Р. Гаральски
Тайна в тумане

Глава 1

В вагоне ночного поезда, убаюкиваемого ритмичным стуком колес, царила полумгла. Лишь редкие огоньки, пробивающиеся сквозь окна, освещали лица пассажиров, погруженных во сны. В углу купе сидел молодой человек. Он смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся темные силуэты деревьев и размытые огни фонарей.

Ночной поезд – это идеальное место для размышлений. Здесь, в этом движущемся коконе, оторванном от суеты дня, мысли обретают особую ясность, а душа – возможность заглянуть в себя.

Сосед по купе, пожилой мужчина с добрыми морщинами вокруг глаз, уже давно спал, укрывшись пледом. Его ровное дыхание было еще одним звуком в этой ночи. Парень не мог уснуть. В голове роились вопросы, которые днем казались слишком сложными, слишком абстрактными, чтобы уделить им должное внимание.

Артем посмотрел на свое отражение в темном стекле. Перед взором возник юноша среднего роста, с темными, слегка растрепанными волосами, он выглядел как любой другой парень из соседнего двора. Но в его глазах, обычно скрытых за легкой задумчивостью, таилась какая–то особая доброта и понимание.

Внезапно поезд замедлил ход и за окном все поглотила непроглядная тьма. Поезд вошел в тоннель, и мир сузился до размеров этого замкнутого пространства. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным стуком колес, который в этой темноте звучал оглушительно. Артем почувствовал, как одиночество, и без того знакомое чувство, накрывает его с головой, словно тяжелое одеяло. В этой кромешной тьме он ощущал себя еще более потерянным, чем обычно.

– Ну что, Тема, как тебе вид? – бодрый голос Павла вырвал юношу из темноты. Артем вздрогнул, осознав, что уснул, уткнувшись лицом в сложенные на столике руки. Павел стоял в дверях купе, загораживая собой узкий проход. Его широкие плечи и крепкое телосложение, результат упорных тренировок в спортзале, могли бы сделать его грозным, но в его облике не было ни капли грубости. Паша был душой компании, человеком, который умел разрядить любую обстановку. Его русые волосы всегда были слегка взъерошены, а на лице неизменно играла широкая, обезоруживающая улыбка.

– Нормально, – пробормотал Артем, стараясь скрыть раздражение от внезапного пробуждения. Он поднялся и, пошатываясь, последовал за Павлом в соседнее купе, ехали остальные его четверо друзей.

– Ты чего такой кислый? Мы же едем отдыхать, развеяться! – воскликнул Гена, второй друг Артема, и похлопал по свободному месту рядом с собой. Гена, с его короткой стрижкой и проницательным взглядом, всегда был самым прямолинейным из них. Рядом с ним сидела Марта, его девушка, и мило улыбнулась Артему, словно пытаясь передать ему частичку своей неуемной энергии. Ее лучистые глаза и заразительный смех всегда поднимали настроение окружающим.

– Я просто… не выспался, – отмахнулся Артем, стараясь говорить, как можно более непринужденно. Он знал, что друзья искренне беспокоятся о нем, и это лишь усиливало его чувство вины. Он не хотел быть обузой, не хотел омрачать их долгожданные выходные своим угрюмым настроением. Он понимал, что они заслужили этот отдых, и он должен был постараться ради них, хотя бы ради них, отбросить свои мрачные мысли и притвориться, что все в порядке.

После разрыва с Леной мир для Артема словно выцвел, оставив лишь тусклую, монотонную палитру. Закрывая глаза, он невольно видел ее образ: длинные, пшеничные волосы, рассыпающиеся по плечам, и лицо, усеянное задорными веснушками, словно солнечными зайчиками. Лена была его тихой гаванью, воплощением тепла и безграничной заботы. Она умела создавать уют из ничего, всегда находила время выслушать, приготовить его любимый пирог или просто обнять, когда слова были излишни.

Поэтому друзья, видя его угасание, решили действовать. Они организовали эту спонтанную поездку в старинный город, полный загадок и истории, чтобы вырвать его из когтей тоски. Артем, поначалу, вяло отбивался, но их неукротимый энтузиазм оказался сильнее. Он понимал, что они движимы лишь желанием помочь. После расставания он словно потерял часть себя, превратившись в бледную копию прежнего Артема, и друзья справедливо решили, что ему необходима радикальная смена декораций.

