Охота на китов – 2
Сергей Жуков

© Сергей Жуков, 2025

ISBN 978-5-0067-6968-7 (т. 2)

ISBN 978-5-0067-6969-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Давно

Октябрь 1994г, Екатеринбург, район Птицефабрика.

– Буба! Где нож? – Дэн рылся на узкой кухне, по очереди двигал ящики стола, -все тут, а моего нет, как мясо резать?

Буба лежал на диване и дремал, услышав вопрос, он приподнял голову, собрался с мыслями и проворчал:

– Опять готовишь что-то? А пиво есть?

– Сейчас Жека придет, у него сегодня четыре пары и лабораторная в новом корпусе, надеюсь, по пути захватит пару бутылок. Плов хочу сделать, пока свинину не сожрали, а ножа нет, не люблю я эти кухонные… Где мой, блин…

Через пол часа зазвонили в дверь, по бодрому звонку было понятно, что свои. Буба сполз с дивана и пошел открывать дверь.

– Ну, сколько можно! Говорил же… Сделай себе ключи! – бормотал он, открывая железную дверь.

– Ух, ну и холодина… – Высокий сутулый парень снял мокрый капюшон и отряхнул куртку. – Парни, я вам пиво принес, еда есть?

– Евген, ты вовремя! – Дэн подбежал к товарищу, принял у него три бутылки, одна была почти пустая. – Пловешник скоро сварится, а ты чего, уже опустошил одну?

– Район у нас, сам знаешь, нарколыги в темноте отмутузят… Я, вот, чтобы в руках что-то было, бутылку держал, чтоб вдарить, если что, по башке…

– Понятно, – улыбнулся Дэн, – слыхал, кто-то баб в лесополосе убивает и насилует, говорят, в темной куртке и капюшоне, не ты, случаем?

Парни засмеялись.

– Он только бутылку может задушить! – заржал Буба. – А райончик тот ещё, да! Этот Птичник – исчадие ада какое-то. Пацанёнок вчера у подъезда сидел, смотрел, как кто-то мебель грузит в машину, переезжает отсюда. Он, мол, и говорит, что накопит с мамой денег, и тоже уедет отсюда… Дыра, но нам студентам самое то – однушка, за эти деньги всяко лучше чем в общаге, без душа и ванны…

– Нормально, – улыбнулся, соглашаясь, Женя, – только далеко и маньяки в лесу, пока с остановки идешь, того и гляди грохнут.

– Евген, ты мой нож не видел?…

Он

Июнь 2012г. Сочи, Мацеста.

Он шел на запах. Чутье его редко подводило. Просыпаясь ночью, Он заранее знал, куда идти.

Влажный теплый воздух ударил в ноздри, ароматы растений будоражили нутро, а яркие звезды южного неба уносили сознание в волшебную страну грёз. Он вышел из дома, отворил калитку и начал спускаться по узкой тропе, которая вела через лес и выходила прямо к дороге, где находилась автобусная остановка. Время было уже ближе к полуночи. Запах усиливался, он появлялся не через нос, а зарождался еще во сне, прямо внутри головы. Это был запах женщины. Ощущение потного тела, алкоголя, морской воды и переполненного автобуса, но это был именно запах женщины, женщины, которая ждала его. Это была сама судьба. Их встреча не могла не состояться. Он знал, что это случится, всегда случается, почти каждый год. Он просыпается ночью и идет, и встречает ее.

Тропинка круто поворачивала из стороны в сторону. Он шёл в полной темноте. Глаза привыкли, и он уже различал очертания остановки вдали, сбавил шаг. Запах стал реальным, теплым и резким. Где-то справа послышался знакомый мотив «…жёлтые тюльпаны… ла-ла-ла…», женщина стояла на шатающихся ногах и поправляла белье под коротким платьем, потом запнулась, чуть не упала, схватилась за дерево и нелепо ухмыльнулась. В нескольких сантиметрах от неё стоял Он, прислонившись к дереву с другой стороны. Волоски на его теле приподнялись, и по спине пробежала холодная дрожь. Он чувствовал её пьяное дыхание и запах тела, рука крепко сжала рукоятку ножа. Он медленно вышел из-за дерева, держа нож на уровне бедра. Женщина не испугалась. Она сначала не поняла, потом хмыкнула и ляпнула: «Здрасьте». В следующий миг она замерла, тонкое длинное лезвие медленно вошло ей ниже пупка, мужчина крепко прижал её к себе, вытаскивая и вставляя нож в её тело, раз за разом всё быстрее, потом он нервно дернулся, постоял неподвижно какое-то время и отодвинул тело от себя. Женщина молча упала на землю, её широко раскрытые глаза не мигали, а рот безмолвно повторял одинаковые движения, напоминающие хватание воздуха рыбой. Мужчина посмотрел на свои руки, огляделся вокруг и глубоко вдохнул воздух.

– Мама! Ма-а-ма… – раздался от дороги тихий тонкий голос, – ма-а-ма, ты там всё? Мне страшно…

Он резко пришел в себя, вытер руки о платье жертвы и спустился к дороге. У остановки стояла маленькая девочка лет четырех и плакала.

– Ты чего, потерялась? – произнес добрым голосом он, подошел ближе и опустился на колени, – не плачь, что случилось?

– Мама… Туда ушла… – Девочка с недоверием показала пальчиком на лес и снова заплакала.

– Мы найдем её, пошли, не бойся. Как тебя зовут?

– Ириша…

Он взял девочку за руку, и они направились по тропинке через лес наверх.

Сочи

Наши дни.

Андрей вдавливал педаль в пол, выходя из очередного серпантина. Машина с глухим рыком набирала обороты, а надёжные спортивные кресла крепко удерживали водителя в поворотах. Буйная растительность ровными зелёными стенами возвышалась вдоль дороги с обеих сторон. Иногда, в просвете между деревьями, виднелось голубое море, раннее солнце еще не нагрело воздух, и Андрей опустил окно, наслаждаясь свежестью и красотой. На панели прибора замигал входящий звонок, через минуту послышался гудок.

– Андрюха, не разбудил?

– Саня, привет, нет, не разбудил. Я из Краснодара еду, уже к Лазаревскому подъезжаю, решил до пробок проскочить.

– Как дела, как Таня, как дочка? Как вам в Сочах?

– Все хорошо, обустроились, – улыбнулся Андрей, – только не в Сочах, а в Сочи. Сразу видно – из Сибири…

– Ладно, чего ты! – весело сказал собеседник, – слушай, я по делу, нам сервер надо новый и еще оборудование кое-какое, это уже не справляется с задачами.

– Саня, мы же договорились, не грубить с этим!

– Я ж не себе! На благое дело, Андрей!

– Знаю, ладно, что там у тебя?

– Штук сто зелени надо, чтоб с запасом, и на аренду еще. Сейчас, с этой пандемией, все поставки тормозятся, вся логистика нарушена, и цены взлетели.

– Офигеть! Что думаешь, лучше на курсе или на акциях поднять?

– Подкинь повыше конторы, которые помогают людям на удалёнке работать, их активы и так в росте, будет не сильно заметно и не так подозрительно.

– Окей, список мне сбрось, пару дней покупай, потом, на максимуме, сливай, процентов на двадцать рассчитывай, только прошу, не груби с суммами, лучше разбей пополам, чтобы подозрений не было. Откат будет ниже изначального, так что рекомендую еще на опционах заработать, но сам понимаешь, кто-то потеряет много денег, баланс должен быть…

– Знаю, сделаем. Они за твои дела должны быть благодарны, столько зла ты уничтожил уже…

– Не без твоей помощи, Саня! Напиши потом…

– Лады. Пока!

Андрей отключил связь и надавил на педаль, на приличной скорости входя в очередное пике. Ускорение щекотало нервы, все внутренние органы прижимались к спине, а потом, на выходе из поворота, машина проваливалась резко вниз, создавая ощущение невесомости.

– У-Уххх! Да-а-а!

Местные рассказывают, что раньше Сочи был другим. Он был уютным, сытым, консервативным и дорогим. Теперь он стал просто дорогим. С незапамятных советских времен сюда ехали люди с деньгами, чтобы отдохнуть, показать статус и просто побывать в самой тёплой точке огромной страны. Потом появились заграничные курорты, которые оттянули на себя огромную часть туристов, но Сочи никогда не был пустым даже зимой, чего не скажешь о других прибрежных городах Чёрного моря, где жизнь, с окончанием сезона, просто замирала до следующих массовых отпусков. Сочи изменился к Олимпиаде 2014 года. За несколько лет до этого спортивного мероприятия в город полились невиданные финансовые потоки, федеральные проекты изменили инфраструктуру и сам город. Появились новые люди, переселенцы, рабочие и прочие путешественники, которые оседали тут надолго.

С рождения дочки прошёл год. Андрей и Татьяна решили перебраться поближе к морю, к солнцу и подальше от тех трагических событий, что произошли несколько лет назад. Таня всегда хотела пожить на юге и, когда Андрею предложили дом в хорошем месте в Сочи, решение было принято быстро.

Андрей подъехал к знакомому повороту, свернул с асфальта на грунтовку, которая шла, петляя, резко вверх. Через пять минут он остановился у знакомого забора, заглушил машину и вышел. Сосед выгуливал на полянке своих маленьких китайских хохлатых, поднял руку вверх, приветствуя, Андрей ответил тем же, потом открыл калитку и вошёл во двор. Возле небольшого шале стояла детская коляска, рядом в гамаке качалась Татьяна. Увидев Андрея, она поднесла палец к губам, жестом показывая на коляску. Потом тихонько вылезла из гамака, прошла по мраморной дорожке и негромко сказала:

– Здравствуй, всё удачно?

– Да, вполне, – так же спокойно ответил Андрей, обнял её и поцеловал, – как вы тут без меня?

