Роза Адамс
Босс, отпусти меня

Глава 1

Солнце ещё играло в волосах, напоминая о теплых днях, проведенных на берегу моря. Аромат соленого ветра и крема для загара все еще витал вокруг Киры, когда она вошла в офис. Она улыбалась, предвкушая рассказы о своем отпуске за чашкой крепкого кофе.

Но улыбка застыла на губах, как только она переступила порог кабинета. В воздухе висело напряжение, которое можно было потрогать руками. Коллеги, обычно приветливые и оживленные, сидели за своими столами с потухшими глазами, словно каждый из них только что пережил личную трагедию.

– Привет, ребята! Как дела? – бодро спросила Кира, стараясь не обращать внимания на странную атмосферу. – Отчего это у вас такие унылые лица? – она стараясь придать своему голосу бодрость, но даже ей самой казалось, что он звучит как-то неуверенно. – Выглядите, как будто конец света наступил.

– Почти, – Светлана, стол которой стоял рядом, медленно подняла голову, её взгляд был полон какой-то странной смеси усталости и обреченности. – Начальника уволили. Вчера. Без объяснения причин.

– Как уволили? – Кира опешила, почувствовала, как внутри нарастает тревога. Она предвкушала, что ей скажут о новых проектах, о каких-то корпоративных изменениях, но не это.

Игорь Петрович. Человек, который создал эту команду, который всегда находил слова поддержки, он был для них не просто начальником, а своего рода наставником. Уволили? Это казалось немыслимым.

Внезапно её охватила ярость. Пять лет назад Игорь Петрович отнесся к ней по-отечески, предоставил шанс, о котором со времени окончания университета она страстно мечтала, выделил ее из множества соискателей, жаждущих места. Он был ее учителем, защитником, но прежде всего другом – он и его жена Лариса Леонидовна приняли Киру как родную. И теперь он уволен!

– Почему? – спросила она, чувствуя, как холодеют пальцы.

– Никто толком ничего не объяснил. Просто пришел приказ сверху. Сказали, что он не справляется с новыми задачами, что нужны свежие идеи, – Светлана пожала плечами, в этом жесте было столько бессилия, что Кире захотелось обнять ее.

– Но… а кто теперь? – спросила Кира, оглядывая своих коллег, которые теперь, словно по команде, начали поднимать головы, прислушиваясь к разговору.

– А вот это самое интересное, – вмешался Сергей, сидевший напротив. – У нас новый владелец. Купил компанию, на прошлой неделе сделка поодписана. И, похоже, он решил начать с «чистки кадров».

– Новый владелец? Кто он? – Кира чувствовала, как голова идет кругом. Она вернулась из отпуска в мир, который уже не был прежним.

– Говорят, какой-то молодой и очень амбициозный бизнесмен. Имя его пока не называют, но ходят слухи, что он собирается полностью перестроить наш отдел. И, судя по тому, что произошло с Игорем Петровичем, он не станет церемониться, – закончил Сергей мрачным голосом.

Кира опустилась на свое кресло. Ее отпуск, казавшийся таким долгожданным и безмятежным, теперь казался далеким, как другая жизнь. Она смотрела на своих коллег, на их унылые лица, и понимала, что их страхи и тревоги разделяет и она сама.

Перемены. Это слово, которое раньше вызывало у нее лишь легкое любопытство, теперь звучало как предвестник бури.

Новый владелец компании, уволенный начальник отдела, неопределенное будущее – все это обрушилось на нее разом, словно лавина.

– Значит, вот почему вы все такие… притихшие, – прошептала Кира, скорее себе, чем им. Она чувствовала, как ее собственный энтузиазм, который она привезла с собой из отпуска, стремительно улетучивается, уступая место холодному предчувствию. – Игорь Петрович… это очень плохо, что его уволили. Он был настоящим лидером.

– А теперь у нас будет кто-то новый, – мрачно добавила Светлана. – И кто знает, какие у него планы. Может, и нас всех скоро попросят. И привет, биржа труда. А у меня ипотека.

Эти слова, произнесенные вполголоса, словно заклинание, усилили общее ощущение тревоги. Кира оглядела кабинет. Каждый стол, каждый компьютер, каждая папка казались теперь чужими, принадлежащими не им, а новому таинственному владельцу.

Она вспомнила, как радовалась возвращению, как предвкушала новые задачи и возможности. Теперь все это казалось наивным.

– Но мы же не можем просто сидеть и ждать, пока нас уволят, – сказала Кира, пытаясь найти в себе силы для сопротивления. – Мы должны что-то делать. Узнать, что происходит на самом деле.

– Что мы можем сделать, Кира? – устало спросил Сергей. – Мы – пешки. А новый владелец – тот, кто двигает фигуры на доске. Мы можем только надеяться, что он не решит нас всех смахнуть. Одним ударом.

Глава 2

Кира сидела за своим столом, уставившись в одну точку. Слова на экране монитора расплывались, превращаясь в неразборчивые каракули. В ушах звенело, а в груди сжимался ледяной комок.

Уволили.

Уволили Игоря Петровича.

Её наставника. Человека, который стал для нее опорой, когда мир рухнул. После смерти родителей, когда казалось, что жизнь потеряла всякий смысл, именно Игорь Петрович протянул ей руку помощи. Он не просто дал ей работу, он дал ей цель, смысл. Он верил в неё, когда она сама в себя не верила. Он поддерживал ее в трудные моменты, выслушивал, давал мудрые советы, а иногда просто молча сидел рядом, давая понять, что она не одна.

И вот теперь его нет. Просто так. В один миг.

Кира не могла поверить. Игорь Петрович, такой ответственный, такой профессионал, не мог совершить ничего, за что его бы уволили. Это было невозможно.

Кира подняла голову. Ее взгляд упал на фотографию на столе – она и Игорь Петрович, улыбающиеся, на корпоративном пикнике. Он тогда шутил, рассказывал смешные истории, она чувствовала себя так спокойно и безопасно рядом с ним. Теперь эта фотография казалась насмешкой.

– Вот так внезапно всё случается! – философски произнесла Лена, молодая сотрудница. – Сегодня ты на коне, а завтра ты никто.

Кира кивнула, не в силах произнести ни слова. Внезапно. Это слово казалось издевательством. Как можно уволить человека, который являлся сердцем этой компании?

– Но, интересно, почему? – задался вопросом Сергей, старший менеджер, его голос звучал глухо. – Он же столько лет здесь проработал. Всегда был на высоте. Неужели какие-то тёмные делишки и косяки?

– Новая метла всегда по-новому метёт! – ответила Лена, понизив голос. – Сразу начал чистку.

Чистку. Кира почувствовала, как внутри неё поднимается волна гнева.

Новый владелец. Она даже не знала его имени, не видела его лица, но уже ненавидела всей душой.

Этот неизвестный человек, который одним росчерком пера разрушил привычный мир, который причинил боль Игорю Петровичу.

– Это несправедливо, – пробормотала Кира, её голос дрожал. – Он же самый лучший руководитель, которого я когда-либо знала.

– Да, Кира права, – поддержал Сергей. – Игорь Петрович всегда был справедлив. И он действительно заботился о нас.

– Кто знает, какой он, новый босс, – вздохнула Лена. – Может, он и не такой уж плохой. Может, он просто хочет вывести компанию на новый уровень.

Кира резко обернулась к Лене.

– Новый уровень? Ценой увольнения таких людей, как Игорь Петрович? Я не хочу такого «нового уровня»!

Лена усмехнулась, её глаза блеснули холодом.

– Ох, Кирочка, я понимаю твое расстройство. Конечно, тебе обидно. Ведь Игорь Петрович тебя всегда выделял, сделал своим замом, премии выписывал. Все в курсе, что ты была на особом положении. А теперь, милочка, придется тебе поработать на равных со всеми. И пораньше с работы не уйдешь, как прежде. Придется, знаешь ли, нового босса очаровывать. Впрочем, ты такая ушлая, справишься. Без мыла, куда надо, пролезешь!

Кира сидела, как громом пораженная. Слова Лены, сказанные с такой ядовитой завистью, ударили её сильнее, чем известие об увольнении Игоря Петровича. Она всегда считала Лену просто коллегой, возможно, немного завистливой, но не настолько злобной. Теперь же перед ней предстала совершенно иная женщина, готовая растоптать чужие чувства ради собственной выгоды или просто из-за чёрной зависти.

– Ты… ты не можешь так говорить, – прошептала Кира, чувствуя, как к горлу подступает комок. – Я никогда не пользовалась своим положением. Я просто…

– Просто была любимицей, – перебила Лена, не давая Кире закончить. – А теперь времена изменились. И тебе придётся это принять. Или ты думала, что вечная благосклонность Игоря Петровича – это навсегда? Наивная.

Кира чувствовала, как земля уходит из-под ног. Она всегда гордилась своей работой, своими достижениями, своим отношением с Игорем Петровичем, которое считала профессиональным и уважительным. А теперь Лена выставила все это в таком свете, что ей самой стало противно. Шокированная и униженная, Кира не могла найти слов, чтобы ответить. Она просто смотрела на Лену, видела в её глазах не просто злорадство, а какую-то темную, пугающую силу.

Сергей, до этого молча наблюдавший за перепалкой, вмешался.

– Лена, это уже слишком, – сказал он, его голос был твердым. – Кира действительно отличный специалист, её отношения с Игорем Петровичем были основаны на работе, а не на чем-то другом. Ты не имеешь права так говорить.

Лена лишь пожала плечами, усмешка стала еще шире.

