Вера С.
Чужая

1.

-Ну вот почему кому-то все.... Ни за что..... Просто так… За смазливую мордашку… И та вся делана переделана.... А тут пашешь.... пашешь… и еле сводишь концы с концами! – Алина ничком упала на кровать и закрыла глаза. Маша присела рядом и погладила сестру по голове. Уж она-то как никто знала, как старается Алина не оказаться в той беспросветной нищете, в которой они жили с рождения.

Едва начав осознавать себя в этом мире, Маша постоянно задавалась вопросом: почему они так сильно отличаются от других детей? Она часто спрашивала Алину почему им дали таких родителей и нельзя ли попросить распределителя детей дать им других папу и маму.

– Глупенькая, – обнимала ее старшая сестра, – никто никого не распределяет. Нам просто не повезло.

Это страшное "не повезло" пугало Машу до оцепенения. Оно означало плохую одежду, недоедание, насмешки сверстников и вечно пьяных родителей, которым было все равно, что с их детьми.

Маша стеснялась ходить в детский сад, потому что дети смеялись над ее игрушками, грязными и неуклюжими. Затем стеснялась ходить в школу – с ней никто не хотел дружить из-за ее поношенной и не модной одежды. Она завидовала старшей сестре, которая, находясь в таком же положении, могла вести себя как царственная особа и не обращать внимания на злых одноклассников. Только спустя несколько лет Маша поняла, что и Алине было тяжело терпеть все насмешки и издевательства. Девочка с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться или, того хуже, надавать обидчикам тумаков.

С малых лет Алина занималась воспитанием младшей сестры: следила за ее одеждой, старалась сберечь для нее самый вкусненький кусочек, защищала от нападок окружающих, делала с ней уроки и приучала к постоянному труду.

– Мы выберемся отсюда, Маня. Только для этого нужно работать больше, чем остальные. Намного больше! – учила она сестру и показывала этот самый труд на своем примере. Когда Алина училась в седьмом классе, школа стала испытывать дефицит уборщиц. Девушка тут же направилась к директору школы и буквально вымолила у той работу.

– Вы же знаете, какое у нас положение, – не стесняясь сказала девочка, – а мне еще сестру поднимать.

Директриса знала о семье девочек. Они стояли на учете в органах опеки и, возможно, если бы не лень инспекторов заниматься подобной семьей, девочки давно бы уже были в детском доме. Оформив своих родственников, женщина разрешила Алине работать.

Теперь Алина с Машей каждый вечер ходили в школу, чтобы отмыть загрязненные за учебный день коридоры. У девочек появились деньги. Маша навсегда запомнила тот день, когда Алина, накупив нехитрых продуктов, повела ее в магазин одежды и купила ей брюки и блузку. На себя сестре не хватило, но она радовалась так, словно обновки были куплены ей.

Закончив девять классов, Алина собралась поступать. Ее мечта была выучиться на врача, но … Девушка понимала, что ей не потянуть такое обучение и, все обдумав, приняла решение поступать в медицинский колледж на фельдшера. Алина не сомневалась, что поступит: не смотря на загруженность работой и заботой о сестре, она умудрялась хорошо учиться. Оставалось одно "но". Колледж, в который Алина планировала поступать, находился в другом городе. А значит она вынуждена была уехать и оставить Машу одну.

Маша, к тому времени уже понявшая и про "не повезло" и про единственный выход из этого, убедила сестру, что с ней будет все в порядке. Она обещала учиться и не обращать на хамов внимания.

С тяжелым сердцем Алина покинула родной город.

Потянулись гнетущие дни одиночества и постоянной борьбы с насмешками. Как и старшая сестра, Маша старалась не обращать внимания на ехидные замечания сверстников, сохраняя спокойствие и выдержку. Она усердно училась и продолжала по вечерам работать уборщицей в школе.

Алина часто звонила ей на школьную вахту. Сестры делились своими заботами, маленькими радостями, новостями. И не могли дождаться, когда снова буду вместе.

Три года пролетели и, наконец, сдав на отлично все экзамены, Маша стала собираться к сестре. В отличии от Алины, девушка не знала, кем ей хочется стать. Примеряя на себя несколько профессий, она понимала, что ни к одной из них ее душа не лежит. Понадеявшись, что сестра поможет ей с выбором, Маша с легким сердцем отправилась в новую жизнь.