– Хорошо, тепло, – улыбнулась Татьяна, – только ночью соседи шумели, видимо, сдают приезжим, часов до трёх песни пели, вот Даша и отсыпается.

– Вот черти, – усмехнулся Андрей, – надо бы их угомонить…

– Только никого не убивай, ладно? – с улыбкой, но серьёзным взглядом сказала Таня.

– Ладно, не буду… Что у нас сегодня?

– Окрошка!

– Супер!

Большая гора отделяла посёлок от моря, от чего тут всегда было прохладнее на несколько градусов, чем на самом побережье, что являлось несомненным плюсом в знойные летние месяцы. Да и воздух, который спускался с гор, был не такой влажный, как внизу у моря, и его свежесть добавляла большего комфорта. Андрей успел купить этот дом по хорошей цене. Буквально через несколько месяцев, с приходом пандемии, цены на недвижимость в Сочи улетели в космос. Даже самые невзрачные участки и домики продавались за большие деньги. В соседях у Андрея был простой мужик Георгий, лет сорока, с женой и двумя сыновьями, чуть дальше жил странный дед, тоже Андрей, который особо ни с кем не общался, и с правой стороны стоял большой дом бизнесмена по имени Владимир, он регулярно выгуливал двух своих маленьких собачек. На другой стороне улицы через небольшие заросли колючки и орешн

ика проглядывался заброшенный дом, но участок был огорожен, к нему примыкал еще один небольшой коттедж с плоской крышей, говорили, что там живёт бывший участковый, но Андрей его ещё не встречал лично.

Татьяна лежала на сбитой кровати, смотрела через прозрачные двери гостиной, как на улице в коляске сладко спала ее дочь. Рядом лежал Андрей, уткнувшись лицом в подушку и широко раскинув руки, она гладила его спину, потом заметила на боку большой синяк и спросила:

– Как это было?

Андрей поднял голову, повернулся к ней, дотянулся до коленки и поцеловал.

– Это было прекрасно! – улыбнулся он.

– Да я не об этом! – рассмеялась Таня и слегка отодвинула его, показывая на синяк. – Я об этом.

– А! – Андрей стал серьёзнее. – Было как всегда, жестоко, как они этого и заслуживают…

– Как тебе удаётся оставаться человеком? – она наклонилась к нему, понюхала плечо, прикоснулась губами. – Я даже представить боюсь, какой ты с ними, а здесь ты со мной такой теплый, добрый.

– Этот мир полон зла, ты сама прекрасно знаешь, если не я, то кто?

– Да… – она забралась на него сверху и посмотрела в глаза, – ты такой молодой… Знаешь, когда тебе будет тридцать пять, то мне будет почти пятьдесят.

– Не начинай, ты всегда будешь самой красивой и молодой.

– Ой, льстец! – Она страстно поцеловала его, потом слегка укусила за губу. – Значит, буду пользоваться, пока ты молодой!

– Ага, и пока Дашка не проснулась! – Он положил руки на ее бедра и крепко прижал к себе.

Соседи

Юг, начало июня. Ароматы амброзии витали в воздухе, легкий ветер шевелил листву, всё кругом цвело и наполнялось солнцем.

За забором послышался лай мелких собак соседа Владимира, Андрей натянул шорты, поднялся к калитке и вышел к парковке.

– Добрый день! – сказал Владимир, показывая на машину Андрея, второй рукой он удерживал на длинном узком поводке два мохнатых копошащихся комочка. – Сколько лошадей?

– Триста, – ответил Андрей.

Одна рыжая мелкая собачонка демонстративно пометила колесо машины, неуклюже подняв при этом заднюю лапу.

– Мусик! Как не стыдно! – скривил лицо сосед.

– Слушай, Владимир, это у тебя жильцы по ночам не спят? – спросил Андрей.

Сосед недовольно отвернулся, но отрицать не стал.

– Ага, Тагил, блин! Тоже высказал им сегодня, предупредил, что выгоню, если шуметь будут, вроде поняли.

– Ну и хорошо, зови, если что, помогу угомонить! – с улыбкой сказал парень.

– Не, сами справимся, не первый раз. Издержки, так сказать, рантье! – важно проговорил Владимир. – А ты чем занимаешься? Работаешь?

– Я сам на себя, из дома работаю, программист, – соврал Андрей.

– Понятно. Не слыхал, тут с земельными участками начались движухи какие-то, суды и так далее. Садовые товарищества шерстят, смотрят соответствие кадастру?

– Нет, не слышал. У меня всё нормально, всё по закону, чисто, – ответил Андрей.

– Ну и хорошо, а то я смотрю, у нас вон там заброшка, и участок не чищеный… Ну, ладно, бывай! А гостям своим я ещё раз скажу, чтоб не шумели!

Сосед дёрнул поводок, и два комка шерсти двинулись за ним.

Андрей решил осмотреть окрестности, так как за два месяца ещё не выпал для этого случай, всё дела и заботы. Он вышел на узкую бетонную дорогу, немного спустился вниз, повернул в проулок направо и оказался сбоку от своего дома через один участок, который и был заброшен. К этому брошенному участку вплотную примыкал небольшой шлакоблочный домик с крутой двускатной крышей. Забор был из сетки, вьющиеся растения оплели его довольно плотно, но внутренняя часть двора вполне себе просматривалась. Во дворе на скамейке сидел человек лет пятидесяти и курил. Увидев Андрея, он не проявил интереса, лишь проводил недовольным взглядом, сплюнул, затушил сигарету и ушёл в дом, закрыв за собой дверь. Андрей прошел дальше и осмотрел заброшку. Трава и кустарник уже затянули участок, остаток разрушенного шлакоблочного дома ещё виднелся из-под растительности, крыша наполовину покосилась и упала, а большая её часть была накрыта сверху старым баннером с рекламой известного шампуня. За разрушенным домом виднелась узкая тропинка, которая огибала дерево и уходила в сторону забора недовольного соседа, наверняка это была тропа бездомных собак, которых в этих краях было предостаточно. Подняв глаза, Андрей вздрогнул – тот самый сосед стоял за забором своего дома и пристально смотрел на незваного гостя. Его взгляд был холодным и неподвижным.

Не желая контактировать с невесёлым соседом, Андрей двинулся дальше. Он прошёл через весь поселок, дорога направлялась вниз крутыми изгибами. Через пару сотен метров бетонная дорога уперлась в основную асфальтовую. Слева стояли мусорные контейнеры, а чуть дальше, метрах в ста, виднелась автобусная остановка. Парень решил дойти до остановки, чтобы посмотреть расписание автобусов, так, на всякий случай, но расписания там он не обнаружил. Видимо, проводились какие-то работы – может, решили освежить остановочный комплекс, может, просто поменять расписание, но на месте таблички было только большое незакрашенное пятно. Там же виднелся обрывок старого объявления или листовки. Андрей сначала не обратил внимания, но потом заметил фотографию и выцветшие буквы «Розыск!». Он подошёл ближе. Листовке было несколько лет, но под табличкой с расписанием она сохранилась и не выгорела на солнце полностью. Парень оторвал листок, сложил его в карман, осмотрелся. От остановки вверх, прямо через лес, шла широкая тропинка, по всей вероятности, местные жители ходили по ней к автобусу, чтобы сэкономить время и не шагать вокруг по основной дороге. Так и получилось, эта тропа вывела Андрея прямо к самому посёлку. Южный лес отличался от местности, к которой Андрей привык. В лесах Сибири и среднй полосы не было такого количества колючих и вьющихся растений, которые обвивали деревья, кустарники и просто стелились по земле. Длинные колючки с легкостью могли разодрать одежду и кожу, если ненароком сойти с тропы и попасть в такую природную ловушку. Даже идя по проторенной дорожке, Андрей умудрился два раза зацепиться и поцарапал себе плечо. Дойдя до машины, он открыл двери и сел на водительское сиденье, которое оказалось очень горячим, воздух внутри салона тоже был раскалён, ощущение было как в сауне. Андрей запустил двигатель и включил климат-контроль на максимальное охлаждение, прохладные струи воздуха приятно охватывали тело со всех сторон. Он достал скомканный листок и внимательно посмотрел на фото женщины, потом откинулся на подголовник и закрыл глаза, сразу входя в «состояние», эта практика с годами была доведена до совершенства и уже не требовала длительного времени.

Женщина сидела в полупустом вагоне электрички, смотрела в окно на мелькавшие пейзажи. На коленях у неё лежала потрепанная затёртая плетёная кукла. Андрей видел ее настроение – женщина улыбалась, даже губы немного расплывались в улыбке, она чувствовала, что избавилась от какого-то большого душевного груза, ощущалось чувство свободы и светлого будущего. Затем она опустила глаза на куклу, и страх острой иглой пронзил её тело, она мысленно перенеслась туда, откуда ушла. Свобода сменилась беспомощностью, но твердость решения и страх возвращения убедили её в правильности действий. Она не вернётся.

Андрей открыл глаза. Стало понятно, что женщина не пропала, это было её взвешенное решение, вмешательство не требовалось. Смущала только непонятная причина её поведения, но женщина жива и чувствует себя в безопасности, дальше – не его дело. Мимо опять прошел сосед с собачками, что-то сказал, но из-за закрытых стекол Андрей его не услышал.

В кармане завибрировал телефон, Андрей не стал переключать на громкую связь, откинул кресло и немного расслабился, чувствуя прохладу от кондиционера. Звонил Саня.

– Привет, как всё прошло? – спросил Андрей.

– Всё удачно, оборудование заказал, через пару недель приедет. Можно будет к базам подключаться, архивы, отпечатки пальцев, закрытые службы, правительственные каналы, – отрапортовал Сашка.

