Элена Макнамара
Попутчица

Пролог

Ошарашенно осматриваюсь. Номер очень маленький и мрачный. Щёлкаю по выключателю, но ничего не происходит – общий свет не загорается. Единственный источник освещения – лампа на тумбе у кровати.

– Тут всего одна кровать, – звенит от напряжения мой голос.

– Вижу, – роняет Тимур и проходит мимо меня.

Я сверлю глазами его широкую, очень широкую спину.

Мужчина открывает неприметную дверь в углу комнаты, за ней, вроде бы, ванная. И она такая же микроскопическая.

– Не номер для новобрачных, но сойдёт, – говорит Тимур и начинает раздеваться.

И мне кажется, что он делает это с грацией стриптизёра. Не то чтобы я ходила на мужской стриптиз, но…

Его кожаная куртка летит на кресло. Тимур стягивает футболку через голову и берётся за ремень на джинсах…

– Что ты делаешь? – просаживается мой голос.

Взгляд изучающе скользит по его бицепсам, оплетённым устрашающими татуировками. И я почему-то не могу не смотреть на них.

– Хочу принять душ. И поспать часов пять, – со скучающим видом отвечает Тимур.

– Я могу поспать в машине?

– Нет, – отрезает он и филигранным движением стягивает с себя джинсы.

Икнув от неожиданности и растерянности, резко отворачиваюсь от вида мужских боксёров на мускулистых бёдрах. Через несколько секунд за спиной хлопает дверь – значит, Тимур зашёл в ванную.

Я раздеваться и мыться точно не буду. Скоренько избавляюсь от куртки, снимаю кроссовки. Брезгливо отодвигаю одеяло, которое кажется холодным и влажным. Взбиваю неказистую подушку, вырубаю настольную лампу и ложусь.

В ванной комнате горит свет, его достаточно, чтобы Тимур добрался до кровати.

Лёжа на самом краю, накрываюсь одеялом почти с головой. Телефон кладу под подушку. Будильник сработает через четыре часа. Вот после сна и схожу в душ, чтобы смыть с себя и этот номер в придорожном мотеле, и вообще всё, что случилось недавно.

Шум воды отвлекает. В голове мелькают образы этого мужчины в самых разных ракурсах. Безумно хочу избавиться от этих образов, ведь я просто его попутчица. Через десять часов мы расстанемся навсегда.

Дверь ванной внезапно открывается, свет падает на кровать. Тимур наверняка прекрасно видит меня на ней. Точнее, кокон из одеяла, в которое я замоталась.

– Алиса, помоги с пластырем, – говорит мужчина, и матрас рядом со мной прогибается.

Выглядываю из-под одеяла, страшась увидеть Тимура обнажённым. Но он обмотал бёдра полотенцем, к счастью… Хотя это совсем не спасает. Ведь под полотенцем он совершенно голый, чёрт возьми!

Медленно сажусь под тяжёлым взглядом карих глаз. Тимур протягивает мне пластырь и кладёт свои ручищи на мои колени, прикрытые одеялом. Костяшки его пальцев сильно кровоточат.

Руки мои дрожат. Весь пережитый стресс последних семи часов накрывает в одно мгновение. Мы прошли через ад…

Непослушными пальцами наклеиваю пластыри на свежие раны. И, зависнув, глажу его руки, сама не понимая, зачем это делаю.

Поднимаю глаза и тону в бездне его глаз. Руки Тимура перемещаются на мои плечи и придавливают меня к кровати. Он нависает надо мной, в его взгляде… голод. Дикий голод. Я никогда не видела ничего подобного в глазах других мужчин.

– Одеяло явно мешает, – хрипит его голос.

Вот это я попала…

Глава 1. Договорились.

Алиса

– Не знаю, что мне делать. Вот вообще не единой мысли, Вер. На поезд билетов нет, на автобус тоже. Самолётом я боюсь. А мне очень нужно к среде попасть в Сочи. Мой муж наконец-то созрел для развода, который надо поскорее оформить.

– Оо… Славик всё-таки тебя отпускает?.. – с сарказмом протягивает Вера. – А ты не думаешь, что это просто уловка? Чтобы вернуть тебя в родные края. Может, он тебя вообще запрёт и обратно не отпустит.

Усмехаюсь.

Она совсем не знает Славика. Маменькин сынок, который без благословения Анфисы Павловны и шага сделать не может. Даже этот развод случится с одобрения его матери. Я целый год этого ждала.

Когда-то я любила его, а теперь ничего, кроме презрения, не испытываю. Со Славой мне пришлось рано повзрослеть. И я обзавелась таким тяжёлым багажом опыта, что теперь на мужчин и смотреть не могу.

Все они предатели, изменщики и моральные уроды.

– Разводу быть, Вера! – уверенно заявляю я. – Только нужно в Сочи попасть.

– Тогда надо на машине. К среде точно будешь, если вот прям этой ночью выезжать.

– Я же не вожу.

– Ищи водителя.

Обхватываю голову руками. Где же я его найду так быстро?

А Вера кладёт свой телефон перед моим носом. Там открыто какое-то приложение.

– Что это?

– «Попутчики». Не слышала о таком? Вот здесь водители, которые едут в ближайшие сутки в Сочи. Просто выбери.

– Но тут же одни мужчины, – листаю контакты.

Вера хихикает над моим вытянутым лицом.

– А тебе кого надо, Алис? Женщину? Уверена, что женщина решится на такой путь за рулём?

Не уверена…

Но ехать двое суток с незнакомцем – такое себе…

– Вариантов всё равно больше нет, – подытоживает Вера. – Вот этот, кстати, выезжает в три утра, – стучит пальчиком по одному из контактов.

Имя водителя – Тимур. Указан номер его телефона, марка и модель машины, госномер…

– Ой, ты посмотри, у него мерседес, Алис! Считай, доедешь с комфортом.

– А этих водителей кто-то как-то проверяет?

– Не знаю. Наверное, – пожимает плечами Вера. – Моя сестра воспользовалась как-то, всё нормально прошло. И цена поездки мизерная, почти даром. Только на бензин, да и то пополам. А если попутчиков несколько…

– Всё. Ладно-ладно, – выставляю руки перед собой. – Я на такое не решусь. Надо что-то другое придумать.

– Думай, Алиса. Но как по мне – это самый оптимальный способ.

Забирает свой телефон, выходит из приложения.

– Ладно, я пошла к своим спиногрызам.

Так она называет наших учеников.

Бегу к директору колледжа с заявлением на административный отпуск. Глеб Иванович не имеет права мне отказать, потому что я и обычный отпуск не отгуляла. Всё время в колледже торчу. И не только по своим непосредственным обязанностям тренера-преподавателя по адаптивной физической культуре. Я тут везде на подхвате. То кого-то заменить, то лавочки покрасить, то поучаствовать в увеселительном мероприятии. И походы почти все на мне.

– До понедельника, Алиса Николаевна, – строго говорит Глеб Иванович, ставя свою размашистую роспись на документе. – Больше, сами понимаете, никак.

– Спасибо. В понедельник буду, – заверяю его.

Бегу в свой класс, забираю сумочку. Рабочий день уже подошёл к концу.

Дома сама нахожу то приложение. Этот Тимур пока не нашёл попутчика, но я не решаюсь откликнуться на его предложение. А делать что-то надо…

Собираю минимум вещей в свою дорожную сумку. Вновь проверяю сайт железной дороги, там всё по прежнему – билетов нет. Бронирую и выкупаю билет в обратный конец, вот их – предостаточно.

Время уже подходит к девяти вечера, когда я понимаю, что меня так и не осенило никакими идеями по поводу поездки.

Господи… Наверняка ты пожалеешь об этом, Алиса!

Глубоко дышу, чтобы успокоиться. Открываю приложение, кликаю по контакту «Тимур». Меня выбрасывает в чат с ним. Нажимаю на буквы непослушными пальцами.

«Привет! Ты выезжаешь в три утра?»

Тимур: «Да. Там так и написано. Привет».

«Могу я поехать с тобой?»

Тимур: «А ты кто? Мужчина или женщина?»

Морщусь, глядя на экран. А если мужчина, то что? Откажет мне?

«Женщина».

Тимур: «Где тебя забрать?»

Нет… Ну всё же? А если бы я была мужчиной?

Ох и не нравится мне это всё…

«Аэродромная, дом 7».

Тимур: «Буду в три».

Ну вот и всё. Договорились.

И чего же мне ждать от этого путешествия?

Глава 2. Партия в шахматы с судьбой.

Тимур

Аэродромная, семь…

Паркуюсь у первого подъезда. Без пяти минут три. Скептически оглядываю мрачный дворик этой трёхэтажки.

Мой лучший друг посоветовал мне приложение «Попутчики», чтобы поиграть с судьбой в шахматы. Я сделал первый ход – зарегистрировался в этом приложении.

Судьба сделала свой ход – на моё предложение откликнулась женщина.

А мог быть кто угодно. Пока что судьба мне благоволит, не такая уж она сука.

Блять, пусть это будет красивая молодая женщина! Двое суток пути со страшилкой я просто не выдержу.

Как там Дамир сказал? Мне нужно жениться? Да я вроде готов. Вот только претенденток нормальных пока нет. А ненормальных мне, естественно, не надо. Особенно на длительную перспективу.

Ровно в три дверь второго подъезда открывается, и в свете тусклого фонаря появляется стройный силуэт.

Девушка.

Молодая.

С небольшой дорожной сумкой на плече.

Она замирает на тротуаре и, обняв плечи руками, боязливо смотрит в мою сторону. Фары я не выключил, и моя машина единственная «живая» здесь.

Давлю на газ и плавно подъезжаю к девушке. Теперь она смотрит на меня через стекло пассажирской двери огромными глазами оленёнка.

И правда молодая. Лет двадцать пять, а может, и меньше. И симпатичная, чего уж там.

Судьба вот совсем-совсем не сука.

Опускаю окно.

– Вы Тимур? – спрашивает девушка.

– Так точно. И давай на ты. Залезай.

– А сумку куда?

Я что-то совсем негалантен…

Выбираюсь из тачки, обхожу её. Девчонка оказывается настолько миниатюрной, что едва достаёт макушкой до моего плеча.

Тянусь к её сумке.

– Давай уберу в багажник…

– Подожди, – она делает шаг назад. – Там деньги, паспорт. Можно её в салоне положить?

– Легко.

Открываю заднюю дверь, и девушка ставит сумку на заднее сиденье. Проталкивает её чуть дальше и забирается сама.

Собралась ехать сзади? Заебись!

– Впереди комфортнее,– говорю я, придерживая дверь.

– У тебя вообще очень комфортная машина, Тимур, – звенит от напряжения её голос. – И сзади очень хорошо.

Прям чувствую, как она моментально выстраивает между нами бетонную стену.

Не нравлюсь я тебе, да? Рожей не вышел? Ну да… Моя рожа сейчас реально не очень после боя. И станет ещё «наряднее» после следующего.

Захлопываю дверь. Неторопливо обхожу машину, устраиваюсь за рулём.

– Как тебя зовут? – спрашиваю, глядя на девицу через зеркало заднего вида.

– Алиса.

Ясно…

Покидаем её двор.

– Музыку включить?

– Без разницы.

Вновь смотрю на неё через зеркало. Лицо Алисы хорошо освещено, потому что она сидит в телефоне, и свет экрана довольно яркий.

– Можешь поспать, раз уж ты села сзади.

– Я попробую, – отзывается она.

Голос у неё приятный. Мягкий, волнующий.

Сосредотачиваюсь на дороге. В три утра город спит, и мы довольно быстро выбираемся на трассу. Всё-таки включаю радио, тишина меня напрягает. А эта Алиса не спешит идти на контакт. То ли дремлет там, то ли в окно смотрит.

Когда в очередной раз бросаю взгляд в зеркало, попадаю под прицел её глаз. Она не отводит свой взгляд, наоборот – внимательно меня рассматривает.

– Что с твоим лицом? – внезапно спрашивает Алиса.

– Подрался, – хмыкаю я.

– А зачем?

– Заплатили хорошо.

Разговор явно не клеится у нас. То ли я не готов раскрываться, то ли это влияет стена, которую она быстренько возвела.

– Ты дерёшься за деньги? – в её голосе изумление и даже некоторое осуждение.

– Да. Дерусь.

– Хм…

Я даже оборачиваюсь.

– Что значит твоё «хм»?

– Ничего, – зажимается она. – Смотри, пожалуйста, на дорогу.