– Ой, Сергей, ты такой наивный. Все знают, как Кира умеет добиваться своего. И не надо делать вид, что ты сам не замечал ее привилегий. А теперь, когда старый режим рухнул, придется всем перестраиваться. И Кире тоже. Может, ей даже придется научиться работать, а не просто очаровывать и ресничками хлопать.

Кира почувствовала, как внутри неё закипает гнев, смешанный с обидой. Она посмотрела на Сергея, который выглядел растерянным. Затем снова перевела взгляд на Лену, которая, казалось, наслаждалась произведенным эффектом.

– Ты ошибаешься, Лена, – наконец выдавила Кира, ее голос обрел новую силу. – Я не «ушлая»! Я просто делала свою работу хорошо. И если ты считаешь, что это «особое положение», то это твоя проблема, а не моя. А теперь, если ты позволишь, я выйду. Мне нужно осмыслить эту новость, а не слушать твои ядовитые комментарии.

Последние слова прозвучали с такой твердостью, что Лена слегка отшатнулась. Она привыкла к тому, что Кира всегда была тихой, исполнительной, готовой уступить. И вот теперь эта тихая мышь, казалось, обрела голос льва.

– Особое положение? – Лена усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья. – Ты получила повышение, Кира. Ты обошла меня, хотя я работаю здесь на два года дольше тебя. И ты знала, как я этого ждала.

– Я получила повышение, потому что мои показатели были лучше, – спокойно ответила Кира, хотя внутри все дрожало от напряжения. – Я работала сверхурочно, я брала на себя дополнительные проекты, я не боялась браться за сложные задачи. Это все, Лена. Никакого «особого положения»!

– А твои отношения с начальством? – не унималась Лена, её голос становился все более резким. – Ты же знаешь, как он к тебе относился. Всегда готов выслушать, всегда готов помочь, подсказать. Это не просто так, Кира.

Кира почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она знала, что Лена намекает на что-то нечистое, на какие-то закулисные игры, в которых она, по мнению Лены, участвовала. Но это было так далеко от истины, что Кире стало почти смешно.

– Мои отношения с начальством основаны на моей работе, Лена, – сказала она, стараясь говорить как можно спокойнее. – Я всегда была честна и открыта. И если они ценят мою работу, то это потому, что я ее заслужила. А твои подозрения… они говорят больше о тебе, чем обо мне.

– Эээ, девочки, не ругайтесь, – произнес Сергей, его голос был мягким и немного неуверенным. – Может, кофе хотите?

Кира кивнула, но не из-за предложения Сергея, а скорее как знак того, что она услышала его. Она снова посмотрела на Лену, но в ее глазах уже не было той ярости, что была мгновение назад.

В этот самый момент дверь кабинета распахнулась. На пороге стояла Анна Петровна, начальница отдела кадров, женщина с безупречной прической и всегда строгим выражением лица. За ее спиной, словно тень, вырисовывалась новая фигура.

– Внимание, коллеги! – голос Анны Петровны прозвучал громко и отчетливо, привлекая всеобщее внимание. – Позвольте представить вам нового владельца и генерального директора нашей компании – Туманов Кирилл Алексеевич!

Кира почувствовала, как земля уходит из-под ног. Сердце забилось где-то в горле, а в голове пронеслась лишь одна мысль: «Не может быть». Она чуть не упала в обморок, когда узнала его.

Кирилл Туманов. Ее враг из университета. Тот, кто ненавидел ее, кто делал все, чтобы испортить ей жизнь, кто, казалось, получал истинное удовольствие от ее неудач.

Он был высоким, широкоплечим, от него веяло уверенностью и властью, которые, казалось, были впитаны им с молоком матери. Его взгляд, острый и проницательный, скользил по лицам, останавливаясь на каждом сотруднике, словно оценивая. И вот, его взгляд остановился на Кире.

В тот же миг что-то изменилось. Взгляд, который до этого был лишь холодным, стал темнее, мрачнее. Он узнал ее. И это было очевидно. В его глазах, обычно спокойных и расчетливых, мелькнула тень чего-то опасного, чего-то, что заставило Киру почувствовать, как по спине пробежал холодок. Их прошлое, которое она так старательно пыталась оставить позади, внезапно настигло ее с новой, пугающей силой.

Кира застыла, не в силах отвести взгляд от Кирилла. Его лицо, которое она помнила по университетским временам – резкие черты, всегда чуть прищуренные глаза, выражающие презрение – теперь казалось еще более властным и опасным. Он не просто узнал ее, он смотрел на нее так, будто видел не просто бывшую однокурсницу, а своего врага.

Сергей, заметив её состояние, осторожно прикоснулся к плечу. «Кира, ты в порядке?» – прошептал он, но Кира не услышала. Ее внимание было полностью поглощено Тумановым.

Он сделал несколько шагов в ее сторону, его взгляд не отрывался от лица. В кабинете воцарилась напряженная тишина, все сотрудники чувствовали, что происходит что-то необычное. Анна Петровна, казалось, тоже почувствовала неладное, но не решалась вмешаться.

Туманов остановился в нескольких метрах от Киры. Его губы тронула едва заметная, холодная улыбка.

– Соколова, – произнес он, и в этом простом звуке было столько скрытого смысла, столько воспоминаний, что Кира почувствовала, как у нее перехватило дыхание. – Не ожидал, что наши пути снова пересекутся, да еще и в таком качестве.

Его слова были вежливыми, но тон был пропитан сарказмом. Кира попыталась ответить, но из горла вырвался лишь тихий, сдавленный звук. Она чувствовала, как краснеют ее щеки, как дрожат руки.

– Кира Сергеена – наш ценный специалист, Кирилл Алексеевич, – вмешалась Анна Петровна, стараясь вернуть ситуацию в привычное русло. – Сейчас вам, наверное, нужно ознакомиться с делами компании. А позже Кира Сергеевна доложит вам о проекте, над которыми работает.

Кирилл бросил на Анну Петровну быстрый, оценивающий взгляд, а затем снова повернулся к Кире.

– Конечно, Анна Петровна. Но сначала…– Он сделал паузу, его взгляд снова остановился на Кире, и в нем читалось нечто, что заставило ее сердце сжаться. – Я хотел бы лично поприветствовать всех сотрудников. И, разумеется, тех, кого я знаю особенно хорошо.

Он сделал еще один шаг к Кире, и теперь между ними было всего несколько метров. Кира чувствовала себя загнанной в угол. Ее прошлое, которое она так старательно пыталась забыть, теперь стояло перед ней в лице нового генерального директора, и, судя по всему, он не собирался оставлять её в покое. В его глазах она видела не только узнавание, но и предвкушение чего-то, что могло изменить ее жизнь навсегда. И это предвкушение было пугающим.

Глава 3

Кира сглотнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она только что пережила настоящий ужас, увидев Туманова. В университете они были врагами. Не просто соперниками, а настоящими врагами. Он ненавидел её. И она его тоже.

– Кира, ты же его знаешь, да? – раздался голос Светланы, как только новый генеральный и Анна Петровна вышли из кабинета. Она подошла к столу, с любопытством заглядывая в глаза. – Вы вместе учились? На одном факультете?

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась натянутой.

– Мы учились на разных потоках, – выдавила она, стараясь говорить как можно спокойнее. – Я его не очень хорошо знаю.

Но Светлана не унималась.

– Да ладно тебе! Он такой… влиятельный. Интересно, как вы там в универе общались?

Вопросы посыпались со всех сторон. Коллеги, словно стая голодных ворон, окружили ее, жаждущие подробностей. Кира чувствовала себя загнанной в угол.

– Мы не общались, – повторила она, стараясь не смотреть никому в глаза. – У нас были разные интересы. И компании.

– Вы не в одной группе учились?

Кира сжала кулаки. В одной группе? Да они были на разных планетах. Он – наследник империи, окруженный свитой, привыкший к тому, что ему все сходит с рук. Она – та, кто работал по ночам, чтобы оплатить учебу.

Она молчала. Молчала о том, что их «разные интересы» привели к одной из самых неприятных историй в ее студенческой жизни. Истории, которая оставила глубокий шрам на ее репутации. Истории, после которой он стал считать ее шантажисткой.

Теперь он здесь. Владелец компании. И все эти люди, её коллеги, смотрят на нее, ожидая, что она раскроет им тайны их прошлого. Но она не могла. Не могла рассказать им, как он ее унизил.

Кира встала, чувствуя, как ноги подкашиваются. "Извините, мне нужно отойти", – сказала она, стараясь говорить твердо. Она прошла мимо своих коллег, чувствуя их взгляды на своей спине.

Она шла по коридору, ища уединения. Ей нужно было собраться. Найти в себе силы, чтобы встретиться с ним снова. С врагом, который теперь стал ее боссом. И который, как она знала, никогда не забудет, кем она для него была. Шатажисткой.

Вместо того чтобы идти в уборную, Кира свернула в наименее посещаемый коридор, ведущий к архиву. Там, среди пыльных папок и забытых историй компании, она могла хоть на минуту перевести дух. Заперевшись в маленькой комнатке, она прислонилась спиной к холодной стене и закрыла глаза. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица.

«Разные потоки», – прошептала она, повторяя свою ложь. Это было так просто, так безобидно. Но за этой простой фразой скрывалась пропасть. Пропасть, вырытая им.

Какая жалкая ложь. Но что ей оставалось делать? Рассказать правду? Рассказать о том, как она, простая студентка из небогатой семьи, осмелилась бросить вызов всесильному мажору?

Все началось с Вики, ее лучшей подруги. Вика встречалась с одним из дружков Туманова, однажды тот, украл её карточку, снял с неё деньги. Вика боялась обращаться в полицию, боялась мести. И тогда Кира, движимая яростью и отчаянием, пошла к Туманову. Она потребовала, чтобы он заставил своего дружка извиниться и вернуть Вике деньги.