– Отлично, как с безопасностью? – поинтересовался Андрей.

– Слушай, – начал друг, – я ещё прошлый раз обратил внимание, но хотел проверить. Интересная активность идёт по моим каналам, вроде и не взламывают, попыток нет, но есть явный запрос на тебя, алгоритмы поисковиков в закодированном режиме выдают несколько подключений по нашим, заметь, самым закрытым серверам.

– Следи, Саня, очень хорошо следи, сам знаешь, какие у них ресурсы…

– Пока всё в норме, легенда работает, деньги на счетах, проценты капают, связи с тобой и счетами никакой нет.

– Спасибо, Сань, часто не звони, – поблагодарил Андрей и отключился.

Воспоминания

После трагических событий двухлетней давности многое изменилось. Андрей встал перед выбором: уйти в тень и никогда больше не связываться с тем злом, что творится на земле, либо довести дело до конца и избавить этот мир, насколько хватит сил и способностей, от страданий и несчастий.

Исполнителей и прямых участников тех кровавых и немыслимых преступлений не осталось, они все приняли свою неминуемую судьбу в виде смерти. Но это только в одном регионе. Сеть нелегальных трансплантологов распространилась по всей стране, и корни её уходили далеко за границу. В памяти часто всплывал разговор со Всеславом, где он сравнивал действия Андрея с охотой на китов. Да, действительно, на такую глубину могут опускаться только подобные китам. Поразмыслив, Андрей решил, что не имеет морального права бросить всё и исчезнуть. Не для этого погибло и пострадало столько людей, в том числе и очень близких ему. Оставался вопрос безопасности. За свою жизнь он не боялся, но теперь ответственности прибавилось, теперь есть Таня и дочка Даша, а подвергать их риску нельзя. Наверное, переезд на юг был одним из способов запутать следы возможным недоброжелателям. Ещё нужны были деньги, и тут помог Саня. Информация, которую они получили, о технологии доктора Бергмана не должна была попасть в открытый доступ, но некоторые её элементы можно было использовать. Саня тогда работал в крупнейшей организации, связанной с разработками в сфере информационных технологий. И тут труды Бергмана не пропали даром – Саня сумел внедрить и запатентовать несколько уникальных программ, их сразу приобрела компания, в которой он работал. Суммы были очень хорошие. Финансовая подушка позволила Андрею и Александру не заботиться о деньгах в ближайшее время, при умеренном потреблении, конечно же. Так же, когда требовались серьёзные вложения, Андрей немного подправлял курс акций некоторых компаний, а Саня, через трейдеров, покупал и продавал активы. Такой союз оказался удачным и продуктивным. Андрей не посвящал друга в детали своих операций, только поверхностные данные, которые нужны были для розыска тех или иных лиц и событий. За неполные два года Андрей зачистил почти все криминальные ячейки, связанные с доктором Бергманом и его технологией влияния на события. Кто-то, чьи руки не были запачканы кровью, просто отводился новыми сформированными событиями в безопасный сегмент жизни, кто-то уничтожался «естественным путем», а кого-то приходилось убирать физически. Это был вопрос принципа – человек, который лично участвовал в убийствах, должен знать, за что умирает, и в этот момент Андрей предпочитал смотреть им в глаза. Если уж он убивает монстров, то должен заплатить и свою горькую плату, плату за то, что он сам является частью их мира.

Маша

Было уже поздно, когда Он возвращался домой. Он беспокоился о своих девочках – недавно объявили, что планируются плановое отключение электричества. Чтобы развеселить их, он заехал в маленький придорожный магазин с весёлым названием «Хурма», дабы купить конфет или вкусного печенья. Продавщица выглядела уставшей, но улыбнулась, увидев постоянного клиента.

– Припозднился чего-то, я уже закрываюсь, – проговорила она, – как обычно?

– Да, грамм триста леденцов и… – он медленно провел взглядом по витрине, – эти сочники с творогом? Четыре штучки брось тоже. Кстати, как твой желчный?

– Как жирного поем, так и режет, прям, бок… Балуешь ты своих, от сладкого да мучного только задница растёт, – отдавая пакет, небрежно выдала продавщица.

Он не ответил, лишь ухмыльнулся. У Иришки задница и прям уже хороша, скоро, совсем скоро округлится, почти женщина… Женщина… Он сел в машину и вспомнил их первое знакомство. Тело её матери лежало в мешке в багажнике, а он успокаивал маленькую девочку, обещал, что обязательно найдет её маму. Потом обещания забылись, Иришка всё реже спрашивала про неё, после и вовсе обозлилась, когда Он сказал, что мать её бросила. Девочке было скучно одной. Почти шесть лет она провела в одиночестве, только сказки, ленточки и куклы. Иногда Он выводил её посмотреть на ночное небо, она долго смотрела на звёзды, изредка плакала и обнимала своего спасителя. Последний раз Он почувствовал, как она сильно прижалась к нему, как её выпуклости прикасались к телу, длинные волосы слегка погладили кожу. Знакомая пелена опустилась на глаза, рука машинально сжала невидимый нож. Очнулся он от девичьего писка, она почти не могла дышать, а он продолжал тыкать ей в живот невидимым ножом. Он быстро оттолкнул её от себя, потом закрыл дверь и ушёл. Так продолжаться больше не могло, что-то нужно было менять, и он нашёл выход.

Сочи, несколько лет назад

Десятки, а то и сотни тысяч отдыхающих приезжали в сезон отпусков в Сочи со всех уголков необъятной страны. Семьями, одиночками, парочками, с детьми и без. Особое внимание Он обращал на женщин с детьми. Однажды, стоя у железнодорожного вокзала Адлера, он заметил невысокую женщину средних лет, которая держала за руку девочку лет четырех. Женщина озиралась по сторонам, потом села на большую сумку, куда-то звонила, ругалась, потом опять звонила, что-то искала в телефоне. В итоге она стала ругаться на девочку, которая гладила бездомную кошку с чипом в ухе. Девочка обиженно отошла от матери, демонстративно отвернулась, в этот момент подошёл Он и обратился к женщине:

– Чего страдаешь? Откуда приехали?

Женщина отреагировала на приятный голос, подняла усталые глаза.

– С Екатеринбурга мы, нас встретить должны…

– Не встретили? Адрес есть? – поинтересовался мужчина.

– Вот… – женщина показала в телефоне, – теперь не отвечают, а я денег уже перевела, аванс за жильё.

– Нет там такого адреса, – обманул Он, – развели тебя.

Женщина занервничала, стала заламывать руки.

– Мы же трое с половиной суток тряслись в поезде! – Она встала, резко одернула девочку. – Сколько раз говорила, не трогай кошку! Потом грязные руки в рот потащишь, я с тобой в инфекционку не поеду! Господи, что делать то?! Куда теперь, гостиницу искать…

– Не найдёшь, – отрешённо сказал Он, – либо цену загнут, сезон сейчас. Могу недорого предложить, я посменно работаю, сегодня в ночь, перекантуетесь, а завтра найдёшь чего, а то поздно уже.

Женщина подозрительно посмотрела, но мягкая улыбка и добрый взгляд собеседника располагал к доверию.

– Я заплачу вам, сколько? – серьёзно сказала женщина.

– Пошли к машине, потом разберёмся, дорого не возьму. Мы же почти земляки, я в Свердловске учился…

Женщина взяла девочку за руку, а мужчина поднял тяжёлую сумку, и они направились через пешеходный переход к автостоянке.

Они постояли в пробке, посмотрели из окна на море, потом свернули направо, перед самым въездом в город. Дальше дорога шла мимо рынка, петляла узкими улицами, наконец, водитель остановился у небольшого дома и сказал:

– Приехали.

– Машка, вылезай, вещи свои не забывай! – скомандовала мать.

Хозяин проводил их в дом, показал комнату.

– Вот, тут переночуете, я сейчас на работу поеду, утром вернусь, и посмотрим, что дальше с вами делать, – усмехаясь. проговорил Он. – продукты есть? Если что, в холодильнике посмотри, душ на улице, разберЁшься.

– Спасибо вам огромное! Мир не без добрых людей! – Женщина по-хозяйски поставила сумку в угол, глянула в зеркало и поправила волосы. – Остались ещё настоящие мужчины в этом мире.

Он вышел, сел в машину, завёл. Немного отъехав, он услышал незнакомую мелодию, которая раздавалась из-под пассажирского сиденья. Остановился, прислушался, заглянул вниз и обнаружил лежащий телефон, видимо, женщина обронила. Он достал телефон, на экране был пропущенный от какого-то Виталика. Он ткнул в маленькое отверстие булавкой, достал сим-карту, сломал её пополам и выкинул в окно, телефон выключил, убрал в бардачок.

Он вернулся к полуночи, машину оставил у поворота, прошёл по узкой улице и встал у своих ворот, прислушался. Где-то вдалеке едва слышались голоса, тонкий запах шашлыка витал в воздухе. Он опустил рукой виноградные листья и осторожно заглянул во двор. На веранде света не было, но в окне, на подоконнике, горела тусклая настольная лампа. Дверь тихо скрипнула, женщина вышла на ступеньки, в руках она держала полотенце и прозрачный пакет с какими-то вещами. Она немного постояла, вдыхая южные ароматы, покрутила головой и направилась к летнему душу, представляющий из себя большой бак на четырёх стойках, внизу которого приделана лейка с краном, вся эта конструкция была завешена толстой пленкой, на земле лежал деревянный поддон. Женщина зашла в душ, было видно, как она снимает одежду, силуэт тела мутно проглядывался через полиэтиленовую шторку. Он медленно открыл калитку, тихо зашёл в дом, прошёл кухню и заглянул в спальню. Девочка мирно спала на кровати, ближе к стене. Её безмятежный вид заставил мужчину немного задержаться, он постоял в дверях, потом развернулся и, уже на выходе с веранды, взял с высокой полки нож. Вышел на улицу, посмотрел на звёзды, бесшумно прокрался к душевой. Женщина уже закончила мыться, перекрыла воду. Бормоча себе что-то под нос, она вытирала с рук и груди прохладные капли. Он медленно отодвинул полупрозрачную шторку, голая женщина стаяла к нему задом, переступая с ноги на ногу, ловко орудуя полотенцем уже в районе коленей.