Разворачиваюсь обратно.

«Хм», значит…

– Ну а ты? Чем зарабатываешь на жизнь? Или ты учишься?

– Нет, не учусь уже. Работаю преподавателем в колледже.

А вот это неожиданно, на препода она совсем не похожа.

– И какой предмет?

– Адаптивная физическая культура. У нас коррекционный колледж.

– Это типа дети с отклонениями там?

– Да.

– И ты преподаешь физру?

– Да.

– Хм… – хмыкаю я, наблюдая за девчонкой через зеркало.

Похоже, она немного надувается. Неприятно, да?

– И что значит твоё «хм»? – спрашивает вдруг с улыбкой.

Улыбка у неё красивая, кстати. Пусть чаще улыбается.

– Моё «хм» значит, что мы с тобой в некоторой степени коллеги. Оба спортсмены. Я ведь прав?

– Ну допустим. И каким спортом ты занимаешься или занимался? Помимо драк за деньги.

– Занимался. Боксом. У меня КМС. А ты?

– Занималась. Гимнастика. Мастер спорта.

А вот это сильно и даже очень.

– Ты очень молодо выглядишь. Сколько тебе?

– Достаточно, чтобы быть мастером спорта и работать преподавателем, – съезжает с ответа.

И мы вновь надолго замолкаем…

Перед глазами – кусок дороги, освещаемый фарами. Время от времени пролетает встречка. Алиса, кажется, всё-таки уснула, положив голову на свою сумку.

Прибавляю печку, снимаю с себя куртку и бросаю на соседнее сиденье. Из города мы выехали час назад. Рассвет ещё нескоро. Мне скучно. Высматриваю какое-нибудь придорожное кафе или заправку, чтобы купить себе кофе. Не то чтобы я хочу спать, но взбодриться очень хочется.

Наконец вижу указатель, что через километр будет какой-то мотель. Там наверняка найдётся кофе.

Когда паркуюсь у неприглядного здания в два этажа, Алиса вдруг резко садится и настороженно смотрит в окна.

– Зачем мы здесь?

– Мне нужен кофе. Хочешь чего-нибудь?

– Да. Туалет.

– Будем надеяться, что он тут есть.

Выбираюсь из машины, а вот она почему-то медлит. И я тут же понимаю, почему – выгребает свои деньги из сумки, чтобы не оставлять их в машине.

Не доверяет мне?

Грабители ведь всегда ездят на GLS последней модели, верно?

Открываю заднюю дверь, протягиваю девушке руку. Пару секунд она просто смотрит на мою ладонь, а потом всё же хватается за неё. Между нашими ладонями проходит ток. Её лицо меняется. Она спешит выдернуть свою руку, как только её ноги касаются асфальта.

– Боишься меня, да?

– Почему я должна бояться? – расправляет плечи.

– Вот и мне непонятно, почему. Ладно, идём.

Первым захожу в холл мотеля. За ресепшеном никого. Но я замечаю кофемашину в углу, что не может не радовать. Оборачиваюсь, смотрю на Алису.

– Видишь ту табличку? – показываю на указатель под низким потолком. – Она говорит, что туалет дальше по коридору.

– Наверное, надо заплатить.

– Я разберусь.

– Хорошо, спасибо, – поспешно убегает в туалет.

Откуда ни возьмись, появляется заспанный админ.

– Доброй ночи, – говорит он, зевнув в кулак. – Номер на двоих?

– Нет. Только кофе. И моя спутница воспользовалась вашей уборной. Оплата картой.

Админ вбивает сумму в терминал.

– Прикладывайте. Сейчас сделаю кофе. Я два посчитал.

– Пусть будет два.

Когда Алиса возвращается, наш кофе уже готов.

– Сколько я должна? – шепчет она, глядя на меня снизу вверх.

Рост у неё, конечно, микроскопический…

Вообще-то, я обожаю таких малявок. Вкусы у всех разные, и меня вот не возбуждают модели в метр восемьдесят. А если эта пигалица каблучки наденет, то будет вообще шикарна. Сейчас она в брюках, и можно легко заметить, что под ними стройные ножки гимнастки. И попочка у неё кругленькая и красивая. И бёдра просто вау.

Что-то тебя, Тимур, прям понесло, да?

Будем штурмовать её, что ли?

Похоже, да. Будем!

– Бери кофе и идём.

– Я же не заплатила!

Но я уже сваливаю из мотеля, не слушая причитаний этой симпатичной пигалицы.

Ну не могу я брать у неё деньги. Даже за горючку не могу, хотя приложение «Попутчики» предполагает оплату топлива пополам.

Алиса догоняет меня возле тачки.

– Спасибо за кофе, Тимур. Я обязательно куплю тебе следующую порцию.

Она дёргает заднюю дверь, но та не поддаётся. Открываю для неё переднюю пассажирскую.

– Ничего мне не покупай. Лучше составь компанию, посиди рядом.

Опускает голову, кажется, пряча улыбку.

– Ладно.

Обходит машину.

– Мою куртку брось назад.

Она осторожно перекладывает одежду на заднее, садится и пристёгивается. Кофе пристраивает в подстаканнике.

Стаканчик такой горячий, что наверняка уже обжёг её пальчики.

Захлопнув дверь, обхожу тачку и устраиваюсь за рулём. Выезжаю вновь на дорогу.

– О чём поболтаем? – спрашивает Алиса.

– Расскажи, что забыла в Сочи.

– Ну я там родилась и выросла. А сейчас еду… к мужу.

Как-как? К кому она едет?

Бросаю на неё изумлённый взгляд. А девушка открыто и спокойно смотрит мне в лицо.

– К мужу?

– Да.

Вот это пиздец!..

Судьба всё же сука… Походу, эту партию в шахматы я продул.

Глава 3. Энергия победителя.

Алиса

Ну да, о той маленькой детали, что с мужем я развожусь, говорить не стала.

Просто удивительно! Славик внезапно стал моим оберегом перед этим незнакомцем, с которым я вынужденно проведу двое суток.

Тимур угрюмо молчит, глядя на дорогу. Потягивает кофе из стаканчика. Я свой всё ещё не пью, потому что для меня он очень горячий.

– Ну… и… – тяжело вздыхает мужчина, – как так вышло, что ты здесь, а он там?

– Скажем так: мы были временно разлучены из-за работы.

– То есть… у него настолько серьёзная работа в Сочи, что он отпустил тебя одну на чужбину?

– Да. Очень серьёзная.

О том, что Славик – лоботряс, работающий в фирме своей мамочки, я тоже не говорю.

Вообще-то, начиналось у нас с ним всё красиво. Друзья детства, поступившие вместе в универ. Дружба стремительно переросла в отношения другого рода. Слава красиво ухаживал, все подружки мне завидовали. Особенно одна – Юля. Я не сразу поняла, что она так себе подруга…

Тимур опять выдаёт это его «хм».

– Что это за брак на расстоянии? – бросает на меня внимательный взгляд.

– Чувства только крепнут, подвергаясь испытаниям, – выдавливаю из себя очередную ложь.

Наши чувства со Славой посыпались буквально сразу. Но зачем незнакомцу эта информация?

– Ну а ты? Зачем едешь в Сочи? – поспешно меняю тему.

– Скажем так: по работе, – криво ухмыляется Тимур.

На улице уже светает, и я отчётливо вижу ту ссадину на его переносице. А ещё разбитые костяшки.

Ужасающий видок…

Напоминаю себе, что он просто спортсмен. И в спорте бывает всякое. И переломы и травмы. А в боксе – и вот такое разукрашенное лицо.

– Ты когда-нибудь была на боях? Или, может, по телику смотрела?

Качаю головой.

– Не любишь такое, да? – уточняет он.

Его улыбка на этот раз выглядит довольно мило.

– Не люблю, – признаюсь ему. – Во мне, наверное, слишком много эмпатии, и я ментально могу почувствовать то, что чувствуют бойцы.

– То есть… тебе будет их жаль.

– Да. Им же наверняка больно, когда они лупят друг друга на ринге.

Тимур задумчиво проводит пальцами по своей ссадине.

– Мне кажется, я уже давно свыкнулся с болью. У меня атрофировались эти ощущения. Ничего не чувствую.

– А я вот очень чувствительная. Ткнёшь – и будет синяк, – говорю наигранно весёлым тоном.

И вообще, очень хочу побыстрее закрыть эту тему. О чём бы таком поговорить? О нейтральном!

Беру в руки стаканчик, а Тимур вдруг дёргает рулём, явно что-то объезжая на дороге. Кофе выплёскивается из стаканчика на мои пальцы и обжигает их. От болевого шока роняю стакан – и горячий напиток щедро проливается на мои ноги, обжигая внутреннюю сторону бёдер.

– Боже!.. Господи… Как больно!..

Трясу руками, потом пытаюсь оттянуть мокрую ткань от кожи. Тимур, чертыхаясь, сворачивает к обочине. Из моих глаз брызгают позорные слёзы.

Мне и правда очень больно. Наверняка останутся ожоги. И машину я ему испачкала. Стыдно-то как…

Дверка с моей стороны открывается.

– Покажи, – нависает надо мной Тимур и хватает меня за руки.

– Ай… ай!

– Шшш… Терпи! Ты же спортсменка. Боец, – шепчет он, поднося мои кисти к своему лицу.

Дует на покрасневшую кожу, а я заворожённо замираю.

Что он делает? Ну зачем так?..

Тимур поднимает свои тёмные как ночь глаза, и меня словно придавливает к креслу его тяжёлым взглядом.

Вот почему я не сказала о разводе. Теперь я чувствую эту поистине мужскую энергию в своём попутчике во всей красе. Она яркая, какая-то звериная… Энергия победителя. Во всём. Такие парни не ищут долгих отношений. Очередная подвернувшаяся на их пути женщина – очередной трофей. Или сексуальное приключение.

– Сейчас обработаем твои пальчики, – мягко говорит Тимур.

Тембр его голоса – глубокий, вкрадчивый, завораживающий…

Он отпускает мои руки и, не закрывая двери, идёт к багажнику. Слышу, как открывает его… и захлопывает. Возвращается с аптечкой и ставит её на мои колени. Недолго покопавшись в содержимом, достаёт спрей – пенку от ожогов. Подставляю руки, и Тимур наносит пенку на покрасневшую кожу.

Мне становится хорошо буквально через секунду. Закрываю глаза и откидываю голову на подголовник, держа руки на весу. Внутренняя часть бёдер хоть и беспокоит – там неприятно щиплет от ожога, но я об этом помалкиваю.

– Лучше?

– Да. Спасибо, – открываю глаза.

– Оставлю это здесь, – говорит Тимур, поставив флакончик в подстаканник.

Потом внезапно приподнимает мои ноги и смещает их немного влево. Находит пустой стаканчик, достаёт резиновый коврик с лужей кофе.

– Прости меня… – начинаю было, но он перебивает.

– Всё нормально, Алис. Я не такой уж педант.

А по его машине не скажешь. Вон, и аптечка есть. И вообще, здесь всё такое чистенькое и свеженькое.

– Через минуту я помою твой коврик. Есть вода?

– Я сам.

Тимур кладёт его на асфальт, и уже через мгновение в его руке появляется пятилитровая бутыль с водой. Смывает кофе, протирает коврик салфеткой из микрофибры и кладёт его обратно под мои ноги.

– Тебе, наверное, надо переодеться, – красноречиво смотрит на мои бёдра с мокрыми пятнами на брюках.

– Да. Надо.

Втираю остатки пены в кожу, выбираюсь на улицу.

– Сделай это на заднем сиденье, – Тимур открывает для меня заднюю дверцу.

Послушно забираюсь в салон. Нахожу в сумке джинсы. Скидываю кроссовки, стягиваю с себя брюки. Бросаю взгляд на Тимура. Он стоит спиной к машине и, задрав голову вверх, выдувает сизый сигаретный дым.

Отлично, он на меня не смотрит.

Разглядываю внутреннюю часть своих бёдер. Кожа там немного покраснела, но не смертельно. Поспешно надеваю джинсы, обуваюсь. Брюки тщательно складываю мокрой стороной внутрь и убираю в сумку. Как доберусь – постираю.

Берусь за ручку двери, чтобы её открыть и натыкаюсь на пристальный взгляд Тимура за стеклом. Он обернулся и немного склонил голову к плечу, словно разглядывал меня всё это время. Но он ведь не разглядывал, да?