Туманов рассмеялся ей в лицо. Он назвал ее наивной дурочкой, которая не понимает, с кем связалась. Он сказал, что Вика сама виновата, что «напросилась»!

Тогда Кира совершила безумный поступок. Она публично обвинила Туманова в покрывательстве преступника. Она написала об этом в университетской газете, разместила посты в социальных сетях.

Ее поддержали немногие. Большинство боялись связываться с Тумановым. Девушку заклевали, травили, угрожали. Она потеряла стипендию, ее исключили из студенческого совета.

А Туманов просто наблюдал. С холодной, презрительной улыбкой. Он пообещал, что она пожалеет о том, что родилась на свет.

Она вспомнила его лицо в тот день. Не просто злость, а что-то более глубокое, более личное.

Он не просто хотел победить ее в академическом споре, он хотел ее уничтожить. И он добился своего. Её проект, над которым она работала месяцами, был дискредитирован. Ее имя было очернено. И все это благодаря его умению манипулировать, его безжалостности.

«Шантажистка», – это было его последнее слово, брошенное ей вслед, когда она, униженная и раздавленная, покидала аудиторию. Эти слова врезались в ее память, как клеймо.

Теперь он здесь. И она должна работать под его началом. Как?

Как она сможет выполнять его приказы, когда каждая клеточка ее тела кричит от воспоминаний о его ненависти?

В дверь архива постучали. Кира вздрогнула.

– Кира? Ты здесь? – это был голос Сергея. Он всегда был дружелюбен, но сейчас в его голосе слышалось беспокойство.

Кира глубоко вздохнула. Она не могла прятаться вечно. Ей придется выйти и встретиться с реальностью. Реальностью, где ее прошлое стало настоящим, и где враг теперь является боссом.

– Да, Сергей, я здесь, – ответила она, стараясь придать голосу как можно больше уверенности.

Сергей стоял с вопросительным выражением на лице.

– Ты в порядке? Все спрашивают, куда ты делась. И, честно говоря, мы все очень заинтригованы твоей связью с нашим новым боссом.

Кира снова почувствовала, как к горлу подступает комок. Она посмотрела на Сергея, на его искреннее любопытство, и поняла, что ей придется играть эту роль. Роль человека, который «не очень хорошо знает» нового генерального директора. Роль человека, который не имеет никакого отношения к тем событиям.

– Я просто… немного устала, – сказала она, пытаясь улыбнуться. – И да, мы учились вместе. Но, как я уже говорила, на разных потоках. Мы почти не пересекались.

Она знала, что это не конец. Это только начало. Начало новой игры, где ставки были намного выше, чем в университете. И где ей придется бороться не только за свою репутацию, но и за свое место в этой компании. И, возможно, за свое будущее.

Она прошла мимо Сергея, направляясь обратно к своему кабинету. Коллеги снова обратили на нее внимание. В их глазах все еще читалось любопытство, но теперь к нему примешивалось и что-то другое – ожидание. Ожидание того, что она скажет.

– Кира, ну расскажи, какой он был в университете? – не унималась Света, подсев к ее столу. – Наверняка такой же властный и красивый?

Кира старалась отвечать односложно, отмахиваясь от любопытных взглядов.

– Он был… обычным студентом, – выдавила она, чувствуя, как напряжение нарастает. – Мы не пересекались.

Но коллеги были настойчивы.

– Да ладно, Кира! – вмешался Макс из соседнего отдела, известный своей болтливостью. – Ты же в одном универе училась, он там был звезда. Все его знали. Ты точно его не помнишь? Может, он тебе что-то должен?

Кира почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

«Должен?» Если бы они только знали, что именно он ей должен. И что теперь, когда он стал ее начальником, этот долг может быть предъявлен самым неожиданным образом.

– Я же сказала, мы были на разных потоках, – повторила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – И я не помню его.

Но ее бледность и нервозность не остались незамеченными. Коллеги переглядывались, шептались. В их глазах читалось любопытство, смешанное с подозрением. Они явно не верили ее словам.

В обеденный перерыв Кира попыталась скрыться в кафетерии, но и там ее настигли.

– Кира, ты чего такая бледная? – спросила Светлана, протягивая ей салат. – Туманов тебя так напугал?

Кира оттолкнула салат.

– Нет, просто голова болит, – пробормотала она. – Я, пожалуй, пойду, прогуляюсь до аптеки, куплю чего – нибудь от головной боли.

Глава 4

Солнце щедро заливало город, обещая ясный, солнечный день. Кира, сжимая в руке сумочку, торопливо шагала по улице. Голова гудела, словно набат, отголоски утренних новостей не давали покоя. Еще вчера она была там, где солнце ласкало кожу, где шум волн убаюкивал, где заботы казались далекими и незначительными.

Отпуск. Идеальный, как ей казалось, побег от реальности.

Но реальность, как оказалось, умеет ждать.

Аптека встретила её прохладой и запахом лекарств. Кира подошла к полке с обезболивающими, ее пальцы дрожали, когда она выбирала знакомую упаковку.

«От головной боли», – прошептала она, словно обращаясь к самой себе. Фармацевт молча пробил товар, и Кира, получив сдачу, снова вышла на залитую солнцем улицу.

Она нашла ближайшую лавочку под раскидистым кленом и присела, чувствуя, как напряжение медленно отступает. Открыв упаковку, она выпила таблетку, запив её водой из бутылки. Закрыв глаза, Кира попыталась сосредоточиться на приятных воспоминаниях об отпуске: золотистый песок под ногами, соленый бриз, смех друзей. Но эти образы были как дым, рассеивающийся под натиском гнетущей правды.

Ее мир перевернулся. Еще вчера она была в отпуске, загорала, наслаждаясь заслуженным отдыхом.

А сегодня, вернувшись в офис, она узнала новость, которая обрушилась на нее, как лавина. Её начальник, человек, которого она уважала и с которым ей было комфортно работать, был уволен.

И все из-за кого? Из-за нового владельца и генерального директора. Человека, которого Кира ненавидела.

Человека, который был её врагом еще со студенческих времен.

Кирилл Туманов. Он всегда был амбициозен, безжалостен и готов идти по головам ради достижения своих целей. Кира помнила его ехидную улыбку, его уверенность в собственной непогрешимости, его способность манипулировать людьми.

И вот теперь он, этот человек, стоял во главе компании, где она работала.

Кира открыла глаза. Солнце все так же светило, люди спешили по своим делам, но для неё все изменилось. Ощущение безопасности, которое она испытывала в офисе, испарилось. Вместо него появилось предчувствие надвигающейся бури. Она знала, что Туманов не остановится ни перед чем. Он будет перекраивать компанию под себя, и в этом новом мире, скорее всего, не будет места для тех, кто не разделял его взглядов или, что еще хуже, кто был ему неприятен.

Её начальник, такой спокойный и рассудительный, стал первой жертвой.

Кто будет следующим? Кира почувствовала, как холод пробежал по ее спине. Она вспомнила, как Туманов однажды, во время студенческой дискуссии, произнёс: «Мир принадлежит сильным, а не тем, кто боится испачкать руки»!

Тогда эти слова она считала проявлением его цинизма.

Теперь же эти слова звучали как зловещее пророчество.

Таблетка начала действовать, приглушая головную боль, но не тревогу. Тревога пульсировала в висках, вторя недавней боли, но теперь она была другого рода – экзистенциальная.

Кира смотрела на прохожих, на их безмятежные лица, и чувствовала себя чужой. Они не знали, что за фасадом обычного рабочего дня скрывается такая резкая перемена.

Для них мир продолжал вращаться по привычной орбите, а для неё он совершил кульбит, выбив почву из-под ног.

Она представила себе Туманова в кабинете генерального директора.

Его уверенная походка, его взгляд, который всегда казался оценивающим и холодным. Он наверняка уже начал свою «чистку», как он это называл. Увольнение начальника отдела – это было лишь начало.

Кира вспомнила, как он умел находить слабые места людей, как использовал их против них же. Он был мастером интриг, и теперь у него была вся власть, чтобы воплотить свои самые темные замыслы.

Что будет с ней?

Она была не из тех, кто умеет «испачкать руки».

Её сила была в другом – в преданности делу, в умении находить общий язык с коллегами, в искренности.

Всё то, что Туманов презирал. Он видел в ней лишь помеху, возможно, даже угрозу, потому что она была другим типом человека. Человеком, который не стремился к власти любой ценой.

Кира поднялась с лавочки. Солнце все еще грело, но уже не радовало. Она чувствовала себя загнанной в угол. Возвращаться в офис было страшно. Что её там ждёт? Но и оставаться здесь, на этой лавочке, было бессмысленно. Ей нужно было что-то делать, действовать, как-то реагировать. Но что?

Она достала телефон. Экран засветился, отражая её растерянное лицо.

Кому позвонить? Подруге? Та, конечно, выслушает, но что может посоветовать в такой ситуации?

Внезапно, словно вспышка молнии в тёмном небе, в голове мелькнула мысль.

Может быть, стоит позвонить бывшему начальнику?

Узнать, как он?

Игорь Петрович. Человек, которы когда-то взял Киру на работу, который верил в неё, который был не просто начальником, а наставником. Она вчера поздно вечером прилетела из отпуска, уставшая и предвкушающая возвращение к привычной жизни. И не знала, что Игоря Петровича так безжалостно уволил новый босс компании.

Сердце сжалось от этой мысли. Игорь Петрович. Как же он? Наверняка, ему сейчас еще хуже, чем ей.

Он потерял работу, карьеру, которую строил годами.