Он протянул руку, обхватил её рот ладонью и прижал затылок к себе, ощущая, как её мокрые бедра задергались, прикасаясь к нему. Второй рукой он медленно вводил нож в её живот, чувствуя, как её ягодицы еще сильнее напрягаются и пытаются его оттолкнуть, ещё… ещё и ещё.

Она затихла и беспомощно повисла на его руке, легкие судороги еще пронзали её тело, но Он этого уже не понимал, сильный гул наполнял его голову. Через минуту он открыл глаза, вынул нож из тела, от чего послышался приятный хлюпающий звук, кровь сильным потоком стекала по бедрам женщины, смешивалась с мыльной водой, и впитывалась в землю. Он опустил тело на поддон, открыл воду, вымыл руки и нож, потом аккуратно закрыл шторку и пошёл в дом. Девочка всё ещё безмятежно спала. Он сидел рядом около часа, наблюдая за спящим ребёнком, потом опять вышел во двор, обошёл дом слева, нагнулся, проходя под густым кустарником, дошёл до бетонного строения и открыл тяжелую дверь. Спустился в глубокий подвал, отворил вторую толстую дверь и вошёл в низкое помещение.

– Иришка, не спишь?

Девочка-подросток не ответила, она сидела на кровати и держала в руках недоделанную куклу, разноцветные ленточки, из которых было сделано туловище, валялись по всему полу.

– Вот, умница! – произнёс Он, когда подошел ближе. – Завтра подаришь Маше куклу.

Девочка подняла глаза.

– Какой Маше?

– Её, так же, как и тебя, бросила мать, завтра я вас познакомлю, будете жить вместе, – сказал довольный мужчина.

Иришка промолчала, но стала быстрее двигать пальцами, вплетая ленточки в ткань. Он ласково погладил девочку по голове, поцеловал в темечко и тихо вышел, накрепко закрыв за собой двери.

Девочки

Почти четыре года прошло после того, как появилась Маша, девочки все так же жили у Него в подвале. Сегодня он сильно беспокоился, заметив объявление, что снова отключат электричество, какие-то ремонтные работы. А это значило, что его девочки будут сидеть в темноте, воды тоже не будет. Он подъехал к дому – уже стемнело, – откатил ворота, припарковался во дворе, постоял и достал из машины гостинцы. Потом обошел свой дом, нырнул сквозь густую растительность, спустился вниз.

Маша сидела с планшетом на верхнем ярусе кровати, почти под самым потолком, который был на столько низким, что Ему приходилось нагибаться. Ириша только вышла из туалета и вытирала волосы полотенцем.

– Как вы тут, мои хорошие? – спросил мужчина. – Отключали свет?

Маша фыркнула и отвернулась к стене, а Ириша сказала:

– Долго темнота была, – ее мокрое бледное лицо тронула улыбка, – воды тоже не было, только сейчас смогла помыться…

– Чего Маша дуется? – кивая на кровать, спросил Он. – Испугалась, что-ли?

– Не знаю, не разговаривает со мной, все свои мультики смотрит, – Ириша сердито посмотрела на соседку, – говорю ей, чтобы книжку хоть полистала, или порисовала…

– Ладно, ладно, не ругайся, – успокоил он девочку и подошел к кровати.

Маша опять демонстративно фыркнула:

– Конфеты хочу, принес?

– И не только конфеты! – улыбнулся Он, показывая пакет. – И еще кое-что, специально для тебя!

Девочка отложила планшет и весело посмотрела мужчине в глаза, кивнула, увидела положительный отклик и вскочила на ноги.

– Новые! Новые! Ура! – прыгала девочка на койке, потом бросилась на шею мужчине и спустилась на пол. – Новые сери, новые серии!

– Ага! – улыбнулся Он и достал маленькую флешку. Маша схватила ее и тут же стала быстро вставлять в планшет.

– Я так люблю новые серии! – бормотала она, – новые серии про Машеньку! Она такая же, как я – у нее нет мамы… Зато, у нее есть Медведь! И у меня есть Медведь!

Маша обняла Его и поцеловала в щеку. Он был доволен, что девчонки в порядке. Проверил туалет и раковину, заглянул в холодильник, немного посидел, наблюдая за своим сокровищем. Ириша и прям взрослела, уже волосы расчесывала как взрослая. Пора подумать о том, чтобы пристроить еще одну комнатку… Он мечтал… Две. Сразу две. Такие, как он хочет, которые любят его и никогда не навредят, не накричат и не унизят. И он будет их любить всегда и никогда не даст в обиду.

Новое задание

Человек шёл по Курортному проспекту. Людей было много, сезон в самом разгаре. Туристы разных мастей размеренно плыли в обе стороны по тротуару, парочки и в одиночку, компаниями по три-пять человек, трезвые и не очень, молодые и старые. Со всех сторон доносилась музыка и запахи фаст-фуда. В воздухе витал аромат лёгких денег, которые стекались в этот город со всех, самых отдалённых уголков огромной страны.

Человек дошёл до перекрёстка, свернул к большому отелю в сторону моря, миновал стоянку, где примостились шикарные кабриолеты, ролс-ройсы и спортивные автомобили. Пройдя поворот за отелем, он направился в узкий безлюдный проулок, где вдали виднелась синяя неоновая вывеска над входом в полуподвальное помещение. Охранник преградил путь, но узнав посетителя – отпрянул, чуть ли не вытянувшись по стойке смирно. Человек с ехидной улыбкой проводил охранника взглядом, бубня себе под нос: «Помнишь ещё меня….». Спустился вниз. Полумрак зала, депрессивная музыка, аромат опиума и красные огни светомузыки. В центре зала стоял стол, полный деликатесов и различных дорогих бутылок. Перед столом расположился большой кожаный чёрный диван, в центре которого, развалившись, сидел огромный мужчина. Он был не просто огромный, а толстый, широкий в плечах, с длинными руками, будто заплывший жиром спортсмен тяжеловес. С обеих сторон этой громадины сидели две девушки в черных латексных костюмах и масках, они ритмично лизали шею толстяка, а тот, закатив глаза, ласкал их руками.

Будто по сигналу девушки отпрянули от хозяина, тот открыл глаза и поднял голову, смотря прямо в глаза пришедшему человеку.

– Здравствуй, а ты постарел! – сказал толстяк ровным громким голосом.

– Зато ты не изменился, – грубо ответил гость. – Чего хотел?

Большой человек слегка приподнялся на диване и немигающим взглядом продолжал сверлить собеседника.

– Ты у нас сколько лет уже тут? Лет тридцать? Семёновну ещё застал? – толстяк немного расслабился. – Вот женщина была! С каждого ларька, с каждого стакана чая свою копеечку забирала. Райское время было. С одной стороны партийные средств не жалели, с другой туристы, санатории. Денег тогда вообще никто не считал. Ну, кроме нас, конечно. – Он рассмеялся противно, со скрипом, как старая телега.

Гость поморщился и спросил:

– Чего хотел, зачем вызывал? Всё же нормально…

– Нормально, только нам надо весь большой Сочи накрыть, от Адлера до Туапсе.

– Всё не нажрётесь? – резко бросил гость, но его горло тут же сдавило изнутри, он протянул руки вперёд, будто пытаясь отмахнуться от кого-то. Глаза его покраснели, а вены на лбу вздулись. Человек задыхался, а толстяк продолжал непрерывно смотреть, потом отвёл взгляд.

Гость начал дышать, растирать шею руками, боязливо глядя на толстяка.

– Я не справлюсь, – сказал гость.

– Мы дадим тебе помощника.

– Дали уже одного, до сих пор разгребаю…

– Слушай, – хозяин перебил гостя, – мы тебе не запрещаем держать домашних зверушек, развлекайся, только работу свою делай. Сказано же, нужно накрыть всё от Адлера до Туапсе, помощь будет, дальше, внутри, мы уже сами. Иначе… Ты знаешь, что мы сделаем с твоей женщиной…

– Ладно, ладно… – человек продолжал растирать горло, – кто он?

– Придумаем, как познакомить, придумаем… Иди. С адвокатшей мы тоже всё уладим, несговорчивая попалась, обиделась за муженька своего, ничего, не хочет договариваться – отдаст всё … – толстяк опять откинулся на диване, а девушки, как по команде, принялись лизать его шею.

Человек нервно налил в стакан из дорогой бутылки, выпил в три глотка, поперхнулся с непривычки, зачерпнул пальцами черной икры, отправил в рот и вышел на влажный тёплый воздух…

Адвокаты

Наталья Евгеньевна была женщина твёрдого характера. Годы в адвокатуре, частная практика и трудоголизм превратили её в железную пожилую леди. А каких-то сорок лет назад она приехала в Сочи юной девчонкой, с красным дипломом юриста и большой мечтой – жить и работать у моря. Сначала секретарём в судебном участке, потом помощником судьи. Уже тогда Наташа понимала, что тут, на Юге, пробиться наверх без большой «мохнатой руки», блата и денег практически невозможно. Но пришли девяностые. Криминалу всегда нужна была качественная юридическая помощь. На этой волне Наталья и поднялась, сначала консультировала, а потом открыла своё адвокатское бюро. Параллельно вышла замуж за племянника районного прокурора, родила двоих детей; нажили они несколько квартир, дачу, машины.