Подносит сигарету к губам, глубоко затягивается. Ловлю кожей какие-то странные ощущения. Его взгляд будто трогает меня, ласкает. А его чувственные губы вдруг притягивают к себе внимание. Не ссадина, которая бросается в глаза при первом взгляде, а именно губы. Они красиво очерчены, совсем не тонкие, как у Славы. И очень гармонично сочетаются с волевым подбородком.

Вот она – истинная энергетика победителя.

Так… всё. Всё!

Он полечил твой ожог, Алиса, и ты уже поплыла, что ли?

Выхожу из машины и небрежно роняю:

– Подглядывать нехорошо.

– Кому как, – дёргает бровями Тимур. – Кому как…

Глава 4. Лёгкость и вроде бы флирт.

Тимур

У неё не муж, а какой-то мудак. Мы в пути уже четыре часа, а он ни разу ей не позвонил.

Да и какой нормальный мужик свою женщину отпускает работать за две тысячи миль?

Только мудаки отпускают. Самоуверенные пижоны.

А он ещё и на попутке разрешил ей ехать. Имея «серьёзную», как она выразилась, работу, не мог оплатить ей бизнес-класс?

– Кстати, почему ты не на самолёте? – спрашиваю притихшую Алису.

Она уже полчаса заворожённо смотрит в окно на серые поля с жухлой травой. Так себе пейзаж.

Вроде обиделась немного, посчитав, что я подглядывал за ней. А я почти не подглядывал и увидел не так уж и много.

Алиса переводит на меня взгляд.

– На самолёте я боюсь. Ни разу не летала. А ты? Почему на машине?

– Не могу без своего транспорта, где бы я ни был. Да и долгую дорогу люблю.

– И что же хорошего в долгой дороге? Я вот уже всё себе отсидела, – беспокойно ёрзает в кресле.

Попку она себе отсидела.

Машинально смотрю на её бедро и тут же поднимаю взгляд к её кофейным глазам.

– Не знаю. Смена обстановки. Рассвет, заставший тебя в пути. Совсем другие ландшафты. А если едешь в хорошей компании, то вообще нормально.

– Красота в глазах смотрящего?

– Да, типа того.

– Хм… – улыбнувшись, расслабляется в кресле, откинув голову на подголовник.

– Скоро нам понадобится завтрак. Можешь заглянуть в гугл-карту и посмотреть, где там ближайшие заведения? Приличные.

– Да, конечно.

Алиса отстёгивается и тянется к заднему сиденью – её телефон остался возле сумки. Выходит так, что она касается моего плеча грудью. Я подаюсь немного к ней, и мой нос оказывается возле её волос. Алиса потрясающе пахнет! Свежесть, цитрус… что-то в этом роде.

– Помочь?

– Нет, уже всё, – поспешно садится прямо и пристёгивается. – Может, что-то купить и поесть в дороге? Зачем тратить время на длительные остановки?

– Пролитого кофе вполне достаточно, – говорю без тени улыбки. – Не хочу ещё и отчищать обивку двери от еды.

– Ну спасибо, – она забавно выпячивает губки. – А я-то думала, что ты меня простил.

– Пока нет, – усмехаюсь я. – Так что там с картой?

– Да, уже ищу, – бормочет она, зарываясь в телефон. – Я не разбираюсь в расстоянии, но вроде бы скоро будет населённый пункт. А там – заправка и кафе.

– Покажи.

Разворачивает телефон экраном к моему лицу. У неё обычный смартфон тысяч за десять-двенадцать. Мудак-муж ещё и жмот, походу.

Изучаю карту.

– Километра через три будет кафе.

– Всё?

– Да.

Вырубает экран, вновь сосредотачивается на унылом пейзаже за окном. А я украдкой разглядываю её профиль. Нос у Алисы немного курносый, на щеках – бледные веснушки. На правом ушке – сразу три серёжки. Одна в форме сердца, вторая – роза, а третья просто гвоздик. Вроде бы серебряные.

Мой взгляд соскальзывает на её руки. Да, я их уже видел и даже держал в своих. Но не обратил внимания на очевидную вещь – обручалку она не носит.

– Тимур! – вдруг вскрикивает Алиса, и я резко кручу руль вправо.

Скорее по инерции.

Мимо нас пролетает газель.

Чёрт… Походу, я слегка выехал на встречку.

– Ты что, уснул? – ошарашенно смотрит на меня Алиса.

– Нет… Нет, просто задумался. Извини.

Вижу, что её трясёт немного.

– Как видишь, у меня хорошая реакция, – пытаюсь сгладить напряжение.

Алиса поджимает губы и хмурит брови.

– Прошу тебя, будь аккуратен, – говорит назидательным тоном.

И вот сейчас я вижу в ней училку. Но даже в этом образе она хороша.

– Могу снизить скорость, если хочешь. Но тогда мы увеличим время пути.

Сейчас мы мчим под сто пятьдесят.

– Нет. Скорость я потерплю, – после некоторой заминки отвечает Алиса.

Но я всё равно скидываю, потому что мы въезжаем в посёлок. С правой стороны – заправка и кафе, слева – магазины, почта.

Заруливаю к кафе.

– А на заправку нам не надо? – провожает её взглядом Алиса.

– Пока нет, перед поездкой я уже заправил полный бак.

– Тогда скажи, сколько я должна.

Но я отмалчиваюсь.

Глушу мотор, открываю дверь. Забираю свою куртку с заднего сиденья. Утром уже бодрит, на дворе всё же октябрь.

Одновременно выбираемся из мерседеса, идём к бревенчатому строению с вывеской «Пельменная».

– Тимур, я серьёзно! Сколько я должна? – настойчиво повторяет Алиса.

– Давай позже с этим разберёмся, ладно?

– Когда?

– Позже, – отрезаю я, открывая дверь перед девушкой.

Помедлив пару секунд, она заходит в кафе. Здесь тепло, и приятно пахнет корицей. Занимаем столик, молча изучаем меню. Заказ у нас принимает немолодая женщина в халате повара. Видимо она многофункциональная тут. И в баре, и на кухне… Здесь вообще, кроме неё, никого не видно.

– Двадцать минут, – обещает женщина и уходит.

– Ты будешь есть на завтрак пельмени? – с улыбкой уточняет Алиса.

Её, похоже, это очень веселит.

– Ну да. А что не так?

– Нет, ничего…

Она отводит взгляд в сторону, но на её губах всё ещё играет милая ухмылочка.

Тут, прямо в зале, есть раковина и мыло, и мы по очереди моем руки.

Выхожу на улицу покурить. Возле кафешки останавливается фура, водитель выбирается из кабины и заходит в соседнее с кафе помещение. Это туалет.

Возвращаюсь к Алисе. Заказ нам уже принесли. Мне – двойную порцию пельменей, Алисе – чай, яичницу и круассан с корицей.

Она ест с аппетитом. Мне нравится, когда девушки не жеманятся, не ковыряются вилкой в диетическом салате и не говорят, что, вообще-то, не голодны, и что они питаются половинкой, блин, зёрнышка в день.

Наворачиваю свои пельмени. Они тут сносные.

– Ну как? – спрашивает Алиса, бросив взгляд на мою тарелку.

– Хочешь попробовать? – прищуриваюсь я и накалываю пельменину на вилку.

– Нет… Я просто спросила, – подаётся назад и прижимается к спинке стула.

Макаю пельменину в сметану. И, подставив под неё ладонь, подношу вилку к лицу девушки.

– Ты хочешь, я знаю!..

Угораю над Алисой с серьёзным лицом. Что-то мне вдруг по кайфу такая атмосфера между нами. Лёгкость и в то же время – вроде бы флирт. Совсем немного флирта. Но ведь его может стать и больше.

– Я не хочу. Нет, – выставляет руки перед собой.

– Хочешь.

– Нет!

– Съешь её!

– Да Боже! – закатывает она глаза и подаётся вперёд.

Обхватив пельмень губами, снимает с вилки и тщательно жуёт. Под конец слизывает сметану с верхней губы.

– Ну как?

– Сносно.

– В точку! Не фонтан, но есть можно.

Алиса вдруг хихикает, прикрыв рот рукой.

– Ты немного странный, Тимур.

– А ты – очень красивая, – говорю в ответ.

Алиса больше не хихикает. Нервно поправляет прядку волос на виске. Допивает свой чай и поднимается.

– Здесь же есть туалет, да?

– Да. На улице. Соседняя дверь.

– Спасибо.

Надев куртку, выбегает из кафе. А я прошу счёт и сразу его оплачиваю. Алиса уже доела, можно подождать её на улице.

Прощаюсь с женщиной, видимо, хозяйкой «Пельменной». Влетаю в кожанку и выхожу из кафе. На улице сую в рот сигарету, но прикурить не успеваю.

– Тимур, – слышится шёпот сзади.

Оборачиваюсь.

Алиса выглядывает из-за двери туалета. Её щеки порозовели, словно ей неловко.

– Ты можешь мне помочь?

– Да. А что случилось?

– Просто зайди сюда, пожалуйста, – с каким-то отчаянием шепчет девушка. – Мне очень нужна твоя помощь.

Глава 5. Весёленькое путешествие.

Алиса

Уперевшись ладонями в раковину, пристально смотрю на себя в зеркало.

Не то чтобы мне никогда не делали комплименты… Но комплимент именно от него меня почему-то смутил.

Как-то не очень работает мой оберег – наличие мужа. Тимура это будто бы совсем не смущает.

Ладно, всё… Он же просто сказал, что я красивая.

И я, словно пытаясь убедиться в этом, продолжаю пялиться на своё отражение. Потом опускаю взгляд на кран. Тут всего один вентиль с холодной водой, и он выглядит довольно хлипко. Будто сейчас оторвётся.

Осторожно кручу его от себя, и из крана всё же льётся вода. Ополоснув руки, отрываю бумажное полотенце, вытираю. Вновь берусь за вентиль, кручу в обратную сторону, но ничего не происходит. Словно у него резьба прокручивается… Или как там вообще всё устроено?

Снова поворачиваю вентиль от себя, и напор воды усиливается. Брызги летят во все стороны, попадая на мою одежду.

Да что ж это такое?!

Со злостью давлю на вентиль, вновь кручу на себя. Потом тяну его вверх, пытаясь как-то сместить резьбу. И вдруг это проклятое устройство остаётся в моей руке…

Тупо смотрю на него, не понимая, как вообще это произошло. Поднимаю взгляд на своё отражение в зеркале.

Сначала ошпарилась кофе, теперь вот это…

Это не твой день, Алиса.

Пытаюсь присобачить вентиль обратно, но у меня ничего не получается. Доламываю всё к чертям… Из крана так сильно бьёт вода, что уже и кафельный пол весь сырой.

Мне нужна помощь, и срочно!

Выглядываю на улицу и сразу вижу Тимура, который стоит у машины спиной ко мне.

– Тимур! – тихо зову я мужчину.

Оборачивается и вопросительно поднимает брови.

– Ты можешь мне помочь?

– Да. А что случилось?

– Просто зайди сюда, пожалуйста. Мне очень нужна твоя помощь.

Он выкидывает незажжённую сигарету и идёт ко мне. Через мгновение дверь за ним закрывается, и в этом маленьком санузле становится очень тесно.

– У меня тут… вот… – демонстрирую ему вентиль. – Оторвала. Случайно.

Смещаюсь в сторону, открывая ему обзор на раковину. Под ней уже приличная лужа.

– Случайно? – уточняет Тимур, скептически приподняв брови.

– Да, случайно. Кран не закрывался, я потянула – и вот. Сможем починить? Или сразу заплатить хозяйке за ремонт? Только надо бы, наверное, как-то воду перекрыть, – начинаю суетиться я.

– Подожди.

Тимур забирает у меня вентиль, примеряет его обратно на кран. У него он почему-то встаёт на место, но вот в резьбу не попадает. Тимур некоторое время крутит его то к себе, то от себя.

– Да тут давно, видимо, на соплях держалось, – бормочет мужчина. И тут же с лёгкой издёвкой: – Но я не удивлён, что сломалось всё окончательно именно у тебя.

– Почему это? – вспыхиваю я.

Всего лишь пролила чёртов кофе – и теперь меня заклеймили неудачницей, что ли?

– Ты, видимо, девочка-беда, – продолжает насмехаться он. – Весёленькое путешествие нас ждёт.

– Так, всё! Я сама! Давай, выходи отсюда, – давлю на его плечо, пытаясь сместить в сторону.

Но это всё равно, что двигать Кавказские горы.

– Успокойся, женщина! Я же пошутил! – смеётся Тимур, продолжая бестолково крутить вентиль.