– Ну, медработник в нашей семье уже есть, – улыбнулась Алина, выслушав волнения сестры о сложностях с определением, – пусть будет еще и учитель!

Осенью Маша стала студенткой педагогического техникума. Сестры сняли небольшую квартирку-студию и зажили вполне счастливо. Алина подрабатывала медсестрой в одной из городских больниц, Маша устроилась туда же санитаркой.

По окончанию колледжа, Алина, благодаря красному диплому и блестящим рекомендациям, получила должность косметолога в одной из престижных частных клиник города. Следуя своей мечте, девушка подала документы на вечернее отделение медицинского вуза.

Вскоре в эту же самую клинику устроилась и Маша. Впервые за долгие годы сестры могли не беспокоиться о завтрашнем дне. Зарплата Алины и подработка Маши давали им возможность не только на элементарное существование, но и даже на некоторые излишества. Так, на восемнадцатилетие младшей сестры Алина сделала ей подарок, от которого Маша долго рыдала и обнимала сестру – золотая цепочка с кулончиком-сердечком.

Работа в медучреждении наложила свой отпечаток на дальнейшее обучение Маши. После техникума девушка решила, что она хочет быть не простым педагогом. Ей хотелось стать педагогом – психологом, о чем она тут же сообщила старшей сестре и, получив ее одобрение, поступила в вуз.

Красивые, умные девушки, конечно же не могли оставаться без внимания со стороны мужского пола. И если Алина долго и тщательно выбирала претендента на свое сердце, то Маша влюбилась с первого взгляда в своего однокурсника. Впервые в жизни она не послушала Алину, когда та сказала, что "этот Жека" ей не пара. Что он "лентяй, ловелас и вообще не серьезный!"

Маше было очень стыдно перед сестрой, но она продолжала встречаться со своим Женечкой. К счастью, Алина встретила молодого человека и стала меньше обычного участвовать в жизни сестры, занятая своей личной жизнью. После долгих ухаживаний, ребята решили жить вместе и готовиться к свадьбе. Иван был успешным молодым доктором в той же клинике, где работали сестры. Ему стразу понравилась новенькая косметолог, а пообщавшись с ней поближе, молодой мужчина навсегда отдал ей свое сердце. Ребята сняли квартиру и, конечно же, забрали к себе Машу.

Алина не сразу заметила подавленное настроение Маши, а когда обратила внимание – было уже поздно. Девушка совсем отчаялась и потеряла интерес к жизни.

Много времени Алина потратила на то, чтобы выведать у Маши причину ее постоянной грусти и ставшего безразличным взгляда. Она оказалась банальна: Машу бросил ее парень сразу после того, как она доверилась ему и отдала свою душу и тело.

Долгие месяцы ушли на то, чтобы Маша вновь стала прежней.

После скромной свадьбы, Алина и Иван, взвесив свои возможности, решились на ипотеку. Маленькой семье снова пришлось подзатянуть пояса.

2.

– Алина, ну не переживай ты так! – пыталась утешить сестру Маша. В последнее время Алина была слишком раздражительна. Раньше выходки клиенток ее не трогали. Она неизменно была доброжелательно-сдержанна и даже самые скандальные посетительницы ее кабинета быстро успокаивались при виде своего косметолога. – Ты же сама говорила, что они не могут иначе в силу своей невоспитанности. К ним нужно относиться как к капризным детям.

– Мань, ты просто не понимаешь! Эта девка ведет себя вообще за гранью! Она решила, что ей принадлежит весь город и все люди вокруг – ее рабы! И ведь все знают, что она обычная ш**ка из неблагополучной семьи! Просто ей фартануло – на ней женился один из негласных "хозяев города", вот она и задрала нос! И что его сподобило? Вокруг таких, как она, пруд пруди! Есть и покрасивее и поумнее! Хотя… Таким, как он, подавай таких вот вульгарных девах, которые за деньги готовы голыми на площади плясать.

– Она оскорбила тебя? – Маше стало обидно за сестру.