Жизнь была бурная, муж стал председателем местной коллегии адвокатов, работа занимала всё их время. Люди тоже встречались разные – от криминальных авторитетов до случайных жуликов и наркоманов. Всем нужна была её помощь, и Наталья Евгеньевна никому не отказывала, не стесняясь накручивать ценник.

Дети выросли и разъехались. Старшая дочь в Америке, сын остался в Питере. И вдруг умирает муж. Неожиданно мужчина шестидесяти пяти лет, никогда не жаловавшийся на сердце, вдруг умирает от обширного инфаркта. Просто – был и не стало человека. Наталья отвела поминки, проводила гостей и родственников, расплатилась со всеми службами. Оставив все дела конторы на исполнительного директора, уехала на дачу, которая находилась в живописном месте, в долине, где сильным ветрам преграждали дорогу горы, а прохладный воздух, что спускался из ущелья, делал летнюю жару не такой изнуряющей. Всё кругом утопало в зелени, ухоженные деревья приносили вкусные плоды, а немногочисленные соседи не донимали своим присутствием.

Земля под эту дачу и ещё несколько участков в этом районе достались Наталье и её мужу в качестве оплаты за одну весомую услугу. Уже вначале двухтысячных годов землю на побережье начали скупать московские риелторы, застройщики и компании, специализирующиеся на недвижимости. Денег и связей у них было много, но при покупке земли в Сочи и окрестностях был один нюанс. Большое количество участков не имело юридического статуса. Ещё в советские времена существовало множество совхозов и предприятий, которые выдавали своим работникам земельные участки для ведения приусадебного хозяйства. После распада СССР эти предприятия исчезли вместе с документацией, а земля осталась, остались и люди на этой земле. Законодательство позволяло оформлять такие земли в собственность, чем и пользовались, порой, нечистые на руку дельцы.

Одно такое дело попало Наталье Евгеньевне. Крупная столичная инвестиционная компания захотела приобрести огромный земельный участок в Сочи, но добрая половина этой земли была не узаконена, да ещё и граничила с Национальным парком. Имея хорошие связи, муж Натальи уладил проблемы с Национальным парком, а её собственные знакомства с местными юристами по недвижимости позволили грамотно оформить документы, ну и завершением сделки стала хорошая взятка начальнику кадастрового комитета. Тогда же Наталье и её мужу перепало несколько участков в хорошем месте.

В тот день Наталья Евгеньевна возвращалась под вечер на дачу. Старенький, но крепкий Тойота Прадо бодро карабкался по бетонной дороге вверх. Возле шлагбаума Наталья притормозила, справа стоял белый Мерседес с тонированными стеклами. Как только она открыла с пульта шлагбаум и проехала, Мерседес тут же двинулся за ней и успел проскочить под перекладиной до того, как та опустится. Машина ехала следом до самого дома. Женщина вышла из авто и внимательно посмотрела на подъезжающий автомобиль. Машина остановилась, серебристое стекло медленно опустилось, человек непонятной национальности с маленькими острыми глазами сначала посмотрел по сторонам, потом спросил:

– Наталья Евгеньевна?

Опытный адвокат не показывала удивления, мало ли за жизнь каких странных людей встречалось, может, кто из старых клиентов или из новых.

– Вы по какому вопросу? – строго спросила она.

– Наталья Евгеньевна? – автоматически переспросил человек из Мерседеса.

– Допустим. Что у вас? – так же грубо продолжала женщина.

В этот момент раздалось три характерных щелчка. Наталья посмотрела на свою грудь, потрогала рукой, пальцы были в чем-то красном, в глазах её потемнело, ноги сами подкосились. Человек в Мерседесе опустил стекло ниже, высунул ствол и сделал контрольный выстрел.

Расследование этого дела ни к чему не привело. Местные следователи пришли к выводу, что это заказное убийство, связанное с профессиональной деятельностью потерпевшей. Записи с камер отсутствовали, других мотивов не нашлось, хотя один явный вариант имелся. В офисе адвокатской конторы Натальи Евгеньевны были обнаружены документы, судя по которым потерпевшая незадолго до смерти продала все земельные участки, о чем были не в курсе её близкие родственники. Но, так как все сделки и покупатели были «чистыми», то дело закрыли, хотя денежные средства так и не обнаружили ни на счетах потерпевшей, ни в наличном виде.

Ветер

Андрей съездил в местный Водоканал, заключил договор на обслуживание септика и уже направил свой автомобиль под мост, где был выезд на объездную. Остановился на светофоре и почувствовал слабый толчок сзади, посмотрел в лобовое зеркало, увидел серебристо-желтый авто и выходящего человека.

– Прости, брат! На тёлочку засмотрелся! Прости! – улыбаясь белыми зубами, извинялся молодой высокий парень. Его серебристый Субару ткнулся в бампер машины Андрея, будто пытался поцеловать.

Андрей осмотрел всё вокруг, потом обратился к парню:

– Сдай назад немного, вроде ничего страшного.

Субарист рыкнул двигателем и откатился на полметра назад, опять вышел.

– Номер немного поцарапал, что делать будем? Гайцов вызывать, или так?

– Да ну, зачем нам это, – спокойно ответил Андрей, – бампер даже не задел, а номер – ерунда, сейчас зафоткаем, напишем друг другу расписку, что претензий не имеем и всё.

– Лады, спасибо, – раскланялся парень, протягивая руку, – меня Ветер зовут, вернее, Лёха, но все зовут Ветер. Поехали, тут кафешка рядом армянская, с меня кофе за неудобства.

– Нормально, я не тороплюсь, – пожимая руку, сказал Андрей.

Они проехали прямо под мост, припарковались в зоне действия знака «парковка запрещена», сели тут же напротив за столиком в кафе.

– Если эвакуатор приедет, то успеем угнать! – весело тараторил Ветер, дописывая расписку. – А у тебя тачка заряженная, я смотрю. Гоняешь?

– Не особо, так, для души иногда, – отвечал Андрей, потягивая ароматный кофе, услужливо принесённый молодой официанткой, которая не стесняясь заглядывалась на молодых парней, так как видела, на каких машинах они подъехали.

Ветер проводил девушку взглядом.

– Толстоватая, но ничего так, тоже можно, – между делом констатировал субарист, – а мы гоняем, раньше в Сириусе можно было круги нарезать, сейчас только за деньги на трассе формулы, но там капец дорого. Ещё на Ахуне гоняем по серпантинам, но там местные возражают, типа спать им не даём по ночам, гайцов часто вызывают. Да тачка у тебя зачёт, присоединяйся, у нас в основном субаристы, но и эвики есть, и бэхи, корчи старые типа марков. У кого мощи хватает, те и гоняют.

– Не, вряд ли, я ж семейный, но спасибо за приглашение, – поблагодарил Андрей, – я недавно тут. А ты местный или приезжий?

Ветер скривил лицо.

– Я коренной, родился тут, каждый кустик родной, – надменно проговорил субарист, – после олимпиады Сочи не тот стал, людей много, места мало, тачку воткнуть негде, раньше Сочи был душевный, а теперь – пригород Москвы.

– Да, с парковками совсем беда!

– А цены?! Ты видел, сколько хаты стоят? А земля? Раньше за пару сотен можно было дачу купить, сейчас в десять раз дороже, а то и в двадцать…

– Ага…

– Народу всякого, неформалы, удалёнщики, еще ковид этот, все прут в наш Сочи, уже жизни нет….

– Ну, что делать, все хотят в тепло, – согласился Андрей, – ладно, пора, поеду я домой, спасибо за кофе.

– Хорошо, брат! Прости ещё раз. Если что нужно будет – звони, телефон есть, – махнул рукой на прощание Ветер.

Андрей приехал домой, рассказал Тане о необычной встрече. Потом они пожарили на мангале стейки и овощи, выпили вина, долго сидели на веранде, разговаривали. Ночь выдалась неспокойная, лил дождь. Настоящий тропический ливень с громом и молниями, какой летом после жары обрушивался в этих местах довольно часто. В доме было душно, так как отключилось электричество и кондиционер вместе с ним, а окна из-за дождя открывать было нельзя. Андрей долго не спал, потом периодически проваливался в дремоту, просыпался, ворочался, потел. Очень сильный ветер шумел ветвями деревьев, ливень бил по крыше и в стекла. Под утро Андрей неспокойно уснул, было уже непонятно, во сне или в видении, но в памяти отпечаталась страшная картина: под дождем стояла женщина, похожая на ту из объявления о розыске, и смотрела через забор в заросли кустарника. На лице её отражался страх, потом сверкнула молния, и женщина превратилась в мужчину без лица, который пытался схватить Андрея, повалил его на землю, сжимая сильными пальцами горло. Андрей хаотично шарил руками по земле, нащупал тяжёлый булыжник. Новая вспышка молнии, грохот. Андрей сидит на земле в луже воды, смотрит на свои руки, а струи воды смывают с них потоками алую кровь…

Убийство

Утром опять светило солнце, как будто ничего и не было, будто стихия только что не пыталась все снести и смыть с лица земли, но в голове до сих пор оставался какой-то шум и обрывки странного сна. В утреннем влажном воздухе висела тревога, где-то вдалеке, надрываясь, лаяли соседские собаки, были слышны голоса людей. Андрей быстро натянул шорты и вышел во двор, обувь, которую забыли убрать с вечера, вся была мокрая и неприятно хлюпала на ногах. Вышел за ворота.

Прямо по центру импровизированной парковки стоял полицейский «Уазик», вплотную к нему припарковался «Ларгус». Соседи стояли чуть выше и правее, разделились на две группы, переговаривались, показывали руками. Слева, внизу находились трое полицейских, а женщина в форме склонилась над телом, которое лежало у самой обочины, в ливневке, лицом вниз. Андрей прошел мимо тела, встретился глазами с женщиной-криминалистом, поднялся выше к толпе, поздоровался.