Его куртка уже вся мокрая от брызг. Решаю заглянуть под раковину. Ведь где-то же должна перекрываться чёртова вода!

Там и правда что-то есть. Какой-то рычаг. Бросаюсь к раковине, обогнув Тимура, и внезапно мои ноги начинают куда-то ехать… Телом я уже не управляю, а руками пытаюсь схватиться за воздух. И… хватаюсь за кран и отрываю его к чёртовой бабушке.

Взвизгиваю.

Тимур подхватывает меня, громко чертыхаясь, заталкивает за свою спину и принимает на себя основной удар. Мощный фонтан бьёт по нему из открытой дыры, где когда-то был кран, который сейчас у меня в руке.

Ой… Я точно бедовая какая-то…

Боюсь даже выглянуть из-за спины Тимура. Кажется, он полностью мокрый и чертовски злой. Судя по его напряжённой, даже окаменевшей спине.

И водичка такая холодная… Неприятно ему, наверное.

Мужчина сам перекрывает воду под раковиной и разворачивается ко мне. Глаза его дьявольски блестят. Куртка промокла насквозь, под ней наверняка тоже всё мокрое. И брюки сырые. И лицо всё в каплях.

– Ой… – изрекаю я, втягивая голову в плечи.

Кран прижимаю к груди, словно он способен меня защитить.

– Прости, я не специально.

– Шшш… – Тимур делает шаг, сокращая между нами расстояние до ничтожного минимума. Грозно нависает надо мной. – Иди в машину, Алиса. Пока, к примеру, потолок на нас не рухнул.

Вытаскивает кран из моих рук, и я спиной скольжу по стеночке к двери.

Он прав, лучше мне уйти.

Вылетаю на улицу.

– Алиса, ключ возьми!

Разворачиваюсь, забираю ключ от мерседеса и быстро иду к машине. Однако внутрь не забираюсь, жду Тимура, прижавшись спиной к дверце.

Вижу, как он выходит из туалета и заходит в кафе. Проведя внутри всего пару минут, появляется в дверях и идёт к машине, попутно стягивая мокрую куртку. Метнув на меня полный раздражения взгляд, рявкает:

– Открой машину!

Непослушными пальцами жму на брелок и на кнопку багажника. Тот поднимается автоматически. Тимур швыряет в него куртку и резким движением стягивает с себя футболку.

Вздрагиваю при виде его татуировок. Какая-то мрачная абстракция, тянущаяся с плеча на грудь, а потом и на рёбра.

Тимур словно не спешит одеваться, позволяя мне разглядеть его получше. Объёмные грудные мышцы, напряжённые бицепсы, сухой пресс. Будучи спортсменкой, я знаю, скольких усилий стоит создать такую форму. И я восхищена. Как учитель физкультуры, как профессионал.

А как женщина я почти упала в обморок, если честно.

Тимур снимает и брюки. Ладно хоть, в боксёрах остаётся.

Ему наверняка холодно…

Выдернув из спортивной сумки джинсы, быстро надевает их. Потом футболку и серую толстовку с надписью «Голд-ММА».

Схватив свою мокрую куртку, протягивает её мне.

– Будешь сушить.

– Как?

Мои щёки пылают от стыда.

– Как хочешь! Хоть в окно высунь, – роняет он и захлопывает багажник. – Садись в тачку, и так времени потеряли уйму.

Тимур идёт к своей двери, а я, хлопая глазами, так и стою с его курткой.

Он прав. «Весёленькое» путешествие получается…

Глава 6. Симпатичный.

Алиса

Помню, как в пятом классе понравившийся мне мальчик пригласил меня погулять.

Мы шли по нашему району. Я так волновалась, что болтала без умолку. Он просто спросил, какую книжку я читаю. А я стала перечислять почти всю литературу, которая имелась в моём доме. Книги родителей тоже. И почти не смотрела вперёд. Жестикулировала, пыталась быть весёлой. В итоге со всего размаху врезалась в столб. Прям обняла его крепко-крепко. Попутно зацепив рукой лицо того мальчика, потому что он дёрнулся, чтобы меня притормозить. Фингал у него тогда был жуткий…

В десятом классе была похожая история, только я чуть под машину не попала, гуляя с другом Славика.

А в одиннадцатом как-то раз наклонилась поправить ремешок туфельки, а когда стала разгибаться, разбила губу своему спутнику. Потому что он стоял слишком близко и наклонился ко мне.

Его губу зашивали, а на моей макушке не осталось и царапины.

Будто бы на свиданиях обе мои ноги становились левыми… А ещё во мне просыпались странные комплексы, заставляя жутко нервничать.

Ну или как это всё объяснить?

Но если речь шла о соревнованиях, например, то я всегда была собранной и уверенной в себе.

Со Славой я тоже была уверена, потому что знала его всю жизнь.

Я думала, что к двадцати шести годам переросла свои комплексы и избавилась от странного флёра неудачницы. Ан нет… Веду себя как идиотка в обществе этого мужчины. Искупала его в ледяном душе, заставила раздеться… Ладно хоть, без синяков и швов обошлось.

– Извини меня ещё раз, – говорю Тимуру, сверля его затылок.

Села сзади, чтобы не попадать под прицел его тяжёлого взгляда.

Он молчит, сосредоточенно смотрит на дорогу. В зеркале вижу его нахмуренные брови.

Приближаемся к какому-то затору. Останавливаемся. Кажется, тут реверс, вроде бы ремонт дороги.

Тимур бросает на меня взгляд через плечо.

– Ладно, можешь больше не сушить куртку.

Мои руки затекли, ведь я уже полчаса держу эту чёртову куртку, высунув её в окно. И лицо моё околело от ветра. И пальцы онемели.

– Спасибо.

Затаскиваю куртку в салон. С неё уже не течёт, она даже подсохла немного.

– Повесь на сиденье, – говорит Тимур.

Пристраиваю кожанку на спинку кресла.

– Пока стоим на месте, можешь сходить до багажника и достать мои брюки. Они тоже сырые, – будничным тоном добавляет он.

Что?

Ловлю его взгляд в зеркале заднего вида. В глазах – ехидство.

Шутит он так, да?

Ну хорошо.

Дёргаю дверную ручку, распахиваю дверь, собираясь выйти. Огромная лапища Тимура хватает меня за предплечье.

– Я пошутил, Алис. Садись лучше вперёд, погрейся.

Его голос звучит почти заботливо.

– Плохая шутка, – бормочу себе под нос, но всё же перебираюсь вперёд.

Хотя в его машине везде тепло: и спереди, и сзади.

Тимур прибавляет мощность печки. Мои заледеневшие пальцы начинает приятно покалывать. Правда, в местах ожога покалывает не совсем приятно.

– Интересно, большая пробка? – смотрю вперёд.

– Сейчас гляну.

Тимур открывает карту на своём телефоне. Недолго её изучает.

– Затор только здесь, дальше пусто.

Это хорошая новость. Потому что мы и правда много времени уже потеряли.

– О чём поболтаем, Алиса? – он лениво разваливается в кресле.

Положив голову на подголовник, поворачивается лицом ко мне. Его взгляд вновь становится тяжёлым.

Может, у него просто такие глаза, не знаю… Зрачки всегда большие, расширенные.

– Хозяйка пельменной сильно расстроилась из-за того, что мы там натворили? – вновь краснею я.

– Мы? – поднимает он брови.

– Ну ладно, я. Я натворила.

– Не сильно. Она тебя простила, тема закрыта. О чём ещё поболтаем?

И вот опять я чувствую, как оживают эти мои странные комплексы… Главное, не начать тараторить невпопад.

– Расскажи, зачем всё-таки едешь в Сочи, – прошу я.

– Тебе правда интересно?

– Да.

– У меня там будет бой.

Машинально смотрю на его разбитые костяшки.

– А разве можно драться, когда ещё полностью не восстановился?

– Бои не совсем легальные. Там можно всё.

– Ужас какой… И что ты получишь в случае победы?

– Пф… Деньги, – лаконично.

– И никаких титулов? Эмм… поясов?

– Когда был частью промоушена, получил достаточно титулов.

– Промоушена? – перевожу взгляд на надпись на его толстовке. – Этого промоушена?

– Да.

– А почему сейчас не там?

– Много всего произошло. Промоушен лишился лицензии, считай, развалился.

– Поэтому ты сам по себе и дерёшься за деньги, – подытоживаю я.

– Да. Но было бы в кайф, если бы ты говорила это с меньшим презрением, – усмехается он.

Вспыхиваю. Жар снова подбирается к щекам.

– Я говорила без презрения.

– Нет. С ним.

Арр!

Невыносимый тип. Раздражающий!

Мой телефон начинает вибрировать, спасая нас от очередного конфликта. Смотрю на экран, на нём написано «Вера».

Чтобы поговорить со своей коллегой наедине, хочется выйти из машины, но в этот момент пробка как раз начинает двигаться. Встречка резко заканчивается, и пускают наш ряд. Тимур заводит мотор, плавно трогается, но продолжает смотреть на меня.

– Ты не ответишь?

– Отвечу.

Вера звонит снова. Принимаю вызов.

– Алло.

– Ну наконец-то! Господи, Алис, ты как? У тебя телефон всё время недоступен.

– Ну я же в дороге. Связь плохая, видимо.

– Ты поехала на попутке?

– Угу… – кошусь на Тимура, потому что он смотрит на меня.

– И как? Нормальный водитель? Как его там?.. Который в три утра выезжал… Тимур, да?

– Угу.

– Ты чего угукаешь? У тебя всё нормально? Я тут полазила по форумам, где обсуждали это приложение «Попутчики». Ох, и начиталась я там… Оказывается, были случаи, когда всё заканчивалось не очень хорошо. Ну типа можно нарваться на серийного маньяка или просто психа. Зря ты на это подписалась, Алис.

Вот спасибо тебе, Вера!

Внимательно вглядываюсь в лицо своего водителя. Ты же не маньяк, верно?

Вера продолжает щебетать:

– А одна дамочка влюбилась в своего попутчика, и они поженились, представляешь? Твой-то хоть симпатичный?

– Угу.

Ой… Над ответом я особо не размышляла. Я что, действительно считаю его симпатичным?

Ну если убрать эту рану на переносице и представить Тимура с улыбкой, то да, он симпатичный.

– Женатый?

– Не… Не знаю.

Бросаю взгляд на его пальцы чисто по инерции. Знаю, что там нет кольца, я бы его давно заметила. Однако можно и не носить кольцо. Я же не ношу, хотя формально ещё замужем.

Теперь я понимаю, что вообще ничего не знаю о Тимуре. Ну только то, что он спортсмен с потрясающей фигурой и плохим чувством юмора.

Вера что-то ещё говорит, но связь начинает барахлить, и я перестаю её понимать. Вызов обрывается.

– Муж звонил? – спрашивает Тимур вроде спокойно, но лицо его почему-то агрессивно вздрагивает.

– Да, – вру я, отвернувшись к окну.

– Ясно.

Глава 7. Хреновый магнит.

Тимур

После девяти утра дорога становится загруженной. Особенно, когда нам приходится проезжать через населенные пункты, потому что нет объездных дорог.

На выезде из очередного маленького посёлка встаём перед опустившимся железнодорожным шлагбаумом. Поезда всё нет и нет. Нетерпеливо постукиваю пальцами по рулю. Кажется, что проехали мы ничтожно мало. И это действительно так. Бой у меня в пятницу, но нужно ещё пройти медкомиссию и выделить немного времени на тренировки. Да и отдых после долгой дороги тоже нужен.

– Вон та туча, кажется, нас преследует, – говорит Алиса, указывая пальчиком на небо.

– Ты думаешь, это одна и та же туча? У неё какие-то отличительные признаки?

Всю дорогу над нами мрачное небо с низкими тучами.

– Я за ней наблюдаю, – улыбается девушка. – И да, конкретно эта туча уже давно следует за нами.

– Ну ладно, как скажешь, – не могу не улыбнуться в ответ.

Алиса вообще располагает к общению. Даже злиться на неё долго не получается, несмотря на то, что она искупала меня в ледяном душе.

Её извинения звучали искренне. Это подкупает.

– Думаешь, она грозовая? – вглядываюсь в небо.

– Думаю, она может быть и снежной, – морщится Алиса.

– Может быть. На дворе октябрь как-никак. А до южных широт нам ещё далеко.

– На юге тоже снег бывает.

– И в октябре?

– Нет, – неуверенно качает головой. – В октябре не припомню. Январь, февраль.

