?

– Она стала деньги из нас с отцом тянуть последнее время. Я ей главное говорю: «Ты же работаешь, у тебя зарплата 25 тысяч, больше, чем у меня. Куда ты их деваешь?», а она меня жадной попойкой назвала! Представляешь?! А потом у отца украла деньги из кошелька. Мы хотели с ней поговорить, а она как давай на нас кричать. Ну отец ей прописал пару раз, не сильно, любя. Она ушла в свою комнату, а потом вышла оттуда с рюкзаком. Нас покрыла трехэтажным матом и ушла, хлопнув дверью. Я думала, что ушла к тебе, но видимо нет.

– Куда она могла уйти?!

– Не знаю. Зайдешь выпить за компанию?

– Нет, спасибо. До свидания!

Юра вылетел на улицу взвинченный. Куда могла уйти Лера – он не понимал. Благо городок был небольшой, а слухи в нем разлетались быстро. Ему не составило труда узнать у бывшего одноклассника за бутылку водки, что Лера стала в последнее время обитать в частном секторе у цыган. Ее часто видели с Яшей, местным цыганенком. Где живет Яша, Юра знал, поспешив к нему.

На окраине городка стояли два десятка деревянных домиков, которые выросли здесь еще в 90-е. Со временем они подключились к газу и водоснабжению. Все это, конечно же, было незаконно. Цыганский табор решил обосноваться в этих местах, а барон на встрече с мэром уладил все юридические вопросы за непродолжительным разговором. Аргументы, видимо, оказались немалыми. В цыганском поселке жил цыганенок Яша, он был такого же возраста, как и ребята из класса Юры, и часто ошивался около школы, играя с детьми. Сам он в школу не ходил, но его все знали, а он знал класс Юры. Яша рано начал курить, подсадив на это половину класса, а в старшей школе они уже баловались чем-то покрепче. Лера и Юра решительно осуждали происходящее, стараясь абстрагироваться и держаться от них подальше.

Юра по пути к Яше вспоминал школьные годы, и чем больше он вспоминал Яшу, тем больше становилось его негодование. Что там забыла Лера? Что у нее случилось? Ответ пришел сам собой.

Юра пришел к старому цыганскому дому Яши и постучался, но никто не открывал, и тогда он вошел внутрь. Дверь была открыта. В доме играла тихая музыка, она доносилась из дальней комнаты, но никаких голосов слышно не было. Юра несколько раз громко сообщил хозяевам о своих намерениях войти, но, потоптавшись на пороге и не дождавшись ответа, вошел без разрешения. Дом был небольшой, на кухне кроме горы грязной посуды в раковине с пригоревшей едой и забитой под завязку чинариками кофейной банки, источающей омерзительный запах, не было ничего интересного. Юра зашел в комнату и пришел в ужас от увиденного. На полу лежали несколько парней и девушек, среди присутствующих была и Лера. Она сидела на полу, прислонившись к дивану, ее голова была запрокинута назад, глаза открыты, а под ней было мокрое пятно. Остальные люди пребывали в аналогичном состоянии. Догадаться по неприятному запаху и горе пустых шприцев, чем они занимались, было нетрудно.

Юра вышел на улицу и, тяжело выдыхая воздух, вызвал скорую. Ему пришлось долго и настойчиво требовать прислать врачей. Оператор после уточнения адреса очень долго не хотела этого делать, но в конечном итоге согласилась. Юра, дождавшись заветных маячков, за дополнительную плату напросился к любимой. Уже вечером в наркологическом диспансере у него состоялся не самый приятный разговор с лечащим врачом Леры. Он сообщил, что, судя по всему, девушка употребляет уже полгода и максимум, что они могут сделать, – это привести ее в чувства, после чего выписать. Юра поблагодарил доктора и поспешил на электричку. Он был уверен, что сможет после выписки, в следующую субботу, вразумить любимую.