– Что случилось? – спросил он кивая в сторону трупа.

– Арендатора моего убили, – подавленно выговорил Владимир, не обращая внимания на своих орущих собак, – Генка, с соседней улицы, пошёл на работу, увидел, начал мне в двери долбиться. Потом уже всем позвонили, вот…

– Н-да, – потирая шею, сказал Андрей. В голове не утихал ночной гул. – Известно что-то?

– Вроде, камнем его, по затылку, – вклинился в разговор сосед Георгий, одновременно пригрозив кулаком своим сыновьям, которые начали бегать вокруг. – Ночью поперся куда-то, видимо, а утром – вот, нашли…

– Твой жилец? – спросил Андрей у Владимира.

– Ага, пятый день как заехал, – так же грустно ответил сосед, – они каждую ночь гужбанили, у меня ещё три комнаты жильцов: москвичи, а этот с Тагила. Нормальный мужик, ну бухал, а кто на отдыхе не бухает, я и вино им продавал, утром на море – вечером тут шашлыки, все дела. Как так-то? Кто его? Жена у него, ребёнок, сейчас с ними следователь в доме беседует…

– Понятно, – привычно произнес Андрей, чувствуя, как начинает болеть голова.

Из нижнего проулка вышел сердитый сосед, осмотрелся, подошёл к полицейским, поздоровался с каждым за руку, что-то спросил, потом подошёл к телу, поговорил с криминалистом.

Андрей спросил у Владимира:

– А он кто? Он же рядом живет?

– Это Степан, – брезгливо ответил Владимир, – он раньше на Мацесте, у нас, участковым был. Потом на пенсию ушёл, так и живёт один тут.

В этот момент подошла председатель СНТ, которую звали Надежда, Андрей её раньше не видел, но несколько раз общались в чате по общим вопросам садового товарищества.

– Твои жильцы, Володь? – обратилась она. – Уже все в чате знают, какой кошмар.

Владимир кивнул, одёрнул собак.

– Пишут, что голову пробили, известно, кто? – Председатель испуганно дёргала глазами. – В такой дождь ещё, что он попёрся то?

– Да, непонятно, – подтвердил Георгий.

– Сейчас опять с документами меня замотают, – недовольно продолжала Надежда, – камеры смотреть будут. Кстати, пока тут все собрались, напоминаю, надо каждому владельцу земельного участка заехать в управление, я в общей группе писала, помните?

– Ну, – закивали соседи.

– Там голосование против дороги, которую планируют через наши сады провести, надо свой голос «против» поставить. Съездите, пожалуйста, а то нам жизни спокойной не будет с этой стройкой.

– Заедем, – согласились, кивая, соседи.

К этому времени тело упаковали в пакет и унесли в «Ларгус». Из дома вышел следователь, поздоровался с бывшим участковым, перебросились парой слов. Потом у каждого из присутствующих спросил показания, записал фамилии, номера домов и телефоны, после долго беседовал с Надеждой.

Когда все начали расходиться, Андрей заметил «сердитого» соседа Степана рядом у своей машины, тот стоял и курил. Андрей подошел, протянул руку.

– Андрей.

– Степан, – не глядя, произнес сосед, – недавно сюда переехал?

– Весной, в конце апреля, – подтвердил Андрей и спросил: – Правильно понимаю, что вы тоже из органов?

Степан затянулся сигаретой, выдохнул и внимательно посмотрел на собеседника.

– Каждую собаку тут знаю. Участковым был.

– Я тоже немного имею отношение, – поддерживая разговор, сообщил Андрей, – в убойном работал, ну, как работал, с компьютерами помогал, там, у себя на родине. Есть мысли, что тут произошло?

– Скорее всего, бомжи грохнули, больше некому. Вопрос – зачем? Ничего не украли.

– Хм, интересно…

– Неинтересно, – пробубнил сосед, бросил сигарету и пошел в сторону своего дома.

Андрей проводил угрюмого собеседника взглядом, открыл машину, сел и попытался войти в «состояние». Казалось, что в голове до сих пор дождь стучит по крыше. Он откинулся на подголовник и начал разгонять сознание, но картинки не было, только сплошной шум. Лишь промелькнул в темноте человек, он смотрел сквозь дождь, сквозь темноту куда-то вперёд, вокруг стояла тревога и напряжение, потом сверкнула молния, и всё потухло. Андрей замотал головой, чувствуя, как увяз в каком- – то тумане, посидел немного, попробовал еще раз, но ничего не вышло, видений больше не было, только голова ещё больше разболелась.

После обеда Андрей с Таней и дочкой поехали на пляж. По пути заехали в местную управу, чтобы поставить подпись против строительства дороги на территории СНТ. Там же была и председатель Надежда, она беседовала с пожилой парой:

– Зачем нас потащили сюда, какие подписи? – еле связывая слова, пробормотал пенсионер. – Нам автобус сейчас ждать, так бы до дому сразу доехали…

– Я же в сотый раз повторяю, – Надежда закатила глаза, – вот, очки наденьте, посмотрите карту, видите? Хотят дорогу делать на Красную поляну, прямиком через наши земли, понимаете? Через ваши же участки дорога пойдёт. Если возмущаться не будем, то так всё и произойдет. Надо подписи собрать, что мы против, пусть план переделывают.

Пожилая пара сосредоточила свои взгляды на карту, которая висела на стене, вернее, это были несколько обычных листов, распечатанных из проекта генерального плана. На карте красной пунктирной линией красовалась запланированная дорога, она пролегала от въезда в Сочи со стороны Дагомыса и до Красной поляны, минуя Адлер. Так же были чётко видны населённые пункты, по которым планировалось построить новую широкополосную трассу. Председательша увидела Андрея, затрясла рыжей кудрявой головой:

– Вот вы-то мне и нужны, расписались уже? Ладно, вы же в компьютерах вроде разбираетесь?

– Немного, – подтвердил Андрей, поддерживая легенду, что работает программистом из дома, – смотря, что надо…

– У нас полетел системник, который видео пишет с камер, наверное, из-за грозы, сможете посмотреть? Следователь тоже смотрел, но ничего не сказал, типа сгорел и записи нет, он хотел узнать, кто заезжал и выезжал ночью, когда, ну… этого убили, у нас же камера над шлагбаумом. Системник в будке у тридцать шестого участка, где щитовая, у хозяина участка есть ключ, заедете, посмотрите?

– Хорошо, – разглядывая карту, кивнул Андрей, – гляну, напишу потом в чат.

– Спасибо, спасибо! – председательша резко развернулась и продолжила что-то объяснять пенсионерам.

Дело

Вечером, после моря, Андрей подъехал к щитовой, попросил ключ. Внутри всё было в паутине и пыли. Вдоль правой стены расположился электрический щит с рубильником и автоматическими выключателями. Слева стоял длинный стеллаж, на котором находился старый системный блок от компьютера, он был сдвинут, судя по пятну пыли и следам от пальцев, наверное, следователь или кто-то из его подчиненных пытались проверить работоспособность. Рядом стояла батарея от устройства бесперебойного питания, провода были грубо перемотаны изолентой и уходили под стеллаж.

Андрей вытащил системный блок из щитовой, положил его в багажник машины, а Надежде написал, что забрал системник домой и попробует починить.

Уже поздней ночью Андрей смог подключить жесткий диск от принесённого системного блока к своему ноутбуку, благо, что нашлись необходимые кабели и разъёмы. Последнее видео на диске обрывалось в пять двадцать утра, видимо, источник бесперебойного питания к этому времени как раз и отключился. Судя по записи, начиная с часа ночи и до самого утра, из СНТ никто не выезжал. Андрей написал в общий чат, что в системном блоке нужно менять блок питания, а о том, что смотрел запись – умолчал.

Через пол часа раздался настойчивый стук с улицы – кто-то долбился в ворота. Андрей вышел во двор, посмотрел в щель калитки и разглядел угрюмого соседа, открыл дверь.

– Привет ещё раз, – впервые с улыбкой проговорил Степан, – запись получилось посмотреть?

Андрей удивлённо посмотрел на соседа, а тот продолжил:

– Ну, не строй удивление, понятно же, зачем ты взялся за ремонт компьютера.

– Хм, чувствуется ментовская жилка! – улыбнулся парень.

– Пошли ко мне, обсудим, – невозмутимо позвал Степан, – водку будешь?

Андрей предупредил Таню, что пошёл к соседу, та нахмурилась, но ничего не сказала.

К дому Степана можно было пройти по заросшей тропинке, которая сворачивала влево, как раз мимо ливнёвки, где утром обнаружили труп. Потом дорожка огибала два участка и выводила на параллельную улицу.

В доме было по-холостяцки чисто, но накурено, длинные половицы ровно лежали на деревянном полу, на стене висел характерный ковёр с оленями, у стены кровать, в углу старый чёрно-белый телевизор на тумбочке. В другом углу приютилась маленькая кирпичная печка.

– Уютно, – сказал Андрей.

Степан нырнул на веранду и вернулся с початой бутылкой водки, поставил на стол две старинные гранёные рюмки, налил.

– Закусываешь? – не глядя на гостя, уточнил хозяин и махом опрокинул в себя налитое.

Андрей пожал плечами и тоже выпил. В памяти его почему-то сразу всплыла картина из дома Вадима Петровича, где они раньше сидели после бани, выпивали, беседовали. Угрюмый сосед уже не казался таким неприятным. Тепло разлилось внутри.