Наконец перед нами проносится поезд. Товарняк с хреллионом вагонов. Продолжить беседу не получается из-за шума.

Как только бесконечный состав заканчивается, мгновенно становится тихо, и переезд открывается.

– Сорок семь, – изрекает Алиса.

– Что «сорок семь»?

– Вагонов.

– Оо… Ну очень ценная информация, – хмыкаю с усмешкой.

– Пф!.. – фыркает она, отворачиваясь к окну.

Переваливаем через переезд.

– Ты женат, Тимур? – внезапно спрашивает Алиса.

– Я похож на женатого человека?

– Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?

– Окей. Не женат.

– Почему? – зачем-то продолжает докапываться.

– Потому, – отбриваю немного резко.

Она поджимает губы, нервно убирает прядку волос за ухо.

– Ладно, прости. Это не моё дело.

И я уже жалею, что быканул. Ведь нет ничего эдакого в этом вопросе.

– Я не женат, потому что мне попадались не совсем те девушки, – говорю спокойным голосом.

– Не совсем те?

– Да. Не домашние. Не для женитьбы, в общем.

– Хм…

– О нет… Опять это «хм», – закатываю глаза. – Давай ты с этой минуты будешь говорить то, что у тебя на уме, а не вот это «хм». Окей?

– То, что я скажу, тебе может не понравиться, – предупреждает меня Алиса.

– И всё же. Говори.

– Мы сами являемся магнитами, притягивающими к себе людей под стать себе. Ты так не считаешь?

– То есть, я – магнит для «не тех» женщин? – изумляюсь я.

– Видишь? Поэтому моего «хм» было вполне достаточно, – выразительно взмахивает кистью.

Ловлю её руку, переплетаю наши пальцы. Алиса шокированно смотрит на меня.

– А ты не думала, что я просто не искал себе жену? Зачем? Всё, что мне нужно, я легко получаю от временных увлечений.

Она пытается выдернуть руку.

– Да получай ради Бога! Сам же хотел услышать мои мысли.

– Почему ты не носишь кольцо?

Похоже, своим вопросом я ещё больше ошарашиваю её.

– Потому, – отбривает так же, как я пару минут назад.

Тяну её кисть к своему лицу, на мгновение прижимаюсь губами к тыльной стороне ладони и тут же отпускаю.

Не знаю, зачем это сделал.

Возможно, у меня никогда не было сомнений в собственной охренительности, а тут одна хорошенькая пигалица заявляет, что я хреновый магнит.

Её щеки горят от моего странного поступка. И она не находит, что сказать, просто буравя мою скулу убийственным взглядом.

– Ладно, давай возвращаться в адекват, – произношу миролюбивым тоном.

– Я адекватна, в отличие от некоторых.

– Ну извини. Затмение какое-то в голове случилось, – вновь пробую наладить контакт.

– Больше так не делай, – строго говорит Алиса.

– Не буду.

Она вроде расслабляется.

– Так что там с мужем? Почему не носишь кольцо?

Алиса бросает на меня взгляд а ля «Ты опять, что ли?»

– Тема твоего мужа запретная?

– Да.

– Давно хоть женаты?

– Три года, – нехотя отвечает она.

– И как там, по ту сторону баррикад?

– Нормально.

– Счастливой женой ты не кажешься.

– А я просто по мужу соскучилась, – язвит она.

А меня дёргает от этого.

Да почему, блин, она оказалась несвободной? Такой редкий и ценный экземпляр! Красивая, смешная, немного неуклюжая, но со стрежнем.

Я вижу этот стержень в девушке невооружённым взглядом. Ведь чаще всего дамы со мной не спорят и из кожи вон лезут, чтобы понравиться.

А эта…

А эта, похоже, не хочет мне нравиться и не пытается выглядеть не такой, какая есть. И эта её версия меня очень цепляет. Как что-то неизведанное и от этого ещё более желанное.

И фигурка у Алисы – ну прям десять из десяти.

– Твоему мужу повезло, – говорю тихо.

– Что ты сейчас сказал? – взволнованно переспрашивает Алиса.

Но ты же слышала.

– Повезло ему с тобой, – повторяю я.

– И почему ты так думаешь?

– Ты мне кажешься очень подходящей для семьи. Именно такую девушку, как ты, мой испорченный магнит не притягивает, – подытоживаю с улыбкой.

Она тоже улыбается.

– Притянет. Всему своё время.

– Ладно, подожду.

В такой довольно позитивной атмосфере едем дальше. Наконец выезжаем на трассу. Можно прибавить газу. Пристраиваюсь за земляком, который лупит под двести. В паре идти немного легче.

Хоть я и сосредоточен на дороге, но краем глаза вижу, как Алиса держится за дверную ручку и, не моргая, смотрит вперёд. Боится, но не жалуется. Не лезет с нравоучениями. Идеальная попутчица!

Если бы не наличие её мужа.

И пофигу на тот ледяной душ. Он не потушил мой интерес к ней.

Наш зёма внезапно перестраивается в правый ряд и начинает сбавлять скорость. Я лечу дальше. И буквально через километр на перекрёстке замечаю машину ДПС… Тормозить уже поздно. Гаишник красноречиво поднимает свой жезл по мою душу.

Да твою-то мать!!

«земеля, зёма» – земляк. В контексте – авто с госномером того же региона, что и у героя.

Глава 8. Впечатляющий бой.

Алиса

Тимур резко жмёт на тормоз и прижимается к обочине.

Сначала я вообще не понимаю, что происходит. А потом ка-а-ак понимаю!.. Кажется, мы очень сильно превысили скорость.

– Сука! – глухо шипит Тимур, глядя на гаишника в зеркало.

Я тоже его вижу. Рожа, надо сказать, у него довольная. Бодренько шагает к нам. Тимур тянется к бардачку, я взволнованно хватаюсь за его кисть.

– Насколько всё плохо? Это лишение прав?

Мужчина переводит на меня взгляд, но в нём нет паники.

– Сейчас узнаем, лишение или нет.

– Нужно как-то договариваться. Надо денег предложить, да? – ещё больше волнуюсь я.

– Не суетись, Алис. Давай я как-нибудь сам, хорошо?

Отрывает мои пальцы от своей кисти, кладёт мою руку на моё же колено, пару раз гладит по её тыльной стороне. Потом всё же открывает бардачок и достаёт документы и бумажник.

– Машину оставляю заведённой. Управление климатом тут. И закройся. Вот сюда нажми.

Показывает мне какие-то кнопки.

– Просто сиди здесь, – настойчиво говорит Тимур, сопровождая свои слова строгим взглядом.

Киваю. Но мне очень страшно.

Вдруг он не договорится? Вдруг мы здесь застрянем? Я не попаду на развод, а Тимур – на свой бой.

Да Боже! Что это за чёрная полоса такая?

Развернувшись, смотрю через заднее стекло на то, как Тимур общается с гаишником. Вот только ничего не слышу. И по губам ничего не могу прочесть, так как Тимур стоит спиной, почти полностью закрывая от меня сотрудника ГАИ. А через минуту они оба идут к патрульной машине. И Тимур садится в неё, а гаишник остаётся стоять на дороге. Видимо, второй сотрудник будет составлять протокол.

Чёрт!

Если протокол, значит, договориться не получилось.

Долго вглядываюсь в лобовое стекло патрульной машины, но с такого расстояния невозможно разглядеть, что там происходит. Сажусь прямо. Нервно прикусываю большой палец. Дурацкая привычка. Проявляется, когда оказываюсь в ситуации высшей степени серьёзности.

Сейчас именно такая.

Нетерпеливо поглядываю на электронные часы на панели. В итоге просто наблюдаю неотрывно, как прибавляются минуты.

Пять, десять, пятнадцать…

Начинает накрапывать дождь.

Проходит ещё десять минут.

Берусь за телефон. Удивительно, но в этой глуши есть и связь, и интернет.

Дождь идёт сильнее. Это та самая туча нас догнала и решила активизироваться.

Чтобы как-то отвлечься, набираю в браузере «Gold-MMA». Так, кажется, написано на толстовке Тимура.

Первые ссылки – это статьи. Читаю заголовки.

«Скандальный арест сразу трёх лучших бойцов Мартынова…»

«Промоушен лишён лицензии, удовлетворив тем самым требования федерации по боксу…»

«Дело об изнасиловании будет рассматриваться в суде…»

У меня мороз ползёт по позвоночнику… Даже заголовки читать страшно, но я всё-таки кликаю по первой ссылке. Быстро пробегаю глазами текст. К счастью, там не фигурирует Тимур.

Оказывается, Мартынов – основатель этого промоушена. И троих его бойцов посадили. За что – не написано, указана только статья.

Это было давно, почти два года прошло.

Дальше – видео. Меня перебрасывает на популярный видеохостинг, на канал-миллионник под названием «Gold-MMA». Открываю одно видео, другое… Вглядываюсь в лица бойцов. Ищу Тимура. И нахожу.

Видео с ним называется «Тимур Сизо против Олега Панкратова. Схватка года».

Скинув обувь, забираюсь в кресло с ногами. Кажется, я даже не дышу, пока смотрю видео…

Двое мужчин заходят в клетку. Вроде бы, она называется октагон. Тимур в форме агрессивно красного цвета. Толпа скандирует его имя. И имя противника – тоже. Начинается бой… Бойцы несколько мгновений присматриваются друг к другу, а потом резко сталкиваются. Один удар, второй…

Вдруг Тимур делает что-то очень ловкое. Только что стоял на ногах – а через секунду его ноги обхватывают шею противника, и оба оказываются на полу.

Второй боец, похоже, без сознания.

Гонг.

Всё. Бой закончен.

Тимура снимают крупным планом. Поднимают его руку в знак победы. Мужчина тяжело дышит, на его скуле – неяркий след от пропущенного удара. В глазах Тимура всё ещё плещется адреналин. И это ему очень идёт. Очень.

Есть в нём сейчас что-то звериное. Пугающее и завораживающее одновременно.

У меня даже в горле пересохло, а воды в машине нет.

Внезапно распахивается дверь. За стеной дождя я не заметила приближения Тимура.

– Ты всё-таки не заперлась, – недовольно говорит он.

Вздрагиваю. Телефон чуть не вылетает из рук.

Тимур тянется к бардачку, убирает документы и заодно заглядывает в экран.

– Что тут у тебя?

– Я…

Не знаю, что сказать… Он меня поймал.

– Ну-ка, ну-ка… – забирает мой телефон. – Вот это ничего себе! На меня, значит, смотришь? И как тебе?

Я беру себя в руки и отвечаю как можно спокойнее:

– Мне просто нечем было заняться. Как всё прошло? Выписали какой-то штраф?

– Не забивай себе голову штрафами. Так как тебе бой? – возвращает мне телефон. – Это, кстати, моя самая быстрая победа. На семнадцатой секунде.

– Это было впечатляюще, – киваю.

Внешне я спокойна, а вот сердце молотит о рёбра.

– Там ещё много видосиков, можешь посмотреть.

Стряхивает со своей шевелюры капли. Его толстовка тоже намокла. Особенно плечи. Стягивает её через голову, швыряет назад. Остаётся в одной футболке. Мы наконец трогаемся.

– Скажи всё-таки, что там было в патрульной машине.

Беспечно пожимает плечами.

– Зачем, Алис? Я уже всё решил. Расслабься, едем дальше.

И я реально расслабляюсь. Он же всё решил!

Глава 9. Банька, массаж и…

Тимур

– Ой…

Когда я трогаюсь, Алиса поспешно спускает ноги с кресла.

– Да сиди, как удобно.

– Можно?

– Нужно, – усмехаюсь я.

Прячет одну ногу под себя, вторую сгибает и упирается пяткой в край кресла. Вытягивает пальчики на ноге, как балерина. Ножки у неё маленькие, не больше тридцать шестого размера.

Пытаюсь сосредоточиться на дороге. Дворники херачат в полную мощь, потому что льёт как из ведра. Погода нам не благоволит. И гаишник, сука, был весьма несговорчивым. Посёлок тут, видите ли, у него. Указатель же был. А на самом деле поблизости ничего, кроме полей и леса вдалеке.

Пришлось отстегнуть, в общем.

Вновь смотрю на Алису, а она вся в телефоне. Видео смотрит без звука. Бросив взгляд на экран, понимаю, что смотрит ещё один бой.

– Интересная у тебя фамилия, – поднимает на меня глаза. – Сизо. Это адыгейская?

– Оо, ты разбираешься? – изумляюсь я.