– Не грусти. Это всего лишь одна девчонка. В мире их еще миллионы! – продолжила Лиза. Слова, сказанные с лучшими намерениями, неожиданно кольнули, вызвав болезненный спазм в груди.

– Спасибо, ребята, правда, – пробормотал он, стараясь скрыть дрожь в голосе. – Я очень ценю вашу заботу.

– Да брось ты эти формальности! Мы же друзья, а друзья для того и нужны, чтобы вытаскивать друг друга из дерьма. Тем более, когда одному так паршиво. – Паша, крепкий и надежный, как скала, положил ему руку на плечо, сжимая ободряюще. – Сейчас мы тебя отвлечем, обещаю. Будет весело, вот увидишь! Забудешь про все свои печали, как пить дать.

Разговоры перетекали из одной темы в другую. Они вспоминали смешные случаи из прошлого, подшучивали друг над другом, но всегда с добротой и любовью. Артем старался поддерживать разговор, иногда даже выдавливал из себя смешок, но внутри все равно оставалась эта гнетущая пустота. Он чувствовал себя чужим на этом празднике жизни, который устроили для него друзья.

– А помнишь, как ты пытался приготовить пиццу на костре? – спросил Гена, обращаясь к Паше, и поправил очки в тонкой оправе. Он редко говорил первым, но, когда высказывал свое мнение, оно всегда было взвешенным и мудрым. Он был тем, кто мог заметить детали, которые ускользали от других, и его присутствие всегда добавляло в компанию нотку рассудительности.

– О, да! – Паша притворился, что вспоминает с ужасом. – Я до сих пор чувствую запах подгоревшего сыра и… чего–то еще, что мы туда добавили по ошибке.

– Это был базилик! – Лиза укоризненно ткнула в бок своего парня. Ее огненно-рыжие волосы, словно солнечные лучи, переливались на солнце. Она была невысокого роста, с приятной, чуть округлой фигурой, которая придавала ей особую миловидность. Лиза была воплощением нежности и тепла. Они были одной из тех пар, которые являлись идеальными, и Артем всегда немного завидовал их гармонии. – Просто ты его перепутал с…

– С чем, Лиза? С чем? – подначивал Паша.

–С сушеной крапивой! – выпалила девушка, и все снова рассмеялись.

– Ну, зато у нас была самая полезная пицца в мире! – гордо заявил юноша. – С витаминами и микроэлементами прямо из леса!

– А помните, как Марта пыталась научить Гену танцевать сальсу прямо на пляже? – спросил Артем, с трудом сдерживая смех.

– Ну, я старалась! Просто у Гены… своеобразное чувство ритма, – Марта покраснела.

– Я предпочитаю более… статические виды искусства. Например, наблюдение за закатом, – Гена лишь пожал плечами, улыбаясь.

– Или за спящим Пашей, – добавила Лиза. – Это тоже своего рода искусство.

– Эй! Я просто медитирую! Впитываю энергию солнца! – парень притворился обиженным.

– Ага, и выдыхаешь храп, – прокомментировал Гена.

Время в поезде летело незаметно. За окном сменялись пейзажи, а в купе царила атмосфера тепла, дружбы и бесконечного веселья. Они шутили, вспоминали, мечтали и просто наслаждались обществом друг друга. Ведь именно такие моменты и делают жизнь по-настоящему ценной и незабываемой.

– А что насчет еды? – спросила Марта, и в ее голосе прозвучал интерес. Стройная и высокая блондинка, она выделялась своей элегантностью. Ее фигура была скорее худощавой, что подчеркивало изящность ее движений и тонкость черт лица. Марта была немногословна, но каждое ее слово было обдуманным и точным. Она любила наблюдать за друзьями, и в ее голубых глазах читалось спокойствие и умиротворение.

– О, да! Я уже присмотрела пару мест, где подают вкуснейшие пельмени и блины! – радостно воскликнула Лиза.

– А я слышал про популярный бар с крафтовым пивом, где можно попробовать всякие необычные сорта, – добавил Паша.

– Главное, чтобы было вкусно и весело! – улыбнулась Марта.

Артем почувствовал, как напряжение, сковывавшее его последние дни, начало понемногу отступать. Он все еще чувствовал боль, но теперь она не была единственным, что его занимало. Он смотрел на своих друзей, на их искренние улыбки, и понимал, что они – его настоящая поддержка.

