# Логотип Вселенной

Александр Александрович Логвинов

Что общего у грехопадения, Ньютона, технологий и детских воспоминаний? Всё начинается с укуса яблока. Эта книга – о том, как малое становится отражением бесконечного.

> Надкушенное яблоко – символ того,

> что человек осмелился понять.

## Часть первая. Плод познания

Перед нами обыкновенное яблоко – гладкое, налитое соком, с лоснящейся кожурой, в которой играют блики света. На первый взгляд это лишь фрукт, дар природы, созданный для утоления голода. Но в тишине момента, когда рука поднимает яблоко и взгляд задерживается на его идеальной округлости, возникает предчувствие: за этой простотой скрывается многовековой символ. За окном тихо шелестят листья, солнечный луч скользит по столу, выхватывая золотистый бок яблока. В такой безмятежной тишине любое действие ощущается значимее: словно сама Вселенная затаила дыхание в ожидании.

Еще до того, как на поверхности появится хоть малейший изъян, яблоко представляет собой совершенное целое. В нем заключены обещания вкуса и сытости, знания и соблазна. В культурной памяти человечества яблоко давно перестало быть просто плодом – оно стало знаком, знакомством с неизвестным. Достаточно вспомнить первый мифический укус, изменивший ход всей истории: плод познания в саду Эдема. В библейском предании первая женщина, Ева, протянула руку к таинственному плоду на Древе познания и откусила его, стремясь к мудрости – один маленький укус, после которого мир уже никогда не был прежним. Она открыла человечеству глаза на добро и зло, но вместе с тем навлекла изгнание из рая. Откушенное яблоко стало там символом и знания, и греха одновременно. То был момент, когда невинность была утрачена, и за один укус пришлось заплатить целостностью прежнего идеального мира.

Этот сюжет – лишь один из многих, где яблоко выступает проводником изменений. В древнегреческом мифе богиня раздора Эрис подбросила на пир богов золотое яблоко с надписью «Прекраснейшей» – и тем самым посеяла соперничество, что в конечном счете привело к Троянской войне. Яблоко раздора вошло в язык как название любого предмета, вызывающего споры и конфликты. Казалось бы, мелочь – фрукт, но способен расколоть мир на части. А в некоторых других легендах яблоко и вовсе могло даровать сверхъестественные дары: кельты почитали его как источник знания и магии, в кельтском раю Аваллоне росли яблони, плоды которых даровали вечное блаженство и исцеление. В скандинавских мифах боги поддерживали свою вечную юность золотыми яблоками богини Идунн. В средневековых легендах яблоко тоже могло решить судьбу – вспомним Вильгельма Телля, который метким выстрелом сбил плод с головы своего сына. Яблоко там стало символом и побудителем свободы: рискнув, герой доказал право на независимость своего народа. Этот простой фрукт представлялся вместилищем чудесных свойств, символом жизни, мудрости или раздора – смотря по тому, кто рассказывает историю.

Не только в мифах, но и в легендах науки яблоко сыграло свою роль. Говорят, что Исаак Ньютон задумался о природе гравитации, увидев падение яблока с дерева. Пусть это и полулегенда, образ «яблока Ньютона» стал символом научного озарения: простое падение плода навело на мысль, изменившую весь мир. Яблоко словно хранило в себе тайну притяжения, пока не пришел пытливый ум и не «вкусил» это знание – пусть даже не буквально зубами, а умом.

От религиозных аллюзий до научных метафор, яблоко неизменно присутствует там, где речь идет о знании, о выборе, о судьбоносном решении. И каждый раз акт откушивания – ключевой поворот: именно он превращает потенциал в действие. Момент до укуса полон ожиданий, момент после – насыщен фактами и последствиями. Пока яблоко цело, все возможности при нем: и вкус, и утоление голода, и новые идеи – но всё это скрыто под гладкой кожурой, неприкосновенное. Человек, поднявший яблоко, еще может передумать, оставить его целым. Но стоит лишь сомкнуться зубам на сочной мякоти, как совершается необратимое. Это миг перехода от возможности к реальности. Как только первый кусочек отнят, точка невозврата пройдена – яблоко уже никогда не будет прежним, целым. Невозможно приставить откушенный фрагмент обратно, как ни жаль – совершилось маленькое необратимое превращение. Недаром древний философ Гераклит говорил, что нельзя дважды войти в ту же реку – также нельзя дважды откусить одно и то же яблоко, ведь при втором укусе оно уже будет другим. Необратимость – фундаментальный закон бытия.

Герой нашего мысленного эксперимента – любой человек, скажем, наблюдатель, задумчиво держащий яблоко в руке. Он ощущает его приятную тяжесть, вдыхает тонкий аромат. В это мгновение будущее еще не решено. Возможно, его посещают смутные ассоциации: всплывают отголоски древних историй и личных воспоминаний. Яблоко на его ладони становится как бы символической точкой пересечения времен. Тепло солнца, что зрело этот плод, труд садовника, укрывшего деревце от холодов, – весь прошлый мир сосредоточен в едином целом, в гладкой шкурке. А впереди – его собственное будущее, в котором это яблоко может сыграть свою роль, пусть и скромную. Откусить или нет? Этот выбор неожиданно приобретает оттенок судьбоносного, если взглянуть шире. В каждом простом действии скрывается глубина: достаточно задуматься – и простое яблоко превращается в метафору выбора.