– Ну конечно. Напомнить тебе, откуда я родом? Получается, ты тоже из южных мест?

– Нет. Мой отец был адыгом. Мама – осетинка. А родился я, вообще-то, в Москве.

– Ничего себе! – вновь изумляется она.

– Ты про мою кровь? Бабка по матери у меня, кстати, была русской.

– Ты очень многонациональный, – улыбается Алиса.

И улыбка у неё очень нежная сейчас. И какая-то новая. Такой я на её лице ещё не видел.

– Ну а ты?

– Мама русская, папа тоже… Обычная я, – вновь опускает взгляд на экран.

– Ну я бы не сказал, – бормочу себе под нос.

Алиса это слышит, но делает вид, что нет.

Какое-то время едем молча под звуки дождя. Туча, к счастью, оказалась неснежной, и где-то вдали уже виден просвет.

– Я вычитала, что троих из вашего промоушена посадили, – внезапно говорит она.

Меня дёргает от этой неожиданно поднятой темы.

– За что их посадили?

О нет. Ты не хочешь этого знать. А если узнаешь… Не удивлюсь, если решишь выйти из тачки прямо сейчас. И плевать, что на улице дождь.

– Там была очень мутная история. С наркотой, – вру я.

– Понятно, – морщит она носик. – И всё равно мне очень жаль, что промоушен закрыли. Судя по всему, это была очень популярная… эм… организация.

– Популярная настолько, что ты никогда о ней не слышала, – усмехаюсь я. – Да мне всё равно, если честно. В какой-то степени благодаря тому, что всё накрылось, я вырвался из плена. Контракт меня душил. И мне нравится так, как сейчас… Ну а ты? Тебе нравится преподавать?

– Да, очень, – в её голосе – подкупающая искренность. – А ещё мне нравится вести группы в студии.

– Какие группы?

– Растяжка. Стрейчинг, слышал о таком?

– Не припомню. А группы только для женщин?

– Да.

– Жаль. Я бы пришёл к тебе на стрейчинг.

Алиса вдруг начинает хохотать.

– Я твою груду мышц никогда бы не растянула, Тимур! Это надо сначала в бане распаривать, делать массаж. И только потом я смогла бы добраться до твоих связок и суставов.

А звучит-то как кайфово… Банька, массаж в её исполнении… И потом она доберётся до моих суставов. И не только до них, да?

Стреляю в неё игривым взглядом.

– Когда оба вернёмся обратно, я ещё проконсультируюсь у тебя по этому вопросу. Номер мне только свой оставь.

– Но я не работаю с мужчинами.

– А мне показалось, что ты сделаешь исключение из правил, – давлю я.

Кусая губы, отворачивается к окну. Пытается не улыбаться.

Это значит «да»?

– Ну хорошо. Обменяемся телефонами.

Отлично!

– Вообще-то, при постоянном занятии спортом необходима растяжка. Суставы очень страдают, знаешь ли, – говорит Алиса нравоучительным тоном.

– Нужна так нужна. Я полностью отдамся в твои руки.

Вижу, как от моих слов щёки её немного розовеют. Градус между нами стремительно растёт.

– Набери мне прямо сейчас, – хрипнет мой голос.

– Эм… Давай.

Порхает пальчиками по экрану. И ресницы её тоже взволнованно порхают.

Диктую свой номер, Алиса делает дозвон. Потом как-то меня записывает, но я не вижу, как.

Дождь наконец идёт на спад. А потом резко заканчивается, и тут же появляется солнце.

Алиса смотрит в окно. Сменила позу, теперь сидит, скрестив ноги.

Ещё десять километров спустя мы въезжаем в очередной посёлок, и я сбрасываю скорость. Проплываем мимо магазина.

– Хочешь чего-нибудь? – спрашиваю я.

– Я бы попила.

А у меня в багажнике только пятилитровая. Надо и правда купить бутылку поменьше.

Заруливаю на парковку магазина самообслуживания. Рядом с нами останавливается пикап. Из него выходят какие-то сельские парни. Их трое, и все они бросают заинтересованные взгляды на Алису. Один из них даже подмигивает ей. Заходят в магазин и пропадают из вида.

– Наверное, я передумала пить, – напряжённым голосом говорит девушка.

Испугалась их? Или что?

– Дело в этих аборигенах? – хмуро уточняю я.

– Да. Нам и так не везёт в этой дороге. Может, вообще не стоит останавливаться? Поехали дальше, Тимур. Пожалуйста.

Она даже смотрит на меня с мольбой.

Ситуация, надо признать, ударяет по моему самолюбию. Ведь со мной ей нечего бояться.

– Я схожу один, – распахиваю дверь. – Тебе воды, сока или лимонада?

Алиса резко отстёгивается и начинает обуваться. Похоже, одного меня не хочет отпускать.

В итоге идём в магазин вместе. Он оказывается маленьким и весьма неприглядным. Ассортимент тоже так себе.

Алиса сразу шагает к холодильнику с напитками. Но в соседнем те трое набирают пиво, поэтому она меняет курс и идёт к полкам с неохлаждённой жидкостью.

Молча иду за ней.

Алиса выбирает сначала воду, потом прихватывает ещё и сок. Подчёркнуто весело щебечет:

– Сто лет не пила гранатовый. Вдруг захотелось.

– Тогда нужно брать в стекле.

Но тут только коробки. А стеклянные бутылки в холодильнике. Алиса вновь смотрит на тех селюков. Набрав пиво, они идут к кассе, но не останавливаются у неё, а просто проходят мимо и покидают магазин.

Молоденькая кассирша кричит им вслед:

– Да сколько можно уже! У вас и так долг с прошлого месяца! Миш, быстро вернись!

Но кем бы ни был этот Миша, он не возвращается.

Зато Алиса явно расслабляется, подходит к холодильнику и достаёт бутылочку с гранатовым соком. На кассе ещё прихватывает большую упаковку М&М. Я ставлю на ленту полторашку воды и прошу пачку сигарет.

– Оплата картой? – спрашивает продавщица с кислой миной.

– Да, – достаёт свою карту Алиса.

– Наличкой, – протягиваю купюру, собираясь расплатиться за нас обоих.

И сейчас мы, походу, будем спорить, потому что Алиса возмущённо вспыхивает.

– Ну давай хотя бы не при людях скандалить, – пытаюсь пошутить, пока продавщица копается со сдачей.

Алиса вдруг расплывается в улыбке.

– А у меня теперь есть твой телефон. Я переведу и за кофе, и за сок, и за бензин.

Ещё и язык мне показывает.

Подхватив свои покупки, лихо разворачивается на месте и, выписывая бёдрами, шагает к двери.

Возможно, она не виляет своей сексапильной задницей специально, и это просто особенность её походки. Но мне хочется верить, что она делает это для меня.

Забираю сдачу, воду, сигареты и тороплюсь за своей спутницей. А на улице нас ждёт сюрприз. Пикап не уехал. Двое из трёх парней стоят рядом с ним и явно дожидаются нас. Похоже, заинтересовались моей тачкой. Но ещё больше – Алисой.

Глава 10. Как котят.

Алиса

Попав под прицельный взгляд одного из небритых парней из пикапа, я сбиваюсь с шага.

И куда я так разогналась, чёрт возьми?

Нелепо мнусь у дверей магазина, прижимая к груди сок, воду и М&М. И буквально физически ощущаю спиной приближающуюся мужскую энергетику Тимура. Он сразу обходит меня, словно прикрывая собой.

– Пойдём, Алиса. Всё нормально, – говорит вроде бы весьма умиротворённым тоном.

Но вот его тело… Оно на глазах меняет форму. Плечи разворачиваются ещё шире, мышцы на руках вздыбливаются, спина становится напряжённой, кулаки сжимаются. Вдобавок Тимур крутит головой, хрустя шейными позвонками. И это выглядит чертовски агрессивно.

Что же тут нормального, блин?

Идём к его машине. Тимур немного впереди, со стороны пикапа, я семеню за его правым плечом.

Парни, прислонившись к своей машине, негромко переговариваются между собой, не сводя с нас мрачных взглядов. На улице их только двое, третий куда-то делся. И мне это очень не нравится.

– Какой у неё мотор? – спрашивает один из них сиплым прокуренным басом.

Парни вроде молодые, но как будто прячут свой истинный возраст за этими лохматыми патлами на головах и неопрятной щетиной на подбородках.

– Трёшка, – небрежно роняет Тимур.

Он берёт меня за локоть, подводит к мерседесу, открывает дверь.

– А пробег какой? – продолжает тот же парень.

– Да никакой. Тачка почти новая.

– Ха! Да я не про тачку, а про девку. Видно же, что с пробегом. Дашь погонять?

Я застываю от шока, так и не сев в кресло. Тимур резко поворачивается и смотрит на этих мерзких придурков.

Проходит секунда. Я лишь успеваю заметить, как вздыбливаются вены на его запястьях, а потом мне на голову мягко ложится его увесистая ладонь, и меня сажают в машину так, как копы упаковывают преступников в американских фильмах. Возможно, они делают это жёстче, но всё же…

Я – в машине, а Тимур остаётся снаружи. Вижу, как ставит бутылку с водой на крышу и засовывает ключи и сигареты в карман.

Дёргаю за ручку, чтобы выйти, но Тимур резко захлопывает мою дверь, при этом даже не обернувшись.

Мамочки…

Их же двое! Или вообще трое. Чёрт его знает, где третий.

Смотрю по сторонам, чтобы найти хоть какую-то помощь. Но на парковке никого, кроме нас. А трасса – метрах в ста, оттуда ничего не видно.

Тимур тем временем уже приблизился к парням и расслабленно встал перед ними.

Надо всё-таки выйти…

Меня накрывает паникой, а старые триггеры не дают действовать рационально. В памяти мелькают эпизоды из прошлой жизни.

Ночной клуб, пьяный Славик… То, как его избили… Мы тогда жутко поругались, я уехала домой, а он напился. Его мать, конечно, во всём обвинила меня. Ведь напился он из-за «моих закидонов», как она выразилась.

А моими «закидонами» было лишь нежелание таскаться по ночам по всяким клубам. Я выросла из этого, а вот Славик – нет. Он напился, докопался до приезжих и получил. Его били втроём. Ногами. Славик месяц пролежал в больнице, отсрочив мой отъезд из Сочи на новое место работы в колледже. Да и в клубе мы поругались как раз из-за этого.

Его мать за этот месяц чуть всю душу из меня не вытрясла.

«А если он бесплодным стал? Ему же всё там отбили!»

«А ты, неблагодарная свинья, его бросаешь!»

«И не думай подавать на развод, поняла? Ни его, ни наших денег ты не получишь».

Надо выйти…

Открываю дверь, ступаю одной на асфальт и тут же слышу злой рык Тимура.

– Села обратно!

Плюхаюсь на пятую точку, испуганно смотрю на него. Дверь закрылась не до конца, и теперь я слышу их разговор.

– Да чё ты хочешь от нас, дядь?.. Шуток, штоль, не понимаешь?.. – глумливо протягивает дружок того шутника.

– У меня с чувством юмором проблемы, – тихим, мрачным голосом отвечает Тимур. – Он у меня свой, этот юмор. Я вот сейчас одному из вас нос сломаю, и вот это меня очень повеселит. Но никто из вас ведь не поймёт такую шутку… И вряд ли оценит.

– Да иди ты нахер отсюда! – агрессивно рычит шутник. – Пока можешь ходить.

Теперь он точно не шутит.

А Тимур, по всей видимости, не силён в болтовне. Удручённо покачав головой, вдруг резко выбрасывает руку и отвешивает шутнику оплеуху. Такую… отцовскую.

И пока тот с пылающим от удара лицом приходит в себя, второй прёт на Тимура. Но даже дотянуться до него не успевает. Мой попутчик заламывает ему руку, заставляет развернуться и отвешивает пинок по заду. Сделав два неровных шага, парень падает на колени. Очевидно, больно ударяется ими, потому что громко взвизгивает.

Шутник приходит в себя, а из кузова внезапно вылезает третий. В руках у него металлический прут. Оба бросаются на Тимура.

И теперь уже визжу я, закрыв лицо руками.

Дура! Идиотка! Надо в полицию звонить, а не орать.

Отрываю руки от лица и шокированно взираю на то, как Тимур разделывается с обоими. Красиво и даже как будто нежно… Раскидывает их, как котят. Без грубых ударов по лицу, без «мяса» и жести. Он просто заламывает, нейтрализует, фиксирует их запястья их же одеждой.