– Знаете, ребята… я, наверное, не очень хорошо себя вел, – сказал он, глядя на них. – Спасибо, что вы меня вытащили. Я… я рад, что вы со мной.

– Да ладно тебе, Темка! Мы же команда! – Павел положил ему руку на плечо. – Мы же здесь, чтобы тебе помочь забыть обо всем и получить максимум удовольствия.

Артем задумался. Может быть, счастье – это не столько достижение, сколько состояние бытия, способность ценить каждый момент, даже если он наполнен меланхолией и размышлениями.

Небольшой город встретил их прохладным речным ветром и очарованием старинных улочек. Город дышал историей, а запах свежей выпечки манил из каждой кофейни. Павел и Лизавета, как всегда, держались за руки, излучая счастье. Марта и Геннадий, более сдержанные, но не менее влюбленные, шли рядом, обсуждая архитектуру. Они выглядела как пара моделей: оба высокие и худые. Артем плелся позади, чувствуя себя пятым колесом в телеге.

Первый день пролетел в вихре открытий. Они бродили по лабиринтам старого города, восхищаясь каждым новым видом, посещали знаковые достопримечательности, впитывая дух места, и, конечно же, пробовали местные деликатесы, наслаждаясь каждым кусочком. Друзья, словно чувствуя его отстраненность, старались вовлечь Артема в общий поток. Они подшучивали, делились забавными историями, пытались вытянуть из него хоть слово, но он отвечал односложно, его мысли блуждали где-то далеко, в паутине собственных переживаний. Вечером, когда они устроились в небольшом, уютном баре, наполненном приглушенным светом и тихим гулом голосов, Артем не мог отвести глаз от счастливых пар, сидящих за соседними столиками. Их смех, их прикосновения, их общие взгляды – все это лишь усиливало гнетущее чувство одиночества, с новой силой сжимая его сердце.

Солнце уже начинало клониться к горизонту, окрашивая небо в теплые оттенки, когда старенький, но надежный микроавтобус, доверху набитый пятью друзьями и их багажом, наконец, остановился у дома на первом этаже. Павел, главный вдохновитель и организатор этой поездки, с довольной, сияющей улыбкой выскочил из машины, словно ребенок, предвкушающий праздник.

– Ну что, команда, добро пожаловать в нашу временную обитель на ближайшие три дня! – бодро провозгласил он, обводя взглядом неприметный подъезд, который теперь должен был стать их домом. – Надеюсь, вы готовы к приключениям!

Остальные с небольшой усталостью, но энтузиазмом подхватили рюкзаки и направились к двери. Паша, как и договаривались, заранее позаботился о месте проживания, забронировав трехкомнатную квартиру на первом этаже. Он уверял всех в ее полном комфорте и удобстве, подкрепляя слова обещаниями и убедительными фотографиями с сайта. Светлые комнаты, свежий ремонт, все выглядело именно так, как и должно быть для идеального временного пристанища. Полученный от хозяина ключ, согласно предварительной договоренности, без труда поддался замку. Дверь распахнулась, и пятеро друзей, предвкушая уют и домашнюю атмосферу, переступили порог. Но то, что предстало их взору, было далеко от ожиданий – это был настоящий шок.

Первое, что ударило по обонянию, был едкий, проникающий запах. Смесь затхлости, сырости и чего–то неопределенно отталкивающего, словно квартира долгое время была заброшена, а затем в нее наспех завезли старые, забытые вещи. Включенный свет, вместо того чтобы рассеять полумрак, лишь подчеркнул удручающую картину. Гостиная, которая на сайте выглядела просторной и залитой солнечным светом, теперь напоминала заброшенный склад. Обои, некогда яркие и современные, теперь свисали клочьями, обнажая серые, пугающие пятна плесени. Пол был усеян обрывками старых газет, а толстый слой пыли, словно покрывало, скрывал все поверхности, свидетельствуя о полном пренебрежении.

– Паша… ты точно уверен, что это та самая квартира, которую мы видели на фотографиях? – осторожно спросила Лиза, ее обычно сияющая улыбка сменилась выражением полного недоумения и легкого испуга.