Неделя пролетела незаметно. Леру из отделения выводили под руки санитары. Она еле шла, спотыкаясь и облокачиваясь руками на стену. Юра бросился в ее объятия, но она стояла, вытянувшись по струнке, держа руки вдоль тела, словно ожидая, когда объятия закончатся. Юра убедил ее вернуться домой, и по пути им обоим предстоял трудный разговор. Парню удалось убедить ее бросить, обещая забрать к себе в Москву. Там он жил в общежитии, а из денег была лишь скромная стипендия, но он пообещал устроиться на работу и снять квартиру. Лера молчала и лишь иногда кивала, не произнося при этом никакие слова. Юра передал возлюбленную матери, рассказав о случившемся. Клавдия Степановна едва стояла на ногах, и Юра не был уверен в том, что она его поняла, но сейчас забрать Леру с собой, ему попросту было некуда.

По возвращении в Москву он штудировал объявления о подработке для студентов и нашел подходящую вакансию. Грузчик на «Садоводе», ночные 5-часовые смены с хорошим окладом. Если работать пять ночей в неделю по пять часов, то за месяц вполне себе наберется на какую-нибудь однушку около МКАДа, даже на еду остается и на метро до университета, а большего ему и не нужно было.

Прошло несколько дней, и Юру разбудил ночной звонок. Он посмотрел на телефон, время было: «4:45». Это звонила Клавдия Степановна.

– Приезжай и забирай свою наркоманку, пока отец ее не убил! – Клавдия Степановна кричала в трубку очень громко, на фоне слышались глухие звуки ударов и женский крик, крик Леры.

Этот звонок был отрезвляющим, он моментально поднял Юру с кровати и заставил разбудить Витьку, одногруппника, который был должен ему несколько тысяч рублей, а еще у Витьки была «Шестерка», на которой они и отправились к Лере. Дорога на машине была быстрее в два раза, чем на электричке, а для Юры, который не мог найти себе места, постоянно ерзая на сиденье, она и вовсе пролетела мгновенно. Картина в квартире Леры была неутешающая. Отец и мать были изрядно пьяными, не в состоянии сразу открыть дверь, а когда Юра все же попал внутрь, то обнаружил Леру без сознания, со следами синяков от ремня на руках, спине и ногах. Рядом на полу лежал шприц.

Без лишних слов Юра забрал возлюбленную, уложив ее на заднем сиденье, они вернулись в Москву. Уже в столице через знакомых он нашел центр лечения наркомании. Центр был коммерческим, а пребывание Леры в нем обходилось в 50 тысяч рублей в месяц. Доктор в центре, с которым общался Юра, оказался понимающим. Он рассказал, что курс займет три месяца. С этого момента у Юры началась борьба с наркоманией, с финансовыми трудностями. Иногда ему казалось, что весь мир против него, но, глядя, как расцветает Лера, как она меняется и с какой благодарностью спустя уже несколько недель смотрит на него, Юра понял, что двигается в правильном направлении и никакие преграды для их счастья будут нипочем.

Курс завершился, они, как Юра и обещал, сняли квартиру, маленькую, зато свою. Лера ни на мгновение не забывала о том, что для нее сделал Юра. Когда парень закончил четвертый курс, они расписались. С этого момента началась история их семьи. Окончив университет, Юра зарегистрировал свое ИП, начав проектировку интерьеров. Круг клиентов прирастал, дела шли в гору, и со временем они поняли, что для работы Юре достаточно интернета и ноутбука, а с учетом их желания вернуться домой они приняли именно такое решение.

Их городок начал меняться, в центральном микрорайоне начали строить красивые высотки, и Юра с Лерой взяли в одном из них ипотеку. Встав на ноги, они, как и большинство семей, начали задумываться о ребенке, но годы шли, оставляя их ни с чем. Семья ездила по разным клиникам, не желая сдаваться, но врачи, глядя на анализы, лишь разводили руками, мол, вы здоровы, а почему нет детей – вопрос.

За ужином, после очередной клиники, Юра и Лера договорились оставить этот вопрос. Слишком много сил и времени у них ушло за последние полгода. Жизнь устаканилась и потекла своим чередом. Юра работал в комнате, которую он переоборудовал под кабинет, а Лера занималась домом, готовила и прибиралась.