Наблюдатель постепенно подносит яблоко ко рту. Он мог бы, конечно, разрезать плод ножом на аккуратные дольки – так было бы даже опрятнее. Но разве это сравнится с живым, первобытным ощущением, когда самыми зубами впиваешься в спелую мякоть? Откусить – самый честный и прямой способ вкусить яблоко, как делали люди испокон веков. Он делает это не спеша, как будто давая себе шанс осознать момент. Зубы касаются холодной гладкой кожицы. И вот – решимость перевешивает сомнение. Совершён укус. Мягкая хрустящая мякоть поддается, и тишину нарушает сочный треск – тот самый первобытно приятный звук ломаемых клеточных стенок. Сок брызгает едва заметно, освежая губы. Яблоко отдает миру – или точнее человеку – свой вкус и свою часть. В этот миг человек перешагивает невидимую грань: то, что было цельным, стало разделенным. Отныне яблоко несет на себе печать индивидуального действия, уникальный отпечаток зубов – словно подпись того, кто вкусил его плоть. В некотором смысле на срезе теперь можно прочесть: «здесь был человек». Природа создала плод, а человек наложил на него свой знак.

Укус приносит мгновенные ощущения: кисло-сладкий, освежающий вкус заполняет рот, хруст приятно отдается в ушах. Это первый укус, и он особенно яркий. Ничто не сравнимо с первым впечатлением – дальше, с каждым новым откушенным кусочком, чувствительность притупится, вкус станет привычнее. Но сейчас, в эту секунду, он представляется совершенным и новым, как неожиданное откровение. Вкус несет в себе и радость, и облегчение голода, и даже проблеск воспоминания: для кого-то яблочный аромат мгновенно вызывает в памяти детство, бабушкину кухню, летний сад. Недаром говорят, что вкусы и запахи – ключи от сокровищницы памяти. Один укус – и вкус детства возвращается, с легкой кислинкой наливного яблочка, украдкой сорванного когда-то с ветки. На мгновение перед внутренним взором героя возникает сцена из прошлого: залитый солнцем бабушкин сад, старая яблоня у плетня, тёплый полдень, звенящая тишина и пряный аромат только что сорванного плода. Маленький мальчик осторожно откусывает яблоко, сок бежит по его пальцам, а вокруг – безмятежность и счастье. Кисло-сладкий вкус того далёкого лета неожиданно явственно ощущается и сейчас, возвращая героя мыслями в ту пору беззаботности.

Одновременно с удовольствием приходит и тень задумчивости. Человек смотрит на то, что теперь держит в руке: на яблоке отчетливо видна выемка – неровный полукруглый край там, где раньше была гладкая поверхностная оболочка. Асимметрия: идеально правильный плод навсегда утратил свою целостность. Отныне он уникален – второго такого среза нет в целом мире, ведь его сформировали именно эти зубы, именно в этот момент. Внутренняя сущность яблока обнажена: наружная красота и скрытая сердцевина наконец встретились. Белая сочная мякоть, доселе спрятанная под глянцем кожуры, теперь открыта взгляду – словно явлена истинная природа вещи, прежде прикрытая блестящей оболочкой.

Откусив кусочек, наблюдатель невольно осознаёт, что совершил маленький акт уничтожения и созидания одновременно. Жизнь этого яблока прервалась, чтобы продлить его собственную. В природе, где каждое питание есть чья-то жертва, этот плод пожертвовал своей целостностью ради того, чтобы дать энергию другому существу. Человек сделал выбор в пользу своей потребности – и тем самым кардинально изменил судьбу фрукта. Яблоко уже не пойдет на подарок учителю, не станет на витрине символом щедрого урожая. Да и в самом деле, надкушенное яблоко уже не подаришь – знание, однажды вкусив, не передашь другому в нетронутом виде; каждый должен познавать мир самостоятельно, своими "укусами". Оно вступило в совсем иную историю: стало перекусом, частью жизненного пути едока. В знаменитой сказке отравленное яблоко погрузило Белоснежку в вечный сон, но наше яблоко, к счастью, не волшебное и не злое – оно всего лишь выполняет свое природное предназначение. Тем не менее в обыденном действии – укусе – скрыт глубокий смысл: каждый укус есть диалог между едоком и едой. Человек вступает в коммуникацию с природой: природа предлагает плод, человек принимает его внутрь себя. Откушенное яблоко как бы говорит что-то миру через ощущения того, кто его ест. Взяв в рот кусочек, герой чувствует: хруст, сладость, кислинка – это язык, на котором плод "общается" с ним, раскрывая свою сущность. А ответом человека служит довольная улыбка, чувство насыщения, тихая благодарность саду или самой природе.