– Оскорбила? Это мягко сказано! Она проехалась по мне бульдозером, назвав самыми последними словами только за то, что я, будучи косметологом, ни разу в жизни не увеличивала себе губы! "Ты, – говорит, – не соответствуешь своей должности! Нормальный косметолог в первую очередь приводит себя в порядок!"

– Так ты бы ей сказала, что тебе это ни к чему! – возмутилась Маша.

– Я ей и ответила, что моя внешность меня полностью устраивает! Так она рассмеялась мне в лицо и заявила, что и не ожидала другого ответа от такой дуры как я, потому что я настолько убогая, что сама себя себе позволить не могу! Во как!

– Ой, да не обращай внимания! – покачала головой Маша. – Все прекрасно видят и знают кто есть кто на самом деле! А эта девица, думаю, не первая и не последняя у своего мужа.

– Я тоже уверена, что придет время и он ее вышвырнет без копейки, не смотря ни на ее сомнительные достоинства, ни на все остальное!

Вскоре Маше "посчастливилось" увидеть клиентку Алины. Она была полной копией девиц, которые выставляли себя в интернете во всех мыслимых и немыслимых позах и нарядах. На их гладких кукольных личиках не было даже признаков хоть каких-то мыслительных процессов. Впервые Маша порадовалась своей маленькой, незначительной должности. Девица посчитала ниже своего достоинства не то что оскорбить Машу, а даже заметить ее.

Девица вошла в кабинет Алины и сразу же послышался оттуда ее визгливый голос. Маша поняла, что они о чем-то спорят. Через секунду из кабинета вылетела красная от возмущения девица и понеслась в сторону кабинета глав врача.

– Алин, что случилось? – заглянула к сестре в кабинет Маша. У той на глазах появились слезы.

– Она… Она пришла под наркотой! – произнесла Алина, стараясь успокоиться. – Ей нельзя в таком состоянии делать процедуры! Но она требует их!

– Вот дура! – вырвалось у Маши. В это время в коридоре послышался шум и через мгновение в кабинет влетела нагло улыбающаяся девица, а за ней вошел главный врач с заискивающей улыбкой. Но стоило ему перевести свой взгляд на Алину, как от улыбки не осталось и следа.

– Алина! Что вы себе позволяете? Почему отказываетесь выполнять процедуру нашей самой лучшей вип-клиентке?

– Потому что препараты, которые она приняла несовместимы с препаратами, которые я должна ей ввести!

– Марианна Викторовна, о чем она? – снова водрузив на лицо заискивающую улыбку, повернулся к клиентке врач.

– Подумаешь, капля кокса! – произнесла девица таким тоном, словно она говорит не о наркотиках, а о конфетах.

– Ну от капли ничего не будет! – заулыбался главврач. – Приступайте к процедуре, Алина Петровна! Немедленно!

Еще раз слащаво улыбнувшись девице, доктор вышел из кабинета.

– А это еще кто? – заметила Машу девица. – Ты вообще что ли страх потеряла? Почему кроме твоей рожи я должна еще смотреть на эту поломойку?

– Она уже выходит, – кротко произнесла Алина, указывая сестре глазами на дверь. Возмущенная Маша вышла из кабинета. К счастью, это была последняя клиентка Алины на сегодня. Еще на одну подобную у женщины просто бы не хватило моральных сил.

Маша уже выполнила всю свою работу, а Алина так и не появилась из кабинета. Удивляясь такому факту, Маша села рядом с кабинетом сестры с твердым намерением ее дождаться. За дверью было тихо. Какое-то время ничего не происходило, затем послышался сдавленный вскрик и из кабинета выглянуло испуганное лицо Алины.

– Ваня не пришел? – шепотом спросила девушка, нервным взглядом оглядывая коридор.

– Так он же сегодня в первую, – в голову Маши стали заползать нехорошие предчувствия.

– Я его попросила срочно приехать!

– Да что случилось-то? – нетерпеливо воскликнула Маша и, быстро вскочив и оттолкнув сестру, влетела в ее кабинет и тут же застыла.

На косметологической кушетке лежала вздорная клиентка Алины и не подавала признаков жизни.

– Алина, что с ней? – от страха Маша говорила шепотом.