Ему в спецназе надо работать, честное слово.

Пару секунд полюбовавшись своей работой, вытирает ладони о бёдра и бросает парням, корчащимся на асфальте:

– Прокачивайте чувство юмора, мамкины соплежуи. В следующий раз вам попадётся не настолько добрый шутник.

– Ааа! Сука! – шипит один из них, корчась на земле. – Мы тебя найдём, тварь!

Тимур агрессивно оскаливается.

– Блять… Ну ищи.

Отворачивается и идёт к мерседесу. Попадаю в плен его глаз, сверлящих меня через лобовое стекло. Из этого плена невозможно выбраться. Он смотрит завораживающе и пугающе одновременно. Словно дикий зверь, который с трудом сдерживает своё желание разорвать добычу в клочья.

Добыча не я, слава Богу.

Он садится за руль, тут же заводит мотор, и тачка срывается с места. По крыше прокатывается бутылка с водой и падает на асфальт. Тимур резко подаётся к моей двери, хватает за ручку, открывает и с грохотом вновь захлопывает её.

– Пристегнись, – звучит как приказ.

Трясущимися руками пристёгиваюсь. Мы мчим на бешеной скорости. От Тимура волнами исходит агрессия, и я не решаюсь подавать голос.

Опять я виновата, да? Только в чём? Я же предлагала не ходить в этот магазин!

Почему он злится на меня? За что?

Молча пролетаем не меньше двадцати километров. Я кошусь на Тимура как раз в тот момент, когда он ощупывает свою голову. Подносит пальцы к глазам. На них кровь.

– Твою мать! – тихо рычит он, сбавляя скорость и сворачивая на обочину.

Останавливаемся, подняв в воздух густое облако пыли. Тимур переводит взгляд на меня.

– Можешь салфетки поискать в бардачке? – говорит он уже спокойным голосом.

– Да… Сейчас.

Сам Тимур выходит из машины и идёт к багажнику, видимо, за аптечкой.

Чёрт, у него кровь! Его голова разбита!

Суетливо начинаю рыться в бардачке. Под руку попадается всякий хлам. Рулон скотча, блокнот, какие-то документы, упаковка презервативов…

Ой!

Поспешно отбрасываю её в сторону.

А это что? Помада?

Ну что ещё может лежать у мужчины в машине? Ну конечно, забытая кем-то помада. Ничего удивительного, Алиса. Наверняка немало женщин перебывало в этом мерседесе.

Наконец нахожу влажные салфетки под файлом с документами. Тимур как раз садится за руль и ставит аптечку на свои колени.

– Сможешь помочь? – бросает на меня тяжёлый взгляд.

– Да. Давай посмотрю…

Отстегнувшись, встаю коленями на кресло. Тимур максимально поворачивается ко мне, чтобы я смогла дотянуться до раны. Она слева, на пять сантиметров выше виска.

Протираю кровь салфеткой, стараясь не задевать «мясо».

– И как там? – спрашивает Тимур.

– Пока непонятно. Нужно промыть.

– Здесь есть перекись и вата, – роется в аптечке.

– Не нужно было уезжать, – решаюсь всё же сказать. – Надо было вызвать полицию. Ты же пострадал.

– Полицию в эту глушь? Тогда мы стали бы почётными гостями этой деревни до следующего понедельника. Просто промой рану, Алиса, – вкладывает мне в руку смоченную в перекиси ватку.

Делаю то, что велено. Выжимаю перекись на рану, и в ней начинает всё бурлить и пениться. Кровь, грязь… Наверное, ему жутко больно!

И я в порыве чувств начинаю дуть на рану. А Тимур внезапно обхватывает мою талию руками.

Опускаю взгляд на его лицо, а он поднимает глаза на меня.

Очень неловкая ситуация… Я в его руках. Которые чувствительно сжимают мои бока.

– Как там? – хрипнет его голос.

– Пока не знаю, – почему-то шепчу я.

Но когда рана подсыхает, вижу, что не так уж всё и страшно. Швы не понадобятся.

Я прокашливаюсь и начинаю отстраняться.

– Заклеивать не будем. Там просто широкая царапина. Ей надо подсохнуть. Это они тебя металлическим прутом так?

Тимур наконец отпускает меня, и я сползаю на пятую точку.

– Походу, зацепило вскользь, – отвечает он, складывая всё обратно в аптечку.

– Ты злишься? – вырывается у меня.

– Нет. Сейчас отходняки пройдут, и буду в норме.

Убирает аптечку назад, сжимает руль.

– Может, тебе передохнуть? Голова не кружится? – лепечу я.

– У меня всё хорошо, Алис, – переводит на меня почти спокойный взгляд. – А ты как? Сильно испугалась?

Сглатываю колючий ком и вымученно улыбаюсь.

– Я испугалась за тебя. Забыла, что ты умеешь вырубать людей на семнадцатой секунде.

Тимур улыбается в ответ.

– А ты не забывай.

Глава 11. Занимательный фильм.

Тимур

Лишь сотню километров спустя меня отпускает окончательно. Не знаю, как сдержался и не втрамбовал этот прут в зад того урода.

Спутницу мою оскорбил, мудак!

Выбрав какую-то радиостанцию, Алиса подпевает заводному треку. Голос у неё, кстати, очень красивый. Скидывает обувь, забирается в кресло с ногами. Распаковав пачку с М&М, высыпает горсть на ладонь. Рассредоточивает их по цветам и сначала закидывает в рот красные.

– Они с орехами? – спрашиваю я.

Переводит на меня растерянный взгляд.

– Ой, прости. Будешь? Да, они с орехом внутри. Люблю орехи.

– А я не люблю, – усмехаюсь.

– Очень зря! – фыркает она, закидывая в рот зеленые М&М.

Весь, что есть на ладони. Потом приступает к коричневому.

– Ты ешь их по какому-то принципу?

Мне и правда интересно.

– Мм… Угу, – мычит с набитым ртом и с видимым удовольствием грызёт глазированные орешки. Прожевав, отвечает: – Я высыпаю горсть, мысленно загадываю, например, что красных будет больше. Потом считаю. В этот раз красных попалось четыре, зелёных три и коричневых тоже три. Одна жёлтая.

– Значит, ты угадала?

– Нет. Я думала, будет больше синих.

И она начинает так заразительно хохотать, что я, не удержавшись, тоже угораю.

Нефартовая Алиса. Даже тут конкретный промах.

– Давай, я тоже попробую, – подставляю ладонь.

– На что ставишь? – с азартом прищуривается она.

– На жёлтые.

– Окей.

Насыпает мне горсть.

– Только считай сама, мне неудобно.

Алиса придерживает снизу мою ладонь своей маленькой горячей рукой. Пальчиком сдвигает конфеты в кучки по цвету.

– Пять жёлтых, четыре синих, две зелёных, – рапортует она и надувает губы. – Ты победил, Тимур.

– Супер!

Закидываю всю горсть в рот. Если бы не орехи, было бы довольно вкусно.

Алиса вновь высыпает себе на руку очередную горсть.

– На этот раз точно будут синие, – зажмурившись, говорит она, сжав М&М в кулаке.

Открыв глаза, раскрывает ладонь, а там… все коричневые.

– Да блин!

– АХАХАХА! – вновь взрывает меня.

– Да тебе просто повезло! Давай свою руку сюда.

Покорно протягиваю ладонь.

– Какие?

– Синие, – азартно дёргаю бровями.

– Пфф! Их в пачке меньше всего!

– Ну посмотрим. Насыпай.

Щедро отсыпает мне в руку М&М. Сразу же без подсчёта понятно, что я победил. Синих явно больше, чем остальных.

– Видишь, я снова выиграл, – расплываюсь в довольной улыбке. – А что я, кстати, выиграл?

– Эмм… Можешь их съесть. Это твой приз, – невинно хлопает ресницами.

– Так себе приз, – закидываю в рот глазированные орехи.

Пытаюсь придумать какой-то другой выигрыш. Но его нет. Не поцелуй же просить!

Нет, судьба всё-таки сука. В каких-то мелочах я типа на коне. Но при этом она подсовывает мне роскошную девушку, которая несвободна.

Что со мной не так?

Отложив упаковку М&М на заднее сиденье, Алиса открывает сок.

– В качестве приза могу тебя им угостить.

Мне показалось, или она немного флиртует со мной?

Приглядываюсь к ней. Девушка невозмутимо смотрит мне в глаза.

Видимо, показалось.

– Ну что? Хочешь сок?

– Да. Давай.

Отдаёт мне стеклянную бутылку, и я делаю глоток. Сейчас бы ещё покурить, но я не хочу дымить при Алисе.

Возвращаю сок и сосредотачиваюсь на дороге. Время уже близится к обеду, а мы проехали от силы километров четыреста. Выходим на платник, и я прибавляю скорость. Небо над нами вновь хмурится, скоро опять начнётся дождь.

– Надо бы перекусить, – говорю я вслух.

– Сейчас посмотрю по карте, – тут же реагирует Алиса и берёт свой телефон. Долго ловит связь, водя им перед собой. – Эмм… У меня плохие новости, Тимур. Этот участок дороги очень длинный. Похоже, мы сможем только поужинать, когда проедем его. Ни одного кафе по пути нет. Ни заправок, ничего…

– Смотри вне этого участка. Параллельно платнику должна идти другая трасса, там больше цивилизации.

– Да, вижу, – поворачивает экран ко мне. – Если вот тут свернуть, то должны попасть в пригород. Там всё есть: столовая, заправка, магазин.

Сворачивать с хорошей дороги на неизвестно какую – ну такое себе.

– К чёрту. Значит, без обеда, – отмахиваюсь я. – Ты как? Потерпишь?

– Да я не голодна. И у меня есть яблоки. Хочешь?

Отстегнувшись, встаёт коленями на кресло и тянется назад к своей сумке.

Ох, ты ж, блять!

Я практически бросаю руль. Потому что попка Алисы в каких-то жалких сантиметрах от меня. И мне инстинктивно очень хочется бросить руль и подержаться за эти крайне сексуальные полушария.

– Вот. Я всё время покупаю этот сорт. Они сладкие, – садится в кресло и протягивает мне яблоко.

И я зажираю фруктом свой голод, который явно не утолить едой…

– На этой магнитоле и фильм можно, наверное, включить? – Алиса водит по большому экрану пальчиком.

– Легко. У меня тут есть в папке, выбирай.

Магнитола подключена к моему телефону. Открываю папку с фильмами. Алиса читает названия, хмурится.

– Здесь одни боевики.

– Ну розовые сопли я не смотрю.

– Ну конечно, – хмыкает она.

– И что значит твоё «конечно»?

– Только то, что розовые сопли не для таких бруталов, как ты.

– Я должен оскорбиться, или это был комплимент?

Молча пожимает плечиком, продолжая выбирать фильм.

– Вот этот, – нажимает на строку с надписью «Трудоустройство не предлагать». – Я не смотрела такой. Ты смотрел?

А я что-то не помню…

Ох, блять, помню! Это же…

В порнухе обычно вообще нет никакого сюжета. Так и здесь. Сразу после коротких титров грудастая блондинка в минимуме одежды является на собеседование к большому боссу. И у них там быстро, очень быстро всё завязывается. Картонный диалог, никакого раскрытия идеи, почему же всё-таки «без трудоустройства». Короче, сразу трах… У стола. На столе. На офисном диване. У окна.

Обомлевшая Алиса даже не пытается этот пиздец выключить. Закрывает лицо ладонями. Правда, пальцы растопырила и продолжает смотреть.

Я бы мог выключить сам, но… Слишком велико желание схавать её эмоции от просмотра.

Я почти не вижу её лица, но замечаю, что на шее девушки проступают контрастные пятна.

Стоны той блондинки взрывают салон. У меня, естественно, встаёт. И мозги отключаются, перетекая на метр ниже головы.

Оба пялимся на экран. Там такая поза… что хочется непременно повторить.

Босс на полу, блондинка на нём, спиной к нам. Он держится за её задницу, сжимает, тискает. А она скачет на нём и мегапошло кричит.

Я совсем забываю, что мы мчим по платнику, и скорость запредельная. Перевожу взгляд вперёд и вижу какой-то затор, который быстро приближается к нам. Точнее мы к нему.

Твою ж мать!

Вдавливаю педаль тормоза. Машина резко останавливается, почти чпокнув в зад стоящий впереди автобус. Вырубаю фильм. Мысленно пытаюсь усмирить зашкаливающий пульс и как-то ослабить давление в паху.