– Да, вот, смотрите, я же бронировал именно здесь… – юноша, чье лицо выражало полное недоумение, протянул телефон друзьям, демонстрируя экран. На снимках красовалось уютное, светлое жилище, совершенно не похожее на то, что предстало перед их глазами.

– Ну, знаешь, может, они там ремонт затеяли, а потом решили его… отменить? – голос Гены звучал едко, в нем сквозила явная ирония. Он окинул взглядом обшарпанные стены, покрытые слоем пыли, и покосившуюся мебель, которая помнила еще времена их предков.

– А кухня… кухня – это вообще отдельная история. Лучше даже не спрашивайте, – Марта, уже успевшая совершить краткий, но весьма показательный осмотр, вернулась с лицом, омраченным глубоким разочарованием. Ее рассказ о ржавых кранах, плесени и подозрительных пятнах на столешнице заставил остальных поморщиться.

Мускулистый парень лихорадочно набирал номер владельца, но телефон того упорно оставался выключенным. Каждая минута, утекающая сквозь пальцы, таяла последнюю надежду на скорое и благоприятное разрешение этой неприятной ситуации. За окном уже совсем стемнело, и перспектива искать новое жилье в столь поздний час, да еще и в совершенно незнакомом городе, представлялась не просто пугающей, а откровенно кошмарной.

– И что теперь? Что будем делать? – спросил Тема, обводя взглядом удручающую обстановку, которая давила на них со всех сторон.

– Ну, мы же не можем просто так взять и уехать, – вздохнул Гена, пытаясь мыслить рационально, несмотря на растущее раздражение. – Уже поздно, все приличные гостиницы, скорее всего, забиты под завязку, да и бродить по незнакомым улицам в темноте в поисках чего–то нового – это тоже не вариант. Придется как–то перекантоваться здесь, пока не придумаем что–то другое.

– Перекантоваться? В этом… музее забытых вещей? – Лиза, самая впечатлительная и брезгливая из всей компании, скептически парировала. – Я, конечно, не принцесса, но здесь даже дышать тяжело от запаха сырости и чего–то еще…

– Да ладно вам, это просто старый дом, – попыталась успокоить их Марта, но так неуверенно, словно она сама себя пыталась убедить. – Главное, что крыша над головой есть.

Но Лиза уже прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать подступающий рвотный позыв.

Чтобы хоть как–то приглушить нарастающее беспокойство, они решили прибегнуть к проверенному средству – алкоголю, и попытаться смириться с вынужденным временным пристанищем. Из походного рюкзака была извлечена заветная бутылка виски, которую путешественники берегли для более радостных моментов, и они расселись за потертым кухонным столом. Первый глоток, второй, третий – и крепкий напиток начал медленно, но верно разгонять клубящуюся в воздухе нервозность.

– Ну и дыра, а? Как думаете, тараканы уже привыкли к нам? – первым нарушил затянувшееся молчание Гена. Его взгляд, уставший и потухший, блуждал где-то в пространстве, словно пытаясь найти выход из этой ситуации.

– Не сомневаюсь. Они, наверное, уже считают нас частью интерьера, – фыркнула Лиза, машинально поправляя выбившуюся из прически прядь. Она сделала глоток виски, поморщившись от его резкого вкуса. – И виски, кстати, тоже не фонтан.

– Зато у нас есть виски! И компания! И крыша над головой! – Паша, неисправимый оптимист, попытался разрядить гнетущую атмосферу. Он театрально махнул рукой в сторону потолка, где отчетливо виднелись темные, подозрительные пятна.

– И стены, которые, кажется, видели больше дерьма, чем мы все вместе взятые, – неожиданно для всех выругалась Марта, задумчиво ковыряя ногтем поверхность стола.

– Хватит ныть! Я завтра же прямо с утра найду что–то получше. Обещаю! – после пары стаканов Паша словно воспрянул духом, его глаза заблестели решимостью.

– Верно. Завтра найдем новую квартиру, всего одну ночь провести в этом… приюте, – кивнул Гена, словно подводя черту под их нынешним положением.

– За новую жизнь! За перемены! За то, чтобы тараканы нашли себе другое жилье! – Артем, с неожиданным для себя задором, громко провозгласил тост.

Все подняли свои стаканы, чокнулись, и в этот момент напряжение немного спало. Раздался дружный смех – звук, который на мгновение заглушил все тревоги и сомнения.