А она… она просто оказалась в эпицентре перемен, которые её не коснулись напрямую, но отбросили тень на ее будущее.

Кира нашла номер Игоря Петровича в контактах. Пальцы дрожали, когда она нажимала на кнопку вызова. Гудки казались бесконечными. Наконец, на другом конце провода раздался усталый, но знакомый голос:

– Алло?

– Игорь Петрович? – голос Киры дрогнул.

– Кира? Это ты? Как отпуск? – в его голосе промелькнула нотка удивления и теплоты.

– Отпуск… прошел хорошо, Игорь Петрович. Но я… я не знала, что произошло. Я только вчера вернулась.

Наступила пауза. Кира слышала, как Игорь Петрович глубоко вздохнул.

– Да, Кира. Произошло. Новый босс решил, что я ему не нужен. Без лишних слов, без объяснений. Просто… уволен.

Кира почувствовала, как к горлу подступает комок.

– Мне так жаль, Игорь Петрович. Я… я даже не знаю, что сказать.

– Не переживай, Кира. Это жизнь. Главное, что ты вернулась. Как ты сама? Как офис?

– Я… не знаю, Игорь Петрович. Я только что вышла из офиса. Мне страшно возвращаться. Я не знаю, что меня там ждет.

Игорь Петрович помолчал, а затем его голос стал тверже, увереннее.

– Кира, всё будет хорошо! – подбодрил он девушку.

Глава 5

– И ещё, Кира, я тут подумал….удали документы. Ты мой зам, тебе была знакома информация. Лучше, чтобы её не было.

Слова Игоря Петровича прозвучали как гром среди ясного неба. Удалить документы? Какие документы? И почему?

Её мозг отказывался воспринимать эту информацию.

– Удалить? Но зачем? Вы что-то скрываете?– Кира замерла, телефон чуть не выпал из руки. Ее голос дрожал. В голове проносились обрывки мыслей, предположений. Что могло произойти? Почему Игорь Петрович, такой честный и принципиальный человек, вдруг просит её сделать что-то столь… сомнительное?

В трубке снова повисла тишина, но на этот раз она была другой – напряженной, наполненной невысказанными словами. Кира чувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Кира, это не то, что ты думаешь. Это… сложная ситуация. Документы, о которых я говорю, касаются некоторых… старых проектов. Проектов, которые могут вызвать вопросы у нового руководства. Вопросы, на которые у меня нет времени отвечать сейчас. И, честно говоря, я не хочу, чтобы они стали причиной проблем для тебя.

Он сделал паузу, и Кира почувствовала, как напряжение нарастает.

– Я не скрываю ничего плохого, Кира. Просто… иногда лучше оставить прошлое в прошлом. Особенно когда ты не знаешь, кто будет копаться в нём и с какими намерениями. Новый босс… он человек другой закалки. Он не знает меня, не знает нашей истории. И я не хочу, чтобы он использовал какие-то старые, возможно, недопонятые моменты против меня. Или против тебя.

– Но Игорь Петрович… если эти документы несут в себе что-то компрометирующее, то их удаление… это ведь тоже может выглядеть подозрительно.

– Я знаю, Кира. Я знаю. Но поверь мне, это меньшее из зол. Ты мой заместитель. Ты знаешь, как работает наша система. Ты знаешь, где эти документы. Я прошу тебя об этом, потому что доверяю тебе. И потому что я не хочу, чтобы из-за меня у тебя возникли проблемы. Просто поверь мне. Это… для твоего же блага. И для блага компании. Просто сделай это. Пожалуйста!

Кира смотрела на свои руки, на телефон, который казался теперь тяжелым и опасным. Она была в шоке.

Увольнение начальника.

И просьба удалить документы. Что же на самом деле произошло? И что за информация была настолько важна, что её нужно уничтожить? Вопросы роились в голове, не давая покоя, заставляя чувствовать себя потерянной и испуганной.

Кира взглянула на часы. Обед заканчивался. Пора в офис. После разговора с бывшим начальником по телефону голова разболелась вновь. Этот разговор был как удар под дых – внезапный, болезненный и оставляющий после себя лишь тупую, ноющую боль.

Начальник, с которым они прошли огонь и воду, ушёл. Зато пришёл тот, кого она не хотела бы видеть никогда.

Она подходила к зданию бизнес-центра, когда увидела его.

Туманов. Новый босс. Он стоял у входа, высокий, с резкими чертами лица, одетый в безупречный костюм, который, казалось, был выкован из стали. Его взгляд, скользящий по прохожим, остановился на ней. Кира почувствовала, как по спине пробежал холодок. Инстинктивно захотелось свернуть, спрятаться за колонну, сделать вид, что она его не видит. Но было поздно.

Он её заметил.

Его взгляд был не просто холодным, он был ледяным, пронизывающим, наполненным презрением.

Словно она была чем-то мелким, незначительным, что случайно попалось ему на глаза. Он медленно, с едва заметной усмешкой, опустил взгляд на её руку, где она машинально сжимала маленькую упаковку с лекарством.

– Неужели головушка заболела, Кира Сергеевна? – его голос был низким, бархатным, но в нем звучала сталь. – От такой приятной новости, что я теперь ваш новый босс?

Кира почувствовала, как внутри неё закипает гнев, смешанный с отчаянием. Эта ирония, это презрение – она не могла этого вынести. Она не собиралась терпеть такое отношение.

– Нет, Туманов, – её голос прозвучал неожиданно твердо, несмотря на дрожь в коленях. – Моя головушка болит не от новости о вашем назначении. Она болит от того, что мне придется работать с вами.

Кира сделала шаг вперед, игнорируя его удивленный, но все еще презрительный взгляд. Она чувствовала, как кровь приливает к лицу, но решимость придавала сил.

– А лечение простое, – произнесла она, глядя ему прямо в глаза. – Я не собираюсь с вами работать. Прямо сейчас я иду в отдел кадров писать заявление на увольнение.

Туманов усмехнулся, его губы изогнулись в знакомой, неприятной ухмылке.

– Всегда ты была ловкой и хитрой, Соколова, ещё со студенчества. Хочешь соскочить? Не получится.

Кира почувствовала, как внутри всё сжалось.

– Что значит «соскочить»?

– А то, что ты была замом Игоря Петровича, – его голос стал ниже, с угрожающей ноткой. – Мы с его делишками разбираемся. И у тебя, судя по всему, рыльце в пушку.

Сердце Киры забилось быстрее. Значит, не просто так Игорь Петрович просил удалить документы.

– Это ложь! – вырвалось у неё.

– Может быть, – Туманов пожал плечами, но в его глазах не было ни тени сомнения. – Но пока мы не разберемся, ты остаёшься. Можешь уволиться, конечно. Но тогда все материалы, которые касаются деятельности Игоря Петровича и его ближайшего окружения, передадут в полицию. Пусть они разбираются. Или ты остаёшься, пока мы не проведём внутреннее расследование. И если ты окажешься чистенькой, тогда я, возможно, отпущу тебя с чистой репутацией.

Кира стояла как громом пораженная. Увольнение, которое казалось ей таким простым выходом, теперь превратилось в ловушку. Полиция. Расследование. Её имя, связанное с махинациями Игоря Петровича. Это было бы пятно на всей её карьере, на всей её жизни.

И его уточнение – «Возможно». Это слово было самым страшным. Оно оставляло лазейку для его дальнейших игр, для окончательного уничтожения, если он захочет.

– Ты.. вы… не можете так поступать! – её голос дрожал, но уже не от страха, а от возмущения.

– Могу, Соколова, – Туманов наклонился к ней, его взгляд был пронзительным. – И я поступлю. Выбор за тобой. Либо ты сотрудничаешь с нами, либо… сам знаешь.

Кира в шоке смотрела на него. Она чувствовала, как земля уходит из-под ног. Её мир, который ещё вчера казался таким понятным, теперь рушился на глазах, оставляя лишь обломки неопределенности и страха.

Она не знала, что делать. Остаться и столкнуться с неизвестностью, или уйти и рискнуть всем.

Он не договорил, но Кира прекрасно понимала, что он имел в виду. Полиция. Допросы. Возможно, даже арест, если найдут хоть малейшую зацепку, хоть малейшее подозрение. Она смотрела на Туманова, на его жесткое, непроницаемое лицо.

Он был не просто генеральным директором, он был человеком, который умеет добиваться своего, не гнушаясь никакими методами.

И он её ненавидит всеми фибрами души.

Ему ничего не стоит сфабриковать дело против неё.

В голове пульсировала только одна мысль: он хочет её уничтожить. И она должна что-то придумать, чтобы выжить.

Глава 6

В висках Киры пульсировало в такт шагам, каждый из которых отдавался новой волной боли.

Голова раскалывалась на части после встречи с Тумановым. Он был воплощением всего, что Кира презирала: самодовольный, властный, с холодным блеском в глазах, который она помнила еще со студенческих времен.

Ей хотелось одного – тишины. Уединения в своём кабинете, где можно было бы закрыть глаза, выпить таблетку и попытаться забыть о его присутствии.

Но тишина, как назло, была последним, что её ждало.

В кабинете царил хаос. Вернее, не хаос, а возбужденное оживление. Три её коллеги, обычно погруженные в таблицы и отчеты, сейчас склонились над одним ноутбуком, их лица светились нездоровым румянцем.

– …и вот, смотрите! – воскликнула Лена, самая молодая из них, с горящими глазами. – Кирилл Туманов – восходящая звезда бизнеса, гений, наследник многомиллионной империи!

Она зачитывала вслух статью из какого-то глянцевого журнала, её голос дрожал от восторга.