– Я отвернулась на минутку, а когда повернулась эта.... донюхивает дорожку прямо на моем столике с инструментами. Да еще улыбается так … нагло! Я ее предупредила, что последствия могут быть печальными, а она мне такая: "Не в твоих интересах! Если хоть что-то со мной случится, мой муж тебя живьем в землю закопает!" Машка! Вот я влипла-то! – всхлипнула Алина и опустилась на стул.

– Подожди! Ты хочешь сказать, что она … того? – Маша боялась даже произнести это слово в слух. Сестра ответить не успела – в кабинет вошел Иван. Быстро пройдя к кушетке, он осмотрел клиентку, лежащую на ней, и повернулся к сестрам.

– Да. Она мертва.

– О, Боже! – зарыдала Алина. – Ваня! Что теперь со мной будет?

– Милая, не волнуйся! – подошел к супруге Иван. – Экспертиза покажет, что ты тут абсолютно ни при чем! Судя по пене, она умерла от передозировки еще до того, как начал действовать препарат, который ты ей ввела!

– Ее мужу это не докажешь! Для него главное, что она умерла у меня на процедурах!!! – не успокаивалась Алина. Видя, как помрачнел после этих слов Иван, Маша испугалась еще больше. Из глаз ее брызнули слезы.

– Так, девки! Не время раскисать! Нужно что-то думать!

– Что? – истеричным хором поинтересовались сестры.

– Выход должен быть!

– Выхода у меня два: закопаться самой или бежать! – заикаясь от слез произнесла Алина.

– Не у тебя, а у нас! – строго посмотрев на супругу произнес Иван. – Ты забыла? Мы с тобой – одно целое!

– А я? – робко поинтересовалась Маша, испугавшись, что ее оставят одну в такой ситуации.

– И ты, конечно! – улыбнулся Иван, но улыбка получилась вымученной. – Так! Нужно тянуть время! При входе в клинику я видел машину, в которой сидел здоровенный верзила. Скорее всего, это ее водитель, – Иван кивнул в сторону покойной, – скоро он начнет беспокоиться и искать ее. Давайте скажем ему, что Марианна Викторовна возжелала пройти двенадцатичасовой комплекс омолаживания.

– Что еще за комплекс? – нахмурилась Алина.

– Только что мною выдуманный! Но водитель-то этого не знает. Зато он знает, что его хозяйка – взбалмошная особа и поэтому не удивится ее пожеланиям. А мы сможем выгадать время!

В это время в дверь постучали. Переглянувшись с Иваном, Алина на негнущихся ногах пошла к двери. Как и предполагалось, за дверью стоял водитель. Профессионально улыбнувшись, Алина с серьезным выражением лица объяснила ему, что Марианна Викторовна на ночь останется в клинике для новомодной процедуры.

– А че она сама мне об этом не сообщила? – нахмурился верзила.

– Возможно, не сочла нужным! – высокомерно ответила Алина, покрываясь холодным потом. – Сейчас мы ей дали комплекс витаминов и расслабляющий напиток. Она уснула. Можете приехать за ней завтра.

"Боже! Что я несу?" – мысленно вопила на себя Алина, но водителя клиентки ее объяснения, по всей видимости, устроили. Он хмыкнул вместо прощания и стал удаляться прочь от кабинета.

3.

Выпроводив водителя, Алина вернулась в кабинет и обеспокоенно посмотрела на Ивана и сестру.

– Ну? Дальше что?

Иван молча встал и обошел кушетку, пристально разглядывая лежащую на ней женщину, словно ища ответ на вопрос на ее мертвом лице.

– А что если сказать, что она ушла от нас среди ночи? – нашлась Маша.

– Нет. Не "прокатит"! – покачал головой Иван. – Ключевое слово тут будет "от нас", а значит мы виноваты, что ее не остановили. Да и не пошла бы она самостоятельно – у нее же водитель есть. Для таких выскочек, как она, понты на первом месте.

Иван сделал еще круг и вдруг уставился на Машу.

– А что.... если .... – его глаза возбужденно заблестели. Улыбаясь, он повернулся к Алине. – Кажется… Я нашел выход! Бредовый, конечно, но он пока единственный из этой ситуации!