Оправившись от первоначального шока, Гена предложил исследовать их новое, пусть и временное, жилище. Первым пунктом программы стала ванная комната. Зрелище, представшее их глазам, заставило всех троих вздрогнуть. Стены и сама ванна были покрыты чем-то, что отдаленно напоминало ржавчину, но имело гораздо более темный, почти землистый оттенок. Это была не просто грязь, а какая–то въевшаяся субстанция, навечно поселившаяся на поверхностях.

– Фу, какая мерзость, – поморщилась Лиза, отступая на шаг.

– Это, наверное, просто старые трубы, – попытался Гена придать хоть какой–то рациональный вид увиденному, но даже ему самому было ясно, что это слабое утешение.

Дальнейший осмотр трех комнат лишь усиливал гнетущее впечатление. В одной из них стояла ветхая, скрипучая кровать с матрасом, который давно утратил свою форму и прогнил. В другой – пустой шкаф, продавленный диван и голые стены, густо опутанные паутиной. Но самой тревожной оказалась последняя, самая маленькая комната. Здесь располагалась лишь одноместная кровать, и, что особенно настораживало, отсутствовало окно. Однако самым загадочным элементом в этой комнате была дверь. Белая, аккуратно закрашенная в тон стены, она выглядела совершенно чужеродно, словно была частью стены, а не отдельным элементом. Гладкая, без малейшего намека на ручку или замок, она вызывала недоумение.

Артем подошел ближе, провел ладонью по ее гладкой поверхности. Краска была свежей, явно нанесенной совсем недавно.

– Что это за дверь? – спросила Лиза, присоединяясь к нему.

– Не знаю, – ответил парень, нахмурившись. – Похоже, ее специально пытались замаскировать.

Друзья по очереди пытались найти хоть какую-то щель, за которую можно было бы ухватиться, но дверь была идеально встроена в стену. Никаких петель, никаких замочных скважин – ничего, что указывало бы на ее функциональность.

– Может, она ведет в подвал? – предположил Паша, пытаясь найти логическое объяснение.

– Или в другую квартиру, – добавил Гена, поправляя очки, его взгляд был полон смешанных чувств – любопытства и легкой тревоги.

Артем осторожно постучал по двери. Звук, глухой и пустой. Он прижал ухо к холодной поверхности, вслушиваясь, но ни единого шороха не донеслось до него.

– Может, стоит попробовать ее открыть? – предложил парень, хотя в глубине души терзался сомнениями. Что, если за этой загадочной преградой скрывается нечто, чего лучше не знать?

– А если там что-то опасное? – встревоженно возразила Лиза, словно читая его мысли.

– Мы не можем просто сидеть здесь, ожидая, пока нас настигнет неизвестность, – твердо сказал Паша, его взгляд был полон решимости. – Нам нужно понять, что происходит.

Мускулистый парень глубоко вдохнул, собирая всю свою силу. Он уперся плечом в дверь, пытаясь сдвинуть ее, но та оставалась неподвижной, словно вросшая в стену. Напрягая каждую мышцу, он приложил еще больше усилий, но тщетно. Дверь не поддавалась.

– Заперто, – констатировал он, вытирая пот, выступивший на лбу.

– Возможно, есть какой–то скрытый механизм? – предположил Геннадий, начиная методично ощупывать стену вокруг дверного проема.

Вся команда принялась за поиски: пальцы скользили по холодному камню, выискивая едва заметные кнопки, рычаги или любые другие намеки на секретный замок. Но стена хранила свои тайны, и дверь оставалась непреодолимой загадкой.

– Ладно, пойдем все спать, – зевнула Марта, которая большую часть времени молча наблюдала за происходящим у входа в комнату. – Это всего лишь дверь. Завтра утром мы уедем, а время уже перевалило за полночь. – Ее слова, хоть и звучали устало, несли в себе нотку смирения перед неведомым.

После недолгих споров и неловких пауз, все, наконец, согласились. Усталость взяла свое, и каждый поспешил устроиться на ночлег, стараясь отогнать навязчивые мысли о том, что еще может таиться в непроглядной темноте этой незнакомой квартиры.