– Сын влиятельного политика и известной меценатки, Кирилл Туманов – не только талантливый предприниматель, но и один из самых завидных женихов страны!

Кира застонала про себя. «Завидный жених»!

– Боже, какой он красавчик! – вздохнула Марина, обычно сдержанная и практичная. – Эти глаза… и эта легкая небрежность в одежде… просто мечта!

– А его семья! – подхватила Лена. – Говорят, у них вилла на Лазурном берегу и собственный остров в Греции!

Кира села за свой стол, стараясь не привлекать внимания. Она чувствовала, как к горлу подступает тошнота. Не от головной боли, а от всего этого приторного восхищения. Они понятия не имели, с кем имеют дело.

Они видели глянцевую обложку, а она – гнилую начинку.

Они читали о гении, а она помнила его высокомерный взгляд, его жестокие шутки, его холодную, расчетливую улыбку.

Они мечтали о принце на белом коне, а она знала, что он – волк в овечьей шкуре.

Они с Кириллом учились в одном университете. Она помнила, как за ним бегали толпы девушек, готовые на все ради его внимания. Она помнила, как он презирал их, как играл с ними, как выбрасывал, словно ненужные игрушки.

И она помнила, как он ненавидел её.

Кира не была одной из тех, кто падал к его ногам. Она была умной, независимой, дерзкой. Она не боялась спорить с ним, не боялась говорить то, что думает. И он этого не простил. А после ситуации с подругой Викой, открыто бросила ему вызов. Там начался ад.

Он пытался сломать её тогда, в университете. Распускал слухи, подстраивал ловушки, унижал перед другими. Но она выстояла. Она закончила учебу с отличием и устроилась в эту компанию, где усердно работала, чтобы добиться успеха.

И вот, спустя годы, он вернулся. Не просто как Кирилл Туманов, а как владелец компании, в которой она работает.

Кира была уверена, что это не случайность. Он не просто купил компанию. Он пришёл за ней. Он хочет отомстить. Он хочет сломать её карьеру, уничтожить репутацию, заставить страдать.

Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

– Интересно, он женат? – мечтательно протянула Марина.

Кира сжала кулаки под столом, чувствуя, как напряжение нарастает в висках.

«Женат?» – пронеслось в голове. Если бы они только знали, как мало это имеет значение для человека, который привык получать все, что захочет, независимо от обстоятельств.

– Нет, вроде бы нет, – ответила Лена, снова уткнувшись в ноутбук. – В статьях ни слова об этом. Только про его «неприступность» и «нежелание связывать себя узами брака». Наверное, ждет свою единственную, такую же гениальную прекрасную, как он сам.

Кира едва не рассмеялась. Единственная.

Он ненавидел её, потому что она не была одной из тех, кто готов был раствориться в его тени. Она была той, кто осмеливался бросить ему вызов, кто видел его насквозь. И теперь он здесь, чтобы доказать, что он сильнее.

– А может, он просто очень занят, – задумчиво произнесла третья коллега, Светлана, которая до этого молчала, но теперь тоже увлеклась обсуждением. – У него же такой бизнес, столько всего на его плечах.

«На его плечах», – подумала Кира с горькой усмешкой.

На его плечах лежали власть, деньги и, как она теперь понимала, жажда мести. Он не был занят. Он был сосредоточен. И она была его целью.

– Я бы с удовольствием поработала под его началом, – мечтательно вздохнула Лена. – Представляете, какие возможности открываются! Он наверняка умеет мотивировать.

Кира почувствовала, как её терпение истощается.

Мотивировать? Он умел ломать. Он умел унижать. Он умел наслаждаться чужой болью. Она знала это. Она видела это. И теперь ей предстояло снова столкнуться с этим лицом к лицу.

– А вы не думали, что он может быть… требовательным? – осторожно спросила Марина, словно почувствовав перемену в настроении Киры, хотя та старалась сидеть максимально незаметно.

– Ну, конечно, требовательным, – отмахнулась Лена. – Но это же признак профессионализма! Он же гений!

––А представьте, если бы он обратил на кого-то из нас внимание, – мечтательно протянула Светлана. – Наше будущее было бы обеспечено!

Кира почувствовала, как внутри неё поднимается волна отвращения. Она знала, что за этой «мечтой всех девушек» скрывается безжалостность и цинизм.

Она видела это в его глазах, когда он смотрел на неё сегодня. Он всё помнил. И это было не к добру.

Ей хотелось крикнуть коллегам, чтобы они открыли глаза, чтобы перестали витать в облаках. Но она не могла

Кира встала. Головная боль усилилась, но теперь к ней примешивалась другая, более острая боль – предчувствие надвигающейся бури. Она не могла больше слушать эту наивную болтовню. Ей нужно было собраться. Морально собраться.

– Не теряйте, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Мне нужно забрать документы в финансовом отделе.

Коллеги, увлеченные своим новым кумиром, лишь рассеянно кивнули. Кира вышла из кабинета, чувствуя, как за спиной остаются их восторженные вздохи и приторные слова. Она шла по коридору, чувствуя, как холодный пот стекает по спине, мысли продолжали роиться в голове.

Как долго она сможет продержаться в этой компании, зная, кто теперь является владельцем? Как долго она сможет притворяться, что не видит его истинной натуры?

Головная боль усиливалась. Тишины не было. Спокойствия тоже. Только предчувствие надвигающейся бури, которую она, в отличие от своих коллег, видела совершенно отчетливо. И это предчувствие было куда более болезненным, чем любая мигрень.

Глава 7

Когда Кира вернулась в кабинет, на её месте, за столом, сидел незнакомый мужчина в строгом костюме, сосредоточенно склонившись над её компьютером. Рядом, с непроницаемым выражением лица, стоял начальник службы безопасности, Иван Платонович.

Сердце Киры ёкнуло. Она удивленно моргнула, пытаясь осмыслить увиденное. Программист, как она поняла по его сосредоточенному виду и манипуляциям с клавиатурой, явно был здесь не по своей воле. Он просматривал её файлы, а Иван Платонович методично собирал в стопку её документы.

– Что вы делаете? – голос Киры прозвучал неожиданно громко в тишине кабинета.

Иван Платонович повернулся к ней, его взгляд был холодным и деловым.

– Кира Сергеевна, приказ, – произнес он, протягивая ей лист бумаги. – Проводится внутреннее расследование по поводу подозрений в финансовых махинациях вашего бывшего начальника. Поскольку вы его заместитель, мы обязаны проверить ваш рабочий компьютер, а также изъять соответствующие документы.

Финановые махинации Игоря Петровича? Это звучало как дурной сон. Он, её наставник, человек, которого она уважала и которому доверяла, замешан в чём-то незаконном?

И теперь, как его заместитель, она сама оказалась под подозрением.

Кира взяла приказ, её пальцы слегка дрожали.

– Но… как же работа? Вся информация по проекту в моём компьютере! – воскликнула она, чувствуя, как нарастает паника. Её проект, её детище, её ответственность – всё было там.

– У вас будет новый компьютер, – спокойно ответил Иван Платонович, не обращая внимания на её волнение. – Не нервничайте. Заберите свои личные вещи и переходите в кабинет 211. Делопроизводитель сейчас в отпуске, кабинет временно свободен.

Кира огляделась. Её любимая кружка с надписью «Лучший зам», семейная фотография, стопка книг по управлению проектами – всё это казалось чужим в этой ситуации. Она чувствовала себя вырванной из привычной реальности, словно её жизнь на мгновение остановилась.

– Кабинет 211? – переспросила она, пытаясь унять дрожь в голосе.

– Да, Кира Сергеевна. Прошу вас, не задерживайте нас.

С тяжелым сердцем Кира начала собирать свои личные вещи. Каждый предмет, который она брала, казался напоминанием о её прежней, спокойной работе. Она чувствовала себя подозреваемой, хотя и не понимала, в чем именно. Мысли метались в голове: что за махинации? Как это связано с ней? И почему именно сейчас?

Она бросила последний взгляд на свой опустевший стол, на незнакомого программиста, продолжающего свою работу, на Ивана Платоновича, который уже переключился на следующую стопку документов. Сжимая в руке копию приказа и коробку с личными вещами, Кира направилась к кабинету 211, чувствуя, как её привычный мир рушится.

Это всё козни нового генерального директора. Он пришёл с целью сломать её карьеру, найти повод для увольнения. Но вдруг, как молния, её осенило. Игорь Петрович. Он просил её удалить документы.

Почему? Неужели он виноват? Она ничего не успела посмотреть, изучить, удалить. Ей конец.

По пути в кабинет 211, Кира чувствовала на себе взгляды коллег. Кто-то провожал её с явным сочувствием, кто-то – с едва скрываемым злорадством. Каждый взгляд был как удар, подтверждающий её худшие опасения. Она шла, неся в руках коробку с личными вещами, и чувствовала, как рушится её мир, построенный годами упорного труда. Впереди её ждала неизвестность, полная подозрений и, возможно, предательства.

Кабинет делопроизводителя оказался тесным и заставленным папками. Запах старой бумаги и пыли витал в воздухе. Кира огляделась, пытаясь найти место, где можно было бы хоть как-то обустроиться. На столе, заваленном бумагами, стоял старый, пыльный компьютер. Она села на стул, который скрипнул под её весом, и почувствовала, как её охватывает волна усталости и отчаяния.

В этот момент дверь кабинета распахнулась, на пороге появилась коллега Лена. На её лице играла ехидная улыбка, а глаза блестели недобрым огоньком.

– Ого, Кира Сергеевна! Как быстро королеву с пьедестала сбросили, – пропела она, переступая порог и оглядывая скромное помещение с явным удовольствием. – Как твоего начальника любимого уволили, так сразу место указали. Новый генеральный не церемонится с тобой, несмотря на то, что учились в одном универе.