– Что? Что? – подбежали к нему сестры.

– Алина, солнышко мое, а ты не заметила, как твоя покойная клиентка и сестра похожи?

Сначала Маша решила, что Иван начал бредить от волнения. Она посмотрела на Алину и похолодела: сестра пристально разглядывала ее с ног до головы.

– А что.... – начала Алина, но Маша ее перебила.

– Нет! Вы с ума сошли! Да и не похожа я на нее! И вообще! При чем тут это???

– Мань, подожди, – вкрадчиво начала Алина, обнимая сестру, – ты выслушай сначала. У нас и правда нет другого выхода. А ты, поверь мне как врачу… как косметологу … очень похожа на эту Марианну. У тебя и фигура такая же, и рост, и даже овал лица!

– Но я брюнетка! И глаза у меня не карие!

– Это легко исправить!

– Ага! А еще губы, ресницы, брови!

– Ничего страшного! Губки я тебе поправлю, бровки скорректирую, а реснички – нарастим!

– Когда? Когда мы все это будем делать?

– Так прямо сейчас и начнем!

– Алина! Ты хоть понимаешь, что это авантюра? Ну сделаешь ты меня похожей на эту … И что дальше???

– А дальше ты … займешь ее место.

– В смысле??? Ты хочешь сказать…

– Да. Ты будешь вместо нее женой Севы Убойного!

– Убойного? Ну и кличка! – фыркнула Маша.

– Это фамилия, – произнес до этого молчавший Иван.

– И вы хотите сказать, что этот самый Сева не сможет распознать, что перед ним самозванка???

– Уверен на сто процентов! – подтвердил Иван. – Фигура у вас одинаковая, а на лицо такие, как он, смотрят только в день знакомства и то не всегда. Смысл? Если тело нет возможности каждый день переделывать, то уж лицо-то хоть сто раз на день!

– Волосы мы тебе перекрасим, линзы вставим и все остальное сделаем. А уж если что-то и не такое будет … ну мало ли? Все-таки девушка после новомодной косметической процедуры! – Алина улыбнулась. Тревога постепенно стала уходить из ее глаз, а лицо уже не казалось таким бледным.

– Аль, – Маша умоляюще посмотрела на сестру, – вы ведь шутите? У вас просто стресс, вот вы и придумываете всякую ерунду!

Иван переглянулся с Алиной и подошел к Маше.

– Маш, нет, не придумываем. Это действительный выход для того, чтобы остаться в живых, – Иван положил девушке руку на плечо, – Сева не будет слушать никакие оправдания, уж поверь мне. Для него аргументом нас убить будет лишь одно то, что его жена умерла у нас в клинике.

– То есть, вы замените Марианну мной и надеетесь, что никто ничего не узнает?

– Если ты нам поможешь…

– Но… Как быть мне? А моя работа? Учеба? Жизнь, наконец???

– На работе я скажу, что ты вынуждена была уволиться, чтобы уехать к родителям (не обязательно же уточнять, что мы их терпеть не можем?), в институте возьмешь академический (думаю, что года нам будет достаточно, чтобы вызволить тебя из этого замужества). Что касается жизни… Маняш, давай поищем плюсы. Сева редко бывает дома, поэтому видеться вы с ним будете не часто. В остальное время ты будешь, как его супруга, жить в свое удовольствие. При каждом удобном случае "доставай" его как можно сильнее. И будем надеяться, что он захочет избавиться от такой стервы путем развода.

– Или убийства…

– Не думаю…

Маша не знала, что сказать. Все доводы Алины и Ивана звучали хоть и дико, но вполне имели место быть. В памяти всплыла сладкая булочка, которой (почему-то одной) угостила их соседка, а Алина скормила всю ее ей, Маше. Новая одежда для нее же, Маши, на первую зарплату. Постоянная поддержка Алины в любых ситуациях. Пришла пора отблагодарить сестру. "Действительно, что я теряю? – стала мысленно рассуждать Маша. – Алинка сделает из меня Марианну – не отличишь. Я постараюсь воспроизвести ее характер – тут ничего сложного: просто быть высокомерной, наглой, туповатой девицей. Доведу этого Севу до белого каления и он быстренько вышвырнет меня вон! И тогда мы все станем свободны! Только вот…"

– Только вот, Алин .... – до Маши вдруг дошла еще одна сторона их авантюры. – Мне же придется с ним … спать?