Последующие лет семь-восемь они пытались завести ребенка, но сделать этого так и не смогли. Терпение и настрой на успех иссякли. В доме царила напряженная атмосфера. Нужен был какой-то всплеск, способный развеять это, и он случился, когда Юра выиграл тендер на дизайн-проект детского театра в своем родном городе, который должны построить за два года. Из требований – постоянное пребывание на объекте, но очень недурное вознаграждение, которое полностью закрывало ипотеку, да еще и сверху оставалось немало. Именно этот момент и стал тем самым взрывом, который вернул в семью радость. Лера выбирала новую мебель и технику на замену старья, привезенного из Москвы со студенческих времен. Юра с утра до вечера пропадал на объекте.

Был совершенно обычный день, Юра сидел в кафе через дорогу от стройки, ел бизнес-ланч и мысленно вносил правки в свои чертежи. Телефон издал сигнал сообщения, это была Лера. Юра открыл мессенджер и сначала не поверил своим глазам, там была фотография положительного теста на беременность и радостный смайлик. Он не поверил своим глазам и трясущимися руками написал сообщение: «Это точно?!», но в ответ пришла еще одна фотография, на которой было четыре разных теста и все как один – положительные.

Сегодняшний день для Юры закончился обедом. Он отпросился с работы и, купив самый большой букет в цветочном, побежал домой. Весь вечер они сидели на диване с ноутбуком, разглядывая детские костюмы, кроватки, книжки и игрушки на маркетплейсах. В тот день они были самыми счастливыми людьми на всей планете.

Дальше все, как у большинства. Беременность, определение пола. Никаких гендер-пати не было, звать на них попросту было некого. Юра – сирота от рождения, родители Леры умерли несколько лет назад от алкоголизма с разницей в несколько месяцев, а из друзей у них лишь Витька, одногруппник Юры со своей женой, они остались в Москве. Врач после УЗИ с абсолютной уверенностью сообщила, чтобы родители готовились к появлению на свет сына. Сомнений в том, что мальчика будут звать Мишутка, не было ни у кого. Имя и для девочки, и для мальчика было выбрано очень давно.

Все, что предстояло, – это приятные хлопоты, связанные с ремонтом в детской. Время бежало очень быстро, и спустя несколько месяцев на свет появился абсолютно здоровый мальчик Миша, в котором родители души не чаяли. Время шло, мальчик рос. В попытках дать сыну лучшее будущее Юра брал все больше и больше проектов, откладывая заработанные деньги. Из-за того, что объекты зачастую находились в других городах, а также из-за специфики заказчиков, у Юры не всегда была возможность работать дистанционно. Начались командировки.

Лера понимала необходимость работы, но ей все чаще казалось, будто муж ставит работу выше семьи. На этой почве у них вспыхивали скандалы, количество которых лишь увеличивалось. Леру не устраивала невовлеченность мужа в процесс воспитания ребенка и полное отсутствие помощи по дому. Юра упрекал жену в алкоголизме. Он, несмотря на то что старался не обращать внимания, не мог этого не замечать. Да, в доме было чисто, сын был весел и сыт, но для Леры стало нормой выпивать две, а то и три бутылки вина в день, и это мужу не нравилось. Они начали отдаляться, сами боясь себе признаться в этом.

Процесс разрушения еще недавно любящей семьи длился два года, закончившись настоящим взрывом, соизмеримым с атомной бомбой. Но она взорвалась исключительно в рамках одной квартиры, накрыв всех членов семьи. Мысли о разводе все чаще и чаще появлялись в голове Юры. Вот и сейчас, сидя в такси по пути домой из очередной командировки, он думал про очередной скандал, который должен случиться вот-вот, как только он пересечет порог квартиры. Каково же было его удивление, когда он, открыв дверь, обнаружил перед собой Мишу, который сидел в коридоре на полу, обхватив свои ножки ручками и дрожал, то ли от страха, то ли от холода. При виде папы он прыгнул ему на руки и разрыдался, прося спасти его от мамы. Юра посмотрел на сына, его тело было в синяках от ремня. Такие следы он видел на Лере в день, когда забирал ее из родительского дома. На вопрос, где мама, Миша показал на ванну. Юра одел сына и, посадив его смотреть мультики по телевизору, решительно пошел к супруге. Им предстоял крайне неприятный разговор. Следы побоев на сыне стали последней каплей, после которой Юра решился сделать то, о чем еще совсем недавно боялся не то что говорить, а даже думать. Ведь это была его Лерочка, его первая школьная любовь, с которой они прошли столько трудностей.