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Слова Лены были как удар под дых. Она знала, что Лена всегда завидовала её положению, её отношениям с Игорем Петровичем. Но сейчас, в этом унизительном кабинете, слова Лены звучали особенно болезненно.

–– Уйди! – выкрикнула Кира, её голос дрожал от сдерживаемой ярости. Она чувствовала, как её нервы натянуты до предела. Ситуация уже была невыносимой, а тут ещё эта противная Ленка, наслаждающаяся её падением.

Лена лишь рассмеялась, её смех был резким и неприятным.

– Что, Кира Сергеевна? Не нравится? А я говорила, что всё это ненадолго. Но ты же у нас такая умная, такая приближённая к начальству. А теперь вот, в кабинете у тётки, которая только и умеет, что бумажки перебирать.

Кира закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Она не могла позволить Лене видеть её такой. Она не могла позволить ей наслаждаться её унижением. Но слова Лены, как ядовитые стрелы, проникали в самое сердце, заставляя её чувствовать себя ещё более беспомощной и одинокой.

– Я сказала, уйди! – повторила Кира, открывая глаза и глядя на Лену с вызовом. Но та лишь прищурилась, наслаждаясь произведенным эффектом.

– Ой, какая грозная! Неужели думаешь, что твои угрозы здесь что-то значат? Ты теперь не заместитель, а просто… никто. И я, знаешь ли, рада за тебя. Наконец-то справедливость восторжествовала. А то вечно ты на коне, а остальные – в пыли.

Лена сделала шаг вперед, наклонившись к Кире.

– Кстати, я слышала, что Игоря Петровича не так прост. Говорят, он там такие схемы проворачивал, что тебе и не снилось. Впрочем, ты, как его верная тень, наверняка в курсе всего. Сообщница.

Кира почувствовала, как внутри неё поднимается новая волна гнева, смешанного с отчаянием. Она знала, что Лена не остановится, пока не выбьет из нее последние силы. Но сейчас ей нужно было сосредоточиться. Не на Лене, а на том, что происходит на самом деле.

Махинации Игоря Петровича… Это было слишком страшно, чтобы быть правдой. Но если это правда, то что теперь будет с ней?

– Ты не знаешь, о чем говоришь, Лена, – проговорила Кира, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри все дрожало. – И я не позволю тебе здесь устраивать цирк.

– Цирк? Это ты устроил цирк, Кира Сергеевна, когда тебя с позором выставили из твоего кабинета. А я просто наблюдаю за представлением. И знаешь, мне очень нравится финал! – Лена хихикнула и, повернувшись, направилась к двери. – Ну, я пойду. Мне еще работать надо. А ты тут наслаждайся своим новым рабочим местом. Может, найдешь здесь вдохновение для новых достижений.

Дверь захлопнулась, Кира осталась одна в тишине пыльного кабинета. Она сидела, глядя на старый компьютер, чувствуя, как по щекам текут слезы. Слезы от обиды, от страха, от предательства. Она не знала, что делать дальше. Но одно она знала точно: она не сдастся. Она должна выяснить, что произошло. И она должна доказать свою невиновность. Даже если для этого придется пройти через ад.

Глава 8

Дверь в приемную генерального директора распахнулась с такой силой, что стеклянные панели задрожали. Кира, с лицом, пылающим от гнева, влетела внутрь, словно ураган.

Её пальцы сжимались в кулаки, а дыхание было прерывистым. Она была уверена – это его рук дело. Туманов решил унизить её, пересадить в крошечный, душный кабинет, словно она какая-то второсортная сотрудница. А еще этот вопиющий абсурд с компьютером, который забрали под предлогом расследования махинаций бывшего начальника.

Махинаций, о которых она, кстати, ничего не знала, но теперь, похоже, становилась невольной соучастницей.

За массивным столом из темного дерева сидела секретарша. Девушка с безупречной прической, в идеально сидящем костюме и с выражением лица, которое могло бы заморозить лаву. Она подняла взгляд от монитора, её губы изогнулись в легкой, снисходительной улыбке.

– Добрый день, – произнесла она ровным, мелодичным голосом, который, однако, не скрывал холодного высокомерия. – Вы по какому вопросу? Кирилл Алексеевич принимает по записи.

Кира не слышала. Слова секретарши пролетели мимо её ушей, как назойливые мухи. В ее голове звучал только один мотив – высказать все, что накопилось, прямо в лицо этому человеку, который, решил поиграть с её карьерой. Она видела перед собой не преграду, а лишь дверь в кабинет, за которой скрывался её обидчик.

Не обращая внимания на вопрос, Кира ринулась вперед, к массивной двери, ведущей в кабинет генерального. Её каблуки стучали по полированному полу, эхом отдаваясь в тишине приемной. Она чувствовала, как сердце колотится в груди, готовое вырваться наружу. Ей хотелось кричать, требовать объяснений, выплеснуть всю свою ярость и несправедливость.

– Простите, но вы не можете просто так войти! – голос секретарши, хоть и оставался спокойным, приобрел стальные нотки. Она встала, её движения были быстрыми и точными.

Но Кира уже была у двери. Она постучала, не дожидаясь ответа, ворвалась в кабинет. Туманов сидел за своим столом, погруженный в изучение документов. Он поднял голову, удивленный внезапным вторжением.

– Что за…– начал он, но не успел договорить.

– Ты, – выдохнула Кира, голос дрожал от сдерживаемой ярости. – Ты думаешь, я не знаю, что это ты меня пересадили? Что ты приказал забрать мой компьютер? Расследование, которое, я уверена, сам и инициировал, чтобы меня подставить! Ты хочешь сфабриковать дело против меня?

– Простите, Кирилл Алексеевич! Я её не пропускала! Она просто ворвалась! – пролепетала секретарь, появившись вслед за Кирой.

Туманов лениво откинулся в своем кожаном кресле. Он медленно отсканировал Киру взглядом, от головы до пят, словно оценивая противника. На его губах играла едва заметная, презрительная усмешка.

– Все в порядке, Дарья, – произнес он ровным, бархатистым голосом, не отрывая взгляда от Киры. – Можешь идти. Я пообщаюсь с нашей… гостьей.

Дарья бросила на Киру неприязненный взгляд, полный злобы, но Кире было все равно. Она даже не заметила. Все внимание, вся её ненависть была сосредоточена на Туманове.

Пробормотав что-то невнятное, Дарья поспешно вышла, оставив их наедине. В кабинете повисла тишина, густая и напряженная, словно натянутая струна.

Кира стояла, тяжело дыша, и смотрела Туманову прямо в глаза.

Внутри нее полыхало пламя ненависти. Сейчас она видела в нем не генерального директора крупной компании, а того самого наглого, самодовольного мажора из университета, который строил ей козни.

– Я знаю, Туманов, – голос Киры дрожал от сдерживаемой ярости. – Я знаю, зачем ты это сделал. Ты затеял это расследование, чтобы отомстить мне.

Туманов, сидевший за массивным столом, медленно поднял бровь. На его губах появилась легкая, едва заметная усмешка. Он не выглядел удивленным, скорее… забавляющимся.

– Отомстить? – повторил он, в его голосе прозвучал смешок, который, казалось, исходил из самых глубин его существа. – За что, Кира? За что мне мстить?

– За университетские обиды! – выкрикнула Кира, делая шаг вперед. – За то, что я была лучше тебя, за то, что ты не мог смириться с этим!

Туманов откинулся на спинку кресла, его смех стал громче, переходя в раскатистый хохот. Он смотрел на Киру, и в его глазах плясали злые искорки.

– Ты… ты реально думаешь, – он с трудом выговорил это сквозь смех, – что все эти годы я думал о том, как найти тебя и отомстить? Соколова, ты слишком высокого мнения о себе. Корона не давит?

Его слова, сказанные с такой легкостью, словно удар хлыста, обожгли Киру. Она почувствовала, как ненависть, такая яркая и всепоглощающая, начала меркнуть, уступая место холодному ужасу. Кира стояла перед ним, сжав кулаки, и чувствовала, как кровь приливает к щекам. Его ухмылка была хуже любого обвинения.

– Зачем тогда забирать мой компьютер и выставлять из кабинета? – восклицала она, голос дрожал от смеси гнева и обиды. – Это не похоже на то, чтобы забыть!

Он наклонил голову, его взгляд стал еще более пронзительным.

– Расследование ведет начальник службы безопасности. Он решает, что делать. Значит, так посчитал нужным. Я не вмешиваюсь в его работу. Если ты не виновата, тебе нечего бояться.

Его слова повисли в воздухе, тяжелые и неоспоримые. Кира не выдержала его взгляда, отвела глаза, чувствуя, как уверенность тает. Она знала, что он прав. Если она чиста, то это просто бюрократическая процедура. Но почему-то это не уменьшало её унижения.

Он встал, обошёл стол и подошёл к окну, за которым простирался город. Его силуэт на фоне небоскрёбов казался величественным и одновременно пугающим.

– Ты думала, что я помню университетские обиды? – он повернулся к ней, и в его глазах мелькнула тень чего-то, что могло бы быть сожалением, но быстро исчезло. – Я помню многое, Кира. Но я не трачу свою жизнь на мелочи. Я строю империю. И если для этого нужно использовать кого-то, кто когда-то был мне неприятен… что ж, такова жизнь.

Он сделал паузу, его взгляд снова остановился на ней.

– А теперь, Соколова, я думаю, наше общение подошло к концу. У меня много дел. И не забудь, завтра у меня, с докладом по проекту.