Глаза сестры стали огромными, как блюдца, на дне которых начала образовываться влага.

– Машунь.... Прости .... – Алина вдруг обняла свой живот руками и, заплакав, произнесла, – у нас ребенок будет! Твой племянник. Или племянница.

Все сомнения разом отпали. Мысленно махнув рукой, Маша улыбнулась. Она позаботится, чтобы жизнь ее сестры и будущего племянника, или племянницы, никакие Севы Убойные не омрачали!

– А! Была не была! – весело произнесла девушка. – Давай! Крои из меня стерву-Марианну!

Алина со слезами бросилась обнимать сестру. К ней присоединился и Иван.

– Мы навсегда перед тобой в долгу! – с чувством произнес мужчина.

Через несколько минут из косметического кабинета выехала каталка, на которой лежал труп Марианны, а под ним, на первой полке каталки, загороженная простынями пряталась Маша. Оставив Машу и Алину в вип-палате, Иван переложил умершую на место Маши и через запасной выход, чудом оставшись незамеченным, вывез ее из клиники. К счастью, из соображений конфиденциальности вип-клиентов, клиника была оснащена камерами лишь на главном входе.

Иван вернулся только под утро и сразу поспешил в вип-палату, где находились его жена со своей сестрой. За ночь они успели многое: перекрасили Машу, поставили ей цветные линзы, нарастили ресницы и подкорректировали брови. На Ивана смотрела начинающая стерва Марианна.

Рано утром, навстречу своему водителю, из клиники выходила вип-клиентка этой клиники Марианна Убойная. На глазах у нее были огромные черные очки, губы презрительно кривились в усмешке.

– В салон меня! – бросила она водителю.

– В какой?

– Ты че? Совсем дебил? В мой!!! – девушка остановилась у задней двери автомобиля. Водитель тут же открыл перед ней дверцу. – Нет! Сначала домой! – передумала девица. – Мне нужно переодеться!

Водитель кивнул и закрыл за ней дверь. Машина выехала со двора клиники. Никто не заметил двух встревоженных врачей в окне, наблюдающих за машиной через щелку жалюзи.

4.

Только оказавшись в доме Маша поняла весь бред их авантюры. Кроме того, что Марианна была стервой, они больше ничего о ней не знали. Маша уже хотела развернуться и выбежать из дома, как вдруг услышала:

– Позвольте вашу куртку, Марианна Викторовна.

Маша посмотрела на говорившую и … ей показалось, что на нее смотрит ее мама. Только постаревшая и без признаков алкоголизма на лице. Девушка сняла куртку и, не глядя на женщину, бросила ее в сторону. Женщина словно не заметила явной грубости хозяйки, покорно подошла к вещи и аккуратно подняла ее.

Глубоко вздохнув Маша сняла очки и оглядела дом. Она обязана спасти Алину! Чего бы ей это ни стоило! "Соберись, Маня! – мысленно приказала она себе. – Пока все не так плохо!"

Вдруг она заметила, как служанка смотрит на ее руку, в которой Маша держала очки. Ах, да! Она совсем забыла! Ее палец! В раннем детстве Алина обнаружила у сестры, что большой палец ее правой руки не разгибается. Она долго и упорно водила Машу по врачам, но те не видели в этом ничего плохого. "Со временем разогнется!" – говорили одни. "Особенности строения организма!" – говорили другие. На платных докторов у сестер не было денег, поэтому Алина убедила сестру, что это ее изюминка и Маша особенная. Со временем пальчик действительно разогнулся, хоть и не полностью. Со стороны было практически не заметно, что он не прямой. Маша не испытывала от этого никакого дискомфорта и перестала обращать на него внимание. Окружающие тоже не замечали ее "особенности" и девушка забыла об этом.

– Марианна Викторовна, я бы хотела кое-что показать вам в вашей спальне, – произнесла служанка, пряча глаза.

– Ты что-то там испортила? – гневно воскликнула Маша, пряча руку. – Вот ведь.... – она не могла подобрать соответствующее Марианне ругательство.