– Что там на камерах? Выезжал ночью кто, нет? – без прелюдий начал Степан, закуривая. – Следакам явно дела нет, спустят на глухаря… Ничего не узнаем…

– До пяти тридцати примерно камера ещё писала, пока аккумулятор на бесперебойнике не сел, – ответил парень, – никто не выезжал ночью, свет вырубило где-то в три.

– О чём это нам говорит? – наливая, размышлял бывший участковый. – Что убийца живет здесь у нас рядом, либо пришёл пешком через лес, что в такой ливень маловероятно, значит – свои. Вопрос – зачем убивать?

Андрей кивнул, поддавшись навалившемуся хмелю:

– Мотивов обычно немного. Деньги, любовь, месть или ненужный свидетель.

– Соображаешь, – подмигнул Степан и опять хлопнул рюмку, – там ещё камень с отпечатками нашли, вроде – орудие убийства, так что не удивляйся если на дактелоскопию вызовут. Проживающих и гостей у Владимира уже проверили – чисто. По протоколу обязаны всех проверить, хотя тут нафиг никому не надо, не удивлюсь, если не проверят.

– Это уже интересно, – подхватил парень, – если из своих кто, по пьянке, то быстро бы нашли, но что-то мне подсказывает, что отпечатки ничего не дадут, да и Владимир говорил, что в ту ночь они не выпивали, тогда какие варианты?

– Нахрена идти ночью на улицу? – опять наливая себе, проговорил Степан. – Что он там в такую погоду мог увидеть или услышать?

– Хороший вопрос, – подтвердил Андрей, – а если исключить залётного убийцу, то из своих кого можно подозревать? Если начать с близь живущих?

Бывший участковый прищурил глаз, выпил, задорно приподнял указательный палец, затянулся сигаретой, выдохнул в потолок.

– В первую очередь я бы подозревал Владимира, меня и тебя, – по-детективному разложил Степан, – потом Генка, который труп нашел первым, затем Георгий и твой сосед, дед, который справа, тоже Андреем зовут.

– Да. Знаком уже. Ты их всех хорошо знаешь? – спросил парень.

– Всех, как облупленных, – подтвердил Степан, – Вовку вообще пацаном ещё помню. Жорка, Георгий – дак у меня на глазах тоже вырос, с отцом его на рыбалку ездили. Генка лет десять тут живёт, сварщик, всем помогает, никогда не откажет. С дедом не общаемся, вроде, он отсидел в семидесятых, за растрату, но со мной не разговаривает, я ж – мент, хоть и бывший.

– Бывших не бывает, – проговорил Андрей.

– Точно, – согласился бывший участковый, – заеду завтра в отдел, может чего узнаю. А ты чего не пьешь?

– Домой пора, – Андрей поднялся с табуретки и пошёл к выходу, – держите в курсе.

– Бывай.

Тёплая южная ночь. Испарения от дождя поднимались в воздухе, смешивались с ароматом амброзии и приятно раздражали ноздри. Андрей вышел на тропинку, дошёл до поворота к своему дому, остановился, глубоко вдохнул, глядя в звёздное небо. Почти сутки назад прямо на этом месте убили человека. Парень закрыл глаза, попытался войти в «состояние». Получилось, но алкогольный туман не позволил разглядеть силуэт, стоящий под стеной дождя, потом сверкнула молния, отражаясь в глазах человека. Взгляд был удивлённый, потом удар, и всё потухло.

Андрей открыл глаза, пытаясь понять увиденное, вслушался в звенящую тишину, посмотрел на небо, и, так и не разобравшись, пошёл домой.

Размышления

На утро шум в голове утих, но от выпитой вечером водки до сих пор оставался лёгкий туман. Таня ещё спала, Дашку тоже было не слышно. Андрей тихо собрался, поцеловал жену, густо вдохнул её волосы, сунул руку под простынь, прижал к себе тёплое тело, ещё раз поцеловал спящую и вышел из дома. Нужно было проветриться и отвлечься.

От дома до моря ехать примерно десять километров. Ранним утром машин на дороге почти не было, изредка попадались вялые собаки и одинокие коровы. «Вот деревня! – подумал Андрей, – у нас в Сибири коров уже и не встретишь, а тут – каждый день, еще и лошади бывают». Так он доехал до стоянки, где обычно оставляли свои авто туристы, а дальше шли до пляжа пешком. В столь ранний час на парковке уже стояло несколько автомобилей, Андрей остановился рядом, вышел и направился к морю. Погода не обещала быть дождливой, но частые низкие облака проплывали по небу, оставляя на поверхности воды большие тёмные пятна – .

Андрей остановился на возвышенности, откуда открывался шикарный вид на море. Бескрайнее, бесконечное море – его величие заставляет ощутить себя маленькой букашкой в огромном мире. Где-то вдали виднелась группа сап-серферов, ещё дальше, справа, медленно плыла маленькая яхта, оставляя за собой выделяющуюся на поверхности светлую полоску. Слева, в туманной дымке, виднелся Олимпийский парк – величественное наследие прошедших Олимпийских игр 2014.

Андрей любил гулять вдоль моря. Шум волн погружал в воспоминания и заставлял расслабиться. Сколько всего произошло за последние несколько лет. Сколько смертей и утрат, сколько человеческих судеб было изменено помимо их воли. Андрею часто не давал покоя один вопрос – а распоряжается ли простой человек своей судьбой? Может ли обычный человечишко как-то глобально влиять на окружающий мир? Или этим миром правят подобные ему самому, которые способны формировать события и управлять ситуациями? Почему и зачем так устроил создатель? В голове всплывали слова мерзкого доктора Бергмана, по его теории – все люди могут превращать свои мысли в действия и результат, только у всех разная мощность и настройка данного генератора. И почему такие способности проявились у Андрея? Или это адская машина того Бергмана что-то изменила? Позволила использовать его способности и помочь их задействовать в чужих корыстных целях? Нет, Бергман, нет. Хоть ты и использовал меня, но я остался человеком. А человеком ли? Да. Уверен? Ты убивал людей собственными руками. Как ты можешь называть себя человеком? Я убивал не людей. Как только они решили, что могут безнаказанно лишать жизни невинных – они перестали быть людьми. А какое ты имеешь право вершить суд? Если не я, то кто? Они обладают такой силой и связями, что справедливость никогда не восторжествует. Если уж они загнали в угол такую глыбу, как Вадим Петрович, которому министры ножкой шаркали, то что тут говорить о справедливости? Нет! Только стирать их в порошок, без суда и следствия. И он, Андрей, будет это продолжать делать.

Такой диалог с самим собой иногда случался. Потом он вспомнил Катьку, интересно, как она сейчас? Потом в памяти пронеслись ребята из дела «Кузнечики», потом опять Вадим Петрович. Андрею очень не хватало поддержки и мудрости шефа, порой он мысленно с ним советовался или предполагал, как бы поступил шеф в той или иной ситуации, казалось, что он ещё жив и незримо помогает. Но это лишь грезы. А реальность была такова, что преступления совсем рядом, а виновные объявляться самостоятельно не хотят. Ночное убийство было очень странным. Особенно странно то, что Андрей не мог его увидеть. Какие-то обрывки, вспышки и образы – зацепиться не за что. Во время прогулки шум в голове совсем прошел и мысли прояснились. Раз ничего не вижу, то придется действовать классическим путем – подумал Андрей и направился обратно к машине. Уже за рулем он позвонил Сане.

– Привет.

– При-и-и-вет, Андр-е-й! Ха-ха, как в песне, да? – бодро шутил Саня. – Говорят, что Андрей Губин тоже в Сочи живет, ты его не видел, случайно? Ха-ха.

– Не, Сань, не видел, я тут последнее время вообще хреново «вижу», ну ты понял. Скажи, как там наше новое оборудование?

– О! Это просто мега – супер! Я заканчиваю отладку системы, скоро смогу шарить в электронной базе любого ведомства, в любом отделе полиции, любому оперу в компе, как в собственном кармане.

– Вот, это хорошо. У нас, прикинь, у самого дома вчера ночью человека грохнули, тупо камнем по голове…

– Нормально у вас там в Сочи. Типа, в городе Сочи – тёмные ночи?

– Видимо. Вообще ничего не «вижу», темно. Пошаришь в местном отделе, может были тут какие происшествия, статистику посмотри.

– Понял, сделаем. Как раз надо систему опробовать. Сразу сообщу.

– Давай, удачи. И будь осторожен.

– Ха-ха. У меня как в Швейцарском банке…

– Ну-ну.

По дороге домой Андрей заехал на местный рынок, купил свежих фруктов и горячий лаваш, прямо из тандыра. Тут же откусил хрустящий уголок, зажмурился от удовольствия. Да, это Сочи, детка! – он наблюдал за людьми, которые сновали туда-сюда по рынку, от прилавка к прилавку. Тепло, рядом море, фрукты. И люди, тысячи людей вокруг, переплетение ситуаций и судеб, радости, надежды и разочарования, все это висело в воздухе, наверное, от того Андрей и не мог ничего нормально «разглядеть» – слишком много людей и жара.

Опять сообщение в местном чате СНТ, пишет председательша: «Доброе утро! Сегодня последний день общественных обсуждений проекта ПЗЗ. Я скинула объявление, в котором в самом низу нужно перейти по ссылке на сайт администрации и внести свои предложения/возражения. (Я категорически не согласен, против с изменением зоны и изменением категории земли с кадастровым номером таким-то (укажите свой). Прошу вас учесть замечания и не менять зоны и категорию земли: земли населенных пунктов на СХЗ1.»

Вся эта ситуация в Сочи с земельными участками немного напрягала Андрея, хотелось понять логику, зачем это все нужно? Скорее всего – деньги, но почему так? Непонятно. Надо попросить Санька, чтобы промониторил эту тему тоже, что-то тут нечисто.