Кира кивнула, не в силах произнести ни слова. Она развернулась и вышла из кабинета, чувствуя на спине его взгляд.

Глава 9

Кира поправила юбку-карандаш, чувствуя, как влажные ладони скользят по ткани. Сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. Сегодняшнее совещание с новым генеральным директором, Кириллом Алексеевичем, было решающим для её проекта, амбициозной программы по модернизации логистики компании.

Но вчера всё пошло наперекосяк.

Служба безопасности изъяла её компьютер для расследования.

Формально – да, но Кира знала, что это не просто так. Вся ключевая информация, графики, аналитика, презентация – всё было там. Она пыталась договориться, скопировать информацию, но ей сухо ответили, что это стандартная процедура и так не положено.

Она всю ночь провела, пытаясь восстановить хоть что-то по памяти, набросала основные тезисы на бумаге. Но это было лишь бледное подобие того, что она подготовила.

Двери конференц-зала открылись, Кира вошла. За длинным столом восседал Туманов, его взгляд был холоден и непроницаем. Вокруг сидели руководители отделов, их лица выражали смесь любопытства и сочувствия.

Когда очередь дошла до Киры, она старалась говорить уверенно, но голос предательски дрожал.

Она рассказывала об основных этапах проекта, о потенциальной прибыли, о новых технологиях. Но без визуальной поддержки, без цифр и графиков, её слова звучали неубедительно.

Туманов ждал. Он позволил ей говорить пару минут, а потом обрушился на неё, как лавина.

– Кира Сергеевна, что за детский лепет? Где конкретика? Где цифры? Где анализ рисков? Вы вообще понимаете, о чём говорите? – его голос был ледяным.

Кира попыталась объяснить ситуацию с компьютером, но он лишь отмахнулся.

– Не нужно мне рассказывать сказки! Вы должны были предусмотреть все возможные варианты. Ваша безответственность привела к срыву важного совещания. Объявляю вам выговор и лишаю квартальной премии!

В зале повисла тишина. Кира почувствовала, как кровь прилила к лицу. Она попыталась оправдаться, сказать, что это саботаж, что её лишили возможности подготовиться, но Туманов резко прервал.

– Достаточно! Я не намерен тратить время на ваши оправдания. Следующий!

Кира стояла, оглушенная. Она видела сочувствующие взгляды коллег, но никто не решился заступиться. Она знала, что это не просто критика, это целенаправленная атака.

Внезапно в голове всплыли воспоминания о студенческих годах. Она вспомнила его нападки. Вспомнила, как он распускал о ней грязные слухи. И теперь, спустя годы, он снова пытается её унизить.

Кира поняла, что это не просто выговор и лишение премии. Это попытка сломать её карьеру, выжить из компании. Он мстил за старые обиды, за то, что она была лучше его. За то, что не побоялась бросить ему вызов.

Внутри всё кипело от ярости и обиды. Она хотела кричать, спорить, доказывать свою правоту. Но она знала, что это бесполезно. Он уже все решил.

Собрав остатки самообладания, Кира сделала глубокий вдох. Её взгляд скользнул по лицам присутствующих, она увидела в них не только сочувствие, но и страх. Никто не хотел оказаться на её месте. Это было частью его игры – показать всем, кто здесь главный, и как легко можно сломать любого.

– Кирилл Алексеевич, – начала она, и на этот раз голос звучал ровно, хотя внутри все дрожало. – Я понимаю ваше разочарование. Однако, я хотела бы уточнить один момент. Мой компьютер был изъят службой безопасности без моего ведома и без согласия, что является нарушением установленного порядка. Я не была заранее уведомлена о причинах изъятия, мне не было предоставлено альтернативное средство для подготовки к сегодняшнему совещанию.

Туманов усмехнулся, его глаза сверкнули.

– Кира Сергеевна, вы опять пытаетесь переложить ответственность. Служба безопасности действует по своим правилам. Ваша задача – выполнять свою работу, несмотря ни на что. А вы, как я вижу, не справляетесь.

– Моя работа – это не только подготовка презентаций, но и соблюдение корпоративных процедур, – парировала Кира, чувствуя, как внутри нее растет решимость. – Если вы считаете, что я не справляюсь, то, возможно, стоит рассмотреть причины, которые привели к такой ситуации. А именно – намеренное лишение меня доступа к информации, необходимой для выполнения моих обязанностей.

В зале повисла напряженная тишина. Все взгляды были прикованы к Кире. Она видела, как Туманов напрягся, его лицо приобрело мрачное выражение. Он явно не ожидал такого ответа.

– Вы переходите границы, Кира Сергеевна, – процедил он сквозь зубы. – Ваши обвинения беспочвенны и недопустимы.

– Я не обвиняю, Кирилл Алексеевич. Я констатирую факты, – спокойно ответила Кира. – И я готова предоставить доказательства того, что мой компьютер был изъят не по моей вине, а в результате действий, которые могут быть расценены как саботаж. Я также готова предоставить вам информацию о том, как я пыталась восстановить данные и подготовиться к совещанию, несмотря на все препятствия.

Она сделала паузу, давая своим словам осесть. Затем, глядя прямо в глаза генерального, добавила: «И если вы считаете, что моя карьера здесь закончена, то я готова принять ваше решение. Но я также готова бороться за свою репутацию и за правду. И я уверена, что у меня найдутся союзники, которые поддержат меня в этом.

Кира почувствовала, как её тело наполнилось новой силой. Страх отступил, уступив место холодной ярости и уверенности в своей правоте. Она знала, что этот бой еще не окончен. И она была готова его выиграть.

Туманов смотрел на неё, его лицо было непроницаемым. Он явно не ожидал такого поворота. Совещание было прервано, но для Киры оно только началось.

Она знала, что теперь ей предстоит не просто бороться за свой проект, но и за своё будущее в этой компании.

Туманов медленно обвел взглядом присутствующих. В его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с раздражением. Он явно не привык к такому отпору, особенно от Киры, которую считал сломленной.

– Союзники, говорите? – его голос стал тише, но от этого не менее угрожающим. – Очень интересно. Но пока что я вижу только сотрудницу, которая не справилась со своими обязанностями и пытается оправдаться, перекладывая вину на других. И, поверьте, Соколова, ваши попытки выставить меня в невыгодном свете не останутся незамеченными.

Он встал, его фигура возвышалась над сидящими.

– Совещание объявляется закрытым. Кира Сергеевна, жду вас в своем кабинете через час. И принесите с собой все, что у вас осталось от вашего проекта.

Кира кивнула, чувствуя, как напряжение немного спадает. Она вышла из конференц-зала, оставив позади гул шепотов и недоуменные взгляды. В коридоре она остановилась, прислонившись к стене. Сердце все еще колотилось, но теперь это был не страх, а предвкушение битвы.

Она знала, что время, которое ей предстоит провести в кабинете босса, будет решающим. Он попытается её сломить, запугать, заставить признать свою «вину».

Но Кира была готова. Она вспомнила все те бессонные ночи, проведенные над проектом, все те моменты, когда она преодолевала трудности. Она не позволит ему отнять у неё все это.

Через час Кира стояла перед дверью его кабинета. Она поправила юбку, глубоко вдохнула и постучала.

– Войдите, – раздался его холодный и безэмоциональный голос.

Кира вошла. Кабинет Туманова был просторным, с панорамным окном, выходящим на город. На столе царил идеальный порядок, лишь стопка документов лежала ровно. Он сидел за столом, сложив руки на груди, и смотрел на неё с выражением, которое она хорошо помнила с университетских времен – смесь превосходства и скрытой злобы.

– Садитесь, Соколова, – пригласил он, указывая на кресло напротив.

Кира села, стараясь сохранять спокойствие. Она положила на стол свою папку с бумажными тезисами и телефон.

– Вы хотели поговорить, Кирилл Алексеевич? – спросила она, её голос был ровным, но в нем чувствовалась решительность.

– Я хотел поговорить о вашем выступлении, – начал он, его взгляд скользнул по документам. – И о том, как вы пытаетесь выставить меня в невыгодном свете перед всем руководящим составом. Это недопустимо.

– Я не пытаюсь выставить вас в невыгодном свете, Кирилл Алексеевич. Я констатирую факты, – повторила Кира. – И знаете, что…

Глава 10

Кира вцепилась в подлокотники кресла так, что костяшки пальцев побелели.

– Кирилл… Алексеевич, – начала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но он дрогнул. – Я… я думаю, нам не стоит работать вместе. Я бы хотела попросить вас отпустить меня. Уволить.

Туманов посмотрел на неё. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас блестели каким-то новым, хищным огоньком. Он усмехнулся, и эта усмешка была хуже любого крика.

– Уволить тебя, Кира? – протянул он, словно пробуя имя на вкус. – Интересное предложение. Но я же сказал, пока расследование по махинациям твоего бывшего начальника не завершено, ты остаёшься здесь.

– Я не имею к этому никакого отношения, – твердо сказала она, почувствовав, как холодок пробежал по спине.

– А вот тут мы еще посмотрим, – Туманов наклонился вперед, его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. – До меня дошли слухи, Соколова. Слухи о твоём.... эээ… особом положении. О том, как ты добивалась своих успехов. Говорят, ты умеешь входить в доверие к нужным людям.

Кира вскочила. Её лицо залилось краской.

– На что ты намекаешь? – выдохнула она, чувствуя, как внутри закипает гнев. – Ты обвиняешь меня в чем-то, чего я не делала!

– Я не обвиняю, – Туманов снова усмехнулся, наслаждаясь её реакцией. – Я просто констатирую факты. И пока эти факты не будут полностью проверены, ты будешь работать под моим чутким руководством. А там… посмотрим. Может быть, ты окажешься полезной. Очень полезной.