– Нет-нет! – поспешила ответить женщина. – Пойдемте пожалуйста!

Маша проследовала за ней. В любом случае, ей нужно знать, где ее спальня. Они вошли в комнату и служанка, закрыв за собой двери, неожиданно прислонилась к ним и пристально посмотрела на девушку. У Маши внутри все похолодело. Её раскусили! Сейчас эта дама либо поднимет крик, либо начнет ее шантажировать! Маша приготовилась к самому худшему.

– Машенька! Доченька! – неожиданно женщина заплакала. – Прости меня!

– Какая Машенька??? – попыталась возмутить девушка. – У вас что – помутнение???

– Маша! Я тебя не сразу, но узнала… Этот твой пальчик… Почему ты здесь? Что с вами случилось? Такая хорошая девочка как ты не могла очутиться в этом доме.... Не бойся! Я помогу тебе! Во всем… Только объясни мне, что ты задумала?

Маша пристально присмотрелась к женщине. Да! Это действительно была ее мать! Постаревшая, трезвая и … какая-то потерянная..

– Мама? .... А ты как здесь? – вырвалось у нее.

– Отец твой… Помер пять лет назад. Сама понимаешь от чего. Только с его смертью я поняла, что загубила свою жизнь.... Потеряла ее… Вас с Алиночкой потеряла… Я хотела наложить на себя руки, но … Что-то толкнуло меня начать все с начала. Замолить свои грехи… Я не стала вас искать, понимая, что вы вычеркнули меня из своей жизни. Я устроилась мыть полы в подъездах, затем одна богатая женщина попросила меня прибираться… Спустя пару лет я оказалась здесь… И уж никак не ожидала встретить тебя. Маша! Прости меня! Я понимаю, что это тяжело… Но… Думаю … Это стоит ради того, чтобы я помогла осуществить тебе все, что вы с Алиной задумали!

– Ох, мама! – Маша опустилась на кровать. – Я даже не знаю… Могу ли я тебе доверять?

– Можешь, Маняш, можешь… – Ирина Львовна опустилась на кровать рядом с дочерью. Я хочу хоть на старости лет стать нормальной, любящей матерью… Я помогу вам даже если вы совершаете сейчас что-то противозаконное! Я обязана тебе и … больше всего Алине! Она заменила тебе мать! И я все сделаю для вас, девочки мои! Что бы это мне не стоило!

Маша внимательно посмотрела на мать и … выложила ей все.

– Дела… – покачав головой произнесла Ирина Львовна. – Всеволод крутой мужик… Если он заметит подмену… Несдобровать половине города… Ну ничего! Я помогу тебе! Я тебя всему научу! Эту Марианнку… Царствие ей небесное… Я знаю лучше, чем собственный муж! Единственное… Как же ты … моя девочка… – Ирина с тревогой посмотрела на дочь. – Тебе же придется с ним … Зная воспитание и любовь к тебе Алины…

– Мам, все нормально. Подростковый возраст сделал свое дело. Да и за Алину и будущего племянника.... Я сделаю все!

– О… – Ирина Львовна замерла. – Неужели… Я буду бабушкой?

– Да, мам… у Алины будет ребенок. Именно поэтому я и согласилась на всю эту авантюру.

– Что ж, не будем терять времени. Всеволод возвращается уже завтра. Ты должна быть полностью подготовлена к его приезду. Для начала, давай пройдемся по твоему гардеробу. Если ты не будешь в нем ориентироваться как рыба в воде, Сева сразу заметит неладное. Марианка могла найти любую вещь с закрытыми глазами. Причем и мужа тоже. Пошли.

Потребовалось больше двух часов, чтобы Маша смогла разобраться в огромной гардеробной, которая по размерам не уступала гостиной. Информация о жильцах дома, которую открывала ей мать, не укладывалась у Маши в голове. Единственное, что она твердо усвоила – это то, чего боится Марианна. Когда ее муж не в настроении. Поэтому рядом с ним она ведет себя как ласковая кошечка, готовая на все ради своего хозяина. Всех же остальных женщина не считает за людей. Всеволод никак не реагирует на хамское отношений жены к окружающим, из-за чего та считает себя неуязвимой.