Алиса ёрзает рядом. Теперь и лицо у девушки в контрастных пятнах, а на губах – смущённая ухмылка.

– Ну и как тебе фильм? – спрашиваю будничным тоном.

– Актёрский состав так себе, – бормочет она. – И слишком быстрое развитие сюжета. Никакой интриги. В общем… Не буду никому рекомендовать к просмотру. Хотя это было занимательно, да. А тебе как?

Сжимаю губы, чтобы не заржать от её критики. И, подумав несколько секунд, выдаю:

– Занимательно. И поучительно. Захотелось вот так же попробовать. А тебе? – дёрнув бровями, передаю ей эстафету.

Алиса кусает губы и коротко мотает головой. Но по глазам вижу – фильм её всё-таки впечатлил.

В салоне даже воздух теперь наэлектризован от наших эмоций.

– Интересно, что там случилось? – показывает подбородком вперёд.

Нехотя отрываю взгляд от лица девушки и смотрю на затор.

– Не знаю, – беру сигареты, распахиваю дверь. – Сейчас выясню.

Очень надо это всё перекурить…

Глава 12. Хочу твои руки.

Алиса

Господи Боже…

Прижимаю ладони к горящим щекам.

Вот это фильмец, блин!

Нет, я не ханжа и совершенно не осуждаю Тимура за такую видеоподборку. Но как же меня угораздило выбрать именно порно?

Да это не поездка, а какой-то злой рок!

Опускаю козырёк, открываю зеркальце, смотрю на своё отражение. Глаза горят, как безумные, и улыбаюсь я, как идиотка.

Неловко получилось…

А внизу живота так предательски заныло…

Как усмирить теперь свой пульс?

У меня уже очень давно не было секса. Почти год. Последний раз он случился с мужем, когда тот стихийно прилетел ко мне в прошлом августе.

Мы тогда пытались хоть что-то наладить. Слава заявил, что хочет остаться со мной, обдумывал идеи для собственного бизнеса, хоть и с финансированием матери на начальном этапе. Мы даже подыскивали квартиру побольше, чтобы не жить в моей скромной съёмной однушке. В итоге Славик прожил со мной две недели и вернулся к своей мамочке. Как она его убедила, я не в курсе.

Наши отношения снова встали на паузу. Вроде мы женаты, но не вместе. Всё замерло в каком-то подвешенном состоянии.

Закрываю зеркальце, поднимаю козырёк. Ищу глазами Тимура. Многие водители тоже повылезали из машин. Курят, переговариваются друг с другом. Перед нами стоит автобус, и мне не видно, что происходит впереди.

Наконец показывается Тимур. Он идёт к мерседесу, но его перехватывает водитель из соседней иномарки. Они общаются, но Тимур всё время поглядывает на меня. И взгляд у него такой… Очень глубокий и прощупывающий.

Беспокойно ёрзаю в кресле. Между нами что-то происходит, это глупо отрицать.

Выбираюсь из авто, делаю круговые движения плечами, чтобы их размять. У меня всё затекло, и тело требует качественно размяться и потянуться.

Подхожу к болтающим мужчинам и прислушиваюсь к разговору.

– Я туда не сунусь, – говорит незнакомец Тимуру. – Какая там дорога – вообще неизвестно. Ещё больше времени можно потерять. А если тупик? Нет, лучше тут постоять.

– Судя по всему, в этой пробке мы встряли до завтра, – мрачно отвечает ему Тимур и морщится, дёрнув правым плечом.

Водитель иномарки нервно усмехается.

– Ну уж не до завтра!

– Окей, будем оптимистами и понадеемся, что аварию растащат ДПСы на вертолётах. По-другому им туда не добраться.

Я касаюсь руки Тимура, чтобы привлечь его внимание. Он бросает на меня усталый взгляд и выкидывает окурок.

– Пойдём, Алиса, – направляется к мерседесу.

Мы вновь оказываемся в машине.

– Что там?

– Там жесть… Серьёзное ДТП. И километровая пробка.

– Боже… Ужас!

– Да. Аварией перегородило всю проезжую часть. Осталось маленькое окно, в которое пролезет только легковушка. А тут много большегрузов, и все прут в это окно, создавая ещё большую пробку. И развернуться никак, как видишь, – указывает на отбойник, разделяющий дорогу на две части.

Кошмар какой. Мы же так вообще везде опоздаем!

– Метрах в ста есть съезд с трассы, – продолжает Тимур, указывая вперёд. – Я наткнулся на одного местного. Он утверждал, что знает объезд, которого нет на карте. Но нам эти сто метров ползти неизвестно, сколько. Может, час, а может, и два… Короче, ждать он нас не стал, но в двух словах объяснил, как проехать. Надо решать, в общем: стоим здесь или рискнём.

Я кусаю губы, не зная, что сказать. Рисковать в нашем нелёгком путешествии – дело опасное. И нельзя быть уверенным, что это будет оправданный риск.

– Надо подумать, – бормочу себе под нос.

Стоящий впереди автобус немного проезжает вперёд. Мы двигаемся за ним и вновь встаём. Да… Это надолго.

– Там хоть жертв нет в этой аварии? – спрашиваю у Тимура.

– Вроде бы нет.

Он переключает магнитолу на радио, пытается настроить радиостанцию, но ничего не работает. В итоге включает музыку из своей папки.

– Как твоя голова, Тимур?

Переводит на меня взгляд, касается раны.

– Всё подсохло. Нормально.

Поморщившись, вновь как-то неловко двигает плечом, словно его заклинило.

– У тебя что-то болит?

– Да, зажало что-то, – разминает плечо пальцами. – Бывает, когда я долго в статичном состоянии.

– У меня тоже. Организм просит двигаться. Понимаю тебя.

Переглядываемся. И опять я под его взглядом беспокойно ёрзаю в кресле.

Ещё немного смещаемся вперёд вслед за автобусом. Того съезда «в неизвестность» пока не видно. Тимур продолжает мять своё плечо.

– Я могу помочь с этим, – говорю наконец.

– С чем? – стреляет в меня своим будоражащим взглядом.

– С… твоим п-плечом, – а я начинаю заикаться, как дура.

– Можешь? Я был бы в восторге!

И ухмыляется так провокационно, будто я предложила ему помочь с чем-то совсем другим… Ну ничего. Сейчас я сотру с его лица эту наглую ухмылочку.

– Снимешь футболку?

Растираю свои ладони, согревая их.

– Легко.

Он быстро оголяется по пояс. Встаю коленями на кресло и прошу Тимура:

– Повернись ко мне спиной.

Послушно поворачивается, насколько это возможно. А я впиваюсь взглядом в продолжение его татуировок. Видела их только спереди, а оказывается, они переходят и на спину. Тут что-то абстрактное. И довольно агрессивное. Цифры, фразы на латыни, черепа, кости…

– Этот массаж не предполагает тактильного контакта? – спрашивает Тимур, видимо, устав ждать.

– Предполагает. И это не массаж. Я не говорила, что буду делать массаж.

Кладу обе руки на его плечо, прощупываю мышцы. Трапециевидная, малая ромбовидная, большая ромбовидная… Я чётко чувствую каждую, потому что у Тимура отменный мышечный корсет.

– Ам… Мм… – мычит он, кажется, кайфуя. И хрипло добавляет: – Я хочу получать такой «не массаж» каждый день.

– Болит тут или тут? – уточняю я, сначала нажимая на лопатку, а потом на плечо.

– Как будто и там, и там.

– Понятно.

Снимаю с него руки и тянусь к сумке. Достаю свой переносной массажёр. Да, это будет всё-таки массаж, правда, не такой, как предполагает Тимур.

Врубаю массажёр, и он начинает вибрировать. Сначала ставлю первую скорость. Лайтовую.

– Это что? – Тимур бросает шокированный взгляд через плечо.

– А на что похоже? – усмехаюсь я.

– Хрен знает. На дрель?

– Ага. Буду тебя сверлить… Не бойся.

– Чёрт… Ладно, – вновь подставляет плечо.

На первой скорости довольно мягкая насадка, это может быть даже приятно. Вожу массажёром вдоль позвоночника, поднимаюсь к плечу. Точечно продавливаю определённое место.

– Здесь мышца, которая держит лопатку. Её и зажало. Терпи.

Переключаю аппарат на более высокие обороты. Вибрирующей насадкой вдавливаюсь в тугой узел мышц.

– Да твою ж… – Тимур судорожно вдыхает и резко выдыхает: – …мать!

– Терпи.

– Нет! Всё… всё!

Пытается увернуться от массажёра. Свободной рукой обхватываю его левое плечо и прижимаю ладонь к мощной мужской груди. Продолжаю давить на окаменевший узел мышц. Практически повисаю на Тимуре, прижавшись грудью к его спине. Шепчу успокаивающе у уха:

– Потерпи. Я знаю, что делаю.

– А я в этом не уверен… – шипит он. – Ты мне как будто кости сверлишь!

– Скоро станет легче. Обещаю.

Тимур перестаёт вырываться и замирает. Я чувствую, как под моей ладонью быстро стучит его сердце.

Выключив наконец массажёр, доминаю плечо пальцами. Потом перехожу к мышцам шеи. Тут тоже всё очень напряжено.

– Да-а… ммм… Фак!.. Ох, как хорошо… – бормочет Тимур.

Его спина – как произведение искусства. Будь у меня больше времени, я бы изучила её от и до.

Мой взгляд вдруг устремляется за окно. Из соседней машины на нас смотрят два ребёнка и их родители. Лица у последних явно осуждающие. А дети, похоже, просто офигели.

Поспешно отстраняюсь от Тимура и сажусь в своё кресло.

– Всё. Лучше оденься, чтобы не студить мышцы.

Тимур медленно разворачивается, прижимается спиной к сиденью и утыкается затылком в подголовник.

– Чёрт… Как же хорошо… – тихо и хрипло говорит он. – Я хочу твои руки, Алис, – смотрит на меня серьёзным взглядом. – Массажёр этот был разработан для пыток, и его я не хочу. А руки твои хочу, они охрененные.

Мои щёки начинают гореть, я это чувствую.

Он хочет мои руки… А звучит так, словно не только их.

Тимур, слава тебе, Господи, надевает наконец футболку и даже толстовку. Пробка начинает очень вовремя двигаться, и мы уезжаем от машины с шокированными зрителями. И приближаемся к тому самому съезду с дороги.

– Ну что? Будем рисковать или нет? – спрашивает Тимур.

– Может, тебе самому принять решение? Видишь, как мне не везёт?

– Окей. Я принимаю решение, – кивает он и сворачивает направо.

Мы съезжаем с асфальта на грунтовку.

Оборачиваюсь, смотрю назад. Никто за нами не поехал. Только мы такие рисковые, что ли?

Глава 13. По полям, по полям…

Тимур

Подняв телефон повыше, хожу туда-сюда в поисках интернета. Надо, чтобы навигатор проложил маршрут и вывел нас из этой Хурхуяновки, вот только здесь всё очень туго с интернетом. И вообще со связью.

Поля с одной стороны и с другой, под ногами – пыльная просёлочная дорога. И этот пейзаж пиздец, как надоел. Едем по этой местности уже часа три. И я, видимо, недопонял того мужика. Здесь ни объезда, ни проезда, ни выезда в цивилизацию нет.

Только поля.

Алиса грызёт яблоко, прислонившись к кузову машины и поглядывая, как я мечусь из стороны в сторону.

– Может, вернёмся на трассу? – неуверенно спрашивает она.

– Нет, не вариант.

Потому что у нас с горючкой беда. Не доедем мы обратно. А если и доедем, то вопрёмся в ту пробку и заглохнем уже там.

– Как-то я недооценила масштабов нашей страны, – Алиса задумчиво смотрит по сторонам. – Столько бескрайних просторов, что дух захватывает. Такие масштабы… Мы с тобой – как две песчинки в пустыне…

Приближаюсь к ней, упираюсь ладонью в кузов возле плеча девушки. Она растерянно замирает, как и всегда. Стоит мне лишь немного вторгнуться в её личное пространство, и Алиса уже не знает, куда деть глаза. А мне очень хочется торчать в её личном пространстве. Даже больше, чем выбраться отсюда.

Кажется, я уже и цель поездки позабыл. Есть я, она, дорога. И наши странные отношения.

– Ты отдохнула?

– Угу.

– Темнеет, холодает. Надо бы выбираться отсюда.

– Ты смог построить маршрут? – загораются надеждой её глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.