Кира стояла посреди кабинета, чувствуя себя загнанной в угол. Её враг из университета, который всегда считал её слабой, теперь держал в своих руках, играя с ней, как кошка с мышью. И она понимала, что просто так уйти ей не дадут.

«Отпусти меня!» – кричало её сердце, но слова застряли в горле, заглушенные ледяным дыханием нового, ужасного будущего.

Она предприняла ещё одну попытку убедить его.

– Я думаю, нам обоим понятно, что это не сработает. Мы… мы просто несовместимы.

– Несовместимы, Кира? – его губы тронула легкая, едва заметная усмешка. – Хм, интересное слово для описания профессиональных отношений.

– Я не думаю, что смогу эффективно работать под вашим руководством, – продолжила Кира, чувствуя, как внутри нарастает паника. – Давай разойдёмся, Туманов.

Усмешка Кирилла стала шире, приобретая оттенок чего-то зловещего.

Он откинулся на спинку кожаного кресла, сложив руки на груди. Его взгляд, обычно пронзительный и оценивающий, сейчас казался насмешливым.

– А что тебе мешает начать эффективно работать под моим руководством, Кира Сергеевна? – спросил он, прищурившись. – Ты же прекрасно работала с предыдущим начальником. Подстроилась под него, сделала хорошую карьеру. Навыки у тебя имеются, это я признаю.

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она знала, куда он клонит. Его намек был настолько прозрачным, что казался оскорблением.

– Я не понимаю, к чему вы это говорите, – ответила она, стараясь не выдать своего возмущения.

– О, я думаю, ты прекрасно понимаешь, – продолжил Туманов, его голос стал еще более едким. – Ты умеешь находить общий язык с руководством. Умеешь… адаптироваться. И, судя по твоей карьере, весьма успешно.

Его слова были как удар под дых. Он не просто намекал, он открыто обвинял в том, что её профессиональные успехи – результат некомпетентности и использования личных связей. И самое ужасное, он намекал на то, что она была любовницей бывшего начальника.

– Вы не имеете права так говорить, – процедила Кира, чувствуя, как её профессионализм и достоинство подвергаются унижению. – Моя работа всегда была основана на моих знаниях и усилиях.

– А я говорю, что ты просто не хочешь работать со мной, – парировал Туманов, его усмешка стала шире. – И вместо того, чтобы признать это, ты придумываешь какие-то нелепые отговорки про «несовместимость». Может, тебе просто не нравится, что я не такой, как твой предыдущий босс? Не такой… мягкий и податливый?

Кира почувствовала, как внутри нее закипает гнев. Он ей мстит, пытается разрушить её репутацию, выставить в самом неприглядном свете.

Он прищурился, его взгляд скользнул по лицу, задержавшись на губах.

– А Игорь Петрович, говорят, был очень… щедр к своим сотрудницам. Особенно к тем, кто умел быть благодарной.

Сердце Киры заколотилось. Она поняла, куда он клонит.

– Я не понимаю, о чем вы.

– О, прекрасно понимаешь, – он усмехнулся, и эта усмешка была хуже любого оскорбления. – Неужели ты думаешь, что твоя карьера здесь – это исключительно твои заслуги? Игорь Петрович был известен своей… любовью к красивым девушкам. А ты, Кира, всегда умела очаровывать. Еще в универе, помнишь? Как ты с деканом договорилась о пересдаче?

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Это было унизительно. Он не просто намекал, он откровенно обвинял ее в использовании связей, в том, чего она никогда не делала. Она всегда добивалась всего сама, упорным трудом.

Его глаза горели недобрым огнем. В них плескалась смесь цинизма и какого-то болезненного азарта, словно он только что нашел новую игрушку, которую собирался сломать.

– Так попробуй очаровать меня! – он ухмыльнулся, и эта ухмылка была полна презрения и вызова. – Может, мы сработаемся.

Кира смотрела на него, её охватила волна отвращения. Она ненавидела его. Ненавидела его за эти слова, за этот взгляд, за то, что он пытался унизить, обесценить ее труд. Она ненавидела его еще сильнее, чем в университете, когда он постоянно пытался поддеть ее, выставить в дурном свете.

– Я не собираюсь вас очаровывать, – процедила она сквозь зубы стараясь, чтобы голос звучал ровно, но в нем все равно проскальзывали нотки ярости.

– Но в универе ты же пыталась обратить моё внимание! – он рассмеялся, и этот смех был резким, неприятным, как скрежет металла. – Разве нет?

– Да ты придумываешь! – Кира возмутилась, её кулаки сжались так, что побелели костяшки. – Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я не стану тебя очаровывать. Ты придурок!

Его смех стал громче, переходя в откровенное веселье. Он наклонился вперед, опираясь локтями о стол, его взгляд, все еще горящий недобрым огнем, теперь был наполнен искренним, злорадным удовольствием. Он наслаждался ее гневом, ее беспомощностью.

Ее взвинченность ярость – все это было для него лишь подтверждением его собственной власти, его способности вызывать в ней сильные и бурные эмоции.

– Придурок, значит? – он вытер слезу, выступившую от смеха. – Ну что ж, придурок тоже может добиться своего. А ты, Кира, как всегда, слишком гордая, чтобы признать очевидное. Ты всегда хотела, чтобы я тебя заметил. И вот, я тебя заметил.

Он снова ухмыльнулся, и на этот раз в его глазах мелькнула тень чего-то более темного, чего-то, что заставило Киру почувствовать холодок по спине. Он не просто забавлялся её гневом, он наслаждался, питался им.

И в этот момент Кира поняла, что этот человек – не просто неприятное воспоминание из прошлого, а реальная угроза, которая снова ворвалась в её жизнь, чтобы испытать на прочность. И судя по всему, он был полон решимости выиграть эту игру.

Глава 11

– Ты ошибаешься, – прошипела Кира, пытаясь взять себя в руки. – Я никогда не стремилась к твоему вниманию. Ты просто… был рядом. И всегда был помехой.

– Помехой, которая, тем не менее, заставляла тебя краснеть и сбиваться с мысли, когда я проходил мимо, – он подмигнул, и это было похоже на удар хлыстом. – Не лги себе, Кира. Ты всегда была такой – гордой, но уязвимой. И я это видел.

Он встал, медленно обошел стол, и остановился прямо перед ней. Его тень накрыла её, Кира почувствовала, как напрягается каждый мускул. Он был выше, чем она помнила, и его присутствие теперь ощущалось как физическое давление.

– Ты думаешь, я здесь, чтобы тебя унизить? – его голос стал тише, почти шепотом, но от этого стал еще более угрожающим. – Нет, Кира. Я здесь, чтобы напомнить тебе, кто ты есть. И кто я. Мы сработаемся, потому что ты мне нужна. А я… Я тебе тоже.

Он наклонился еще ближе, его дыхание коснулось ее щеки. Кира зажмурилась, ожидая чего-то, но вместо этого почувствовала, как его пальцы легко коснулись её подбородка, заставляя поднять голову.

– Ты такая же, – прошептал он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на… сожаление? Или это была просто очередная уловка? – Красивая, когда злишься. Но слишком упрямая.

Он отступил, оставив Киру дрожать от смеси гнева и какого-то странного, пугающего предвкушения.

Она хотела отшить его, сказать, что он не прав, что он ничего не понимает, что он – всего лишь призрак из прошлого, который не имеет права вторгаться в её настоящее. Но тут дверь кабинета широко распахнулась.

В проеме появилась она. Аромат дорогих духов, словно легкое облачко, окутал пространство. Красивая, стильная, с идеальной укладкой и безупречным макияжем, она излучала уверенность и какую-то небрежную элегантность.

– О, Кирилл, сюрприз! – голос был мелодичным, с легкой игривой ноткой. – Решила посмотреть твоё новое приобретение, твою компанию. Как ты смотришься в роли сурового босса. И готов ли рассмотреть мою кандидатуру? Я ищу работу. О, ты занят?

Взгляд, скользнул по кабинету, остановился на Кире. В нем не было ни тени удивления, только легкое, едва уловимое любопытство, смешанное с чем-то еще… чем-то, что заставило Киру почувствовать себя невидимой, а затем – наоборот, слишком заметной. Как экспонат, выставленный на обозрение.

Туманов, который только что говорил с Кирой, выпрямился. Его лицо, еще секунду назад искаженное сложной гаммой эмоций, теперь стало непроницаемым. Он сделал шаг навстречу новой посетительнице, его рука легла ей на талию.

– Катя, дорогая. Ты, как всегда, мастер устраивать сюрпризы. – Его голос был ровным, лишенным той интонации, которую Кира слышала мгновение назад. – Да, я занят.

Катя внезапно нахмурилась, разглядывая Киру. Ее глаза, обычно полные задора и дерзости, сейчас были холодны и оценивающие.

– О, неужели это ты, Соколова! – произнесла она с легкой усмешкой. – Кого-кого, а тебя я здесь увидеть не ожидала. Кирилл, ты переплюнул меня в умении устраивать сюрпризы!

Теперь Кира узнала девушку.

Катя. Звезда университета, душа компании, всегда в центре внимания. Та, с кем Кирилл, как она помнила, проводил немало времени. Они были в одной компании, вместе тусовались.

Осознание того, что они, возможно, всё еще вместе, или, по крайней мере, что Катя имеет полное право находиться здесь, в кабинете Кирилла, с такой фамильярностью, кольнуло Киру острым, неожиданным уколом боли. Она почувствовала, как щеки заливает краска, и постаралась отвести взгляд, но было поздно. Катя уже успела все заметить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.