Артем, которому досталась самая дальняя комната, та, что с загадочной белой дверью, лежал, уставившись в потолок. На нем проступали темные пятна, добавляя мрачности и без того гнетущей атмосфере. Чувство опустошения и тревоги охватило его с головой. Эта поездка, задуманная как глоток свежего воздуха, как возможность отвлечься от переживаний, превратилась в настоящий кошмар. Он отчаянно цеплялся за надежду, что наступивший день принесет хоть какое-то облегчение, что этот гнетущий опыт останется лишь неприятным, но все же позади. Но пока, в этой сырой, пропахшей затхлостью квартире, им оставалось лишь одно – ждать рассвета, молясь, чтобы ночь прошла без новых, пугающих сюрпризов.

Прошло не больше получаса, когда в квартире постепенно установилась тишина. Но это была не та тишина, что приносит покой. Она была густой, давящей, словно затаившееся дыхание. Артем вздрогнул, почувствовав нечто странное. Это было не столько услышанное, сколько ощущенное – легкая, едва уловимая вибрация, едва заметное движение, пронзившее воздух. Он лежал в полной темноте, напряженно прислушиваясь к каждому шороху, к каждому вздоху.

И тогда он услышал.

Тихий, размеренный шорох. Словно кто-то медленно, осторожно шаркал по полу. Звук был очень близко, прямо за белой дверью. Сердце парня забилось в бешеном ритме, заглушая все остальные звуки. Это было не похоже на привычные домашние шорохи – ни скрип старых половиц, ни завывание ветра за окном. Этот звук был… живым.

Шарканье не прекращалось, оно перемещалось вдоль двери, создавая иллюзию чьего–то неуверенного, но настойчивого движения взад и вперед. Темноволосый юноша, напряг слух до предела, пытаясь уловить хоть малейшую деталь. Может быть, это было дыхание? Или едва слышный шепот, проникающий сквозь преграду? Но нет, только этот монотонный, леденящий душу шорох, который медленно, но верно проникал в самые глубины его страха. Собрав остатки мужества, Артем медленно, с невероятной осторожностью сполз с кровати. Ноги были ватными, непослушными, но он заставил себя подняться и подойти к двери. Прижавшись ухом к гладкой, холодной поверхности, он услышал его еще отчетливее. Шарканье. И теперь к нему добавился еще один, не менее тревожный звук – тихий, ритмичный стук. Словно кто–то медленно, методично, с пугающей регулярностью постукивал по полу. Тук… тук… тук…

Парень отшатнулся от двери, словно обжегшись. Это было слишком. Слишком странно, слишком пугающе, слишком нереально. Он не мог больше оставаться один в этой комнате, наедине с этим необъяснимым кошмаром. Не раздумывая, юноша выскочил из своей комнаты, бросившись к ближайшей двери, за которой, как он знал, спали его друзья, Марта и Гена.

– Ребят! – выдохнул Артем, буквально врываясь в их комнату без стука, его голос дрожал от пережитого страха, а глаза лихорадочно бегали по сторонам. – Я не знаю, что это было, но за моей дверью кто-то ходил. И стучал. Очень странно, я никогда такого не слышал. Это было… не похоже на обычные шаги. И стук этот… будто кто-то пытался пробиться, но очень тихо, очень осторожно.

Гена, высокий парень, не открывая глаз, лишь поморщился и перевернулся на другой бок.

– Тут стены картонные, – сонно пробормотал он, его голос был еще полон остатков сна. – Это, скорее всего, соседи или какие-нибудь животные. Ты же знаешь, мы в старом доме. Тут вечно что-то скрипит, стучит, шаркает. Может, мышь пробежала, или кот соседский опять решил погулять по чердаку.

– Нет, Гена, это не мышь! – Артем подошел ближе, его дыхание стало более прерывистым. – Это было громче. И этот стук…

Из–под одеяла высунулась голова Марты, ее волосы были растрепаны, а глаза еще полусонные, но уже с ноткой любопытства.

– Артем, ты уверен? Может, тебе приснилось? – спросила она, потирая глаза. – Мы же только что потратили больше часа, чтобы эту чертову дверь открыть, помнишь? Там ничего нет.

– Я не спал, – устало прошипел Артем, его нервы были на пределе.

Гена наконец–то приоткрыл один глаз.

– Ладно, ладно, успокойся, – сказал он, пытаясь придать голосу более уверенный тон. – Давай так. Ты сейчас выпьешь воды, вернешься в свою комнату и проверишь шорохи еще раз. Если шум продолжится, то мы встанем, если нет – тебе все приснилось.