Будни

Следующие две неделе пролетели незаметно. Сначала приехала тёща, которая ни разу в жизни не бывала на море. Пришлось возить её по местным достопримечательностям, пляжам, показывать Олимпийский парк и так далее, но Андрея это не напрягало, напротив, мать у Татьяны была женщиной с понятиями, зятя уважала, да ещё, к тому же, прекрасно готовила и с удовольствием няньчилась с внучкой.

Вообще, жизнь в Сочи начинала ему нравиться, хотя имелись некоторые странные особенности этой самой жизни, основанные на местном менталитете и географическом расположении. К примеру, на дороге, и, наверное, это в основном относилось к местному коренному населению, человек мог просто остановить автомобиль посреди узкой проезжей части, чтобы поболтать со знакомым, и плевать, что сзади едут ещё машины, как в выражении – «и пусть весь мир подождет». Или ещё – здесь не соблюдались никакие строительные нормы и правила. Из-за гористой местности ровных участков практически не было, и эти участки застраивались так плотно, особенно в частном секторе, что по улицам посёлков невозможно было разъехаться двум автомобилям. Одному из них приходится пятиться задом до ближайшего перекрёстка или разъезда. Ещё одной местной проблемой являлась канализация, вернее, практически полное её отсутствие. Если в городе эта проблема ещё как-то решалась, хотя и все местные знают, что всё течет в море, то в посёлках население вообще не заморачивалось – из выгребных ям все текло в ливнёвку, оттуда в горные ручьи, ручьи стекали в речки, а реки, соответственно, тоже в море. Именно по этой причине коренные жители Сочи не купаются на общественных пляжах, а выбирают отдалённые уголки побережья, где отсутствуют впадающие реки и сточные канавы.

При покупке дома Андрею объяснили, что их система канализации самая современная. Стоял какой-то высокотехнологичный септик, который очищает стоки на девяносто девять процентов. Видимо, этот современный агрегат не справился с активностью тёщи и её частой готовкой. Воду она, по привычке жить в городе, не экономила, с посудомоечной машиной не дружила, а предпочитала мыть всю посуду вручную, напевая под нос песни Стаса Михайлова. В последнее время Андрей начал замечать, особенно по вечерам, неприятный запах, доносившийся со стороны очистной установки. Он позвонил в специальную службу, которая направила к нему специалиста для устранения проблемы. На стареньком японском универсале приехал мужик средних лет, небольшого роста, с залысинами, представился Серёгой.

– Добрый день! Показывайте пациента! – бодро проговорил Серёга.

– Вон там, внизу участка слева, зелёная крышка, – показал Андрей.

– Понятно, я кажется, даже помню, это наша организация устанавливала в этой части поселка очистные установки, – весело болтал мастер, пока они с хозяином спускались вниз участка, – сейчас глянем, вроде слышно, что компрессор работает, это хорошо, значит, по электрической части все исправно.

Сергей открыл крышку септика, рой комаров вырвался наружу, а по округе распространился запах нечистот. Нисколько не смущаясь, мастер надел резиновые перчатки, запустил руку в зловонную массу и достал длинную пластиковую палку с тонкими поперечинами, напоминающую огромную расчёску.

– Всё по классике, – осматривая данный элемент конструкции, констатировал Сергей, – волосы!

– Что волосы? – переспросил Андрей, морщась от запаха.

– Видимо, в доме проживает несколько женщин с длинными волосами! – опять улыбнулся мастер, – защитная ловушка для волос не справляется, волосы забивают главный фильтр, циркуляция нарушается, соответственно, очистка в должном качестве не происходит, и, как итог, – запах.

– Понятно, – грустно сказал Андрей.

– Не переживайте, всё сделаем, – подбодрил мастер, – вы не один такой, я часто в вашем поселке бываю, к соседям вашим часто езжу. Там, выше, в доме тоже постоянно септик забивается, я владельцу показываю, говорю, мол, девок у вас много что ли живет с длинными волосами? Тот отшутился, говорит, что обреет их налысо, а то разорится на ремонте. Ну, поржали тогда… Это, собственно, и не проблема, просто надо регулярно проводить ревизию ловушки для волос.

– Ладно, успокоили, – улыбнулся Андрей, – не будем тёще причёску портить!

– Ага!

Мастер прочистил всю систему, промыл напором воды какие-то трубки внутри, проверил компрессор, всё закрыл крышкой, получил свою оплату и благополучно уехал.

Друзья

В пятницу Андрей получил сообщение от парня, владельца автомобиля, который въехал в него на перекрестке.

«Привет, это Ветер, собираемся сегодня на Ахун, погонять. Присоединяйся, потом на берег спустимся, шашлык и т. д. Сбор внизу в восемнадцать ровно, геопозицию скину.»

Ближе к вечеру, оставив дочку с бабушкой, Андрей и Таня поехали на встречу с автогонщиками. Спустились к санаторию «Зеленая Роща», обогнули гостиничный комплекс и свернули на дорогу на Ахун. Немного попетляв по серпантинам, выехали на широкую развилку, где уже стояло более двадцати автомобилей разных марок. Были там и американские яркие кабриолеты и старые японские корчи, немецкие тюнингованные седаны, даже пара разрисованных трехдверных Ситроенов. Обстановка напоминала кадры из фильма «Форсаж». Всюду сновали люди, из каждого авто звучала разная музыка, заглушаемая громкими рыками двигателей. Андрей припарковался с краю, чтобы наблюдать всю эту безумную картину. Кто-то постучал по стеклу, и появилось знакомое улыбающееся лицо.

– Привет, братан!

– Привет, Ветер! Масштабно тут у вас!

– Это Сочи, детка! – Ветер подмигнул Татьяне, приобнял вышедшего из машины Андрея. – Рад видеть, бро! Гонять будешь?

– Нет, мы посмотреть только, – сказал Андрей, – пользуюсь моментом, пока тёща может с ребенком побыть, выгуливаю жену, так сказать.

– Понятно, идёмте, я вас познакомлю, у нас тут целыми семьями приезжают!

Они подошли к группе мужчин, которые что-то активно обсуждали, эмоционально жестикулируя, стоя у открытого капота старенького праворукого японца.

– Ну, нельзя, нельзя взять и вдуть два бара в сток, пойми! – громко говорил один крупный, мордатый мужик с недельной щетиной.

– Был бы сток, оно бы понятно было, – пояснял худой высокий, профессорского вида очкарик в футболке с логотипом Ауди, – мы сюда знаешь, сколько бабла вбухали, это уже трудно назвать двести седьмым мотором, поршни с короткой юбкой, шатуны кованные, понимаешь, потому и тянет столько…

– Парни, знакомьтесь, это Андрей, которому я бампер на бэхе попортил, – прервал шумный диалог Ветер, – это Глеб, он у нас по немцам, это Лёша по кличке Картель, у него свой сервис, вылечит любую болячку, это Гена, он запчасти поставляет и тачки возит под заказ.

Мужчины пожали руки, некоторые не без интереса косились на симпатичную спутницу нового знакомого.

– Знакомьтесь, Татьяна, моя жена, – представил Андрей.

– Респект, – протянул девушке руку Глеб, – тоже любишь гонки?

Таня молча пожала плечами.

– Ты вроде компьютерами занимаешься? – спросил Лёша Картель, – Ветер нам что-то говорил…

– Не столько компьютерами, сколько базами данных, – лукавил Андрей.

– О, даже лучше, – Картель подошёл ближе, – дело одно есть, консультация нужна, давай позже обсудим, вы же потом с нами на берег поедете?

– Хорошо, – ответил Андрей.

– Договорились!

Сами гонки были не столь зрелищными, сколько наполнены эмоциями участников. Смысл соревнований заключался в том, кто быстрее съедет с горы, а так как дорога имела не менее трёх десятков крутых поворотов, то мастерство требовалось немалое, чтобы за минимальное время и с максимальной скоростью преодолеть спуск.

Когда все заезды закончились и все довольные и недовольные результатом участники уселись по своим авто, шумная процессия двинулась вниз, к морю, у развилки некоторые отделились и уехали по своим делам, кто-то остановился на парковке у магазина. Андрей, Ветер, Глеб, Картель, Геннадий и ещё пара авто поехали одной колонной к спуску на пляж, кто-то посигналил охраннику на въезде, тот поднял шлагбаум и пропустил машины. Проехали под мостом, становились на небольшой бетонной дороге, которая шла вдоль моря, выше виднелись железнодорожные пути, пляж был безлюдным, освещался несколькими тусклыми фонарями.

Мужчины занялись шашлыками. Ветер собирал переносной мангал с вырезанным на нем логотипом Subaru, Глеб и Гена насаживали на шампуры крупные куски мяса, как обычно все громко обсуждая.

– Я обычно мясо на рынке беру у Ахмеда, знаешь, на Донской?

– Да, брал пару раз, мне маринад у него не очень нравится, вот у «сберкасс» есть шашлычная, там можно купить мясо маринованное уже, вот там шашлык получается! Губами есть можно!

– Ну, это на любителя, свинина и так мягкая, если баранину, то у меня батя делает – офигеешь, ни запаха, ни…

Андрей наблюдал за всем этим со стороны, улыбаясь. Тепло, шум моря, интересные люди. Таня о чем-то разговаривала с женой Глеба, рядом сновали с палками и ветками двое мелких пацанов, они поджигали концы палок в разгорающихся углях мангала, а потом бежали тушить их в море. Супруга Глеба иногда покрикивала на них, чтобы были осторожны и не покалечили друг друга.

– Андрей, иди к нам, ты чего скучаешь! – окликнул Ветер.

– Я не скучаю, – Андрей подошел ближе, – просто приятно смотреть на всю эту идиллию…

– Это Сочи, детка! – повторил заезженную фразу Ветер. – У нас всё так, все на расслабоне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.