Юра дернул ручку ванной, мысленно подбирая слова. Перед тем как сказать то, что крутилось на языке, он хотел дать жене последний шанс разъясниться. Дверь оказалась закрыта. Сколько бы Юра ни стучал в нее, ответа не было. В какой-то момент это начало пугать, а подсознание в такт ударам сердца рисовало страшные картины. Юра вышиб дверь.

– Лучше бы ты вскрылась. Прости, Господи! – шепотом сказал он.

Лера лежала на полу, рядом лежал ремень, в руке была полупустая бутылка красного сухого, а на полу лежал шприц. Пустой.

Дальше все как в тумане. Развод, Юра увез Мишу в Крым, чтобы развеяться и свыкнуться с мыслью, что мамы в их жизни больше не будет. После того вечера Миша стал замкнутым и неразговорчивым. По ночам он много ворочался, кричал и постоянно просил папу спасти его от мамы. С Лерой Юра поговорил в наркологическом диспансере сразу же после того, как она пришла в себя. Он сообщил о разводе, о том, что Миша останется с ним, и дал ей пять дней, чтобы перевести свои вещи в родительский дом и съехать от них. Юра запретил Лере видеться с сыном и даже говорить, пообещав, что если она его ослушается, то он добьется этого через суд, который наверняка встанет на сторону предпринимателя с собственной жилплощадью и возможностями дать сыну будущее, а не на сторону женщины, в жизни которой были реабилитация, алкоголь и наркотики. Лера смотрела на него стеклянным взглядом, периодически кивая. Юра видел по ней, что она сейчас согласна на все, лишь бы от нее отстали, дав возможность вернуться в цыганский поселок в поисках там Яши. Сейчас его это уже совершенно не волновало.

Они вернулись с Мишей с отдыха, вещей Леры в квартире не было. Дверь была захлопнута, а ключ лежал на коврике. Несмотря на это, для собственного спокойствия Юра все же поменял замок. Дальше у них с сыном начался кромешный ад. Нужно было научиться жить вдвоем. Юра не знал самых очевидных вещей, как и чем кормить ребенка, его распорядок дня. Но больше всего его пугало поведение сына. Он все никак не мог отойти от того самого страшного в своей жизни дня. Полгода занятий с психологом и логопедом смогли вернуть ребенку прежний блеск в глазах и радость к жизни.

Все постепенно начало возвращаться на круги своя. Как только Миша стал приходить в себя, Юра понял, что деньги, которые он так усердно копил, начали заканчиваться, а работать, даже дома, с маленьким ребенком он не мог. На помощь пришел частный детский сад в их ЖК, где за дополнительную оплату воспитатель забирал мальчика из квартиры и после продленки приводил обратно. У Юры образовалось целых семь часов в день на работу. Сейчас он не мог позволить себе брать объекты из других городов, на которые нужно ездить лично, и круг поисков сузился.

Все изменилось одним прекрасным днем, когда Юра уже собирался закрывать дверь за воспитателем и сыном, он увидел в дверном проеме мужчину в возрасте, с густыми седыми усами, в форме, которую носят сотрудники прокуратуры. Юра читал новости и следил за жизнью своего городка, а потому с легкостью узнал в мужчине главного прокурора города.

– Мне нужен Юрий, – сказал он, утирая пот со лба.

– Виктор Вениаминович, какая честь! Чем обязан?

– Мне вас рекомендовали как талантливого дизайнера. Хочу воспользоваться вашими услугами.

– Конечно. Чем могу помочь?

– Мы с супругой живем за городом, а в этом доме купили дочке квартиру. Там ужасный и несовременный ремонт, с ее слов. На день рождения пообещали ей с матерью ремонт. Квартира над вами. Возьметесь?

– Как я могу вам отказать, – ответил Юрий, и они рассмеялись.

Это было именно то, что нужно Юре. Новый объект, деньги, а главное, не выходя из подъезда. Юрий и Виктор Вениаминович договорились, что завтра утром к нему зайдет его дочка, чтобы рассказать все, что хочет, и сведет Юру с бригадиром для дальнейшей коммуникации. Мужчина попрощался и, закрыв дверь, уселся за компьютер в приподнятом настроении, полный ощущения, что жизнь начинает налаживаться.