Артем по очереди посмотрел на своих друзей и кивнул, чувствуя, как дрожь в его теле немного утихает.

– Хорошо, – прошептал он. Все уже спали, погруженные в безмятежный сон, а он остался один на один со своим страхом, с этим необъяснимым звуком, который продолжал звучать в его голове, словно эхо чего-то зловещего.

Вернувшись в свою комнату, парень снова окунулся в ту самую гробовую атмосферу. Белая дверь, ведущая куда-то в неизвестность, навевала ужас. Он изо всех сил старался отогнать навязчивые мысли о ночных звуках, которые еще недавно заставляли его сердце биться чаще. "Соседи", – шептал он себе, пытаясь убедить себя в их правоте, в банальности происходящего. "Тонкие стены", – повторял он, как заклинание, надеясь, что это простое объяснение развеет нарастающую тревогу.

Постепенно квартира наполнилась почти осязаемой тишиной. Единственными звуками, нарушавшими ее, были его собственное, чуть учащенное дыхание и далекий, приглушенный гул большого города, доносящийся откуда-то издалека. Артем уже почти погрузился в сон, в невнятные, но приятные грезы о теплом пляже и тающем во рту мороженом, когда внезапно…

БАМ!

Глава 2

Белая дверь в его комнате распахнулась с оглушительным треском. Парень вздрогнул, подскочив на кровати, и почувствовал, как сердце забилось в груди. В проеме, очерченном призрачным светом луны, возникла высокая, зловещая фигура. Длинные, спутанные волосы обрамляли лицо, а глаза горели нездоровым блеском. В руках незнакомца сверкал металл – топор, отражающий тусклый свет.

Ужас сковал Артема. Это был не сон, не игра воображения. Это был реальный, осязаемый кошмар. Человек. В его комнате. С оружием.

Из его горла вырвался крик, первобытный, полный животного страха, такой, который можно услышать только в самых жутких фильмах. Не раздумывая ни секунды, он спрыгнул с кровати, ноги сами понесли его к спасительному выходу. Незнакомец сделал шаг вперед, и топор вновь блеснул, словно предвещая беду. Артем рванул к двери, вылетел в коридор, захлопнув ее за собой с такой яростью, что стены содрогнулись.

– ПОМОГИТЕ! УЖАС! ОН ЗДЕСЬ! ТОПОР! – кричал он, мечась по темному коридору, отчаянно колотя в двери комнат своих друзей. – Проснитесь! Скорее! Он ворвался!

Из первой комнаты Марты донеслось невнятное, сонное бормотание, а следующая дверь распахнулась. На пороге появилась заспанная Лиза, её глаза ещё не успели полностью проснуться, а руки машинально терли веки.

– Что за… Ты чего орешь? – пробормотала она, но слова застряли в горле. Её взгляд упал на лицо юноши, стоящего напротив. Бледное, как мел, оно было искажено неподдельным ужасом, а глаза горели от страха.

– Там… в моей комнате… псих! С топором! – задыхаясь, выдохнул он, судорожно указывая дрожащей рукой на запертую дверь своей спальни.

Паша, окончательно вырванный из сна пронзительными криками, выскочил из своей комнаты. В руке он сжимал нечто, отдалённо напоминающее ножку от стула, – импровизированное оружие, готовое к обороне.

– Что происходит? – спросил он, его кулаки сжались в предвкушении схватки.

– Ты в порядке? Что он сделал? – Марта, тоже пробудившаяся от шума, попыталась разобраться в происходящем, её голос звучал встревоженно.

– Он… он просто стоял там. С топором. Я не знаю, что он хотел! – Артем, всё ещё дрожа всем телом, пытался объяснить.

– Мы должны проверить, – решительно произнёс высокий парень, невозмутимо надевая очки.

– Ты с ума сошел? – вскрикнул темноволосый юноша, его голос сорвался на крик отчаяния и недоверия.

Несмотря на охвативший их страх, товарищи понимали: необходимо разобраться в творящемся кошмаре. Вооружившись найденной в одной из комнат палкой, они двинулись по коридору. Артем, плетясь позади, ощущал, как бешено стучит сердце, готовое вырваться из груди. Каждый шаг давался с неимоверным усилием, а спину пронизывал липкий, леденящий пот.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.