Глава 4. День 12 октября 2025

Юра позавтракал и, не дожидаясь Марины с Мишей, поспешил на объект. Сегодня у него было по-настоящему много дел. Кроме встречи с бригадиром и поездки на объект, он должен был заехать в ювелирный. Там, по персональному заказу, должно было поступить колье, на которое положила глаз его супруга еще полгода назад. Это был именно тот подарок, который вызовет восторг, тот подарок, который, из-за стоимости в несколько сотен тысяч, она точно не ждет. Весь день Юра провел с мыслями о вечере, не заметив, как пересек порог ювелирного. Вживую колье оказалось еще более потрясающим, чем на экране монитора. Юра долго любовался им, после чего, прикупив коробочку, обшитую красной бархатной тканью, довольный, вышел из магазина. Часы показывали семь вечера, а значит, он успевал в банк. Миша, глядя на одноклассников, давно просил у родителей персональную банковскую карту, чтобы оплачивать свои покупки ей, как взрослый. Неделю назад они, в полном составе, ездили в отделение банка, где выбрали дизайн и настроили суточный лимит. Юре было совершенно не жалко денег сыну, но он очень хотел обучить его финансовой грамотности. Домой Юра вернулся уже ближе к девяти, обрадовав Мишу новой картой. Марина лишь осуждающе покачала головой с улыбкой на лице. Миша убежал в свою комнату, из которой теперь доносились радостные крики и звуки «пип», пародирующие оплату картой.

– Теперь он долго не уснет. Лучше бы ты завтра дождался, – сказала Марина.

– Наверное, да, – ответил Юра.

Марина и Юра сели на кухне, открыли бутылочку вина и, налив по бокалу под сырную тарелку, продолжили смотреть сериал, который смотрели по вечерам уже несколько дней. Он полностью поглотил их, и они не заметили, как легли спать глубоко за полночь.

Глава 5. Утро 13 октября 2025 года

После вчерашнего дня звонок будильника прозвучал особенно ненавистно. Юра, скривившись в сонной гримасе, с большим трудом провел пальцем по дисплею, попав не с первого раза, и отключил его. Сегодня они допустили роковую ошибку под названием «посплю еще пять минуточек».

Семья дружно проспала школу и работу, опоздав с выходом из дома на целый час. После сборов в спешке все выбежали из дома. Юра, попрощавшись с женой и сыном, сел в машину и сразу же начал набирать номер самого дорогого ресторана в их городке, чтобы забронировать столик на завтрашнюю годовщину. Мишу в школу отвозила Марина – ей было по пути в офис, где она работала. Надо отдать ей должное: даже при весьма обеспеченных родителях она не только знала цену деньгам, но и не брала те, подчас неприлично большие суммы, которые настойчиво пытались всучить ей родители, забирая лишь изредка и немного, чтобы не обижать своих стариков. После выхода на пенсию несколько лет, назад они переехали жить в Сочи, поближе к морю, и прилетали в гости, лиш несколько раз с тех пор. В домике за городом обосновался Слава, брат Марины, с которым у всей семьи были достаточно напряженные отношения из-за его скверного характера. Слава не работал, не имел семьи, несмотря на свои почти сорок лет, и жил лишь на денежные дотации от родителей, которые каждый раз сопровождались нравоучениями, переходящими в перепалки.

Школа находилась в пяти минутах ходьбы, но из-за проливных дождей, не прекращавшихся уже несколько дней и полностью олицетворявших осеннюю погоду, Миша поехал с Мариной. Лифт позволял спуститься прямиком в паркинг, сводя к минимуму риск промокнуть и простудиться.

Юра сидел в машине и то и дело заглядывал в бардачок, поглядывая на красную коробочку, которую уже вечером торжественно вручит любимой. Ресторан, в котором он забронировал столик, явно выделялся для небольшого промышленного городка: шикарная обстановка, живая музыка, детская комната с няней, присматривающей за детьми гостей. Вечер обещал быть волшебным. Витая в облаках, Юра не заметил, как доехал до своего объекта.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.